Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » ЗАКРЫТЫЕ ЭПИЗОДЫ » [1264 г, 28 августа] Другая луна


[1264 г, 28 августа] Другая луна

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Время: 28 августа 1264 года
Место: Темерия, Марибор, трактир
Действующие лица: Кристофер из Темерии, Адорэбель Сельда
Описание: Всего лишь отдых после битвы. Зализывание ран, разговор. Что-то большее? - Возможно. В этой жизни возможно все, особенно если вы вампирша и ведьмак )

0

2

Адорэбель удалось покинуть замок без приключений и неожиданных происшествий. Не сказать, что ее это не удивило, все же от стражи вампирша ожидала большей расторопности и осмотрительности, а она, с ведьмаком под руку, точно двигалась медленно и смотрелась подозрительно. Хотя… Люди не видели в Сельде чудовище, покуда она не раскрывала рот слишком широко и вполне могли принять ее за сварливую жену, волокущую пьяного мужа со знатной попойки. Это станет хорошей отговоркой, если кто-то все же остановит нас. Снова притворство, снова ложь, снова разыгрывание роли, потому что истина слишком неприглядна. Люди. Даже если бы узрели прошедшую битву своими глазами, не произнесли бы и слова благодарности. Сейчас, идя по дороге прочь из замка, бестия вернулась в свое обычное холодно-отстраненное и циничное настроение, на лице ее заиграла привычная полуубка. Рыжеволосая слабо ухмыльнулась уголком губ, презирая себя за то, что вообще решила усомниться в человеческой твердолобости, непробиваемости и недалекости. Все же уйти было самым верным решением, - резюмировала женщина и свернула в подворотню.
Перед ней раскинулся утренний Марибор, под ноги легли первые солнечные лучи, весьма неприятные, хотя и не болезненные. Вампирше хотелось укрыться за стенами какого-нибудь заведения и проспать до вечера, поесть, купить провизии, и исчезнуть в неизвестном направлении, но, сперва, следовало устроить ведьмака в ближайшей корчме на несколько дней, как минимум. Сельда медленно шла по узкой улице, обходя тела тех, кто так и не смог добраться до дома. Когда бестия проходила мимо одного такого лежачего, в нос ударил запах крови, Адорэбель покосилась в его сторону и сглотнула, под трупом, а человек был все-таки уже трупом расплылась темная кровавая лужа. Не стоит превращаться в падальщицу посреди города, уподобляться крысам, что копошатся в отбросах. Это не было голосом гордости, скорее дал знать о себе здравый смысл, осторожность и все то же презрение к ничтожности собственной натуры. Как бы то ни было, вампирша поспешила покинуть закаулок, позабыв о том, что ведьмаку такая скорость сейчас неудобна. Долго блуждать не пришлось, неожиданно трактир сам подвернулся под руку. Это было странно, но не смотря на раннее утро, корчма гудела и продолжала пировать. Сельда толкнула дверь и прошла внутрь, изобразив на лице приветливое и дружелюбное выражение. В очередной раз женщину неприятно поразил стоящий запах – смесь горелых овощей, человечьего немытого тела, алкоголя всех сортов и сладковатых цветочных нот дешевых духов. Вампирша не стала задерживаться, подошла прямо к трактирщику, ей нужна была комната, и сегодня кошель ее был полон звонких монет. Поторговавшись с хозяином, Адорэбель повела своего спутника наверх, все также поддерживая его. Снятая комната встретила приятным полумраком, теплом и домашним уютом. Стоит заметить, что бестия вообще мало представляла себе домашний уют, она привыкла ютиться по углам, потому любая комнатушка с кроватью уже казалась ей едва ли не роскошью. Сельда усадила ведьмака в кресло, остановилась напротив него, устремив на мужчину внимательный взгляд карих глаз.
- Голова у тебя не в порядке и, судя по взгляду, это сотрясение мозга, хорошо еще, если обошлось без кровоизлияний внутрь черепа. Дай-ка.
Обойдя кресло, Адорэбель принялась ощупывать голову ведьмака.
- Открытых ран нет, шишка внушительная. Точнее я не скажу, целитель из меня некудышний. Так что, тебе лучше немного передохнуть и найти лекаря, уверена, что в Мариборе их в достатке. Кроме головы тебя что-то еще беспокоит?
Вампирша отстранилась и снова оказалась напротив Кристофера, глядя ему в глаза.
Он создан, чтобы убивать таких как я, но все же, он меньший враг, чем люди, простые люди, ради которых я готова была отдать жизнь. Они нарекут и его и меня одинаково – чудовищем. Мы для них опасны и чужды. Мы даже ближе друг другу, чем может казаться, если бы он хотел убить меня, я бы смогла отговорить его. Но помогать ведьмаку и оставаться здесь все-таки глупо. Не из страха, но потому, что это лишнее.
Сельда ждала ответа, уже решив, что покинет комнату, как только окажет первую помощь. Ей нечего было делать здесь. Снова в мире людей ей не нашлось места.

+1

3

Улицы Марибора - Трактир в Мариборе

Когда Кристофер и Адора покинули замок, ведьм с благодарностью оперся на предложенную руку. Не время быть джентльменом, когда в голове мутно, несмотря на регенерацию. Ноги уже слушались героя хорошо, да и остальные конечности тоже, но вот муть в голове никак не уходила. Легкая, но раздражающая, она легкой пленкой застилала взгляд, слегка ухудшая видимость. Что, впрочем, было отчасти и хорошо - зрелище пьяных тел, валяющихся повсюду, блевотни, разлитого пива и парочек, так и уснувших во время пьяного сношения виделись не так отвратительно ярко, как обычно. Однако запах...запах атаковал обоняние ведьмака с пугающей силой. Пот, грязь, вонь немытых тел, фекалии, моча, дешевый алкоголь и порченная рыба - любимая закуска бедняков - все это вгрызалось в мозг несчастного буром, заправленным коктейлем из квинтэссенции мерзости. Но ведьмак не был бы ведьмаком, если б не повалялся в свое время в дерьме похуже, не попил и не сожрал с голодухи большей дряни и не трахнул бы более уродливых баб... Впрочем нет, на счет баб Крист себя блюл как мог. Ему претила мысль о чем-то, что подобно тому, что он видел замутненным взором - пьяная, некрасивая, дурная баба. В этом плане ведьмак был почему-то сентиментален, однако были и исключения. Но вернемся к трактиру в Мариборе, куда наследница Сопряжения Сфер приволокла того, кто делал деньги на том, что убивал ей подобных.
Когда Кристофера из Темерии усадили в кресло, он благодарно кивнул, и, выслушав речь спутницы, ответил:
-Насчет сотрясения не знаю, а вот кровоизлияния нет. Мне было бы много хуже, если б оно у меня было, уж поверь - я знаю.
Когда вампирша подошла к нему и стала ощупывать голову он усилием воли заставил себя не двигаться, но все же слегка вздрогнул, когда ее холодные пальцы ощупывали его голову. Сфокусировав взгляд в одной точке, дабы не мешать процессу осмотра, он обнаружил, что бессовестно пялится на грудь вышеупомянутой особы. Слегка покраснев, он отвел взгляд, успев про себя заметить, что "девка-то, хоть и вампирша, а огого!".
Когда "девка" отстранилась, Крист почувствовал облегчение вкупе с разочарованием - ему стало легче, потому что никто не щупал его несчастную голову холодными пальцами, но в то же время он не мог не признать, что общество и телесный контакт с Адорэбель были...приятны. Взглянув ей в глаза, ведьм, покачав головой, ответил на второй вопрос:
-Нет, у меня голова-то толком не болит. Да и все тело в порядке, но легкая муть какая-то... Но ничего, пройдет. А не пройдет - загляну к целительнице, есть тут знакомая. Старая карга... Но дело свое знает и моего общества не гнушается.
Ведьм криво усмехнулся. Он пока понятия не имел, что делать дальше. Надо было отдохнуть денек-другой, но он опасался, что Адора оставит его. Он начал привыкать к ней за те несколько часов, что они провели вместе. Странный был бы союз - чудовище, что старается быть человеком, и чудовище, охотящееся на чудовищ.
-Ты...собираешься вскоре куда-нибудь?.. - отсутствующим тоном, как бы никого конкретно не спрашивая, спросил ведьмак, глядя поверх плеча Сельды.

0

4

Выслушав ведьмака, вампирша удовлетворенно кивнула головой.
- Хорошо. В любом случае, это уже тебе решать.
Равнодушно пожав плечами, Адорэбель отошла к столу, принявшись возиться с собственным снаряжением. Женщина скинула плащ, бросив его на стул, и стащила дорожную сумку, разместив ее на столе, недовольно выдохнула, осознав, что после всей этой истории осталась без оружия и так и не удосужилась перекусить. Хорошо хоть прихватила с собой кошелек, - подумала рыжеволосая женщина и подкинула его на ладони, в подтверждении собственных мыслей, после чего перевела взгляд на Кристофера, который как раз привлек ее внимание вопросом.
- Прямо сейчас я собираюсь спуститься вниз и купить нам ужин, - откликнулась Сельда, - не знаю как ты, а я последний раз питалась вечером, притом то было дрянное пойло, больше похожее на испорченную воду, и какие-то сухари, которые побрезговали сгрызть трактирные крысы.
Не дожидаясь ответа и не собираясь говорить ничего больше, Адорэбель вышла из комнаты, притворив дверь за собой. Конечно же, вампирша поняла, что спрашивали ее совершенно о другом, что ведьмака интересовали ее планы на ближайшие несколько дней, но сейчас женщина не знала, что ответить и стоит ли вообще отвечать, она предпочла недомолвки. Однако уже скоро рыжеволосая бестия вернулась в общество мужчины, ведя следом местную подавальщицу с подносами: на одном из них стояла бутылка вина и только одна кружка, на другом же разместилась сковорода картошки с мясом, источающей по всей комнате приятный аромат чеснока с пряностями. Поставив заказ на стол и получив от Сельды монету небольшого достоинства, девушка оставила комнату, вежливо кивнув постояльцам. Бестия заперла дверь на щеколду и изящным жестом предложила ведьмаку пересесть к столу. Сама она уже разместилась за ним и принялась за картошку.
Вампирша ела молча, даже не притронувшись к вину. Ела и размышляла о том, как стоит повести себя, стоит ли уйти прямо сейчас или все же лучше подождать до следующего вечера. Она не устала, но не стремилась расстаться с чувством уюта и покоя, которое испытывала сейчас. Спустя некоторое время Адорэбель все же нарушила тишину, отвечая на тот вопрос, что был задан ведьмаком раньше.
- Собираюсь ли я куда-нибудь? Сложно сказать. Твоя формулировка дает мне множество вариантов для ответа, но среди них лишь один удовлетворит тебя, верно? – бестия наградила ведьмака легкой полуулыбкой, - мне некуда спешить, и нет ни одного места, куда я хотела бы направиться, никто не ждет меня. Однако я собираюсь покинуть Марибор довольно скоро, не знаю, куда я пойду, решу, когда выйду за ворота. Скорее всего, вообще покину Темерию. Сейчас ничто не заставляет меня находиться среди людей, какое-то время, будет продолжаться именно так.
Договорив, Сельда пожала плечами и принялась смотреть в окно, будто увидела там что-то интересное. На деле же ничего там не было, только солнце медленно поднималось из-за крыш домов.
- Но ты хочешь, чтобы я осталась, - неожиданно бросила вампирша, даже не повернувшись в сторону Кристофера, - почему, ведьмак? Зачем я тебе?
Договорив, Адорэбель все же повернулась к собеседнику и посмотрела прямо в его глаза, будто пытаясь прочитать в них ответ на свой вопрос.

+1

5

Когда Адора уклонилась от ответа и ушла за провизией, ведьм нахмурился. Тяжкие думы рождались и роились в его голове, слегка потрепанной недавней переделкой. Он молчаливо ждал, когда вампирша вернется. Дождавшись ее и приняв приглашение за стол, он не притронулся к еде, но налег на вино. За то время, пока Сельда ела картошку, он размеренными глотками прикончил пару стаканов вина, почти ополовинив бутылку. Когда же огневолосая наконец ответила на его вопрос, он, задумчиво выслушав ее, на минуту замолчал, размышляя. Наконец более-менее сформулировав ответ, он произнес, и в речи его чувствовалась какая-то неуверенность:
-Я...не знаю, Адоэбель. Я, наверное, устал от одиночества, а твое странное общество кажется мне приятным. Знаешь, не так уж много людей, да и нелюдей общаются со мной - ведь я ведьмак, и для большинства я просто чудовище, которое иногда бывает полезно. Крестьяне пугают мной своих детей даже почаще, чем тобой. А ты... да, я знаю, кто ты на самом деле и я видел тебя в истинном облике - но это не пугает меня. Ибо не так страшно чудовище снаружи, как страшно чудовище внутри. Ведь самые подлые и ужасные вещи в мире совершаются прекрасными тварями с ангельскими улыбками на лице, но с абсолютным злом в душах.
Ведьмак ненадолго притих, переводя дух. В голове стоял легкий туман, и уходить этот туман никуда не думал. Странное ощущение... В чем дело?.. Удар вроде был не слишком силен... Помотав головой, Кристофер, конечно же, сделал только хуже. Туман, казалось, залил не только взор, но наполнил и ноздри, рот темерского чудовищеубийцы.... Собрав волю в кулак, он кое-как разобрался с головой, прояснив мысли, и хрипло закончил:
-А кроме того, ты мне нравишься. И как человек, - кривая усмешка, - и как девушка, как бы глупо это не звучало. Особенно когда я знаю, что тебе как минимум пара сотен лет.

0

6

Ответ по взгляду вампирша, конечно же, не поняла, все же читать мысли она не умела, но зато от внимания ее не укрылась неуверенность собеседника, перемешанная с усталостью и последствиями сильного удара. Если бы Адорэбель не знала, что произошло, оно приняла бы Кристофера за обычного изрядно набравшегося человека, особенно после того, что он сказал ей. Сельда не знала, как реагировать на подобные слова, что сделать, чтобы не дать ложной надежды, но и не оскорбить. Бестии казалось, что подобные мысли просто не могут придти на здоровую голову, каждая новая фраза лишь убеждала женщину в том, что лучше отправить мужчину спать, однако, она все же ответила.
- Ты слишком плохо знаешь меня, ведьмак, чтобы утверждать, будто в моей душе не властвует зло. Ты видел лишь один вечер моей жизни, но до него были тысячи иных, и они, по большей части, разительно отличаются, от того, что ты лицезрел. То, что я оказалась втянутой в бой с демоном, - только случайность, возможно, Предназначение, как любит говорить ваша братия, но то не моя воля. Личные стремления мои были куда более прозаичны. Я давно уже просто существую, Кристофер, добываю средства на жизнь и исчезаю, покуда оные средства не кончатся. Одиночество? Я согласна – оно очень и очень утомительно, порой, даже болезненно, но, поверь мне, я плохая попутчица, а хуже из меня только любовница.
Вампирша горько усмехнулась, вспоминая свой любовный опыт, который закончился весьма печально, но предсказуемо; незначительные же интрижки завершались тем, что бестия неожиданно для партнера уходила навсегда, не забывая прихватить с собой чужой кошелек.
Адорэбель отвлеклась, из воспоминаний ее вырвала новая фраза ведьмака, от которой женщина едва не поперхнулась картофелиной, мгновением ранее отправленной в рот. Рыжеволосая бестия смерила Кристофера внимательным взглядом и тяжело вздохнула. Он снова поставил ее в дурацкое положение, когда и гадость сказать не хочется, но кроме гадости ничего и на ум не приходит, ах да, на ум еще приходило почти материнское сопереживание, но оно тоже совсем не подходило ситуации.
- Из всего сказанного самым правильным мне кажется, тот факт, что мой внешний вид вызывает у тебя естественное желание и мысль «как же хорошо она сохранилась». Понимаю, это может удивить и разжечь интерес. Разочарую тебя – в постели я сущее бревно.
Женщина говорила откровенно и прямо, играть с ведьмаком в какие-либо игры, притворяться она не имела ни малейшего желания, да и не видела ни одной причины так поступать. Откровенность за откровенность.
Сельда молчала с минуту, задумчиво теребя прядь волос.
- Что до остального, - снова тяжело вздохнула, - смотри не влюбись, ведьмак. Тебе может показаться, что я слишком много возомнила о себе, но это не так. Я просто знаю, как легко обмануться, как желанно порой выдать действительное за желаемое, как приятно выхватить единственный факт и воссоздать в голове идеальный образ, самый притягательный, наделенный всеми желанными качествами, как сладко приписать эти качества тому, кто породил саму мысль. Вот только потом ты поймешь, что ничего нет, кроме твой выдумки, и наступит жестокое и болезненное разочарование. Не обольщайся, Кристофер, я вовсе не идеальный образ и уж точно не та, кто подошел бы тебе. Тебе нужна милая обаятельная девушка, открытая, веселая, которая будет ждать тебя и любить. Я же совершенно не такая. Скажу тебе еще кое-что, поясню, почему ты чувствуешь то, что чувствуешь. Пару часов назад, сдается мне, я начисто разрушила несколько твоих заблуждений о высших вампирах. То, что я веду себя, как человек, а не рву жителей города на части породило то, что я начинаю казаться тебе едва ли не уникальной. Скажи, ты когда-либо ранее встречался с подобными мне?
Бестия снова замолчала, глянула на ведьмака, недовольно помотала головой.
- А еще, тебе лучше лечь в постель, я никуда не уйду до следующей ночи. Не люблю гулять по солнышку.

+1

7

Рассуждения живого реликта Сопряжения Сфер были логичны, аргументы обоснованны, а доводы - убедительны. Однако же не разумом единым живет человек, но также и сердцем. Выслушав ее правдивый ответ - а вампирша явно отвечала, не таясь в ответ на его откровенность, Кристофер некоторое время раздумывал, но не слишком долго. Ответы самы возникали в его голове, туман из которой, казалось, улетучивается с каждой мыслью, которую он облекает в слова и проталкивает через губы в этот мир.
-Чтож, я действительно мало тебя знаю, но о..., - ведьмак запнулся, подбирая подходящую замену слову "человеке", - любом существе намного больше говорят активные действия и помощь в кризисной ситуации. Так что те несколько десятков минут - или часов, сколько мы там сражались с той тварью? - сказали мне о тебе больше, чем несколько недель совместного путешествия. Говорят, друг познается в беде. Я не говорю, что мы такие уж прям друзья, но я многое узнал за тот бой о тебе. Да и ты, наверное, составила обо мне какое-никакое представление...
"И от души надеюсь, что не слишком скверное, если вспомнить, как глупо я подставился под лапу тварюги, вследствие чего и получил по несчастному своему кумполу..." - мысленно добавил ведьм. Услышав ее следующую реплику, Крист рассмеялся. Голова тут же откликнулась легкой болью, и он, слегка поморщившись, чуть снизил громкость смеха. Смеялся ведьмак душевно, тепло и задорно, но хрипловато и, к тому же, недолго. Отсмеявшись, он промолвил:
-Ты, бесспорно, привлекаешь меня внешне, но вот уж как я сомневаюсь, что столь долгоживущая особа как ты совсем не искушена в любовном искусстве. Тем более, как я слышал, молодые вампирши любят сначала "поиграть" со своими жертвами, а потом уже...трапезничать. Так что мой скепсис в этом вопросе не знает предела, Адорэбель, - усмехнулся болеющий головой обладатель серебрянного меча.
Фраза про любовь заставила ведьма печально улыбнуться. Неужели столь древнее существо не слышало об этом печальном свойстве ведьмаков? А может, Сельда просто хочет услышать подтверждение из моих собственных уст? Может, я первый ведьмак, что не стал без разбора пытаться отрубить ей голову?.. Как знать.
Покачав головой и как-то странно посмотрев на Сельду своими кошачьими глазами, Крист спросил:
-Ты что же, и правда не знаешь о цене, которую мы, ведьмаки, платим за свои навыки и способности?
В голосе охотника на чудовищ сквозила печаль, горечь и смирение. Как будто он говорил о старой ране, которую нельзя исцелить.

+1

8

Сельда снова вздохнула, неотрывно глядя на ведьмака, прямо в глаза, пытаясь понять, что он чувствует, что думает; взгляд вампирши же был спокоен и прям, ничто ее не тревожило, да и не волновало настолько, чтобы в глазах отразился хотя бы интерес, то была расплата за вечность – мир терял краски, окружающие становились предсказуемыми, а каждую следующую фразу собеседника можно было предугадать наперед, но Кристофер бестию немного удивил, удивил своей упрямой верой. Адорэбель выдержала короткую паузу, после заговорила.
- Ты заблуждаешься, ведьмак. Можно понять, что представляет из себя человек, когда видел его в бою и критической ситуации, можно сделать вывод, когда мотивы и причины поступков очевидны, но сказать, что знаешь, о чем я думала, ты не можешь. Повторюсь, я не благородная воительница, склонная к самопожертвованию ради спасения человечества. Раз уж мы говорим обо мне, то мои мотивы просты – мне нечего терять, ведьмак, кроме жизни. У этого мира есть будущее, есть оно у королевств и человечества, этот мир уже давно отдан во власть смертным, мне же остается только влачить свое жалкое существование где-то на окраине самой жизни. Я не рвалась в герои, но я бы не расстроилась, кабы не выжила, но, как видишь, не сложилось. Я не ищу и не хочу ничего, Кристофер, кроме одного, я хочу домой, хотя этого дома у меня нет и быть не может. Вот такая дилемма.
Вампирша несколько погрустнела, не понимая, зачем вообще вывалила на больную голову своего спутника собственные проблемы, которые она, бессмертная бестия, не может разрешить. Адорэбель не ждала помощи, не ждала поддержки, лишь говорила, рассказывала. Ненадолго прервавшись, она лишь продолжила начатую историю.
- Я была охотницей когда-то давно, иногда мне кажется, что слишком давно, чтобы об этом помнить. А сейчас? – Сельда задумалась, стараясь придать словам ту форму, какую имели ее мысли, - я остаюсь хищницей, не более. Чтобы ты не говорил и не думал, я вампир, и моя жажда крови неодолима, не скажу, что всегда могу сдержать ее, потому иногда срываюсь и, поверь, в такой день ты убил бы меня не задумываясь, и именно в такой день я была бы собой, потому что в остальные я лишь слабый отголосок самой себя. Раньше я любила играть в кошки-мышки, мне не было дела до постельных утех с людьми, мне нравилось давать им поверить в спасение и уничтожить надежду. О! Это было весело.
На мгновение Адорэбель забылась, улыбнулась широкой улыбкой, обнажающей милые вампирские зубки, отчего-то отпугивающие всех, кто их видел.
- Но все имеет свой предел, а любое развлечение со временем начинает отзываться только болью. Я заигралась, я сделала многое, о чем сейчас сожалею, но изменить этого я не могу. Пару лет назад мне пришло в голову, что я могу жить среди людей, помогать им, защищать, советовать. Я могла бы принести много пользы, но есть две причины, по которым я этого не сделала: я опасна, Кристофер, выбирая одиночество, я защищаю смертных от своей кровожадной натуры, и я не нужна этому миру, живые справятся и без меня. Я – всего лишь гость, на чужом празднике жизни, незваный гость, который не может этот праздник покинуть.
Снова вампирша замолчала, глядя на своего собеседника, пожала плечами, предпочитая не замечать, с какой горечью, говорит ведьмак о своей мутации, в ее собственных словах не было и тени страданий, только голые факты, - Сельда слишком привыкла к тому, что есть.
- Ты говоришь о невозможности иметь детей и семью? Если да, то я знаю об этом, если нет, то я не поняла о чем ты, - Адорэбель пожала плечами, - я знаю, ведьмак, что вы изгнанники, которых нигде не любят, но используют, когда возникает нужда. Я знаю, что у тебя нет дома, и никто не согласится ждать тебя вечно. Для человека сложно полюбить мутанта и посвятить свою жизнь ему. Я тебя понимаю, думаю да, понимаю, вероятно, для тебя это понимание значит очень много. Когда-то я чувствовала примерно также, но я не могу помочь тебе, изменить ход вещей, могу только побыть рядом какое-то время.
Рыжеволосая бестия выдержала паузу, позволяя мужчине осмыслить ее слова.
- А теперь я все же уложу тебя в постель, - проговорила тоном, не терпящим возражений, а после просто поднялась, поставила ведьмака на ноги, взвалила его руку себе на плечо и дотащила несчастного до кровати, уложила.
Укрываться одеялом, стаскивать одежду она оставила ему, сама же скинула сапоги и улеглась рядом, вытянув ноги и уложив голову на руку, стоящую на локте.

0

9

Взгляд вампирши был тяжелым, изучающим, пронизывающим насквозь. В меру сил ведьмак постарался ответить таким же, но ему явно не хватало нескольких веков опыта. По некоторым меркам он был молод и горяч, хотя сам о себе он такого не сказал бы. Рана его уже почти не беспокоила, но набраться сил явно не помешало бы. Слушая Сельду, он думал о том, что она, пожалуй, права...по-своему. Как по-своему прав и сам Кристофер. Однако продолжать спор не было ни сил, ни желания. Поэтому ведьм решил лишь пояснить кое-какой момент из ранее сказанного:
-Не совсем так, хотя мы действительно бесплодны. В ведьмаках сильно притуплены чувства по сравнению с остальными людьми. Я, к примеру, знаю только одного ведьмака, который может быть уверен в том, что любил и любит. И этот ведьмак еще является порядочным исключением из правил. Я же не встречал еще ни одной, которая пробудила бы во мне что-то, кроме разве что зова плоти, - легкая улыбка скользнула по лицу ведьма и исчезла в мгновение ока, - . Да и другие ведьмаки, насколько мне известно, испытывают некоторые...трудности с заведением друзей.
Крист вздохнул, потом слабо усмехнулся и дал себя повалить на кровать. Кое-как скинув одежду, он даже не стал натягивать одеяло - недостаточно холодно было, а вместо этого повернулся к прилегшей рядом Адоре и, полюбовавшись некоторое время ее мертвенно-бледной аристократической кожей и тонко очерченными чертами лица, промолвил:
-Адора... А ты всегда была вампиром? Сколько себя помнишь? Ты помнишь что-то...о другой жизни?
Лицо мужчины ничего не выражало, но голос, голос его едва заметно дрогнул. Сам он о своей прошлой жизни знал только, что был рожден в темерской аристократической семье...что, впрочем, было весьма немало по сравнению с тем, что помнило о прошлой жизни большинство охотников на чудовищ.

0

10

Спорить ведьмак перестал, Адорэбель сильно сомневалась, что мужчина действительно понял ее и согласился с ней, но продолжать и настаивать не стала, может быть, когда-нибудь, они еще вернутся к этой теме, правда, вероятнее всего, будет это только в мыслях. Вампирша не сожалела, все же она не искала понимания, ответа, заботы или чего бы то ни было, она просто излагала свою жизненную философию, не навязывая мнение.
У каждого есть своя голова на плечах и свой взгляд на жизнь, и пусть мое мнение во многом вернее, не мне учить людей, ведьмаков и прочих взрослых особей. Большинство из них в воспитании не нуждаются, а тем, кто нуждается проще уже свернуть голову, чтоб не мучили себя и окружающих, - так размышляла бестия, вперив в Кристофера взгляд карих глаз, острый взгляд, проникающий в самую душу. Могло показаться, что рыжеволосая что-то ищет в мужчине, пытается разгадать какую-то загадку, но нет, она была погружена в мысли собственные и не придавала никакого значения тому, каков ее взгляд.
Сельда не двигалась, в одной позе она могла находиться долго, она слушала, слушала то, что ей говорили, только легкая полуулыбка-полуусмешка появилась и застыла на лице. Рассуждения ведьмака женщину забавляли, местами казались наивными, потому, когда Кристофер закончил, она только едва заметно вздохнула.
- Ты сам сказал так, как сказал, - вампирша выдержала паузу, подбирая подходящие слова, - если получилось у одного, то получится и у остальных, стоит только захотеть, стоит только попытаться и, конечно, не плохо бы встретить ту, что сумеет запасть в душу. Любовь, дружба, чтобы не говорили, не зависит от расы, национальности или мутации. Я понимаю, что чувства могут притуплять, то влияние реагентов, трав и прочих, хм, компонентов, но убить вовсе – определенно нет. Просто преодолей это.
Адорэбель чуть дернула плечом и перевернулась на спину, принявшись рассматривать потолок.
- Если, конечно, хочешь.
Снова помолчали. Адорэбель прикрыла глаза и ожидала новой тирады, ей не нужно было даже поворачиваться, чтобы понять и почувствовать, что ведьмак хочет говорить о чем-то неприятном. Наверное, стоило его как-то подтолкнуть, но она не стала, лишь повернулась, когда прозвучал вопрос.
- Помню ли я что-то о другой жизни? – вампирша усмехнулась, и усмешка эта была уже не ироничной, но печальной, - хочешь узнать, что было до Сопряжения, верно?
Губы взрезала очередная горькая ухмылка, Сельда резко уселась на кровати и уставилась прямо на мужчину.
- Я ничего не знаю об этом, - спокойно начала бестия, - Я родилась уже в вашем мире и всегда была такой, какая есть сейчас. В то время, когда мне было, у кого спросить, я не спрашивала, а теперь, мне не у кого спросить.
Рыжеволосая пожала плечами и продолжила.
- Мои родители бросили меня, когда я была юной, и высших вампиров я не встречала уже несколько десятков лет, да и те, кого я знала, едва ли знали ответы на этот вопрос. Когда-нибудь, я узнаю, какими мы были, кто мы на самом деле, но сейчас могу лишь строить догадки. Что до меня, то свою жизнь я помню прекрасно, только вот тебе вряд ли интересно слушать о похождениях кровожадной бестии.
Адорэбель напустила улыбку и сменила суровый взгляд немного лукавым, наклонила голову к плечу и замолчала. В какой-то момент женщине даже стало интересно послушать, что на это ответит ее собеседник.

0

11

-Просто преодолевать? В этом нет смысла, если нет кого-то, ради кого это можно сделать... Если я правильно понимаю любовь. А реагенты, мутации - все это таки сильно повлияло на всех нас, платящих эту цену за свободу обычных людей.... Но я не жалуюсь - я давно смирился. Иначе я не вышел бы живым из своего цеха.
Послушав Адору еще какое-то время, ведьм усмехнулся и задал еще один вопрос. Он понимал, что скорее всего за этот вопрос он получит прижигающий взгляд, а то и тычок в бок, но все же не смог удержаться:
-А почему же не спрашивала? Папа с мамой были такими плохими родителями?
Но, услышав продолжение, потупился и хмуро извинился, чертыхнувшись про себя. Помолчав какое-то время и полюбовавшись алебастровой кожей Сельды, Кристофер продолжил расспросы:
-А почему ты так уверена, что найдешь ответ на свой вопрос?
Вопрос этот был задан с изрядной долей скепсиса в голосе, и было непонятно, к чему он в такой степени сопровождает обычный, в общем-то, вопрос. И, хоть ведьмака и смущал суровый взгляд вампирши, когда она улыбнулась - он с удовольствием улыбнулся в ответ. Все же было в ней что-то человеческое, несмотря на ее кровавую сущность. Была в ней душа и воля, своя история и своя правда жизни. И ведьм понял, что наследница Сопряжения интересна ему как личность. Привлекает его не только физически, но и морально - как персона. Она была интересной, хоть и пугающей.
-Ну так уж и бестии, - проворчал ведьмак, - наверняка и покровавей тебя найдутся... Ты только не подумай, что я тебя обидеть хочу! - тут же торопливо добавил монстроубивец, - это я в качестве комплимента говорю... И да, мне таки интересно было бы узнать о тебе побольше. Не каждый раз представляется возможность поговорить с высшим вампиром. Тем более - девушкой. Тем более - такой интересной. Обычно я общаюсь с тебе подобными этим... - небрежный взмах рукой в сторону серебряного меча, - без обид.

Отредактировано Кристофер из Темерии (2014-01-27 22:45:21)

+1

12

Сельде показалось, что ведьмак ее не слушал, а если и слушал, то слышал что-то свое, во всяком случае, женщина не представляла, как ее слова породили те, что сейчас достигли ушей. Адорэбель ничуть не изменилась в лице, даже голос прозвучал также ровно, как и до беседы о прошлом. Вампирша делилась тем, что для нее с высоты прожитых ею лет выглядело очевидным фактом, не более.
- Ты повторяешь мои слова, но со своими оттенками, ведьмак. Сейчас ты путаешь причину и следствие. Любовь приходит не потому, что появляется та, которую стоит полюбить, но потому, что она просто возникает, спонтанно, глупо и неосознанно. Ты любишь не ради, а чаще всего, вопреки. Любовь не поддается логике и разуму, если ты думаешь, ты не влюблен, всего лишь расчетлив. Именно потому я и сказала, что любому открыта эта разновидность безумия. Любить можно и безнадежно, зная, что тебе никогда не ответят взаимностью, понимая, что возлюбленная совершенно не стоит даже хорошего отношения. Но это все лирика, Кристофер, правдивая лирика. Кому-то за всю жизнь не случается полюбить, и это уже мутация души, а не тела, увечье, поученное при рождении, чаще всего.
Бестия замолчала, лишь криво коротко хмыкнула в ответ на мысли охотника на чудовищ в ее собственный адрес. Подобные разговоры уже давно не трогали рыжеволосую, Адорэбель привыкла к своей жизни настолько, что та уже начала утрачивать краски, оставляя только пелену цвета крови и серую дымку. То, что было, казалось неважным, всего лишь бывшим когда-то, а дни сливались в единую однотонную череду. Нет, вампирша не обиделась, когда Кристофер нелестно отозвался о ее родителях. Отца женщина не помнила, да и образ матери постепенно тонул в омуте памяти. Что уж говорить, что Сельда не чувствовала к ним совершенно ничего, вероятно, родственные чувства у нее были атрофированы напрочь.
А вот ведьмак забавлял… Для того, кем он был, мужчина был поразительно наивен. Он позволил бестии очаровать себя лишь несколькими словами и историей. «А ведь я могла бы лгать, намеренно, чтобы уничтожить тебя. Глупо и неосторожно». То были только мысли, и их бестия отчего-то решила облечь в слова.
- Очень глупо так обольщаться мной и не замечать очевидного. Как бы ты не хотел заблуждаться, я остаюсь чудовищем, а ты охотником. Моя кровожадность – неоспоримый факт, свойство моей расы, равно как и вид мой – бестия. Не тебе, Кристофер, это отрицать. Я бы не удивилась, начни какой-нибудь похотливый аристократишка так рассуждать, но от ведьмака я подобного, признаться, не ожидала. Ты совершаешь страшную ошибку. Ты видел, ты знаешь, но, повторюсь, ты не знаешь меня и сильно заблуждаешься насчет вероломности подобных мне тварей…
Адорэбель прервалась, снова пытаясь подобрать слова.
- Я не та, кто готов утопить города в крови, это ты заметил верно. Но не готова, не значит не делаю, моя жажда крови чаще всего превосходит мою же силу воли, потому моя жизнь – череда срывов и аскетизм. Я выбрала одиночество однажды, тогда, когда поняла, что не в силах жить с людьми потому, что убиваю тех, кого люблю больше, чем себя. Потому не будь во мне уверен, я и сама в себе не уверена. Единственное, во что я верю – это в то, что, чем дальше я от людей, тем спокойнее миру. И, говоря о вере, скажу тебе кое-что еще. Я не знаю, найду ли ответы на те вопросы, что тревожат меня, но я верю в то, что найду, верю хотя бы потому, что должна во что-то верить, иначе все, что у меня есть – это огромные знания и понимание сущности вещей, сути бытия.
Вампирша замолчала. Она сказала уже все, что хотела сказать, все, что считала нужным. Зачем? – Просто потому, что считала правильным это рассказать. Там за окном расходился очередной день, а бестия, потерявшаяся во времени и пространстве, начинала думать о том, что сейчас ей стоит уйти, также, как уходила всегда. «Я дала тебе знания, пойми мои слова и поймешь нехитрую истину, ту, которая сделает твою жизнь проще».
Адорэбель поднялась с постели и подошла к стулу, на котором висел ее плащ; не проронив более ни слова, закуталась в черную ткань и поспешила к выходу. У самой двери женщина остановилась и обернулась, глядя на ведьмака, в чьем взгляде читалось недоумение и непонимание.
- Не удерживай меня, Кристофер. Я уйду одна, как и пришла, оставляя только легкий след в душе и памяти. Может быть, когда-то мы встретимся вновь. Прощай…
Дверь отворилась, и вампирша скрылась за ней, чтобы позже смешаться с толпой, раствориться в безликой массе, а после и вовсе скрыться от людских глаз. Надолго. Может быть, навсегда.

+1

13

Порой интересно сыграть в дурака, чтобы добыть нужные сведения. Но сейчас, слушая Сельду, ведьмак понимал, что, несмотря на прожитые годы, в нем еще жив тот мальчишка, что верил в добро. Глупый и наивный мальчишка другой жизни...
-Я никогда не забывал о том, что ты собой представляешь, наследница Сопряжения Сфер. И, встреть я тебя над остывающим телом какого-нибудь крестьянина я, скорее всего, и думать бы не стал - просто сделал бы свое ведьмачье дело. Но ты не совсем поняла меня. Я не стараюсь как-то идеализировать твой образ - я играю. Играю, притворяясь, что ты не вампир, а я - не охотник на тебе подобных. Играю, чтобы иметь возможность насладиться беседой с существом хоть и кровожадным, в какой-то степени противным и ужасным, отталкивающим и невероятным, но древним и, без всяких сомнений, мудрым. Я не забуду того, что было сказано сегодня, Адорэбель. И благодарю тебя за этот урок жизни. Хоть и странно это, что ведьмак благодарит вампиршу за чтение лекций касательно основ жизни, но я тебе благодарен.
Когда Адора выскользнула из кровать, ведьм с трудом слез с нее, глядя, как женщина быстро натягивает плащ и замирает в двери, прощаясь.
-Это была хорошая ночь, Адорэбель Сельда, высший вампир, рыжеволосая бестия. Я надеюсь, для нашего общего блага, что вновь мы не встретимся... Или наша встреча произойдет при исключительных обстоятельствах. Прощай.
И Кристофер церемонно поклонился женщине, хоть он и был почти неодет и бос, что делало поклон в чем-то смешным, но в чем-то...исполненным особенного смысла.

Эпизод завершен

0


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » ЗАКРЫТЫЕ ЭПИЗОДЫ » [1264 г, 28 августа] Другая луна