Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава I: Время перемен » Наши матери, наши отцы


Наши матери, наши отцы

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Время: 6-ое июля 1264 г.
Место: императорский дворец в Городе Золотых Башен
Действующие лица: лейтенант Кхайр аэп Лион, его величество Эмгыр вар Эмрей Деитвен Аддан ын Карн аэп Морвудд. Ещё несколько гвардейцев.
Описание: Замок хранит множество тайн, которых стоит бояться даже самому императору. Немало скелетов в шкафу, немало крови, слёз и разбитых судеб.
Гвардейцы "Имперы" клянутся защитить своего императора от любой опасности. Но могут ли они защитить его от призраков прошлого?

+1

2

[AVA]http://s017.radikal.ru/i406/1605/13/ee62e46a29d4.jpg[/AVA]У Эмгыра вар Эмрейса было множество привычек,  раздражающих  его подчиненных.  Его Величество дурно спал - иногда вставал до восхода, а иногда работал всю ночь, заставляя сонных горничных носить ему крепкий чай или кофе. Его тянуло на уединенные прогулки в чахлом придворцовом саду. В такие моменты он вежливо, но строго приказывал гвардейцам держаться на как можно более почтительном расстоянии,  а сам скрывался в зарослях диких яблонь и груш. Конечно же Эмгыр не был безрассуден, и никогда не подвергал себя излишнему риску, однако охрана его все равно была делом непростым, а сам император иногда лениво огрызался, давая понять что он еще достаточно молод и находится в здравом уме, посему не нуждается в постоянном и неотлучном сопровождении.  Одной из черт Эмгыра, несомненно добавлявшей головной боли страже, была его неизменная любовь к широкому балкону, расположенному  на том же этаже, что и  его покои.  На нем он предпочитал встречать закат, в гордом одиночестве окидывая усталым взглядом город. Или наслаждаясь книгой. Предварительно изгнав гвардейцев даже от дверей кабинета, дабы  в полной мере наслаждался одиночеством, которого в его жизни было одновременно очень много и в то же время - мучительно мало, из-за вечно снующей по всюду прислуги и охраны. За юность, проведенную в Северных лесах, он очень сильно отвык от дворцов и больших городов, и до сих пор не мог привыкнуть к жизни в городе Золотых Башен, хотя во времена изгнания грезил его чистым, светлым силуэтом...
  Спокойный поток размышлений Эмгыра был прерван тихим, но вполне от отчетливым "дзынь", которое смогло за мгновение превратить меланхолический настрой Эмрейса в боевой.  На ходу подсчитывая количество гвардейцев на ближайшем посту, Император с самым решительным видом ворвался в кабинет, оголяя верный кортик  - в таких ситуациях определенно стоит положится на элемент неожиданности, да и в любом случае, свою шкуру Белое Пламя собирался продавать только очень дорого. Громкое -Стража! - прозвучало в его устах как боевой клич.  Однако уже через минуту его боевой запал вновь поутих. В кабинете было пусто. Совершенно пусто. Только на полу валялись осколки подарка одного ковирского дипломата, довольно-таки безвкусной по мнению самого Эмгыра вазы. Ваза стояла там исключительно из уважения к дарителю, император притерпелся к ней и решительно не обращал внимания на фарворое недоразумение. Но вот сегодня мирно стоявшая на своем месте целых две недели, ваза благополучно упала и разбилась без чьей-либо видимой помощи. В кабинет влетела четверка вооруженных до зубов Саламандр, и встревоженный непонятным происшествием Эмгыр почувствовал себя весьма неловко. Но вида не подал.
- Эта ваза упала без видимых причин. Я был снаружи и не знаю, что могло заставить ее упасть. Двое  - на пост, ты - позови служанку, пусть потом здесь приберется, а ты, лейтенант, верно?  Обыщи здесь все как следует, лейтенант. Бдительность нам не помешает.
Вар Эмрейсу не хотелось признаваться себе в том, что в глубине души он был рад избавлению от вазы, однако приятное чувство не отпускало его, когда он рассматривал осколки. К тому же он вдруг ощутил... дуновение сквозняка? Как будто бы он стоял подле закрытой двери. Белое Пламя еще более посерьезнел, а рука его легла на рукоять кортика.
-Лейтенант аэп Лион, осмотрите эту стену. Со всем тщанием.

Отредактировано Эмгыр вар Эмрейс (2016-06-13 22:07:10)

+1

3

Лейтенант аэп Лион начал ненавидеть этот замок с самого начала службы.
Он ненавидел извилистые, плохо освещённые коридоры. Маленькие, узкие комнатки, в которых становился бесполезен длинный меч. Чересчур открытую и просторную тронную залу, которую порой заполняли несколько десятков человек - идеальная возможность для покушения. Назначение в "Имперу" несло с собой тяжёлые тренировки, недосып и чудовищную муштру. В глазах Кхайра столь любимый многими императорский замок стал чудовищем, которое необходимо победить. Сегодняшняя смена обещала быть долгой.
С позднего вечера до утра в полном облачении - такого не было даже в страже. Форма "Имперы" даже спустя месяцы казалась лейтенанту до жути неудобной. Если в страже дозволялось подбирать некоторые части брони "под себя", а иногда - и вовсе носить собственную, то в гвардии подобное было невозможно. Солдаты должны были выглядеть так, словно ничем не отличаются друг от друга, как части одного механизма. Здесь не было места рыцарскому фанфаронству.

С момента заступления в караул сегодня прошло уже три часа. Лейтенант впервые заступил на пост возле покоев императора и старался быть на взводе, прокручивая для бодрости в голове картины из боевого прошлого. Назаир, служба в патрулях, стража, цинтрийский фронт, служба у Ваттье де Ридо и "Импера" - было что вспомнить. Мало у кого из молодых офицеров была столь же богатая биография. Многим сослуживцам казалось что в аэп Лионе слишком много энергии для дворянского сынка, отсиживающегося в запасе. Даже в "Импере" к нему относились с ощутимым пренебрежением. Даже сейчас  стоявший по другую сторону от входа гвардеец кидал на лейтенанта полные подозрения взгляды. Возле арки, ведущей к лестнице вниз, стояли ещё двое солдат. По выправке было видно - в "Импере" они давно.
Ни единого движения за три часа. Чёрт побери, они даже с ноги на ногу не переступали.
Эта ночь была бы хуже долгого поста у северных ворот зимой, но случилось нечто из ряда вон выходящее.
-Стража! – раздался громкий голос из-за двери. Император звал на помощь!
Кхайр уверился в том, что стоящие в концах коридора гвардейцы - не статуи, только тогда, когда они сорвались с места и побежали к двери. Солдат рядом резко рванул дверь на себя и влетел внутрь, бряцая доспехами. Оставалось лишь вбежать следом и обнаружить в комнате…
Разбитую вазу?
Гвардейцы не были знатоками человеческой натуры, и потому смотрели на происшествие с недоумением. Сам Кхайр невольно переступал с ноги на ногу, стараясь перебороть в себе чувство дискомфорта. Император Эмгыр вар Эмрейс не был  тем человеком, которого стоило видеть в подобных обстоятельствах. Ещё недавно аэп Лиону было сложно представить себе что император – обычный человек, который спит, ест, испражняется и даже водит к себе любовниц. Сегодняшней ночью лейтенант до конца понял – его господин не идеален.
Император - трус? Нет, не может быть. Прочь, прочь  такие мысли.
Не стоило углубляться в мысли во время ночной стражи. Это чревато потерей внимантельности.
-…лейтенант аэп Лион, осмотрите эту стену. Со всем тщанием.
Кхайр встрепенулся,  едва не поглядев императору в глаза. В комнате было тихо, слишком тихо для комнаты, в которой находилось пятеро солдат и император.
-Эм… Так точно.
Латные сапоги ступали по мраморному полу, вызывая отчётливое эхо в коридоре. Гвардеец с факелом стоял  возле дверного проёма, снаружи – охранял вход. Серебряные саламандры в отблесках пламени выглядели так, будто плавятся. Лейтенант дотронулся до стены, возле которой стояла ваза, нечаянно наступив на фарфоровые осколки. Раздался отвратительный треск, от которого стиснулись зубы. Взгляд упал на небольшой зазор между камином и стеной.
-Мой император, тут трещина… - рука в латной перчатке протиснулась в зазор, и лейтенант нащупал странный выступ, похожий на… рычаг? Лейтенант внимательно посмотрел на остальных солдат. –Кажется, здесь что-то вроде тайника.
Аэп Лион снял перчатку и  вновь просунул руку в зазор. Наличие рычага ощущалось так ясно, что не оставалось сомнений – здесь действительно имеет место какой-то механизм. Возможно, не стоило опускать рычаг, не посоветовавшись с императором – но Кхайру как-то не пришло такое в голову.
И зря.
Раздался характерный скрип шестерней, и  камин начал двигаться. С углов посыпалась пыль, а всё что было на полке – упало вниз. Движение стенки сопровождалось  инфернальным скрежетом, который можно было услышать даже на лестнице внизу.
Перед кроватью императора открылся большой, тёмный дверной проём, из которого веяло холодом.
-Удивительно. - Кхайр выдохнул, ощутив как с души упал тяжёлый груз.

+1

4

[AVA]http://s017.radikal.ru/i406/1605/13/ee62e46a29d4.jpg[/AVA]Эмгыр раздраженно фыркнул, перехватив взгляды  "саламандр" - всего на  мгновение, ибо те стремительно отвели глаза. Взгляд Императора мало кто мог выдержать, особенно сейчас, когда они неловко переминались с ноги на ногу, рассматривая осколки. Да, да, конечно, теперь вы считаете, что ваш господин - выживший из ума старый трус и параноик. А завтра об этом  пренеприятнейшем инциденте узнает весь дворец... Давно уже пора бы привыкнуть, что у императоров не бывает  права на ошибки, в особенности такие глупые. 
Аэп Лион  громко потопал к указанному месту. В сложившейся неловокой тишине казалось, что его осторожные шаги грохочут на весь город,  а когда он наступил на осколки, Эмгыр, как впрочем и гвардейцы, болезненно сморщился.
  Лейтенант проявил с одной стороны достойную уважения внимательность и оперативность, за минуту отыскав подозрительную щель, с другой стороны - юношескую чрезмерную прыть, и прежде чем Эмгыр успел приказать оставить рычаг в покое до утра, нажал на него.   Раздался  оглушительный скрежет,  с камина упали часы и подсвечники, благо,  без  горящих свечей. Саламандры  уставились на открывшийся проход, а после -  на своего императора, который испытывал какое-то мрачное торжество от того факта, что он насторожился не зря.  На такой грохот должно было сбежаться пол-дворца, а этого Эмгыру было не нужно совершенно: неизвестный тайный проход в его покоях это что-то, о чем должно знать как можно меньше людей. Оставалось надеяться что люди знающие не будут болтливы. Император расправил плечи и выглядил также мрачно и внушительно, как и на военном совете. Его голос звучал угрожающе-раздраженно, но при том весьма ровно:
- Почему замерли? На пост, быстро. Всем, кто изъявит интерес к причине шума - заявлять что внутри дымохода обвалились несколько камней и не впускать сюда. Лейтенант - останьтесь.
   Себе Эмгыр уже клятвенно пообещал, что сразу же с утра повелит вызвать лучшего каменщика и заставит его опползать каждый дюйм дворца  - здесь не должно быть никаких неизвестных проходов, тайников, и прочего. А еще лучше десять каменщиков - чтобы не один не хранил в голове полной схемы дворца.  Взяв в руку трехсвечный канделябр, Император приблизился к проходу.  Из него слегка тянуло свозняком, но при том несло старым тряпьем и пылью, как на каком-нибудь новиградском чердаке. Судя по пыли же  на полу, проходом  не пользовались достаточно давно.  Взвесив все за и против, Император повернулся к гвардейцу.
- Держите руку на мече, лейтенант. Мы пойдем внутрь -  я все равно не буду спать здесь покуда не узнаю, куда ведет этот проход. Там явно нет ничего опасного, но на крайний случай мы вооружены и у нас есть огонь.
  Выдохнув, Эмгыр решительно направился в темный коридор, слушая топот, издаваемый идущим позади гвардейцем.
Коридор оказался неожиданно коротким, но и завершился он весьма необычным образом. В конце обнаружилась небольшая комната, забитая какими-то вещами, укрытыми белыми тряпками.
Император сдернул первый наугад пыльный чехол, под которым  обнаружилась картина, изображающая молодую печальную женщину с водянистыми голубыми глазами и черными, как смоль, волосами. Тяжелое золотое колье на ее шее только подчеркивало изящность его обладательницы. Эмгыр не мог поверить своим глазам. Он аккуратно опустился на колено, несмотря на пыль, и аккуратно, с какой-то особой нежностью  коснулся щеки изображенной на портрете дамы.
  Бережно отодвинув первую раму, он принялся освобождать еще несколько хорошо написанных картин. Увидев одну, изображающую сурового старца с крючковатым носом, он повернулся  к Кхайру.
- Вы, верно, видели  знаменитых "карпов императора Торреса"? Репродукции весят в замке каждого лизоблюда и... впрочем, я отвлекаюсь.  А видели ли вы самого Торреса? Вот он, очень серьезный человек.  А на первом портрете моя мать.  Кто-то из слуг сохранил все это при перевороте - думал дорого продать, судя по всему, да вот только вернутся не вышло. Портреты всех Эмрейсов сожгли при Узурпаторе - кроме, по видимому, вот этих.  Вот император Фергус, мой отец, его отец, моя мать.  Здесь есть даже я. Сколько же мне тут лет? От силы восемь.
  Голос у императора был более чем странный, будто бы тот прибывал в глубокой задумчивости, глядя нанаписанные маслом   лица родных. В первый раз за эти тридцать лет  он снова видел их... Огоньки канделябра отражались в глазах Эмгыра, когда он рассматривал портрет покойного Фергуса.
- Мой отец считал, что писать портреты, причем обязательно отменные - это святая необходимость любого монарха и вообще достойного, важного  человека. Он долго искал хороших художников и мог позировать им часами, дабы сделать всего пару работ, но работ великолепных. Он говорил, что после смерти от любого императора в лучшем случае остается лишь имя,  которое ставится во главе  монарших деяний. А портрет... Портрет оставляет память о человеке, а не о правителе.

Отредактировано Эмгыр вар Эмрейс (2016-06-19 03:43:31)

+1

5

Veritas magna, император предстал сегодня перед своими солдатами в лучшем свете чем на любых парадах и пышных приёмах. Пусть это и был свет трёх свечей канделябра, в глазах стражников это было воплощение того самого Белого Пламени, пляшущего на курганах врагов. Ведь Эмгыр вар Эмрейс сегодня действительно торжествовал!
Солдат слушал своего господина внимательно, не прерывая. Такой момент и такую речь нужно запомнить.
Кхайр аэп Лион искренне считал что видит одну из нитей истории, связывающих прошлое и настоящее. Ему хотелось сказать что-то действительно важное, но не хотелось портить момент. Сейчас было абсолютно плевать на собственный страх перед темнотой и опасности, которые могут подстерегать в таких скверных местах как дворцовые потайные ходы.
Император, держащий в руках портреты своих родителей. Бывший изгнанным, но вернувшийся на законный трон, вернувший позабытые традиции. Таким видели вар Эмрейса аэп Лионы, и таким он и предстал перед глазами Кхайра.
Впрочем, даже в восторженном настроении не стоило забывать об опасности.
-Император. Не хочу показаться суеверным, но народная молва говорит что в таких местах водятся призраки или витает проклятие. Я бы не рекомендовал оставаться здесь надолго и осмотрел портреты с помощью магической экспертизы. - словно в подтверждение слов, возле одной из стен раздался непонятный шорох. Он был похож на звук трущихся друг о друга камней в замкнутом пространстве. По всей вероятности, где-то за стеной находились трубы канализационной системы замка.
-Ничего необычного, Ваше Величество. Кажется, только что в нужнике...
Но в нужнике ничего не случилось. Они услышали песню. Больше того, стражники на выходе тоже услышали её.

Гибнут стада,
и родня умирает,
смертен ты сам;
но вечно бессмертна
умершего слава

Лейтенант застал как вкопанный и крепче сжал рукоять меча, вытаскивая тот из ножен. Он бы не удивился если бы сейчас погас канделябр, и комната погрузилась бы в полную темноту. У Кхайра был опыт боя с врагами, которые любили действовать в темноте. Пожалуй, это был его профиль.
-Вернёмся сюда позже, Ваше Величество. Разбудим магов, просканируем помещение. Я сомневаюсь что сегодняшняя ночь - такая же как предыдущие в этом замке. Следующие будут беспокойными. - у солдата не было ведьмачьего опыта, но столкновения со сверхъестественным донимали его со времён поступления на фронтовую службу. Он прекрасно знал о чём говорит, особенно после событий во время работы на Ваттье де Ридо. -И, если позволите добавить... По-моему то, что вы нашли здесь эти портреты - куда удивительнее того, что мы встретили здесь... то что ещё не встретили. Но встретим. - лейтенант замешкался, находя нужные слова. Но в итоге, как это обычно у него случалось, смог вымолвить только:
-Ну вы поняли, да?

+1

6

[AVA]http://s017.radikal.ru/i406/1605/13/ee62e46a29d4.jpg[/AVA]Эмгыр  неотрывно смотрел на строгие лики родителей, взирающие на него со старых запылившихся холстов. Сержанта Его Императорское Величество слушал вполуха, тихо закипая от раздражения - болтовня гвардейца отвлекала  от мрачноватых, и вместе с тем светлых измышлений и воспоминаний, тех самых, что в худшие времена грели юного Йожа вместо одеяла или плаща. Нужно было прикрикнуть на сержанта, но, скрипя сердцем, следовало признать что отчасти он прав - поскитавшись в свое время по северным королевствам, врожденный нильфгаардский скептицизм Эмгыра несколько померк. Да и ведьмаки существуют явно не только  для того, чтобы пугать деревенских девок. Во всяком случае, не для того они создавались... Однако здесь был его дом, под дворцом не водилось даже, как говорили, утопцев... Разве что пара вилохвостов с обрезанными крыльями - чтобы лихой человек не мог пробраться во дворец по подвалам и водостокам. 
Звуки и пение не напугали Белое Пламя - император лишь оторвал взгляд от вещей и портретов и напряженно уставился в темноту.   Он решительно взял в руки подсвечник. Огоньки свечей отражались в его глазах, делая взгляд золотистых глаз сияющим, как у дикого зверя. Он повернулся к оробевшему аэп Лиону.
- Это старая песнь со Скеллиге. Странно слышать ее здесь, но не думаю, что что-то грозное стало бы петь нам.  Может Солнце вложило в наши руки ключ, не воспользоваться которым опрометчиво.
   Император протянул подсвечник к темному углу. Он заговорил тихо и очень спокойно, хотя явно был взбудоражен.
[b]-Эта комната была закрыта не при Узурпаторе, так что я не думаю, что что-то здесь призвано убить вар Эмрейса, в доме его и его предков.  Скорее наоборот. И... Сержант, косноязычие для офицера немногим  менее нелестно, чем дурное владение мечом.

Он повернулся в угол откуда слышал пение.
- Что ты есть и зачем ты здесь?
Вар Эмрейс не любил неоправданного риска - все авантюры, предпринятые им совершались лишь из чувства уверенности в своих силах или же глубокого отчаяния. Гробить себя ныне было непростительно глупо. Потому Эмгыр благоразумно отступил к проходу - плавно и медленно.

+1

7

Лейтенант чувствовал себя в положении канатоходца. Мало того что он, благодаря природной неуклюжести, завёл своего императора в ловушку, так самодержец соблаговолил его только что разжаловать до сержанта. Кхайр стиснул зубы, боясь сказать лишнее и уставился в темноту, уже надеясь что оттуда выскочит что-нибудь пострашнее, способное отвести внимание Эмгыра от персоны телохранителя.
-А... Я лейтенант, не сочтите за дерзость. К сожалению, лейтенант. - аэп Лион сделал пару шагов вперёд, чтобы в случае опасности принять удар на себя. Он выглядел как человек, знающий что делает - по крайней мере, старался выглядеть чтобы не вызывать подозрений. На самом деле он и предположить не мог что обитает в этой комнате, но предполагал призрака.
И ничерта серебряного под рукой. Как назло.
Лейтенант обернулся и взглянул на канделябр в руках монарха. Серебро. Как пить дать - серебро. Очень кстати.
-В Ain Soph Aur написано что для вызова сущности нужно назвать её истинное имя. Иного способа разобраться с этим я не вижу.- гвардеец  взглянул на портреты, ожидая что какая-то деталь даст подсказку для решения задачи. Но подсказки не находилось. Пустая комната, пыль, белая ткань на полу, укрывавшая портреты, пара ковров, стулья, стол и ещё несколько маленьких сундучков - судя по всему, с флоренами и драгоценностями. -Думаю, нам не стоит трогать здесь что-то, не назвав себя. Мой император, не могли бы вы вспомнить слова песни и сказать своё имя? Может, это сработает...
Стражники снаружи беспокоились. Один из них осмелился зайти в коридор, испугав лейтенанта бряцаньем лат.
-Мы послали за мэтром магических искусств, Ваше Величество. Однако прежде нам заявляли что в стенах замка таких опасностей нет и не может быть apriori. - рыцарь чуть приподнялся на носках, встав навытяжку, словно он находился не в тяжёлой броне, а в парадной форме. Кхайра поразила его способность гордо держаться даже перед лицом неизвестности, которая наводила на самого лейтенанта страх - он всё же понял что опыта в таких делах у него недостаточно, даже несмотря на произошедшие год назад события.
-Позвольте мне перебить вас, офицер. В арсенале есть серебряные клинки? - аэп Лион заметил как гвардеец едва заметно нахмурился, выказав недовольство.
-Есть. Если император считает такие средства необходимыми, то мы немедленно отправим пажа за ними. - офицер заглянул вглубь комнаты и широко раскрыл глаза. -Мой император, лейтенант. Взгляните на стену.
По цементу каменной кладки, меж кирпичами мелькали жёлтые искры. На стене чётко вырисовывались контуры гербового солнца. В комнате стало заметно светлее, и теперь назначение комнаты было отгадать намного легче - солнце освещало круг стола и лежащие на нём свитки карт, стоящий в дальнем углу шкаф с книгами и накрытый белой тканью большой глобус.
-Выглядит как приглашение. Кажется, это ваш рабочий кабинет, мой император.

+1

8

[AVA]http://s017.radikal.ru/i406/1605/13/ee62e46a29d4.jpg[/AVA]Эмгыр выглядел гораздо более решительно и спокойно, чем в самом деле себя ощущал. Душа императора прибывала в смятении -  он не чувствовал в происходящем опасности, хотя  происходящее было более чем странно и, оценивая его трезво, рискованно настолько, насколько может быть рискованно нечто неизведанное. Рядом топтался аэп Лион, очевидно, испытывающий сходные чувства.  Эмгыр вновь заворчал, однако, перейдя на почтительный полушепот, словно не желая попусту тревожить силы, дремавшие в тайнике.
- Я помню ваш ранг, солдат, и признаю свою оговорку, однако вы не находите, что настоящий момент несколько не подходит  для того, чтобы незамедлительно поправлять меня?
Позади раздавался грохот еще одного стражника, закованного в тяжелую броню. Этакие неповоротливые рубаки совершенно беспомощны перед внезапным нападением посреди ночи. После пары часов на посту в таком панцире они наверняка не чувствуют ни рук, ни ног. К тому же их шаги по ночам слышны на весь дворец.  Нужно приказать разрешить ночному караулу носить более удобный доспех.  Император загнал полезную мысль в глубины своей памяти. Он будет думать об этом позже, и передаст приказ мажордому. Пока что - совершенно не время для подобных рассуждений.  Эмгыр бросил на лейтенанта заинтересованный взгляд. Солдат Имперы, штудирующий древние гномьи труды? Любопытно. Нужно будет побольше узнать об этом Кхайре. Подошел  другой гвардеец. От сказанного им Эмгыр впал в глухую ярость. Он не повышал голоса, его речь не была едкой, но, будучи истинным носителем голубой крови, потомком воевод и императоров, вар Эмрейс не нуждался в дешевых эффектах.  Его лицо сохраняло сдержанное, пусть и жестковатое выражение, но в глазах... В глазах бушевало пламя.
- Я приказал вам стеречь проход и никого сюда не впускать. Как вы посмели вызывать магика без приказа?
Вмешался лейтенант. Эмгыр решительно не понимал, зачем ему серебро, но решил доверится человеку явно более знающему.  Он разрешающие кивнул, а потом  потер виски, припоминая мотив, который в юности ему доводилось слышать довольно часто. Наконец он сумел произнести нараспев:
Вот что отвечу,
когда вопрошаешь
о рунах божественных,
что создали сильные,
а вырезал Вещий:
благо в молчанье.

Император склонил перед  возникшим на стене Солнцем голову.
- Мое имя Эмгыр вар Эмрейс  Деитвен Аддан ын Карн аэп Морвудд
Он  обернулся к лейтенанту.
- Мои предки бы устроили кабинет в комнате без окон только если бы они были кротами. Невозможно работать       день и ночь в неверном свете свечей, к тому же  без глотка свежего воздуха. Я думаю, это тайная совещательная комната, или же помещение, в котором полагалось скрываться от проникших в покои убийц.

+1

9

Название имени не произвело должного эффекта на комнату, и тихие, по-джентельменски быстрые перешёптывания в холодной комнате утомляли лейтенанта всё больше. Ещё час назад он не мог себе представить что будет стоять подле императора вот так - и разговаривать с ним почти как с равным. Кхайр аэп Лион смотрел на сияющее магическое солнце и думал что не зря топтал изношенными сапогами пыльные пограничные тракты, боролся с разбойничьими разъездами, лез в канализацию за адептами запрещённых культов и посещал заброшенные замки, слывшие в народе проклятыми. Сердце нильфгаардца учащённо билось, а изо рта начинал идти пар. Он посмотрел на стоявшего позади гвардейца и кивнул в знак того, что помощь сейчас не понадобится. Солдат "Имперы" завороженно глядел на магический узор и нехотя развернулся.
Император произносил своё имя.
Аэп Лион вздрогнул от предчувствия чего-то значительного.
Прошла секунда, две, три. Ничего не происходило. Кхайр выслушал замечание монарха и хотел уже было ответить, но его остановил странный шум, вновь раздавшийся за стенами. Лейтенант был готов дать руку на отсечение что за стеной что-то двигается. Оно ползло сначала по потолку, потом спустилось за стену, на которой сияло гербовое светило.
-Император... - Кхайр говорил очень тихо, прислушиваясь к шорохам за стеной. -Мы забыли. Забыли что этот замок был построен не людьми. - он смотрел на светящуюся эмблему и думал о том, что это вовсе не замена свечам. Гербовое солнце сияло на флагах этой земли задолго до того как люди ступили на неё, равно как и чёрные флаги. Аэп Лион и предположить не мог какие загадки оставили чёрные сеидхе в своих древних постройках.
Фиолетовое солнце было магическим заслоном.
-Ваше величество! Ваше величество! - из комнаты раздался крик, явно принадлежащий не солдату. -Уходите оттуда, прошу Великим Солнцем!
Вар Эмрейсы смотрели с портретов грустным и строгими глазами. В их взглядах была та жёсткость, с которой родитель смотрит на провинившееся дитя. Кхайр чувствовал себя сейчас нашалившим сопляком, который уронил вазу с цветами.
-Нам не стоит здесь находиться.
Словно в подтверждение слов гвардейца, за стеной раздался протяжный, злой, ни на что не похожий крик.

0

10

[AVA]http://s017.radikal.ru/i406/1605/13/ee62e46a29d4.jpg[/AVA]Эмгыр завороженно смотрел на стену, не в силах отвести взгляд от магического знака. Он был напряжен как натянутая тетива взведенного арбалета, словно бы шкурой чувствуя, как  воздух густеет от прилива Силы. Он научился чувствовать подобное еще тогда, когда был цинтрийским герцогом Дани, мужем принцессы Паветты. Его молодая жена была мощнейший Исток, и подобное напряжение обычно первым знаком того, что Паветта теряет над собой контроль. Это было опасно. Последней каплей стал крик, показавшийся Эмгыру смутно знакомым. Он подался вперед, растерянный и встревоженный. Когда жесткое его лицо разгладилось он неожиданно стал выглядеть моложе лет на десять. Император затравленно, с тоской посмотрел на портеты своих родителей, будто бы совершенно не желал покидать их, но, услышав потусторонний крик, сбросил наваждение.  Он, почувствовав неожиданный прилив сил, ухватил лейтенанта за шкирку, будто тот был  нашкодившим мальчишкой - пажом, и решительно потащил его за собой, на верх, по узкому проходу. Оставаться в комнате было очень и очень глупо, пусть отчего-то совершенно не хотелось оттуда уходить. Оказавшись в прохладном сумраке собственной опочивальни (благо, стеклянная дверь ведущая к балкону осталось распахнутой и вечерний сквозняк во всю шевелил легкие занавеси), Эмгыр упокоено вздохнул и разжал побледневшие пальцы, накрепко вцепившиеся в ворот лейтенанта. Он повернулся к растерянный людям - они ждали приказов.
-  Я разрешаю этому магику, за которым вы послали, осмотреть комнату.  Передайте Ридо, что утром он и его кудесники должны побеседовать с ним. Как они умеют - растяпа, прохлопавший такое под своим носом либо изменник либо бездарь, не достойный служить императору, за что и поплатится.  Скажите служанкам, что я изволю ночевать в Южных покоях. Пусть подготовят мне постель и принесут из подвала пару кувшинов золотого цинтрийского. Не медля. А теперь с глаз моих. Быстро.
Будто бы не замечая присутствующих в комнате, Эмгыр сложил руки за спиной и  развернулся к большому окну, за которым  сгущались сумерки. Ему не было страшно. Он не испытывал гнева. Только странную горечь. Наверное,это было связано с тем, что спустя почти тридцать лет он впервые подумал о родителях, которых когда-то потерял.  Обиженный на весь мир мальчишка, сброшенный с трона, которым он был когда-то,думал только о том как вернуть  человеческий облик. Дани Цинтрийский жаждал вернуть трон и имя. А император Эмгыр наконец смог оглянуться назад. И это было неожиданно болезненно.

+1

11

Императорский замок в сердце Города Золотых Башен хранил ещё много тайн и загадок. В его подвалах хранились чьи-то старый тайны, бродили всамделишние призраки и действовали забытые магические механизмы, которые попросту не могло обнаружить примитивное дальнее сканирование, в котором человеческие маги были намного слабее Ведающих сеидхе. В оживлённых верхних коридорах всё ещё можно было услышать по ночам женский плач, возникновение которого просвещённые нильфгаардцы списывали на причуды ветра. Старые портреты  повесили в галерее, но многие посетители жаловались на то, что чувствуют спиной чей-то взгляд. Конечно же, это списывали на великолепную работу художников, которые потрудились передать взгляд вар Эмрейсов с максимальной достоверностью. Потайная комната рядом со спальней императора Нильфгаарда была инспектирована группой магов, которые провели доскональное сканирование помещения на предмет пустот, следов эктоплазмы и присутствия магии. Им мало что удалось. Эмблема Великого Солнца в квадратной комнате начала гаснуть день спустя. Кхайр аэп Лион долго давал магам показания.
-...я же говорю, это лишь предположение. Мы оба почувствовали чьё-то присутствие в темноте. Мы точно слышали песню. И более того, остальные гвардейцы дадут точно такие же показания: за стеной точно был чей-то рык и скрежетали когти. У меня и императора нет проблем со слухом.
Обритый наголо маг-протоколист с усталым видом записывал всё в свиток. На его лысой башке красовались вытатуированные магические узоры, выглядевшие чрезвычайно вызывающе и агрессивно, что никак не вязалось с миролюбивой крысиной мордочкой и усталыми глазами придворного чародея. Лейтенант сочувствовал ему. И сочувствовал императору, настроение которого явно испортилось после произошедшего.
-Вы не называли имена друг друга до того как появилась эмблема? - задал вопрос седой, бородатый маг постарше. Подле него стоял молодой подмастерье и глядел на Кхайра удивлёнными глазами, словно тот являл собой какую-то аномалию.
-Нет. Я обращался к Величеству лишь по титулу. Свет возник сразу после того как зазвучала песня. - шлем и перчатки аэп Лиона лежали на столе. Он протирал уставшие глаза и пытался побороть сон. -Я... я не знаю что там было, но у меня такое ощущение что оно пропало. Я ничего не чувствую там, в проходе. - они сидели подле камина в императорской спальне, проводя записи на личном столе императора. -Это всё звучит как полная нелепица. Это даже выглядело как нелепица. У меня ощущение что там было что-то заперто, а магические механизмы от присутствия императора дали какой-то сбой.
Протокольный поднял татуированную голову.
-За стеной нет никаких пустот, лейтенант. Если что-то и передвигалось там - он кивнул в темноту прохода - то оно передвигалось и рычало внутри комнаты, а не снаружи. Фиолетовый свет в магическом искусстве характеризует не только барьеры. Это могла быть ещё и ловушка. Цепь, привязь. Поводок, быть может. - маг достал из нагрудного кармашка чёрной робы маленький белый платочек и стёр пот со лба. -Мы теряемся в догадках о том, что там могло быть и почему вы остались в живых. Возможно, вы освободили разумного д'йини или демона...
Кхайр замотал головой. И поднял руку в жесте, призывающем к тишине.
-Мэтры. Я читал книги о вашем ремесле, и прекрасно представляю о чём идёт речь. И, курва, я очень хочу спать. Но я точно знаю что существа такой огромной силы не ограничились бы песенками и намёками. Меня удивило другое: император попросил нас вынести портреты сразу же после произошедшего. В них вы нашли что-нибудь странное? - гвардеец говорил вялым, усталым тоном, каждое слово давалось ему с трудом. Мысли путались, а ноги казались ватными. В теле чувствовалось отвратительная слабость, из-за которой хотелось сползти со стула и добраться до тёплой императорской кровати для известной цели.
-Милсдарь аэп Лион. - заговорил бородатый. -Я сканировал их на выходе. В них нет ничего особенного помимо несомненно талантливого исполнения. Неизвестному художнику...
Лейтенант издал стон разочарования. Ему было грустно оттого, что даже магики в его стране настолько логичны и рациональны.
-Нет, пожалуйста, не игнорируйте мою версию. Если хотите, то не заносите её в протокол. Но пожалуйста, проверьте портреты снова. Это были единственные вещи, которые имели настоящую ценность в этой комнате. - Кхайр вздохнул, собрал волю в кулак и встал со стула. -Я уверен что призраки прежних правителей этого дворца были заключены именно здесь. В шкафу были собраны биографии известных нам самодержецев, там есть даже записи о Торресе, есть также и древние эльфские труды. Это не просто совещательная комната. Это комната памяти! Место, где правитель мог набраться сил, вспомнить своих предшественников, вдохновить себя... - он махнул рукой. Маги с любопытством смотрели на солдата, будучи удивлёнными бурной, вдохновлённой речью. Они раньше не видели таких гвардейцев. В их глазах "Импера" состояла сплошь из холодных, жестоких людей, которые никогда не уважали магическое сословие. Им было любопытно проверить версию лейтенанта, но...
-...нас отправили искать следы магического присутствия. Мы их не нашли. В дальнейшем будет утверждён проект по ликвидации помещения, таков указ кастеляна. Нам придётся забыть об этой комнате, лейтенант.
На этом взаимодействие свидетеля и следствия закончилось. Кхайр долго не видел императора после означенных событий, не заходя на караул - ему дали внеплановое увольнение, на котором настаивали старшие офицеры. Однако в день, когда вновь пришлось заступить на пост, гвардеец с удивлением обнаружил что маршрут патруля проходит через картинную галерею.
Кхайр аэп Лион был готов поклясться что видел их. Живых, разговаривающих меж собой неслышными голосами. Двигающихся в картинных рамах. Он никому не говорил об этом, но втайне знал:
Однажды в ряду говорящих картин окажется и сам Эмгыр вар Деитвен Аддан ын Карн аэп Морвудд.

+1


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава I: Время перемен » Наши матери, наши отцы