Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Морские дары

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Время: 6 августа 1264
Место: Цинтра, побережье Северного моря, недалеко от устья Яруги
Действующие лица: Джарисса, Хельга
Описание: Иногда на берег, кроме дохлой рыбы и обломков кораблей, море вымывает людей. Полуживых, но зато каких!

Отредактировано Джарисса (2016-04-06 13:58:16)

+1

2

Белый песок под босыми ногами покрытой татуировками чужестранки был едва теплым. Смеркалось, потому он быстро остывал. Волны накатывали неторопливо, мерный шум прибоя ласкал слух, а вечерний бриз освежал. Джарисса шла медленно, неся в одной руке расшнурованные сапоги, другой ведя под уздцы запряженного гнедого скакуна.
Море ей нравилось, девушка находила его красивым, особенно на закате, но было в нем и нечто чуждое и неизведанное, понятное только тем, кто в душе истосковался по родным жарким краям. В детстве такой массы воды Джарисса и представить не могла, привыкла, что пустыни бывают только песчаные, но не водяные. Именно для того, чтобы увидеть море воочию еще раз, зерриканка сошла с дороги и двинулась на север берегом. Ее путь в Цинтру лежал через Цинтру. Почему нордлинги назвали и город, и эту страну одинаково, она не понимала - оставалось только молча удивляться.
Впрочем, нордлингов в Цинтре на дорогах теперь встречалось все меньше, нежели южан из Нильфгаарда. Если первых чужестранка находила чудными, то вторые их в этом на голову превосходили - во всем пытались выделиться, выпендриться, продемонстрировать и навязать свою исключительность, до которой дела чужеземке было еще меньше, чем до распрей самих южан с северянами. Всюду по трактам сновали военные патрули, разыскивавшие цинтрийских диверсантов, что давало лишний повод сойти с тракта. Хоть Джариссе вооруженные разъезды и не были враждебны, зерриканка предпочитала не сталкиваться с ними лишний раз, равно как зачастую избегала общества нильфгаардцев. Переступить она могла через себя только если на кону стояла внушительная горсть монет. Кто-то же должен зарабатывать на войне?
Когда в поле зрения попало распластавшееся не песке бездвижное тело, зерриканка тотчас остановилась в дюжине метров, изучая находку большими карими глазами. На берегу животом вниз разлеглась светловолосая женщина, поблизости лежал приличных размеров круглый щит.
Черный патруль бабу замордовал, не иначе, - подумала Джарисса, - Наверняка диверсантка.
Недолго думая, зерриканка приблизилась, предварительно привязав поводья коня к массивной коряге, оставив подле свою обувь. Любопытство взяло верх при мысли о том, что все-таки при жертве могло остаться нечто ценное - мертвой оно без нужды, а живой дорогая безделушка всегда сгодится. Шанс не велик, но не проверить - грех. Каково же было удивление Джариссы, когда та, перевернув мертвую на спину, приложила два пальца к ее изящной шее, дабы проверить пульс. Сердце едва билось.
Округлые черты лица, заплетенные в косы светлые волосы, даже светлее соломы, бледная кожа, куда бледнее, чем у большинства северян. Несмотря на потрепанный вид, незнакомка лет тридцати была по-своему красива, но совсем не в здешней манере. Странее, чем ее внешность, был только факт того, что волосы и одежда неизвестной оказались мокрыми.
Джарисса решила не тратить время на раздумья и лишние попытки привести потерпевшую в чувства. Зерриканке было абсолютно все равно, что стряслось с "жертвой патруля". Война - сурова, время - деньги, а для Джариссы еще и новая пара кожаных сапог. Сперва зерриканка спешно, не церемонясь, разула неизвестную, затем принялась шарить по карманам, проверять руки на предмет колец и браслетов, но не нашла ровным счетом ничего. Грабеж выходил таким себе.
Негусто. Может, на шее или где еще под рубахой есть украшения? Потайные карманы с золотом? Ну-ка, что тут у тебя, смазливая мордашка?
Через секунду в руке Джариссы оказался вынутый из-под юбки кинжал. Острие, блестя в лучах закатного солнца, не без труда разрезало влажную рубаху, понемногу оголяя бледную кожу незнакомки. В ожидании момента истины торопившаяся зерриканка глядела пронзительно, закусив губу от усердия. Быть может, не от него одного.

Отредактировано Джарисса (2015-12-27 17:53:23)

+5

3

"Нас точно прикончат!" - истошно вопил разум, заглушая вой моря, лязг оружия и крики. Но размышлять было некогда - Хельга не переставала наносить удары, прикрываясь щитом. Так долго бой еще никогда не шел, а врагов меньше не становилось. Но вот кто-то обошел ее сзади, женщина успела лишь полуобернуться, когда вскользь по левой стороне головы пришелся удар. Она потеряла равновесие, врезалась в борт. Из руки выпал топор, но его грохота она уже не слышала, так как летела в воду.
"Позор!" - выкрикнуло сознание прежде чем, она осознала всю плачевность ситуации. И снова на подумать не хватало времени - тяжелые наручи и кольчуга тянули на глубину. Изо всех сил Хельга сделала рывок к поверхности и сумела набрать в легкие воздуха прежде чем ее опять накрыло волнами. Вертясь в воде как макрель на суше, она отодрала от рук поручи и принялась стягивать кольчугу. Это было тяжелее, чем держать оборону в стене щитов - воздуха с каждым мгновением хотелось все больше и больше, а металлические звенья цеплялись за рубаху, не хотя покидать тело хозяйки. И вот, когда уже из легких вышел последний воздух, женщина наконец освободила себя от пут и вынырнула на поверхность моря. Вокруг творился ад - корабли и драккары горели, на волнах качались тела убитых.
Тут в плече Хельги стукнулся ее же щит. Она вцепилась в него, чувствуя, как силы начинают ее покидать. В ушах звенело, а то место на голове, куда пришелся удар, болело так, будто на нее обрушилась вся небесная сфера. Надо было плыть к берегу, но где он? Хельга попыталась посмотреть на звезды, но тут ее резко начало тошнить, от чего ее покинули последние силы.

Становилось все светлее и светлее, и вот перед ней было небо. Золотисто-голубое, окрашенное лучами солнца. В мире богов было так красиво, так мирно. Хельга хотела улыбнуться, но тут почувствовала, что что-то все-таки не так. Ее ощупывали, трясли переворачивая то туда, то обратно... Страно... Женщина приподняла голову и тут встретилась взглядом со жгуче-карими глазам. Потом под прицел попал острый нож и разорванная до пупка рубаха.
- Какого дьявола?! - выругалась Хельга по-скеллигски, со всей силой оттолкнув смуглую девчонку, и быстро поднялась на ноги, но тут же пожалела об этом - ее замутило и тут же стошнило прямо под ноги. Жуткая слабость снова проникла во все ее конечности. Но, хоть ее начал трясти озноб, она продолжала смотреть на девчонку, в чьей руке все еще поблескивал нож.

Отредактировано Хельга Златоустая (2015-12-27 22:26:19)

+4

4

Такого поворота событий зерриканка не ожидала. Грабеж не то что не задался, а с треском провалился, когда жертва хитрого плана совершенно внезапно пришла в сознание. Джарисса ощутила сильный, насколько это слово вообще применимо к только что бездвижной незнакомке, толчок в грудь. Достаточно сильный для того, чтобы от неожиданности не удержать равновесия и, сжимая рукоять ножа, удивленно приземлиться задницей в песок. Даже наличие колюще-режущего в руках зерриканки не остановило светловолосую, вырвавшуюся при малейшей возможности. Стоит ли говорить, разглядеть хоть что-то интересное под разрезанной рубахой жертвы Джарисса не успела. И от того возмущение только множилось.
Не выпуская ножа из рук, зерриканка тотчас вскочила и на сей раз собиралась пустить в ход сталь по самому прямому назначению, но не потребовалось. Секундой позже светловолосая, цвет лица которой на тот момент дал бы фору любой поганке, согнулась пополам. Джарисса едва успела отступить, прежде чем жертву смачно стошнило на песок, а не на изящные босые ножки горе-грабительницы. Морщась от отвращения, она отвернулась, складывая руки на груди.
- И откуда такая чудная взялась? - вздохнув, с характерным акцентом поинтересовалась Джарисса на всеобщем, поигрывая длинным зерриканским ножом в руке, - Тебя что ли подводное царство на берег изрыгнуло?
Тем временем в надвигавшихся сумерках на берегу можно было без особого труда разглядеть пламя костра. Огонь развели в сотне метров севернее от чужестранок.
- Вон, смотри, - повернувшись к разутой незнакомке, кивнула Джарисса в сторону костра вдалеке, неторопливо пряча нож в разрезе юбки, - Не иначе тебя твои водяные потеряли, такие же чудные. Пойдем поглядим? Авось мне за спасение чего-нибудь из морских даров причитается. При тебе ничего ценного нет, а с пустыми руками уходить не хочется.
Зерриканка уверенно положила ладонь на рукоять висевшей на поясе сабли, явно намекая на то, что не шутила, и не дала бы так просто себя облапошить. Смерти дочь Дракона особенно не страшилась и, пойди что не так, не раздумывая попыталась бы утащить с собой пару-тройку обидчиков. Оружие она носила отнюдь не для красоты.
- Во имя Дракона, да запахнись ты уже! Насмотрелась я на сегодня.

Отредактировано Джарисса (2015-12-28 15:06:44)

+3

5

А смуглянка вроде как и не собиралась нападать. Поморщилась немного от увиденного - это то да, но не нападала. "Откуда ж ты такая взялась?" - хотела спросить Хельга, но девчонка ее опередила. Да еще и говорила она на всеобщем! Понимать-то островитянка ее могла, но вот что-либо сказать в ответ было жутко сложно - затылок гудел тупой болью при каждом движении головой, что совершенно не способствовало размышлятельному процессу.
Медленно выпрямившись, дева щита посмотрела в сторону костерка, где и вправду сидел какой-то люд, но она и отсюда поняла, что это не ее народ.
- Гдэ йа? - спросила Хельга на всеобщем, уткнувшись взглядом в темную головку девушки, пытаясь при этом закрепить распоротые края рубахи.
Только теперь она разглядела песчаный берег - совершенно не такой как дома на Скеллиге. Куда же ее занесло морское течение? Она помнила лишь как вцепилась в свой щит и ... Тут Хельга встрепенулась - внутри нехорошо екнуло: где щит? Резко обернувшись, женщина сразу же нашла своего верного боевого друга, но радости пришел конец почти сразу - схватившись за голову она осела возле щита. В ушах стоял звон. Ощупав кожу под волосами, Хельга обнаружила нехилую такую шишку, от прикосновения к которой становилось еще противнее.
- Твою ж мать! - пробурчала она на родном языке.

+1

6

Где она? Рифмованный ответ для неизвестной напрашивался сам собой, но Джарисса промолчала. Подождала, пока незнакомка пришла в себя, а потом просветила.
- В краю эльфских жополизов, где же еще, - смотря вдаль, вздохнула темноглазая зерриканка, тщетно пытавшаяся не сломать язык о причуды географии, - Ни... Как же его?.. Нифля... Нибляград?.. А, проказа! Цинтра это.
Вдалеке у костра сидели четверо. Джариссе, слабо разбиравшейся как в местном контингенте, так и в островитянах, с трудом давалось в полумраке издали определить принадлежность мужчин. Зерриканке хватило того факта, что зажегшие огонь у остов судна, выкинутых на берег, не были облачены в черное. Не патруль, а если повезет - "водяные" или рыбаки на худой конец.
Отряхнувшись, Джарисса подобрала с песка свои сапоги, отвязала коня от коряги и свободной рукой повела под уздцы в сторону костра, по дороге свистнув "утопленнице", дабы та пошевеливалась. Стоять истуканами смысла не было. Холодало, августовские вечер и ночь на берегу обещали выдаться не самыми теплыми, о себе постепенно давал знать голод, а до города нужно было идти еще как минимум час. Джарисса не собиралась тратить время впустую с незнакомкой, с которой даже взять нечего, а тащить за собой и того накладнее - можно не успеть попасть за стены до закрытия ворот, и тогда придется ночевать черте где.
Когда пару часов тому назад на берег вынесло то, что осталось от некогда грозного драккара, напоминавшего своими размерами огромное морское чудище, испустившее дух, на его величественные останки в виде обугленного корпуса и отломанных матч с рваными парусами не могли не слететься мелкие падальщики. Четверка изгнанных с родной земли цинтрийцев, промышлявшая бандитизмом на большаке, обустроилась у судна, намереваясь обобрать грандиозную находку подчистую. Они даже кое-где поломали топорами обгоревшие доски, ища хоть что-то ценное, но, как и Джариссу в случае со светловолосой, с морскими дарами их ждала полная неудача. Драккары шли в набег порожними.
- Дурья твоя башка, говорил же, нету там ни хрена! - вознегодовал долговязый бородач, подбрасывая в огонь сухих веток, - Откуда им золото везти, если их еще на подступах к берегу нильфы пожгли да поутопляли?
- Так ведь это, знамо где! - сидя на коряге, оправдывался лысый, поглядывая поочередно поросячьими глазками на троих своих подельников, собравшихся вокруг костра, над которым жарились морские рыбешки, - Мне дед мой покойный говорил, когда сказки сказывал, что эти, с островов, чего-нито обязательно наудачу в посудину ценное ховают, чтобы, значится, улов в набеге был бохатый. Верное дело, говорю вам. До свету подождем, а утром в щепки посудину сломаем, что твое корыто!
- Дед твой в штарости шказывал, што надобно в гузно корову поцеловать, ешли прышш на губе вскошет, а ты ему верил, видать, - подхватил негодования бородача его беззубый друг, потирая руки, - Ношуй тута теперь до шамого утра, яйцы на ветру штуди. Надобно было обоз какой шорный вышдать в лешу у дороги.
- Ты меня сам в гузно поцелуй, - сплюнув, запротестовал инициатор верного дела, - В лесу и так сидишь, что леший, мох из жопы уж попрет скоро.
- А ищо в лесу черных патрулей расплодилось, по дорогам шастуют днем и ночью, обозы караулят. Только огонь разведи - сразу сбегутся. Так что в чащобе хоть без огня замерзни, хоть головы от черных не сноси - все едино, на берегу, далече от тракта лучше. - аргументировал четвертый - рябой, без пары пальцев на правой руке.
В полумраке они заметили женщин. Прежде, чем Джарисса успела понять, что "водяными" тут и не пахло. Издалека несло потом, паленой водкой, луком и чем-то еще, чем-то особенно мерзким - похотью. Вряд ли благородные морские создания так благоухали. Помимо запаха и недружелюбного вида зерриканка приметила у каждого грубую сталь на поясе. Все, как один, уставились на путниц.
- А вот и компания, для сугреву, - громко произнес бородач, подбадриваемый недобрым смехом товарищей, - Милости просим, милсдарыни, давненько у нас таких ладных баб не было, давненько.
Джарисса выпустила поводья из рук и стала медленно приближаться, готовясь к худшему. Она знала, преимущество не на стороне женщин, тем более когда одна из них еще толком не пришла в себя. Выйти сухими из воды можно было только воспользовавшись эффектом неожиданности.
- Будь готова. - сокращая дистанцию до костра, негромко проговорила зерриканка, украдкой бросив взгляд на  спутницу поневоле.
- Ну, не боись, умница, подходи! Обогрейте озябших, как Лебеда завещал, - заманивал лысый, остальные ему поддакивали, в случае чего готовые похвататься за оружие, броситься в погоню за женщинами.
До них оставалось добрых полдюжины метров. Джарисса напряглась, но вида не подавала - шла грациозно, ступала на песок легко, почти что игриво, по-кошачьи. Ее мог выдать только решительный взгляд больших карих глаз. Рука, роняя сапоги, сама потянулась к длинному ножу под юбкой.
- А сиську тебе пососать не дать? - успела процедить чужестранка.
Острое лезвие пущенного в полет ножа сверкнуло в ярком свете костра. Брызнула кровь. От удивления лысый раскрыл рот, но это едва ли помогло ему, обмякая, хватать воздух. Острие просвистевшего ножа воткнулось в обагрившуюся холщовую рубаху где-то на уровне правого легкого. Матерясь, троица спохватилась, моментально вскакивая с насиженных мест, обнажила сталь. Беззубый с топором и бородач с мечом готовы были кинуться на Джариссу, тотчас выхватишую из ножен острую саблю. Рябой, вооруженный ржавым зазубренным ножом, готовился наброситься на потрепанную морем светловолосую, которой, не считая щита, даже нечем было толком ответить обидчику.
Срань Драконова!
Второй зерриканский кинжал Джариссы, точь-в-точь такой же, как первый, но прятавшийся в сапоге, взметая песок, упал спутнице под ноги, давая хоть какие-то шансы в бою.

Отредактировано Джарисса (2016-01-04 22:01:13)

+5

7

"Цинтра?... Цинтра... Ну, Цинтра - это не так уж и плохо. Хотя..."
Справившись с тем, что голова превратилась в чугунный котелок, по которому истошно колотило сердцебиение, Хельга приподняла щит, оперлась на него и встала на ноги. Смуглянка уже шагала со своей лошадью к костру. Встал вопрос: идти за ней или же остаться на берегу и понаблюдать со стороны? В принципе, эта темноволосая девчонка - ее единственная знакомка на континенте. Ну, распорола хорошую рубаху, ну, ножичком повертела, но явной то агрессии от нее не исходило. Было похоже, что деваха сама не из этих мест и промышляет мелким мародерством.
Пожав плечами и мысленно согласившись со своими размышлениями, островитянка подхватила щит и устремилась в след за девушкой. Фигура у той была странная - Хельга таких не видала раньше ни на родных островах, ни на бортах захватываемых в морских набегах судов. Наиболее примечательным было то, что худенькое тельце двигалось на удивление манко...
Странная парочка и лошадь приблизились к костерку. Разговор мужиков Хельга понимала через слово - слишком уж заковыристо, да и всевозможные дефекты речи не особо помогали разобраться что, да к чему. Хотя, общий смысл женщина все же уловила, когда похотливые взгляды облапали ее тело. Смуглянка сказала что-то, что Хельга не разобрала, но смысл был и так ясен.
И вот началась схватка... Ну, как схватка. Островитянка давно приметила, что жители с большой земли намного хилее и мельче, чем ее народ. Редко когда она встречала таких же как мужчины со Скеллиге воинов с материка. А тут были какие-то глистоподобные бродяги. Один из них вдруг упал на землю с одурелостью в глазах и ножиком в груди - это смугляночка в него швырнула. "Хах! Неплохо!" - заулыбалась Хельга, почему-то испытав гордость за эту девчушку. Тем временем к ней самой подтянулся рябой бродяга, а к ногам упал ножик - видать, знак внимания от новой спутницы. Но времени на то чтобы его поднять не было - на нее уже несся враг. Женщина тут же собралась и приняла на щит его бросок. Зазубренный нож чиркнул по оковке прямо около ее предплечья. Оттолкнув мужика на полметра, она тут же нанесла удар в его висок ребром щита. Тот качнулся и рухнул на песок.
Оглянувшись на остальных участников заварушки, Хельга тут же поняла, что у темноволосой какие-то трудности. Сделав пару шагов назад для разбегу, дева щита стартанула в сторону того, кто держал в руке топор. Мужик отлетел на добрых три метра, выронив оружее, которое Хельга тут же подняла и с развороту всадила в череп второго. По ходу она заметила, что топор как-то уж слишком хорошо лег в ее руку. Бросив на него взгляд, она улыбнулась во все зубы - то было ее оружие! Тот самый топор, что она выпустила, когда падала за борт!
Она хотела было наклониться и вытащить его из расколотой черепушки, но тут на нее с ревом навалился тот, которого она повалила на песок. Он обхватил ее руки так, что островитянка не могла ими двинуть.

Отредактировано Хельга Златоустая (2016-01-05 23:55:37)

+3

8

Рука крепко впилась в рукоять изящной сабли, бритвенно-острая сталь легкого смертоносного клинка отражала яркий свет костра, когда Джарисса выжидающе водила оружием. Чуть подгнув ноги в коленях так, чтобы пружинило, она встала в боевую стойку. Первый удар нададавшего не заставил себя ждать. Вместе с подельником он хотел окружить смуглянку, поэтому отвлекал спереди, давая возможность другому зайти сзади.
Сильный, но довольно-таки безрассудный рубящий удар мечом серху удалось отразить без особого труда, когда же клинки скрестились, со скрежетом высекая искры от напора противников, те стояли почти влотную, сверля друг друга взглядами. В налитых кровью глазах бородача легко угадывались ненависть, смешанная с удивлением, вызванным тем, что от супостата  прыти никто ожидал. Давил сильно, отчего ноги Джариссы медленно но верно зарывались в рыхлый песок. Тянул время, так нужное подельнику с топором для нападения с тыла. Лишняя секунда промедления могла обойтись зерриканке слишком дорого, и еще дороже, если бы ее взяли живьем.
Резкий удар коленом в пах мечника подействовал безотказно, моментально заставляя того отступить, сгибаясь от боли пополам. Будь у Джариссы лишнее время добить обидчика, она бы немедленно рубанула его по шее, но, развернувшись, едва успела защитить собственную. Лезвие просвистело совсем рядом с артерией и, если бы не гибкость циркачки, позволившая, не теряя равновесия, резко отклониться назад, то песок бы обагрил фонтан горячей зерриканской крови. Удары топора тощего беззубого мужлана было рисковано парировать саблей. Джарисса пыталась отойти как можно дальше от костра и ошеломленного мечника, постепенно приходившего в себя, чтобы не дать преимущества врагам в очередной раз. Выжидая удачный момент для контратаки, она отступала, уклоняясь со свойственной только танцовщице грацией и легкостью.
Возможность не заставила себя ждать. Когда беззубый, сыпя шепелявыми проклятиями, в очередной раз промахнулся, Джарисса резко присела, рубя саблей наотмашь противника под костлявые колени. Такой подлый удар не только причинял боль, с которой трудно было удержаться на своих двоих, но и позволял быстро измотать неприятеля, пустив кровь. В очередной раз посыпались шепелявые ругательства, Джарисса уже была готова молниеносно перейти в наступление, но тут произошло неожиданное. Крепкая светловолосая спутница напомнила о себе, на полном ходу влетая в тощего мужчину с топором, от чего тот не смог удержаться на подрезанных ногах. Оба повалились в песок, готовые вырвать друг другу глотки. Джарисса не успела вмешаться - выроненный мужчиной топор через мгновение был подобран и занесен над его же головой. Не церемонясь, поднявшаяяся светловолосая рубанула лежачего сверху, раскраивая череп.
У зерриканки не нашлось времени восторгаться кровавым зрелищем, от самого костра мечник с грозным и отчаянным ревом уже бежал ей навстречу, выставив ржавое оружие вперед. Смуглянка не стала ждать, тоже понеслась на него, метя закругленным острием сабли в супостата. Взметая песок, они сошлись моментально, снова высекая искры. Удар справа сверху чужестранка отразила, но на этот раз довершила дело. Пользуясь легкостью сабли, тотчас рубанула снизу вверх, наискось рассекая грудь лысого. Тот моментально обронил меч, шатась, с огромным трудом сделал пару шагов и рухнул на колени, зажимая обширную рану обеими руками. Уже через мгновение зарылся лицом в залитый кровью песок.
Схватка на том не кончилась, как ожидала Джарисса, не знавшая, что четвертый обидчик еще не был мертв. Разбираясь с мечником, она не видела, как рябой пришел в себя после удара щитом по голове и повалил светловолосую, не давая млейшей возможности пошевелить руками. На песке снова завязалась нешуточная борьба, но на сей раз зерриканка успела.
Острие навалившегося на спутницу вахлака с силой вошло под его левую лопатку, а вышло из груди, остановившись в дюйме от разрезанной рубахи "утопленницы". От удивления и боли, слабея, мужчина разинул рот и округлил глаза, уставившись на свою жертву. Джарисса резко вытащила саблю, упираясь ногой в бездыханный труп с застывшей на рябом лице гримасой посмертного удивления.
- Выблядки. - сплюнув, кротко и очень злобно выругалась Джарисса, брезгливо отирая саблю о сухой конец рубахи убитого, распластавшегося на боку. Девушке еще предстояло обшарить мертвых на предмет золота и награбленных ценностей, подобрать свои брошенные ножи.
Джарисса, осознавшая, откуда взялись обгоревший драккар и "морская гостья", спрятала саблю в ножны. Девушка подошла к невольной спутнице, которой после кораблекрушения и драки с трудом давалось подняться.
- То правда? В корабле золото? - протянула зерриканка руку, дабы помочь встать, надеясь посредством такой любезности утяжелить карманы горстью заморских золотых.

Отредактировано Джарисса (2016-01-07 02:04:55)

+2

9

И повалились они на землю, и обдало ее его смрадным дыханием. Хельга уже прицелилась извернуться и вцепиться зубами в шею этого вонючки, но тут на нее брызнуло что-то горячее. Обхват ослаб, и через мгновение женщина уже была свободна. Хотела было встать, но голова будто разрывалась изнутри от стучащего в ушах ритма сердца. Еле сев на песок, она осмотрелась вокруг - на четырех бездыханных телах играл свет от костра, а рядом вытирала свой необычный меч ее подруга по драке.
- Выблйадки? - повторила Хельга незнакомое слово.
Мутило ее просто зверски.
- Золота в драккар нэт. - взявшись за протянутую руку, проговорила она с жутким акцентом. - Нэ ... нэ успэть - болшой ... бой. Мэнйа удар в головуа.
Все-таки слишком долго она не говорила на всеобщем - было очень трудно подбирать слова. Когда же с помощью смуглянки она поднялась на ноги, то все стало совсем плохо - все закружилось и закачалось. Жуткий озноб подогнал ее к костру.
- Драккар есть... - напрягшись она вспоминала слово. - есть...
Короче, легче было показать, что она и решила сделать - повернулась лицом к темноволосой и сделала вид, что что-то жует.
- И есть ... - она подняла руку к губам и, запрокинув голову, как будто сделала пару глотков.
Это было зря! Эх, как же зря это было! Перед глазами были верхушки деревьев, что обрамляли побережье, потом медленно их сменили звезды, а еще через какое-то время появилось лицо смуглянки. Хельга видела, что та одновременно и недовольно прикусила нижнюю губу, и взволнованно разглядывает ее лицо. А дальше островитянку поглотила теплая, глубокая пустота, в которой не было ни головной боли, ни дурноты, ни усталости.

+3

10

Джарисса толком ничего не поняла, да и ее немногое волновало. Какая еще еда, какая вода, если никакого золота в разбитом драккаре со слов незнакомки не было? Может, соврала? А может и нет. Перебитые мародеры успели хорошенько разодрать остовы корабля, но основная работа еще только предстояла. Теперь же стервятники сами обратились в падаль, так и не поживившись.
Зерриканка, едва ли вникая в болтовню невольной спутницы, подбирала свои ножи, а тот, что торчал из мертвого тела, не забыла тщательно оттереть от крови. Ну и где хваленые морские дары? Ладно, оставался последний шанс.
- Обыщи карманы, - вздохнув, произнесла смуглянка, обшаривая на предмет ценностей холодевший труп с ножевой раной в груди.
Никакого ответа на эти слова не последовало, как и звуков возни в песке. Возмущению зерриканки не было предела. Так-то ее награждают за спасение? Впрочем, возразить чужой лени она не успела, лишь смачно выругаться. Когда подняла голову, заметила светловолосую, распластавшуюся на песке неподалеку от бездыханного тела.
Недовольная зерриканка спешно приблизилась. Цвет лица незнакомки опять стал бледнее поганки, сердце билось слабо, а грудь под разрезанной рубахой почти не вздымалась. Джарисса пошлепала незнакомку ладонями по щекам, но безуспешно - в сознание та не приходила. Неизвестно, собиралась ли вообще, поэтому зерриканка могла просто уйти, оставив жертву кораблекрушения одну, напоследок обыскав тела мародеров, чем и занялась.
Поиски ценностей трудно было назвать успешными, весь нехитрый улов складывался из полудюжины флоренов и латунного кольца, не стоившего и гроша ломанного. После такого смуглянка, обувшись, уже готова была седлать коня и убираться прочь, но не смогла.
Вид лежавшей на песке среди трупов женщины остановил ее, когда она уже поставила одну ногу в стремя. Уедет, и что потом? Светловолосая придет в себя сама, или растолкает какой-нибудь черный патруль? Тогда островитянке точно не сносить головы, но не прежде, чем нильфы над ней вдоволь поиздеваются или изнасилуют. Или и то, и другое сразу. И это при условии, что незнакомка доживет до утра и не замерзнет - с наступлением вечера на берегу холодало. Конечно, августовской ночью не умереть от обморожения, но в порваной рубахе, после длительных водных процедур очень легко обзавестись воспалением легких, и тогда о дальней дороге можно забыть. Только вот дороге куда? Вряд ли островитянку ждал хоть кто-то в чужих краях. Совсем как Джаррису, которая здесь никому не нужна. Пускай она была не самым честным человеком на свете, но это не мешало ей ведать толк в зерриканской женской солидарности.
Я об этом еще пожалею.
Смуглянка не ожидала, что ей хоть раз летом может пригодиться накидка из толстой тигровой шкуры, в которую она куталась холодной зимой. Но прежде чем замотать в нее незнакомку, ее пришлось раздеть догола - побывавшая в море одежда еще не высохла, нужно было посушить у огня. Стягивая со светловолосой штаны и остатки рубахи, Джарисса, вопреки самой себе, настойчиво убеждала себя не таращиться на притягательную женскую наготу больше необходимого. Когда с раздеваниями было покончено, расстелила шкуру на песке у огня, под руки аккуратно переложила на нее обнаженную женщину, замотав, как в плед. Даже надела пострадавшей капюшон на голову, чтобы было теплее и мягче. Затем, пошерудив угли, подбросила в гасший огонь щепок - стало заметно теплее. В животе уже урчало от голода, а жарившийся над костром десяток рыбешек, насаженных на острый прут, так и просился в живот. Но сперва Джарисса вспомнила про чудесные согревающие свойства своей любимой настойки на крови - штука до жути крепкая, но действенная, поэтому осторожно, придерживая голову островитянки, влила ей в рот полглотка из фляги. Затем уволокла подальше тяжелые трупы, которые уже ночью могут начать благоухать, и, порядочно устав, расположилась у костра на рассохшемся деревянном ящике с корабля. Неторопливо съела пару зажаристых сочных рыбин, кидая кости в огонь, запивая настойкой.
Шумели накатывавшие на морской берег волны, стемнело. Кажется, ночь предстояло провести здесь, а не в городе.

Отредактировано Джарисса (2016-01-07 18:29:52)

+3

11

Хорошо. Как же было хорошо! Мягко, в меру тепло и свежо одновременно. Шумело море - такой приятный, славный прибой. На отдалении кричали чайки. Прежде чем открыть глаза Хельга потянулась. Кожи рук коснулся прохладный, но незлой ветерок. Тут на ее груди что-то шевельнулось, и рука хотела было согнать муху, как наконец-таки пробудившееся сознание подсказало, что муха столько весить и столько занимать места просто не может. Женщина застыла, приоткрыла глаза, но так и не увидела того, что пристроилась у ней прямо промеж сисек, пришлось медленно приподнять голову и почти до боли скосить глаза в нужном направлении. И тут она впала в полное оцепенение - на ней лежала змея! Серо-коричневая с яркими желтыми полосками. Маленькая треугольная головка покоилась на одном из колец длинного тельца, но уже проснулась и впилась в лицо островитянки своим левым немигающим глазом.
Сколько времени они провели, играя в "гляделки", сказать было нельзя, для одной из них время остановилось, а для другой оно вовсе не имело значения. Но в итоге к первой все-таки пришла в голову блестящая мысль: "Надо что-то делать!!!" Ее взгляд с трудом оторвался от змеи, и начал шарить вокруг. Кострище, вынесенный на берег драккар, лошадь и мирно спавшая на морском ящике смуглая деваха.
Обливаясь потом, кидая на пеструю рептилию взгляды полные ... ну, скажем так, панического беспокойствия, Хельга разомкнула в момент высохшие губы и позвала:
- Эй! Проснись! Помоги мне! Эээй! - ей казалось, что она истошно кричала, но в действительности звук волн был намного сильнее ее хриплого шепота.
Прошло несколько минут прежде, чем островитянка достигла нужного уровня громкости. И к этому времени ее речь уже давно перешла все границы приличий даже с точки зрения жителей Скеллиге. И, о Боги, наконец эта соня проснулась!
- Наконец! Убери эту тварь с меня! Убери ее, твою мать! - еще громче завопила Хельга, но тут она почувствовала шевеление и застыла, уставившись на змею. Слова застряли в горле, а сердце билось так сильно, что она видела как в такт ему дрожат кольца рептилии.

Отредактировано Хельга Златоустая (2016-01-12 00:19:19)

+2

12

Изрядно уставшая Джарисса сама не заметила, как, наевшись, задремала, сидя на ящике у костра. Было тепло, в полудреме шум морского прибоя ласкал слух, а в голове наконец-то крутились тягучие мысли о чем-то приятном. Но блаженство тянулось не так долго - зерриканку вдруг разбудил вопль спасенной остовитянки, все так же бездвижно лежавшей у костра.
- Заткнись! - резко и негромко бросила Джарисса, завидев причину такого поведения светловолосой, - Замри!
Даже если серо-коричневая гадюка, ползавшая между грудей женщины, и не реагировала на громкие звуки, проверять, нравятся ли они ей, было слишком опасно. Джарисса, повидавшая дома не мало ползучих гадов, не могла понять, что именно змея делала на берегу, вблизи огня. Должно быть, жила где-то в высоких зарослях поблизости. Откуда было зерриканке это предвидеть? Знай она, размотала бы вокруг костра веревку.
Движения смуглянки были очень медленными, пока что ядовитое животное ее игнорировало, позволяя аккуратно вытащить саблю из ножен. Другого способа избавиться от рептилии смуглянка придумать с ходу не могла. Опасно, был велик риск если не быть укушенной самой, то порезать сталью недавнюю утопленницу. Выбора не оставалось. Время тянулось очень медленно. Трудно представить, каково сейчас было той, на ком распласталась змея.
Клинок сабли предательски поблескивал в свете костра, выдавая Джариссу, когда та приближалась ближе. Она не шла, не переставляла ног, а едва передвигала их по песку, взрыхляя его. Она знала - змеи не обращают внимания на тех, кто не движется, поэтому было просто необходимо делать вид, будто чужестранка стоит истуканом. До поры ей это удавалось, но когда Джарисса, преодолев пару метров, подобралась на расстояние, достаточное для удара, гадюка обернулась, недружелюно шипя. Она выпускала сдвоенный язык, пытаясь рассмотреть угрозу в только что двигавшейся Джариссе, однако через полминуты успокоилась, снова принявшись ползать по светловолосой, не опуская поднятой треугольной головы.
Острие сабли просвистело параллельно земле, рассекая воздух, окропляя густой кровью рептилии песок и побелевшее от страха лицо островитянки. Джарисса рубанула резко, не теряя равновесия, со свойственной только опытной танцовщице ловкостью, отчего змея тотчас лишилась головы прежде, чем смогла атаковать ядовитыми зубами.
- Ха! - довольно воскликнула Джарисса, подбирая отлетевшую на полметра змеиную голову, которую тут же кинула еще нервничавшей светловолосой обратно на грудь, - Вот тебе, на память.
После чего, спрятав саблю, взяла, не брезгая, длинное безголовое змеиное тело и, снова усевшись у костра, вспорола змеиное брюхо. Там, откуда Джарисса родом, сочное змеиное мясо - деликатес.

Отредактировано Джарисса (2016-01-29 19:46:35)

+3

13

Все происходило жутко долго и жутко быстро одновременно! Секунды длились чуть ли не месяцами, но движение мечем подкравшейся девчонки и взлетевшая в воздух голова змеи изумляли своей быстротой. Хельга с облегчением выдохнула и откинулась на спину, но тут от ее спасительницы прилетел не самый приятный презент и смачно чпокнулся о ее грудь. Противно - явно не то слово, которым можно было бы описать ее чувства и эмоции, но где-то в том же районе!
Стряхнув с себя эту дрянь, островитянка поднялась и начала вытирать какой-то странной полосатой шкурой кровь рептилии. И тут до нее дошло, что она лежала в ней совершенно нагая!
- А почэму йа?.. - она обернулась к костру и указала на свое голое тело.
Но свой вопрос она тут же забыла - смуглянка очень ловко потрошила тельце обезглавленной змеи.
- Зачэм ты... чыстить? - еле подобрала слово Хельга и, забыв обо всем на свете, словно ребенок завороженно подползла на четвереньках к своей визави. При этом пушистый покров остался где-то позади нее...
- Пойас дэлать хочэшь? - предположила обнаженная воительница, пытаясь разглядеть чешуйчатую шкуру змеи - вдруг она дорого стоит?

Отредактировано Хельга Златоустая (2016-02-02 22:24:05)

+2

14

Змеиная требуха была свалена в кучу неподалеку от костра. Ножом и окровавленными руками Джарисса выпотрошила гадюку, оставив только самое ценное из внутренностей - сердце и печень. Прежде чем нарезать на тонкое мясо, змею еще предстояло обесшкурить (кожа могла пригодиться) и выпустить всю кровь. Последняя тоже была полезна и, по зерриканским повериям, придавала сил. Пустынные жители часто варили из нее настойки или вовсе пили сырой.
- Зачэм ты... чыстить? Пойас дэлать хочэшь? - услышала она удивленный женский голос.
- Угу, - промычала под нос Джарисса, всецело поглощенная выгребанием из змеиной туши остатков требухи кинжалом, - Поесть будет.
Только секундой позже Джарисса подняла взгляд и увидела, что заморская гостья сидела подле нее на песке совершенно нагая, увлеченно наблюдая за процессом свежевания. Зерриканку снова передернуло. Снова в хорошем смысле. На сей раз она даже на время решилась дара речи и, вцепишись в тушку, забыла, чем занималась. Одно дело самой раздеть бессознательную особу, дабы оказать помощь, другое, когда она сама смело подползает, в чем мать родила. Потребовалось совершить грандиозное внутреннее усилие, дабы отвести взор от женских красот, тщетно попытаться взяться за дело. Однако, похоже, статную светловолосую повышенное чужое внимание совершенно не беспокоило. Зерриканка невольно заулыбалась.
Оно и понятно - привыкла. Зачем в подводном царстве одежда?
- Змеиная кровь полезная. Мы ее пьем, - наконец проглотившая язык смуглянка подобрала нужные слова.
Она приподняла тушку над головой и щедро выдавила из мышц туши капли багряной густой жидкости себе в открый рот. На вкус слегка отдавало железом.
- Попробуй, - коротко предложила Джаррисса, которая теперь, придвигаясь еще ближе к нагой светловолосой, не потерпела бы отказа.
В ее рот зерриканка тоже выдавила несколько капель, но те щедро попадали женщине и на подбородок, и на грудь. Быть может, Джарисса специально сделала так, потому что через секунду ее, перевозбужденную, насмотревшуюся на то, как соблазнительно кровь стекала по бледной коже, было уже не остановить. Ибо нельзя удержать в неволе Дракона, что живет в каждой дочери пустыни.
Несчастная тушка змеи упала в песок, зерриканка тотчас повалила на него обнаженную женщину, наваливаясь сверху. Резким движением окровавленных рук чужестранка, жаждущая страсти и ласки, рапустила шнуровку корсета на груди, и больше ей ничего не мешало водрузить на нее чужие теплые ладони. Потираясь разгоряченным телом, поглощенная диким желанием Джарисса запустила татуированные пальцы в пышные светлые волосы морской гостьи и принялась жадно ее целовать, чувствуя на языке металлический привкус крови. Прошло какое-то время, прежде чем смуглянка стала слизывать змеиную кровь с женской груди и шеи, покрывая их поцелуями, а непокорные руки напиравшей Джариссы, тем временем, словно сами оставляли четкие багряные следы на бюсте, талии и бедрах. Зерриканка приподнялась лишь однажды, чтобы, сидя сверху, с посторонней помощью лихорадочно избавиться от остатков одежды: стащить сапоги, стянуть надоедливый жилет с расшнурованным корсетом, скинуть длинную юбку с саблей на поясе. Через мновение открытая всем ветрам, украшенная изящными татуировками кожа смуглянки притягательно поблескивала в ярком свете костра, а манящая грация танцовщицы приковывала взгляд, пробуждая неистовый зов плоти. Джарисса снова нетерпеливо прильнула к губам женщины и, медленно водя руками по нежной бледной коже, уже не спешила прерывать поцелуй - настойчивый и сладкий. Под шум ночного прибоя наслаждение в единении постепенно обволакивало обеих дам, стремительным потоком их увлекало куда-то в чертоги богов, и казалось, что сами Дракон и Фрейя взирали на это с одобрением. В страсти и объятиях драконье пламя внутри Джариссы разгоралось ярче с каждой секундой: мурашки по телу, жар в промежности и напряжение в грудях под теплыми ладонями партнерши ясно давали это понять, прочувствовать. Но ей хотелось большего, ибо первобытный огонь мог и алкал гореть выше, сильнее, жарче.
- Дай мне морских даров, - прижавшись, улыбаясь, шепнула зерриканка в губы светловолосой, в то время как ее ладонь медленно но верно скользила вниз чужого живота, бедра обхватывали талию, а в просьбе отчетливо слышались возбужденные смешки.

Отредактировано Джарисса (2016-03-08 01:49:08)

+2

15

"Она собирается ее есть?" От этой мысли Хельга лишь еще больше заинтересовалась процессом потрошения змеи. Конечно, было в этом и что-то... что-то, скажем прямо: Фуу-фу-фу! Но почему-то сейчас это мало ее волновало. А гораздо интереснее было то, что смуглянка, бросившая на нее взгляд, на мгновение застыла как луговая кошка, всматривающаяся в горизонт... По крайней мере именно такое сравнение пришло Хельге в голову.
- Змеиная кровь полезная. Мы ее пьем.
И это было для островитянки новостью. Она ни разу не слышала от соотечественников о том, что люди с большой земли едят змей и пьют их кровь. "Хм.. А кто это "мы"?" - подумалось вдруг Хельге. А темноволосая в это время выдавила себе в рот несколько капель крови рептилии и предложила ей своего экзотического яства. Спорить не то чтобы с ней не хотелось, просто это даже и в голову не приходило. Хельга чувствовала, как во рту стало солоновато, и как кровь потекла по коже с подбородка на грудь. И тут началось какое-то сумасшествие! Горячее тело прижало ее к земле, а из одежд смуглянки неожиданно появились ее упругие полушария, на которые были водружены руки островитянки. Далее последовал долгий поцелуй. Он был жаден и настойчив. "Как такое может быть?!" - попытался влезть в это дело разум, но губы смуглянки опустились на шею и грудь, похоронив этот безмолвный вопрос под волнами нарастающего желания. Хельга понимала где-то на задворках сознания, что делает ЭТО с женщиной, но ее ничто не пугало, не смущало, и выходило даже очень, ооочень хорошо. Следующие поцелуи становились нежнее и вместе с этим откровеннее, а когда пальцы девушки проникли в самое возбужденное место, то по всему телу пробежала дрожь. Хельга удивленно раскрыла свои глаза, но с ее губ слетел лишь стон наслаждения. Почему никто никогда не делал с ней подобного? Или это прерогатива лишь нежных женских рук? Хотя задумываться о таких вещах не приходилось - она не была с мужчинами уже почти полгода, так что пик наслаждения застиг ее очень скоро. Она извивалась, вцепившись одной рукой в предплечье смуглянки, а второй притянула короткостриженую голову и впилась в губы, продолжая стонать. Когда же ее тело успокоилось, Хельга приподняла над собой руку, что ее только что ласкала - длинные тонкие пальцы были влажными.
Она взглянула в глаза темноволосой девушки.
- И ты тоже. - улыбнулась дева щита и положила свою ладонь на лоно теперь уже подруги.

Отредактировано Хельга Златоустая (2016-03-22 01:58:57)

+1

16

Джарисса знала наверняка, змеиная кровь, будь она афродизией, или нет, оказалась здесь совершенно ни при чем. Все случилось так неожиданно, спонтанно, быстро, что обжигающая страсть, взяв верх, забила ключом. Вдобавок, они даже имен друг друга еще не знали, что, несомненно, добавляло ситуации пикантности, а им обеим - возбуждения. Пустыня и море сошлись так впервые, не ведая, чего ожидать друг от друга, но чувство неизвестности тотчас перестало пугать и было отринуто. Мир словно перестал существовать за пределами них двоих в ярком свете костра на ночном морском берегу.
Джарисса старалась, она знала, что нужно делать. Ее татуированная до самых кончиков пальцев рука успела огрубеть, за годы привыкнув к рукояти сабли, но в такие моменты была особенно нежна и аккуратна, и вместе с тем настойчива. Ласки смешивались с долгими поцелуями в губы, ловя ими стоны, от усердия зерриканка, медленно покрывалась потом, поблескивавшем на нежной смуглой коже в свете костра. От нее пахло женщиной, и в пылу страсти этот настоящий аромат опьянял. Пьянило и возбуждало Джариссу и зрелище наслаждения, которое она давала светловолосой гостье. В духовном единении прочувствовав же нутром его пик, завидев, услышав его, зерриканка не могла не проявить настойчивости снова. Она уже была давно готова, поэтому встретила иницитиву партнерши с неподдельным одобрением: закатила глаза, отрывисто задышала, вздымая разгоряченную грудь, поймала чужую руку внизу своего живота, и, направляя ее, поддалась. Чуть приподнявшись, от удовольствия она выгибалась с грацией танцовщицы, кошкой впилась в женские бедра, сперва закусив губу, а позже и палец с незнакомым дурманящим привкусом. По мере же того, как стоны Джариссы звучали чаще и громче, не в силах более сдерживаться, она рухнула на морскую бестию сверху, потираясь о нее влажной кожей, зарывшись лицом в ее густые светлые волосы. И через секунду наслаждение захлестнуло Джариссу, не отпуская вовсе, но только на недолгое мгновение, которое, к сожалению, не могло длиться вечно.
Здесь и сейчас все подошло к концу быстро, в целом же то было только начало нового. Начало чего-то очень хорошего, на что чуждый северный край был скуп.
- Какая щедрость, - искренне улыбаясь, в попытках отдышаться шепнула расслабившаяся зерриканка в сладкие женские губы, не отводя взгляда от голубых глаз, - Срочно окунуться.
После долгого поцелуя нагая Джарисса немного неуверенно поднялась, неторопливо потянулась и направилась к воде, ведя за руку свою морскую бестию. Шум прибоя стал тише и спокойнее. Тело зерриканки обдувал ночной бриз, а берег освещала яркая луна, поигрывавшая отражением в морской ряби. До того момента Джарисса ни разу в жизни не окуналась в море, такое чуждое, непокорное. Теперь же она не боялась, ей хотелось его манящих соленых объятий. Теперь было, с кем их разделить.
Зерриканка не вошла в воду, не забежала, а, поднимая ногами брызги, влетела в нее, грациозно ныряя, едва погрузилась по грудь. Вынырнув, на спине оплыла новую подругу вокруг и, встав лицом к лицу, с радостным смехом обрызгала по самую макушку. От "ответного огня" спряталась, нырнув, и затаившись в толще воды, а через пару секунд выскочила, вешаясь на женщину, обхватывая ногами ее талию.
- Джарисса, дочь Дракона, - наконец представилась зерриканка шепотом, прежде покрыв поцелуями изящную светлую шею, - Назовись и ты.

Отредактировано Джарисса (2016-03-22 19:02:49)

+1

17

Хоть она делала подобное впервые, но направляющие движения татуированной девушки и желание самой Хельги поделиться своим наслаждением делали свое дело. На памяти девы щита были случаи, когда ей приходилось видеть, как выглядят женщины в моменты удовлетворения, но всегда это бывало при участии здоровенных мужчин-воинов. Зрелище интригующее, ибо сама она не всегда получала то, чего хотела, ложась с мужчиной. Теперь же вид еще недавней незнакомки не давал возможности отвести взгляда! Что уж говорить о том, что смуглянка двигалась совершенно иначе чем все, кого Хельга видела за всю свою жизнь, суть была даже не в этом - было необычайно тепло, мирно и томительно при этом.
Наконец, старания островитянки окончились бурным концом, от которого ей, кажется было еще лучше, чем девушке, навалившейся сверху и дрожавшей от наслаждения. Когда же все успокоилось, незнакомка заговорила, но голова Хельги не успела переключиться на всеобщий, поэтому женщина лишь послушно последовала за тянувшей в морскую воду девушкой.
Привычная скеллигке соленая вода обильна орошала ее плечи и голову - смуглянка бултыхалась и игралась с водой как маленький сорванец! На это невозможно было не ответить ответными брызгами воды. И вдруг девушка запрыгнула на нее словно кошка на дерево, лишь с тем отличием, что вместо острых когтей, царапающих кору, были нежные поцелую в шею. Хельга же приобняла ее одной рукой за спину, а второй за место на ноге пониже ягодицы.
- Джарисса, дочь Дракона. Назовись и ты.
Чтобы ответить на этот вопрос, островитянке потребовалось несколько секунд.
- Хэльга Эдйоон из Ан Скэллигэ. - потом она еще немного подумала и спросила. - Твой отэц правда дракон?
"Это бы все объяснило - все это странное и вместе с тем приятное соитие, и цвет кожи Джариссы, и ее странную манеру двигаться... А может быть, я все-таки утонула тогда? И сейчас нахожусь в ином мире, где живут души погибших людей, полубогов и дочерей драконов?.."

+1

18

В ответ на этот вопрос Джарисса не могла не рассмеяться. Откуда могла Хельга знать подробности о далекой пустынной стране? Джарисса все равно не сдержала доброго смеха.
- Я же из Зеррикании. - улыбаясь, произнесла она, ничего не поясняя, но так, будто это было нечто само собой разумеющееся, а вывод о драконе-отце полагалось сделать именно вопрошавшей, пускай с течением времени.
Джарисса лишь наградила Хельгу долгим, сладким как щербет поцелуем, прежде чем оттолкнулась и спрыгнула с нее. Экзотичная чужестранка вновь погрузилась в прохладную и соленую морскую воду, поднимая столб брызг. Растянувшись на спине, она неторопливо доплыла до берега и вышла. Лунный свет играл на каплях влаги, медленно стекавших со смуглой кожи зерриканки, и когда она шла, казалось, что величественный золотой дракон на спине, выбитый от шеи до самых ягодиц, действительно парил. Первое в жизни погружение в морские воды произвело на Джариссу неизгладимое впечатление, развеив, благодаря Хельге, непонятную боязнь неизвестного. Теперь взбодрившаяся смуглянка ощущала себя так, будто с легкостью могла вынести и целый век изгнания.
- Уплыть от меня надумала? - стоя на берегу, вдруг повернулась она, обращаясь к оставшейся в воде женщине, и игриво поманила пальцем.
Освежившись, уже через пару минут они вновь сидели у костра, грелись, плотно замотавшись в широкую тигровую накидку, передавая друг другу флягу с крепкой настойкой. Обняв Хельгу, Джарисса рассказывала той о далеком крае, где под ногами лежит горячий песок, а небеса греет горячее солнце. И чем сильнее выпивка развязывала язык зерриканки, тем больше она говорила о Родине, тем сильнее становилась тоска по дому. Так чужестранка поведала новой заморской подруге о бескрайних, непокорных барханах и о прохладных оазисах, желанных устылым путником. О грандиозных храмах-пирамидах, возведенных в честь Дракона, и о городах-жемчужинах с мощными стенами красного камня и славными бойцовыми аренами, с высокими башнями и роскошными дворцами, с богатыми библиотеками и улицами с каналами, фонтанами, тенистыми садами. О мудрых астрономах и алхимиках, знавших о мире все, что Драконом дозволено знать людям, и о пустынных воительницах, гордых и опасных, как пантеры. О просвещенных жрецах и о странствующих торговцах пряностями, запрягавших караваны горбатыми верблюдами. И, конечно же, о том, как покинула Зерриканию, будучи простой циркачкой, пустившейся во все тяжкие, оставившей труппу. Джарисса пообещала даже при случае показать, как играет на флейте, танцует, жонглирует, садится на шпагат, встает на мостик, закидывает ноги себе на плечи, делает сальто и еще добрую сотню акробатических па, недоступных большинству простых людей.
За время своего долгого рассказа, прерываемого только глотками спиртного и вопросами удивленной собеседницы, Джарисса успела осознать: ей уже очень давно нужен был кто-то, кто мог бы выслушать и понять эту тоску. Такой же презренный чужак на севере, пускай и не зерриканец вовсе. Кто-то, чье сердце навеки осталось далеко за морями, куда бы ни направилось бренное тело.
Было уже за полночь, когда Джарисса, у которой уже шумело в голове от выпивки, окончательно замолчала, все так же сидя под накидкой, вплотную к Хельге.
- А твой дом? Какой он? Чем живет твой народ? - поинтересовалась она, устраяиваясь поудобнее на плече новой подруги.
И в алкогольном полудреме, фантазируя, Джарисса слушала с упоением, вдыхая ни с чем не сравнимый аромат моря, исходивший от Хельги. Дракон и Фрейя благословили зерриканку, преподнеся ей такой щедрый морской дар: деву щита. Смуглянка не знала, сколько прошло времени, когда она сползла с плеча Хельги, и та тотчас устроилась рядом. Лежа укрытые, они прижались друг к другу. С моря дул ветерок, но им было тепло.
- Гляди, - зевнув, вдруг шепнула Джарисса, показывая пальцем куда-то в звездное ночное небо, - Созвездие Дракона. А там - овцы. А знаешь, почему так?..
Узнать Хельге уже было не суждено. На ее плече во сне мирно посапывала дочь Дракона.

Отредактировано Джарисса (2016-04-04 13:04:37)

+1

19

Ответ был неясным. Где находится и чем отличается от других стран материка именно Зеррикания, Хельга понятия не имела, ибо ни разу в жизни не слышала о таковой. Тем не менее, она не стала рассуждать, а лишь продолжила поддаваться затеям смуглянки. И вот они лежали в шкуре полосатого зверя, обняв друг друга и рассказывая о своих мирах. Почему-то говорить на всеобщем островитянке стало гораздо легче после нескольких глотков обжигающего питья зерриканки - она даже почти не задумывалась о подборе слов, словно память быстрее нее успевала извлечь нужное и положить на язык. Некоторые же слова, аналогов которых Хельга не знала, она произносила на скеллигском. И самой ей казалось, что из моря выросли зеленые острова родины, по кромке воды плавали драккары, в густых лесах переплетаясь рогами с ветвями бродили олени, а на самой высокой вершине лежал вечный снег... Говорили, что это не гора - а грудь ледяной великанши - Дьёрдры, которая была на сносях, когда началась война между богами и великанами...
- Потом йа спэть тэбе о нэй. - пообещала Хельга, зевнув.
Джарисса же почти перешла на сторону бога сновидений:
- Гляди, Созвездие Дракона. А там - овцы. А знаешь, почему так?..
Островитянка вгляделась туда, куда указывал тонкий пальчик девушки. Скопление ярких звезд действительно могло скрывать за своим покровом целого дракона и несколько миролюбивых овец.
- Да, вижу. У нас эти звёзды называть Орёл Богов...
Ответа не последовало, и Хельга наклонилась к Джариссе - та уже спала. Приоткрытый рот обрамляли немного припухшие от поцелуев губы, делая лицо девушки по-детски невинным. Темные волосы, высохшие от морской воды были похожи на перья взъерошенного стрижа, что все-таки напоминало о том, что это хрупкое создание причастно к мастерству отнимания жизни...
И тут с сознания Хельги будто стянули пелену - она оглянулась вокруг, и теперь вещи, которые она видела уже множество раз, рассказывали о себе то, чего она до сих пор не заметила.
На фоне светлеющего неба на берегу громадой лежал вынесенный драккар. Он, будто сломавшая крыло птица, завалился на один бок, зияя темной дырой на дне. Нос же его - резной дракон - был скошен и чёрен. И только теперь Хельга поняла, сопоставив факты, что это ее драккар! Что топор, отнятый у похотливого мужика, чей труп лежал где-то за деревьями, был найден им именно на нем.
Островитянка дернулась было встать и побежать к судну, но соскользнувшая с плеча голова Джариссы напомнила о другом...
"Как странно..." - подумалось Хельги, когда она аккуратно вернула темноволосую голову на свое плечо, ласково поглаживая смуглую кожу. - "Как странно, что жизнь может так резко измениться... Я ведь знаю ее совсем недолго, а уже забочусь о ней. Наверное, я попала сюда неслучайно... Выжил ли еще кто-то из моих друзей? Не знаю, но почму-то кажется, что я тут одна..."
Она мысленно осеклась и виновата улыбнулась девушке, что мирно посапывала своим маленьким носиком. Хельга немного помялась, но потом приблизилась к лицу Джариссы и тихонько поцеловала этот носик.
- И тут я не одна. Даже, если завтра ты проснешься и решишь забыть эту ночь и покинуть меня, я тебе этого не позволю. Скеллигки тоже бывают настойчивыми.
Бережно укрыв зерриканку и себя шкурой, Хельга заснула.

Отредактировано Хельга Златоустая (2016-04-04 10:49:13)

+1