Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава III: Ярмарка тщеславия » Неразумно опасаться того, что неизбежно


Неразумно опасаться того, что неизбежно

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

Время: 1265 год, 12 декабря
Место: Нильфгаард, Город Золотых Башен
Действующие лица: Ксандор вар Лорехейд, Вириенна, Деррит аэп Лион (эпизодически)
Описание: Долг платежом красен. Ксандор вар Лорехейд был восстановлен в своих правах и титуле, взамен пообещав жениться на дворянке, сестре своего благодетеля, спасая от возможного позора юное создание. И вроде бы жизнь Ксандора стала налаживаться, но вот обозначенный день свадьбы близится, а жених терзается сомнениями не видев женщины с которой ему надлежит заключить союз. И как же удачно на улицах он встречает ту, кого знает обо всем чуть больше и кто мог бы многое ему поведать, успев проделать путь от воровки и жертвы ренегата на севере, до личного лекаря эмиссара на юге за какие-то полгода-год. Им явно будет о чем потолковать, а возможно и дать пищу для свежих сплетен

0

2

Утро 12 декабря, 1265 г.
Нильфгаард, Город Золотых Башен
.

Он обожал вкуснейший запах свежей выпечки. Это удивительное и ни с чем не сравнимое ощущение, когда ты полноценно с головой мечтаешь приобрести самые свежие, самые горячие сладости и применить их в нужное русло. Как вообще такое могло бы не нравится? Деррит совершенно не понимал, хотя порой задумывался. Для пущей убедительности, глядя на торговку выпечкой, он еще раз вдохнул полной грудью чудный аромат и покачал головой. Нет, как можно было не любить выпечку, он не понимал.
Торговка, что до недавнего времени уверенно советовала Дерриту взять разные виды выпечки, описывала преимущества почти каждого. Рассказывала, показывала, советовала. Он слушал советы, делал для себя заметки на будущее, но остановился железным выбором на пончиках – симпатичных кругляшках, так и манящих к себе.
Высчитав несколько монет, он протянул их женщине, что спешно вытерла руки о фартук и поспешила отсчитать прибыль. Деррит же поднес руку к подбородку и задумчиво почесал бороду, от которой не первый день планировал избавиться.
Выбираешь? А они все одинаковые!
Нет, не все, – он прищурился, немного поддался вперед к прилавку и уверенно ткнул пальцем на четыре пончика.
Призадумавшись, Деррит запустил руку в карман, выудил из него еще одну монету и протянул торговке, считая, что пять пончиков будут куда выгоднее для желудка с раннего утра. Торговка же спорить не спешила, посему наградила нильфгаардца улыбкой, предоставляя в его руки все пять свежих и вкусных пончиков, что приятно грели ладонь своим кулинарным теплом.
Благодарю.
Торговка улыбнулась вновь, полностью перекидывая внимание на подлетевших к прилавку детишек. Не сказать, что каждый из них отличался безденежьем, вовсе наоборот. Умело выпрошенные монетки очень скоро пошли в работу и пончики, на которые так же зарился Деррит, достались детворе. Правда в отличие от детей, он предпочитал растягивать удовольствие и не уминать все подряд за присест. Испробовав первый, солдат от удовольствия прикрыл глаза, считая такую трату денег – почти что вложением в благое дело, способное спасти один желудок от голодной смерти. Чем не достижение?
Всё еще оставаясь владельцем сладостей, он даже не думал отдаляться от прилавка. И неспешно поедал сладости, поглядывая на проходящих мимо, слушая разговоры, а порой некоторые вопли торговки. Правда, когда вся мелочь в виде детворы увиляла вон, торговка обратилась к своему помощнику, принимаясь обсуждать слухи, которыми мир питался, как Деррит пончиками. Ему уже доводилось слышать странные доводы жителей Нильфгаарда о состоянии мира, да и не только мира, но и родного города. Чаще всего случалось так, что все истории были злым умыслом, придуманными сказками, ведь на то это и слухи.
«Хотя почему «чаще всего», подумал Деррит, пережевывая пончик, «постоянно. Да, постоянно – это правильное слово для всех сказок».

Отредактировано Деррит аэп Лион (2017-10-25 20:41:41)

+6

3

О том, что происходит сейчас в Городе Золотых Башен Вириенна не знала. Удивительно? Странно? Возможно. Но если понимать каким человеком она была, какие цели преследовала и насколько ей чужд был весь этот мир за пределами собственного, то все выглядит уже совсем иначе. Да, Сейдомар аэп Роэльс, эмиссар Верховного Трибунала, год назад еще начальник дворцовой охраны, а так же приближенный к императору человек, и по несчастливому стечению обстоятельств ее нынешний любовник, в последнее время всецело был поглощен своей службой. Пожалуй, порядочная жена в худших традициях должна была пытаться выяснить что происходит и в чем дело, лезть куда не просят из благих побуждений или как-то еще на подобное отреагировать, хотя бы порядка ради начиная что-то подозревать и переживать если не за мужчину, то за свой брак. Или жена непорядочная, не суть. Вириенна не была ни той ни другой, она была в большей мере партнером, хотя соглашение их и условия его уже давно поменялись. Прежде всего она знала, что он уже взрослый мальчик не глупее ее и сам может разобраться со всеми своими проблемами. Другой просто не смог бы стать тем, кем он был для нее. Более того, бестия, которая по легенде была алхимиком и личным лекарем эмиссара, понимала, что есть вещи которые ей не стоит знать и она с этим была всецело согласна, не желая создавать лишних сложностей себе и другим. Понадобится ее помощь – он ее попросит и она сделает, не задавая вопросов и не выясняя для чего, потому что такова была ее позиция: она была верна себе и своим интересам, а не империи, а интересы ее уже почти год сводились к конкретному человеку, который был Нильфгаарду и его короне предан. А Ренна… Ей было воистину все равно остальное: не важно прав он или виноват, хочет он играть в человека или нет, она просто будет действовать в его интересах, а значит и своих.
Уже больше года как она покинула север, и уже почти год как ее увез в столицу граф аэп Роэльс. Ей не нравились большие шумные города и непривычен был язык, на котором она все еще свободно не разговаривала, но первое отторжение прошло и она привыкла к этому месту, хотя конечно более близкая к природе часть ее натуры больше любила совсем иные места. В конце концов, ее спасение было в тихой лаборатории, занимавшей достаточно места в доме графа. Скучать аэп Роэльс ей тоже не давал от полнолуния к полнолунию, – все интереснее помогать переживать ему эти ночи без жертв становилось, чем более явным оказывалось ее интересное положение, – а потом еще забот доставил и появившийся на свет ребенок. Благо последнему спешно нашли кормилицу и няньку – разъездная деятельность графа и необходимость принимать снадобья, а так же присутствия и присмотра Вириенны за его состоянием (зверь все явнее проявлял себя), просто не оставляли иного выхода – практически сразу им пришлось отбыть в Назаир, откуда вернулись они только недавно, да еще не одни. Встречались на пути Вириенны люди, которые говорили, что ничего не случается вдруг или просто так, веруя что все давно рассчитано за нас. Возможно было что-то в понятиях Судьбы или Предназначения. В Назаире Вириенна совершенно случайно столкнулась с наемником, которого узнала на севере с лучшей стороны, прямо перед тем как его должны были повесить за дезертирство и совершенно случайно графу аэп Роэльсу понадобился такой человек в безвыходной ситуации. Не знай его Вириенна и не обмолвись в нужный момент – висел бы Ксандор вар Лорехейд на виселице, а сейчас – нет, ему даже помогли вернуться и восстановить свои права на титул. Не по доброте душевной, конечно же, все случилось, но подобное количество случайностей и совпадений действительно заставляло задуматься о таинственной руке Судьбы в жизнях обитателей мира. И это был лишь один из бесчисленных случаев.

12 декабря 1265 г. Утро.
Город Золотых Башен. Торговая площадь.


Сегодня ее занимали очень простые вещи. Вириенна просто собралась сходить на торговую площадь, да прикупить всего по мелочи: где-то для алхимии, где-то для себя, а потом решила, что неплохо бы раздобыть яблок и пряностей – уж больно ей захотелось яблочного пирога. Именно с этим намерением она и покинула дом в обществе слуги, который более-менее ее северную речь понимал и мог быть полезен. Минуя улицы, она шла за своим провожатым, стараясь поддерживать разговор ни о чем. Была зима, но зима очень теплая для нее – северной варварши, как любили говорить нильфгаардцы про нордлингов. У нее на родине зима – это сугробы и холод, а тут какая-то недоосень, смешная карликовая зима, к которой не знаешь как привыкнуть. Вот посади в сугроб южанина, он чего доброго еще смертельно простудится. Вириенне же южная жара казалась невыносимой, однако нильфгаардцы умудрялись как-то носить черные доспехи тогда, когда волколачка желала ходить только голышом и желательно у воды.
Кроме возможности приятной прогулки это утро принесло Вириенне и неожиданную встречу. Среди ароматов всего города, пропитанного множеством примесей и пахучих масел, ее нос безошибочно уловил знакомый запах Ксандора, шедшего куда-то по делам. К несчастью последнего, игнорировать встречу волколачка не стала, подняв и сфокусировав на нем взгляд. Так и начиналось это утро. В последствии слуга был отправлен обратно домой, а свой путь бестия продолжила со старым знакомым. Им обоим было о чем поговорить, кроме обмена обычными любезностями. В конце концов, вар Лорехейд хорошо разбирался в нильфгаардском и не отказал даме быть ангажированным ею в виду природной мягкотелости, которую гордо именуют воспитанием. Выглядело представление со стороны довольно потешно. Низенькая от природы Вириенна, шедшая рядом с Ксандором и время от времени показывающая пальцем на нужную вещицу, а иногда и шепчущая что-то на ушко своему провожатому, воспринималась по-застенчивому милой барышней. Таким образом они обошли несколько прилавков, купили пару снадобий и несколько книг, помедитировали у прилавка со специями, все таки взяв одну только корицу и направились прямиком к яблокам. По пути к «яблочному раю» (остальных овощей и фруктов там будто и не существовало) нос окутало ароматом сладкого теста выпечки. Где-то справа мелькнула детвора.

+8

4

12 декабря, 1265 г. Утро.
Нильфгаард, Город Золотых Башен.

[indent=1,0]Город Золотых Башен, сердце великой империи, большой, величественный, шумный - всё здесь было именно так, как и сохранилось в памяти Ксандора, когда он покидал столицу восемь лет назад. До этого он был здесь лишь раз, когда вместе с отцом поддерживал переворот Эмгыра вар Эмрейса и вместе с другими, верными свергнутому императорскому роду, помог свергнуть Узарпатора, освободив трон для настоящего наследника. Он совсем не знал города, ни тогда, ни сейчас и все его изменения за последние годы были не заметны. Ксандор был больше похож на приезжего паломника, которого удивляло и восторгало всё в столице.
[indent=1,0]Восстановленный в своих полномочиях, лейтенант нильфгаардской армии пробыл в столице последние несколько дней, ожидая рассмотрения своего дела, а затем и вердикта и сегодня был первый день, когда он наконец смог выйти на улицу, вздохнув свободно. Проведя бессонную ночь в отцовском доме, который нынче был его собственностью, он решился узнать город по-лучше. Встал Ксандор ещё до первых лучей солнца, заставив волноваться служанок, которые ещё спали и не успели приготовить завтрак и купальню вернувшемуся так внезапно господину. Для графа Лорехейда всё это было чуждо, непривычно. Богатый просторный дом, мягкая кровать, служанки, узкие стесняющие движения одежды, даже титул - ко всему приходилось привыкать заново.
[indent=1,0]После утреней тренировки фехтования и водных процедур, Ксандор облачился в элегантный чёрный камзол, украшенный узорами из серебряной нити. Дворянская одежда была столь неудобна для бывшего наёмника, что он добрых полчаса расхаживал по комнате, пытаясь разносить сковывающие движения штаны. Это был хороший день для прогулки, посему Ксандор и отправился изучать город, в который так мечтал вернуться последние годы.
[indent=1,0]Погода была прекрасная. В отличии от суровых северных зим, к которым граф Лорехейд успел привыкнуть, лёгкий южный мороз был просто сказочным. В отличии от тех, кто всю жизнь прожил под южным солнцем, Ксандор был одет легко. Вместо тёплого мехового плаща, он накинул на плечи лёгкий плащ, который принято было носить осенью, но никак не зимой. Редкие взоры столичных жителей выражали явное удивление, но Ксандор всё ещё выглядел как истинный нильфгаардец, именно поэтому во взглядах этих не было неприязни, которая обычно ощущалась коренными северянами. А герб с золотым солнцем на груди заставлял прохожих учтиво приветствовать лейтенанта лёгкими кивками. И всё же, Ксандор ощущал бы себя куда более уютно под привычными хмурыми взглядами северян, что недолюбливали его лишь за то, что кожа была немного более тёмного оттенка.
[indent=1,0]В детские годы Ксандор искренне верил, что северяне - дикари, не ведающие простейших правил этикета, грубые грязные животные, дикие и злые. Попав на север, он только укрепил свои убеждения, но сейчас, видя редкие бледные лица северян и взгляды презирающих их южан, граф увидел, насколько всё же малы различия между "ними" и "нами".
[indent=1,0]От глубоких раздумий его отвлекла одна знакомая особа северного происхождения. Она бесцеремонно подошла к задумавшемуся графу и взяла его под руку, не слабо напугав. Она хотела помощи, а Ксандор просто не мог отказать. Оглядываясь назад, он вспоминал, что все моменты, когда он видел лицо, идущей рядом девицы, его жизни угрожала смертельная опасность. И не важно, принадлежало это лицо ей самой или же её сестре-чародейке. Сейчас у Ксандора, почему-то, было плохое предчувствие.
[indent=1,0]Вириенна была бесцеремонна, словно и не знала понятия "личное пространство". Крепко держа локоть лейтенанта хрупкими девичьими руками, она то и дело поднималась на носочки, чтобы что-то прошептать ему прямо на ухо. Это смущало, даже немного раздражало, но Ксандор попросту не мог высказать недовольство - не позволяло воспитание. Ещё больше смущали графа взгляды прохожих, которые то умилялись при виде подобной сцены, то недоумевали, что нильфгаардец, явно благородного происхождения делает с северянкой, да ещё так открыто. Чтобы забыть о неловких моментах, Ксандор решил завести разговор, который всё же, был вытеснен волколачкой на второй план. Впереди был прилавок с яблоками и, судя, по маниакальному блеску в глазах Вириенны, он поглотил всё её внимание. Оставшись без ответа, граф Лорехейд решил привлечь внимание иным путём и попросту свернул в сторону, к прилавку со свежей выпечкой, которая так и манила своим чарующим ароматом. Увлекая за собой волколачку, Ксандор всё больше отдалялся от, так называемого, "яблочного рая".

+6

5

12 декабря, 1265 г., утро.
Нильфгаард, Город Золотых Башен.

«A d’yeabl aep arse, как же вы горячи и вкусны».
Пончик шел за пончиком, заставляя в столь неоднозначный день хоть немного порадоваться самым простым мелочам. Деррит на самом деле совершенно ничего не забыл на площади. Целенаправленная прогулка, как он назвал маленькую вылазку в мир, не представляла с собой ничего важного и, конечно же, не придерживалась никаких целей. Но пожертвовать немногим временем и насладиться пышными, жирными кругляшками – дело благое. И отказывать себе в столь милой радости аэп Лион не хотел.
Возможно, ему бы даже довелось насладиться вдоволь. Возможно, он бы закончил трапезу, что аккуратно разбавлялась ленивым изучением всех, кто подтягивался к лавке, вдыхая чудный аромат свежей выпечки. Но… всегда есть какой-то камень, что обязательно полетит в твою сторону и уверенно испортит все.
Он не слышал, как неподалеку кто-то ругнулся во весь голос, потому что с излишней заинтересованностью пережевывал чудо сладкого вида. Он совершенно не обратил внимание на то, что где-то неподалеку жизнь внезапно вспыхнула от насыщенности. Деррит бы так и не обратил на это внимания, если бы точно перед его носом и около лавки не появился мужчина: худющий, быстрый, прижимающий к груди небольшой мешочек. Он пролетел мимо, толкнул подходящих к лавке мужчину и девушку, обогнул несколько бочек и устремился за угол… а за ним… за ним неслось "что-то". Это что-то очень скоро преобразовалось в небольшую компанию стражников, гремящих доспехами, орущими и призывающими остановиться нарушителя закона, неслась не так умело. Гремели доспехи, пусть и легкие, но звук был такой, будто бы что-то огромное, например, голем, восстал из вечного сна и теперь принялся изучать улицы Нильфгаарда, совершенно не глядя себе под ноги. Стражники распихивали вышедших на площадь, девушки уверенно взвизгивали, мужчины бранились. Великое солнце, а Деррит ведь даже успел рассмотреть выражение их лиц в тот момент, когда его задели. Рука сама по себе резко откинулась в сторону, а два свежих, ароматных, чудных пончика взлетели в воздух. Вместе с тем, девушка что проходила в столь неудобное время в столь неудобном месте, была сбита с ног.
И мир словно бы замер на секунду.
В сторону Деррита летела девушка. Из руки летели пончики. Он не понимал, что именно стоит ловить, поэтому предпочел спасению выпечки, спасение девушки. Уже подхватывая последнюю под руки и не давая рухнуть, аэп Лион поднял голову, теряя из виду шедевры произведения здешней лавки.
«Мои прекрасные…» с искренним разочарованием он опустил взгляд, попытался найти потерянные пончики, уже не первого сорта и испачканных в пыли, но вот неудача – приземлились они далеко не там, где хотелось бы. Та пара, которую неловко обогнул воришка и которую так ловко обогнули стражники, заставляя отступить от лавки, стала новоизбранными обладателями сладких кругляшков. Первый уверенно стукнулся о плечо мужчины, затем нехотя свалился на землю и собрал всю возможную грязь. А второй, более избирательный, свалился у ног очаровательной особы, что составляла компанию нильфгаардцу.
Деррит, потерявшись на секунду, не сразу сообразил выдохнуть.
Умиротворение. И спокойствие.
Очередной вдох, очередной выдох.
Он был чертовски спокоен. И так же чертовски спокоен по отношению к приобретению очередной порции пончиков.
Надеюсь, вы чувствуете себя лучше, чем моя выпечка… – Деррит помог девушке вернуться на ноги и вымученно улыбнулся, всё еще не терпя потери еды.
Не смотря на всё недоразумение, пострадавших в маленьком кавардаке оказалось больше. Уже переводя с девицы взгляд на пару, что ощутила прелести падающих с неба пончиков, солдат развел руки в стороны.
Тысячи извинений, но от меня не зависело ровным счетом ничего.

+7

6

12 декабря 1265 г. Утро.
Город Золотых Башен. Торговая площадь.


Казалось, что Ксандор раздражен этой ее уловкой и игре на своих хороших манерах, но Вириенна надеялась исправить положение вещей, подумывая разговорить его о чем-нибудь интересном. Нильфгаардец оглядывался по сторонам, а женщина предпочитала не думать о том, что его как-то стесняет ее общество. Ведь, по разумению Вириенны, он вообще должен был бы быть ей благодарен: она помогла Ксандору спастись и стала невольным инициатором знакомства с человеком, который ему помог вернуться домой. И сегодняшнее лицо, будто бы Ксандор съел целиком лимон перед встречей, было весьма неуместным, но красноречивым.
- Будешь хмуриться – я решу, что мое общество тебе неприятно. – Тихо вымолвила она, пока они переходили от прилавка. Но вероятно это было настолько тихо, что среди звуков оживленного города, стало бы различимым разве что для волколачьего слуха. И тут… случилось непредвиденное. Ее провожатый потащил бестию в сторону от примеченного лотка с фруктами и овощами. Для Вириенны это было неприемлемо, но она все же не стала устраивать сцену, решив поинтересоваться что же так привлекло Ксандора вар Лорехейда. И вскоре ей удалось узнать что это было. Подумать только, булочки. Сладости, аромат которых она учуяла. На сей раз оборотень решила не сопротивляться и не встревать между мужчиной и едой. Может быть, он действительно был голоден, а она итак его протаскала с собой по нескольким лавкам. «Будь по-твоему, но после... После мы купим яблок» - Условилась она мысленно. Однако, очень скоро между волчицей и ее яблоками встряла новая проблема.
Послышались раздраженные звуки и ругательства неподалеку. Люди рядышком вдруг отпрянули и мимо Ксандора с его спутницей пробежала быстрая тень в плаще, которая в своем бегстве толкнула еще пару людей неподалеку. Оборотень сфокусировала взгляд на беглеце, что приближался и летел на них с Ксандором. Северянка ожидала, что паренек (или девица, не разглядеть) обогнет их, но в поворот не вписался и толкнул. Женщина на ногах устояла, благодаря в основном нечеловеческой реакции, позволившей кое-как нащупать баланс вовремя. Насчет Ксандора Вириенна уже не была уверена, но надеялась, что он тоже смог избежать падения. Толкнув их, неизвесный побежал дальше. Затем ее взгляд привлек звук бряцающих доспехов. За юркой фигурой в темном, расталкивая людей, бежало несколько стражников, которые были уже куда менее маневренны и деликатны. Судя по всему они пытались задержать вора. Все слилось в одну чудовищную нелепость. Женщины завизжали, солдаты не стесняясь в выражениях выражались, вслед им выражались еще и столкнутые или задетые тела горожан. Сама Вириенна стояла на месте, размышляя о том, что день видно не задался, а вот какому-то светловолосому любителю пончиков вздумалось покидаться едой. При том прямо в нее. Жирное сладкое тесто в сахарной пудре словно при действии заклинания замедления (в ее глазах это было так) ударилось о ее щеку и шлепнулось на грудь, а после упало под ноги. То, что неизвестный в этот момент спасал какую-то горожанку, было совершенно не важным.
- Оччч-чар-рровательно… - От хорошего расположения духа бестии не сталось ничего и глаза этой, внешне хрупкой, маленькой и миловидной, женщины выдавали сейчас пренебрежительно-рассерженного демона внутри нее. Она посмотрела на недавнего обладателя испачкавших ее яств во-первых, как на полного идиота, а во-вторых, с многообещающим холодком, словно взглядом хотела убить это недоразумение. Затем на подхваченную неизвестным женщину, как причину сложившейся неприятности. А потом провела по щеке рукой, стряхивая сахарную пудру, и обернулась к своему спутнику.
- Может, пойдем отсюда? Если ты хочешь поесть, можно это сделать в более спокойном месте.
При взгляде на Ксандора вспышка гнева уже улеглась, породив даже некоторое сочувствие к нему, как к товарищу по несчастью.
- Без всяких непредвиденных ситуаций.
Голос ее стал спокоен, она подавила это первое раздражение, став если не жизнерадостной как в начале дня, то хотя бы спокойной, пусть и немного сосредоточенной. Глаза северянки искали какое-то место где можно было бы себя привести в порядок. Хотелось сделать это побыстрее.
Тот испачкавший ее пончиками «герой» вроде как предлагал свои извинения, но разговаривал уже с затылком обращенной к Ксандору голубоглазки.

+6

7

[indent=1,0]Раздавшиеся крики и суматоха заставили обратить на себя внимание. До боли знакомая ситуация - воришка был не слишком расторопным и позволил себе быть замеченным. Теперь же остаётся только бежать. Фигура, скрытая плащом, промелькнула мимо, оттолкнув Ксандора и его спутницу. Сделав несколько шагов назад, южанин всё же смог устоять на ногах, провожая неудачного воришку хмурым взглядом, полным негодования. Но вот следом бежали солдаты, бренча доспехами и не стесняясь в выражениях, беспардонно распихивая всех, кто отказывался уступить дорогу. Первая мысль, которая возникла в голове нильфгаардца - бежать. Это уже было в подсознании, на уровне рефлексов. Сорвавшись с места, он сделал пару быстрых шагов, прежде чем вспомнил, что он теперь не тот человек, которого могут схватить "за компанию" из-за того, что "уж больно подозрительное рыло у него". Ксандор уступил дорогу солдатне и на душе стало куда легче, когда толпа вояк скрылась из виду, даже не обратив на него никакого внимания.
[indent=1,0]Не успел граф Лорехейд выдохнуть, как ощутил, что свою порцию выпечки он получил быстрее, чем мог ожидать. Сдобное изделие упало прям она плечо камзола, единственного, который подходил Ксандору до тех пор, пока ему не сошьют новый гардероб. Несколько долгих мгновений лейтенант смотрел на пончик, что мирно лежал у его ног, а после поднял взгляд но того, кому этот пончик принадлежал. Наёмничья жизнь определённо не делает людей внимательными к своему внешнему виду и, как бывшего наёмника, Ксандора мало заботило пятнышко на плече, но подсознательно он осознавал, что теперь его внешний вид никуда не годится, учитывая статус, что он занимал.
[indent=1,0]Граф тяжело вздохнул. Как бы удручающе не складывалась ситуация, сделать он ничего не мог. Взглянув на Вириенну, Ксандор слабо улыбнулся, просто не в силах сдержать улыбку при виде её перепачканного пудрой лица. Она была на удивление спокойна, хотя в глазах и читалось явное негодование.
[indent=1,0]- Верно, - согласился со спутницей лейтенант, улыбнувшись чуть шире. - Свою порцию сдобной выпечки мы уже получили.
[indent=1,0]– Тысячи извинений, но от меня не зависело ровным счетом ничего. - слова незнакомца заставили Ксандора повременить с уходом в более тихое место.
[indent=1,0]Со словами хозяина выпечки невозможно было не согласиться. В подобной ситуации никто ничего не мог контролировать. И пусть Ксандор ещё не знал, как принято в окружении, в которое он попал лишь недавно, относиться к подобному, но вызывать виновника на дуэль, обвинив его в том, что тот задел честь графа, казалась глупой и нелепой. Вместо этого Ксандор лишь согласно кивнул.
[indent=1,0]- Не стоит беспокоиться. Это всего лишь пятно. - откланявшись, граф подал Вириенне руку, намереваясь пойти в трактир и поесть в более мирной обстановке. Случившееся хоть и было не очень приятным событием, но заставило графа Лорехейда отвлечься от тягот, которыми были заняты его мысли и быть менее раздражённым и недовольным. На его лице всё ещё была лёгкая улыбка.

+6

8

[indent=1,0]12 декабря, 1265 г., утро.
[indent=1,0]Нильфгаард, Город Золотых Башен.

[indent=1,0]Пятно или не пятно – Деррит особо не видел разницы. Проблема была далеко не в этом. Да и даже не в том, что в большом, красивом и культурном городе встречается такая простая особенность, как неудачи. Можно было сказать вполне уверенно, что сегодняшним днем пострадать могли многие, ведь кто знает, кого еще растолкали стражники, на кого налетит вор или у кого он вообще украл безделушки, раз погоня приобретала весьма ярые и красочные очертания, очень точно выражающихся в раскрасневшихся стражниках и тех, кто теперь осматривал себя, оценивал причинённый ущерб или просто бубнил под нос гадости, сетуя на безобразное поведение некоторых. Но Дерриту и вправду было не удобно. Оценивая ситуацию спустя всего пару мгновений, конечно прежде выслушивая спутницу мужчины, он уже считал себя виноватым. И перед прекрасной представительницей противоположного пола и перед её кавалером, отреагировавшим на маленькую беду сдержанно, даже с улыбкой. Наверное, именно эта улыбка и позволила аэп Лиону ощутить больной укол, намекавший на то, что он испортил кому-то день. Точнее не он, конечно же, а вор, что ловко пробирался между лавками и расталкивал утренних посетителей торговых площадей, но всё же. В конце концов разводя руки в стороны, а также наблюдая уходящую парочку, солдат вознамерился было сказать пламенную речь. Только вот чтобы её сказать, Деррит все же сорвался с места и перегородил дорогу тем, кто стал невольным страдальцем при встрече с пончиками.
[indent=1,0]– Понимаю, что и без того уже внес достаточно неприятных ассоциаций с пончиками, а также некоторыми представителями населения города, но, – Деррит приподнял руку и перевел взгляд с темноволосой женщины на её спутника, – меня настолько дотошно воспитывали, что в настоящей ситуации виноватая сторона просто обязана возместить ущерб.
[indent=1,0]Он мягко улыбнулся одними губами, пропуская пролетающих мимо жителей города, как всегда недовольных, бубнящих под нос гадости и не понимающих, для чего стоять посреди дороги и трещать, раз уж вокруг было столько чудных мест для таковых занятий.
[indent=1,0]– Я обязан принести свои извинения, как вам, милсдарь, так и вашей спутнице. Мне очень жаль, что получилось всё настолько глупо. Порой казалось, что поедание пончиков на площади в компании с простым наблюдением за кипящей вокруг жизни не принесет такого сочетания трагедии.
[indent=1,0]Солдат отступил в сторону, пуская пожилую женщину. Она слишком уверенно махнула палкой, на которую опиралась и проворчала что-то о воспитании. Деррит все же глянул ей в след, но очень скоро вновь повернул голову, уделяя внимание только тем, кто его взаправду требовал.
[indent=1,0]– Словами, конечно, мало кого можно задобрить, – солдат усмехнулся, – но что если за столь неоднозначную и глупую ситуацию я предложу вам и вашей спутнице угоститься в неплохом трактире?
[indent=1,0]Он выстроил потрясающую сюжетную линию в голове. Они все же шли к пончикам? Значит хотели есть. А такая пища утоляет голод весьма неплохо, правда не на столь долгое время, как хотелось бы порой. По мнению солдата, таковое построение идей в голове не могло быть не отмечено. Да и сам он был далеко не против отведать горячей еды, которая никогда не вылетит из рук. Хотя кто знает… было время, еще тогда в деревушке неподалеку от Цинтры какой-то нордлинг перевернул стол, за которым он сидел.
[indent=1,0]«А может быть, это вовсе плохая затея», тоскливая мысль промелькнула в голове, но не позволила улыбке пропасть с лица солдата.
[indent=1,0]– Если моя компания вам будет неприятна и конечно же если ваша спутница держит на меня обиду, чего мне вообще не хотелось бы, Великое Солнце тому свидетель, – Деррит переступил с ноги на ногу, – я готов заменить пончике чем-то более полезным и в знак извинений передать вам.

Отредактировано Деррит аэп Лион (2017-12-11 23:05:46)

+5

9

Облегчением, пусть и ожидаемым, но от того не менее приятным, отозвались в женщине слова ее спутника. Он поддержал ее в стремлении убраться из этого кошмарного места, где они находились, и вроде бы даже уже собирался идти за ней, или даже скорее с ней… Ксандор перекинулся со светловолосым нильфгаардцем парой ничего не значащих слов, - как хотелось верить Вириенне, пытаясь отбиться от дальнейших перспектив разделять его общество и быть еще чем-нибудь закиданным, - и предложил женщине руку. Бестия согласилась и повела себя ожидаемо – руку приняла и прямо таки всем видом готова была двинуться в путь. Улыбка Ксандора, с которой он глянул на нее, вызвала на сосредоточенном лице бестии недоумение. Мол, что во всем этом смешного? На всякий случай она еще раз потерла щеку, от которой все еще пахло сдобой и сахаром. Сдобой и сахаром пахло теперь, казалось, от всего! Вириенна недовольно повела бровями, явно припоминая как южанин на нее смотрел ранее, еле сдерживая улыбку, пока она решала вопросы своего внешнего вида. Видно, действительно посчитала, что что-то еще осталось у нее на лице.
- Идем, - мягко поторопила она своего спутника, - не то еще что-нибудь случится.
И это что-нибудь, разумеется, случилось. Виновник их несчастий вдруг вынырнул из толпы и прямо встал перед ними, преграждая путь.
Взгляд Вириенны выразил негодование и вторичное недоумение наглости и манерам. Особенно забавным было то, что про воспитание и манеры этот тип и начал что-то бубнить.
«Я не знаю где вас воспитывали и не медведи ли это делали в лесной чаще, милсударь незнакомец, но вам не кажется, что вы уже сделали достаточно?!» - Как бы ведя с ним диалог у себя в уме спросила северянка, не сумев сдержать хотя бы мысленного укола по поводу «медвежьей услуги», но вслух ничего не произнесла. Дело было в том, что общаться с людьми здесь ей представлялось нежелательным. Вириенна не все еще слова понимала как нужно, по крайней мере специфические выражения, не то, чтобы бегло разговаривать на языке южан. Ей не хотелось ляпнуть околесицу, да и выдавать себя произношением. Пусть сейчас ситуация между севером и югом и стала немного более спокойной, да на рынке встретить можно было разнообразных купцов, но все таки навредить неосторожно себе и всем, кто с ней связан, лишний раз она тоже не хотела. Конечно, существовала легенда о том, что Вириенна алхимик и врачеватель с севера, что имело уже не такое значение, но дразнить судьбу лишний раз не стоило. Поэтому спокойно она разговаривала с Ксандором и настолько тихо, чтобы слышал ее лишь он, а не с незнакомцем. С незнакомцем, как ей казалось, сейчас должен был разобраться и сам Ксандор. Девушка перевела взгляд на спутника, смотря красивыми светло-голубыми глазами (снизу вверх из-за разницы в росте с Ксандором) вполне невинно показывая, что ждет его ответа. Понятное дело, она не хотела никого брать с собой по многим причинам. Любезная улыбка, которой она не желая того научилась у Сейдомара аэп Роэльса, скользнула по губам волколачки. Весь фокус был в том, что любезность любезностью не была вовсе, лишь скрывала многое за собой. И далеко не все это могли прочувствовать и понять.

+6

10

[indent=1,0]Быть может, стоило быть более убедительным, а может просто идти быстрее, но, не успев отойти и на пару шагов, Ксандор вновь наткнулся на нильфгаардца, который уже сделал его день не столь скучным. Не то, чтобы он был против извинений или же ему был неприятен человек, что так щедро одарил его со спутницей своими сладостями, но Вириенна, похоже, была не в восторге от того, что к ним присоединится кто-то ещё. Незнакомец говорил складно и в его раскаяние и искренность желания возместить причинённый вред хотелось верить. Так, если Ксандор вместе со своей спутницей всё равно собирались направиться в ближайшую таверну и отведать тамошней еды, почему бы не позволить этому воспитанному милому человеку оплатить их счёт.
[indent=1,0]Осознание того, что он может себе позволить куда как больше простого обеда на двоих в таверне, к Ксандору ещё не до конца пришло, а потому, как у наёмника со стажем, его внутренний голос твердил, что от такого предложения глупо отказываться. В глазах южанина застыл немой вопрос, обращённый к Вириенне, но, судя по её виду, отвечать придётся ему. Что же, в конце концов, она сама так захотела.
[indent=1,0]- Ваши извинения приняты, - почтительно склонив голову, ответил Ксандор. - Полагаю, будет грубостью отказаться от Вашего предложения. Если Вы настаиваете, я и моя спутница, с удовольствием примем Ваше предложение.
[indent=1,0]Возможно, Вириенна после и выскажет всё, что она думает о нильфгаардце, испачкавшем её и о том, что Ксандор решил за их двоих принять его извинения, но сейчас лейтенанту казалось это более, чем правильным. Суматоха на улице, вызванная нерасторопным воришкой практически полностью улеглась, упавшие на землю пончики уже успели растерзать птицы, а Ксандор проследовал в ближайшую таверну, в сопровождении уже двух спутников. Местные заведения он не знал и ему оставалось лишь надеяться, что незнакомец, так любезно предложивший угостить их обедом, не подумает ничего дурного о графе, судя по его выбору.
[indent=1,0]Таверна казалась самой обыкновенной, ничем не отличавшейся от тех, что привычно располагались близ крупных скоплений людей в больших городах. Здесь было тепло, пахло свежей едой. Людей было не много, что было не удивительно для этого времени. Граф Лорехейд уже привычно высматривал местечко в отдалении, в идеале, одноместное, но вовремя одумался и подыскал более подходящий столик на четверых. Перво-наперво он любезно помог Вириенне занять место за столом, а после сам сел рядом с ней.
[indent=1,0]- Боюсь, что город мне слабо знаком, - обратился граф к незнакомцу. - Надеюсь, это место ничем не вызывает у Вас никаких дурных ассоциаций. Совсем забыл, я лейтенант гвардейской бригады "Магна", граф Ксандор вар Лорехейд аэп Керран, - было довольно непросто с непривычки представиться, но Ксандор справился отлично. - С кем имею честь?

+6

11

12 декабря, 1265 г., утро.
Нильфгаард, Город Золотых Башен, таверна.

[indent=1,0]Получить утвердительное «да», затем прогуляться по улицам города и добраться до таверны – чем не прекрасная замена не столь удачного утра? Деррит не мог не обрадоваться, посему позволил себе почтительно улыбнуться в знак благодарности как к женщине, так и к мужчине, что уже направлялись вместе с солдатом в таверну. Шумные улицы очень скоро остались позади. Жителей Нильфгаарда встречала теплая, уютная таверна, не обремененная огромным количеством посетителей. В помещении довольно лениво текла жизнь: занято оказалось не так много столов, а гостей и вовсе почти не было слышно. Многие стучали ложками о тарелки, тихо разговаривали и перешептывались самыми сокровенными секретами, а почти в самом темном углу восседали заядлые игроки в азартные игры, периодически шипя и ругаясь друг на друга – то карта попадалась не та, то хотелось игрокам заподозрить соперников в шулерстве. Дерриту понравилась картина. Понравился и выбранный стол, куда мужчина спешно сопроводил женщину и предложил ей сесть. Солдат глядел на них не без малого интереса, потому что женщина мало походила на нильфгаардку, почему-то выделяясь на фоне других жительниц большого города. Но не в интересах солдата была тяга к открытию чужих секретов. В его интересах было другое: сесть за стол, подозвать разносчицу. Откладывать эти интересы на позднее время он не смел. Именно поэтому сел за стол самый последний, аккуратно проводя рукой по деревянной поверхности, словно проверяя на чистоту.
[indent=1,0]Отвлеченный шумом за столиком, где карты развязывали войну, Деррит не сразу услышал незнакомца. Не сложно было исправиться, ведь сложить все фразы и достроить их смысл ему не создало никакого труда.
[indent=1,0]– Огромная честь познакомиться с Вами, граф, – солдат моментально изменился в лице.
[indent=1,0]«Магна. Лейтенант. Великое Солнце, казни ты того вора самыми изысканными методами. Пусть его сожрут, не знаю…», подлые мысли закружились в голове неудержимым вихрем. Но Деррит не мог позволить выдать своё удивление собственной удаче.
[indent=1,0]– Деррит аэп Лион, солдат бригады «Наузикаа», – не без долгой паузы, но он всё-таки ответил. – А Ваша прекрасная спутница?
[indent=1,0]«Да ты её раздражаешь», ответив самому себе, Деррит несказанно обрадовался тихо подошедшей к ним разносчице. Она была очень молода, невероятно улыбчива, а ещё обладала немыслимым количеством веснушек на носу и щеках, что охотно притягивали к себе внимание. Не мудрено было и то, что на её простой вопрос о пожелании в блюдах да выпивке, Деррит ответил не сразу. Вместо этого он вылупился на девушку, словно мальчишка на лавку со сладостями. Для того, чтобы вывести солдата из состояния собственных раздумий о прекрасных веснушках, ей пришлось повторить вопрос. Аэп Лион вернулся в реальный мир, не отказываясь от возможности улыбнуться.
[indent=1,0]– Зная вашу таверну, здесь не очень талантливо готовят некоторые блюда… вы ведь доверите выбор угощений мне, граф, госпожа? Поверьте, это у меня получается лучше, чем попытки потребить пончики и остаться чистым. Милая, будь добра, – Деррит постучал пальцами по столу, – принеси нам говяжьих голяшек, тушеных в овощах с грибами и фасолью, жаркое из кролика с хлебом.
[indent=1,0]Девушка кивнула, пряча руки за спину. По морщинке на лбу было понятно, что запомнить даже самые маленькие заказы – дело, для дамы с веснушками у носа, очень сложное.
[indent=1,0]Выдержав паузу, Деррит оглядел графа вместе со спутницей.
[indent=1,0]– Я полноценно угощаю вас. Прекрасная госпожа желает вина? Я бы предложил немного красного, с мясом – это весьма хорошее сочетание. Будете не согласны, мы изменим моё решение, – возвращаясь к разносчице, он дополнил уже названные блюда вином, дополнительно делая акцент на то, что разбавлять его водой не стоит.
[indent=1,0]Рыжая кивнула, предупредив гостей о том, что блюда придется немного подождать, после чего удалилась. Деррит следил за ней точно до того момента, пока она не скрылась за дверьми кухни.
[indent=1,0]– Вы говорили, что плохо знаете город, – припоминая комментарий графа, Деррит учтиво взглянул на Ксандора и его спутницу. – Можно совершенно спокойно отметить, что здешнее заведение ничем не пугает меня и не вызывает страшных ассоциаций. Умиротворенно, тихо. Наверное, после оживления на главной площади сложно не наслаждаться маленькой возможностью посидеть вот так – без эксцессов. Рано, правда, об этом говорить…
[indent=1,0]Деррит обвел взглядом помещение и тяжело выдохнул.
[indent=1,0]– Было дело, когда по случайности занесло меня в деревушку около Цинтры, где беда случилась. Вспоминать не потребуется – до сих пор во снах все вижу, а потом подрываюсь, спать и вовсе не хочется… – по спине солдата пробежал холодок. – Так вот там мне столы переворачивали. Хотя… я бы тоже так сделал, живи там и будь нордлингом. Вполне может быть.

Отредактировано Деррит аэп Лион (2017-12-27 00:02:59)

+5

12

12 декабря 1265 г. Утро.
Город Золотых Башен. Таверна у торговой площади.


Слова Вириенны были будто бы пророческими. Действительно, на площади Города Золотых Башен что-то стало происходить и в процессе того, как покидали это место двое нильфгаардцев в компании бестии, что прикидывалась обычной женщиной, Вириенна звериным чутьем и слухом чувствовала: что-то не так. Возможно, конечно, начавшаяся волна возни просто означала что беглеца, расталкивающего прохожих, поймали. Выяснять это у волколачки не возникло ни малейшего желания… она держала под локоть новоиспеченного графа вар Лорехейда (или он держал ее, что вернее), нисколько не сопротивляясь тому, что Ксандор повел ее вслед за незнакомцем вопреки тому немому спектаклю, что она устроила. Хотя, конечно, спутнику своему волколачке следовало бы высказать какое-нибудь завуалированное «фи» на предмет того, что он ее совсем не понял, но она не стала. Таким образом, ее планы внезапно поменялись и теперь только оставалось только следовать им. А, ведь, она собиралась только яблок для пирога купить… и вот уже гляди.
Вскоре их небольшая компания оставила позади площадь и оказалась в близлежащей таверне, где внутри вкусно пахло едой и слуха касался типичный для таких мест фоновый гомон слившихся в него разговоров присутствующих. Не сказать бы, что нильфгаардская таверна чем-то отличалась от тех, что в северных королевствах, разве что речь в ней слышалась нильфгаардская. Вон, в углу даже сидели какие-то игроки. Вириенна скользнула взглядом по посетителям и снова вернулась к спутникам, все осмотрев как можно более бегло. Очень вовремя, надо сказать, потому что уже подошли они к одному из столов и Ксандор как раз решил за Вириенной поухаживать со всей манерностью и помочь даме устроиться за столом. Возражать бестия не стала, присаживаясь на предложенное место и наблюдая уже после, как устраивается ее компания рядышком. После этого «ритуала» последовал следующий: мужчины, будто павлины, распушили перед друг другом перья и представились, словно бы мерялись своими достижениями в этой жизни. По крайней мере, Вириенна подумала так. Возможно, виной тому было ее подпорченное настроение и только.
Теперь она знала, что второго зовут Деррит аэп Лион, а вот остальная информация была ей бессмысленной. Впрочем, как и имя, ведь они больше с этим мужчиной не увидятся. Не понимала она этих обычаев людских собирать ненужную информацию, а особенно ее выдавать без определенного вопроса. Впрочем, на этом все не закончилось и вопрос нового знакомца плавно перетек к ее собственной персоне. Так что же было ему ответить? И стоило ли вообще отвечать, возможно с этим справился бы и Ксандор?
«Мда, он уже справился на площади» - со скептицизмом подумала Ренна, покуда осматривала незнакомца. О том, что говорить о себе она столь же открыто, как Ксандор и Деррит не желает. «А я Вириенна, волколак и северных лесов, который растерзал около полусотни людей в Анконе и обратил тамошнего графа в такое же чудовище. Вот смеху бы было, если бы я рассказала вам правду». Невольно вспомнилось как на приеме у Демавенда в Аэдирне, чародеи волею случая оставшиеся без магии, смотрели на нее, не знаю что она сделает. Некоторые с ужасом, потому что им нечем было защищаться от яростного чудовища. Даже их лидеры, которые держались невозмутимо и гордо… Тот же знаменитый Вильгефорц из Роггевеена, несмотря на весь свой уверенный вид, наверняка едва замарал свои чистые портянки. «Обратись я здесь и будь честной все закончится как всегда». Волколачка ухмыльнулась. Ароматы вкусной еды и тепло таверны все-таки успокаивали ее, а воспоминания показавшиеся забавными окончательно очистили разум от раздражения.
«Элия? Почему же первым пришло на ум именно это имя моей главной ошибки жизни…»
- Рэния. – Коротко пояснила она, мягко и мелодично озвучивая имя, пусть и не свое, и ничего больше.
«Так, пожалуй, всем будет проще и созвучнее». – Вириенна плавно перевела уверенный взор на графа вар Лорехейда, с надеждой, что он понял, что перед каждым встречным-поперечным представляться она не считает необходимым, тем более оповещать, что как-то связана с графом аэп Роэльсом. Это сложно было понять по взгляду, но она тешила себя надеждой, что он понял все тогда, когда она назвалась не своим именем.
А дальше все завертелось само собой. Деррит аэп Лион был человеком разговорчивым и сразу же перешел к иным разговорам и пояснениям. Вириенна лишь слушала его, стараясь как можно меньше слов произносить. Ей было не важно что о ней подумают, пусть уж лучше считают скромницей последней и не будут ставить в неловкое положение. Обычно это хорошо получалось. Вириенна в следующий раз подала голос лишь отвечая на вопрос о еде. Казалось, она смутилась и встала со своего места, ненавязчиво и плавно оказавшись у Ксандора за спиной, где склонилась к уху мужчины и тихо заговорила с ним так, чтобы кроме бывшего наемника никто ее голоса не слышал:
- Я буду благодарна тебе, если ты скажешь ему, что я ощущаю себя дурно и просила обойтись без вина, без алкоголя вообще. И, пожалуйста, не говори ему ничего обо мне. Это не имеет смысла.
Приятный аромат яблок должен был коснуться носа Ксандора, когда Вириенна находилась в такой непосредственной близости, а черно-сизые локоны щекотнуть ноздри и щеку.
- Я вернусь. Поищу где пятно оттереть.
Словно смущаясь, она коротко посмотрела на собеседника, делая вид, что причиной тому он. Возможно, мужчине будет это приятно. Деррит что-то говорил про северян с присущей нильфгаардцам напыщенностью, но волколачка уже развернулась и пошла к разносчице, по пути, пока возможно это, Вириенна лишь мотала на ус слова, чтобы в случае вопросов поставить в неловкое положение уже самого Деррита.

+6

13

[indent=1,0]Незнакомец переменился в лице сразу после того, как Ксандор представился. Можно было только догадываться почему. То ли разделить трапезу с графом это большая редкость для него, то ли нильфгаардец не жаловал местную аристократию, а может его имя было ему знакомо. Вириенна также переменилась в лице, но граф Лорехейд готов был поклясться, что девицу больше раздражала вся эта помпезность и громкое торжественное представление. В глубине души Ксандор понимал свою спутницу, но на данный момент он был горд наконец открыто представляться тем, кем он и являлся, а не наёмником по прозвищу Чёрное Солнце из Рована. Тем не менее, данный манер представления просто необходим в военной среде. Солдаты трёхсот тысячной армии империи попросту не могут знать в лицо друг друга, а протокол поведения между чинами должен был соблюдаться строго. В кругу аристократии были те же правила, поэтому граф взглядом безмолвно попросил волколачку быть более терпимой с обычаями его родины.
[indent=1,0]Но вот настало время и самому Ксандору измениться в лице, стоило незнакомцу представиться самому. Деррит аэп Лион. Граф Лорехейд не знал, как много аэп Лионов бродит по империи и связывает ли их что-то между собой, кроме созвучного имени. Но с ходу расспрашивать нового знакомца о семье и, возможно, братьях, было бы дурным тоном.
[indent=1,0]Ксандор в задумчивости своей совсем не услышал слов Деррита и лишь по его взгляду, устремлённому на Вириенну, понял, что он желает узнать и её имя. Нильфгаардец опешил от подобной просьбы. Было ли целесообразно открыто признавать в спутнице северного алхимика, служащему графу аэп Роэльсу. Сам Ксандор сомневался в том, что волколачка действительно была алхимиком, а вот насчёт служения графу, так и вовсе был уверен, что это чистой воды ложь. К счастью, девица сама представилась, при чём не своим настоящим именем. В знак понимания, Ксандор почтительно кивнул ей в ответ на взгляд волчицы. Она была осторожна, бывший наёмник, что провёл года на чужой земле, не мог не понять этого. Граф знал, насколько это тяжело, но не был уверен в том, что сокрытие своей личности хоть сколько обременяет его спутницу.
[indent=1,0]В ответ на вопросы Деррита, Ксандор лишь согласно кивал, давая своё согласие и на предоставления новому знакомому возможности выбора блюд и вина на своё усмотрение. Граф увлечённо слушал солдата, всматриваясь в его лицо и пытаясь найти хоть какие-то малейшие схожести с аэп Лионом, которого он встречал ранее, которому был обязан жизнью. Увлекшись, южанин попросту не заметил, как его спутница оказалась сзади, да ещё начала что-то шептать на ухо. От внезапности и по старой привычке, Ксандор вздрогнул и крепко сжал столовый нож, что лежал перед ним, к счастью, успев вовремя придти в осознание ситуации, чтобы этот самый нож не пустить в ход. Граф лишь облегчённо выдохнул, вздрогнув ещё раз, когда осознал и, буквально, почувствовал, что спутница его пересекла все дозволенные рамки приличия своей близостью. Встретившись с ней взглядом, Ксандор слегка смутился, а после ухода волчицы, прочистил горло, приставив кулак к губам и вернулся к разговору с Дерритом.
[indent=1,0]- Моя спутница дурно себя чувствует. Поэтому она изволила отказаться от вина, - посмотрев ещё раз вслед уходящей Вириенне, сказал Ксандор. - Так Вы участвовали в последней военной компании Нильфгаарда? - с неподдельным интересом спросил граф. - Я последние восемь лет находился вдали от столицы. Выполнял особый приказ в северных провинциях империи, а после непосредственно на территории врага, в Северных Королевствах. Я сожалею о том, что у меня не было возможности присоединиться к компании, - что-что, а одно Ксандор знал точно, чтобы пресечь болтовню о том, что новый граф Рована сношался с дикарями и сам вконец одичал, нужно активно распространять иную правду о тех событиях. - К слову, мне дважды встречался нильфгаардский рыцарь. Кхайр аэп Лион. Быть может, Вы слышали о таком? Достойнейший человек. Если бы не он, я был бы уже в сырой земле. Хотя, зная нордлингов, скорее в сырой канаве.

+5

14

12 декабря, 1265 г., утро.
Нильфгаард, Город Золотых Башен, таверна.

[indent=1,0]— Что-то мне подсказывает, что в причине «дурного самочувствия» кроется именно моя фигура.
[indent=1,0]Деррит почти одновременно с графом поглядел в след уходящей Рэнии. Ему стало неудобно и теперь еще вдвойне обиднее за то, что ему дозволено быть настолько косоруким. В целом, не сложно было догадаться, как именно он испортил день любезной особе, да и еще с самого утра заладив весьма необычный темп.
[indent=1,0]Но заострять на этом внимания он не хотел. И без того было неудобно.
[indent=1,0]Она ведь даже не обращалась к нему напрямую, а таинственно шепталась с графом, предпочитая передавать все решения и мысли через него. Черт знал, конечно, может она и говорила странно или испытывала неудобства в компании простых солдат, но Дерриту было просто неудобно интересоваться такими мелочами. Девушки имели права на свои секреты. И если они не хотели, чтобы в эти секреты всякие аэп Лионы совали свои носы – аэп Лионы спорить не будут, хотя порой и могли бы немного наглеть. Но не здесь и не сегодня.
[indent=1,0]Граф тем временем интересовался о вещах, которые Дерриту были близки. Вопросы о кампаниях Нильфгаарда были всегда приятны, посему рассказывать о них было отдельным удовольствием. Правда то удивление, что возникло у аэп Лиона, была тут же развеяно – граф объяснил почему сам не участвовал в таких походах. Конечно, у важных людей были куда более важные задания. Наверное, в разы интереснее, чем крутиться на поле боя, наслаждаться запахом крови, пота и рассуждать, последний ли это бой или нет? Деррит не думал об этом со злостью, скорее наоборот, прекрасно понимая разницу. Тем более побывав в Северных Королевствах, ни за что бы не согласился ступить туда с «особо важными заданиями». Он до сих пор помнил Йоргена, сраного мага, свалившего от беды и отправившего его в лапы к деревенским дикарям. По спине солдата пробежали мурашки. Благо что тяжкие воспоминаниям моменты отторглись в одном мгновение, стоило графу упомянуть младшего.
[indent=1,0]Деррит улыбнулся, кивая в знак положительного ответа о том, кого звали Кхайр аэп Лион.
[indent=1,0]— Как не слышать о таком, он же мне брат. Куда бы я не сунул свой нос и с кем бы не заговорил, о нем частенько вспоминают. Хорошее, что странно, — почесав бороду, солдат ухмыльнулся. — Но я искренне рад, что Вы отзываетесь о моём родственнике в таком клише. Это большая честь.
[indent=1,0]Разговор нильфгаардев прервала только разносчица, что поставила перед ними вино и корзинку с хлебом. Немного черствым, как оказалось в последствии.
[indent=1,0]— Позволите поинтересоваться, а в каких обстоятельствах и где вы встречали моего брата?
[indent=1,0]Немного прищурившись, Деррит поглядел на Ксандора, в ожидании какого-нибудь упоительного рассказа. Хотя стоило бы еще и немного сомневаться… черт знал, где крутился Кхайр последнее время и когда ему довелось пересечься с Ксандором. Тем более – где. Деррит давно не видел младшего. Можно было даже сказать, что он несколько скучал по нему.
[indent=1,0]— И, позвольте я немного Вас перебью, но… надеюсь, что я не обидел Вашу спутницу? Обычно девушки говорят открыто что их не устраивает, я уже к такому привык даже, — солдат выдохнул, притягивая к себе сосуд с вином. — Если нет — это позволит мне выдохнуть.
[indent=1,0]Правда если «да», то аэп Лион совершенно не знал как и что делать для обратного. Возможно, стоило просто забыть об этом. Порой это бывало лучшим ходом.

+5

15

12 декабря 1265 г. Утро.
Город Золотых Башен. Таверна у торговой площади.


Оставив мужчин наедине друг с другом, о чем она никак не жалела, Вириенна быстро подошла к разносчице, поймав ту как раз, когда она оторвалась от одного из столов с посетителями. Девушка одарила ее приветливой улыбкой, на которую Вириенна ответила достаточно сдержанно, но без неприятцы. Следом оборотница довольно живо состроила на лице нужное выражение, давая юной и юркой деве понять чего она хочет, и указала на испачканную одежду, продолжая вопросительно глядеть на работницу таверны, наверняка приходившуюся родственницей кому-то из хозяев заведния. Невербальное общение порой было спасительным и даже более понятным, чем слова. Нильфгаардка ее поняла и засуетилась, стараясь быть доброжелательной, но не отрываться от работы надолго, позвала Вириенну жестом за собой и повела куда-то вглубину таверны, прочь из зала. На прощание Вириенна быстро окинула взглядом оставленных за столом спутников и удалилась, пожав плечами, мол ничего не поделаешь.
Путешествие вслед за разносчицей было недолгим. Минуя зал, столики и стойку трактирщика девушка провела Вириенну в подсобные комнаты, нашла влажную тряпицу и миску с водой, поставила перед Вириенной, продолжая улыбаться и весело что-то щебеча ей. Насколько бестия разбиралась в ее быстрой речи, говорила она ей совершенно обыденные вещи вроде простейших указаний оставить все это здесь, когда закончит с одеждой, а перед этим спрашивала не понадобится ли ее помощь, на что получила отрицательный кивок головой. Вириенна поблагодарила девушку, после чего была оставлена с тряпицей и водой одна. Насколько можно было судить, место, где она находилась, располагалось рядом с кухней, откуда вкусно пахло. В животе неблагодарно в виду отсутствия обещанной трапезы, заурчало от обилия ароматов. Впрочем, на еду женщина больше не отвлекалась, став приводить себя в порядок.
Через небольшое окошечко, удачно выходившее на площадь, голубоглазая северянка невольно поинтересовалась тем, как обстоят там, откуда они пришли, дела, ведь покидая площадь Вириенна заметила какой-то шум. Увиденное обрадовало бестию. Все было так же спокойно, как и до того. Значит, ничего неординарного не случилось и никаких проблем не предвиделось. Постояв так еще немного и положив влажную тряпку рядом с мисочкой, Вириенна обдумала и текущую встречу. Ксандор наверняка продолжил говорить с этим Дерритом о чем-то своем. Скорее всего тема северян осталась уже далеко позади. По крайней мере, ей хотелось в это верить и вернуться на свое место не к разгару беседы о том, насколько различны южане с северянами. Честно говоря, она терпела периодически все эти комментарии от Сейдомара с некоторой долей иронии и благоволения, но насыщать свою жизнь пустыми разговорами о превосходстве жителей империи над жителями севера не желала. Эти разговоры были просто пусты и бессмысленны, особенно если учитывать, что на вкус и те и другие были одинаковы, а тратить свое время на такие глупости было еще более бессмысленным.
«Ну что ж, надеюсь мужчины там разобрались с едой и напитками, а так же своими разговорами, и намерялись длинной своих павлиньих хвостов».
Оставив утварь как есть, Вириенна поспешила обратно по пути, который запомнила. Идти было недалеко и несложно. Уже приведя себя в порядок, да немного размыв жирное пятно, что сделало его более незаметным, Вириенна подоспела к столу, за которым все так же сидели Ксандор и Деррит аэп Лион. Взгляд в волчицы с человеческим лицом прошелся по залу в поисках интересовавшей ее разносчицы и, встретившись со взглядом нильфгаардки, молча выразил признательность. Именно в это время зазевавшуюся и потерявшую бдительность Вириенну задел плечом, едва не сбив с ног, один из посетителей таверны, шедший по своему маршруту весьма осознанно и не ожидавший что девушка задержится в проходе между столами.
Бросив короткое «Прошу прощения», при том голосом достаточно приятным и чем-то вызвавшим знакомое ощущение, - что заставило волколачку все-таки посмотреть вслед фигуре в темном, обогнувшей ее и прошедшей далее, не задерживаясь, - незнакомец растворился в этом дне и заведении. Волколачка же уселась на свое место, не интересуясь ничем, кроме спутников, но ощутившая, будто волной мурашек, ауру магии. Возможно, что-то с тем человеком было не так, а возможно просто на нем был какой-то сильный амулет или проклятие, однако это уже не ее проблемы и лезть не в свое дело она не собиралась.
Наверное, ей стоило что-то сказать, но интересоваться как ее спутники проводили время в момент ее недолгого отсутствия она сочла достаточно глупым. Вириенна просто улыбнулась Дерриту и не стала прерывать мужчин и их общение.

+4

16

[indent=1,0]Ксандор почувствовал себя крайне неловко, узнав, что сидит перед человеком, брат которого так помог ему в прошлом. Ведь граф едва ли не отказал Дерриту в его благородном желании принести извинения за то, в чём его вины, собственно, и не было. Зато, затронув эту тему, лейтенант "Магны" отметил для себя пару деталей. Первым было то, что Кхайр, судя по всему, так и не вернулся в империю на данный момент, а также, что его семья, вероятно, и понятия не имеет, что он находится в Северных Королевствах. Теперь же Ксандор размышлял о том, стоит ли быть откровенным и рассказать всё, как есть? В конце концов, едва ли какого офицера отпустят в одиночку на вражескую территорию за медицинской помощью, которую вполне могут оказать и в Нильфгаарде.
[indent=1,0]- Впервые мы встретились у северной границы Цинтры, - Ксандор решил начать с невинной истории, которая никому никак не повредит. - Ваш брат принял меня за местного ополченца и между нами завязалось сражение. Он был хорош, впервые за долгое время я не был уверен в своей победе. К счастью, конфликт разрешился быстро, но нас атаковали цинтрийские партизаны. Не знаю как всё произошло, но мы смогли оттеснить превосходящие численностью силы врага и обратить их в бегство, ограничившись малыми потерями. После мне необходимо было вернуться на север и мы практически сразу и расстались. Это было осенью шестьдесят третьего, если мне не изменяет память.
[indent=1,0]Ксандор взял кубок с вином и отпил немного. Он оглянулся через плечо, посмотрев туда, где последний раз видел Вириенну. Она явно не спешила, а оставаться наедине с малознакомым человеком граф Лорехейд не горел желанием. И это было вовсе не потому, что Деррит мог быть ему чем-то неприятен, вовсе нет. Ксандор попросту не любил компании солдат, хоть и сам им являлся. Было ли это дело наёмничьей привычки или же всё дело было в осознании того, что однажды ему, как офицеру, придётся отправлять таких, как Деррит, на верную смерть - было большим вопросом. Ксандор не раз задумывался о том, каким офицером он хочет стать - уважаемым или беспрекословно выполняющим долг, без колебаний и сожалений.
[indent=1,0]Смена темы разговора отразилась на лице офицера некоторым облегчением. Он едва улыбнулся и лишь пожал плечами в ответ на вопрос Деррита.
[indent=1,0]- Хотел бы я знать, что творится в голове этой женщины. Насколько я её знаю, она не стала бы молчать, если бы её что-то не устраивало, - взглянув на пустое место рядом с собой, Ксандор тяжело вздохнул. - Если честно, то я не уверен в том, что женщины сами понимают, что их устраивает, а что нет. Я бы с большим удовольствием вышел с голыми руками против медведя, чем пытался разгадать эту загадочную улыбку на миловидном личике. Полагаю, в первом случае, у меня было бы больше шансов выжить. Пускай эти создания и хрупкие с виду, уверяю Вас, любезнейший, они способны усмирить бушующий ураган одной улыбкой. Представьте, на что они способны, если что-то будет их раздражать, - наконец Вириенна показалась в зале таверны, что означало, что Ксандору следует окончить свою мысль как можно скорее. - Поэтому, друг мой, если Вы ещё способны дышать, то она не держит на Вас никаких обид.
[indent=1,0]Ксандор учтиво кивнул Вириенне, как только она вернулась. Пристально всмотревшись в её выражение лица, возможно, пристальнее, чем было нужно, граф отметил, что его спутницу больше донимает скука, нежели что-то ещё. А может это было разочарование, ведь она так и не дошла до прилавка с яблоками. Так или иначе, Ксандор чувствовал, что причиной её настроения был вовсе не Деррит, а именно он.
[indent=1,0]- Возвращаясь к нашему разговору, в нашу последнюю встречу Ваш брат искал лекаря, который мог бы вылечить некий недуг. Хотя, хочу Вас уверить, я не заметил у него никаких недомоганий, - Ксандор сделал более серьёзное лицо. - Это было в августе этого года. Я искренне надеюсь, что ему удалось излечиться.

+4

17

12 декабря, 1265 г., утро.
Нильфгаард, Город Золотых Башен, таверна.

[indent=1,0]Деррит искренне поверил в слова Ксандора, поэтому не спешил оговаривать что-либо лишнее, касающееся его спутницы. Наверное, оно было к лучшему, да и сам разговор в скором времени плавно перетек в иное русло. Аэп Лион был искренне удивлен. Сложно было не понять этого, хватило бы и самого беглого взгляда. Не знал он недуга брата, не знал вообще где он и куда пропал. Не было ни писем, ни сообщений о нём. Но для военных людей такая позиция всегда считалась обыденной.
[indent=1,0]Покрутив в руках кубок с вином, солдат задумчиво изучил незамысловатые узоры: милые завитушки аккуратно превращались в листья винограда, аккуратно скрывающие за ними тяжелые гроздья. Немного потертый, немного староватый кубок всё еще служил верой и правдой в своём прямом назначении. Изучая все мелочи, что попадались на глаза, Деррит отмалчивался. Может, боялся за брата, может, чуял неладное… не зря, наверное, пончики посыпались с неба из-за мелкого воришки и полетели навстречу незнакомцам.
[indent=1,0]— Это весьма ценная информация, граф, — солдат учтиво кивнул головой, наконец-то пробуя вино и отдавая себе точный отчет о том, что вкус у него был один из самых необычных. — С братом я не связывался очень давно, поэтому подтвердить Ваши надежды не могу. Но не могу быть с ними не солидарным.
[indent=1,0]Он улыбнулся и поставил кубок на стол, смотря за тем, как мимо пробегает разносчица. Она успела поставить на и стол два блюда, от которых шёл очаровательный запах сытной, вкусной и прекрасно изготовленной еды. Деррит глянул на шедевры искусства, сдерживаясь в желании облизнуться.
[indent=1,0]— Госпожа, — переводя взгляд на Рэнию, Деррит указал рукой на блюда, — верю, что вы блюдете фигуру, но попробуйте. Здешняя кухня весьма хороша и это не просто слова, а проверенный статус.
[indent=1,0]Он и сам был готов приступить к трапезе, пока не отметил нехватки приборов. Руками-то есть солдат никогда не против, но в компании противоположного пола раскидываться жуткими манерами не хотелось совершенно. Оглядываясь, он всего на мгновение опешил.
[indent=1,0]Может, ему показалось. Может, ему совершенно не показалось. Деррит надеялся на то, что все-таки показалось.
[indent=1,0]Вновь вернувшись к новообретенным знакомым, он учтиво оглядел обоих. Правда со стороны выглядел так, будто бы увидел призрак матери.
[indent=1,0]— Позвольте, я отойду. Передам разносчице требование к приборам и проверю одну маленькую, но очень колкую мелочь, — уже поднимаясь из-за стола быстро отчеканил солдат.
[indent=1,0]Ему не требовалось никакой подготовки, не требовалось времени на размышления. Уже будучи позади разносчицы, что стремительно направлялась к столику, где сидел очередной посетитель, Деррит не особо стремился окликнуть её с проблемой о приборах. Потому что он был уверен в том, что знакомое лицо не стало игрой воображения или последствием выпитого вина с странным послевкусием.
[indent=1,0]— Вы что-то хотели? — разносчица, уверенно глазеющая на Деррита, спешно перекрыла весь обзор и слишком уж наигранно улыбнулась. Он разглядел у неё под рукой тряпицу и пустой поднос, сверкавший сталью в свете помещения.
[indent=1,0]— А… да. Приборы, за тот стол, милая. Еда есть, питье есть, а вот приборов нет. И госпоже, пожалуйста, принесите что-нибудь мягкое из напитков, без намеков или примесей на крепкость.
[indent=1,0]Деррит улыбнулся в ответ и уже было подумывал развернуться обратно, как увидел то, что ему «показалось». Точнее – того, кто ему «показался». Глупым решением было следовать за тем самым видением, которое просто мелькнуло в таверне. А еще более глупым - оставлять двух новоиспеченых знакомых в одиночестве. Пользуясь моментом, Деррит остановил разносчицу и вложил в её милую ручку несколько монет. Они звонко ударились друг о друга, а сам солдат указал рукой на графа и его спутницу, мол, вся сумма за еду уплочена, за напитки уплочена.
Потому что сам он знал - не факт, что знакомые лица позволят ему вернуться к ним вновь.

Отредактировано Деррит аэп Лион (2018-02-14 11:45:39)

+5

18

[indent=1,0]Известие о том, что Дерриту неизвестна судьба собственного брата, несколько обеспокоили Ксандора. Он хотел рассказать всё, что знал. Быть может, это успокоило бы нового знакомого, но могло случиться и наоборот. И всё же, граф Лорехейд был не в праве распоряжаться сведениями, которые Кхайр предпочёл скрыть от своей семьи. Возможно, лейтенант Магны уже сказал непозволительно много, а посему он позволил себе лишь кивком согласиться с Дерритом.
[indent=1,0]На стол наконец-то подали еду. Пахло просто восхитительно и Ксандору не терпелось приступить к трапезе. Он едва себя сдержал, желая тут же наброситься на еду и нещадно разделаться с ней, но вовремя вспомнил, что нынешнее положение обязывает его соблюдать рамки приличия и правила этикета. По старой привычке, нильфгаардец начал прикидывать в уме, сколько предстоит выложить за эту трапезу. Он с облегчением выдохнул, вспомнив выписку из собственного счёта и почувствовав блаженную тяжесть кошеля на поясе. Жизнь графа обещала быть лучшим, что только происходило с Ксандором за последние годы. Жаль, что он не ценил этого прежде, но теперь ему дан второй шанс, которого он точно не упустит.
[indent=1,0]Наконец, можно было приступить к еде, как казалось вначале. Да только отсутствие столовых приборов делало невозможным начало трапезы. С растерянным видом Ксандор пробежался глазами по столу, пытаясь отыскать вилку, ложку, нож. Он был настолько голоден, что готов был есть и руками, но ограничился лишь тихим вздохом разочарования. Деррит предложил свою помощь, вызвавшись отлучиться, чтобы сообщить о том, что позабыли подать столовые приборы. Граф согласно кивнул, однако не мог не заметить, что на новом знакомом буквально не было лица. Проводив солдата взглядом, Ксандор обратил своё внимание на Вириенну. Теперь, когда они остались наедине, им просто необходимо было многое обговорить.

+4

19

12 декабря, 1265 г., утро.
Нильфгаард, Город Золотых Башен, таверна.



Вириенна не стала прерывать мужчин, сохраняя все ту же молчаливость. Однако, она уже казалась менее напряженной. Должно быть Ксандор и Деррит нашли общую тему для разговора и прерывать их было бы некрасиво. Вириенна, разумеется, не молчала когда обращались к ней с вопросом, но предпочитала обходиться жестами если это было возможным… имелось в виду, что она заняла достаточно пассивную позицию в разговоре, дав спутникам общаться преимущественно между собой, лишь иногда кивая или как-то еще реагируя сообразно ситуации. Она даже была бы рада всецело придаться трапезе, к которой ее настойчиво подталкивал любитель пончиков, если бы на столе были приборы. И, удивительно, ее спутники оказалось, что ждут того же. Вспоминая север, Вириенна как-то вспоминала свои посиделки с ведьмаком в вызимском трактире в очень стародавние времена. И здесь, по крайней мере в отношении приема пищи, все было куда цивилизованнее. Пожалуй, люди в нильфгаарде действительно были манернее северян, напоминая чем-то привычное самой Вириенне общество и повадки людей образованнее деревенщин. Или же, что было более правдоподобным, она просто попала именно в такое общество, которое было ей привычно и приятно. Ксандор, например, хоть и был наемником, но преобразился каким-то образом, как только одел иную одежду. Раньше она не замечала в нем того, что он может легко поддержать разговор на любые темы и обладает знаниями об этикете. На севере он не старался быть тем, кто есть сейчас. Его делом было сливаться с обществом, при том довольно низким.
Вириенна еще немного молча помусолила в голове эти мысли и вскоре перестала думать и о них, так никак и не озвучив своих наблюдений. Или, быть может, еще озвучит, но не сейчас. Не при Деррите. Неловко заставить Ксандора чего-либо стыдиться или ощущать неловкость не входило в ее планы.
Очень скоро неловкая заминка с приборами все-таки заставила всех остро обратить на себя внимание. Очень проворно эту ситуацию поспешил исправить Деррит, поднявшийся из-за стола и отправившийся за подавальщицей. И, все таки, с его отсутствием Вириенна показалась куда более расслабленной, чем была. Она проследила взглядом за Дерритом и тем как он общается с разносчицей, а потом повернулась к Ксандору.
- Странный человек. Но вроде бы он довольно компанейский и не злобный. Надеюсь, ваша беседа была приятной.
Она ни на что не намекала, просто интересовалась. Казалось, Ксандор тоже перестал быть таким мрачным как был изначально.
И, все же, Деррит возвращаться не спешил. Его отсутствие, разумеется было замечено, но позже. В конце концов, Вириенна и Ксандор остались одни и ничего не имели против, не став разыскивать пропащего солдата. Оборотень приметила то, что солдат тот нашел себе собеседника за другим столом и возвращаться не торопился сам.

+4

20

[indent=1,0]Быть может Ксандору это просто показалось, но в словах Вириенны чувствовалось некое недовольство. Мужчины и вправду увлеклись разговором, совершенно забыв про неё, но невозможно было достоверно понять, задело ли это хоть как-то северянку или же она была искренна в своих словах. Граф не мог найти, что ответить ей. В высшем обществе принято проявлять повышенное внимание к дамам, особенно, если ты их сопровождаешь. На деле же Ксандор настолько соскучился по простым разговорам, без лживой формальности, без решения глобальных проблем, к которым он относил и предстоящую свадьбу, без обсуждения очередного "плёвого дельца", которое обязательно означало, что придётся пролить кровь, что позабыл о простых и элементарных манерах. Но теперь его собеседник покинул их, решая, судя по всему, более важные вопросы. И это значило, что вернуться к решению таких же более важных вопросов предстояло и самому Ксандору.
[indent=1,0]- Надеюсь, тебя не сильно утомила наша беседа, - с нотками искреннего сожаления в голосе ответил граф. - Этот Деррит хороший человек, насколько я могу судить. В точности, как его брат, - дожидаясь столовых приборов, Ксандор отпил немного вина из кубка, заметно поморщившись. К его вкусу он никак не мог привыкнуть. - Кардинально отличается от того, что говорят про нас на севере, не так ли?
[indent=1,0]На лице лейтенанта появилась улыбка, он испытывал гордость, зная, что на деле империя не такая, какой привыкли её считать в Северных Королевствах. Хотя, и они значительно отличаются от того, чему учат здесь, в Нильфгаарде, но это была уже совсем другая история.
[indent=1,0]Наконец, столовые приборы лежали на столе и можно было приступить к трапезе. Убедившись в том, что их новый знакомый не спешит вновь к ним присоединиться, Ксандор решил начать без него.
[indent=1,0]- Слушай, я знаю, что не принято задавать такие вопросы, но... - южанин нервно постучал пальцами по деревянной столешнице, собираясь с мыслями. - Я не думал, что моё возвращение в Нильфгаард пройдёт... Вот так. Я думал, что меня схватят, запрут в темнице, а после казнят у всех на глазах, или же отправят в авангард в следующей войне, как моего отца, и проследят, чтобы я на поле боя и остался. Не пойми меня неправильно, я благодарен графу аэп Роэльсу за то, что он сделал, но его условия меня немного... Беспокоят. Думаю, ты должна меня понять. Он помог мне очистить своё имя, имя рода, вернуть мне титул, звания и все владения моей семьи, а взамен потребовал, чтобы я взял в жёны его сестру. Мы были знакомы всего пару дней, когда он предложил это. Неужели он настолько ненавидит свою сестру, что готов отдать её за такого... - он запнулся, пытаясь подобрать слова. - Я делал множество ужасных вещей, убивал ради денег, грабил, вымогал. Да я мог вполне ограбить и его родню, когда был в Метинне. Неужели он считает, что я достоин? Или ему плевать? А может всё дело в его сестре? Ты меня прости, я не хочу показаться неблагодарным, но здесь слишком очевидно замешано что-то ещё. Прошу, расскажи мне хотя бы то, что сможешь.

+1

21

Вириенна смотрела на своего собеседника внимательно, слушая его и пытаясь вникнуть в суть вопроса. Про личность Деррита она больше ничего не ответила, лишь покосилась в ту сторону, куда ушел их новый знакомец. Однако, когда дослушала все, что Ксандор отел ей сказать, вернулась к изначальной точке их разговора и спросила про то, что привлекло ее внимание.
- Нет, я нисколько не расстроена. Просто не могу быть со всеми откровенна на том же уровне, что и с тобой. Возможно, я зря опасаюсь, конечно, но я не очень во всем пока разбираюсь, чтобы сразу понимать что мне и моему сыну, а так же тому, кто нам с тобой лоялен, может навредить, а что нет. Уходила я лишь потому что хотела быть опрятной. Северные варвары не такие уж и свиньи, как оказалось, не правда ли?
Она улыбнулась.
- Я вот на что внимание обратила. Ты сказал что знаешь его брата? Как его там? Аэп Лион?
Раньше она не сильно заостряла на этом внимание, но сейчас живее вспомнила тот период в конце зимы, когда только приехала в столицу.
- А вот относительно мнения и разговоров о южанах… Ты знаешь, вы и нордлинги, как вы их называете, для меня не сильно отличаетесь. Вы люди, как вид. У вас одни заботы. Попытаюсь объяснить чуть более изобразительно и примитивно. Черную шерстку имеет зайчик или белую, каковы внешние условия его обитания,  - не имеет значения. Он зайчик и не станет белочкой или ежиком. Единственное, что я заметила, это чопорности у вас побольше и всяких правил, да условностей, которые дают больше скованности. Вообще, если рассуждать по большому счету, мне ближе места, где людей мало. Людское общество полно условностями и к нему надо приспосабливаться, не быть собой. В лесной чаще же не нужно притворяться. Там не станут жалеть обузу и тащить ее на себе, а так же не станут выбирать наследника по крови… если ты недостаточно силен – найдется тот кто сильнее, а если ты сильнее – возьми то, что хочешь. Все просто, дегенераты не выживают. Для людей это варварство, но на самом деле неплохо прореживает порченое и вялое.
Она подумала, что тему дикой природы не стоит развивать дальше. Если ее собеседник умен, то поймет что она хотела сказать и что ей ближе. Возможно, осознает насколько они по-разному видят мир.
- Относительно же твоей свадьбы я удивлена еще больше. Мне казалось, граф аэп Роэльс сказал в чем дело. Дело действительно не в тебе, а в его сестре. Он такой человек, что не стал бы помогать просто так. Он сделал это для нее. Не потому что ненавидит ее и плохо относится, а потому что в вашем обществе много условностей. – Загадочно и размыто сказала она, но вопреки своему желанию остановиться на этом и понаблюдать, продолжила. – Насколько мне известно, было лишь два варианта: отказать тебе в помощи без веской причины для обратного или сделать это для сестры, вложившись в ее будущее.
Вириенна не хотела афишировать многое, считая что Сейдомар должен был сказать все, что посчитал нужным. Уж в вопросах что и кому говорить, в каком объеме и как она вполне могла положиться на своего графа. Вообще эта уверенность до сих пор держала ее рядом с ним. Он доказал что приспособлен к жизни здесь больше, более того, может решать многое эффективнее ее. Вириенна не была слепой, чтобы не видеть этого, и не признать. И она пошла следом, когда догорели остатки ее прошлой жизни, мост к которым разрушил сам граф. Победил ее упрямство, справился лучше, чем она сама. Не этого ли достаточно для того, чтобы признать в нем того, за кем стоит идти? Ей не было стыдно признать и подчиниться.
- А вот себя ты сейчас зря позоришь. Как для человека, ты не так плох, каким мне сейчас пытаешься себя представить. Я прошла мимо тебя на казни потому что, - …не хотела создавать проблем моему вожаку и себе, - на обратное не было достаточно причин. Я не хочу создавать графу аэп Роэльсу проблем, в моих интересах делать обратное. Но когда ему понадобился честный и исполнительный человек, я вспомнила о тебе. Ты зарекомендовал себя в моих глазах именно таким. Пусть я считаю эти качества глупыми и осложняющими жизнь, но так считают не все и такие люди нужны. Они проложили тебе дорогу обратно, Ксандор вар Лорехейд. Видно, ты прав в своем, а я сильна в своем.
Она прикрыла веки, утвердительно кивнув. Затем распахнула глаза, огляделась и продолжила тише, точно понимая, что их не слышат.
- Что же до милсударыни Дейдрэ, то тебе несказанно повезло. Насколько мне удалось ее узнать, она милая девушка, которой придутся по душе твои качества натуры, вместе с романтизмом и прочими глупостями. Есть единственный подводный камень – она оступилась, поддавшись сильным чувствам, и сейчас сильно переживает. Будь с ней деликатен. В конце концов, Сейдомар этого юнца убил и не стал афишировать ситуацию. – Голубые глаза волколачки смотрели прямо в зеленые, но эмоций в них было не разобрать. – Скажем так, ты зря ищешь здесь подвох. Он спас твою репутацию, у тебя есть шанс спаси репутацию довольно красивой и живой на чувства женщины, которая ему небезразлична. Услуга за услугу.
Она хмыкнула, хохотнув тихо, но и весело и горько одновременно, явно погружаясь в свои мысли. Пожалуй, такой Ксандор Вириенну еще не видел. Она была спокойна, ни от кого не бежала, но читалось, что все было не просто.
- Нет, на самом деле, Ксандор вар Лорехейд. Ты действительно считаешь себя такой ужасной партией? Что ее могло бы ждать? В лучшем случае кто-то из обедневшего рода, что почти схоже с твоей ситуацией, но ниже по социальной лестнице, что для сестры эмиссара ну совсем-таки неказисто и подозрительно. Или же мужчина в годах, для которого это уже не первый брак, но которого бы купила ее красота. Возможно еще, муж такой же, как ее брат… расчетливый, получивший хорошие отступные за сокрытие недостатков жены, руководствующийся разумом, а не чувствами, успешный, но холодный, хладнокровный. А если вообще тираничная натура или какой-нибудь извращенец? Мало ли таких мужчин? – Вириенна вопросительно подняла бровь, живо жестикулируя. – Серьезно, Ксандор, она не умеет таких приручать. Это все равно что запереть трепетную лань в клетке со львом. – Все отношение к лани и ее незавидной участи тоже отразилось на ее лице. – Я думаю, что граф хорошо подумал. Ты не плохая партия, в тебя не стоит вкладывать все свое состояние. Более того, она останется графиней и пусть ваша семья и не заоблачно богата, но у нее будет шанс быть счастливой. Если честно, Ксандор, я порой наблюдаю за Лиандрой аэп Роэльс… и кое что в жизни понимаю. Ее мне жаль, хотя я не сомневаюсь что ее подруги, с которыми она почти не общается, семья и окружающие, думают иначе и видят только фасад ее брака, да успешного мужчину, который собой не дурен.
Этот поток размышлений прервала подавальщица, приблизившаяся к их столику с приборами, о которых ее просил ранее Деррит.

+2

22

[indent=1,0]Сейчас Ксандор напрочь забывал, кем на самом деле является его собеседница. Оставив позади все кошмары крайне недружелюбного севера, где царствовал закон "убей или будешь убитым", он позабыл и большую часть того, что с ним там приключилось. Было ли это защитной реакцией его разума, который заблокировал все дурные воспоминания, стоило ему оказаться дома, где Ксандор впервые за долгие годы чувствовал себя в безопасности и всё прошедшее за долгие восемь лет он воспринимал не более, чем дурной сон, который всё же напоминал о себе с каждым взглядом на собственное отражение. Но слова Вириенны тут же вернули ему осознание того, что по крайней мере часть событий, произошедших на чужбине были не плодом его воображения. Ксандор сразу же понял, что имеет в виду его спутница, только спрашивал он несколько о другом. Тем не менее, сравнение нильфгаардцев с зайцами ему не сильно понравилось, ведь, вспоминая последнюю встречу с волколаком, он искренне думал, что ему достаточно взять с собой парочку молодцов и они без особого труда умертвят любого волколака, при этом не лишившись жизней. Но об этом граф предпочёл промолчать. Всё же, он не горел желанием проверять себя именно таким образом.
[indent=1,0]Разговор плавно перетёк в русло, которое больше интересовало главу дома Лорехейд. Дэйдрэ, красавица-сестра Сейдомара аэп Роэльса, которой суждено стать его супругой. И вновь Вириенна говорила разумные вещи, о которых сам Ксандор не задумывался. Если посмотреть со стороны, которую предлагала волчица, то будущей графине несказанно повезло. Действительно, Ксандор был благородным и честным человеком, не имевшим в мыслях ничего дурного, он уже ставил интересы девушки, которую ещё ни разу в жизни не видел, выше своих собственных. Как много потенциальных мужей могут сказать то же самое? И всё же, сейчас лейтенанта волновало то, что об этом думает сама Дэйдрэ, как она восприняла такой брак. Он переживал, что девица может быть несчастна от самого факта этого союза, тем более, что её возлюбленный был убит не более, чем год назад. На лице графа появилась хмурая тень неуверенности.
[indent=1,0]- В моём роду, - сказал Ксандор, тяжело вздохнув. - Все договорные браки оканчивались весьма печально. Основатель рода, Анарендир Лорехейд взял в жёны дочь графа Рована, чтобы получить его титул. Их брак был чистой формальностью, мой предок ненавидел свою жену, а она ненавидела его в ответ. Затем, через поколение, мой дед, в честь которого я получил своё имя, взял в жёны юную красавицу. Их брак также был по расчёту. Она умерла во время родов спустя два года, так и не получив любви супруга. И вот, снова, через поколение, мне предстоит вступить в брак по рассчёту...
[indent=1,0]Ксандор не стал заканчивать свою мысль. Если углубляться в историю рода, то можно откровенно сказать, что оба его названных предка были жестоки и бессердечны не только по отношению к своим жёнам. Ксандор же уже в этом кардинально отличался от них, но опасения всё же мучили нынешнего графа. А что если это проклятие рода и его будущей супруге суждено быть несчастной вне зависимости от его действий и стараний.
[indent=1,0]- Кстати говоря, о волколаках, - Ксандор решил всё же увести тему в другое русло. - Я и не знал, что некоторые из них служат северным чародеям. Я на собственной шкуре ощутил это. В Ковире.

+2

23

Ощущение было, что на девушку-разносчицу внимание обратила только Вириенна. Она улыбнулась ей, взглядом приглашая ту оставить на столе принесенные приборы и стараясь вниманием поддерживать разговор с собеседником, который вдруг нашелся в разговоре и ответил на внушительный монолог Вириенны, обнажая внезапно возникшие у него опасения перед волколачкой в облике миловидной девицы. Северянка почти не отвлекалась на обслугу, которая ловко справлялась со своей задачей, пока Ксандор говорил. В конце своей речи южанин как-то замялся и даже сбился с мысли, не став ее заканчивать, да плавно перетекая к вещам совершенно неожиданным, явно пробужденным в его сознании изначальной ремаркой их разговора про ее собственную волколачью природу.
Вириенну это будто кольнуло изнутри. Она едва сдержалась, чтобы не дернуться или как-то выдать себя, а так же не посмотреть на Ксандора как на полного дурака, который говорит об опасных вещах прямо под носом у разносчицы, которая только-только закончила расставлять на столе необходимое. Очевидным было, что даже она покосилась на заинтересовавшего ее Ксандора. Оборотень в ответ на это некуртуазно облокотила локотки о стол и подняла руки, облокотив на переплетенные пальцы подбородок. Благо не шикнула, привлекая еще больше внимания посторонней. По лицу ее вновь скользнула весьма любезная улыбка, в которой очень близко к оригиналу, если не совершенно идентично, отражалось то особенное, присущее Сейдомару аэп Роэльсу, предостережение. Вириенна с эмиссаром действительно сошлись на удивление хорошо, уже начав ненавязчиво перенимать друг у друга некоторые привычки, пусть изначально благополучное существование такого тандема могло бы показаться невозможным в силу сущности каждого из них. Аэп Роэльс с упоением не брезговал выискивать любую раздражающую его мелочь, а северянка вся целиком состояла из вещей, которые не могли его не раздражать, по крайней мере на первый взгляд. Уже один ярко алый плащ в начале их знакомства уже был слишком ярок для консервативного сына своей страны, принимавшей некое усредненное черное и не кричащее. Что было залогом взаимопонимания и сосуществования в столь малоприятных обстоятельствах - оставалось загадкой, а ведь они жили под одной крышей и до сих пор волколачка не была ни изгнана из дома, ни умерщвлена. Между тем, зная Вириенну и ее острый язык, да независимые повадки, которые терпеть было бы довольно сложно Сейдомару, каким его знали окружающие… Видимо, северянка знала о жизни чуть больше, чем казалось, и умела достаточно много.
- Какой интересный вопрос. – Расплывчато ответила собеседница Ксандору, уже понимая что любопытство заставляет обслуживающую их девушку держать ушки на макушке, лишний раз протирая тряпкой стол. – Мне показалось, что о чудовищах северных земель мы закончили разговор. Мне доводилось иметь дело с их телами, как алхимику. Ручных страховидл я не встречала. Разве что ходили слухи, что друиды могут усмирять различных тварей. – Вириенна хмыкнула, ставя под сомнение  следующие прозвучавшие из ее уст слова: - А так же заставлять ходить деревья в лесу, например. Говоришь видел что-то такое в Ковире?
Растягивать разговор до того как не уйдет лишняя пара ушей было не сложно: предлогов долго оставаться около них у девицы не было. Она итак уже все положила излишне щепетильно и аккуратно.
- Если же тебя волнует брак по расчету, о котором ты обмолвился ранее, то я считаю, что сомнения твои пусты. Ты дал слово и этого не изменить. То, что Дейдрэ аэп Роэльс будет твоей женой неизбежно. Глупо сейчас рассуждать о том как было в твоей семье и о проклятиях рода. Каковы бы ни были обстоятельства, а свадьбу ты не отменишь.
Вириенна уже понимала что они одни, подавальщица покинула их пока она говорила, но все таки какое-то чувство неуверенности было. Кроме того, разговор их мог слышать кто-то еще. Кроме того, неприятным было, что Ксандор все таки вынудил ее изъясняться на всеобщем и лишний раз компрометировать себя или привлекать внимание.
«По-моему нам нужно какое-то более укромное место для разговоров о Ковире, волколаках и северных чародеях. Особенно о моих мыслях о них».
- Может быть, ты хотел спросить что-то более конкретное? О госпоже Дейдрэ, например. Или… - Она обдумывала это и догадывалась об этом, сейчас же решила озвучить. - …боже мой, Ксандор вар Лорехейд, ты действительно сильно волнуешься?
Тонкая бровка на лице северянки поползла вверх, изображая удивление.
Для Вириенны эта проблема волнения перед свадьбой с женщиной, которую невозможно было отменить и сложно было сорвать, была явно более мелочной, чем для Ксандора. Волколачка была вообще устроена по-иному. В ней не было романтических и чувствительных настроений, эмоции не управляли ей так сильно, как бывает с женщинами… Вириенна, скорее всего, если и волновалась бы о чем-то на его месте, так это о том как на свадьбе и после нее не испортить отношения с графом аэп Роэльсом, навредив себе. А Ксандор же, напротив, казалось беспокоится о взаимоотношениях с супругой, и том как их построить, и не думает о чем-то большем.

+2

24

[indent=1,0]Возможно, нильфгаардский граф действительно был слишком уж беспечным. Возможно, виной всему было то, что впервые за многие годы он чувствовал себя защищённым, находясь на своей родине, дома, где нет врагов и бояться нечего. Но нельзя было сказать, что подобные разговоры в столичных тавернах было что-то из ряда вон выходящего. Эти стены слышали немыслимое количество самых невероятных историй, которые в подавляющем большинстве было не более, чем плодом воображения. Ксандор видел заинтересованность разносчицы, но было похоже, что девица просто хотела услышать захватывающую историю о том, как нильфгаардский офицер вступил в борьбу с северным чародеем с ручным волколаком. Быть может оттуда на его лице столь заметные шрамы - вполне вероятно так она и думала. В подобных местах зачастую работали девушки, страждущие приключений, готовые до посинения слушать невероятные рассказы моряков и наёмников и если и те, и другие вполне могли с широкой улыбкой похвастаться молоденькой девушке своими подвигами, пригласив посидеть вместе с ними, рассказ имперского офицера можно было послушать только мимолётом, проходя мимо или задержавшись у столика чуть дольше положенного.
[indent=1,0]Ксандор не беспокоился о том, что его могут услышать лишние уши. Ему пришлось доложить трибуналу обо всём, что с ним произошло за последние восемь лет и пришествие в Ковире он не мог упустить. Если бы и Вириенна, обычно безмятежная, не сделала такой озабоченный вид при упоминании о волколаках, то они вполне могли обсудить всё прямо здесь. Лейтенант беглым взглядом осмотрелся и тяжело вздохнул, поняв, что его спутница предпочитает поговорить об этом в более укромном месте. От него не ускользнула заинтересованность Вириенны, что могло говорить о том, что ей что-то да известно.
[indent=1,0]Синеокая девица вновь перевела разговор на предстоящее торжество, напомнив графу о том, что не только у него нет выбора, но и у его будущей супруги нет права отказаться. Эти мысли и сомнения терзали его последние дни и на лице Ксандора вновь отразилось некое беспокойство.
[indent=1,0]- Госпожа Дэйдрэ... - начал Ксандор, почувствовав крайнюю неловкость только произнеся это имя. - Я думаю, что будет, если... Что будет, когда она увидит, что тот, кто станет её супругом не оправдал всех ожиданий? Я знаю, какой портрет ей отправили, на нём мне едва ли девятнадцать. Я хорошо помню, как его сделали прямо здесь, в столице, сразу после того, как император сел на свой законный трон. Я был молод, красив и полон жизни. Я сражался на этих самых улицах, чтобы свергнуть Узурпатора, но тогда всё это казалось мне не более, чем игрой. Даже если госпожа Дэйдрэ заставит себя смириться с тем, что её мужем будет человек с того портрета, то какое же потрясение её будет ждать, когда она увидит в кого тот юноша превратился, - граф Лорехейд задумчиво уставился на кубок, заполненный вином наполовину. Он крутил его в руках, рассматривая узоры, вытесненные на нём. - Она не будет счастлива, она станет винить меня за то, что ей придётся сделать и никогда не простит. В этом я почти уверен.
[indent=1,0]Ксандор взглянул на Вириенну. Пускай он и не мог понять, о чём она сейчас думает, граф решил, что девица, наверняка, считает его глупцом, который беспокоится о пустяках.
[indent=1,0]- Тогда я дал своё согласие, практически не задумываясь. Я хотел вернуться домой и уцепился в эту прекрасную возможность. Но сейчас... Я не могу представить, что чувствует девушка, которую насильно выдают замуж за того, кто настолько старше её. Я не уверен, что смогу дать ей то, чего она пожелает и это меня убивает. Можешь обозвать меня идиотом, но чем ближе назначенный день, тем больше я думаю о том, имею ли я права так поступать. И... Ты права, я не в силах что-либо изменить. И это хуже всего.

+2

25

Может быть, нильфгаардец и впрямь был излишне расслаблен. Северянка же старалась быть осторожной. Вириенне казалось, что Ксандор слишком беспечен и говорить о таких вещах там, где это могут услышать, не стоит. Вириенна все еще помнила как в первый же день ее появления здесь в особняк Сейдомара явился Кхайр аэп Лион, визит которого вызвал в эмиссаре обеспокоенность грядущим. Волколачка помнила массу наставлений и понимала, что не стоит привлекать к себе излишнее внимание, как было в связи с несостоявшимся разговором о севере и волколаках. «Хорошо бы про это просто забыли. Но, черт тебя раздери, ты вынудил меня ответить тебе при ней на родной речи. То, что ты общался с северянкой она запомнит просто потому что ты это ты и это любопытная связь для тебя. Это опасное место, Ксандор. Здесь, в столице, легко оступиться». Вириенна не хотела навредить ни Сейдомару, ни себе, ни своему ребенку… и слишком хорошо понимала, что истина сделает с ними со всеми, если просочится наружу, да даже через несколько пар ушей или рук. Волчице хватало проблем с эмиссаром и тем как сохранить его сущность в тайне, пытаясь научить тому, чем владеет сама. Покамест Сейдомар лишь начинал постигать тяготы и прелести своей новой жизни, об успехах было говорить рано.
Думая об этом, она показалась слегка озабоченной мыслями, даже стерла с лица улыбку. Дабы не нагнетать обстановку Вириенна принялась за еду, попробовав одно из блюд, пока то не остыло. Благо, разговор и затронутая тема способствовали тому, что времени на это, пока она слушала Ксандора, хватало. Последние слова даже заставили ее еще раз улыбнуться, подавляя несвойственное ей умиление. Возможно, на разум все еще влияло недавнее рождение ребенка, слегка изменившее и сгладившее излишнюю категоричность ее характера. Возможно, причиной таких изменений было и то, что жизнь дала ей некоторую определенность и в последнее время не шибко обижала, даже пробудила к себе какой-то интерес, заставив успокоиться и привлечь внимание к чему-то конкретному, а не к чужим проблемам и недостаткам. В любом случае, когда в жизни все хорошо, люди становятся более лояльными к тому, что их раздражает. В любом случае, улыбнулась она пусть и сдержанно, но от души, словно наблюдала за неразумным дитятком, запутавшимся в небольших взрослых жизненных проблемах.
- Если мое мнение тебе интересно, - продолжила она разговор, - то я считаю, что ты сильно преувеличиваешь. У дворянства такие вещи приняты – это раз. – Вириенна подняла одну из ладоней, загнув палец. - Ее с детства должны были к этому готовить. У каждого свои обязательства и она должна понимать, что такова ее судьба. В этом ты не виноват. Затем, я смотрю на тебя и вижу то, что ты на самом деле хорошо подходишь для юной, мечтающей о заботе вдали от матери и не готовой пока еще всецело к самостоятельности, да тяготам жизни, девушки. У тебя есть опыт, ты немного более зрел и сможешь ее поддержать в моменты, когда ей не будет этого хватать. Очень важно, как мне кажется, чтобы в партнере была опора, а не обуза. Это два. Три – тоже относится к сказанному ранее. Я не знаю ее толком, но в жизни кое что поминаю. Вы смотрите на мир с одного берега реки. Ты бы бесспорно провалился как возможный кандидат еще на предыдущем пункте, если бы речь шла обо мне, но я говорила тебе, что эта женщина для тебя не плохая партия. Я вижу, что вы можете дать друг другу какую-то гармонию и реализацию нужных качеств.
У Вириенны было еще много доводов, но она вдруг поняла что снова слишком много говорит, а в частности слишком умными словами. Возможно не стоило это делать, а нужно было подойти к сути.
- Впрочем, говорить можно очень много, но если это все отбросить… я действительно скажу, что ты дурак и думаешь не о том. Да, обманываться не стоит о том, что она будет рада свадьбе. Но если ты действительно заинтересован сделать ее счастливой, то ничто не мешает тебе сделать ее таковой. Все, что было сказано ранее подразумевало именно это. Я не вижу препятствий критически неисправимых. Если только…
Волколачка прищурила глаза, вглядываясь в зеленый взор собеседника.
- Если только все, что ты сейчас говоришь, это не попытки выдать за заботу о ней собственное нежелание держать слово. Так красиво все обставлять еще любят малодушные крысята, которые идут на сделку, получают свое и не хотят платить по счетам, изобретая уловки, а ты на такого не похож. Если же ты действительно заботишься о ней больше, чем о себе, то рано или поздно это растопит лед на сердце юной романтичной особы. По крайней мере до уважения и хорошего отношения. В деле сосуществования двух разумных существ на самом деле важно это. В любом случае, даже если у вас не случится любви, то с годами она поймет что все было сделано во благо. Ей не с чего будет тебя ненавидеть, если ты не будешь обращаться с ней плохо.
Здесь она, пожалуй, решила что закончила и, спустя небольшую паузу, принялась есть, невольно задумавшись о том, что Ксандор толком еще ни разу не расспрашивал о ней самой, ее жизни здесь и причинах оставаться там, где она есть… тем более волколачки, своевольной бестии, в роли слуги. И хорошо, что не вопрошал. С откровенностью в подобном разговоре было бы совсем худо.

+2

26

[indent=1,0]Зрачки Ксандора сузились, когда Вириенна предположила, что он юлит, лишь бы избавиться от своего долга и не выполнять свою часть сделки. Его брови нахмурились, он крепко сжал кубок в руке, готовый вспыхнуть, как факел, пропитанный маслом. Что бы ни случилось, он всегда держит своё слово. Этому учил его отец, этому учила его прабабка, ставя в пример прадеда Ксандора. Вириенна и сама должна знать, что слово графа Лорехейда - твёрже стали. Он уже не раз доказывал ей это. Он обещал не втягивать её в свою вендетту, желая разобраться с чародеем, который обманом заставил его взяться за самоубийственное задание, пускай и это был единственный возможный шанс отыскать его, он вернулся, сдержав слово, данное Сейдомару, когда тот освободил его из плена и поручил отыскать предателя империи - Ксандор был ранен и едва ли живой, но он притащил того, кого упустил граф аэп Роэльс и бросил негодяя к его ногам. Так какие сомнения у неё могут возникнуть сейчас? Но, дослушав девушку до конца, он только вздохнул, успокоившись и задумавшись над её словами. Граф отставил кубок с вином, продолжая рассматривать узоры на нём.
[indent=1,0]- Всё, что ты говоришь, основано лишь на холодном расчёте. Полагаю, что в этом деле всё именно так и должно происходить, - Ксандор слегка поморщился, словно одна эта мысль вызывала у него отвращение. - С тех пор, как я вернулся домой, с тех пор, как получил назад свой титул и офицерский чин, не проходит и дня, чтобы какой-нибудь дворянин, знатный купец или же высокопоставленный офицер не присылал мне письма с намерением, кхм, "познакомиться с его чудной дочуркой, которая наслышана о моих подвигах и жаждет встречи", - нильфгаардец тяжело вздохнул. - Сегодня утром пришло письмо от герцога Рована. Он также приглашал меня к себе в особняк, чтобы познакомить со своей младшей дочерью... - Ксандор выдержал небольшую паузу. - Ей всего двенадцать... Двенадцать лет, Вириенна. Мне ужасно не хочется это признавать, но ты права. В этом мире нет места душевным терзаниям, в этом мире никто не думает про чувства. Но это не значит, что я буду таким же. И нет, я не отказываюсь от своих слов. Я уже ответил на все письма, указывая, что уже помолвлен с госпожой Дэйдрэ. Можешь передать графу аэп Роэльсу, что я выполню то, что должен.
[indent=1,0]Ксандор чувствовал себя неловко, неуютно. Ему хотелось, чтобы это ожидание поскорее закончилось. Было просто невыносимо ожидать того, над чем ты не имеешь абсолютно никакой власти, на что ты не в состоянии повлиять. Граф увидит свою супругу лишь в день свадьбы и у него не будет никакой возможности дать несчастной девушке понять, какой же он на самом деле, она не будет знать, что её будет ожидать в будущем. Быть может она прямо сейчас, в этот самый момент, рыдает в подушку, с ужасом представляя свою первую брачную ночь. От этой мысли Ксандор заметно помрачнел. Он больше не притронулся ни к кубку, ни к столовым приборам, оставляя блюда остывать.
[indent=1,0]- Это всё неправильно, - наконец сказал он, еле слышно. - Ты бы не позволила так с собой поступить, - обратился он к Вириенне, подняв на девицу свой взгляд. - Я вообще не понимаю, почему ты здесь. Меньше всего я ожидал тебя увидеть в столице Нильфгаарда, меньше всего я ожидал тебя увидеть рядом с нильфгаардским графом. Ты говорила, что у тебя появился сын. В этом всё дело? И почему ты так держишься за Сейдомара? Знаю я тебя не то, чтобы очень хорошо, но мне казалось, что ты предпочла бы волю, а не служение имперскому дворянину.

+1

27

- Ну так радуйся, что эмиссар был первым человеком, который уже решил вопрос твоего брака. Что тебе не пришлось трахать двенадцатилетнюю девочку или жениться на еще какой-нибудь бедняжке с любым набором недостатков. Твоя будущая жена красива, добра, прилично воспитана и на мой взгляд способна создать с тобой хорошие отношения, где ты не будешь ощущать себя… ущемленным, не понятым…  - Вириенна пожала плечами, показывая всем своим видом, что на его месте надо бы не убиваться, а радоваться тому, что вопрос женитьбы решен и на письма не нужно отвечать расплывчато и рассматривать все эти предложения. – В любом случае, определенность твоей судьбы уже избавила тебя от головной боли и визитов вежливости. Попробуй поискать в этом хорошие стороны. Что же до графа аэп Роэльса, то я с тобой сейчас не от его имени беседу веду. Ему ли спрашивать лекаря о таких вещах? Он спросил лишь однажды что ты за человек. С тобой я говорю как с другом, а у нас с ним несколько иные отношения. Я делаю свою работу и все.
И все таки на этой ноте разговор их перешел к ее собственной фигуре и разговору о том, о чем говорить откровенно она не могла. Мысленно Вириенна тяжело вздохнула, потому что рухнули ее надежды такую тему обойти. «Черт тебя дери, хорошо еще не спросил что у меня за дела с эмиссаром. Не могу я ответить тебе правду. Не могу». Разговор должен был быть как можно более непринужденным, хорошо хоть выдумывать на ходу не приходилось ничего – вся история давно уже была придумана и рассказана, пусть к ней Сейдомар и Вириенна желали как можно менее часто прибегать.
- Ты меня плохо знаешь, вот что я тебе скажу. – Начала она издалека, вспомнив о том, что вопросы про графа и их совместную деятельность несколько выбили ее из колеи. – Порой мне кажется, что не стань я той, какая есть, я бы выбралась из своей деревни все равно. Окрутила бы какого-нибудь престарелого барона или кого получше, купившегося на очарование и красоту, родила бы ребенка, да завела любовника в последствии, рано или поздно помогая мужу доползти до могилки, если бы не устроил. Или бы, что еще занятнее, попробовала бы устранить мужа руками второго, избавившись от обоих. – Вириенна улыбнулась, хмыкнув на это все, но это не было шуткой. – Ты правильно подметил про холодный рассудок, только он идет в паре с предприимчивостью. Я в любой ситуации ищу выгоду или пользу.
Ксандор, похоже считал ее человеком более нерасторопным, чем было на самом деле. Вириенна задумалась о том, что может быть сейчас зря рушит его представление о ней, но о сказанном не жалела. Если она и могла хоть что-то правдивое сказать, то хотя бы дать понять лучше о том с кем он имеет дело на самом деле. Действительно, к этому нильфгаардцу она испытывала чувства, похожие на дружественные. Даже если однажды все станет плохо, ей хотелось бы, чтобы их пути не пересекались или чтобы он понимал с кем имеет дело. Ксандор, похоже, никак не мог принять то, что она опаснее, чем кажется.
Волколачка вернулась к тарелке с едой, поковырявшись там, но не став делать паузу слишком долгой. Так и не положив ничего в рот, она продолжила:
- Считай, что тебе очень повезло. Если бы я не служила вашему эмиссару и не была с ним в Назаире, то всего бы этого с тобой не случилось. Понимаю твое удивление. Я предпочитаю не служить никому и это правда. – С этим, зная всю ее историю можно было знатно поспорить, но Ксандор этого не знал. В правду и откровения с ним, как например со встреченным ведьмаком, она пуститься не могла. Ксандор был гораздо менее безопасен в ее случае, ведь и без него игру они с Сейдомаром вели опасную. – Я не скажу, что в восторге от своей ситуации, но смирилась с ней. Я влипла в историю с графом аэп Роэльсом и теперь работаю над ее разрешением. Мои знания спасают его жизнь, как ты понимаешь отказать эмиссару непросто, тем более в моей ситуации. Но он и сам рад был бы обойтись без меня, если бы кто-то знал о проблеме больше меня. Я продолжаю научную работу, Ксандор, в которой участвовала и из-за которой он пострадал. Я не помню, говорила ли тебе, что никакая не воровка, а дипломированный алхимик, имею ученую степень в Оксенфурте, у меня широкий опыт. Я не хочу об этом говорить и надеюсь не пожалею о том, что сказала больше, чем следует. Если слова сверхспособности, мутации и ведьмаки для тебя что-то значат, то скажу что занималась разработкой способа воссоздания древних знаний с чародеем, который ныне мертв. Эти опыты были не совсем законны на севере, но в виду военных действий более актуальны. Нет чародея, нет лаборатории, эксперимент был неудачным, но сбежавший образец столкнулся с графом аэп Роэльсом и оставил на память о себе процессы в организме, которые я сдерживаю, в будущем надеюсь свести на нет. Об этом знают люди на верху, какие нужно. Не все. Надеюсь, ты будешь держать рот на замке.
Волколачка закончила свой короткий поверхностный рассказ, навскидку переполненный откровенностью, но на деле ложный в деталях.
- Кстати, ты мне что-то говорил про Ковир. Я спрошу тебя об этом.
Если бы она знала что Ксандор не смог удержать при себе ее тайну, то конечно Вириенна говорила бы меньше. Но она не знала.

+1

28

[indent=1,0]Радоваться тому, что всё так удачно сложилось Ксандор попросту не мог. И сам тот факт, что его будущая супруга была столь прекрасной девушкой, какой её описывала Вириенна, лишь усугублял положение. Нильфгаардец провёл немало времени в кабинете покойного отца, читая записи его дневника. Керран вар Лорехейд был человеком чести, благородным и доблестным. Читая его заметки, Ксандор просто не мог не проводить параллели между своим отцом и самим собой. Та жизнь, которой наследный граф жил последние годы, жизнь на которую его отец променял свою собственную... Ксандор не был уверен, что его отец одобрил бы все его поступки, точнее, был уверен, что не одобрил бы. И сейчас, сидя здесь, в таверне и слушая о том, как же ему повезло, он всерьёз задумался, а достоин ли он того, чтобы получить всё это? Он не нашёл в себе смелости остаться с отцом и вернуться в столицу, но получил назад свой офицерский чин, он не был рядом с отцом в тот момент, когда был нужен ему больше всего, но занял его место во главе своего рода, он собственноручно убил девушку, которую когда-то любил, но получит в жёны невинную и чистую Дэйдрэ. Быть может он заслуживал того, чтобы Вириенна не была поблизости тогда, в Назаире, чтобы его жизнь окончилась, как и положено окончится жизни убийцы, предателя и труса?
[indent=1,0]- Друг среди суеты этого огромного города это всё, что мне сейчас нужно, - со слабой натянутой улыбкой на лице задумчиво произнёс граф.
[indent=1,0]Мрачные мысли постепенно улетучивались, по мере того, как Вириенна продолжала свой рассказ. Внимание Ксандора переключилось на её слова. Его брови заметно нахмурились, словно он хотел было возразить, сказав, что девушка на себя наговаривает, что она не такая, но лейтенант понимал, что она права и он очень плохо знает девицу, которая сыграла такую немаловажную роль в его жизни. Ксандор пытался углубиться в понимание того, что только что сказала Вириенна, особенно той части, где девица упомянула опыты и замешанность в этом Сейдомара. Именно сейчас у него возникло осознание того, что граф аэп Роэльс может тоже быть волколаком. В таком случае, его сестра также вполне может быть чудовищем. Граф Лорехейд не знал, что делать с этими подозрениями. Считать ли их беспочвенными, простой надуманностью и глупыми домыслами, или же опасаться того, что вскоре после свадьбы он сам начнёт выть на луну или что там ещё делают оборотни...
[indent=1,0]Больше всего пугало упоминание Вириенной того, что верха знают о том, что происходит с графом Роэльсом. Ни для кого не секрет, что Сейдомар на хорошем счету у Эмгыра и сам император, практически наверняка, знает о происходящем. И, раз он простил предателя, восстановив ему все права, то, похоже, одобряет. Мысль о том, что среди высших военных чинов затесался волколак, который вполне свободно себя чувствует, заставила Ксандора вздрогнуть. Во что же он втянул себя, связавшись с родом аэп Роэльсов так тесно?
[indent=1,0]- Ты хочешь поговорить о Ковире сейчас? Или же нам стоит найти более подходящее место для этого разговора? - как бы свободно Ксандор себя ни чувствовал в самом сердце империи, он понимал, что разговоры о родственниках среди северных чародеев на людях не самая лучшая идея.

+1

29

Вириенна довольно чутко читала чужие эмоции. Можно даже сказать, что это была ее сильная сторона. Отчасти это было одно из сильно развитых качеств, заложенных в ней с рождения, когда она была еще человеком, а не чудовищем. А отчасти это качество обострило затаившееся в ней страховидло, изменившее ее жизнь и дополнившее врожденную способность очень звериными умениями и инстинктами, ранее человеку недоступными. Но в их с Ксандором ситуации не требовалось каких-то определенных знаний и умений, чтобы понять, что что-то не так.
- Если так, то я довольно полезный, но несколько проблемный приятель. Учитывая, что ты итак становишься связан с той же семьей, что и я, у нас много поводов в этом плане сойтись. Возможно, это будет даже обоим из нас полезно, потому что тебе явно не хватает моего взгляда на жизнь. А мне – твоих знаний Нильфгаарда. Только одно в этом случае тебе стоит запомнить: избегай ситуаций, в которых наши интересы пересекаются. Если не уверен, лучше спросить и прийти к какому-то консенсусу.
Волколачка предупредила южанина из благих побуждений, чем бы это ему не могло показаться. Вириенна редко сходилась с людьми, но понимала, что знакомые в городе ей все-таки нужны, однако именно с этим человеком стоило быть осторожнее, пока она не убедится в том, что ему можно доверить чуть больше, чем человеку его положения.
- Впрочем, из-за твоей странной натянутой улыбки я подозреваю, что это было не предложение.
Вириенна потянулась за кружкой из которой отпила, продолжая смотреть на нильфгаардца и выжидая ответ.
- Мне кажется, тебя насторожило еще и то, что я сейчас рассказала. – Продолжила она, ощущая то, что и здесь могла совершить ошибку. Вириенна заметно напряглась, обдумывая все. Сейдомар этого не одобрил бы в принципе, да и она поддалась какой-то иллюзии того, что они с графом Лорехейдом какое-то время общались в довольно непринужденной манере. – Давай лучше так: не криви душой и спрашивай прямо. Я действительно сказала лишнее тебе и не хочу из-за этого лишних хлопот или проблем. А вот о Ковире действительно поговорим после и не здесь, я лишь дала знать что помню об этом.
Похоже, назревал довольно серьезный разговор. Нет, не тяжелый, но ответ Ксандора мог сейчас многое определить. Ни одно слово Вириенны не было сказано зря. Она предупреждала его ненавязчиво, она выясняла сейчас все обстоятельства, чтобы сделать правильный выбор в отношении собеседника. И Вириенна опасалась, действительно опасалась, что Ксандору не хватит подозрительности и хитрости на то, чтобы понять это. Сейдомар бы без труда это понял и озадачил ее в ответ, это было одна из привлекающих ее черт. Ксандор же уже показывал ей, что довольно беспечен. Возможно, его стоило подтолкнуть к пониманию.
- Я могу лишь извиниться, хотя это задумывалось реверансом в сторону доверия. Мне стоило солгать, чтобы не ставить тебя в такое положение. Но что сделано, то сделано.
Волколачка осознавала, что вероятнее всего Ксандора проще всего устранить, но торопиться не стоило. С другой стороны, возможно все-таки ему хватит прозорливости понять какой выбор она сделает в случае чего. Кроме того, Вириенна была матерью и защищать свои интересы и ребенка было ее первоочередной задачей. Не зря были упомянуты пересечения интересов.

+1

30

[indent=1,0]Судя по тому, в какое русло протекал дальнейший разговор, Ксандор понял, что он определённо где-то свернул не туда. Он всё гадал, в какой момент приятный разговор перешёл в распределение границ, которые не следует переступать. Бывшему беглецу искренне хотелось верить, что Вириенна является его другом, в самом полном понимании этого определения. И его натянутая улыбка была вызвана отнюдь не тем, что он был вынужден принять этот факт без особого желания, а тем, что в своих раздумьях и душевных терзаниях он попросту не мог заставить себя улыбнуться искренне в данный момент. Но вот, казалось, роли были распределены. Вириенна была движима всё тем же пресловутым холодным расчётом, который предполагал "дружбу" только при условии обоюдной выгоды с немедленным разрывом при первых помехах. Ксандора данный факт, мягко говоря, не обрадовал, но он, на удивление самому себе, даже ничуть не удивился, подумав только о том, что у него по-прежнему не было друзей в том понимании, которое принимают совсем немногие.
[indent=1,0]Граф Лорехейд выдержал недолгий взгляд на девушке, в котором невозможно было не прочесть всё разочарование, которое испытал глава знатного рода. Он опустил взгляд на блюда, стоящие на краю стола, внезапно обнаружив, что вовсе не голоден. Пускай Ксандор практически и не притронулся к еде. Он в очередной раз за последние недели напомнил себе, что он, в первую очередь - граф, во вторую - офицер нильфгаардской армии и уже в третью - человек. Заставить себя отбросить все эмоции было ужасно тяжело, особенно тому, кто всю жизнь этим эмоциям был подвержен, а в последние годы даже был движим по большей части одними эмоциями, которые иногда даже затмевали здравый рассудок, но Ксандор справился. Тяжёлый взгляд лейтенанта вновь поднялся на волчицу, а его глаза цвета нефрита словно похолодели. Он понимал, чтобы выжить в этом мире, нужно пресекать всё человеческое, не показывать эмоции, ведь они расскажут всё о слабостях и страхах. Только вот думал Ксандор, что с Вириенной ему не придётся прибегать к чему-то подобному.
[indent=1,0]- У меня нет никаких вопросов, - граф тяжело вздохнул, не в силах скрыть своего разочарования. Его голос казался спокойным, невозмутимым, что было так необычно для него. - У меня нет никаких намерений переходить дорогу тебе или же графу аэп Роэльсу, если ты всё же отстаиваешь его интересы. Если нет - то я даже не хочу знать подробностей. Я не буду вмешиваться в твои дела ровно до тех пор, пока они не угрожают моему роду или же моей империи. Я не смогу оставить без внимания ни одно, ни другое, даже если буду желать остаться в стороне. Надеюсь, ты это понимаешь.
[indent=1,0]Ксандор не знал как теперь относиться к Вириенне, можно ли ей доверять, рассказывая больше, чем ничего. Она буквально прямым текстом сказала о выгоде знакомства с ним и пригрозила не переходить ей дорогу. Граф Лорехейд понял её слова именно так. Ему не нужен был взгляд на жизнь с иного ракурса, он привык полагаться на собственные принципы, веря в определённые идеалы, которые могут узреть лишь единицы. Он желал лишь открыться тому, кому мог бы довериться. Душа Ксандора разрывалась от чувства вины, замешательства и банального непонимания что делать дальше. Всё, что было ему нужно - поделиться своими мыслями и переживаниями, но с тем, кто не видит в нём способ достижения личной выгоды. Быть может сегодня Ксандор понял свою собеседницу не правильно, но уточнять он явно не собирался.
[indent=1,0]- Про происшествие в Ковире я подробно доложил на военном трибунале. Сейдомар аэп Роэльс легко сможет получить доступ к отчёту и я практически уверен, что он уже с ним ознакомился. Но, если желаешь услышать всё от меня или не думаешь, что граф аэп Роэльс даст тебе нужные сведения, то я предложу отправиться в место, более подходящее для подобного разговора, - Ксандор отодвинул от себя тарелку с блюдами, оставив на краю стола оплату за еду и питьё, и встал из-за стола, добавив холодным голосом. - У меня не так много времени. Обязанности графа требуют большого внимания.

+1


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава III: Ярмарка тщеславия » Неразумно опасаться того, что неизбежно