Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Sic semper tyrannis

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

• Время: 09 января 1265 года
• Место: Новиград
• Действующие лица: Весемир, Мавен
• Описание:
— А как снять проклятие?
— Его не снимают. От него бегут.
— И никак иначе?
— Хочешь иначе — ищи ведьмака.

0

2

Все что свалилось на голову всего несколько дней назад – искренне и с посильной радостью выбивало её из колеи. Каждая мелочь, каждая неправильно произнесенная фраза, каждое чужое действие или малейший звук, всё это в скопе заставляло Мавен скрипеть от злости зубами, сжимать кулаки и с неистовым гневом отшвыривать что-то в стену. За несколько дней картина перед глазами не изменилась: в зеркале она встречала не то привычное отражение, что привыкла видеть. Сухая кожа, измученный взгляд, опущенные уголки губ, неслыханное количество морщин на аккуратной и когда-то ухоженной коже заботливо возвращались к ней с первыми лучами солнца. За всего несколько дней она успела понять в какой момент видит себя прежнюю и в какой момент её внешность катастрофически меняется.
И всё это наполняло её злостью. Неудержимой, злой, поистине переполненной темными сторонами, что проявлялись слишком часто. Всё накопленное она выплескивала на приближенных, не слыша ни успокоения в их словах, ни посылок хоть к какой-то помощи. «Всё пройдет, милсдарыня», «мы обязательно найдем того, кто это сделал» и самое противное, что побеждало в наборе фраз от идиотов – «вы ведь всё так же прекрасны». Мавен ненавидела всех. В особенности себя, за такое глупое и неразумное упущение.
Восседая в своих покоях, она рассматривала отражение, с каждым новым днём находя новые мелочи. Пристальный взгляд словно бы завис в адрес отражению, тонкие губы упрямо сжатые, лишь изредка подрагивали, а руки, лежащие на коленях, заметно подрагивали.
«Кто бы мог сделать такую… курва, да у кого мозгов могло хватить на ЭТО? Хотели удивить? Что ж, удалось. Удалось, мой маленький и переполненный ненавистью неизвестный. Удалось в лучшем случае, жаль, что я раньше о таких способах не задумывалась. Но кто же ты такой, курва? Какой из десятка моих «надежных» поставщиков, клиентов и завистников решился на опрометчивое решение…»
Она не знала. Даже не догадывалась, но и это прекрасно понимала. Вычислить то что случилось и найти ответственного за свершенное было почти невозможным. Мавен знала, но не оставляла другой надежды: убрать с себя эту чертовщину, вернуть себе то, что по праву принадлежит ей – это молодость, хотя в ей года она была не так уж и молода.
В рассуждениях она погрязла с головой. Всё так же глядела в отражение, не сводила с себя взгляда и думала, параллельно прислушиваясь ко всем шорохам в доме. Дважды она поймала голоса наемников, еще несколько раз – чей-то тяжелый кашель. Скрип половицы, закрывающиеся двери, чужие шаги и наконец-то приглушенный стук.
Разрешишь? – не шибко высокий и лысый мужчина приоткрыл дверь, заглядывая в комнату.
Мавен не шелохнулась.
Это уверенное «нет», я знаю, но такого рода беду решают ведьмаки, правильно?
Она медленно повернула голову, склонила её немного на бок в ожидании очередного «смышленого» предложения. Правда в последнее мгновение передумала, как раз к моменту, когда мужчина решил открыть рот и продолжить.
– Уберись. Скройся. И забери каждого чертового придурка из этого дома, потому что моё терпение в окружении тугодумов становится куда более хрупким, – процедила старуха, после чего вновь вернулась к отражению.
В городе есть ведьмак. Его Трувор видал.
Мавен сжала кулаки. Но не от злости. Теперь уже от того, что хоть маленькая толика удачи наконец-то забрела в этот город, что был полон только шалопаев и обманщиков.
– Почему я его еще не вижу здесь?
Понял.
– И ни слова ведьмаку. Всё до самой мелочи остается со мной. А если будет иначе, то и события будут развиваться образом не благоприятным. Для тебя. Пошёл, вперед! 
Старуха вновь повернула голову, неприятно улыбаясь. Мужчина не стал ждать, предпочитая как можно скорее прикрыть дверь. Он сам не заметил, как передернулся (хотя даже не понял почему), после чего мигом помчался к выходу из дома, отвечая на все вопросы «ну как, ну чего?» лишь отмашкой. Если в городе и был ведьмак, то была маленькая надежда на возможность угомонить Мавен, что за несколько дней разнесла половину дома, не греша при этом руганью и запугиванием ни в чем не виновных.

+1

3

Большой редкостью была зимовка вне Каэр Морхен. Однако хладное время встретило Весемира в пути. Не успевал он вовремя, опаздывал сильно и беспокоился за крепость, полагая, что остальные ведьмаки всё еще в коей степени несерьезные и безответственные юнцы. Что-нибудь забудут, не проветрят комнаты, оставив затхлый запах пыли себе в увеселение. Не протопят каминный зал достаточно долго и будут сидеть хмурые и унылые, чего Весемир очень не любил. Еще чего чародеек приведут, которые как обычно будут показывать своё раздутое эго.
       Каэр Морхен был истинным домом, куда в конце своих дорог да странствий собирается семья. Старик многое возлагал на эти встречи. Они помогали ему справляться с давней утратой.
      С подобными мыслями Весемир коротал время, отдыхая в городском трактире Новиграда, тихо-мирно распивая эль и слушая краснолюдские ругательства за дальним столом. Судя по крепким словцам и нескромным выражения, играли в гвинт и катастрофически проигрывали, вероятно, крупную сумму. Да еще какому-то человеку. Из-за этого чарующего гомона в ведьмаке просыпалось непреодолимое желание сыграть.
      Весемир допил остатки кислого эля, вытер рукой промокшие усы и встал.
      – Прошу меня извинить, но вы ведьмак, не так ли?
      Совершенно неожиданно на пути возник невысокого роста мужчина с блестяще лысеющей головой.
      – Да, – отозвался Весемир, подозревая, что в карты ему сегодня уже не сыграть. – Что-то срочное?
      Дело действительно было срочное. Настолько, что лысый провожатый всю дорогу пытался доходчиво объяснить, но толком так ничего и не вышло. Ведьмак был провожен в строгого вида особняк, где его встретили недоброжелательные взгляды какого-то наёмного сброда. Создавалось впечатление, что старый вояка шел на встречу к атаману разбойнично-городской шайке.
      Потоптавшись у входа дабы сбить с сапог снег, Весемир отдал дорожный плащ скромного служке и последовал за своим провожатым далее, наверх, где его уже ждали.

+1

4

Ведьмака она встречала в главной комнате, поэтому прислушивалась к каждому шороху и шагу, ну и конечно же к скрипу входной двери. Не скорой ей довелось дождаться желаемого, но это легло на руку – Мавен самую малость успокоилась, наконец-то выровняла сбивчивое дыхание. Первым в помещении появился её человек, довольный, но слишком улыбчивый для столь пагубной ситуации. За ним она увидела ведьмака.
– Уберись и выведи всех из дома.
А что если…
– Выведи! И уберись!
Лысый ретировался довольно быстро, перед самым уходом умудряясь пожать плечами и мысленно пожелать ведьмаку удачи. Его предположения о развитии разговора были далеко не радужными, но благо видеть этого и попадаться под руку повезло не попасть.
Топот, голоса, очень скоро в доме Мавен стало тихо. И всё это время старуха молча оценивала ведьмака. Он не внушал доверия, но фон Тимш мало к кому вообще испытывала хоть толику доверия. В каждом из новых знакомых или мимолетных встречных ей чудилась опасность, да обман. Ведьмак пока еще не выбивался за эти рамки, но ведь и разговор еще не сложился.
– Садись, ведьмак.
Старуха указала ему на стул, что стоял рядом с небольшим шкафом, где аккуратно были выстроены бутылки с пивом. Маленькая, но совершенно бестолковая коллекция, которую довольно долгое время собирал муж.
– Этот бестолковый идиот что-нибудь рассказал о причине, по которой мне требовался ведьмак? Или все-таки остался верен, следуя расплывчатым описаниям? – она прищурилась. – Нет. Всё-таки нет, ответ мне не нужен. Я его пойму, как только начну задавать более толковые вопросы.
Взгляд её был прикован к ведьмаку. С одной стороны было интересно вообще увидеть живого ведьмака воочию, но вот с другой стороны доверять кому-то щекотливую проблему она боялась. Если всё пойдет еще хуже? И если ведьмак вообще не ведьмак? Нет, Мавен в последнем не сомневалась, его выдавали глаза. Знаменитые, описание которых порой пугало до мурашек, правда сказки о ведьмаках она слышала очень давно.
«Если так упираться, то сидеть мне в старухах еще чертовски долго».
– Для начала – ко мне можно обращаться по имени. Мавен. Я хозяйка этого дома, а также двух пивоварен и нескольких трактиров на территории Редании, – с львиной долей гордости произнесла фон Тимш, позволяя себе улыбнуться. – И ведьмака я не искала просто так. Есть догадки? Или предположения, для чего именно тебя привели в этот дом, почему из него вывели всех людей?
Она выпрямилась, оперлась руками о подлокотники резного стула. Важно знать, понимает он что-то или нет, вдруг якшается с магией, или своими глазищами что-то видит. Хотя даже по сторонам смотреть не требовалось, Мавен то знала.

+1

5

Слуга, провожающий ведьмака, мгновенно ретировался из безвкусно обставленной комнаты, услышав властное поручение своей немолодой хозяйки. Казалось, он был только счастлив на время оставить этот дом и заодно спасти других, прихватив их с собой трусливым шепотом. На что же была способна эта хилого вида старушка? Приказывать уж точно была докою.
       Весемир сел на указанный стул. Опустился легко, совсем не по-старецки. По левое плечо на него смотрел ряд бутылей из буфетного шкафа. Одна была почти пуста.
       Старуха начала говорить уверенным, весьма противным хриплым голосом, так что не будь ведьмак привыкшим ко всякого рода звукам страшным, его всего передернуло. Более того, вероятно, бабка была весьма подозрительного склада, поскольку причину приглашения решила не называть, полностью полагаясь на ведьмачье чутье.
       Весемир закатил глаза.
       – Мавен, – хрипло начал он, жалея, что так и не сыграл с краснолюдами в гвинт. – Я – ведьмак. Не фокусник уличный. Загадки не разгадываю. Есть дело срочное, по моей части – говори.
       Старик откинулся на спинку стула и с недовольством сложил руки на широкой груди.
«Надо было сыграть в гвинт».

+1

6

– Прекрасно, – хитро прищурившись, прошептала Мавен. – Никакого цирка, только явные факты.
Она трезво оценила ответ ведьмака, оставаясь до безумия довольной. Это можно было проследить в движениях, что от резвых и быстрых сменились на плавные. Именно этого она и хотела – профессионала, который не станет вырываться их кожи вот, чтобы доказать что-то. Лишь правда, прямолинейность и честность, которую сама Мавен не так ценила.
– Мне тридцать зим, ведьмак. Но не заметно, правда? – женщина усмехнулась, облокачиваясь на спинку резного стула. – И эту… чертову проблему мне нужно решить.
Довольно резво для старухи, Мавен поднялась со стула и прошла к небольшому шкафу. Её внимательный взгляд облетел несколько полок, остановился на небольшой картине, что более смахивала на черновик. Правда вот черновиком назвать её было сложно, все6-таки аккуратные линии, неплохо выполненные игры света и тени прекрасно передавали женщину в возрасте тридцати лет, с короткими волосами и холодным взглядом. Мавен, оглядев картинку, подхватила её руками и внимательно осмотрела.
– Однажды утром, открыв глаза… мне было крайне сложно узнать себя в отражении. Старуха. Дряблая, усталая, неприятная и отталкивающая. Нет, в свои тридцать я не могу выглядеть так. Нельзя-нельзя-нельзя!
Истерично смотря на свой портрет, Мавен даже не одарила ведьмака взглядом. Она впилась в картинку, оглядывала её, аккуратно присматривалась и старалась припомнить какая была. Сложно, странно. Всего два дня в таком виде, а казалось – вечность.
«Старуха… чертова старуха, не способная удержать в руках власть. Это кто-то из них, из тех, кому я переходила дорогу не раз. Из тех, кто боится ударить в лоб. Крысы. Помойные крысы».
– Из-за чего это может быть? Откуда ЭТО берется? Посмотри, ведьмак, как я должна выглядеть!
Она приблизилась к ведьмаку и чуть не пихнула ему в руки портретик, обрамленный в рамку. Что-то схожее между живой старухой и этим рисунком все-таки было, черты лица, глаза, улыбка. Правда вот улыбка старухи больше походила на нечто безумное и вовсе неприятное.
– Именно поэтому ты здесь. Именно поэтому мне нужна помощь, хотя к вашей… вашему… к вам я никогда прежде не обращалась. На моих землях не было уродов в виде чудовищ. В моих стенах никогда не случалось беды.
Старуха развернулась на каблуках сапог, выхватила с близстоящего стола кувшин и плеснула из него в стакан немного пива. После же призадумалась и вытянула второй стакан, наполняя его и предлагая ведьмаку.
– Помоги мне. Цена… цена не важна, – она переступила через себя, обронив такую фразу. – Но убери это, сними, расколдуй, избавь меня от этого.

+1

7

Холодное спокойствие даже в самых разгоряченных ситуациях – залог успеха любого профессионала. Весемир продолжал тихо сидеть, наблюдая, как нанимающая его на работу старуха изводит себя. Хотя ей было не более тридцати лет, чего никак не скажешь по её внешности: сморщенная, как изюм бабка с изничтожающим томным взглядом.
       «Проклятие, – подумал ведьмак, – или сумасшествие».
       Мавен рассказала про утро, которое, вероятно, она не забудет никогда в своей жизни, чьи года так неожиданно прошли многолетний путь всего лишь за одну ночь. Сумасшествие, как вариант, медленно таял, когда хозяйка сняла с полок портрет своей юности, что кончилась сравнительно недавно. К сожалению, обжорство, свойственное женщинам, падким на красоту, не позволяло Мавен сразу же передать картину ведьмаку: она впивалась глазами в рисунок и не верила. Тот терпеливо ждал, наблюдая, как сложно поверить старухе в произошедшее; как бурлящая ненависть и жгучая досада колют её изнутри. Несправедливо! Или же, наоборот, по заслугам? Проклятия просто так не насылают. Если, конечно, это не практикующая ведьма, которой нечем заняться помимо сбора трав да маленьких ритуалов.
       – Молода, – заключил вслух Весемир, когда Мавен всё же оторвалась от своих мыслей и от портрета, который теперь находился в его руках. С рисунка на него смотрело симпатичное лицо женщины с темными короткими волосами. Не знай кто это, ведьмак вряд ли догадался, что перед ним именно она, женщина с портрета.
       Он вернул рисунок.
       – Проклятья всяковые, – ведьмак встал, заложив руки за спину, словно намеривался начать читать скучную лекцию в Оксенфуртской академии. Говоря, прогуливался вдоль книжных полок, оглядывая корешки фолиантов и трактатов, – колдовства не высшего круга, а баловства, в частных случаях. Основываются на простых правилах, как многое в этом мире. Например, потерянное кем-то найдется другим. Понимаешь, Мавен? Просто так люди не стареют за ночь и не теряют безвозвратно свой облик. А берутся они откуда угодно. Обычно от завистников или ненавистников. Есть таковые? 
       Он принял стакан с пивом и отхлебнул. Ничего такое, вкусное.
       Старуха просила помощи. Молила о ней.
       Весемир задумался. Он спешил в Каэр Морхен отдохнуть, перезимовать, увидеть своих учеников, своих детей. Снятие проклятий требовало времени. Они как загадки, над которыми стоит поломать голову, чтобы затем, узнав ответ, поломать кости виновнику. Он посмотрел на Мавен: старуху было искренне жаль. Потерять себя и не знать почему да как – страшная ноша. Тем не менее, она богата. Что мешает нанять дорогостоящего колдуна или волшебника. Недоверие? Ведьмаки же вообще доверия никому никогда не вызывали. Хотя всегда выполняли свою работу честно и на совесть. Эх, люди, люди.
       – Хорошо, Мавен, – наконец сказал Весемир и поставил стакан на полку рядом с книгой «О жизни в целом». – Теперь скажи, есть ли здесь зеркало большое, в которое ты увидела себя в то утро?
       Он незаметно сложил знак Аксий, чтобы успокоить внутренее буйство хозяйки и облегчить её боль.

Отредактировано Весемир (2017-03-10 11:02:43)

+1

8

Нахлынувшее на неё спокойствие совершенно не смутило. Вовсе наоборот, позволило выдохнуть, разжать кулаки и спокойно посмотреть на ведьмака, что теперь уже с задумчивым видом просил её разобрать проблему куда более тонко и внимательно, разложив каждый возможный вариант и обратив внимание на каждую мелочь. Мавен прежде чем отвечать, позволила себе на мгновение задуматься. Она сплела руки на груди, сжала губы и впилась взглядом в картину, что висела на стене: небольшой коричневый домик с соломенной крышей, окруженный высокими зелеными соснами.
– Я прекрасно понимаю, что за ночь прожить половину жизни – невозможно, – язвительно прокомментировала хозяйка, потирая лоб ладонью. – А понять на каком именно правиле у меня основано проклятье такого рода, я не могу. Потому что правила этого не понимаю и не вижу ни намека на него.
Старуха покачала головой, в принципе основываясь только на правде и разбирая только её.
– А вот с завистниками или ненавистниками, как ты, ведьмак, выразился, я имею дело весьма часто. Их много, чтобы обвинять каждого. Правда, все отличны друг от друга и тот, кто обладает умом, не всегда способен на такую низость. Магией, какой бы мерзкой это вот не было, пользуются единицы, но и те стараются обходить её стороной.
«Похоже, вместе с внешностью я теряю и здравый смысл»…
– Точнее… о чем я? Каждый из тех, кто косо смотрит в мою сторону, может быть виноват. Но их достаточно, чтобы потратить не один год на поиски зацепок. Долго, ведьмак. За год без меня загнется все, что создавалось руками моего отца и доводилось до совершенства вот этими вот руками, – она изучила костлявые пальцы, некрасивую кожу и поморщилась.
Последующий вопрос ведьмака выбил её из колеи. Она нахмурилась, затем вполне спокойно пожала плечами, считая, что в зеркале беды куда меньше чем в ней самой.
– Пойдем.
Разворачиваясь на каблуках сапог, старуха последовала к лестнице поглядывая порой за спину. Ведьмак следовал за ней, что ж, это успокаивало. Ступив на первую ступеньку, до слуха долетел неприятный скрип. Старуха почти в такт ступеньке скрипнула зубами, напоминая себе выпороть раскаленными палками того идиота, кто должен отвечать за порядок.
Как только ведьмак и хозяйка дома добрались до второго этажа, Мавен отставила стакан. Что до сего момента держала в руке на близстоящий стол с цветами. Как только стакан ударился о поверхность, несколько сухих лепестков опали, но она не обратила внимания, лишь продолжила движение и остановилась только около двери, ведущей в её комнату. Небольшая, но богато обставленная, убранная, аккуратная и конечно же искомое – зеркало, что стояло около окна, которое и оказалось первым свидетелем изменений.
– Вот оно, – небрежно бросив, Мавен махнула рукой в сторону зеркала и отвернулась, считая куда более важным рассматривать небольшую полку с книгами. – Чем оно тебе поможет, ведьмак? И в конце концов, как тебя звать?

Отредактировано Мавен (2017-03-13 20:41:15)

+1

9

Они поднялись по лестнице. Каждый скрипнул на первой ступеньке. Вторая этаж являл собой покои хозяйки. Знаменитой владелицы двух пивоварен, трактира и таверны. Знаменитой Мавен, что приумножила труды своего отца. Знаменитой Мавен фон Тимш, что ныне не похожа сама на себя. Она была права: завистников успеха неисчислимое множество, орды. Искать конкретного человека среди них бессмысленно и бесполезно. Если только привлекать колдунов, специализирующихся непосредственно на магическом поиске.
       Весемир посмотрел на хрупкую спину старушки, раздумывая, предложить ли искать помощи у специалистов поиска. Однако поймал себя на мысли, что ему самому, на удивление, любопытно узнать истоки и впоследствии исходы наложения проклятия.
       Зеркало стояло подле окна, лучи света из которого освещали маленькую, но уютную комнату. Быстро оглядев спальню, Весемир подошел к зеркалу и присел. Старческое лицо с желтыми глазами посмотрело на ведьмака. Зеркало как зеркало, ничего особенного. На вопросы Мавен Весемир отвечать не спешил. Отодвинув столь необходимый и тяжелый предмет женского гардероба, ведьмак заглянул за него и заворчал что-то непонятное себе под нос. Весемир не был мастером колдовства в практическом смысле слова, но обширными знаниями и теориями мог потягаться с профессорами из академии.
       – Меня зовут Весемир, – отозвался наконец ведьмак на недовольный вопрос Мавен. Редко когда люди спрашивали имена у монстроборцов, обыденно желая поскорее избавиться как от напасти, так и мутанта наёмного. Надобно им знать их имена? Тем не менее, не все грубы и жестоки. Не всех сожрали ненависть и злоба на неизвестное, извращенное и отличающееся от человеческой природы.
       – Уже помогло, – он развернул зеркало и указал на неприметную зарубку в виде вязи вдоль деревянной рамы. – Это мелкая формула написана на Hen Llinge, она же старшая речь. С ошибками, правда.
       Замолкая, ведьмак задумался, почесал нос. Бывало, это помогало. К сожалению, не сейчас.
       – Что теперь делать? – Весемир прислонил зеркало к стене и выглянул в окно. Люди, везде были люди. Ничего не подозревающие, ни о чем не думающие, кроме денег, любовных утех и долгов. До поры, до времени. А потом проклятия всякие сыплются на бедные и богатые головы. – Сжечь зеркало, конечно, надобно. Но поможет это или нет, точно не скажу.

+1

10

Пристально наблюдая за действиями ведьмака, Мавен стояла точно у самой двери, сложив на груди руки и стараясь не упускать ничего важного. Действия по изучению зеркала казались ей странными, да и как вообще можно грешить на зеркало? Правда не смотря на мысли, она молчала. Ведьмак делал свою работу, которую знал и к которой готовился. А вот Мавен в этой работе не разбиралась совершенно, собственно и спорить не стремилась.
Повисшее на время молчание было прервано именно монстробоем.
– Старшая речь? Она могла взяться еще с момента приобретения этого зеркала.
Она не придавала этому зеркалу почти никакого внимания, потому что знала – смотрелась в него не первый раз, да и стоит оно в доме уже как три зимы, если не больше. Но да и не зеркало должно было внимание её привлекать, потому как слова ведьмака с каждым новым шагом вперед переставали вселять Мавен уверенности, как бы она саму себя не успокаивала. Сейчас Весемир, как теперь стало известно, не знал никаких достоверных фактов, обладал только высококачественным результатом и не понимал, к чему стоит присмотреться. Мавен же желала ему помочь, потому что от информации могло зависеть будущее.
– Это меня нисколько не радует, Весемир, – удивительно спокойным тоном произнесла хозяйка дома, наконец-то опуская руки и приближаясь к зеркалу. – Потому что это даже намеком не подталкивает к нужной тропинке.
«Которая мне нужна», старуха устало выдохнула, вновь отвлеклась и попыталась напрячь прекрасную память.
Вопрос «кто?» вставал очень остро. Возможных противников у неё было множество, но на кого думать, как брать? Свои это или кто чужой? Рассуждать. Она знала, что нужно рассуждать и подбирать, это даст хоть какой-то толчок ведьмаку.
– Хорошо. Давай подумаем, ведьмак. В моей работе я встречаюсь с людьми, которые не всегда обходят стороной неправильные методы. Есть те, кто любит бить в лоб, но есть и те, кто любит гулять вокруг, смотреть, выглядывать, находить и потом – бить в самое больное место, – старуха поправила лежавший на столе лист, подмечая, что сделка по которому были расчета, так и не состоялась. И ведь было это совсем недавно. – Но у меня есть те, кого я могу подозревать с большим рвением.
На листе красовалась сумма. Огромная. Красивая. Но не слишком симпатичная для Мавен. Она видела нехватку нескольких нулей, видела пункты договора, которые не смогла бы нарушить, поэтому – отказалась. И верно, что нажила себе проблем, правда о том что этот клиент причастен к таким изворотам, считать не могла.
Но следовало подметить.
– В последние несколько месяцев у меня было достаточно проблем, считая отказы, нарушения, случайные… э-э-э… обстоятельства, когда кто-то заменял другого, – Мавен уклонилась от деталей, переводя взгляд на Весемира. – Йоланд де Горрет, тот кто обещал снять с меня шкурку, дословно выражаясь.
Первый лист со стола она отложила в сторону, усмехаясь.
– Лвер, тот кто обещал отнять у меня мою пивоварню.
Второй лист, вновь в сторону.
– Эрния, очень уж не лестно отзывавшаяся о том, как именно её отец ушел от дела и передал мне свой «уникальный» рецепт. Жаль, что рецепт оказался лишь показухой. Нефий, Йозеф и Аттер.
Задумавшись, она причислила в голове всех, оставаясь довольна.
– Это все, кто докучал мне. Кто отказывался, не соглашался, просил «аудиенции», которая значительно отличается от королевских. Думаю, легко понять, что наши дела всегда ведутся с особой… нежностью, потому что неисполнения или споров любое дело не терпит. Так вот я далеко не святая, Весемир. Если тебе помогут эти имена – пересекайся с каждым. Если тебе нужна будет какая-то помощь, я тебе её предоставлю. В Новиграде на время, пока ты будешь снимать с меня ЭТО, – она вновь оглядела себя, – у тебя будет возможность останавливаться в любом из моих трактиров. Все расходы кладутся на мои плечи.
Ей было непривычно говорить такое и следовать уступкам, но иначе вывернуть ситуацию – невозможно.
– Взамен ты будешь заниматься проклятьем. Целиком и полностью, изучая всех, каждого, любого. Никто из моих людей никогда не помешает, а если потребуется, то окажет помощь. Если что-то нужно знать обо мне, задавай вопросы, потому что моё время в любой момент будет переключаться на тебя.
Переставая изучать листы, Мавен наконец-то подняла голову.
– Я думаю этого достаточно, чтобы понять, насколько решение проблемы важно?

+1

11

Достаточно, – ведьмак заглянул в глаза старухи Мавен. Многие боялись взглядов мутантов, словно те крали души или даже убивали. Вероятно, всё дело в слухах, которые распускали не только кметы, но и некоторые не обделенные чувством юмора ведьмаки, что были совсем не редкостью до печальных событий, положенных «Монструмом». – Проблема проклятий не бывает не важной.
       Весемир улыбнулся, полагая, что сказанное слово, сопровождённое улыбкой, в силах немного расслабить напряженную ситуацию.
       Список имен вероятных подозреваемых, способных пойти на крайние колдовские меры, был не слишком обширным, как предполагал ранее старый вояка. Прежде, со слов Мавен, чуть ли не весь Новиград жаждал расквитаться с ней за прозорливость, удачу, смекалку и, конечно же, отцовское богатство. Зависть, порой, толкает на непоправимые действа, результат которых обычно заканчивается либо на тюремной циновке или же на шибенице под дубом и пение птиц. Кто этот храбрец или глупец? Тот, кому уже нечего терять, либо тот, кто слеп и через чур самоуверен.
       В глубоких думах был Весемир. Дело требовало времени. Такое может занять и месяц, если продвигаться в, так называемом, расследовании неспешным шагом.
       – Все, кого ты перечислила, не стали бы терять время, – заговорил ведьмак вскоре, – если у них проблемы с деньгами. Коли им нужны твои пивоварни, то за каким лешаком, они посылают на тебя проклятие о медленной смерти? Глупо, как по мне. Они и сами, вероятно, не юнцы-мстецы. Хм.
       Ведьмак развернул зеркало к стене, так, чтобы никто не видел его ни с какой стороны. Всё еще в сомнениях, зеркало ли вина всему, он постоял над ним, уткнув руки в бока. Кому нужно было выбирать столь нерасторопный и изысканный стиль избавления от конкурента? Перед тем, как уйти, Весемир задержался в дверях комнаты.
       – Завтрашним утром я зайду сюда снова. Мне надо поразмыслить над всей этой, хм, проблемой.

       Как и было обещано, комнату в одном из Новиградских трактиров, принадлежавших Мавен, ведьмаку предоставили быстро. Это была славная, светлая комната, с большим окном и не скрипучей мебелью. На стене висела картина, смысл которой был неясен, как прежнему жильцу, так и предыдущим зажиточным заезжим. Осматривание смутного шедевра искусства было прервано стуком в дверь. Лошадь накормлена и вычесана. Сумы с седла принесли сюда, в комнату.
       Выудив небольшой деревянный ларец из котомки, Весемир развязал кожаный мешочек и раскрутил его на столе. Кресалом поджег табак, заранее забитый в трубку. Раскурил.
       Старые кости уселись в кресло у окна.
       Задумались.

Отредактировано Весемир (2017-03-20 11:59:56)

+1

12

В словах ведьмака толк определенно был, правда вот Мавен очень сомневалась в истинности этих убеждений. Да, враги бывают разные, да и методы решения любой возникшей проблемы тоже, но ведь есть среди выбора предпочтительных методов есть… особого вида люди. Они не ищут быстрых путей, наслаждаются страданиями жертвы и с особым вниманием следят за развитием событий, в который попал неугодны им. Мавен порой сама грешила такими способами избавления от людей, но никогда не полагалась на время. Когда игра надоедала – в спину всегда проще вставить нож, а затем провернуть.
– В жизни вообще много неприятного, ведьмак, – она пожала плечами, пока еще оставаясь крайне озадаченной. – Многим нравится смотреть, следить, наблюдать. Знаешь, как исследователям, им ведь интересно смотреть как какие-то подопытные ведут себя в той или иной ситуации, занимаясь и издемождением себя или же наоборот. Так почему же и у меня не может быть такого особого поклонника?
Она не требовала ответа на заданный вопрос, скорее наоборот с куда большим удовольствием оставляла его открытым. Ведьмак же в дальнейшем последовал именно так, как и планировал – перенес обсуждение на следующий день, чего Мавен не особо ждала, но и требовать срочного решения проблемы не стремилась. Оценивая проблему самостоятельно, она видела в ней верхушку горы, добраться до которой было вовсе не так просто. Спорить или выступать все-таки не стала, на утверждение вернуться утром лишь кивнула, вновь вернулась к изучению зеркала и в задумчивости сложила руки на груди.
Когда ведьмак покинул дом, Мавен предпочла вновь вернуться к насущному. Стул вновь был придвинут к зеркалу, а задумчивый взгляд старухи с особым негативом и вниманием изучал отражение.
Есть толк?
Один из наемников без церемоний явился в комнату, зная, что излишняя предусмотрительность в настоящее время была пустой тратой времени. Мавен же на его ответ лишь пожала плечами, придерживая молчания.
Ищем еще кого-то или как?
– Нет, пусть ведьмак занимается этим. Пока. Я хочу, чтобы ты нашел других. Листок на столе, там имена. Если уж монстробой уверен, что эти люди не могли поступить столь странно, то вот я – не очень. Хочу убедиться и узнать. Никого не трогать, просто присмотреться, желательно – отправить кого-то на небольшую проверку всех бумаг под покровом ночи. Никто и знать не должен, что я ими интересуюсь. Чем больше информации получу, тем больше я дам денег.
Наемник кивнул, правда деньги сейчас не имели ценности в сравнении с тем спокойствием, которое они все могут получить.
– Как только ведьмак появится на пороге дома, сразу ведите его ко мне. Чем бы я не была занята.
Понял.

+1

13

Ранним утром Весемир скромно, но настойчиво постучал в дверь. Крупными хлопьями падал снег. Было безветренно и холодно. Погребенные снежным покровом улицы пустовали. Народ Новиграда предпочитал лютым морозам теплое пламя из очага, дымящиеся напитки и мягкие кресла. К сожалению, не все могли позволить себе столь уютные места, куда не проберется зимний хлад. Бедняки, попрошайки, бродяги прятались в подвалах, переулках, кутались в найденную ранее рванину, делали всё возможное, чтобы не замерзнуть насмерть.
       Дверь открылась почти что сразу. Ведьмака встретил небритый высокий мужчина хмурого вида, явно не любивший ранние утренние встречи. Узнав закутанного в плащ гостя, наёмник забубнил какие-то ругательства себе под нос. Еще бы! Этот пожилой мутант собирался ограбить их, лишив возможности щедрой платы госпожи Мавен. Тем не менее, Весемира проводила сразу же наверх, в покои молодой старухи.
       Старый мечник не любил ходить вокруг да около, поэтому почти что всю ночь провел в размышлениях о том, как можно, в первую очередь, не снять проклятие, а выявить самого проказника. Давно было подобное, когда Весемир успешно избавил одного профессора от ужасной участи: лицо ученого неожиданно стало напоминать свиное рыло. Безусловно, как и предполагал сам профессор, это было рук одного из студентов, который обратился за помощью к какой-то ведьме полоумной, но обворожительной. Проклятие снялось. К сожалению, ведьме пришлось умереть, также как и молодому мстителю, который, попав под чары, до последнего вздоха защищал свою любовь.
       Ожидая около входа в покои хозяйки поместья, Весемир имел возможность лучше осмотреться. Всё было скромным, однако дорогим и со вкусом. Не зря на эту проклятую тётку горбатилось столько народу. Странно, что наёмники еще не всё растащили. Хотя, ложек да вилок, вероятно, стало меньше.
       – Мавен, – спустя некоторое время ведьмак зашел в комнату, отыскал глазами старуху и остановился поодаль. Зеркало тоже было там. Вновь развернутое к гостям, не к стене. Весемир насупился. Не любил он, когда делали не по его воле, не зная в какой омут прыгают.
– Я могу отыскать человека, виновного в твоих, хм, морщинах и прочем. Однако есть одна сложность.
       Ведьмак подошел к зеркалу, осмотрел своё отражение и вновь развернул его прочь от всех.
       – Нужные ингредиенты, в основном, травы, которых у меня нет. Благо, что живешь ты не в захолустье. Алхимических лавок и ростовщиков в Новиграде достаточно. Только не всё можно купить, хм, просто. Кое-что продается только на черных торгах. Здесь потребуется твоя помощь.
       – Да, Мавен, такой вот интерес, – чуть позже спросил ведьмак. – Что ты сделаешь, когда узнаешь кто, хм, изменил твой облик?

+1

14

Как бы Мавен фон Тимш не крутилась и не отказывалась от явного, ведьмака она все-таки ждала. Стук в дверь, уже привычный голос и странный взгляд этих кошачьих глаз – именно этого она ждала, в особенности голоса, что постепенно объяснял всю соль сложившейся ситуации. Женщина поняла, насколько все было запущено, но вот виду не подала. Отвернутое вновь от неё зеркало, наконец-то озвученные просьбы в помощи поиска необходимого… дело сдвинулось с места, поэтому старуха позволила себе улыбнуться.
– То, что необходимо купить, обходя губительные законы Новиграда, полностью ляжет на мои плечи.
Она махнула рукой, словно бы заранее пресекая все возможные возражения.
Способы и все, что с ними было связано касалось исключительно её. Это свои люди, свои связи, нехитрые переговоры и весьма хитрые убеждения, борьба за цену, установка весомой причины, а также возможное изменение комиссии за все… скрытые торги. Мавен была знакома с такой торговлей, знала какие накрутки её ждут и через каких поставщиков можно будет выйти на уменьшенный процент за все переводы. Подкупить, прикрыть всех своих «коллег» и остаться в глазах Новиграда честным человеком.
Мавен не видела сложности.
– Мне нужно название каждой необходимой тебе мелочи. Никаких бумаг, только на словах.
Немного склонив голову на бок, она впилась взглядом в ведьмака. Правда последующего вопроса не ожидала и даже призадумалась. Ей пришлось отвести взгляд, задумчиво посмотреть в окно и выдержать гнетущую тишину, что помогала сосредоточиться и представить момент.
– Не знаю к чему ты клонишь, – старуха откинулась на спинку стула. – Звучит как вопрос с очень-очень тонким подвохом…
Отрываясь от изучения окна, она вернулась к Весемиру.
– Скорее всего… убью. Но не сразу. В зависимости от того, сколько убытков или проблем я вынесу в итоге, будет строиться период и срок вот этого «не сразу». Но потом обязательно убью. Ты это хотел услышать? Правду. Неприятную, очень резкую правду. Лгать ни к чему, между нами не должно быть недоверия.
Мавен довольно улыбнулась, протягивая руку к небольшому столику и отламывая от сахарной куколки небольшой кусочек. Прежде чем испробовать сладость, она внимательно изучила её в руках, осмотрела с каждой стороны, словно бы оценивая внешний вид прежде чем оценить вкусовые качества.
– Причем убью вне зависимости от того, кем окажется это создание. Интерес удовлетворен? Надеюсь, что да. У меня есть к тебе вопрос. Сколько займет процесс поимки этого человека? И какой шанс на успех в этой игре присутствует как на твоей, так и на моей стороне? И конечно же вопрос денег: аванс заберешь сегодня у охранника, что будет торчать около выхода на улицу. Два увесистых мешочка, пока что не больше и не меньше. Остальные затраты все мои.

+1

15

Белый занавес – больше ничего не было за окном. Снег, вероятно, прекращаться не собирался, возжелав завалить весь Новиград окончательно, до черепичных крыш и дымящихся серыми столбами труб. Многие рассказывали, что под канун нового года, знаемый также как зимний Солтыций, в дома, через эти самые трубы, попадает злой волшебник, что ворует детей и ест их в праздничную ночь. Дети верят и ведут себя так, как следует вести напуганным до смерти – послушно. Весемир, к своему сожалению, не сталкивался со сказочными детоубийцами, а обыкновенных повидал великое множество за свои прожитые годы. Зло вездесуще. Не только в сказках.
       – На словах, – ведьмак пожевал сказанное, размышляя, вспоминая нужные реагенты для тёмного, но крайне простецкого дела. Ритуалы ведьм и колдуний возможно изменить, повернуть вспять или обратить против них самих. Это требует незначительных усилий в магическом плане, но больше затрагивает часть снабжения, а именно необходимых, в частых случаях, совершенно никак не связанных с собой ингредиентов. Однако же не всегда всё бывает столь просто. Магия – предмет хитрый и вольный. Одна ошибка может стать роковой. Поэтому Весемир связывался с ней крайне редко: осторожный ведьмак, осмотрительный.
       Ведьмак дернул плечами и многозначительно покивал, поглаживая усы. Поведанное старухой о последующей мести никак не тронуло его. Весемир знал, что такая женщина, как Мавен не побрезгует испачкать свои старческие руки в крови виновного. Страшная баба, опасная. Ответ её вполне устроил.
       Мавен, тем временем, задавала свой вопрос.
       – Сложно сказать, – отозвался Весемир, немного подумав. – Увидеть увидим, но узнаем ли. Искать, чтобы поймать, можно долго. Если, конечно, на тебя не работают шпики умелые да сыщики знатные. Бывает, что проклятия необратимы, Мавен. Гуль их знает. Коварны они, необъяснимы. Постараться всё же стоит.
       То, что ведьмака внизу ждут два мешочка с оплатой, никак не отразилось на его старческой физиономии. Деньги давно перестали волновать Весемира.
       – Нужен пучок дербенника иволистного, в народе называют его плакун-трава. Покажет сокрытое. Еще одна травка пригодится: одолень-трава. Лечебница она маленькая да удаленькая. Не помню, как по-научному. Хм. Ах да, это просто лилия речная. Лепестки нужны да стебельки. Но не ломанные и не порченные. Сухие – да. Также шалфей. Это чтоб не воняло.
       Весемир думал дальше, сощурив глаза и разглядывая сахарную куколку на столе. Вероятно, вкусная. А старый ведьмак сладости не жаловал. Не то что пироги с капустой.
       – Кость чудища нужна. Мертвеца кость. Молотая. Ползать по Новиграду в поисках убивцев этих – время не жалеть. Однако нужна кость мертвеца, что к жизни вернулся. Надеюсь, плечи твои, что не по зубам законам Новиграда, не будут обмануты. Хочешь – отправляй наёмников на кладбища. В ночь. Шуму пускай только не наделают. Авось повезет, выпрыгнет на живца.
       Последнее ведьмак сказал тише. В глазах блеснул шаловливый огонек.
       – До завтрашнего утра.

Отредактировано Весемир (2017-03-30 10:59:23)

+1

16

Она выслушала все с особой внимательностью, лишь кратковременно задумавшись. Мавен никогда не обладала плохой памятью, поэтому припомнить названия и все, что требовалось не составило ей ни малейшего труда. Больше она удивилась двум наблюдениям: первое, про то что ведьмак не прокомментировал и не ответил на её планы, а вот второе про то, что на кладбище ей придется посылать людей или идти самой. Этого она делать не собиралась, даже не планировала увлекаться ночными вылазками по забытым кладбищам, что и без того наводили на неё долю испуга.
Старуха, изрядно насладившись тишиной, испробовала сахарную куколку и прицыкнула языком, рассасывая сладость.
«Что ж, если он хочет моей смерти – это самое очаровательное и прямое предложение», Мавен усмехнулась своим мыслям, покачивая головой.
– Мои люди в большинстве своем не обладают способностями, чтобы свалить с ног ожившего мертвеца.
Она перекинула ногу на ногу и внимательно оглядела ведьмака, словно бы стараясь взглядом намекнуть на то, что эту часть сделки Весемир бы проделал куда качественнее и эффективнее. Её люди не были золотыми или искусными бойцами, но она все-таки предпочитала не менять их, словно рукавички холодной зимой.
– Дербенник иволистый, что так же зовется «плакун-трава», одолень-трава, что так же у нас «лилия речная», шалфей. Кость чудища, – старуха запнулась, считая само слово «чудище» непригодным для произношения, – кость мертвеца. Скажем так, траву-то я тебе достану, но вот кости, это дело ведьмака. Мои люди наведут шороху, даже не смотря на договоренность с городскими властями.
Мавен цыкнула языком, поднялась на ноги и медленно подошла к ведьмаку.
– Разве в услуги ведьмаков не входят такого рода мелочи? Или ты боишься проблем с теми, кто строит из себя самых главных и опасных в городе? – женщина позволила себе усмехнуться, понимая насколько фраза наполнена лживой идеей. – Я не могу рисковать жизнью тех, кого так придирчиво выискивала для собственной охраны. Да, хреновой на свой лад, но с проклятиями никому из нас встречаться не удавалось прежде. Я договорюсь, упрошу забыть о кладбище на время, пока там будет проводиться маленькая, но интересная встреча местного населения с заезжими из Новиграда, но мне нужен ведьмак. Сопровождения дать – могу, но ведь не будет ли оно лишним?
Прибегая к экономии, Мавен предпочла выбрать поведение серьезное. Обдумав, сказала что хотела, а после уже сложила руки на груди и выдохнула.
– Времени у нас мало. Они не уложатся в твои сроки.

0

17

Весемир по-рыцарски держался серьезным, с каменным лицом темерийского казначея, когда Мавен, услышав о добыче кости мертвеца, принялась рассуждать на заданную тему. После ведьмак взорвался хохотом, чем, безусловно, удивил старуху. Неутраченный по профессии юмор Весемира не многие понимали, более того, понимали единицы, поскольку, в основном, это крохотные перчинки-шутки, радующие старого мастера меча.
       – Не беспокойся, Мавен, – крякнул ведьмак, улыбаясь, и повел указательным пальцем по воздуху, как делают перед детьми, когда что-то запрещают или не советуют. – Не стоит твоим беспокоиться о других падальщиках кладбищенских. Сделаю сам. Работа такая.
       Сказал и положил руки на пояс, на широкий ремень. Настроение было хорошее, поднятое. Повеселила его угрюмая Мавен. Несмотря на возраст и деятельность, Весемир старался не впадать в старческую крайность, угнетая себя происходящим вокруг, и не сетовал на жизнь. Он просто жил, делал свою работу и дышал полной грудью. Бывало, казалось, что этот старый ведьмак начинает мыслить подобно эльфу, мерно, лениво и всесветно. Однако после шуток подобные предположения растворялись в заливистом и громком смехе Весемира.
       – Однако, будь добра, – ведьмак продолжил дельно, – всё ж договориться о том, чтобы не мешали. И я поспрашиваю сам. Авось ведьмак на кладбище и так требуется. Лучше, когда всё по уговору. И коли времени мало, не управятся, говоришь, зайду сам к тебе, когда добуду кость.

+1

18

Она кивнула, оставаясь совершенно довольна ответом. Правда пришлось задуматься, оценивая, каково ведьмакам работать с чудищами, уродинами и прочей утварью, монотонно разбавляющей спокойную жизнь людей. Нет, понять этого она не могла, потому что знала, коли увидит создание отдаленно напоминающее монстра какого – в обморок упадет.
– Тебе не помешает никто, – спокойным голосом ответила старуха. – Это я тебе обещаю, ведьмак. Ни одна живая душа не зайдет на кладбище.
«Потому что эта чертовски ценная кость нужна мне, как воздух».
И Мавен своё обещание обязательно сдержит. Когда ведьмак покинет дом, она позовет капитана её наемников, позовет помощника и двух работяг, что по её просьбе очень тесно общаются с банками. Последних придется призвать для перевозки денег нужным людям, второго же она отправит на поиски всей травы, которую требовалось раздобыть. А вот Родан, пока еще самый ценный наемник Мавен, отправится договариваться с капитаном стражи, падким на деньги. Она найдут все, что потребуется, выполнят каждую мелочь и отчитаются. Старуха не покажет своего довольства, потому что к тому моменту, как вся трава будет лежать в её комнате, ведьмака еще не увидит, не увидит кости и не ощутит этот сладкий вкус маленькой победы. Она не думала о том, что всё может пойти не так.
И даже не хотела.
Именно поэтому уголки губ старухи дрогнули, вырисовывая мягкие очертания улыбки.
– Можешь обратиться к Родану, он часто шарахается около доски объявлений и ознакамливается с тем, что предлагают люди в качестве работы. Возможно, сократит время поиска.
Не зная для чего именно она произнесла всё это, Мавен развернулась на каблуках сапог и прошла к зеркалу, что ведьмак предпочел развернуть к стене. Это чертово зеркало стояло здесь ровно столько, сколько она себя помнит. А если оно и вправду явилось причиной всех бед, то как? Кто посмел явиться с её дом и приступить к такой ошеломительной наглости? Знала старуха, что это кто-то «свой». И посему безмерно хотела найти виновника.
– И, ведьмак… – все еще разглядывая зеркало, она даже не повернулась к нему, – если что-то пойдет не так… наше сотрудничество будет напрасным. Для одной из сторон.
Какой именно, Мавен не уточнила. По её мнению этого не требовалось, потому что только её сторона теряла в этой просьбе почти всё.

+1

19

День, 10 I 65

Выслушав все дальнейшие замечания Мавен, ведьмак понимающе кивнул. Старуха советовала обратиться к некому Родану, который имеет свойство находиться около доски объявлений о всевозможной работе. Вероятно, Роданпрактикующий наёмник с весьма правильным тактом выбора занятия для заработка. Элитных наёмников не так уж много, как, собственно, и ведьмаков. При этом первые не проходят никакой подготавливающей обработки, отчего большинство заканчивает свои долгожданные приключений, о которых мечтали с детства, уже на следующей день, в канаве или брюхе дикого медведя.
       – Не беспокойся, Мавен, – ласковым голосом заговорил Весемир. Бывает, слышишь доброту – успокаиваешься немного. И доверие к человеку или даже к нелюдю, что от сердца помочь желает, крепнет и растет. – Найдем мы этого засранца. А там уж и красота твоя не далеко.
       Уже после ведьмак вспоминал, когда шел прочь от поместья фон Тимш, показалось или нет, но сухие губы старухи сделали подобие улыбки. Это вселяло надежду, что Мавен съёжилась только снаружи, внутри всё еще теплится жизнь.
       Отыскать кость мертвеца в большом городе задачка безусловно непростая. Если, конечно, гули и грайверы уже не болтаются там ночью, раскапывая свежие трупы и поедая их под яркими звездами, в то время, как смотритель дрожит где-нибудь за стеной, зная, что или кто сейчас набивает пасть на его городском могильнике. Коли так, то народ бы уже шептался, распуская слухи по всей округе. В этом случае старый ведьмак мог забрать объявление об успокаивании мертвецов, поговорить с командором стражи, получить плату за выполнение, взять кость и вернутся обратно в поместье фон Тимш, убив двух зайцев сразу. К сожалению, такая удача редко когда встречалась.
       Вторым вариантом было отправиться за стены Новиграда, искать в местных селах и деревеньках. На тамошних погостах, казалось, мертвецы чаще досаждают живым. Местные, не имея стражников или рыцарей Ордена, полагаются на свою милицию с вилами и рогатинами, что не всегда успешно может сладить. Бывает, голова просит помощи у города, но только в славные дни, при хорошем настроении помощь прибывает в сроки. 
       Весемир неожиданно быстро для себя добрался к доске объявлений, около которой действительно стоял некто, заложив руки за спину и внимательно изучающий прикрепленные бумаги. Был он при оружии, широкоплечий, серьезный.
       – Родан? – хриплым, но добротным голосом спросил ведьмак, подходя вплотную. И не дожидаясь ответа, продолжил: – Раз уж ты тут всё изучаешь, скажи-ка: есть ли работа для ведьмака?

Отредактировано Весемир (2017-04-07 12:16:36)

+1

20

Ведьмак? – Родан, отвлекся от изучения доски объявлений и немного склонил голову на бок. – Работа есть у Мавен, сам же был у нее. Или… а, понял.
Хоть Родан и был одним из немногих мозговитых наёмников среди всех, что кружились вокруг Мавен, но вот иногда глупить он мог. Хотя в целом Родан и вправду немного не понял: покуда у ведьмака уже было дело, толку то лезть в новое? Поговорки есть на такой случай, да и правдивыми они оказать могут очень просто. Однако, не смотря на мысли, отказывать в помощи ввести в курс дела Родан не мог, потому что доску объявлений изучил весьма досконально, стараясь понимать что именно у кого творится и где именно стоит быть осторожным. Истинное же предназначение доски объявлений заключалось в шифрованной передаче информации, которую он ждал уже не первый день. Это самый удивительный способ обмена тайнами, потому что хоть доску многие изучают, но вот доскональным разбором мелочей здесь мало кто заниматься будет.
Владелец кузни в северной части года ищет того, кто принесет ему какую-то хрень из развалин, они неподалеку от деревеньки, к лесу. Покуда знаю, там одна чертовщина творится и объявление это висит тут уже не первый день, – Родан ткнул пальцем в пергамент, наспех прикрепленный к доске. – Барен просит разобраться с какими-то цветами в саду, это тоже за пределами города. То ли этот пьянчуга окончательно спился, то ли его цветы какие-то и вправду жрут людей. В той части пропали пару человек, но так как там неподалеку воды, а следов пропажи нет, уверен, просто потонули, как от Барена ушли. Собственно, после весомого количества выпитого.
Он усмехнулся, сложил руки на груди.
Есть еще баба какая-то, у неё муж пропал, а крайний раз около кладбища видели. Найти просит.
Родан невесело ухмыльнулся. Знать он не знал, что женщина, что просьбу выставила, мужа своего не видела уже как третий день, а не вернулся он от любовницы своей. Знать она не знала, что тот мертвый лежит, а надежду все еще не теряла.
А вот в борделе завтра будет праздник, – он потёр руки, – у маман, точнее, праздник. Раздуть хочет его на весь город, сниженные цены предлагает и всякого рода услуги. Коли интересно, ты туда наведайся, место хорошее. Врать бы тут не стал. Ну и крайнее… тролль в пещере засел. Ворует у проезжих баб юбки, а у мужиков штаны. Насколько это правдиво не знаю, награды нет, просто как предупреждение выставили.
Бегло оглядев доску, Родан посчитал, что поделился с ведьмаком всей доступной ему информацией.
Вот тебе и выбор.

Отредактировано Мавен (2017-04-09 15:17:01)

+1

21

День-вечер, 10 I 65

Внимательно выслушав краткий отчет Родана о творящихся делах в окрестностях, Весемир поймал себя на мысли, что Новиград ничуть не изменился: всё также пропадают люди, кого-то жрут, кто-то исчезает, но даже при таких несчастьях местные продолжают находить повод для веселья, вместо того, чтобы совместно разобраться с проблемами.
      – Бордель это, конечно, хорошо, – мерно проскрипел ведьмак старческим голосом, – но не для моей седой головы такие приключения. А тролль, говоришь? Дело серьезное. Ты там проверь, но портянки-то двумя руками придерживай на всяковый случай. Бед у вас ворох, а мужики по борделям. Холера вас побери. Ладно, будь здоров. Спасибо за новости.
       Пропавший близ кладбища давал надежду, что пропал он благодаря мертвецу, что приполз кормиться. Вероятно, давеча помер кто. Закопали неглубоко. Вот запах и привлек уродца. Гуль, не иначе. Остальные падальщики не столь общительны, предпочитают тёмные места, подземелья или склепы пыльные. Оттого они и свирепее, что гостей редко встречают.
       Вернувшись в трактир, старый ведьмак уселся на скамью.
       – Хозяин, ржаной! И поесть чего-нибудь сытного, будь добр.
       На него косились, некоторые не скрывали отвращения, кто-то несколько раз чертыхнулся, один задохлого вида мужичок с кислой мордой отсел. Весемир, не обращая внимания, сидел и думал. Давно уже привык к подобному. Люди боятся неизвестного. Известное уже не столь страшно.
       На стол поставили дымящуюся тарелку с похлебкой, в которой плавали целая разваренная картошка, несколько кусков моркови, лук и петрушка. Отдельно принесли рыбу с сухарями и стаканчик темерской ржаной.
       Съев почти что безвкусный суп, ведьмак выпил, сказал «ух» и закусил сухарем. Рыба была недосоленная. Опосля посидев немного, раздумывая о разном, ведьмак поднялся к себе.
       В комнате, где остановился Весемир, ничего не изменилось. Лишь свеча на столе догорела, оставив лужицу воска в подсвечнике. Коли гули на погосте балуются, следует подготовиться перед тем, как навестить их. Серебряный меч с наточенным лезвием молнией завертелся в руке, издав еле слышный шуршащий звук. Рукоять, обмотанная кожей василиска, удобно сидела в руке. На яблоке эфеса скалилась искусно вырезанная волчья морда, почти такая же, как и на медальоне цеха. Старый был меч, но опытный, под стать своему владельцу, многих чудищ одолевший.
       С глухим звуком откупорив одну склянку, Весемир, взяв гусиное перо, аккуратно нанес на сверкающее лезвие масляную жидкость. Следовало подождать недолго, пока не высохнет. Следующая процедура перед самим кладбищем укрепит эффект. Гули заплачут от обжигающей боли. После меча Весемир открыл маленький деревянный ларец и вытащил оттуда «Иволгу» и «Черную чайку». Эти пузырьки были пристегнуты к ремню.
       Надев поверх туники короткую кольчугу, застегнув застежки на дублете, а после закрепив наплечники из дубленной крепкой кожи, Весемир сжал кулаки, оглядывая наручи с разбросанными по ним серебряным широкими шипами. Сделав пару махов с мечом и довольствуясь звуком, ведьмак убрал клинок в ножны и вышел за дверь.

Отредактировано Весемир (2017-04-15 22:30:51)

+1

22

Она никогда не знала, как именно ведьмаки проявляются себя в работе. Да и Мавен не солгала бы, сказав, что ей это и не хотелось знать. Монстры, звери, уродцы, создания которые отталкивают лишь одним видом – это все приносило для Мавен лишь головокружение. Но тем не менее, ей было интересно, добрался ли ведьмак до кладбища и нашёл ли все-таки то, чего она так ждала? Мавен не знала. Но хотела бы знать. Она хотела бы услышать скрип двери, громкий голос наемников, что встречали ведьмака. А еще больше хотела наконец-то узнать о том, кто решился накинуться на неё с проклятьем.
Перед ней уже лежали все травы, что он просил найти. Она осматривала их с особым вниманием, но старалась не притрагиваться ни к одной из представленных мелочей. Вдруг что-то сделает не так, вдруг сломает или еще хуже – заставит траву каким-то волшебным образом потерять свой смысл во всем этом «ритуале», иначе она не могла все это назвать.
Ближе к вечеру Родан отчитался о встрече с ведьмаком, а Мавен не стала задавать лишних вопросов. После он отчитался о том послании, которого ожидал. Поставки были сорваны и ведь это должно было разочаровать её, но не в этот день. Сегодня старуха отмахнулась, накинула на плечи покрывало и откинулась на спинку кресла, прикрывая глаза.
«Надеюсь, ты справишься, ведьмак», она услышала как хлопнула дверь, опустила голову. Именно сегодня она болела. Именно сегодня ей было особенно дурно, все тело дрожало, отвратительные мысли не отступали. Ей казалось, что Весемир где-то ошибется, что-то пойдет не так но… какая-то вторая её часть стремилась к иному развитию. Весемир вышел победителем и принес тот трофей, который сегодня был для неё не просто бесценен.
Впервые в жизни она ощутила такое переживание. И это было неприятно.
Где-то на первом этаже дома раздался смех, что прокатился по всему дому и заставил стекла дрожать. Даже Мавен встретила этот смех с дрожью, не понимая, как вообще можно в такой ситуации веселиться? Но наёмникам всегда было плевать, потому что их забота заканчивалась на деньгах. Покуда заказчик платит, работа будет, а покуда у заказчика кончились деньги, то нового найти заботы и вовсе не составит.

+1

23

Ночь-утро, 12 I 65
Оставалось несколько часов до рассвета, в чью спасительную силу верят многие кметы и вельможи. Нечистая сила, говорят они, жестами молясь, боится света, боится солнца и его лучей. Чудища и мертвецы убегают скорей, забиваются в темные щели, скулят и злятся, ожидая томительное приближение темноты, чтобы тогда вновь вырваться из своих пещер для совершения дел страшных и жестоких. Ведьмаки плевали с высокого дуба на такие замечания, потому что правдой они особо не отличались. Конечно, водились в мире существа, света солнечного плохо переносящие, но то были редкие единицы. Остальные монстры вполне себе уживались и под солнцем.
       Весемир сплюнул и посмотрел в небо. Звезды медленно таяли, а черное полотно белело. Стоял мороз, благо накануне снег перестал сыпать. Кладбище и так завалило. Пришлось долго топтаться, пока чудо не вылезло. Мороженое, медлительное умертвие довольно сопело, что наконец-то в холода пожаловала еда. Появился этот гуль несколько недель назад, до того, как начались снегопады. Местные перестали ходить на кладбище. Однако недавно мужик какой-то шатался вместе с любовницей. В тайне встречались. Гуль его загрыз, потрапезничал. Баба в слезах-соплях убежала, никому не говорила, боялась немилость вызвать и шлюхой зваться.
       Рядом трещал костер, в пламени которого исчезало тело мертвого падальщика с отрезанной ведьмаком конечностью. Несмотря на огонь, тепла не было, веяло могильным холодом, неприятием, страхом и болью. Так всегда бывает, когда сжигаешь уже умершую жизнь. Возможно, это просто суеверия, которыми люди живут. Весемир не верил им, ни суевериям, ни людям. Поэтому его уроки по теории и монстрологии в Каэр Морхене были порой скучными, усыпляющими даже для него самого.

       Сутки спустя, ближе к полудню Весемир добрался до поместья фон Тимш. Довольные на красные от мороза морды наёмники впустили старого мастера меча внутрь. Обсуждали предстоящий праздник в именитом борделе. Кто кого, как и сколько. Однако лица их моментально переменились: Весемир был серьезен, бледность после эликсира еще не сошла, на крюке болталась изувеченная конечность гуля, но больше пугал меч с оскалившейся мордой волка на яблоке рукоятки. Пугал и вызывал трепет зависти.
       – Холодно, парни, а? – Весело поприветствовал наёмных ведьмак, снимая плащ и вручая в руки покорному слуге поместья.
       – Утро бодрое, Мавен, – Весемир зашел в покои, глазами отыскал старуху и выложенные перед ней ингредиенты для предстоящего ритуала. – Вижу, что готова. Ха! А говорила, что не управятся твои молодцы в срок. Так, к делу.
       Ведьмак снял оружие, поставив меч в угол. Вытащил нож и быстро, привычно отделил кость гуля от жесткой серой кожи. Все доказательства, что ведьмаки притаскивали с собой, всегда вызывали бурю отвращения.
       – Так, милсдарыня Мавен, – заговорил после Весемир, поднимаясь с колен и выхлопывая прилипшую гадость с рук. – Теперь делай, как скажу. Все окна должны быть закрыты. Шторами, бельем, платьем. Чем угодно. В комнате будешь ты одна. Перед зеркалом, которое…
       Ведьмак резво положил зеркало на пол.
       – … будет лежать. Наверх, вот сюда, положи в кучку дербенник, одолень-траву, аккуратно, не поломай, а поверх кость мертвеца вот эту.
       Весемир передал бледную небольшую косточку, одну из фаланг.
       – В полной темноте, подожжешь всё. Смотри, будь быстра и внимательна. Гореть будет не долго. Успей разглядеть. В зеркале ищи лицо.
       Он потоптался немного и вышел, бросив Мавен, что будет рядом на всякий случай.
       Настала тишина.

Отредактировано Весемир (2017-04-17 09:16:42)

+1

24

– Коли не управились, ты бы их внизу не встретил, – Мавен полная серьезного тона ответила Весемиру, наконец-то находя в себе силы самую малость улыбнуться.
Она была безмерно рада видеть ведьмака, но вот совершенно не ожидала той картины, что разворачивалась перед глазами. Какая-то часть мертвеца, отвратительный запах – всё это заставляло Мавен сдерживать слезы и прижимать руку к носу, дабы не показывать всех мелочей проведенного совершенно недавно ужина. Он был прекрасен именно на столе, но вот на полу никак не будет.
Не смотря же на общее состояние, она внимательно слушала ведьмака и старалась не упускать всех моментов, что должны были быть важными. Резкие движения и вот уже ведьмак вытирает руки от грязи, налипшей на руки. Мавен пошатнулась, побледнела, но более вижу не подала, лишь кивнула.
Через мгновение она во весь голос орала, призывая к себе слуг. Дверь в комнату распахнулась, молодые девушки получив задание, сбежали вон и очень скоро вернулись с плотной тканью, что уже аккуратно закреплялась на окнах. Девушки внимательно изучали свои труды, дабы никак щелочек не виднелось, да и делали это хоть и быстро, не действительно качественно. Мавен за ними не следила. Слушала ведьмака, не сводя взгляда.
– Дербенник, одолень-трава, кость… вот эта… – Мавен приняла кость, покрутила в руках и кивнула. – Что ж, хорошо, ведьмак.
Старуха подняла взгляд на Весемира и улыбнулась уголками губ, предвкушая очень скорое решение возникающих проблем. Слуги очень скоро сбежали их комнаты, отчитываясь об окончании поставленной задачи и её готовности. Мавен отмахнулась от них, провожая взглядом только Весемира.
И тогда хлопнула дверь. Старуха, что до недавнего времени ощущала этот приятный вкус победы, наконец-то поняла насколько боится и насколько ей непривычно проводить ритуалы… но стоило поторопиться.
Трава была разложена аккуратно, кость мертвеца – мягко прижимала всю растительности в самого верха. Несколько искр – не удалось поджечь траву. И еще несколько – огонек вспыхнул, осветив комнату, придав ей устрашающий вид… Старуха все-таки пододвинулась к зеркалу ближе, устремила взгляд в отражение и принялась смотреть. Внимательно. Очень внимательно.
И старый ведьмак не соврал. Она увидела очертания, знакомые, причем до боли знакомые.
Старуха стиснула зубы, вглядываясь в то лицо, что открылось перед её взором. Все тоже знакомое, очень знакомое.
– С-с-сука…
Ведьмак был прав во всем. Она видела. Очень кратко, быстро. Но этого момента хватило, чтобы запомнить тот, чье отражение теперь стояло перед глазами.
«Не может такого быть. Брехня!»
– Ведьмак! – она гаркнула довольно громко, подтверждая тем самым, что это маленькое таинство завершилось. Вот удачно или нет – разобрать по тону было слишком сложно. И именно на этом Мавен предпочла сыграть. Дверь открылась, а она продолжила говорить:
– Твои… предположения или точнее уверенность в том, что эта вот ведьминская игра поможет были правдивыми. Видела я человека. Но совершенно мне не знакомого. Рожа квадратная, глаза злые, губы тонки и словно бы сложенные в ухмылке, сам лысый. И гадкий.
На ходу выдумав описание, Мавен сложила руки, выглядя в сумраке весьма уверенно.
«Брехня, все должно быть брехней. Не может это был он… Родана послать в Вызиму. Притащить его сюда за шкирку…»

+1

25

Утро-день, 12 I 65

Тишина – субъект непредсказуемый и пугливый. Весемир прислонился к стене, сложив руки на груди, слушал, как шуршала и тяжело дышала за дверью Мавен, чувствовал, как страшно ей было и сколько силы воли требовали последующие её действия: поджечь и заглянуть в истину.
       Некоторые служанки, что принесли для своей хозяйки густое полотнище для завешивания окна, также остались на этаже. Только стояли поодаль, выглядывая из-за угла, боясь ведьмака, шептались, обсуждая Весемира.
       – Говорят, им чудища не боязны, потому что они сами чудища.
       – Да враки этна, дурёшка! Ты посмотри. Аки мой дедуля седой. Токмо глаза у моего уже слепые, белые. А этот хоть и стар, но видать силен. Не похож на чудищ.
       – Во-во, глазища-то какие! Грят, они могут взглядом одним околдовать.
       – Да, слышала. Могут.
       – Еще заставят вытворят чаво. Охо-хо.
       – Тихо. Он смотрит.
       – Сюда?
       – Да.
       – Пш! Ох, боженьки!
       Весемир тихо посмеялся, когда служанки вихрем слетели вниз после того, как он глянул в их сторону. До чего же люд иногда попадается странный, глупый и наивный, верующий всему, что слышит. Однако подобные сплетни могли работать как на руку, так и, к сожалению, против. Сколько глупцов доставали вилы и жгли факелы, когда странствующий ведьмак готов был оказать помощь. Упрямые кметы гнали его взашей, вместо того, чтобы сотрудничать. Глупцы!
       Тем временем, Мавен шепотом выругалась. Значит, узнала кого-то. И этот кто-то был явно не в списке подозреваемых. Несколько мгновений после лихорадочного водоворота мыслей непонимания и неуверенности, хозяйка поместья фон Тимш громко окликнула ведьмака. Да таким голосом, что Весемир слегка растерялся, словно старуха увидела в зеркале его лицо, отчего ругать будут непосредственно выполнившего уговор ведьмака.
       Он открыл дверь и быстро вошел. Мавен тут же описала ему увиденный облик.
       – Лысый злодей с ужасной рожей, – подвел итог ведьмак. В памяти всплыл образ одного ведьмака из цеха Кота, которого Весемир встречал не единожды. Однако проклятия не были привычным занятием для Гаэтана. Более того, не в его духе.
       Сидя в сумраке, Мавен выглядела уверенной. Но было заметно, что несмотря на то, что её острый взгляд вонзался в Весемира каждый раз как она моргала, мысли старухи были заняты другим.
       – А не обманываешь ли ты меня, Мавен, хозяйка двух пивоварен и нескольких трактиров в Редании? Ложь я не люблю.
       Весемир нахмурился и сложил руки на груди.

+1

26

Мавен была наслышана проницательностью некоторых людей, поэтому особого вида удивления к вопросу ведьмака не подала. Вместо того, чтобы заверять его в обратном и настаивать на своем, она позволила себе улыбнуться, сложить руки на груди и цыкнуть, словно бы желая выделить сообразительность Весемира.
– Говорил мне отец, что коли ложь своей роли не сыграла, да собеседника не переубедила – режь правдой. Правда использовать такие повороты советовал… редко, – её улыбка впервые за долгое время сверкала искренностью.
Мавен искренне ценила ведьмака, потому что с каждым его новым словом уверяла себя – он не простой «зеленый» и только выдвинувшийся на тракт монстробой. Совсем нет, он был начинен опытом, познаниями и имел свои взгляды на всё творившееся вокруг. Она ценила это.
– Буду откровенной: рожа не квадратная, лысый, губы в ухмылке – ложь. Чистая, пусть и не так удачно выданная, чтобы сокрыть то, что я и без того скрою правдой. Про глаза не соврала, злые глаза у того человека. И его я знаю. Лучше, чем ты думаешь.
Старуха опустила руки, глянула на зеркало еще раз и с пренебрежением отметила, что запах горелых трав в соотношении с костями мертвецов вовсе не был приятным. Нужно было позвать слуг, заставить их убрать всю дрянь из дома, выкинуть это зеркало и вызвать к себе тех, кому доверяли только самые тайные и самые сокровенные дела. Правда Мавен сомневалась в правильности этого решения, не все умели держать язык за зубами, а её маленькая тайны, что приоткрыла свою завесу была одной из самых важных…
– Тот, кто глядел на меня находится в Темерии. Это далеко не ближний свет, а чтобы вытащить его в Новиград мне нужно время. И ресурсы, так как эту рыбку на простого червяка не поймать. На этом описание случившегося считаю верным закончить. Вопроса осталось два: есть ли возможность снять это без того кто заботливо переживал о моем внешнем виде? И крайний… есть ли шанс, что спустя какое-то время ты, ведьмак, вернешься в Новиград, если без причины проклятия нельзя его будет и снять?
Она совершенно не хотела оставлять всё нерешенным, хотя получила то, о чем грезила. Точнее даже увидела то, чего ей хватило для отказа от резких действий. Всё это было только по одной причине: она не верила зеркалу, не верила его способностям показывать правду, не верила в то, что этот человек с взглядом полным злости мог такое сделать.

+1

27

День, 12 I 65
Солнечно

Мавен призналась в обмане. Легко и непринужденно. Весемир хмуриться не перестал. Стоял и слушал дальнейшие слова старухи. Правда её была лишь о глазах. Злые были глаза у человека в зеркале. Мавен узнала их, узнала кому принадлежат. Ведьмак догадался о ком идет речь, но не сказал, решив немного или же вовсе помолчать.
       Наложивший проклятие находился сейчас в темерских землях. Далеко же убежал виновник и завистник. Вероятно в Вызиму или же ближайшие окрестности, где не столь скучно для отпрыска знатного рода. Отчего же изверги колдующие и терзания насылающие так в Вызиму любят слетаться. Помнил еще Весемир, как Геральту выпала честь королю Фольтесту родную дочь расколдовывать из стрыги обратно в человека. Благо всё кончилось, только вот шрам получил он во всю морду свою ведьмацкую. Ситуация с Мавен была несколько иная. Вернуть молодость можно было двумя путями: первое, менее вероятное, провести незатейливый обряд с кровью проклявшего, и второе, что самое простое и в частых случаях все действенное, убить проклявшего. Говорить Мавен об этом Весемир не стал. Сперва пускай отыщет этого знакомого человека с злыми глазами.
       Тем временем старуха задала самый нужный вопрос.
       – Нет, – тут же ответил ведьмак. Ответил резко, как не хотел. – Нет, Мавен, нельзя без него. В Новиграде я могу оказаться в любое время. Как дорога сложиться.
       Воцарилась тишина.
       Старческое лицо Мавен казалось очень озабоченным и расстроенным. Построенные надежды на то, что час спасения от проклятия близок, рухнули. Всё было куда запутаннее, чем ожидалось.
       – Что будешь делать с дитём своим? – в лоб спросил Весемир. – Да и я уговора пока не выполнил.

+1

28

Другого ответа Мавен не ожидала. Не успела она ни расстроиться, ни в ярость удариться. Сохранить предпочла тот взгляд, что явно подчеркивал её внимательность и напряжённость. Весемир не дал ей ни единого повода для радости или хотя бы мимолетной улыбки. Не дал спокойно выдохнуть.
Но Мавен не могла его винить.
На заданный вопрос она усмехнулась, прошла к окну и сдернула с него ткань, что прятала за собой прекрасный вид города, спокойно погрязшего в ночном бедламе. Было тихо, но город жил. Было спокойно, но город никогда не смог сдержать в своих стенах такое редкое явление. Мавен оглядела крыши домов, проследила за передвигающимся по улочке караулу и заметила, что в нильфгаардском посольстве горит свет, а также двигаются тени. Кто-то бурно обсуждал что-то с кем-то, как показалось старухе.
– Что еще может сделать мать, ведьмак, попади в такую ситуацию? – она не повернулась к нему, всё еще с предельным интересом следя за игрой теней в чужом окне.
Для неё принятое решение было чертовски простым. Не жестоким, как она считала, не наглым. Она хотела вести себя как мать, но желание убить сына почему-то не пропадало. Мальчишка никогда не остерегался её, писал письма, всегда вел себя заботливо и даже помогал в случаях непредвиденных. Мальчишка её был старшим ребенком и весьма приятным в воспитании, она не могла понять где недоглядела или оступилась.
Но если понадобится… если не сложится, она его убьет.
– Сначала я найду его, потому что умение сына перемещаться с места на место и при этом оставаться почти незаметным – удивительное. Я хочу поговорить. Он же знает об этом, – она осмотрела свои руки, хмыкнув. – Что же, характером он явно отошел далеко от отца, прибиваясь ближе к моему крылу.
А свою наглость она знала достаточно, чтобы понимать, как может обернуться вся затея найти мальчишку. С другой же стороны она, например, в его возрасте даже подумать о таком не могла: лишить родителя всего и при этом так унизить? Вздор! Ошибка в воспитании, причем чья именно Мавен знала прекрасно.
– Ты показал мне кто может быть виноват. Показал мне с чего я хочу начать, – старуха развернулась от окна. – Это достаточно для того, чтобы дело сдвинулось с мертвой точки. Для оплаты труда – достаточно. Не мелочись, знать цену себе и своим стараниям всегда надо.
Легкая ухмылка тронула её губы.
– Если ты явишься в Новиград, значит ищи меня, ищи моих людей. Возможно… к тому времени мне нужна будет помощь. Я надеюсь, что она будет нужна. Оплату свою заберешь на выходе из дома, слева небольшая комнатушка, там сидит мальчишка. Он выдаст твой мешочек с монетами. А мне нужно время. Много времени, чтобы поймать гаденыша…
Разворачиваясь вновь к окну, Мавен переменила милость на гнев, уверенно принимая решение найти и как минимум выпороть сына. И плевать, что ему было уже девятнадцать зим. Выпороть прилюдно. Чтобы он ощутил тот стыд, который еще долгое время после ощущала Мавен, слыша как её называют «старухой».

+1

29

Старуха развеяла сомнения. Мавен говорила спокойным голосом, всё было решено. Одни надежды рухнули, за другие же предстояло зацепиться. Старший ребенок фон Тимш оказался виновником столь неприятного для глаз перевоплощения. Тем не менее, уж лучше морщины, чем какое-либо извращенное уродство, кое за свои зимы повидал Весемир не раз. Мотивы были яснее нильфгаардского солнца: алчность и зависть юного сердца. Они чаще всего подвержены низким и гнусным помыслам подобно проклятиям или же убийствам. Цель одна, но достижение её разнится.
       – Я запомню, – ответил Весемир на приглашение о следующем визите Новиграда.
       Ведьмак еще постоял немного, оглядывая комнату. Зеркало покоилось на полу. Ненужное, невыносимое, треклятое зеркало. Куча пепла лежала на широкой деревянной раме. Сгорела даже кость – столь сильно было желание узреть истину, что ритуал выжил все соки из необходимых для его проведения ингредиентов. Ткань, что некогда покрывала собой окно, валялась на полу. Маленькая сухая фигура старухи стояла рядом, сложив костлявые руги на груди. Она смотрела в окно, думая о своём. Весемир знал, что терзает её мысли.
       – Я желаю тебе удачи, – искренне сказал он и напоследок сложил знак аксий, дабы успокоить тревогу на душе этой женщины.
       Он бесшумно вышел, спустился вниз, миновал группу шепчущихся наёмников, свернул налево в комнату. Как и было обещано, там сидел мальчик. Юнец не выказал испуга, лишь любопытство. Отдал плату и спросил, вылечил ли ведьмак тётушку?
       Весемир промолчал в ответ. Затем ушел.

Отредактировано Весемир (2017-04-27 13:28:59)

+1