Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава IV: И пришла война » Одним солнцем согреты


Одним солнцем согреты

Сообщений 31 страница 60 из 80

1

Время: 1267 год, 31 июля
Место: берега реки Дыфня, деревеньки Маковка и Боровичи - земли самозванного барона Губерта Вайреса
Описание: Дыфня - река полноводная, безумная, стремительная.
Когда и благодаря какому волшебству на островке между рек вырос замок - сокрыто в легендах и в историях бардов. Но спустя какое-то время в замке обосновался разбойный люд, который силой и словом собирал с местных кметов плату. И, что самое важное, этой платой делился с Аэдирном.
Шли годы, власть Вайресов из крепости на воде росла, казна их крепчала, и ничто не предвещало беды. Пока не пришла война.
Ворота замка захлопнулись, подъемные мосты, ведущие на обе сторону Дыфни поднялись, и крепость стала неприступна.
На берегах, по обе стороны, стоят северяне и нильфгаардцы. И одним, и вторым нужна крепость, а точнее - её мосты. Губерт Вайрес посылает ко всем чертям дипломатов от одной, и от другой стороны - его запасов хватит до зимы, а там встанет  лёд, и пусть каждая из армий переходит по льду, не нарушая его нейтралитет.
Вот только север и юг не станут ждать, вот-вот грянет буря и прольется кровь.
Между севером и Нильфгаардом временное затишье, но не перемирие.
А ведь одним воздухом дышим, одним солнцем согреты.

+3

31

Вспомнив, что, отвлеченный внезапным появлением гостьи в своей комнате, он забыл раздеться - Рихард встал со стула, снял с себя плащ, аккуратно повесив его на круглую чурку, вбитую в стену.
Бросил мимолетный взгляд на Элен фон Орднунг. Не смотря ни на что, его всё еще тянуло к ней - наверно, теперь уже не столько как к женщине, сколько как к старой приятельнице из давно минувших времен. Тех самых дней, когда он был молод и глуп - когда он мог позволить себе быть глупым и наивным.
Но кое-что мешало купцу насладиться зрелищем женской фигуры - груз прожитых лет и совершенных ошибок, а еще плохое освещение. И исправить последнее было в его силах.
Слушая слова Элен о проблемах и кости в горле, торговец неторопливо зажигал другие свечи, подхватив лучину.
- Говоря на чистоту, эта проблема не моя. Вернее, не только лишь моя. Мало кого в замке не касается эта заварушка, - очередная свеча мягко вспыхнула от лучины, озаряя комнату теплым светом, - Фокус в том, что разгребать эти конюшни придётся именно мне.
Эбенгард повернулся к своей гостье. Она подошла к нему близко. Захотелось коснуться рукой её волос, щеки, как в былые времена. Но он сдержался. Всё-таки она уже давно была не его - не его друг, не его любовница, не его жена.
- А вот я боюсь смерти. И нет, мне не стыдно, если хочешь спросить. Именно этот страх заставляет думать, что-то делать... решать проблемы, чтобы избежать печальной участи. Наверно в этом и есть мой секрет. В моём страхе.
Бакалейщик пожал плечами. Хотел улыбнуться, но в этот раз не вышло выдавить из себя наигранность. Момент был не тот.
- И, разумеется, я помогу тебе. Кем бы я был, если бы отказал тебе, милая моя Элен? - прохиндеем, подлецом и мерзавцем, коим ты и являешься, Эбенгард, - Выкладывай, что у тебя на душе. Обсудим. Глядишь, и найдется выход.
Рихард пытался выгадать время. Раз нильфы и темерцы еще не спешили штурмовать замок, то стоило привести свои мысли в порядок - решить пару мелких забот - и потом уже можно было приниматься за разработку серьёзного плана по спасению себя самого.

Отредактировано Рихард Эбенгард (2018-12-14 17:18:03)

+5

32

Мастерский, часть 1

Деревня Маковка. Ставка Роше.

Обжегшись на молоке, трижды дуешь на воду. Вернон Роше не доверял ведьмаку, зная, что подобные ему пойдут на измену так же легко, как капитан - почешет задницу. В свою очередь он понимал, что убийца чудовищ не доверяет ему. Были на то, наверняка, свои причины, о которых спрашивать не было ни времени, ни желания.
Сухо кивнув, Роше руки ведьмаку не подал, давая понять, что разговор окончен.
- Этой ночью, ровно в полночь, мы узнаем его крепость, Брэен. Йол, распорядись, чтобы милсдарю ведьмаку вернули его кобылу, оружие и вещи!
Как только за подчиненным и ведьмаком захлопнулась дверь, командир специального отряда тяжело выдохнул, оперся руками на широкий стол, задумчивым взглядом скользя по затейливому рисунку дерева.
Дверь скрипнула снова.
Роше поднял взгляд, встречаясь с недовольством Йола Берагхейма, пусть и хреново скрытым.
- Иногда приходится идти на сделки с совестью. Тебе ли не знать?
Вопрос был риторическим.
Вернон потянулся к бутылке, наливая себе и Йолу. Молча пододвинул порцию Йола в направлении подчиненного.
- Пусть всё будет не напрасным.
Выпили. Роше занюхал рукавом, зажмурился, прогоняя проступившие слезы.
- А если наш друг не справится... думаешь, у замка есть подземные ходы? На островах не встречаются подобные крепости?

Замок Губерта Вайреса. Корчма за крепостными стенами.

Пьяному пьяное, бесстрашное и глупое.
Услыхав незнакомую речь девки, Сеньяк присвистнул, растерянно замер, оглянулся на товарища. А Ромарик, оказавшись то ли капельку храбрее, или капельку пьянее, хохотнул.
- Ишь ты, блядища! На нильфгаардском чешет! Может ты шпионка?!
- Ромарик, ты энто, дурень! Брось!
Но пьяного глупца было не остановить. И не спасти.
- Иди сюда, сука! Дядя научит тебя говорить на местном наречии! Ну-ка, открывай рот!
Наемник непозволительно схватил Аминат за плечо, сжимая, как он думал, до боли. Второй рукой он потянулся к завязкам порток, намереваясь провести урок лингвистики прямо на месте.
- А ну-ка отпустил её, выпердыш!
Рассерженный окрик местного вышибалы остановил его, заставив замереть.
- Эту девку не трожь! - буркнул усатый дылда, наклоняя голову. - Это танцовщица, а не блядь! Пшел прочь, приблуда, пока парней не кликнул! А то так отмудохаем, что костями срать неделю будешь!
Но Ромарик не отпускал, а клещи пальцев давили всё сильнее.
Видимо, алкоголь затмил его разум.
- А может мы с ней полюбовно договоримся, а? Ты смотри, она же на нильфгаардском лопочет, а сама черная, словно твоя жопа!

Нильфгаардский берег

Арвангыг вар Гройс виновато улыбнулся, словно забыв сообщить о чем-то важном и неприятном. Так и оказалось.
- Мастер ведьмак! Не в целях узнать секрет вашей службы и таинств мастерства, а с целью убедиться в качестве выполненной работы и посильной помощи, с вами отправятся двое солдат. Они не будут вам мешать и, по возможности, будут держаться на расстоянии. Видите ли, у нас были прецеденты, когда самозванцы хотели нас надурить, не предоставляя никаких доказательств в убиении чудовищ. Теперь мы вынуждены перестраховываться. Таким вот образом.
Гройс вздохнул.
- Отказ не принимается.
Виноватая улыбка не сходила с его лица, когда они покинули шатер. Не сходила она, когда ведьмак оставлял свой скудный скарб у интенданта и когда ведьмаку были представлены два нильфгаардца, похожие как братья-близнецы в своих черных стеганках.
Луки за спиной и одноручные мечи у поясов, потертые настолько, что не оставалось сомнений - их владельцы пользуются ими чаще, чем бывают в храмах.
- Мастер ведьмак, Хеенгор и Руабальд укажут вам путь к реке. Удачи вам... и возвращайтесь с победой! Пусть Золотое Солнце освещает ваш путь!

NB
Весемир, откатывай до реки. Можешь перекинуться парой фраз с нильфгаардцами, но они малообщительные парни.
Брэен, тебя отпустили и проводили солдаты (не Йол) до тракта на замок Губерта.

Отредактировано Вернон Роше (2019-01-04 20:46:07)

+6

33

Мастерский, часть 2

Покои Эбенгарда

Элен Вайрес, которая ненавидела свою фамилию, своего мужа и свою собственную жизнь, слушала внимательно, как может слушать только женщина, обретшая надежду на спасение. Впервые за долгое время тонкая соломинка протянулась над пропастью кошмара, в котором она жила, к светлой, свободной жизни. И Элен, как и любая другая островитянка, была готова за неё ухватиться. Пусть даже ради этого и пришлось бы утопить этот замок в крови.
- Мы по уши в дерьме, Рихард. Ты и я. Я и ты. Я привыкла к этому запаху за долгие годы. Не рекомендую привыкать и тебе. Лишь работать локтями, как там, на цинтрийских прудах.
Она улыбнулась воспоминаниям - по-настоящему красиво. Добро. Словно и не было прошедших лет.
А затем лицо Элен вновь стало серьезным.
- Губерт знает, что рано или поздно замок возьмут, и готовит путь побега. Он единственный, кто может ходить по реке без опаски, а вот всех остальных постигает неприятная участь.
Голос её понизился до шепота.
- Я не знаю, что сидит в этой проклятой тухлой реке, но рыбаки давно перестали удить в этих местах, а лодки не пристают к берегу без пожелания на то Губерта. Местные рассказывали о чудовищах, но я никого, кроме пары утопленников не видала. Мерзкое, хочу я тебе сказать, зрелище.
Госпожа Вайрес сложила руки на груди.
- А ещё этот ублюдок закопал сокровища в ближайшем лесу. Один из его наемников оказался слишком болтлив и разболтал служанке о том, что господин, незадолго до осады, вывез приличный сундук, набитый доверху. Смекаешь? Этот засранец готовится уйти по реке, прихватив собственные денежки, и скрыться между двух огней, предоставив нильфгаардцев и темерцев друг другу.
Элен задумчиво глянула на купца.
- Как думаешь... если мы сделаем выбор, сдав крепость, нас помилуют?

Деревня Боровичи, нильфгаардский берег реки Дыфня,
бывшие владения Губерта Вайреса

Явэнн, слушая короткую перепалку между офицерами, устало потер переносицу, затем подбородок. Его дело было малым - доставить информацию до ушей командующих, а решать, как играться солдатскими жизнями - дело их.
Но на слова Дэмиана Насса шпион беззастенчиво хмыкнул.
- Позвольте, ротмистр! Как думаете, почему нам империи так важна эта крепость? Подчеркиваю, крепость! Нильфгаарду не нужны руины, а нужен оплот для безопасного перехода нашей непобедимой армии.
Поймав на себе разъяренный взгляд, Явэнн поспешно умолк.
Именно за подобные высказывания его не любили и спешили от него избавиться поскорее, от чего сам Лейтлан никогда не отказывался.
- Прошу прощения, милостивые судари! Но пока мы бьемся в стену непонимания друг друга, враг не сидит сложа руки. Не стоит недооценивать темерских псов, покуда они могут кусаться.

+6

34

Замок Губерта Вайреса. Корчма за крепостными стенами.

...это было крайне близко.
Не нужно было Оксенфурт кончать, чтобы понять что имеет в виду решивший распустить руки залётный наёмник. Не нужно было быть и ведьмаком, чтобы прикинуть, что сейчас лишь тонкая ниточка разума отделяла зерриканку от перехода к иным методам выражения своего мнения о происходящем.
Про завышенный болевой порог териантропов агрессивный забулдыга явно не знал, но это не значило, что Аминат просто стерпит такую грубость. Сразу появилось острое и практически-неодолимое желание прямо здесь и сейчас обратиться и порвать ублюдка пополам, но в ярости стиснув зубы и машинально вцепившись левой рукой в сжавшую плечо руку мужчины, зерриканка всё же сдержала рвавшийся из груди звериный рык и потупила взгляд блеснувших инфернальным животным огнём бледно-голубых глаз.
  Отрезвляюще подействовал и окрик вышибалы, явно недовольного тем, что гостью из Зеррикании тут обижают. Значило это ровно то, что стоит недоумку продолжить - как ему очень непоздоровится. Однако, у него не хватило ума остановиться и сжав уже до ощутимой боли плечо Аминат он переполнил итак невеликую чашу её терпения.
В конце-концов, синяк ведь может остаться, а какая танцовщица с синяком на плече..?
Всё случилось быстро. Природа териантропа не даёт особых преимуществ в человеческом облике. Лишь делает чуточку сильнее, ловчее и быстрее, чем обычный человек. Учитывая, что Ромарик - так звали наглеца, едва стоял на ногах, шансов избежать мести Аминат у него было немного...
Как уже было сказано - зерриканка вцепилась в сдавливающую её плечо руку своей. И теперь, улучив момент при помощи своего звериного чутья, Аминат резко выгнулась, одновременно поворачиваясь в пояснице, потянув мужчину на себя и вниз, чтобы другой рукой, резко брошенной вверх, с силой ударить наёмника прямо в подбородок снизу.
Проделано это было быстро, а Аминат не забыла к тому же подогнуть пальцы, чтобы не повредить их при ударе, а также ударить тогда, когда человек ещё говорил, чтобы между его клацнувшими зубами уж точно оказался его паршивый язык.
ну и напоследок - Аминат сквозь перегар уловила и запомнила запах этого человека и твёрдо решила, что стоит ему уйти из замка как она сделает небольшое исключение из своих планов и обернувшись чёрной пантерой-таки разорвёт его пополам где-нибудь подальше от владений барона Губерта, чтобы не вызывать лишних подозрений...

Отредактировано Аминат (2019-01-07 20:51:31)

+5

35

Деревня Маковка. Ставка Роше.

- Этой ночью, ровно в полночь, мы узнаем его крепость, Брэен. Йол, распорядись, чтобы милсдарю ведьмаку вернули его кобылу, оружие и вещи! - голос командира вырвал солдата из круговерти скудных мыслей.
- Есть! - Медведь оторвал свою спину от стены, выпрямился. - Пойдем, ведьмак.
Выбравшись из хаты через низкую дверь, Йол дал дорогу ведьмаку.
- Десятник! Лещина! Бегом сюда!
Из-за соседней хаты показался Лещина, торопливо завязывавший штаны. На его смуглом небритом лице читалось явное недовольство.
- Не бзди, солдат. В чем дело?
- Где караул? Почему ставка без охраны?
- А ты на што? - десятник едко ухмыльнулся. - И давай без гонора, пущай ты из "Полосок", а все равно солдат... чего надо?
- Приказ Роше: вернуть ведьмаку все его вещи, оружие и коня. Повторяю - все. Иначе на баб потом вы будете потом только грустно смотреть. Сам знаешь, что у этих колдунов вещи заговоренные.
- Ты, Йол, нас за ворье держишь? - Лещина прищурился.
- Я вас держу за солдат, которые торчат в засратой деревне уже несколько дней. Выполняй приказ, Лещина, вонять будешь потом.
Десятник подвигал челюстью, выражая раздраженность, но вслух сказал:
- Прошу за мной, милсдарь ведьмак.
- Удачи. Если чего не досчитаешься - возвращайся, - бросил Медведь тому вслед и вернулся в хату. Там он недовольно посмотрел на командира.
Иногда приходится идти на сделки с совестью. Тебе ли не знать?
Йол знал. Иногда в его карьере охотника за головами встречались заказы практически невыполнимые. Вернее, их выполнение приводило к пересечению той черты, что отделяет наемника от убийцы вне закона. Йол знал.
А командир, тем временем, разлил самогон. Скеллигец сел напротив, взял стопку. Дважды его приглашать не пришлось.
- Пусть всё будет не напрасным.
Выпили. Головорез поморщился, лишь через несколько секунд вдохнув воздуху.
- А если наш друг не справится... думаешь, у замка есть подземные ходы? На островах не встречаются подобные крепости?
Медведь отогнал муху, что залетела, когда он вошел, и теперь кружила вокруг. Отогнал и задумчиво почесал бороду.
- Подобных я не встречал. Но я был не на всех островах. В любом случае, там нет таких половодных рек, а почти все замки стоят на берегу или около него, чтобы следить за морем. И почти все располагаются на скалах. Но уверен, даже у них есть тайные ходы. Должен быть и у этого, если только те, кто этот замок строили, не полные идиоты. А если так, то ход должен связывать замок с рекой. Скорее всего, он расположен так, чтобы лодка, выходящая из замка, сразу же пошла по течению. Но мне думается, что со стороны ход замаскирован. И времени на разведку у нас нет. Черные не дураки, командир, сам же знаешь. Скорее всего, они делают то же, что и мы. Но... вот что я тут подумал... - Йол наклонился ближе и продолжил говорить тише. - Сейчас же лето, а летом, незадолго перед рассветом, над любой нормальной рекой поднимается туман. Дыфня - река вполне нормальная, а значит мы можем в сумерках, да еще и в тумане подойти на лодках и пройти через стены. Командир, ты же прекрасно знаешь, что солдату перед рассветом спать хочется как никогда и часовые в замке не исключение, пусть они и сучьи дети. Так вот, почему бы не снарядить небольшую группу и не ударить? Вне зависимости от ведьмака? Если он уболтает людей барона и они сразу его не кинут в застенки, группа ему поможет. А если он провалится, - то удар будет тем более к месту. Мы же не можем сидеть и ждать, получится у нашего друга или нет, так ведь?

Отредактировано Йол Берагхейм (2019-01-18 15:33:19)

+4

36

Мастерский

Замок Губерта Вайреса. Корчма за крепостными стенами.

Скрытые таланты - есть кладезь и настоящее сокровище для человека, у которого они есть. И настоящая беда для того владельца, которых их не умеет скрывать. Когда иноземная девка появилась в застенном трактире, веселила взгляд и умы головорезов Губерта Вайреса, то никто и не мог предположить, как много в ней сокрыто. Более того, когда чужак, схлопотавший в челюсть мощный удар, едва не откусил себе язык - бедолаге просто повезло! - а затем и вовсе грохнулся между столов, вышибала, корчмарь, три подавальщицы и пара девок для утех даже ни на шаг не приблизились к тайнам иноземки.
Вышибала оценил трюк. Оценил то, с каким трудом поднимается наемник. Как испуганно отступил его товарищ, трезвеющий на глазах. Наглец, чудом сохранивший язык, шатался, придерживался друга.
- Ты! Это блядь! Вы своих девок, блядь!
- Упёрдывай, -
пробасил вышибала в очередной раз, засучивая рукава рубахи. - А не то так отмудохаю! Уж я-то, курва, покрепче бабенки буду! Пшел прочь!
И наемники отступили. Шатаясь, расплатившись за выпивку и еду, поспешили восвояси. Не потому что боялись вышибалу. Не потому что их вдруг напугала девка.
Ярость мастера Эбенгарда была в разы страшнее.
Вышибала же, хмуро почесав зад, недобро глянул на зачинщицу.
- Ишь, расселась!
Он хмыкнул, отошел к корчмарю. Шепнул ему пару слов. Хозяин питейной кивнул всего пару раз. Кликнул одну из подавальщиц.
Не прошло и получаса, как за Аминат пришли люди барона: при оружии, строгие, не терпевшие шуток.
- Ты идти с нами, - сказал старший на ломанном нильфгаардском. - Господин желать тебя видеть!

Деревня Маковка. Ставка Роше

Ведьмаку доверяй, а сам не плошай.
Прав, прав был Йол Берагхейм, сидевший напротив командира специального отряда. При должной сноровке и подготовке они возьмут замок наглого барона - тот и пикнуть не успеет, как ворота падут, а за стены хлынет поток бравой темерской пехоты.
Вот только сколько погибнет во время этого дерзкого налёта? Сколько останется в живых из тех смельчаков?
Сложно посылать людей на смерть. Ещё сложнее быть с ними рядом в этот миг.
Если бы он мог что-то исправить, что-то изменить, то Роше бы умер за каждого из своих солдат. Лишь бы всё получилось.
- Староста брехал, - Роше мелко нарезал солонину, подставляя солдатское сокровище и Йолу, - что на реке нечисть водится. Да такая, что они даже рыбачить не суются, а те, кому жизнь не мила, просто заходят в реку по шею и ждут.
В
ернон налил ещё. Чуть меньше, понимая, что они увлекутся, и тепленькими придут брать уже их, а не они.
- Думаешь, утопцы или какая другая херня?
"Зачем Губерту ведьмак? Что у этого козоеба стряслось в его замке?"

+7

37

Деревня Маковка. Ставка Роше

Йол задумчиво почесал лоб, покрытый испариной. Он наблюдал за махинациями командира с раритетной первосортной солониной, которую большинство солдат видели только в хорошем сне. Не то что бы солдат не кормили солониной... кормили. Но это была солонина класса "Солдатский сапог": если сумел отделить один кусок от другого - чудо; а если этот кусок еще и в рот помещается - чудо вдвойне. Зато его можно весь день жевать и не пережуешь. Конечно, бывшему головорезу было проще - он солонину разламывал и отрывал, но он был сильным, а большинство простых солдат страдало. Медведь уже довольно давно подозревал что такую солонину солдатам дают специально, как средство от дизентерии: ибо стоит съесть пару кусков класса "Солдатский сапог", как у съевшего приключался запор на пару-тройку дней.
И вот сейчас командир нарезал солонину высшего сорта (наверняка филейная часть) мелкими кусочками, а Йол мысленно истекал слюнками, - наверняка у офицеров она еще и вкусная. Лучше уж быть каким-нибудь бароном, - вот уж кто точно не жрет солонину. Головорез перевел взгляд на командира. Нет, бароном быть точно не лучше.
- Я многое повидал в своей жизни, Роше, - сказал он вслух. - И утопцы, - самая безобидная пакость, какая может встретиться в воде.
Он на секунду замолчал.
- Насколько я знаю, - добавил Йол и снова замолчал. Через несколько секунд, когда командир разлил водку, он добавил:
- Я несколько раз сталкивался с утопцами на суше. В основном, - когда их было много, - я удирал. Но пару раз я с ними бился. И вот что я тебе скажу: ты видел меня и на тренировках отряда, и в деле... но... даже когда на меня наседали вчетвером или даже вшестером, не идет ни в какое сравнение с двумя утопцами - настолько эти ублюдки быстрые на суше. А теперь представь, каково будет встретиться с ними в воде, где они как дома. Нет, тут определенно нужен ведьмак. А раз говнюку-барону понадобился ведьмак, значит что-то подобное завелось в его застенках. Староста говорил, что барон любил топить неугодных. Не знаю, брехал он или нет, но это все как-то связано. Да и про рыбаков тоже поди знай - брехал староста или нет. В любом случае, рыбаков сейчас на реке днем с огнем не сыщешь. Из-за нильфов ли, из-за тварей ли - мы так и не узнаем. Поэтому нет, командир, - через тайный ход нам не пробраться. А через стены проберемся.
Йол посмотрел на походную кожаную рюмку с водкой, заполненную наполовину. Посмотрел и сказал:
- Я догадываюсь, о чем ты думаешь. О ком печешься. О нас, о солдатах. Но там, в глубине души ты знаешь, что если сейчас не пожертвуешь парой десятков жизней, если тебе не повезет и твой план с ведьмаком провалится, и если нильфы займут замок раньше нас, то потребуются сотни, а может тысячи жизней, чтобы их остановить... как сказали бы философы в Оксенфурте: ты стоишь на распутье из двух дорог. И обе ведут ко злу. Только одно зло побольше, а другое поменьше... разреши тост? - Йол поднял свою стопку. - Чтобы то, что мы делаем, было не напрасным.

Отредактировано Йол Берагхейм (2019-01-27 18:17:44)

+5

38

Замок Губерта Вайреса. Корчма за крепостными стенами

Аминат не имела внутри Человека и Зверя. Она была одновременно Зверем и Человеком. Человеком со звериными желаниями и потребностями и Зверем с человеческими разумом и возможностями.
В этом она, как она сама считала - намного превосходила прочих оборотней.
Ну или просто так ей казалось...
Поэтому от зрелища того как наглый и обречённый загодя на страшную смерть мужчина завалился на пол корчмы - звериная часть зерриканки испытала несоизмеримое чувство удовлетворения, к которому человеческая часть не преминула присовокупить толику злорадства для остроты.
Проводив обмишурившихся наёмников презрительны взглядом и улыбнувшись белоснежной улыбкой вступившемуся за неё вышибале - Аминат поспешила вернуться к трапезе, но не успела она закончить как нагрянули новые гости.
И опять по её душу. Видимо, не достоин был всё же, о чём-то шептавшийся с корчмарём вышибала, её улыбки.
Настроение начинало портиться, что было чревато, но... - Но, но, но..? - С другой стороны открывались новые возможности и они стоили того, чтобы попытаться ими воспользоваться.
Сбежать же Аминат всегда успеет. Не в первый раз.
-Deagh. Ag ithe suas a thoirt a-mhàin...* - небрежно пожав плечами, ответила зерриканка, добивая последний пирожок с печенью и запивая его дешёвым местным элем. Невдомёк было серьёзным людям барона, что говяжьей печени их временная подопечная, обычно, предпочитает человеческую. но то были, право, мелочи.
Закончив с едой, Аминат запила съеденное элем оставив последний глоток на то, чтобы прополоскать рот от возможных остатков пищи и проходя мимо стола корчмаря - со звонким стуком и не менее звонким звяканьем опустила на его стол пустую кружку и пригоршню монет. Флорнов, оренов и, кажется, крон - посетители были разные.
После чего, сплюнув использованные не по назначению эль с крыльца корчмы в сторону, двинулась вслед за провожатыми.

*

- Хорошо. Только доесть дайте...

+5

39

тракт к замку. замок губерта вайса.

[indent=1,0]Его спровадили крайне быстро, как спроваживают нерадивого гостя. Стоит отметить, что сначала они сами его приволокли под добровольно-принудительным предлогом, разули-раздели, допытали с пристрастием, поставили задачу, ценой в его жизнь и отправили восвояси. Как можно скорее. Как прокаженного.
[indent=1,0]Открестились, сплюнули через плечо от нечистого, и ушли.
[indent=1,0]Брэен глубоко вздохнул, уравновешивая себя, поправил ножны — за спиной и на поясе —, проверил перевязи на лошади, оседлал ее и медленно двинулся в сторону замка. Задача была проста, как дважды два, но что-то ведьмаку подсказывало, что не все так радужно, как представлялось. Так не бывает, нет. Бесплатный сыр (или легко доступный) встречается в мышеловке. И не факт, что прямо сейчас Кот ехал в огромный короб, где лежала большая мышь; и как только он кинется на нее — коробка захлопнется, а следом выброшена в реку, быстро погружаясь на дно.
[indent=1,0]Кошкоглазый шмыгнул носом, глядя на замок, качающийся в дали из-за пошатывающихся движений в седле. Ему не нравилась ситуация, которая возникла. С тем же успехом он мог спокойно прирезать тогда своих провожатых и поехать в замок, решить свои вопросы и быть на полпути где-то подальше от злополучной ставки на хуторе Маковка.
[indent=1,0]Как бы не хотелось дать им всем по этой самой маковке чем-то тяжелым, а он уже влез в это дело по самую шею. Петля сомкнулась, но воздух еще подавали. А самое главное — стул все еще стоял под ним, и довольно устойчиво. Как говаривал Весемир: стоит попросить стакан воды. Но время еще не пришло, нет. Брэен ухмыльнулся и рефлекторно накинул капюшон, то ли от дождя, то ли от солнца, которые так часто измождали его голову.

[indent=1,0]Замок виднелся все отчетливее, разрастаясь, как гнойный волдырь на чистом участке земли. Не зря говорят, что все великое — видится на расстоянии. Так же говорят, что все великое — становится малым; закон перспективы, не иначе. И относится он не только к вещам, но и деяниям. Вклад ведьмаков в жизнь людей был неоценим, но со временем стал настолько мал, что теперь они — отбросы. Лучше язву получить, чем с ведьмаком за одним столом отобедать.
[indent=1,0]Стремена позвякивали, Брэен клевал носом, прикрыв глаза. Его лошадь сама ехала по тракту, ведя его к нужному месту назначения. Не сказать, что это был лучший способ передвижения, учитывая прихоти животного, но… иногда себе можно позволить.
[indent=1,0]Рябая фыркнула и заржала, остановившись. Монстроборец разомкнул глаза, поднимая голову — на него с любопытством уставились две пары глаз, глядящие сквозь щелочки стальных забрал. Сверху были еще люди, отметил про себя ведьмак, спешиваясь.
[indent=1,0]— Я слышал, — обратился он к стражникам, — тут ведьмака ищут. Или заказ уже — всё?

+6

40

Нильфгаардский берег

Неторопливым, но уверенным шагом продвигался старый ведьмак к реке. Впереди шли молчаливые провожатые: Хеенгор и Руабальд, высокие широкоплечие молодцы с точенными, словно из мрамора лицами. В своих темных стеганных одеждах они выглядели куда богаче, чем следующий за ними старик – не приглядываясь, того можно было принять за замученного жизнью скитальца. И луки на спинах, и потертые мечи за поясами нильфгаардцев говорили о многом. Об опыте, что дался великим трудом, несломляемой воле к жизни, победе и вере в любимого императора.
[indent=1,0]Весемиру же это говорило лишь о посредственном обращении нильфгаардцев  с оружием. Он хмурился и бубнил в седые усы:
[indent=1,0]- Клинок есть инструмент мужа войны…
[indent=1,0]Бу-бу-бу.
[indent=1,0]- …чистота и ухоженность меча, кхех, главный показатель…
[indent=1,0]Бу-бу-бу.
[indent=1,0]- … приучать смолоду за сталью глаз вести…
[indent=1,0]Бу-бу-бу.
[indent=1,0]- …без портов  - не беда, нет оселка тебе пи…
[indent=1,0]- Estim cáemm, - хриплым голосом сообщил один из сопровождающих нильфгаардцев и прервал брюзжание старика.
[indent=1,0]Они прибыли на место.
[indent=1,0]Широкой голубой лентой раскинулась не малоизвестная река. Ветер на открытой местности был сильнее и суровее, прижимал редкие кустики и растения к земле. Земле северной, где на удивление было слишком много южан. Организованные и дисциплинированные они не годились в сравнение буйным северным сердцам. Так или иначе, рано или поздно, но островная крепость, страшным клыком вылезающая из синевы воды, будет захвачена.
[indent=1,0]Весемир поудобнее перехватил перевязь меча и глубоко вдохнул воздух. Отдавало тиной, гнилью и чужестранным потом. А еще отдаленно пахло смертью. Но запах, без сомнения, в скором времени усилиться втрое.
[indent=1,0]- Эй, - наставник из Каэр Морхен окликнул близнецов, что стояли поодаль. – Мне нужно, кхр, тухлое мясо. Принесите ломоть самого вонючего.
[indent=1,0]Сказав это, Весемир, ведьмак из школы Волка, приблизился к водной глади.
[indent=1,0]Река жадно лизнула мысы кожаных туфель.

Отредактировано Весемир (2019-02-03 01:15:31)

+8

41

Мастерский

Замок Вайреса, двор.

Когда стража и чужестранка прошли за внутренние ворота, из конюшни на двор выволокли паренька в одних портках. Чумазый, побитый и растрепанный, он, едва волоча ногами, заливался слезами, умоляя простить.
- Дядьку Кыцар! Нерест! Смолычек! Мы же с вами с одного села! Вы же папку и мамку моих знаете! Не губите!
Его не слушали. У дворовых барона были слишком спокойные, слишком привычные лица.
Бабы, высыпавшие к окнам, покачивали головами. Мужики недовольно покусывали усы и почесывали бороды.
Стражники, сопровождавшие танцовщицу, подтолкнули её в спину: не задерживайся, нечего глазеть.
- Дядку! Не губи!
- Прости, Ротслав! И папка твой пусть тоже простит. Уж так барин повелел.
- Что это еще за сопли! -
в воротах конюшни стоял худой лысый головорез. - Чего не чешетесь, песья племя? Взамен этого на козле распять?! Мы это устроим! А ну шевелись, мужичье!
Решительно пройдя мимо чужестранки, лысый оставил дублет бородатому детине из баронских наемников, а сам, прихватив нагайку, направился в сторону стенавшего. Грязь чавкала под его сапогами.
- Ну же, иди девка! И так всё услышишь!
Двери за Аминат захлопнулись.

Губерт ждал его в той же самой зале, в которой принимал Эбенгарда. Кудлатая старая псина, с невероятно умной мордой, лежала у ног хозяина.
Когда Аминат вошла в комнату, пёс поднял лохматую голову, маленькими круглыми глазами взглянул на женщину и предупреждающе заворчал.
Вайрес, сидевший за столом, жадно отпил из кубка. Затем потрепал пса за ухом, ссучив тому одну из костей.
- Ну? - спросил он на всеобщем. - И кто ты такая?
Но увидав, что чужестранка не реагирует, паскудно ухмыльнулся и спросил на чистом нильфгаардском.
- Кто ты такая и как попала в мой замок?
В этот самый миг за окнами послышались первые крики.

- Нравится?
Удар. Крик.
- Не слышу!
Удар. Рассекшаяся от плоть. Крик - ещё более сильный. Истошный.
- Ну же, Ротслав, повтори! - не унимался лысый. - Повтори при всём добром люде! Расскажи о том, что напел нам на конюшне!
Удар. Крик.
Несчастный, растянутый на деревянном козле для пилки поленьев, попытался вцепиться зубами в мокрое от его собственной крови бревно. Но тщетно.
- Молчишь?
Снова удар - невероятной силы жестокости. И крик.
- Но я заставлю тебя говорить, сука!

Стражники со стены на крики даже ухом не повели. Один из них, улыбаясь мерзко, окинул незваного гостя с ног до головы.
- Ведьмак? - сомнительно прогундел он. - Что-то я сомневаюсь, что ты ведьмак! На вид болезненный какой-то! И морда такая, словно тебя гули в жопу драли!
Второй, старше товарища на добрый пяток лет, всё-таки подавил в себе улыбку.
- Остынь, Парша! Вишь, знак ведьмаковский у него на шее болтается! А они с ними по доброй воле не расстаются - лишь при смерти! Так что если это выблядок какой, то Янатар его вмиг раскусит! Уж до барина-то всякая шваль не пройдет!
Поглядев за спину ведька, на ближайший подлесок, стражник подал знак дежурившим на воротах.
- Ну, ведьмак, проходи! Но помни: шутить вздумаешь, то твоя голова - наш меч. Усёк?
Подъемный мост медленно опустился. Ворота приоткрылись всего на пару мгновений, пропуская Брэена. А затем цепи вновь лязгнули.
Ловушка для Кота захлопнулась.
И сразу же убийцу чудовищ прижали к стенке, угрожая копьями и топорами, держа от лебедки и ворот подальше.
Затем вперед выдвинулся старший.
- Военное время, дружок. Сам понимаешь.
Он кисло улыбнулся, подал знак.
Острия копий перестали холодить Брэену рёбра.
- Иди за мной, ведьмак! И не дури. Нас тут много.

Удар. Стон.Удар.
Янатар фыркнул, отер мокрый от пота лоб.
- Плесни-ка на него!
Бородач щедро окатил из ведра сынка старосты из Боровичей. Ротслав закашлялся, дернулся на козле, но тщетно.
Янатар присел рядом и зашептал, едва не касаясь залитого кровью уха желтыми от курительного зелья зубами.
- Упрямишься? Я сейчас велю приволочь твою девку! - рычал он чуть слышно. - Велю содрать с неё шмотки и выебу у тебя на глазах. Затем спущу псов, чтобы они закончили дело. И если ты думаешь, сука, что у тебя получится отвернуться или закрыть глаза, то ты ошибаешься, дружочек!
Янатар до хруста сжал кулаки.
- Так и будешь молчать?
Ротслав, онемевший от ужаса, хрипло ойкнул.
И закричал.
- Я предал! Предал барина! Продался нильфгаардцам!
А потом он залился беззвучным, горьким плачем, уткнувшись лицом в бревно.
Янатар оскалился. Потрепал Ротслава по щеке. Медленно поднялся.
- Видишь, это было совсем несложно, маленький ты мудень!
Янатар кликнул бородатого, попросил ковш воды. Ему щедро полили на руки, на голову. Лысый с наслаждением умыл лицо и шею, забрал у товарища дублет.
- Что с этим делать?
- С этим? А в погреб его до дальнейших распоряжений! Раны обработать, поить и кормить в меру. Следите, чтобы с собой не учудил по глупости. Еще криков его старого дурака не хватало.
- А с Милавой что?
- С девкой его? А она-то нам ничего не сделала, пусть гуляет. Приглядывайте лишь, чтобы дурачиться не начала.

Народ нехотя расходился по своим делам.
Янатар, отдавший плетку и уже успевший одеться, подбоченился, глядя как на подворье вывели незнакомую ему кислую харю.
- Кого это ты привел, Хага? Неужто мертвецы стали оживать и проситься в дом?
- Это ведьмак, ваше благородие!
- Ведьмак? Ну и что ты за ведьмак такой будешь, а?

Деревня Маковка. Ставка Роше

- И чтобы каждый вернулся домой, - закончил тост Роше.
Они выпили.
Горькая жгла горло, живот, но давала покой и отдых воспаленной голове. Вернон задумчивым взглядом скользил по рисунку деревянного стола.
- Значит, решено. Как стемнеет, подойдем на лодках. Зайдем как можно тише, поможем ведьмаку. Если будет кому помогать.
У них не было ни плана замка, ни знания местности. Не было в их отряде никого, кто ранее бывал внутри, знал расположение караульных постов. У них не было даже уверенности в том, что у этого замка был вход с воды - лишь догадки.
- Отряд из пятнадцати голов. Больше - лишний шум и сутолока. Перережут, как овец.
Вернон вздохнул.
- Ты же понимаешь, что это дорожка в один конец, Йол?
Где-то за стеной лениво ворочался и жил небольшой гарнизон: темерские солдаты, воющие не на своей земле, но за интересы своего короля. Деды и отцы, сыновья и братья, мужья - сколько из них не переживут эту ночь?
Думать об этом не хотелось. Ни в ночь перед Содденом. Ни сейчас.
- Осталось лишь изъять у местных лодки.

Нильфгаардский берег.

Один из солдат, послушавшись, пробурчал что-то недовольное на своем языке себе под нос и исчез. Второй остался, всё-таки держась поодаль, но внимательно поглядывая за действиями убийцы чудовищ.
Ничего не происходило. Всё так же шептала вода. Всё так же шелестели кроны прибрежных лип.
И тут ветер до них донес крики со стороны крепости.
- Грязные животные! - проворчал солдат. - Они пытаются нас напугать!
Ничего не происходило.
И тут чуткий ведьмачий слух мог различить шлепание босых мокрых лап по прибрежной траве. Шаги стремительно приближались, ускорялись... и слышались они со спины нильфгаардского солдата, который даже не подозревал об опасности.

+6

42

Замок Вайреса, двор.

Всё происходящее нехорошо пахло по мнению Аминат. В прямом и в переносном смыслах.
Кажется, во дворе собирались устроить экзекуцию и сопровождающие решили упредить желание подопечной подзадержаться и потешить кровожадность страданиями отчаянно-отпиравшегося от каких-то обвинений парня, которого тащили к козлам для пилки дров.
На деле - это несколько бы улучшило настроение Аминат ведь ничего так не греет калечную личность котолака как вид и запах крови и чужих страданий, но для провожатых эта часть жизни Аминат была тайной и её просто и незатейливо подтолкнули в спину, вынудив метнуть на себя крайне недобрый взгляд бледно-голубых глаз.
Картина теперь вырисовывалась мрачноватая и перспектива чуть что случится - оказаться на месте нещадно терзаемого кнутом виновника "торжества" Аинат несколько не прельщала. По-крайней мере, не в столь людной и будничной обстановке и уж точно не за бесплатно так как такие развлечения стоили денег.
Барон встречал их за столом, вкушая пищу. Рядом сидел старый пёс, которого зерриканка удостоила снисходительно-презрительным взглядом лишь тогда, когда дурная псина вздумала повысить голос на занимавшего вершину пищевой цепи хищника, скрывавшегося за внешностью смуглокожей экзотической танцовщицы.
Разумеется, что та ничего не поняла из того, что барон сказал ей на всеобщем торговом, но властелин здешних земель тут же исправился и на чистейшем Нильфгаардском диалекте, видимо, повторил свой вопрос.
Вопрос удачно совпал с криком наказываемого добавляя происходящему нехорошего подтекста, но Аминат решила, что коли бы её хотели убить - убили бы сразу, а если было подозрение, что она - шпионка - то также бы сразу и повязали.
Как, например, этого парня, спину которого сейчас во дворе нещадно драл кнут лысого мордоворота...
- Ваш замок, господин, был открыт всем желающим в своё время, - начала зерриканка, сделав как можно более доброжелательное выражение лица, сверкнув белоснежными и ровными в отличии от кривых и жёлтых бароновых, зубами, - Я же просто воспользовалась возможностями, что в нём открывались. Что до меня самой, я - Аминат ад-Терази Бабир, дочь Ла-Ахад. Аминат "Пантера", дочь Никого. - зериканка скупо улыбнулась и пожала плечами, скрестив руки на груди, - Почти жрица Великого Золотого Дракона, почти лекарь, сейчас - танцовщица. Вы желаете знать что-то ещё, господин..?

+4

43

Деревня Маковка. Ставка Роше.

- Понимаю, Роше, понимаю. Эта дорожка только к победе и никак иначе, - ответил Йол. Ответил угрюмо, словно бы и не было в нем никакой уверенности в победе. Но это была именно так угрюмость, с которой бывалые воины надевают броню перед битвой и с которой они идут потом прорубать вражеский строй. Возможно, Роше это понимал.
В глубине души Медведь жалел, что заикнулся про отряд: все-таки, если не удастся, погибнет не он один, а еще несколько храбрецов. С другой стороны, одному в замке делать было нечего: даже если бы ведьмак был полностью лоялен к темерцам, его шансы на успех были невелики. У небольшого отряда шансов больше. По крайней мере, кто-то сможет сковать противника боем, пока другие будут открывать ворота, если, конечно, станет горячо. Словом, дилемма.
- Вот что, командир, - сказал он вслух. - Лучше бы тебе не соваться туда, я так мыслю. Если, вдруг станет жарко, шальная стрела - и нет тебя. А Темерии ты еще нужен будешь. Ну и вообще, если все пойдет в направлении выгребной ямы, будет кому новый план составить. А уж если дело выгорит - тогда все лавры тебе, как командиру, - он замолчал на секунду, мрачным взором сверля своего вождя. - Подумай, как это... кхм... стартегически. А тактику уж оставь нам, солдатам. Кстати о тактике: надо бы разработать план поподробней.
Йол достал нож из-за голенища и принялся им корябать по столешнице.
- Значица так... вот, условно, стены замка. Вот река. Думаю, высаживаться надо здесь, - он ткнул в участок, идущий прямо посередине реки. - И здесь, - острие ножа указало на участок с другой стороны от ворот. - Сядем в лодки выше по реке, чтобы выйти ближе к фарватеру. Когда будем близко к замку, веслами пользоваться не будем - услышат. Прямо к воротам причаливать не будем. Уверен, там куча часовых торчат круглыми сутками, заметят нас еще при подъеме. Зайдем чуть со стороны, там внимание противника поменьше. Так... вдоль стен идут башни. На башнях - дозорные. Пока мы не окажемся на стене, они нас не заметят. Ну, если только кто из наших не бзднет в тумане. Поэтому арбалеты должны быть все время наготове, как кто сунется, - болт меж глаз и вся недолга. Очень даже может быть, что по стене будут прохаживаться часовые, но как знать. Ночью, пока командиры не видят, они могут торчать в башнях. К слову о них: двери они вряд ли запирают, поэтому будем врываться и резать караульных. И так до ворот. Там, скорее всего, нас уже заметят, так что действовать надо будет очень быстро. И нужно быть уверенными, что как только мост опустится, а решетка поднимется, - наши солдаты тут же рванут внутрь, иначе нам точно конец. Так... и, на самый крайний случай, надо будет взять крюков побольше. Если нас заметят раньше, - будем перелезать через башни. Может, мы так и время потеряем, но хоть какое-никакое преимущество в обороне будет. Во внутренний двор лезть не будем ни при каких условиях - там нас живенько со стен в ежей превратят... Ну и да, нам лучше будет разделиться, и шуму меньше, и прикрываться друг друга будет проще. Если кратко - такие мои прикидки, командир.
Йол сунул нож обратно за голенище и отодвинулся от стола, готовясь по первому слову Роше, вскочить и выполнять.

+4

44

Нильфгаардский берег

Крепость молчаливой сгорбившейся старухой упрямо стояла посреди реки, заставляя ту огибать древний каменный фундамент, раздражая злые волны, что тщетно точили свои зубы все эти долгие годы.
[indent=1,0]На её стенах виднелись темные фигуры дозорных под развевающимися флагами. Тяжелый мост был поднят, и крепкие массивные цепи удерживали его. Какая жизнь кипела за толстой серостью этих каменных стен оставалось загадкой. Однако крепкое словцо северян донеслось до берега, бессовестно узурпированного нильфгаардской армией.
[indent=1,0]Не пролилась еще кровь, а в воздухе уже стоял терпкий дух смерти. Так или иначе, но война началась.
[indent=1,0]Вызванная грязной шуткой солдата с крепостных стен улыбка на лице старого ведьмака резко исчезла. По лбу загуляли глубокие морщины. Брови хмуро опустились на глаза.
[indent=1,0]Рядом вода тихо касалась мысов туфель, но где-то поодаль нечто нарушало монотонную гармонию воды своим кривым плеском. И шум этот был недонельзя знаком. Так шлепают своими уродливыми стопами утопцы.
[indent=1,0]Шорох перешел в траву.
[indent=1,0]Весемир развернулся на пятках, оставляя глубокий след в мокром берегу реки. На бегу он выхватил клинок.
[indent=1,0]- Обернись! – старик хриплым криком предупредил нильфгаардца, что остался по приказу следить за работой ведьмака.
[indent=1,0]Но тот лишь вопрошающе и сердито посмотрел на мчащегося на него старика. Слово того не показалось ему знакомым из наскоро выученного варварского языка нордлингов. Скорее солдат воспринял всё как личную угрозу. Избавившись от второго противника, подлый северянин решил воспользоваться моментом и прикончить бравого служителя Императора. Бесчестная нордлингская свинья! Умри же!
[indent=1,0]Нильфгаардец выудил из-за пояса потертый меч и принял боевую стойку, готовый проучить дерзкого старика, несколько раз продырявив того. Однако вместо годами отработанного выпада солдат южной армии упал сам, словно его сбило с ног как по волшебству. И падая, его черные глаза заметили, как над ним, бравым воином Солнца, пролетает жуткая серая туша.
[indent=1,0]Утопец промахнулся. Желанная жертва неожиданно ушла из-под красивой атаки.
[indent=1,0]Увы, впереди его ждал еще один внезапный поворот. Страшное существо с горящими желтыми глазами воткнуло что-то холодное и в то же время жгучее, а затем резко дернуло наверх, к синему небу.
[indent=1,0]Распоров брюхо утопца, Весемир успокоился не сразу. Но ни единый посторонний шум не вызвал у него подозрений на дальнейшую опасность. Монстр был голодной одиночкой. А такие умирают быстро.
[indent=1,0]Если ведьмак глянул на издыхающего последние нотки жалкой жизни утопца бегло, то лежащего на земле нильфгаардца он одарил самым тяжелым из своих взглядов. Таким, которого не выдерживал даже знаменитый на все Северные Королевства Белый Волк.
[indent=1,0]Однако Весемир ничего не сказал и помощи не предложил. Лишь опустился и вытер о траву клинок.
[indent=1,0]Ведь чистота и ухоженность меча главный показатель.

Отредактировано Весемир (2019-02-10 23:15:31)

+4

45

Деревня Боровичи

Меетывер устало провел ладонью по лицу. Проклятый штаб! Проклятые назначения! Каких-то несколько лет назад он был в ответе только за самого себя. Тяжелое копье, верный конь, лихая атака - чего еще было желать в те годы?
Лучше бы он сам отправился штурмовать этот замок во славу Его Императорского Величества.
Проклятье, теперь понятно, отчего вдруг потребовалось это срочное назначение. Видимо, никому из шишек не захотелось брать на себя ответственность за этот чертов замок. Что там делают с офицерами, не оправдавшими императорского доверия?
Вопрос был риторический.
— Оставьте спор, господа, — прервал полковник сцепившихся аэп Лейтлана и Насса. — Явэнн, у вас есть информация, сколько людей у Вайреса?
Полковник покрутил в руках пустой кубок с вином и поднялся.
— В любом случае, мы дождемся ответа парламентеров. До вечера. Если Губерт откажется сдать замок, мы возьмем его. В общих чертах план таков: основная группа удерживает ворота, вторая устраняет Вайреса. Остальные приказы будут отданы непосредственно перед штурмом*.

Нильфгаардский берег

Один из отрядов легкой кавалерии, осуществлявших рейды по берегу реки и вглубь провинции, наткнулся на второй нильфгаардский лагерь. Это не было особенной неожиданностью — в конце концов, подкрепления ожидали со дня на день, но, так или иначе, офицер, командовавший группой, поспешил доложить о местонахождении сил полковника де Ротц-Васбринка вар Гройсу. Также он хотел узнать, с какой целью здесь находится Арвангыг, какое задание выполняет и кому непосредственно подчиняется**.

*

Мастер, мы что-то подзавязли (в том числе и по вине моего отсутствия, обещаю больше не тупить до самого мая), толкнуть бы как-то действо.

**

Собственно, это и есть заявка.

Отредактировано Меетывер де Ротц-Васбринк (2019-02-18 07:06:20)

+5

46

Покои Эбенгарда

Рихард отложил лучину на подставку, рядом с тяжелым бронзовым подсвечником и присел в кресло, задумчиво рассматривая Элен. Не то чтобы купец не любил потрепаться - как раз таки наоборот, это было его страстью, призванием и одним из источников дохода - но когда дело касалось таких щепетильных тем, как выживание за чужой счёт, приходилось тщательно фильтровать свои слова, а, порой, и мысли. Поэтому он решил помолчать и послушать.
Значит, этот старый подлец не такой тупой, как казался, - быстро думал Эбенгард, нервно теребя пальцами край рукава своего камзола, - Он не собирается отсиживаться за стенами против всего мира. У него есть план. Ну а раз у такого барана, как Губерт есть план - то и у меня найдётся кое-что.
Тень ухмылки скользнула по его лицу. Именно сейчас бакалейщик, как будто и не было всех этих навалившихся проблем и усталости, возвращал свой былой задор, помноженный на жажду жизни.
- Пройти по реке - отличный способ сбежать, я согласен. Но есть один нюанс, моя милая Элен - ни темерцы, ни черные наверняка не управляются кончеными идиотами - а, значит, они наверняка прямо сейчас ищут потайные выходы из замка. Если уже не нашли. И даже если то, что живёт в реке, не сожрёт лодку с пассажирами - её весело встретят добрые ребята с хорошими лицами на том или другом берегу.
Мысли, задевая одна за другую, как шестеренки вращались в голове купца, складываясь в отчетливую картину дальнейших действий. И даже если его лицо не выдавало никакого внутреннего ликования и энтузиазма, то будто помолодевшие глаза Эбенгарда могли выдать его намерения в этот момент.
И лишь одно мешало ему прямо сейчас взять и выложить все свои карты перед нежданным-негаданным союзником в лице старой подруги - осознание, что Вайрес мог быть значительно хитрее, чем о нём думали все окружающие. Почему бы этот боров не мог сам взять и подослать к нему, Эбенгарду, свою жену, как агента? Просто чтобы узнать на чистоту, что думает и планирует купец. А заодно - обезопасить себя от предательства. В конце концов, сам бакалейщик никому в лояльности не клялся и это был бы очень разумный ход.
И в таком случае говорить с Элен было решительно не о чем. В конце концов, их пути разошлись давным-давно - она могла стать вовсе не тем человеком, каким он её запомнил.
С другой стороны, лишаясь помощи этой благородной дамы, Эбенгард бы не смог в такие короткие сроки найти потайной ход из замка. И купцу пришлось решать прямо сейчас - пойти на риск или не открывать своих намерений.
И, как бывалый торгаш, Рихард хотел найти компромисс между "спросом" и "предложением".
- Я думаю, что нас убьют прямо при взятии крепости. Просто порубят, как капусту. - откровенно ответил Эбенгард, - Или повесят потом, если хорошо спрячемся. В любом случае, не стоит оставаться в крепости, когда сюда нагрянут нильфы или темерцы.
Даже если у меня есть знакомые в командовании и там и там, - мысленно добавил купец.
Снаружи, через прикрытое ставнями окно, начали раздаваться крики, будто подтверждая слова Рихарда. Кого-то истязали хлыстом или нагайкой - понять это не составило труда по звуку и периодичности ударов.
- Но если бы мы могли... кхм... уйти из крепости в тот самый момент, когда в неё нагрянут и черные и северяне - это был бы шанс на спасение. Гипотетически. - хитрый взгляд бакалейщика скользнул по лицу Элен, - Но для этого нужно, чтобы кто-то открыл ворота. С обоих сторон одновременно. Для этого нужны верные люди. А еще лучше - если кто-то при этом заранее оповестит и нильфов и темерцев, что ворота откроются в обозначенное время. А Губерта - не оповестит. В итоге, из замка прямо перед самым штурмом могли бы уйти все, кому это надо - и их бы никто не встретил на берегу, ведь все будут заняты штурмом. А вот Губерт бы, к сожалению, уйти не успел.
Эбенгард посмотрел прямо в глаза своей старой подруге. Он пытался разглядеть там решимость идти до конца.
- Всё, что было бы нужно в такой ситуации тому, кто задумал бы такой дерзкий побег - это знание, где находится этот тайный проход и как по нему пройти, не попавшись в лапы страховидлам или черт знает кому еще, кто живёт под водой.

Отредактировано Рихард Эбенгард (2019-02-28 14:11:00)

+8

47

замок Вайреса, внутренний двор

Цепи лязгнули вместе с железной оковкой ворот, отсекая внутренний двор от всего мира. На ведьмака смотрели острия пик, злорадно поблёскивая в солнечном свете, словно огромная пасть монстра, разверзнувшаяся перед тобой, демонстрируя свой убийственный арсенал.
Брэен попытался проглотить ком, возникший в горле. Удалось, но с трудом. Опытный глаз мог заметить, что ситуация вызвала в нем тревогу, хотя лицо и оставалось бледно-беспристрастным. Впрочем, лицо любого ведьмака оставалось таковым.
Ему сказали: военное время, дружок. Он понимающе кивнул, в сердцах проклиная Роше, местный сброд холуев с топорами наперевес, которые ранее кололи только свиней, а теперь ощетинились и занимались политической проституцией.
Возможно местный барон действительно собирался поддерживаться нейтралитета, но кошкоглазый был уверен, что это не так. Вопрос в цене.
Любой вопрос такого характера стоит в цене.
Кто больше даст?
Иди за мной, сказали ему. И он пошел.  Перед ним шел старший. Поджарый мужчина средних лет. Сферический шлем прикрывал его голову, скрывая от любопытного взгляда ведьмака наличие седин. На первый взгляд ему было коло сорока лет, плюс-минус пятак. Редко старшие по званию были юнцами, хотя на войне и случается всякое. Быстрое возведение в рангах является неотъемлемой частью военных действий, как и быстрая смена главнокомандующих
Старший махнул рукой, обернувшись к ведьмаку, предлагая поравняться с ним. Брэен, соблюдая дистанцию, догнал вояку. Шли молча, но вскоре показался дом. Возможно барона, а возможно и нет. Стражник указал рукой на дом, сказал, что ведьмаку сюда, после чего подошел первым к двери, несколько раз ударил в колотушку, представился и вошел внутрь, подзывая ведьмака (опять) рукой.
Кот едва недовольно повел бровью, но последовал за ним, заходя в полумрак помещения.
Что знает, что его там ждет? Возможно — заказчик. А возможно и смерть. Мурашки пробежали по спине. Никогда не знаешь, чего ожидать от людей. Их поведение иногда более непредсказуемое, чем поведение мантикоры. Он откашлялся.
— Мне все еще непонятно зачем я здесь, — сказал он в полумрак, обращаясь ко всем, кто в нем был.
— Или заказ имеет столь важное стратегическое значение, что две армии по обе стороны Дыфни не должны о нем знать?

+4

48

Мастерский

Замок Вайреса.

Губерт Вайрес не был дураком. Дураки так долго и славно не живут.
Но осторожность никогда не была его особенностью. Наоборот, кровожадный, словно хищный коршун он бросался на всякий запах крови, который витал поблизости.
От чужестранки пахло таинственно, но запах крови - пьянящий, будоражащий, тревожный - Губерт Вайрес мог отличить от сотен тысяч других запахов. И это странное, непонятное чувство, которое вселяла в его голову самодовольная баба, заставляло барона скалится, словно дикого зверя.
- У тебя слишком длинный язык, девка, - сказал он на нильфгаардском. - И при этом слишком отточенные движения. Мне рассказали, что ты сделала. Поверь, я восхищен. Ты голодна? Хочешь выпить?
Пес заворчал, но предусмотрительный оклик хозяина образумил его.
Вайрес прищурился.
- Не нравишься ты моему псу, девка. А его нюх меня никогда не подводил. Скажи, танцовщица, ты здесь затем, чтобы убить меня?

Замок Вайреса. Двор.

Услыхав слова ведьмака, Янатар расхохотался: громко, заливисто, страшно. Его некрасивый смех походил то ли на кашлянье ворона, то ли на предсмертные хрипы ослика. Пожалуй, если бы Брэен услышал бы что-то подобное в каком-нибудь урочище, то решил бы сделать ноги, решив не связываться с подобным чудовищем.
И был бы прав.
- Ты меня за хозяина принял, приблуда? Ай, посмотрите! Поглядите-ка на него! Какой потешный хер!
Лысый не стесняясь оглядел убийцу чудовищ с ног до головы и, судя по взгляду, остался не впечатлен.
- Видывал я и пострашнее, - процедил он Брэену в лицо. - Башку одного из твоих видал, когда её припер старый Лео Бонарт. Ух и паскудная же была харя! Но не такая паскудная, как твоя.
Янатар плюнул ведьмаку под ноги.
- Пойдем, выродок, обрисую тебе ситуацию.

- Значит слушай, выродок! - Янатар водил широким ножом по замызганной старенькой карте, совершенно не заботясь о том, что заслоняет убийце весь обзор. - Завелась у нас тут страховидла! Здоровая, что эта хата, но капельку поменьше. Так вот, сидит в воде, пердит, изредка жрет народ. Сама зеленая, в странных наростах, с клешнями.
Головорез откинулся на скамье, прищурился, пытаясь разглядеть лицо Брэена.
- А и правду говорят, что зенки ваши в темноте светятся. Не брешут, - лысый оскалился, - вернемся к нашему вопросу! Хозяин желает знать, что это за тварь, что жрет и как её приручить. Смекаешь?

Покои Эбенгарда

Рихард говорил. Много говорил, а Элен, несмотря на свое происхождение, умела слушать и, что самое главное, слышать главное. Умела делать выводы. Только сейчас она поняла, как сильно изменился тот человек, которого она когда-то знала, как много он пережил, как много он повидал, как много он сделал. Ведь он когда-то наверняка бывал в похожих ситуациях, вышел из них живым. А те, кто был с ним? Остался ли хоть кто-то?
Или цена за жизнь - чужая смерть?
Рихард Эбенгард говорил, юлил, а Элен понимала, что не сможет больше верить этому человеку. И, если им удастся выбраться из этой передряги, то лучше бы им больше никогда не встречаться. Ни при каких обстоятельствах.
- Отсюда один выход, Рихард - по реке. В руки к темерцам, к нильфгаардцам, на съедение речным чудовищам. Если бы, конечно, я умела летать, то давно бы улетела, на прощание нагадив любимому мужу на плешь.
На улице кричали. Элен знала этот голос и знала причину, по которой Янатар беспощадно сдирает кожу с глупенького Ротслава. Ведь она сама донесла на глупенького сынка старосты из Боровичей.
Человек, который будет ненавидеть твоего врага, легче станет твоим союзником. Этот урок Элен усвоила давно.
- Но мы можем попытаться пройти по реке. Слышишь крики? Этот мальчишка пробрался в замок на лодке. Его невеста прислуживает Вайресу, а ему захотелось повидаться с любимой. Пробрался сюда - сможет выбраться и отсюда. И при этом он не попался ни в руки нильфгаардцев, ни в лапы утопцев.
Элен прищурился.
- Только большое количество людей он не вызволит. Кем-то придется пожертвовать, Рихард.

Ставка Роше

Слова скеллигца неприятно кольнули, задели какую-то животную, болезненную струну внутри Вернона Роше. Командир специального отряда напрягся, сжался, словно маленькая краснолюдская пружинка: отпустишь такую, и она пребольно щелкнет обидчика по пальцам.
Как же мог Берагхейм додуматься до такого? Осмелиться предложить?
Остаться в стороне. Отправить отряд на верную гибель, а самому отсидеться. Дождаться, пока их там перережут, как овец.
Жить, зная, что отправил на гибель людей, которые стали тебе семьей.
Кому вообще нужна такая жизнь?
- Складно поешь. Я бы предложил отвлечь Вайреса от нашего берега. Например, запалить на берегу нильфгаардцев пару костерков. Только не со стороны лагеря, а с противоположной. Пусть ему пощекочут ему нервишки да заставят поломать голову - кто там и что там. А пока черные и Губерт будут играть в гляделки, то мы попытаемся взять его тепленьким и без порток.

P.S. Весемир, уважаемые нильфгаардцы, ваша часть будет позднее. Если вам есть что писать, то пишите.

+8

49

Мастерский

Нильфгаардский берег. Лагерь Арвангыга.

Кто из нильфгаардцев на славился своей уникальной изворотливостью в решении дипломатических вопросов? Кто, как не южанин сумеет крутиться, вертеться, словно поджаренный на сковородке ужик?
Арвангыг вар Гройс не был знаком с офицером отряда, наткнувшегося на лагерь. Не знал, что можно ожидать от этого молодого, гладко выбритого личика. Не знал, как сильно предан он Меетыверу. Но верил, что все они служат империи. Готовы умереть за императора. И вот с последним Арвангыг вар Гройс мог легко помочь.
- Друг мой! Во славу империи мы охраняем прибрежную территорию! Более того, согласно обговоренному плану и последующему приказу мной был найден ведьмак для уничтожения чудищ и зачистки берега для подготовки штурмовой операции.
Арвангыг оттер потный лоб ладонью. Улыбнулся.
- Жарковато сегодня. Воды? Или, быть может, пропустим по стаканчику туссентского? Скажу по секрету, у меня припасена бутыль из родных краев. Для особых случаев.
И улыбка вар Гройса стала ещё шире.

Нильфгаардский берег. Логовища утопцев.

В бою не страшно испугаться. Даже самый смелый, самый храбрый и отважный когда-то познал это гниловато-сладкое, омерзительно липкое чувство, когда желудок сводит спазмом, когда кишечник против воли спешит опорожниться, а ноги сводит судорогой.
Несчастный нильфгаардский захватчик, покоритель северных королевств, насильник, убийца детей и женщин лежал, ткнувшись лицом в пахнущий ряской ил, и ревел. Лил слезы в три ручья, беззвучно трясясь от ужаса, сковавшего все его тело.
Руабальд аэп Дитрих вар Каррад пережил девятнадцать весен, и когда империя позвала его на службу, был самым счастливым в мире юнцом.
Он ехал туда, на север, нести свет Великого Солнца холодным, заблудшим сердцам. Он - опора и надежда великой империи! Он...
... видел смерть. Видел гибель товарищей, видел порубленные тела нильфгаардской пехоты в Венгерберге. Руабальд не понимал, почему их миссия, их благородный порыв воспринимается так остро. Ведь они просто хотели помочь людям...
... а они вынуждали их сражаться. Убивать. Умирать. Заставляли их становиться мразями. Становиться...
... солдатами.
И сейчас воин непобедимой нильфгаардской армии лежал, скуля и плача, повстречавшись лицом к лицу с чем-то пострашнее смерти - с её ожившим, ужасным подобием, булькающим, когтистым и клыкастым.
Когда вернулся Хеенгор с мясом, которое потребовал ведьмак, Руабальд вар Каррад уже не плакал. Лишь только изредка шмыгал перепачканным носом да пытался смахнуть грязь с пшеничных волос.
- Твоё мясо, ведьмак. Фу, ну и вонь! - голос Хеенгора был грубый, жесткий. - Это что, утопцы? Омерзительные твари!
Руабальд с ужасом смотрел на распластанные сине-зеленые трупы. Тихий, дрожащий голос едва коснулся ушей ведьмака.
- Спасибо. Я обязан вам жизнью.

Деревня Боровичи

Их совет затягивался. Как и любой другой, он мало походил на приятную беседу. Каждый отстаивал собственные интересы. Каждый искал возможность скинуть свои шишки и камни на голову неприятеля, переложить груз ответственности за собственные просчеты на чужие плечи.
И выходило скверно.
Даже в Нильфгаарде никто не спешил сложить голову за империю просто так.
- Точной информации нет, полковник де Ротц-Васбринк! По предварительным данным у Вайреса был гарнизон до сотни человек. С прибывшим купеческим обозом - чуть больше. Еды у них хватит на целую зиму. К тому же уверен, что местные - если не с нашей, то с темерской стороны, будут тайком передавать припасы своему господину. Старый хозяин не так мил, как новый господин.
Все они не спешили сложить головы за империю. И только Ксандор вар Лорехейд, наверняка, запоминал, кто делал это с меньшей охотой.
Когда Ротц-Васбринк поднялся, вместе с ним поднялись и офицеры.
- Кого вы делегируете на переговоры, ваша милость?

p.s. Господа, пишите, не сомневайтесь в своих силах и талантах! Мастер ждет ваши посты!

+7

50

Замок Вайреса.

Неприятно, когда искренность принимают за болтливость. барон хотел знать кто перед ним - барон узнал, что хотел и даже  немного больше, чтобы предупредить возможные дополнительные вопросы, что могут у него в голове родиться.
Но то было совершенно незначительное неудобство по сравнению с тем, что было озвучено после.
Опасения частично оправдались - её подозревали в попытке организации покушения на барона на основании того, что она сделала в трактире. Обычно, в таких случаях говорят, что выбор стоит между смехом и слезами, но в случае с Аминат выбора не было и она с трудом сдержалась, чтобы зло не усмехнуться.
Видимо, Вайрес крайне прочно увяз в пучине собственной паранойи. Вероятно, поэтому и остался до сих пор жив, хотя лично для зерриканки это ничего не меняло. Её всё равно подозревали на пустом месте в том, что было ей нужно в последнюю очередь.
- Вы спросили. - медленно пожав плечами ответила Аминат, прикрыв глаза, - Я дала ответ. Что до произошедшего в таверне - жриц учат давать отпор тем, кто решит покуситься на них и на храм. Просто при мне не было ножа и пришлось пустить в ход руки...
Тут старая псина вновь изволила явить Аминат всю глубину своего старческого слабоумия и полного отсутствия инстинкта самосохранения. Животные, обычно, боятся её, а этот выживший из ума старый пёс вот наоборот рычал.
Вновь смерив пса презрительным взглядом, Аминат ответила чуть резче, чем раньше:
- ...что до собак - у собак нет ни чести ни уважения к себе. Пёс - всегда холуй того, кто сильнее. Но мы ведь не об этом сейчас, господин? - Мне нет смысла вас убивать. Ведь тогда я не буду получать прибыль от ваших людей, а деньги мне нравятся. Но не все и не до такой степени, чтобы ради них кусать руку с которой кормишься. Я не настолько глупая, господин.

+5

51

http://s7.uploads.ru/t/c5xOb.png
Nilfgaardian Theme
Военные советы. Они никогда не меняются. Вначале многие из присутствующих натягивают убедительную маску искреннего уважения ко всем явившимся, дружелюбно протягивая руку для пожатия. Однако маскарад длится ровно до тех пор, пока не наступят дебаты, споры о безошибочности того или иного предложенного плана действий. Стоит лишь горячей перепалке замелькать на горизонте, на свет выходит настоящее отношение офицеров друг к другу. Вначале споры, затем повышение голоса. Потом, возможно, немного ультиматумов, ежели на совете присутствуют упёртые военачальники. А коль спор начинает затягиваться потуже, что те шнурки на дамских корсетах, в бой могут пойти и оскорбления. Да, такие собрания с давних времён остаются неизменными, как и весьма плохое отношение нильфгаардца Дэмиана к подобным заседаниям. К его сожалению, Насс являлся довольно частым гостем на военных советах, и он уже успел сделать для себя один главный вывод: чем больше господ, тем больше разных мнений. Чем больше разных мнений, тем больше разногласий. Великолепным доказательством этому послужит уже "маячащий на горизонте" спор на военном совете в одной из хижин деревни Боровичи.
- Ротмистр?! - Одарив аэп Лейтлана недобрым взглядом, Дэмиан сжал кулаки, заставив характерно скрипнуть кожаные перчатки на его ладонях. Обычно такой жест не сулил ничего хорошего.
- Милостью его Императорского величества, я уже месяц являюсь подполковником. А знаете почему, аэп Лейтлан? - Последние два слова он демонстративно произнёс медленнее, умышленно акцентируя внимание на своём недобром настроении. Да, его кровь уже бурлила, словно кипящая похлёбка в чугунном котелке. Да, сейчас он почти напрочь позабыл о манерах и этике. Однако провокация уже случилась, а Насс был не из тех людей, кто привык в ответ разумно промолчать.
- Я беспощаден к своим врагам и не веду с ними переговоров. С ними привык говорить мой клинок, - Дэмиан демонстративно положил крепкую ладонь на серебряное навершие меча. Грозным взглядом он пилил Явэнна, не давая тому возможности вставить даже короткую реплику в свою защиту. - Мы пришли на эти земли, чтобы нести свет Великого Солнца и установить здесь новый порядок. Спешу напомнить, что таких целей можно достигнуть лишь кровью и сталью, отнюдь не дипломатией! На моём счету уже не одно выигранное сражение, я внёс большой вклад в победу Нильфгаарда на этой войне. Под моим командованием находится множество верных солдат. Так может быть мне лучше известно, что действительно важно для Империи? Ведь я - подполковник, а вы всего лишь шпион! - неизвестно, чем бы закончилась эта перепалка, если бы не своевременное вмешательство полковника Меетывера, которое словно окатило водой взъевшегося лысого нильфгаардца, остужая его пыл и вынуждая его наконец умолкнуть. Проявить себя перед господином с хорошей стороны - одно из главных обязательств любого игрока в бесконечной игре за власть. Не затмевать своего господина - одно из главных правил в этой жестокой игре. Благо, хотя бы это Дэмиан не запамятовал.
Оставьте спор, господа. Явэнн, у вас есть информация, сколько людей у Вайреса? - де Ротц-Васбринк являлся человеком поистине толковым, отчего ему не составило труда ловко перевести тему в менее горячее русло и обрезать пререкание ещё в самом его зарождении. Благо, он осознавал, что в это ответственный час нет места раздорам внутри нильфгаардского авангарда. Он понимал то, чего Дэмиан, к сожалению, временами не понимал. Либо понимал, но ввиду своего необузданного характера просто забывал. Впрочем, он всё же выслушал очередной доклад аэп Лейтлана молча и без комментариев. Лишь после окончательного решения главнокомандующего Насс вновь неудовлетворённо нахмурился, явно недовольный тем, что его план так просто отклонили, однако перечить Меетыверу не стал. В конце-концов, в этой ситуации он доверял ему больше, чем кому-либо другому на этом собрании. Наконец, когда все присутствующие поднялись со стульев, Дэмиан вновь обратился с просьбой:
Полковник де Ротц-Васбринк, раз уж таков ваш окончательный вердикт, позволю себе предложить свою кандидатуру на роль командира второй группы. Я соберу своих лучших людей, и по вашему приказу мы будем готовы в любой момент незаметно проникнуть в крепость по реке. В успехе выполнения операции можете вы можете не сомневаться - я готов лично навестить Вайреса в его покоях и принести вам его голову в одной из корзинок, ранее использовавшихся для переноски провианта из этого треклятого обоза! — подполковник слегка прищурил глаза и ухмыльнулся, вновь положив ладонь на навершие своего клинка. Да, его рвение пустить кровь какому-нибудь нордлингу было ни с чем несравнимо.

+6

52

Нильфгаардский берег, деревня Боровичи, штаб
[indent]Меетыверу были прекрасно известны законы войны. Один из них гласил, что штурмующие несут в три раза большие потери, чем защищающиеся. Именно поэтому брать замок с сотней человек в гарнизоне, имея в распоряжении три эскадрона кавалерии, было обыкновенным самоубийством. Или предательством. 
[indent]Полковник также понимал, что его ждёт в случае провала. Никто не заточит его в замке, точно прекрасную принцессу, как поступили с сыном этого сенешаля, Кеаллаха. Скорее всего ему просто отрубят голову, обвинив в заговоре против императора, как это обычно делалось в последнее время. Теперь, когда его отца давно нет в живых, а дядю прикончил кинжал убийцы, заступиться за него не мог никто. Тяжесть императорского гнева выдерживали немногие плечи.
[indent]Крепость своих собственных Меетывер проверять не собирался.
[indent]— Вас, аэп Лейтлан. Я делегирую вас. Если Вайрес сдаст замок, я отправлю де Ридо доклад о ваших заслугах в ходе проведения операции,  — он усмехнулся, подавив желание похлопать шпиона по плечу. Явэнн, в отличие от многих, не вызывал неприязни, и полковник не желал ему зла. Правда, и помочь ему чем-либо возможности у него не было  — это назначение было чем-то вроде шутки. Они оба понимали, что Губерт не опустит мостов. 
[indent]— Умерьте пыл, подполковник,  — обратился он к Нассу.  — Вспомните Эббинг. Эти люди сражаются за свои дома, и каждый наш шаг по их земле будет тяжелее предыдущего. Я не хочу оступиться здесь. Вы будете командовать второй группой.
[indent]Меетывер считал Дэмиана хорошим солдатом и способным офицером, но его жестокость в обращении с собственными солдатами, его преданность, граничащая с фанатизмом (и это после того, как его отец стал жертвой бессмысленных репрессий!), вызывали чувство сродни брезгливости. Он даже немного побаивался этого лысого вояки, и поэтому старался вести себя с ним холоднее, чем он того заслуживал. Этому способствовало и то, что де Ротц-Васринку удалось обойти его в чине.
[indent]— А вы, лейтенант, займете и будете удерживать ворота. По опущенному вашими людьми мосту солдат поведу я.
[indent]Он посмотрел на Ксандора. Этот человек будет докладывать Верховному Трибуналу о всех его, Меетывера, просчетах, неумышленных или запланированных заранее с целью подорвать могущество империи. Вторая формулировка, насколько было ему известно, прочно прижилась в стенах военного суда.
[indent]Однако сейчас это не имело значения. Ксандор вар Лорехейд выжил на севере и сумел вернуться в империю после нескольких лет скитаний. Он был храбрец, это полковник знал не понаслышке, но, самое главное, он быстро соображал и умел действовать по ситуации, не теряясь, оставшись без точных приказов. Именно такой человек нужен был ему у ворот.
[indent]— Совет окончен, господа. Явэнн, отправляйтесь на переговоры немедленно. Как закончите, возвращайтесь с донесением прямо ко мне. Подполковник, лейтенант, подготовьте своих людей.

Нильфгаардский берег, лагерь Арвангыга
[indent]Корнет Аргот аэп Кейдран выругался про себя. Ему, черт подери, никто не говорил про охрану прибрежной территории и каких-то там ведьмаков. Более того, он был уверен, что прибрежная территория должна была охраняться силами полковника де Ротц-Васбринка, храни Великое Солнце жизнь этого офицера. А вот для таких, курва, случаев у него никаких приказов не было.
[indent]Было жарко. Нет, было влажно, а это куда хуже. Влажно, это когда заходится сердце, под доспехами становится горячо, как в печи, пот прокладывает дорожки по телу и заливает глаза. Мысль о том, чтобы выпить прохладного туссентского в тени шатра показалась Арготу пределом его мечтаний. Он сморгнул пот и заговорщически поглядел на Арвангыга.
[indent]— Прошу прощения, но вы не назвали своего имени и чина… Но от туссентского я не откажусь. Промочить горло, пока вы сообщите мне, что я должен передать полковнику.

Отредактировано Меетывер де Ротц-Васбринк (2019-03-27 14:10:18)

+6

53

[indent=1,0]Сидя и выслушивая споры офицеров, Ксандор не решался вставить своё мнение, понимая, что это наверняка приведёт к ещё более ожесточённым спорам, а, между тем, аэп Лейтлан был абсолютно прав и на другом берегу нордлинги также решали как захватить крепость себе. В такой ситуации, казалось, все споры и разногласия должны уходить на второй план, но лейтенант явно недооценивал ту прыть, с которой нильфгаардские офицеры были готовы отстаивать своё мнение. Ксандор чувствовал себя не в своей тарелке, желая лишь об одном - получить поскорее прямой приказ и отправиться его выполнять. Сейчас, не имея никакого опыта в ведении войны, это было лучшее, на что он был способен.
[indent=1,0]Военный совет был окончен и Ксандор мог наконец-то облегчённо вздохнуть. Ему всё ещё были непривычны подобные собрания, на которых решались судьбы сотен людей. Но более непривычны, или даже неприятны были споры офицеров за свою правоту. Казалось, что подполковник Насс готов был отправить на бойню всех, доверенных ему, да и не только ему, солдат, лишь бы взять крепость своим способом. Господин шпион проявлял меньше всего интереса в данном деле, словно эта война к нему вообще не имела никакого отношения. И всё же, полковник, выслушав предложения и пожелания всех, согласился с планом Ксандора, который, по понятным причинам, казался ему наилучшим в сложившейся ситуации. Как бы ни была сильна военная машина империи, если вести её напролом, игнорируя все препятствия, она рано или поздно сломается. И по мнению графа Лорехейда задача офицеров состояла именно в том, чтобы не допустить этого, находя наиболее выгодные пути.
[indent=1,0]Лейтенант встал. Он вышел последним, решив пропустить старших офицеров вперёд. Приказы были ясны, но одно всё же беспокоило Ксандора. Одна важная деталь, которая могла испортить весь его план. Чтобы решить её, младший офицер догнал полковника прежде, чем тот скрылся из виду.
[indent=1,0]- Полковник де Ротц-Васбринк, - вытянувшись по струнке, обратился лейтенант. - Есть кое-что, что я упустил на собрании, но это очень важно. Моя группа. Я не могу взять людей из "Магны" с собой на удержание ворот. Поймите меня правильно, я не пытаюсь обезопасить своих людей, но они не годятся для этой операции. Бойцы "Магны" - гвардейцы. Я готов поручиться за их дисциплинированность, верность империи и навыки, но подавляющее большинство солдат родом из Виковаро и её окрестностей. Они, в отличии от меня, никак не потянут на северных наёмников. Я готов предоставить их в качестве сопровождения делегации - там их не будет равных, но я не хочу рисковать успехом из-за того, что нордлинги заподозрят что-то, увидев слишком много нильфгаардских лиц.

+4

54

Ставка Роше

Йол призадумался, почесал свою косматую бороду да отмахнулся от треклятой мухи. Хорош он, ничего не скажешь. По тону Вернона он сразу понял, что командира обидел своими неуместными опасениями. Скажи кто-нибудь ему, Йолу, чтоб он сиднем сидел, пока другие кровь проливают, он бы тому "кому-нибудь" по морде дал без зазрения совести. Да только вот он - простой солдат. Роше - другое дело. Роше - командир. Без него все полетит в тартарары.
В раздумьях головорез постучал пальцами по столешнице, выстукивая темерский походный марш, а затем сказал:
- Идея хорошая. Но давай посмотрим на нее с другой стороны. Вот представь что нильфы на нашем берегу вот так же взяли да запалили пару костерков. Запалили и ушли. И допустим, что наш патруль эти костерки нашел и потушил, а у начальника патруля хватило ума об этом доложить. И вот что мы будем думать? Местные охотники постарались? Нет, охотники при войсках не промышляют. Замковые? Да на кой ляд им надо? Вот сложим все эти два и два, и получится, что нильфы запалили. А если это они - значит готовят что-то, падлы. Не со скуки же они тут огня развести решили. И это я уже не говорю о том, кто этим займется и как вообще до нужного места доберется? Ведь это и лодки нужны, и мимо замка незаметно пройти, и сделать все так, чтоб ни одна живая душа об этом не узнала... лично я бы подпалил нильфам лагерь. Оно, конечно, сильно рискованно, да только и им урон будет и барон голову поломает, отчего у них там все полыхает. От командирского гнева или от наших рук? Вот что я думаю.
Он посмотрел в маленькое окошко, которое днем было не закрыто ставнями. Оттуда раздавались рев какого-то десятника, костерившего своих бойцов, топот коней, ведомых оруженосцами с водопоя, жужжание муж, скрип колес подводы то ли с припасами, то ли еще с чем, и четкий, размеренный шаг патруля.
- Только командир здесь ты, тебе и решать, что, когда и кто будет исполнять. К слову, время идет, а лодок у нас еще нет. Думается мне, сначала их добыть надо, а оттого, сколько добудем и станем плясать. Так что, с твоего, Роше, позволения, я возьму десяток-другой солдат и двинусь вверх по реке, пошебуршу по прибрежным деревням. А добытые лодки оставим на берегу, у заводи, что в полумиле от лагеря выше по течению. Глядишь, к вечеру обернемся. Только написал бы, что ли, чтоб коней нам выдали, быстрее будет... что скажешь?

Отредактировано Йол Берагхейм (2019-03-27 12:06:35)

+4

55

Нильфгаардский берег, деревня Боровичи, штаб

[indent]Перед тем, как офицеры покинули дом старосты, Меетывер выдал им последние распоряжения. Походившие, скорее, на просьбы.
[indent]— Готовьте лодки, Дэмиан. Сколько найдёте.
[indent]Успел он остановить и шпиона, напоследок шепнув ему:
[indent]— Явэнн, назначайте главой делегации кого пожелаете, с моего приказа. Если посчитаете нужным, растворитесь в сопровождении, сделайте все, что в ваших силах. Уговорите Вайреса сами, устройте все с этим парнишкой или найдите нам новых союзников внутри. Вы сейчас важнее всех наших эскадронов.
[indent]Он посмотрел ему в глаза и все-таки похлопал разведчика по плечу.
[indent]"Удачи тебе, парень. Она тебе пригодится".
[indent]Наконец, затянувшийся совет окончился. Остался только вар Лорехейд, стоявший перед ним, точно на смотре. Меетывер неопределённо повёл рукой.
[indent]— Бросьте, лейтенант. Я вас слушаю.
[indent]"Ба, да парень совсем не уяснил плана".
[indent]— Лучшим нашим прикрытием, Ксандор, будут темнота и туман. Вы видели, как он окутывает реку каждый вечер? Вы подплывете на лодках, высадитесь, и там либо наш маленький друг откроет ворота, либо покажет путь внутрь, где о воротах вам предстоит позаботиться своими силами. Так что, лейтенант, ваши виковарские парни будут там, где надо. То есть в пекле. Кого ещё послать туда, как не гвардию? Дело опасное, но медлить нельзя. Если северяне возьмут замок раньше нас, я стану на одну голову короче.
[indent]Он невесело посмеялся над свой шуткой.
[indent]— Слава императору!
[indent]Сказано это было с сарказмом или нет, уловить было сложно. Циара привила ему любовь к двусмысленным оборотам, и Меетывер частенько забавлялся этим в часы печали.
[indent]Оставшись один, он подумал, что хорошо бы, если бы подкрепления подошли к вечеру. Впрочем, надеяться на это не стоило.
[indent]Самое время было вернуться отрядам легкой кавалерии с провиантом и донесениями, но и их все не было.
[indent]Полковник послал слугу заняться его доспехами и оружием, а конюха к Бураку.

Отредактировано Меетывер де Ротц-Васбринк (2019-03-27 14:05:15)

+7

56

Нильфгаардский берег

Плотно завязанный мешок был протянут старику. Нильфгаардец успешно и в кратчайший срок выполнил своё задание, при этом поведя носом. Даже наученный выдержке и привыкший к трудностям военной жизни солдат южной империи не мог невозмутимо выносить запах тухлого мяса.
[indent=1,0]Весемир принял куль и развязал его, несмотря на перекосившуюся от возмущения физиономию нильфгаардского солдата.
[indent=1,0]- Говядина, - прокомментировал ведьмак, хотя давно определил сорт по сильному мясному душку. – Недельной давности.
[indent=1,0]Тактично покашляв и затянув узелок, Весемир поднял взгляд.
[indent=1,0]- Неужели в нильфгаардской армии всё так плохо с провиантом?
[indent=1,0]И проигнорировал хмурое от наглости нордлинга лицо южанина, по-лекционному монотонно ответил:
[indent=1,0]- Утопцы, утопцы. Омерзительные твари. Коварные. Обычно охотятся в группах. Быстрые и смертоносные. Когти, - острие клинка едва коснулось отростков на длинных тонких пальцах убитого существа, - выделяют токсические вещества, а именно трупный яд. Он действует практически моментально, ослабляя и парализуя выбранную жертву, которую потом утопцы либо утаскивают в своё логово, либо, будучи оголодавшими, раздирают на прямо месте.
[indent=1,0]Глаза Весемира встретились с широко раскрытыми нильфгаардца, который едва не встретил свою кончину на берегу реки чужого края. Он уходил на войну, чтобы нести справедливость, нести просвещение и менять варварские традиции северных народов. Однако вместо этого видел только боль, страх, зверство. Получится ли вернуться домой в целости и сохранности? К матери и отцу. К любимой. К… Возможно получится погибнуть в бою, как настоящему воину, что снискал только себе известную славу. Но быть разорванным нечистью, что обитает в речках – нелепость какая.
[indent=1,0]И слова благодарности с трудом и невероятно тихо, но покинули уста молодого нильфгаардского солдата и коснулись чуткого ведьмачьего слуха.
[indent=1,0]Весемир едва заметно кивнул и снова посмотрел на уродливые туши утопцев.
[indent=1,0]- Омерзительные твари, - снова, как и подобает старикам повторять одну и ту же фразу в который раз, ведьмак подал голос. – Говорят, это некогда дышавшие грешники: убийцы, насильники, наёмники. В общем, кхм, омерзительные люди.
[indent=1,0]Ведьмак замолк.
[indent=1,0]Стоял недолго. Глядел в одну ему видимую точку, как завороженный. Думал о своём. А затем молча развернулся и пошел вдоль берега, где отрезал острым ножом куски вонючего мяса и равномерно разбрасывал их.
[indent=1,0]Охота хороша на живца и приманку.
[indent=1,0]Благо у ведьмака было и то и другое.

Отредактировано Весемир (2019-04-07 21:37:43)

+5

57

Нильфгаардский берег, лагерь Арвангыга

Ты можешь быть добрейшим в мире человеком: не обижать и пичужки, не беспокоить и букашки - но всё это напускное.
Ты можешь быть храбрейшим: бесстрашно идти на лесного зверя, не страшиться ночных чудовищ - но всё то пустая бравада.
Ты можешь быть самым искусным фехтовальщиком, но оказавшись один на один против армады - ты дрогнешь.
Война покажет, кто ты есть на самом деле. Она безжалостно вцепится в тебя своими костлявыми холодными пальцами, вытрясет душу, вытрясет все затаенное, притихшее до поры.
И храбрец станет трусом, добряк - злодеем, а самый невероятный боец вдруг запутается в собственных портках.
Война не щадит. Не прощает. Здесь или ты, или тебя - другого не дано.
Арвангыг вар Гройс широко улыбался. И радушно говорил. Щедро налил офицеру вина. И, конечно же, представился: наспех сочиненным именем и званием.
- Во славу Императора! На погибель нашим врагам!
Гройс отсалютовал кубком и проследил, чтобы порученец от Меетывара де Ротц-Васбринка пригубил вино.
И улыбнулся. Радушно. Широко.
Арвангыг вар Гройс не соврал: вино действительно было прекрасно. Божественный напиток, привет из далёкой родины.
А вот содержимое перстня с фальш-камнем на безымянном пальце левой руки было безвкусным. И, самое главное, обладало замедленным и весьма природным эффектом. Не пройдет и получаса, как бедолагу проймет изнуряющий понос. А спустя пару часов резь в желудке станет нестерпимой. Виной тому, разумеется, признают плохой провиант и тухлую воду. Вероятно даже гарнизонному повару пропишут палок.
Но это Арвангыга совершенно не заботило.
Война покажет, кто есть кто на самом деле. И Арвангыг вар Гройс был патриотом. Пусть и методы достижения цели у него были особенными.

Боровичи, ставка Меетывера

Война покажет, кто ты есть на самом деле.
И сейчас, когда непобедимая армия великой империи не заглохла, но замедлила свой наступательный шаг перед маленькой, ощетинившейся стенами и бойницами крепостью на реке, Явэнн аэп Лейтлан принял своё истинное предназначение.
Здесь, на границе между жизнью и смертью, он ощутил себя сыном.
- Лейтенант! Ксандор!
Они едва покинули совет. Не ушли так далеко, как хотелось бы Явэнну.
Слишком много ушей их могли слышать. Слишком неправильные выводы они могли вынести из разговора шпиона и лейтенанта гвардейской бригады.
- Мой отец... мне больше не к кому обратиться.
Они встретились взглядами. Ни один не дрогнул.
Псы войны, дети империи... вот, что война делает с дворянской честью?
- Мой отец, Менно аэп Лейтлан, сейчас находится под следствием. Ему в вину вменяют подготовку к государственной измене, но я клянусь, что не было в моем роду человека благороднее и преданнее империи, чем он. Он подарил империи трёх сыновей, двое из которых уже отдали за нашего императора свою жизнь. И, быть может, сегодня я последую за ними.
Явэнн замочал. Поджал губы.
Затем, скользнув рукой за ворот дублета, вытащил маленькое, плотно сложенное письмо.
- Если так случится, что я погибну, то передайте это послание отцу. Так уж вышло, что я могу довериться лишь вам. А если всё обойдется... то сохраните его. Я вернусь за ним после боя.

p.s. Уважаемые, завтра будет пост за Роше.
Начинаем танцы.

+5

58

Мастерский

Нильфгаардский берег

Они шли вдоль берега: убийца чудовищ, защищающий людей от кровожадных, охочих до человеческой плоти тварей, и чужаки, пришедшие из далёких земель с одной единственной целью - утопить этот край в крови. Они шли, и прибрежные ивы вторили их шагам шепотом листьев. Они шли, и запах гнили, уносимый ветром на середину реки, преследовал их по пятам.
Совсем скоро на запах приманки поспешили первые жертвы: вода пошла кругами, заволновалась, словно от движения очень большой рыбины, а затем над её зеленоватой поверхностью показалась лысая, обтянутая сине-лиловой кожей башка с огромными, блеклыми глазами навыкате. Утопец широко распахнул пасть с желтыми игольчатыми зубами, судорожно ловя воздух и принюхиваясь.
Пугливый нрав предостерегал чудовище: к запаху добычи доносился запах чего-то страшного, противного и неприятного.
Он не знал, как пахнут ведьмаки. Более того, речная тварь даже не знала, кто такие ведьмаки, и что они делают с ему подобными. Но какое-то шестое чувство, присущее всякой мерзости, останавливало его.
Какое-то время чувство самосохранения сдерживало утопца, но очень скоро голод победил, и он поплыл к берегу, не скрываясь, широкими гребками стремительно сокращая дистанцию до первой приманки.
- Эй, ватгерн! - Хеенгор махнул в сторону утопца, - это та тварь, что мы ищем?
Кусок гнилого мяса шлепнулся о воду.
Руабальд, еще не до конца отошедший от встречи с обитателями северных рек и их берегов, вздрогнул, словно над его ухом просвистела стрела.
- Зачем?! Зачем ты это делаешь, ведьмак?! Они все явятся сюда! И нас сожрут! Ты не справишься один!
А утопец приближался. И он был не один.

Ставка Роше

Йол говорил, а капитан темерской армии молчал, разглядывая замысловатый кольчатый рисунок дубового стола.
Была в словах бывшего наемника правда. И о ночной атаке. И о лодках. И о том, кто должен будет вести диверсионный отряд в бой, а кто должен остаться в тылу. Во многом старый скеллигец был прав. Во многом.
Но судить за решения будут не его, а того, кто отдал приказ.
И зачастую именно эта ноша становилась неподъемной.
Роше соберет подвластных себе бойцов и умрет, но сделает невозможное. И тогда слово будет за остальной темерской армией.
А значит ему предстоит долгий и непростой разговор с командованием.
Медлить больше было нельзя.
- Добро, Йол. Реквизируй лодки. Согласным пару-другую медяков. Несогласных не калечь, но лодки, если хорошие, забирай. Если чёрные сюда придут, им они уже точно не понадобятся.
Вернон поднялся.
- И помни, о чем говорил староста. Для них мы - те же самые нильфгаардцы. Жрем их еду, срем в их сортиры, трахаем их баб. Постарайся сделать так, чтобы нам в след не летели проклятья.
Хоть в чём-то Роше был уверен: Берагхейм достанет лодок на маленький флот, возьмет приступом суку Вайреса, а потом с этими лодками двинет безобразничать на море.
А ему предстоит убедить засаленных дворянчиков о том, что нужно потрясти жирком.
Во благо, мать её, Темерии!

Замок Вайреса

Губерт слушал. Запоминал. Делал соответствующие выводы.
Пёс продолжал ворчать, не сводя с чужестранки умных старых глаз.
Он никогда не ошибался, и пусть годы уже брали своё, нюх ни разу не подводил его и хозяина: от этой загадочной женщины исходил противный, страшный аромат смерти. И только близость Вайреса останавливало мудрого зверя от того, чтобы броситься на угрозу.
Губерт очень медленно, оценивающе взглянул на зерриканку. Словно бы пытался одним взглядом проникнуть в самую её суть, разгадать самые сокровенные тайны.
Но наткнулся на стену.
И это будоражило его и без того горячую кровь.
- Ты говоришь так, девка, словно знаешь всё на этом свете. Тогда поведай мне одну непонятную истину. Мы сидим посреди реки в замке. На одном берегу враги. На другом берегу враги. И как же мне остаться при своих, не потеряв дом, своих людей и свою свободу?
В сердцах Вайрес с нильфгаардского на всеобщий.
- Как усидеть жопой на двух стульях, м? Знаешь ответ на этот вопрос?

p.s. Господа, ещё один круг, и переходим к горячему. Нечего больше ждать.

+7

59

Замок Вайреса

Собака барона начинала зерриканку уже раздражать. Непомерно-глупо пытаться брехать на того, кто заведомо сильнее - закон жестокого мира животных гласил, что тот кто слабее всегда убегает.
Или умирает, пытаясь...
Собственно, сама ситуация тоже уже начала действовать Аминат на нервы. Барон явно что-то имел на уме и тянул кота за хвост не в силах то ли догадаться о чём-то - то ли просто-напросто не смея спросить напрямую.
Возникало ощущение, что ему от танцовщицы что-то нужно. И это "что-то" явно не включало в себя приватный танец с приватным и приятным продолжением - такие предложения, обычно, делали безо всяких проблем, а не ходили вокруг, да около.
Однако, неизвестно что побудило на этот шаг Вайреса, но он, вдруг, задал стоящей перед ним зерриканке вопрос, который положено бы было задать кому-то из своих людей.
Вопрос был занятный. В общем-то, Аминат было всё равно, кто будет управлять замком: самозваный барон, или темерский или нильфгаардский комендант. В последнем случае всё могло стать даже лучше - новых зрителей на её выступлениях прибавится, а значит, прибавится и денег.
Были, конечно, свои риски, но без в жизни никак, да и что мешало котолаку собрать вещи и уйти, а напоследок порвать на тряпки тех, кто будет иметь несчастье чем-то её обидеть или как-то иначе прогневать?
Да ничего, собственно. Но раз уж у неё поинтересовались её мнением...
- Вы задаёте этот вопрос явно не тому человеку, господин. Я не воин. Но раз вы желаете, чтобы вам дала совет танцовщица в прошлом бывшая жрицей - то я не могу отказать вам. Обычно, в такой ситуации встают на сторону одного из врагов. Но, я вижу, что раз вы этого до сих пор не сделали - то для вас это не выход, верно? - Раз так... - тут зерриканка слегка пожала плечами, - То остаётся единственный выход - стать ненужным для обеих сторон. Скажем, сделать вид, что...
Тут Аминат пришла в голову мысль, что заставила её криво улыбнуться вникуда - настолько её поразили собственные коварство и хитрость. Не каждый день ей всё же приходится давать советы власть имущим лицам бандитской наружности, оказавшимся в патовом положении.
- ...что в замке вспыхнула опасная болезнь. Сделать вид, что ваши люди вымирают, чтобы обе стороны сами отказались от намерений захватить твой замок. А потом. Да мало ли что произойдёт? - Они могут снять лагерь и перенести его подальше от якобы поражённого мором замка, могут дождаться холодов... - при упоминании холодов Аминат непроизвольно поёжилась, - ...и перейти реку по льду в обход ваших владений. Да в конце-концов уже у них самих может разразиться какая-нибудь болезнь от долгого стояния на месте большой кучи людей. Таково моё мнение, господин, которое вы хотели знать. И, раз я выполнила и эту, весьма необычную вашу просьбу, может, позволите мне покинуть ваш гостеприимный дом..?

Отредактировано Аминат (2019-04-18 22:27:39)

+6

60

Замок Вайреса. Покои Эбенгарда.

Рихард сидел в кресле и тихо постукивал по подлокотнику пальцами. Задумчивость в нём постепенно переходила в жажду действия - и Эбенгард бы ковал железо согласно известной пословице, если бы не договор с Вайресом об устроении трёхсторонних переговоров в Ковирском формате. От незамедлительных действий его удерживало четкое осознание, что барон не был идиотом - и наверняка мог бы догадаться, что торговец ищет пути к побегу, если бы прямо сейчас он решил собрать собственных наёмников или обходить их самостоятельно. Вполне вероятно, что это в Рихарде говорила паранойя - но иной раз лучше переоценить своего противника, чем недооценить.
- Выход отсюда по реке меня устраивает. Даже пусть придётся ползти по стокам - не впервой. Если мальчишка сумеет провести нас незамеченными для всех - я готов предложить ему очень весомую награду, - о чём-то на мгновение задумавшись, купец криво ухмыльнулся, - И моя награда уж точно будет лучше десятка плетей, которыми его одарил барон Вайрес. Кажется, это достаточная мотивация помочь нам, как думаешь?
Детали общего плана уже начинали складываться в прямую линию действий. Но одна деталь всё еще не давала деятельному разуму купца покоя - как сообщить сразу и темерцам и черным о том, что ворота будут открыты? Если переговоры не состоятся - то о каких-то условных сигналах не могло быть и речи без предварительной договорённости. Тем паче, что это привлечет лишнее внимание со стороны стражи замка. Если же переговоры произойдут - то что тогда? Сказать о своём гениальном плане за общим столом? Его посчитают недалеким провокатором - и никто не поддастся на уговоры. Если же попытаться отводить поочередно в сторону послов обоих сторон - это будет равносильно накинутой себе на шею петле еще до начала штурма, ибо люди Вайреса наверняка обратят внимание на такие скрытные переговоры. В итоге выходила очень щекотливая ситуация, которую в дальнейшем предстояло решить.
- Я... допускаю, что из этой передряги выберутся не все, - он отвел взгляд от глаз Элен и осматривал пол, умело обыгрывая собственную нерешительность в жертвовании чужими жизнями. - Но война есть война, не так ли? Я был бы рад вывести из замка всех своих людей. Но если нет - мне нужно точно знать, сколько из них гарантированно могут отправиться по реке с нами. И сколько - если нам всем чуть-чуть повезет. Это будет нужно для четких приказов и составления групп, которые будут открывать ворота и прикрывать отход, если всё пойдёт наперекосяк.
На самом деле Эбенгарду было категорически плевать на жизни наёмников. Ни один из них не был его другом или старым знакомым - и, если бы пришлось поставить все их жизни на чашу весов ради спасения своей собственной - Рихард назвал бы такую сделку крайне выгодной. То, что об этом знал исключительно сам купец - оставалось его козырем в рукаве. Наврядли за ним к линии фронта пошел хоть один человек, если бы догадывался о глубине подлости и вероломства собственного нанимателя. Не должна об этом знать и сама Элен Вайрес - хотя бы ради того, чтобы не передумать в самый ответственный момент помогать ему, если ей вдруг покажется перспектива получить нагоняй от мужа более привлекательной, нежели риск жизнью ради подлеца.
- В любом случае, я жду от тебя, моя милая Элен, лишь кивка - что действовать уже можно. И тогда пути назад не будет: я отдам приказы на открытие ворот - скорее всего, будет проще всего вместе с тем сломать подъемный механизм, чтобы обратно их закрыть не представлялось возможным в ближайшее время. От тебя мне нужно, чтобы ты взяла этого мальчишку и ждала в условном месте, откуда уже будем выдвигаться к реке, - Рихард быстро посмотрел в сторону двери, как будто ожидая, что к ним кто-то мог вломиться прямо сейчас, - Ну и, само собой, я обещаю, что буду защищать тебя в течение всего этого рискованного предприятия.

Отредактировано Рихард Эбенгард (2019-04-20 20:45:42)

+5


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава IV: И пришла война » Одним солнцем согреты