2.0
1. Полное имя:
Кхайр Бельтан аэп Лион

2. Возраст | Дата рождения:
28 лет. Дата рождения – 3 февраля 1237 года.

3. Раса:
Человек.

4. Род занятий:
Офицер резервной армии Нильфгаарда, лейтенант стражи. Участвовал в Цинтрийском походе в составе частей сопровождения бригады «Наузикаа». Возглавляет собственный отряд, созданный специально для борьбы с бандформированиями. Обязанности вне фронта  - обеспечение порядка в провинциях, расследование дел об убийствах, кражах et cetera. Отряд стражников выполнял свои обязанности по специальному назначению Ваттье де Ридо в промежуток 1261-1263 гг. - особые задания в провинциях и Городе Золотых Башен.
Благодаря рекомендации фельдмаршала Мэнно Коегоорна, 15 октября 1263 г. причислен к бригаде "Импера", элитному подразделению нильфгаардской армии. Командование отрядом стражников передано в руки бывшего сержанта Хермана Гриндербарка по прозвищу "Сиплый".
Кхайр нёс службу во дворце до инцидента, который грозил конфликтом с торговыми гильдиями и политической оппозицией. Лейтенант был прикомандирован к дворцовому вивисектору и дипломату Каэрину аэп Даккэ в качестве официального телохранителя и, неофициально, - агента. Кхайр нёс службу до тех пор, пока проблемы семьи не вынудили его взять своеобразный отпуск и пуститься на поиски убежища от нажитых врагов.

5. Внешность:
Молодой человек среднего телосложения. Обладает природными для его возраста силой, скоростью реакции, выносливостью и ловкостью, нисколько не выдающимися за рамки обычных человеческих. Здоров и хорошо сложен. По манере часто склонять голову видно, что лейтенант достаточно много времени проводит за письменным столом, в чтении и за бумажной работой. Однако стального цвета глаза всё прекрасно видят. Русые волосы чаще всего коротко острижены в согласии с уставом и во избежание болезней.  Прямой нос несёт на себе следы нескольких переломов. У Кхайра непропорционально короткая и крепкая шея, но при этом  аккуратная челюсть, носящая все тридцать два зуба - редкость среди солдат. Щёки чуть впалые, что наводит на мысли о пренебрежении трёхразовым питанием. Но на деле это фамильная черта аэп Лионов, равно как и благородная бледность лица. Кхайр обладает слабой мимикой, на его лице редко отражаются достаточно сильные эмоции.
В полевом быту носит полную форму – обязывает положение. Если кто-то бряцает доспехами и шагает в ритме марша, даже если лагерь давно встал на привал, то можно смело говорить, что это Кхайр. Доспехи чёрные, с ложной позолотой краёв, краска на них местами облупилась, обнажая блистающую сталь. Неизменный шлем с забралом надевает редко. Броня не раз уберегала его от ранений, поэтому сложно заметить где-то на теле Кхайра шрамы. В мирной обстановке предпочитает обыкновенную холщовую рубаху, кожаный жилет и зелёные льняные штаны, заправленные в грубые форменные сапоги нильфгаардской армии. Мундир надевает при исполнении обязанностей стражника – официальном аресте или обыске. Имеет и уставной комплект стражника – кирасу, кольчугу и поддоспешник, шлем и поножи с наручами.
В светском разговоре он обычно полуусмехается, вместо того чтоб сильно рассмеяться, двигается вяло и как бы с неохотой. Всё это не вяжется с живым, постоянно что-то ищущим взглядом. Многие, плохо знакомые с лейтенантом, находят его нервным и пришибленным чем-то. Но всё меняется, как только в поле зрения аэп Лиона появляется что-то по-настоящему интересное: например, появляется старый друг или намечается драка. Движения оживляются, на прежде флегматичном лице появляется яркая улыбка или оскал. Можно сказать, бросаться из крайности в крайность – из полной апатии в веселье, из меланхолии в радость, из аскезы в дионисийство, - это самая характерная для Кхайра черта поведения. Это видно даже по внезапным переходам на повышенный тон, когда молодой солдат уже не в силах прятать сильные эмоции под маской спокойствия. С годами службы его невроз всё больше обострялся - особенно после поражений в дуэлях, порой почти смертельных. Особенно ярким примером оказалась встреча с бывшим офицером "Имперы", который дал сильнейший отпор при попытке ареста и едва не убил бывшего стражника. С тех пор Кхайр носит много тщательно скрываемых следов от рубящих ударов на туловище и конечностях. Он даже перестал обривать голову по уставу в знак того, что недостоин называться рыцарем до тех пор, пока не одолеет противника. Молодой человек стал невероятно угрюм и сосредоточен с тех пор. Служба императору принесла ему ещё больше ран и ожог на половину лица - подарок наёмного убийцы-ведьмака, под чей клинок Кхайр героически подставился, надеясь спасти Эмгыра вар Эмрейса. Лечение спасло лейтенанта от смерти и уродства, но обострило старые недуги - пристрастие к алхимии довело организм до ломки. Лечебные зелья помогли спасти жизнь другому агенту, но сам рыцарь чувствовал в себе странную эйфорию каждый раз, когда принимал резко пахнущую жидкость. Самоконтроль, молитва и меры по борьбе с токсинами помогли Кхайру очиститься. В первый месяц это грозило открытием старых ран и ломкой, и младший аэп Лион прибег к помощи храма для борьбы с собственным телом. Почти всю весну он проводит в назаирском храме Великого Солнца, пытаясь бороться с агонией. От передозировки зельями собственного рецепта нильфгаардец стал бледнее, лицо значительно осунулось, ритм сердца участился. Лекари при обследовании солдата могут заметить, что его печень значительно расширилась. После частичного выздоровления Кхайр серьёзно повреждает себе руку на задании в Туссенте, но его спасает уже магическая помощь, предоставленная благодарной княгиней. К тридцати годам Кхайр начинает выглядеть как очень сильно потрёпанный жизнью мужчина. Его возраст трудно определить при первом впечатлении.

6. Характер:
Всегда спокоен, редко повышает голос. Не знает полутонов в разговоре и полумер в действии. Производит впечатление апатичного и медленного человека до тех пор, пока не начинается конфликт. По темпераменту – необычная смесь флегматика и холерика, склонен к быстрой смене намерений. Кхайра можно назвать иррациональным и глупым когда дело касается отношений между людьми, но это не мешает ему быть отличным командиром, вокруг которого сплотились совершенно разные люди. Он умеет внушить уважение словами и поступками, и старается соответствовать идеалам рыцарства по образцу легендарных всадников Нильфгаарда. У многих это вызывает уважение, но в большинстве своём Кхайр слышит насмешки. Будучи глубоко верующим и хорошо образованным человеком, он часто принимает злословие близко к сердцу. На фоне остальных солдат, необычно религиозный, праведный и яростный в бою, он выглядит как белая ворона. Аэп Лионы не признают кумовства и заставляют своих детей продвигаться по карьере собственными силами, поэтому в лейтенанте живёт бесконечная упёртость и стремление доказать верность идеалам фамилии любыми способами. Именно благодаря этому Кхайр сумел сохранить статус-кво, характер, глубокую веру и идеализм в шестернях военной машины Нильфгаарда. Ему до сих пор удавалось держаться своих принципов, но с каждым годом это всё труднее. Если задание можно выполнить без кровопролития, то лейтенант приложит все усилия для того чтоб договориться – ведь война слишком часто сталкивает солдат и мирное население.
Его абсолютно не заботит всё светское. Приёмы, банкеты, собрания, интриги и заговоры – это не его. Кхайр фаталистично, со рвением верующего человека отдал себя службе, как и мечтал с детства. Его всегда интересовали другие люди, иного сословия, и этот интерес окупился сторицей – в его части служили удачные, подходящие люди. Из аэп Лиона получился командир не только благодаря умению драться, но и умению чувствовать потребности солдат отряда. Спустя год их смело можно было назвать отличной командой. Тем не менее, при всей способности понимать своих солдат, командир так и не разобрался в себе. К двадцати восьми годам он начал пугать родственников чрезмерным аскетизмом, в особенности отсутствием интереса к женщинам. Ключ к этой проблеме лежал не в его увлечении алхимией, как некогда думали многие, а в природной фанатичности и верности аэп Лиона своему делу – и ни в чём более.
Будучи верным слугой Императора, он считает твёрдую власть самодержца, опирающуюся на верное дворянство и культ, лучшей формой правления. Не признаёт демократических улучшений, объясняя свою неприязнь к проконституционной оппозиции словами: «В архитектуре пирамидальные строения – самые прочные. Так же можно сказать и об обществе. Дав свободу тем, кто её не заслуживает, мы развалим пирамиду». Кхайр стремится к справедливому социальному неравенству и идеалам иерархической меритократии под властью богоизбранного императора. Потому предан Эмгыру вар Эмрейсу лично, как и весь дом Лионов. Однако он не одобряет притеснений магов, учёных и нелюдей. Антирасизм и симпатия к магам могут толкнуть к конфликту со службой, но до сих пор лишь подстёгивали ненависть к нордлингам. Корни такого мировоззрения лежат в дворянском образовании, делавшем акцент на веру предков, философию, историю, фехтование и Старшую Речь, а также эльфийскую и краснолюдскую культуру. Воспитанная ненависть к нордлингам, варварам, уничтожившим высокие нелюдские культуры, глубоко запала в сердце юноши. Особенно эта ненависть усилилась из-за слухов о погромах в нелюдских кварталах Севера. Однако эти взгляды вполне могут измениться при столкновении с белками. Всё зависит от первого впечатления. Ведь до этого Кхайр видел лишь эльфов-слуг и трудяг-краснолюдов, забывших от сытой жизни о своих корнях. Да и нордлингов он рисует как сплошь расистов, шовинистов и вообще зверолюдей. Слом такого отношения не заставит себя ждать. В общих чертах – типичный аристократ-стоик, патриот и защитник угнетённых, коих много среди двадцатилетних. Обыкновенный молодой идеалист, который непременно переживёт слом убеждений на службе – как и множество офицеров до него. Война, стража, пережитые катастрофы, болезни и ранения сделали из лейтенанта хмурого мужчину той породы, который до конца разочаровался в своём деле. К двадцати девяти годам он окончательно бросает алхимию и вместо спасения страны и императора начинает заниматься спасением жизни и чести семьи. Его вера в превосходство нильфгаардского рыцарства стремительно тает, а фанатичная вера становится всё слабее. Он переживает слом убеждений, из-за чего становится хмур и раздражителен, всё реже берётся за меч. Конфликты с братьями и многочисленные покушения на жизнь не оставляют ему иного выбора, кроме как на время затаиться и уйти из поля зрения государства.
Но от руки Белого Пламени, Пляшущего на Курганах Врагов ещё никто уходил без последствий.

7. Цели:
На своём коротком веку Кхайр поучаствовал в событиях, которые многие не смогли пережить. Он сохранил трезвый рассудок и убеждения, честь не стала для него пустым звуком после кровавейших битв и подлых покушений. Теперь он ищет возможность осесть - найти уголок, где его не достанут нажитые за годы подвигов недоброжелатели.

8. История персонажа:
Правильно было бы начать со времён императора Торреса и сказания о солдате, спасшем ему жизнь, ведь именно эта история передаётся из поколения в поколение семьи Лионов и служит доказательством их благородства. Издревле они были родом воинов, воспитывающих лучших солдат для Империи. Всесторонне развитых умелых бойцов - настоящих лидеров. Но история рода не столь сильно интересовала Кхайра, как история мировая. Выросший в столице Нильфгаарда – городе Золотых Башен, одним из четверых детей Бельтана аэп Лиона, человека распутного, но прекрасного государственного служащего и солдата, мальчик рано приучился к самостоятельности. Его мать умерла при родах, и за ребёнка отвечал отец, со смертью любимой ещё больше привязавшийся к сыну. За быстро росшим любознательным мальчишкой еле поспевали няньки, он обучался у лучших учителей Империи различным наукам, а фехтовать и сражаться верхом на лошади его научил отец. Взрослея в суровом мужском обществе отца и трёх братьев – Тегана, Франциска и Деррита, Кхайр становился настоящим воином. Он умело обращался с мечом и щитом и прекрасно чувствовал себя в тяжёлых доспехах. Но, к сожалению, юношу не особо жаловали лошади. И никак не шло обучение владению луком. Эти недостатки с лихвой компенсировал ум стратега, вскормленный вечерами в башне-библиотеке фамильного поместья Лионов недалеко от столицы. Там же юноша постигал азы философии, учил историю и стратегию, а также обучился первой помощи и основам алхимии. На неокрепший ум во многом повлияли нравоучения учителей и репетиторов, сдобренные подзатыльниками отца и насмешками старших братьев. Юноша рос настоящим нильфгаардцем. И гордился этим.
У Кхайра было мало друзей. Он жил в постоянных тренировках и занятиях в башне. Но это не помешало ему прекрасно разбираться в людях – у поместья была прислуга, а у прислуги тоже были дети. Братьям было строго-настрого запрещено общаться с отпрысками простолюдинов, и у детей формировались типичные для их сословия предубеждения. Под влиянием взрослых они тоже начали считать кметов грязными, невежественными и дикими - и Кхайр тоже начинал так считать. Но младшему аэп Лиону всё равно были очень интересны эти дети, а детям был очень интересен дворянский мальчишка. Вопреки мнению родителя и братьев он очень часто пытался с ними играть, и не находил их ни злыми, ни дикими. Пожалуй, глупыми, но не более того.
Младший аэп Лион не был заносчивым и гордым чудовищем, как множество других благородных отпрысков, но время и сословие сыграли свою роль: однажды за игры с этими детьми Кхайра попросту наказали. И ему пришлось довольствоваться обществом братьев, как всегда. Однако мальчик так и не поселил в сердце ту гордыню, которая свойственна каждому ребёнку благородных кровей.
Однажды, спустя неделю после тринадцатилетия, мальчик решил проехаться на лошади по округе поместья.  Ему надоело общество взрослых, и он решил провести день на свежем морозном воздухе, в лесу. Взяв с собой подаренный отцом меч, и оседлав любимого пегого коня по кличке Луч, дворянский сын отправился в сосновую рощу, к любимому ручью. В тот день было необычно холодно даже в тулупе. Конная прогулка прошла бы удачно, если б не случайная встреча у ручья. Только подъехав к незамерзающему ручью, мальчик увидел краснолюда, набиравшего воду в железное ведро. Рядом с ним лежала котомка и большой молот прекрасной гномской работы. Оглянувшись, краснолюд ойкнул и замер на месте, держа наполовину полное ведро в здоровенной руке.  Мальчик был удивлён, до этого он краснолюдов не видел. Из нелюдей ему были знакомы только эльфы, с которыми отец вёл какие-то дела и семья низушков-поваров. Ступор достаточно быстро отступил. Краснолюд спросил имя мальчика, и услышав «Кхайр аэп Лион», побледнел ещё больше и убежал, прихватив свои пожитки и ведро с водой.  Когда Кхайр вернулся домой и рассказал о случае отцу, тот рассказал ему о том, что простолюдинам нельзя воровать на господских землях. Спустя день этот краснолюд был пойман и казнён через повешение. В этом не было ничего расисткого, такая же судьба постигла бы и человека. Но с тех пор Кхайр чувствует скрытую вину за каждую пролитую каплю нелюдской крови. Даже если она проливается далеко на Севере.
Образованием сынов Бельтана занимался мэтр Гуллиман, толстоватый маг с отталкивающей внешностью – из-за зоба он напоминал жабу, но почему-то не хотел его убирать. Он преподавал историю и географию. Общество прикомандированного к знатному дому чародея сильно повлияло на Кхайра, и он почерпнул множество знаний о магии, положении чародеев в разных странах и заинтересовался алхимией. Домашнее обучение дало плоды: юноша смог освоить приготовление лечебных зелий, но далось это с трудом. Там, где другие братья смогли обучиться стрельбе из лука и более изящным формам фехтования, Кхайр не преуспел, потратив эти часы на занятия в библиотеке. Отец до конца так и не одобрил это увлечение сына, а сам учитель горько покачивал головой и говорил что для полноты таланта мальчику не хватает магического дара и усидчивости. В общем и целом это увлечение дало ему очень горькие плоды. Спустя пару лет службы он обнаружил что пристрастился к собственным зельям – но было уже поздно. Но даже после этого младший аэп Лион не изменил отношения к учителю. Он хранит свою зависимость в тайне, совершенствуя рецепт и пытаясь ослабить жестокий эффект реагентов – дисфункцию почек и печени. Но у изучения возможностей организма была и положительная сторона: у мэтра Кхайр обучился оказанию первой помощи, получил знания об анатомии.
Религиозность Кхайра до сих пор остаётся тайной как для братьев, так и для отца и учителей. Мать аэп Лионов была очень набожной женщиной, но с её смертью весь фанатичный запал словно перешёл к младшему сыну вместе с последним дыханием измученной при родах женщины. Кхайр часто ходил в храмы ещё в совсем малом возрасте, непременно затаскивая туда отца при случае. Его религиозность носила характер инстинктивный, многие находили ребёнка восхищённо глядящим на изображения святых, выслушивающим историю от служителя культа Великого Солнца. Религия нильфгаардцев изначально предназначалась для мужчин, воинов, и совсем не удивительно, что Кхайр так упорствовал на тренировках, безуспешно стараясь превзойти братьев. Со временем упражнения с мечом стали для него видом молитвы, а служба – обрядом. У каждого из четырёх братьев фамилии аэп Лион есть свой особый талант. И талантом Кхайра была искренняя вера, умение быть иррациональным не в ущерб ближним. Его вера никогда не доставляла родственникам дискомфорта. Врагам – напротив. 
К совершеннолетию – шестнадцати годам, обученный многим наукам, Кхайр пошёл в армию. Многие годы ему внушали, что он предназначен для этой задачи – воевать в рядах имперской кавалерии. Тем сильнее было разочарование, когда отец отправил его в пехотную часть под Виковаро, этим гарнизоном командовал брат Бельтана и дядя Кхайра – Стефан аэп Лион. Отряд Кхайра, по иронии судьбы, был сборной солянкой из солдат с самых разных концов империи. Большинство из них были рядовыми из приграничных провинций – Метинна, Назаир, Маг Турга, Эббинг. И конечно же, командовал этим отрядом не Кхайр, а старший офицер. Все аэп Лионы начинают с рядовых, неся службу бок о бок с неблагородными людьми – такова традиция. Но это не значит что Бельтан отдал бы сыновей на растерзание в чудовищную часть вроде Чёрной Пехоты. Задачей дяди было показать юноше, насколько трудно командовать людьми и нести тяготы службы. Кхайр стерпел разочарование и всё прекрасно понял.
Первый бой окупил всё.
Отряд сопровождал обоз сборщика податей поздним летним вечером, когда попал в неожиданную засаду. Первым человеком, которого убил Кхайр, стал худой разбойник-каннибал, пытавшийся откусить ему нос в борьбе. Юноша убил его быстро и без сожалений, будто давно мечтал о такой возможности. Отряд из десяти человек потерял двоих  - такая же по численности ганза была полностью уничтожена. Виковарские разбойники с северного тракта близ гор Тир Тохаир в верхнем течении реки Им Дебар рассчитывали как раз на то, что зелёные пехотинцы не смогут ничего противопоставить бывалым рубакам – и ошиблись.
Потому что в отряде аэп Лиона служили не только сыновья кметов, но и бывшие браконьеры. Потому что за два месяца казавшихся бесполезными патрулей они успели сплотиться благодаря невероятной харизме старшего офицера и знаниям Кхайра. Служба в части полковника Стефана превратила их в настоящих солдат – и после они попадали на всё более опасные участки трактов близ гномьих гор. Ещё лучше их таланты раскрывались при службе в городах – Дарн Дыф, Дарн Рован. На их счету было множество случаев проявления отваги при исполнении, и спустя полгода Кхайр получил звание сержанта. Два года Кхайр вместе с расширившимся кадром из двадцати солдат служил в других провинциях империи, ликвидируя мелкие банды. Почти полгода они провели в чудовищно криминализированной Геммере, потеряв достаточно бойцов. Фамилию «аэп Лион» в этой провинции хорошо запомнили, и Стефан, а позже и Бельтан получали неоднократные письма с угрозами. Простые крестьянские дети благодаря знаниям аэп Лиона стали необыкновенно эффективной антибандитской частью. Уже в двадцать лет Кхайр вместе с частью был отправлен в Назаир, попав на настоящую крестьянскую войну. Ходили слухи что отряд аэп Лион не должен был попадать в эту горячую точку, и виной всему – злоумышленная подделка документов недоброжелателями семьи.  Но в итоге Назаир стал звёздным часом отряда.
Кхайр сопротивлялся назначению как мог, в лицо говоря полковнику – собственному дяде, что ни за что не пойдёт сражаться против толпы кметов с отрядом из двадцати человек. Против этого в нём кричало всё: от инстинкта самосохранения до мировоззрения. Ему не хотело убивать людей, которые взбунтовались против несправедливого хлебного налога в голодный год. Но даже полковник ничего не мог поделать – печать фельдмаршала на бумаге ясно говорила: приказ должен быть исполнен. Двадцать бывших хлеборобов, рыбаков и охотников под командованием дворянского сынка-реакционера, который гонит их сражаться против таких хлеборобов, рыбаков и охотников. Притом, основные части подавления восстания ещё не подошли, а те что успели – оказались пойманы в весьма хитро устроенные засады в виде волчьих ям. Восстание должно было быть подавлено самым жестоким образом, ведь кровь имперских солдат уже пролилась. А Назаир был завоёван не так давно, чтоб рассматривать восставших не как потенциальных сепаратистов.
Кхайр не был великолепным солдатом. Не был великолепным алхимиком. Не был великолепным шпионом, хотя Теган – его брат-дипломат, научил его нескольким хитрым приёмам, которые помогли бы слиться с толпой. Но у младшего аэп Лиона был невероятный дар искренности и убеждения. В тот день он с риском для жизни, звания и чести семьи поскакал на Луче к добротно собранным оборонительным сооружениям назаирцев. Под белым флагом, без крылатого шлема, внушающего страх противнику. Солтыс был подслеповат и почти отдал команду «Огонь!» - стрелы пронзили бы броню с легкостью, но командир лучников вовремя заметил белую тряпку на копье всадника.
Они вели переговоры два часа. Восстание улеглось с подходом основных частей противников. Кметам была поставлена провизия, оказана помощь. Погибших – оплакали. Виновных в разжигании – наказали. Для многих это выглядело как чудо, но только не для Кхайра. Ему пришлось долго объяснять  дяде Стефану что произошло, и в итоге несколько частей согласились пожертвовать фураж крестьянам перед холодной осенью.
Именно тогда Бельтан передал сыну фамильную чёрную броню, которую Кхайр носил, сияя от гордости. Со временем командование даже оценило ход сержанта и перестало донимать семью многочисленными допросами о случившемся. Проверки на лояльность прекратились с жалобой Франциска императору – семья аэп Лионов сражалась против Узурпатора в день возвращения вар Эмрейса.
Впоследствии Кхайр добился у начальства  перевода на более сложные задания, уверяя что его люди – лучшая часть для борьбы с любыми проявлениями бандитизма. Так он попал обратно в столицу и его часть влилась в состав городской полиции, с целью помочь страже в борьбе с организованной преступностью. Вначале назначение показалось солдатам пустяшным, но вскоре выяснилось, что по всему городу Золотых Башен работает преступная группировка, ячейки которой есть в каждой части города. Так пошла волна зачисток наркопритонов и тайных складов, походов в канализацию по инициативе Кхайра. Вместе со знавшей городскую канализацию наизусть стражей, солдаты стали настоящей грозой преступности, снизив её уровень вполовину. В зачистках приходилось сталкиваться с крупными местными ганзами, приверженцами культа Львиноголового Паука и контрабандистами, перевозившими фисштех. Ещё чаще – с утопцами, от которых приходилось спасаться бегством или заманивать в устроенные инженерами ловушки. В результате этой борьбы Кхайр заслужил право называться настоящим Лионом и дорос до звания лейтенанта полиции. Теперь он обогнал своих братьев, которые так и остались сержантами-десятниками, а средний – Теган, служил дипломатом. На тот момент молодому человеку было уже двадцать три года. А Тегану – двадцать девять. Франциску и Дерриту же – тридцать и двадцать восемь. Что удивительно, между братьями не было абсолютно никакого соперничества. Лионы всегда держались вместе и служили Великому Солнцу и Белому Пламени, Пляшущему на Курганах Врагов. Их гербом так и остался Лев и Солнце. А девиз «Ab urbe condita» звучит как никогда громко. Исполняя долг стражника, Кхайр впервые за двадцать шесть лет влюбляется, но благодаря врождённой неспособности к социализации и плохому знанию женщин, упускает возможность продолжить отношения с понравившейся ему эльфкой-циркачкой и даёт ей возможность отправиться в дальнейшее путешествие. Она даёт ему прядь волос, дабы рыцарь успокоился и ждал её - безрезультатно. Единственной подругой аэп Лиона на протяжении многих лет будет война. Он бережно хранит имя возлюбленной в памяти и прядь её волос в кулоне, но у истории не будет завершения - они не встретятся.
Но Кхайр не знал что в действительно приготовила ему профессия. Впутавшись в дела преступных группировок, лейтенант не смог не задеть властных интересов. Необычную для стражи активность приметил имперская контрразведка, которой не нравились вмешательства законников в давно отлаженную систему. У агентов Ваттье де Ридо было два выхода: ликвидировать источник неприятностей или переместить его. И они выбрали весьма изящный способ избавиться от аэп Лиона - взять под свою юрисдикцию весь отряд. И отправить на несколько сложных, но решаемых заданий. В нескольких случаях разведка перестаралась, отправив Кхайра с минимальным сопровождением в места, где стражников спасало только чудо. Одним из таких мест стал замок Орёл на Отшибе, где поселился чародей-ренегат, занимавшийся некромантией. Нильфгаардцев спасло от участи стать жертвами эксперимента только вмешательство наёмника по имени Лео Бонарт, который вовремя остановился на привал в руинах. Шокированный и испуганный произошедшим, Кхайр ещё много раз будет упоминать события той ночи. И ещё множество более мистических случаев, которые происходили с ним на службе.
за это время он успел почти потерять контакты с братьями, но дом регулярно посещал Деррит аэп Лион - и несколько раз даже помогал в служебных делах. Кхайр и подумать не мог что сойдётся с самым вольнолюбивым из четвёрки, но у Деррита регулярно появлялись проблемы личного характера - приходилось выручать друг друга так часто, насколько это возможно при исполнении воинского долга. Особенно тяжело стало во время начала Цинтрийской кампании. Двое братьев выдвинулись вместе с торжественной рыцарской процессией на фронт, сопровождаемые верными солдатами. В дороге Кхайра ждали проблемы с алхимической зависимостью столкновения с жителями имперских провинций за реквизицию, следовавшие за армией стаи падальщиков разных видов и мастей. В Цинтре всё было ещё хуже, особенно для брата, попавшего в Содденскую мясорубку. Деррит выжил, но Кхайр так сильно переживал за него и Франциска, что нёс службу весьма скверно - до тех пор, пока не объявились лесные партизаны князя Владислава. Отряд аэп Лиона великолепно проявил себя при поимке разбойников - как и много раз до того, на большаках разных провинций. За эффективное командование фельдмаршал Мэнно Коегоорн предложил лейтенанту перейти в бригаду "Импера" и служить в императорском дворце после курса соответствующих тренировок. Кхайр был польщён и многое усвоил благодаря поучениями опытного полководца - но жестокость Цинтры и казнь Владислава через разрыв желудка водой он запомнил на всю жизнь. Командование отрядом переходило к принявшему офицерское звание сержанту Херману Гриндербарку, верному другу и соратнику лейтенанта.
После Цинтрийской кампании Кхайр пережил минуту позора, о которой никто кроме него не узнал - в придорожном трактире его едва не убил в поединке рыцарь в безымянный раубриттер в чёрной броне. Он же и спас лейтенанта, отвезя полуживого противника к лекарям. Но от пережитого позора будущий солдат "Имперы" так и не оправился. Он перестал обривать голову по уставу и стал неулыбчив, надеясь когда-нибудь взять реванш. А до тех пор были тренировки и караул в коридорах дворца. Кхайру довелось исполнить мечту - говорить с императором лично, один на один, и даже охотиться с ним бок о бок. Но каждый раз такая встреча с Белым Пламенем оборачивалась катастрофой, в ходе которой гвардейцы "Имперы" проявляли себя с лучшей стороны. Кхайр и соратники храбро защищали императора как при столкновении с дикими зверьми и лешим, так и за пиршественным столом - когда нужно было проверить пищу. Но самоотречение Кхайра не привело ни к чему хорошему и в этот раз. Он умудрился ввязаться в конфликт между гильдиями, политической оппозицией и лояльными императору силами. Эмгыр вар Эмрейс, понимавший что гвардейцы с громкими дворянскими фамилиями могут стать во дворце удобными объектами для манипуляций, отдаёт аэп Лиона в распоряжение Каэрина аэп Даккэ, имперского дипломата. Эта служба должна была стать финальной проверкой верности солдата - и Кхайр проявляет себя весьма решительным и верным трону агентом, помощь которого становится бесценной для других людей вивисектора. Его лояльность проходит финальную проверку во время гладиаторских боёв на Назаирской арене - во время попытки покушения на императора Кхайр бросается наперерез убийце-ведьмаку и получает ожог половины лица. Эмгыр вар Эмрейс оказывается спасён ценой здоровья верного, обожающего его гвардейца. И Кхайр ничуть не жалеет о пережитом, хотя после ран и невероятного стресса получает обострение зависимости от зелий - которое успешно вылечивает, поклявшись больше никогда не заниматься тем, для чего нужно специальное образование и природный дар. Его спасает молитва, пост и силы жрецов Великого Солнца. Каэрин аэп Даккэ призывает рыцаря для очередной работы в Туссент после лечения, но пережитые потрясения и прошлое не дают Кхайру собраться с силами. В трактире "Фазанщина" у него случается очередной конфликт на пустом месте с туссентским рыцарем Матиасом Руккеном, в который вмешивает его брат Деррит и внезапный призрак из прошлого - безымянный Чёрный Рыцаря, год назад едва не убивший младшего аэп Лиона. В ходе конфликта Матиас убивает Чёрного Рыцаря, который встаёт на его пути, но дальнейший бой с Кхайром останавливает стража. Бывший стражник сидит в тюрьме до тех пор, пока туссентский князь Раймунд не объявляет рыцарям прощение. Матиас и Кхайр, нашедшие за решёткой общий язык, сражаются на потеху публике во дворце, и Кхайр снова терпит поражение - как некогда от Чёрного Рыцаря. В бою он ломает руку. Дальнейшие события, связанные с убийством князя, нельзя описать иначе как хаос и кровавую баню. Каэрин, двигавшийся с посольством в Туссент, чувствовал что здесь что-то случится - но то что в качестве убийц выступят офирцы и котолак - и предположить не мог. В попытке спасти князя Кхайр получает смертельное ранение, но выкарабкивается. После пережитого он вымаливает у аэп Даккэ проездную грамоту в Цинтру и право выехать за границу империи в попытке найти Фьёрн, но дальнейшие планы всё ещё рисуются ему неясными. Кхайр не видит будущего, как раньше. Рыцарь был в гуще событий, который сломали его, и теперь остаётся лишь один выход: успокоиться. Найти способ избежать возмездия тех, кому доставил неприятности и помочь хватившей горе семье. Это, пожалуй, единственное что сейчас по-настоящему важно для нильфгаардца с львом и солнцем на гербе. Забыть о том, кем ты был раньше и решить личные проблемы.
Хватит гнаться за призраками.

9. Навыки и умения:
Владение мечом и щитом на среднем уровне. Для ведьмака или человека с большим опытом – слабый противник.
Как и любой солдат, хорошо обращается с копьём - верхом и в строю. Но владеет им хуже чем мечом.
Ловко передвигается в тяжёлых доспехах.
Умеет оказывать простейшую первую помощь при порезах, ушибах, переломах, растяжениях и лёгких ранах.                                                         
Практикует алхимию до событий 6 апреля 1265 года.
Начитан, знает родной нильфгаардский, Всеобщий и Старшую Речь.
Прирождённый командир.
Умеет готовить.

10. Слабые стороны:
Задумчив и невнимателен, может легко напороться на засаду или получить нож в спину. Если доспехи не спасут. Это качество всегда играло с ним злую шутку в рейдах, и поэтому в разведке Кхайр полагается на других.
Плохо социализирован. С трудом даются светские беседы и разговоры в атмосфере банкета, за столом.
Опасается и плохо понимает женщин.
Неспособен стрелять из лука. Не дано.
В разговоре с нордлингами часто бестактен, может спровоцировать конфликт.
Не терпит расизм и ксенофобию. Очень легко уязвим, когда речь заходит о его мировоззрении.
Никогда не боролся с чудовищами.
Плохо дерётся на кулаках. Приложить хорошо может, но в драке проиграет.
Периодически испытывает ломку после отказа от зелий.
События в Назаире заставили Кхайра бояться и презирать ведьмаков.
Не охотится.

11. Имущество:
Фамильные чёрные с ложной позолотой доспехи. Шлем с забралом и чёрными крыльями. Под доспехами кольчуга и повседневная свободная одежда. На поясе сумка с бинтами и зельями, а так же несколько пустых пузырьков. Меч и щит с гербом. Кошелёк с пятью флоренами на поясе. Конь по имени Луч. Дом в центре Нильфгаарда. Огромная библиотека и лаборатория. Кот по имени Сэр Ланселап.

Об игроке:
1. Планы на персонажа:
Оформить красивую сюжетную ветку, которую было бы не стыдно потом читать.
2. Связь: ICQ, Skype
Discord: Askold#7209
3. Знакомство с миром:
Прочитаны все книги, просмотрен и забыт сериал, пройдены игры. Даже комиксы пролистаны.

Отредактировано Кхайр аэп Лион (2017-01-24 21:44:22)