Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Обыденный мир, что нас окружает


Обыденный мир, что нас окружает

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

• Время: 20 августа 1263 г.
• Место: Роггевеен;
• Действующие лица: Вильгефорц, Лидия ван Бредевоорт;
• Описание: Исследование, это процесс выработки новых знаний, один из видов познавательной деятельности. Характеризуется объективностью, воспроизводимостью, доказательностью, точностью; имеет два уровня эмпирический и теоретический.
Разве это не прекрасно?

0

2

Роггевеен ей не нравился.
Не нравились его улочки, люди, что населяли этот город. Не нравилась стоящая здесь погода, в разгар августа преследующая переменчивым холодным ветром, что приказывал ежится и мириться с надвигающейся осенью. Она бывала здесь довольно редко, но каждая любая такая поездка заканчивалась какими-то неприятными воспоминаниями, что больно врезались в голову. Именно посему Лидия не любила Роггевеен.
Правда препятствовать необходимости нахождения здесь, она не могла. Потому что не любила так делать, покуда просил мэтр. Его просьбы и предложения порой обрастали невероятной манией узнать что-то новое и приоткрыть для себя завесу прежде неизученного. Она тянулась к знаниям, не чуралась их.
Посему Роггевеен требовалось терпеть. Как бы он не нравился.
Лаборатория, где предстояло провести сегодняшний день, не пестрила оборудованием и спецификой. Скорее напоминала совершенно привычное помещение, где было невероятное множество мелочей: скляночки, баночки, тысячи невероятных ингредиентов, множество медицинских приспособлений, не в меньшем количестве пребывали и магические «игрушки», как Лидия часто про себя называла все, чем интересуются маги. Было бы странно не сравнить их с игрушками, потому что порой за какие-то мелочи у чародеев велась война.
В отличие от Роггевеена, хотя бы здесь она ощущала себя спокойной.
Именно посему, готовясь к новому дню в работе, чародейка предпочитала штудировать книги, внимательно вчитываясь в длинные предложения. Лучше быть вооруженным и приготовленным, нежели чем встретить что-то неслыханное и потерпеть фиаско. Этого она не любила, считая такие «проигрыши» науке – большой слабостью. Правда самоличным просветлением она занималась далеко не в лаборатории, а восседая в небольшой комнате с книжными шкафами, где прятались удивительные работы истинных мастеров. В комнате было мало света, но горящие свечи решительно поспособствовали устранению проблемы. И Лидия читала. Вчитывалась, порой задумчиво отводила взгляд от книги и что-то переосмысливала, а еще реже – аккуратно выписывала на пергамент, что лежал по правую руку на небольшом столике. Макая перо в чернильницу и выводя аккуратные, маленькие буквы, она оставляла пометки. Порой перо застывало над пергаментом, а взгляд чародейки изучал написанное. Порой что-то беспощадно зачеркивалось и переписывалось. И все это – лишь для того, чтобы не забыть, отметить важное. Та книга, что покоилась на её коленях и придерживалась левой рукой, дабы страницы не переворачивались, действительно была интересна, но когда собственное время закончилось и в мыслях мелькнуло желание не опаздывать, она аккуратно прикрыла её. Между страницами оказался пустой пергамент, что уже был заметно протерт – она часто использовала его в подобии закладки.
Привычное шуршание одежды, почти слышный скрип половицы под ногами, когда она встала с кресла – всё это уверенно сопровождало чародейку в уютной тишине. Прежде чем покинуть комнату, она затушила свечи при помощи магии, оставляя и без того скудно освещенное помещение во власти совершенной темноты.
Приглушенные шаги, мягкое эхо стало её спутником по дороге к лаборатории, которая на удивление не оказалась пустой.
Лидия не любила опаздывать.
Мэтр, – в привычном для неё варианте общения, она аккуратно склонила голову. – Мне удалось найти всё, что потребуется для работы.
Она не любила опаздывать, но любила, чтобы просьбы обращенные к ней, всегда выполнялись правильно и четко. Лидия слишком любила доводить работу до конца и не оставлять за собой хвостов.
Если потребуется моя помощь, я бы осталась ассистировать. С Вашего позволения.
Немного скромности никогда не мешало. Тем более она не была уверенна, что может потребоваться помощь именно от неё – порой её и вовсе не должно было быть видно, она должна прятаться в тени, быть ничего не значащей особой. И это она умела делать превосходно.

+1

3

[indent=1,0]Роггевеен. Город, который официально считался родиной Вильгефорца, члена Капитула чародеев, великого и могучего мэтра магии и чародейства. Пускай его родиной было далеко не этот серый городишко, он привык называться именно Вильгефорцем из Роггевеена, хотя своего происхождения никогда ни от кого не скрывал. Именно здесь был его уютный просторный дом с обширной лабораторией, соединяющейся с основным домом подземным коридором, именно здесь была его самая большая подземная лаборатория, где он разгадывал самые сокровенные тайны этого мира. Лаборатория, что стояла небольшим уютным на вид домиком рядом с внушительным особняком имела большие витражные окна, изображающие загадочные узоры в тёмно-синих, голубых и белых тонах, словно изображая ночное небо. Это было место уединения мэтра. В центре светлой просторной комнаты стоял письменный стол, потолок над которым также был из стекла. Большую часть места занимали большие книжные стеллажи и полки, собрав в себе множество авторитетных трудов в разнообразных сферах наук. Один книжный шкаф отличался от других тем, что стоял прямо у письменного стола мэтра и содержал не книги, а рукописи. В этом шкафу Вильгефорц хранил оригиналы книг и трудов, написанных им самим. Помимо прочего, отдельный уголок лаборатории был отведён для алхимического стола и настенных полок для различных зелий, трав, эссенций и прочего. Казалось, в этом месте мэтр проводит время лишь за работой над новыми диссертациями и книгами, ведь ничего более здесь и не было. Но это было лишь на первый взгляд.
[indent=1,0]Основная лаборатория находилась под землёй. Она поражала своими размерами и разнообразием. Здесь было всё, что могло понадобится такому чародею, как Вильгефорц. Длинные тёмные коридоры, освещённые тусклыми свечами имели множества дверей. За каждой из этих дверей была сокрыта комната, у каждой из них было своё предназначение. В подземелье чародея всегда витала мрачная энергетика, сопровождаемая запахом крови и смерти. Людям не привыкшим становилось дурно, стоило им лишь попасть сюда. Здесь творились ужасные вещи и всё во имя науки и магии.
[indent=1,0]В этот день Вильгефорц был мрачен, даже больше, чем обычно. Было ли это дурным предчувствием перед предстоящими опытами, или же всему виной была серый городок и отвратительная погода, не знал даже сам мэтр. Утром его известили о том, что его указание было выполнено - человек, что крутился у особняка чародея уже несколько дней схватили. Без свидетелей. Это мог быть шпион одного из королей, которые вечно делают знать всё и обо всех, мог также быть шпионом одного из коллег-магиков, которые не оставляли попытки получить тайны мэтра любыми способами, мог даже быть шпион императора Нильфгаарда, который, определённо, тоже был не против знать, что делает чародей. А могло быть и так, что этот человек просто случайно забредал не в то место не в то время. Но в случайности Вильгефорц не верил.
[indent=1,0]Будь несчастный шпионом, убийцей или же простым пекарем, участь его была уже определена. Мэтр был намерен провести очередное испытание приспособления, которое могло здорово помочь в его будущих планах. Однако последний такой эксперимент превратил мозг подопытного в кровавую жижу ещё до получения каких-либо результатов. Чародей находился в комнате в наземной лаборатории под блеклым светом тусклого пасмурного солнца, падающего сверху. Сидя за столом, он досконально перечитывал уже в который раз заметки о ходе и результатах предыдущих опытов. Пускай аппарат уже был заново настроен, с учётом всех прошлых неточностей, Вильгефорц всё равно просчитывал в уме, пытался разобраться, что может пойти не так на этот раз и как предотвратить очередную неудачу. Он поднял голову, как только услышал шаги. Это была Лидия.
[indent=1,0]- Благодарю, - мягко ответил чародей. - На тебя всегда можно положиться.
[indent=1,0]Он аккуратно сложил бумаги, лежавшие на столе, поместил их в папку, завязав петлю, встал из-за рабочего стола и подошёл к шкафу, где хранились его труды. Задумчиво он просматривал таблички, написанные аккуратным почерком Лидии.
[indent=1,0]- Можешь считать, что ты его получила. Моё позволение, - не найдя того, что он хотел отыскать в собственных записях, Вильгефорц, мягко ступая по ковру, направился к другим полкам и стеллажам, содержащими в себе книги и труды учёных разных времён. - Я бы хотел, чтобы ты смогла самостоятельно повторить процедуру, правильно настроить аппарат и подключить его к испытуемому, - мэтр провёл пальцем по корешку книги, труду, описывающему тайны сновидения. Взяв её, чародей быстро пролистал несколько страниц, найдя нужную и, начав вчитываться в строки, с хлопком закрыл её и тут же поставил на место. - Если этот опыт провалится, думаю, стоит попробовать вводить подопытных в транс... Может, используя метод сновидцев, результаты окажутся лучше. Хотя, метод эмпатии горазно более надёжен. Что думаешь по этому поводу, Лидия? - мэтр стал спиной к книгам и посмотрел на свою ассистентку. - Когда аппарат заработает, я хочу, чтобы ты позаботилась о том, чтобы он был готов к использованию в замке Стигга. Ты знаешь, кем будет подопытный сегодня?

+1

4

Она поблагодарила его почти незаметным движением головы. Её взгляд скользнул по лаборатории, позволяя призадуматься – каким именно будет сегодняшние исследования. В каком-то смысле она хотела положительного результата, все-таки постоянное нахождение неизвестных людей в столь щекотливой ситуации и… проблемы по сбыту таких людей после (покуда людьми они уже становились совершенно не нужными), досаждали Лидии значительно. Но если посмотреть на таковое времяпровождение с другой стороны, то можно было выцепить и плюсы. Она узнавала новое, порой разочаровывалась в своих догадках, с легкостью удивлялась новому.
Что ж, любое приятное занятие насыщенно не самыми приятными моментами. К примеру, тот кто любит готовить, страдает с горой посуды. Тот кто любит чистоту, ведет непрекращающуюся войну с пылью. Тот кто любит рисовать, борется с критикой, ведь видит в своих шедеврах все самое лучшее… а исследователи… что ж, они порой страдают куда больше.
Не смотря на задумчивый вид, Лидия слушала Вильгефорца и оставалась все такой же внимательной к его вопросам.
Метод сновидцев, возможно, даст некоторые сбои, – она уверенно настигла аппарат, который требовалось подготовить к работе, и быстрыми движениями принялась исполнять стандартную процедуру подготовки. – Никогда не считала его уверенным или надежным, поскольку в данном вопросе нет твердой почвы под ногами. «Та» сторона, если её можно так назвать… очень… шаткая…
Чародейка поправила прядь волос, аккуратно убирая её за ухо. В руке сверкнуло несколько острых иголок, а также тонкая трубочка, что в скором времени покоилась на подлокотниках кресла.
Транс симпатизирует мне больше. Подопытного при таком варианте можно провести именно по знакомому пути, который приведет к желаемой цели. Словно Вы ведете его за руку и тянете к той цели, что интересует Вас. И подопытного. Это совершенно.
Она поправила несколько баночек, придирчиво выставляя их по росту – так, чтобы не без того печальный аппарат выглядел куда более устрашающе. Хотя чего в нем было устрашающего, пока ты не знал, в чем заключался его смысл? Ровным счетом ничего, простой стул, несколько «украшенный» аккуратными трубочками, ловко прицепленными к ним иголочками, а также различными мелочами.
Эмпатия, соглашусь, надежна. Но в этом деле любой метод требует шанса на успех?
Ей пришлось мимолетом поднять взгляд на мэтра, после чего вновь спрятаться в работе и зашуршать мелочными приспособлениями, что не без львиной доли спасали ситуацию. Уже выпрямляясь и в тишине заканчивая подготовку, она разложила на столе небольшой кожаный чехольчик, в котором прятались медицинские инструменты. Скорее «для случая», если в нём будет прок и что-то пойдет не так.
А последний вопрос несколько задел чародейку. Он был колючий.
Неприятный, колючий, потому что она знала простой ответ.
Случайности иногда все-таки бывают случайными. Тот, кого в скором времени завели в помещение и усадили на стул, обмякшего, так и не вернувшегося в сознание, смело можно было назвать простым человеком, с не очень уверенным везением.
Перед двумя чародеями, готовыми к работе, сидел мужчина от силы лет двадцати трех – не слишком высокий, худющий и с растрепанной рыжей шевелюрой. Лицо его было усыпано миллиардами веснушек, глаза закрыты, а вот рот немного приоткрыл – он всё еще терялся в сознании. Лидия знала, почему тот крутился около чужого дома и что-то высматривал столь пристально, постоянно опуская голову.
«Он просто потерял колечко своей матери, которое так хотел вернуть», мягко подумала чародейка, склоняя голову на бок и наблюдая за тем, как рыжий мужчина дышит. Медленно, спокойно. Пока.
Он – простое невезение, – Лидия отвела взгляд, – которое слишком кстати оказалось рядом. Это сын одной из кметок, забредший в город с целью выкупа колечка матери. Колечко он, по несчастному случаю, потерял около нескольких дней назад и всё это время уверенными кругами мотался вокруг Вашего дома. Видимо, считал, что потеря произошла именно тут.
В её руке мелькнули мелочи, которые позволили бы начать зарисовку исследования. Их ждало что-то новое, что-то… счастливое. Ведь что может быть приятнее успешной работы?
Чародейка быстрыми движениями закрепила ремни, которые помогли бы удерживать испытуемого на месте без лишних и конечно же не нужным движений. Еще быстрее она заполнила некоторые колбы алхимическими хитростями, приготовила пару чистых тряпок, уверенно вылив на них пару маленьких склянок, а после – развернулась на каблуках и так же кропотливо продолжила подготовку, в конце концов отходя на пару шагов и осматривая результат:
Его не будут искать. И… хм, к сожалению, не знаю как его зовут, но всё готово к работе. Вместе с пациентом.

+1

5

[indent=1,0]То, кем назвал себя пойманный человек, знал и Вельгифорц, но всё равно не верил ни единому его слову. Будь это шпион, которого отправили следить за таким чародеем, как Вельгифорц, он определённо умел бы выдержать самые изощрённые пытки и не выдать себя. Мэтр надеялся, что в ходе исследования он увидит того, кто отправил несчастного к дому чародея. Он пристально наблюдал за всеми действиями своей ассистентки, одобрительно кивая. Процесс подключения подопытного к аппарату был сложен и кропотлив, но Лидия превосходно и, словно играючи, делала это, не допуская ни единой погрешности. Вскоре бедолага был намертво закреплён на мрачном кресле, весь истыкан иглами, и медными и серебряными проводками, окружён трубками, которые вели к колбам с полупрозрачной жидкостью. Вильгефорц пододвинул ближе большой профессиональный мегаскоп, экран и огромный хрустальный шар, на треноге, окутанный множеством проводков из серебра, словно паутиной. Он велел наёмнику, что привёл несчастного в лабораторию, привести подопытного в себя. Сделав пару вдохов неприятных едких испарений, возможный шпион пришёл в себя, резко открыв глаза и вытаращив их на мэтра. Поняв, что он не может даже голову повернуть, бедняга начал дёргаться, пытаясь вырваться из оков, неуклюже, обессиленно.
[indent=1,0]- Ты слишком добра, моя дорогая Лидия, - мягко прошептал Вильгефорц, положив руку ей на плечо. - Подумай, что человек, отправившийся в Роггевеен, чтобы отдать последние деньги за кольцо матери, мог делать в этом районе города? Вокруг моего особняка даже бродяг нет, ибо они знают, что те, кто ошиваются поблизости, вскоре исчезают. Так что же забыл этот несчастный возле моего жилища? Давай это и узнаем.
[indent=1,0]Чародей обошёл кресло, пройдя за спиной подопытного, стал напротив него, глядя взглядом, полного презрения, не имеющего ни капли жалости, взглядом холодным, жестоким, от которого мужчина, прикованный к креслу, тут же замер, не в силах больше сопротивляться.
[indent=1,0]- Мне стоит тебя предупредить, - обратился к нему мэтр, - что все твои попытки освободиться или же каким-нибудь образом прервать данное исследование не только будут безрезультатны, но и принесут тебе непоправимый вред, а также невыносимую боль. Боль ты ощутишь в любом случае, врать не стану. Скажу даже, что вряд ли ты выживешь. Никто ещё не выживал. Но ты обретёшь бессмертие, если этот опыт удастся. Видишь ли, этот мир обречён, всё живое исчезнет, испарится, умрёт. Не будет ничего, только вечный холод, спасти от которого не сможет ничто. А ты, мой друг, способен стать частью того, что принесёт мне могущество и власть спасать целые миры. Этот мир, увы, уже не спасти, но их целое множество и в конечном итоге я буду править ими всеми. И ты можешь стать частью этого. Поэтому, не упрямься. Твоя судьба уже давно решена. Так принеси же хоть какую-то пользу.
[indent=1,0]Всё было готово к началу опытов и Вильгефорц больше не стал ждать ни мгновения. Подопытный истошно вскрикнул, сжал зубы и подлокотники.
[indent=1,0]- Не упрямься, будет только хуже, - с лёгкой улыбкой на лице сказал чародей, всматриваясь в экран. - А теперь покажи мне того, кто тебя сюда отправил. Покажи, ради кого ты на самом деле пришёл сюда, - Вильгефорц повернул экран так, чтобы спроецированное на него изображение было видно Лидии. - Смотри, Лидия. Смотри внимательно. У меня очень хорошее предчувствие. Сегодня всё должно получится.

+1

6

Довольно сложно было не согласиться с предположением о том, что Лидия была добра. Относительно. В большей степени чародейка, скорее уж, была наивна. Ей нравилось верить словам, нравилось принимать тяжелые правила мира, но при этом надеяться углядеть в них хоть немного правды и искренности. Однако, мэтр был прав. И Лидия приняла это как за собственную ошибку, свершенную в слепой уверенности мотивов других людей, а также чистоты этих самых мотивов.
Несмотря на это, виду она не подала.
Задумчиво сплетая пальцы и изучая «гостя» сего мероприятия, чародейка молчаливо слушала. Не сказать, что в этом доме умели правильно принимать гостей и оказывать им помощь или же достойный вечер. Но и нельзя было сказать обратного, ведь у любого живого существа в этом мире были секреты, спрятанные очень и очень надежно. Между тем, Вильгефорц уже обращался к мужчине. Речь его несла в себе немыслимое количество правды и ценностей, которые Лидия так любила. Наверное, не стоило даже спрашивать, почему она так молчалива.
Гость, что молчаливо слушал и уверенно преследовал цель вырваться из лап столь щекотливой ситуации, очень скоро ощутил немыслимую боль. Лидия не могла сказать какого именно рода была эта боль, но верила, что ощущения были совершенно не приятными. От крика она дернулась лишь единожды, потому что не была готова. Но собраться с мыслями и вновь вернуть себе непревзойденное спокойствие не составило труда.
В её руке почти так же незаметно появился пергамент, поддерживаемый небольшой дощечкой, а в другой руке уже красовалось гусиное перо. Будучи наблюдателем, она записывала все, что могло пригодиться в будущем, если работа даст сбои. Даже в противном случае требовалось записать каждую особенность, ведь совершенствовать достижение никогда не поздно.
Перо наконец-то заскрежетало о пергамент. Этот тихий звук был заглушен словами Вильгефорца, призывающего чародейку обратить внимание к исследованию. Она подняла голову, отложила перо и принялась наблюдать.
Первостепенно её вниманию попадались лишь какие-то неясные обрывки. Изображение очень часто сбивалось, особенно в те моменты, когда «гость» пытался вырваться. Заметив сию неточность, она поспешила исправить ситуацию при помощи алхимических хитростей, что и без того в достойном количестве испробовал мужчина. После проделанного, чародейка вернулась к роли наблюдателя, видя, как картинка постепенно становится четкой. Правда… всё это больше походило на обрывки. Резкие. Быстро сменяющиеся, пляшущие.
Может стоит хоть самую малость успокоить его, вмешавшись магией? – она прищурилась, пытаясь собрать из видимого хоть что-то понятное. – Немного стабильности поможет удержать его на одной точке, сфокусироваться.
Лидия отступила на шаг и оглядела подопытного. Она не наблюдала за ним всего мгновение, а ведь за это время он успел неплохо измениться… и далеко не в лучшую сторону.
Не могу понять, что выдает изображение. Словно обрывки мозаики.

0


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Обыденный мир, что нас окружает