Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » ЗАКРЫТЫЕ ЭПИЗОДЫ » [1263 г, конец августа]С нордлингской благодарностью сравнится лишь...


[1263 г, конец августа]С нордлингской благодарностью сравнится лишь...

Сообщений 1 страница 27 из 27

1

• Время: Последние дни августа, 1263 год
• Место: Темерия, деревушка Залысье (близ  тракта Диллиген-Бругге)
• Действующие лица: Фольтест, Инга ван Мейст
• Описание: Боевая рана для короля – дело пустяковое, особого внимания не заслуживающее, вот и Фольтест искренне удивлялся той панике, что царила промеж его стражи из-за такой пустяковой царапины, как пробитое копьем плечо. Ну, подумаешь, торопясь в столицу, оставил он лекаря далеко позади и двинулся налегке. И что теперь, все окрестные деревни в поисках костоправа, вонючими травками обвешенного, перевернуть? Проще до Бругге добраться, но капитан гвардии думает иначе.

0

2

- Видимо стоило завернуть в Элландер, чтоб сделать потом крюк и лично проследить за подавлением очередного мятежа, устроенного на нильфгаардские деньги. Холера… да не скачи ты вокруг, сразу всполошившуюся наседку напоминаешь, - раздраженно бросил темноволосый воин, здоровой рукой отмахиваясь от излишне ретивого капитана гвардии, вздумавшего в очередной раз поправить повязку на плече своего господина. – Надеюсь, Клеман, ты понимаешь, сколько времени мы теряем в этой забытой Богами деревушке? Проще было продолжить путь и добраться до чертовой крепости!
- Ваше Величество, рана достаточно серьезна и требует вмешательства лекаря, а если заражение какое? Вы не имеете права так рисковать своей жизнью! Кроме того, мы наверняка найдем человека, который вам поможет. В каждой деревеньке должен быть кто-то, кто разбирается в целительстве и…
- Ты сам давно в деревне был? – оборвал гвардейца Фольтест, ерзая на грубо сколоченной постели в попытке устроиться поудобнее и не тревожить пробитое вражьим копьем плечо.
Рана сия была весьма неприятная, но на взгляд Темерца, не смертельная, с такой можно десяток стае в седле отмахать.  Однако капитан его гвардии считал иначе и не преминул воспользоваться пустяковой слабостью и легким головокружением, возникшими у его короля и остановить отряд в первой попавшейся на пути деревушке, устроив монарха в доме местного старосты, да направив наиболее сметливых подчиненных искать лекаря. Самого же короля избавили от пробитой кольчуги и прочих одежд, мешающих доступу к ране и, после очередной выполненной на скорую руку перевязки, оставили отдыхать, да пререкаться с гвардейцем, выставив старосту с супругой за дверь. В конце концов, здоровье монарха куда важнее чьих-то там удобств.
- Отправь верхового в Бругге, пусть пополнит там припасы и возьмет свежего коня, чтоб побыстрее Вызимы достичь. В городе пусть найдет Наталиса, он уже должен вернуться из приграничных с Реданией земель, в отсутствии коннетабля пусть ищет Меригольд , дабы уже та с Яном связалась. Нужно срочно перебросить свежие части на границу.
- А что «белки», мой король? Перебросить сюда войска, значит прекратить преследование этих тварей? – в голосе гвардейца прозвучало недоумение.
- За них, Клеман, можешь не волноваться. Скоро им будет не до разбойных нападений. Кроме того я не вижу смысла гонять по лесам и болотам армию, это все равно, что пытаться удержать воду в неплотно сжатом кулаке, она просочится сквозь пальцы. Нет, с мятежниками должны бороться не простые солдаты, а специально выдрессированные, подобно гончим, бойцы. Ну да не будем об этом, так, где там твой костоправ-коновал? Сейчас ведь совсем кровью истеку и помру молодым.
- Ищем, Ваше Величество, не извольте волноваться.
А в деревне и её окрестностях, меж тем, была проделана грандиозная работа по допросу местных и не очень жителей на предмет лекаря, целителя или просто травника, который первую помощь «важному офицеру» оказать может. Однако, Залысье было достаточно бедным поселением, не имевшим своего знахаря, а посему и раздражены, грубы были гвардейцы иной раз даже сверх меры, покуда не нашли они человека, указавшего на девушку, вроде как услуги знахаря предлагавшую.

+1

3

Небольшая деревушка с красноречивым названием "Залысье" еще ночью встретила одинокую путницу верхом на верной кобыле, встретила как обычно, без лишнего внимания и с явным нежеланием пускать хоть кого-то к своему очагу, в тепло и простейшее подобие уюта, одно благо, простой люд по своему сговорчив, кому достаточно монет звонких отсыпать, кому пообещать по утру чего доброго и полезного. В общем и целом, для врачевателя раздолье в плане поиска крова, и деньги есть, и редко в какой деревушке не встретишь старика, активно ворчащего на свою старость и любящего о своих болячках поразглагольствовать. Так молодая нильфгаардская эмигрантка по имени Инга и нашла себе после полуночи приют с долгой дороги.
Каково же ее удивление было, когда тихая и неприметная деревня при свете дня неимоверно ожила, причем не обычной человеческой жизнью, а лязгом доспехов, стуком упрятанных в ножны клинков и грубой солдатской бранью. Да и армией, честно говоря, не самой обычной, слишком чистой для простой пехтуры, слишком смирной для простых регулярных частей и слишком уж активно что-то разнюхивающих в столь мелком селении. Эту информацию спокойно можно было уловить, просто глянув в окошко над кроватью, где примерно после полудню деваха и пробудилась, но никак не хотела вставать, даже по зову желудка.
Она не боялась облавы, ее имя хоть и отдавало южными нотками, но не несло за собой каких-либо заметных грехов и нарушений общественного порядка для граждан Темерии, наверняка ищут белок, дезертиров или еще каких-нибудь предателей родины, она к ним не относилась, простой медицинский работник на собственном содержании, не больше и не меньше обозначенного скромного титула.
От того еще большее удивление вызвал окрик гостеприимного старичка, что раздался после настойчивого стука в дверь хаты.
- Эй, деваха!- чуть шепелявя на почве отсутствия некоторых зубов, раздался дружелюбный голосок старичка, за который даже чуть грубоватое обращение и простить было можно,- не спишь? Иди ка сюда, уваж старика и слдатиков,- а последние, к слову, нервные были, что почти чувствовалось по напряженному дыханию за дверью небольшой комнатушки. Дед видимо постарался не пустить мужиков в комнату, по крайней мере пока девушка не напялит на себя хоть что-нибудь приличное, спать то в одежке жаркой ночью не очень комфортно.
- Ну... Теперь не сплю...- ленным голосом решила все-таки отозваться южанка, неспешно облачаясь в рабочую белую рубаху и прочие предметы своего немногочисленного летнего гардероба прежде чем явиться в главную комнату к паре солдат и деду с сумкой в обнимку. А на сумке как раз и красовался рисунок обвитого змей посоха, что обычно на значках военных коновалов красуются, так что гвардейцы без лишних слов взяли девицу за рученьки и повели прямиком к старосте, почти не отвечая на многочисленные вопросы барышни. Благо понять она успела в чем суть подобной спешке, кто ранен был, и кто-то этот этими солдатами командовал, жаль об оплате воины не сильно чего обмолвились, словно была это важная государственная тайна.

+1

4

- Нашли, Ваше Величество! – оживился ближе к полудню капитан гвардии, бросаясь, было к двери, дабы лично встретить солдат и лекаря, но на полпути остановленный грозным окриком короля.
- Клеман, куррва мать, вернись назад и убери корону и прочие регалии, я не хочу светиться своим происхождением, - полный недоумения взгляд гвардейца буквально вынуждал тратить драгоценные силы на пояснения, столь не любимые Фольтестом, но крайне необходимые на сей раз. – Запомни сам и передай другим, король в Вызиме, а сопровождаете вы графа Раимунда, волею государя направленного на Юг для подавления мятежей и во время одной из стычек раненого. Местным все равно, приехали мы затемно, короны никто не видел, а в лицо меня едва ли кто узнает, без регалий-то…
- Как будет угодно, мой… господин граф, - чуть поклонился удивленный подозрительностью своего короля капитан и поспешил исполнить приказ, а после и вовсе покинул дом старосты, направившись навстречу двум латникам, разве что не волочащим за собой лекаря.
Вот только при ближайшем рассмотрении, целитель этот оказался девчонкой, достаточно молодой на взгляд капитана и явно сбитой с толку подобным обращением. Впрочем, особого выбора у Клемана не было, приходилось довольствоваться этой находкой. Взмахом руки остановив гвардейцев, капитан придирчиво осмотрел целительницу и, чуть поморщившись, решил прояснить ситуацию.
- Моё имя Клеман, я команду гвардией его светлости, графа Раимунда. Исполняя волю короля, наш господин несколько, хм, переусердствовал и получил достаточно серьезное, на мой взгляд, ранение. А так как лекаря с собой у нас не было, пришлось искать оного в первой же деревеньке. Поможете нашему графу – в накладе не останетесь, он наверняка отблагодарит вас, а коль выяснится, что сумку с этим знаком вы для вида таскаете – уж извините и не держите обиды, но… - на что не следует держать обиды, капитан не уточнил и кивком предложил двинуться к дому старосты.
Сам деревенский глава, испуганный и мало что понимающий кроме того факта, что его нагло выставили из собственного дома, просиживал штаны во дворе у родственника, жившего неподалеку да и мог, разве что, недовольно коситься в сторону закованных в латы рыцарей.
- Вот и пришли, - не оборачиваясь бросил Клеман, распахивая дверь и первым входя в полутемное помещение. Сопровождавшие целительницу гвардейцы, наконец, отпустили её, напоследок бесцеремонно подтолкнув к двери, а сами замерли у входа.
- Клеман, ты как всегда вовремя, не даешь спокойно отойти в мир иной. Привел лекаря своего? – донесся до ушей капитана насмешливый голос Фольтеста, нездорово бледного и, без доспехов или кольчуги с накидкой, подозрительно худого, развалившегося на кровати старосты.
- Господин, мы нашли целителя, точнее целительницу, в общем она готова приступить к работе.
Гвардеец бочком отодвинулся к углу подле двери, напряженно наблюдая за поведением и манипуляциями неизвестной ему врачевательницы, которой теперь открывался прекрасный вид не на широкую спину капитана, но на самого больного. Нездорово бледного, раздетого по пояс, с окровавленной повязкой на правом плече. Худого, темноволосого, но с первыми седыми прядями и какого-то жилистого. Тролли и прочие людоеды явно подумали бы трижды, стоит ли тратить время на столь не мясного человека.

+1

5

Солдаты держали девицу все время пути достаточно крепко, видимо что бы та не вырвалась или не учудила еще каких глупостей, а может просто по привычке, ведь обращение со всякого рода пленниками в армии никогда не было особо мягким, но та в свою очередь жаловаться не додумалась, ума хватило, ну и не проснулась она еще до конца, так что мысли были лишь о слишком уж широком гвардейском шаге.
- Не волнуйся, не для вида, иначе я бы уже визжала и молила о пощаде...- натужно улыбнулась она и кивнула капитану в ответ, выбора как-никак не было. Лишь около двери в один из самых опрятных домов деревни нильфгаардке позволили глоток свободы, а та сразу принялась чуть потирать предплечья, где под рубашкой наверняка алели следы заботливых солдатских ладоней.
- Не лекарь я, и не целитель,- первое что выдала девица, пренебрежительно закатив глаза кверху и сложив руки в области груди,- первые на задворках деревень живут и мази от геморроя варят, а вторые вообще со всякой магией дела имеют, а я врач. Medicus, если вам так будет угодно,- на этот раз она улыбнулась уже искренно, сделала пару шагов под внимательным взором гвардейцев, нащупала предварительно взглядом табуретку и изящным движением ноги, подцепив предмет времени носком за ножку, пододвинула ее к кровати. Карие глаза девицы внимательно пробежались по телу аристократа, по ним сложно было что-либо прочитать, но явно в них отсутствовала паника, ровно как и энтузиазм, случай был более чем банальным.
- Зовут меня Инга, милсдарь граф, и я сперва мне рану надо осмотреть...- она легонько закатила рукава рубахи, оголяя татуированную руку, после чего медленно, без всякого желания терзать нервы телохранителей, потянулась к повязке.
- Ну солдатня...- звучно и напряженно выдохнула она весь объем своих легких одним длительным порывом,- я понимаю, повязки накладываете плохо, но рану то зачем так, извиняюсь за выражение, раздраконили то?- суровый взгляд упал на капитана гвардейцев, словно в попытке прожечь дыру в его доспехах,- зажали, замотали бы, и до города бы добрались, нет надо было...- она заткнула дыру в монархе остатками и без того расхлябанной повязки и все внимание подарила владельцу почти сквозной впадины в области плеча. Надо было прикинуть варианты и что понадобится, сумка же со злополучной символикой уже на рефлексах была снята с плеча и лежала у барышни на коленках, оттуда веяло смесью ароматов трав и спирта.
- Дело не очень сложное, но сразу скажу, понадобится, тазик теплой воды, пару свежих тряпок и перевязок, пустое ведро, широкая чистая миска, кувшин свежей воды и...- ловкие девичьи пальчики залезли куда-то в глубины сумки и выудили небольшой мешочек,-...и этого заварить,- сложно было заметить, когда Инга перешла на суровый командирский тон и превратилась из чуточку шуганной девахи в суровую женщину, видимо когда окунулась в свою стихию, что не много не мало, а говорило о профессионализме,- быстренько, не хотите, дабы ваш дорогой граф долго мучился и не страдал потом две недели от недостаточно чисто проведенной операции?- если прислушиваться, то в ее голосе можно было заметить нечто странное, не свойственное среднестатистическом жителю севера, а ведь от южного акцента врачевательница избавилась уже достаточно давно. Хотя были они почти на самой южной границе широкого севера, так что чего удивительного можно в этом увидеть?- и варианта у нас, милсдарь граф, ровно два: края раны несколько рваные, так что я могу их аккуратно обрезать, а после все сшить, но рукой после этого пару дней лучше вообще не двигать, а через месяц попросить какого-нибудь гарнизонного коновала нить извлечь, на всякий; но могу и просто края прижечь, а саму дыру забить заживляющим экстрактом, а поверх хорошую повязку, проблем особых доставлять не будет, разве что болезненно заживать будет и останется зычный такой шрам. Не думаю, что боли или следов на коже боитесь, потом вопрос лишь в надобности вам в ближайшее время руками размахивать, аль потерпите?

Отредактировано Инга ван Мейст (2015-07-24 22:36:05)

+1

6

Поверили или нет в маленькую ложь Фольтеста – было непонятно, хотя и не так уж важно, когда молодая медичка взялась за дело. Осмотр раны лишь доказал правоту капитана гвардии о необходимости остановки в ближайшем же поселении, чему тот успел порадоваться, покуда критика в адрес первой солдатской помощи вкупе с уничижительным взглядом девушки не вогнали гвардейца в краску.
- Госпожа, мы ж не медики, вашими знаниями не владеем и…
- Клеман, я тебе не за болтовню плачу. Тебе же ясно сказали, что принести, так выполняй, подключай бойцов, - оборвал капитана Фольтест, морщась даже от малейших прикосновений Инги и лихорадочно просчитывая оба предложенных варианта.
С одной стороны, вариант со сшиванием раны выглядел крайне привлекательно, обещая достаточно комфортное выздоровление, но с другой. Фольтест нахмурился, представив себя с недействующей рукой посреди боя, когда вокруг, защищая его жизнь, гибнут рыцари, а сам король не может ничего поделать, просто стоит и смотрит.
Окстись, какие бои? До Бругге рукой подать, едва ли день в седле займет. Там и гарнизон, и лекарь. Вполне можно отлежаться или усилить охрану, дабы добраться до Вызимы без проблем.
Второй вариант куда более приятен был воинственной душе Фольтеста, не привыкшего прятаться за чужими спинами и не боящегося боли. Однако в воображении короля тут же всплыла совершенно иная картина.
Мчащийся галопом конь, отвратительная дорога и тряска делают свое черное дело. Очередная выбоина, через которую перепрыгивает горячий скакун монарха и последний теряет сознание от накатывающей волны боли. Вылетает из седла на глазах у собственных гвардейцев, подобно мешку с дерьмом падая в дорожную грязь.
Темерец помотал головой, отгоняя неприятное наваждение и понимая, сколь трудно после такого позорного падения будет вести солдат и рыцарей в бой. А информация об этом позоре наверняка быстро разнесется по армии, потому как всегда находится любитель поболтать за кружкой пива, да поделиться по секрету подобной историей. Выходит, что это тоже плохой вариант, но выбирать больше не из чего.
- Холера, трудный выбор, - пробормотал монарх, отрешенно смотря поверх плеча медички и не обращая внимания на суетящихся гвардейцев, исполняющих не самую привычную для них работу. Впрочем, Клеман был хорошим организатором и смог не допустить толчеи в тесном помещении, но проследить за выполнением требований медички.
- Ладно, - решился, наконец, король, - несколько дней без руки я вполне смогу прожить. Так что давай первый вариант.
Выполнившие свою работу гвардейцы, повинуясь отмашке капитана, поспешили покинуть дом старосты, дабы не мешать медичке.
- Ловко распоряжаешься, уверенно. Давно, получается, работой своей занимаешься? – поинтересовался Фольтест, сфокусировав взгляд на лице Инги. – Хотя так и не скажешь, по лицу, так недавно. Академию, наверно, заканчивала?

+1

7

Пока была суть да дело, пока король решался какой из вариантов лучше, а солдатики исполняли требования врачевательницы, Инга неспешно расстелила на свободном пространстве, не занятым телом монарха, относительно широкой кровати свою сумку, что обилием разнообразных инструментов, предварительно обернутых каждый в свой стерильный кусочек белой материи, напоминала больше изощренный инструментарий для пыток и допросов. Пока девушка инструменты, конечно, не трогала, ведь сама даже руки не мыла, зато выудила пару флаконов с чем-то спиртосодержащим, об этом стало ясно сразу после их открытия, по запаху наверняка знакомого любому любителю крепкого пойла.
- Как будет угодно,- чуть улыбнувшись проговорила девица, зачерпнув теплой воды любезно предоставленной гвардейцами миской из поднесенного тазика и слив около одной десятой части флакона со спиртом в небольшую емкость, а все ради того, дабы свои нежные ручки омыть, и тем самым к операции подготовить.
- Всю свою жизнь,- лаконично ответила нильфгаардка, вооружившись чистой тряпкой и обмакнув оную в теплую воду, далее с больного слетела повязка, ибо была банально срезана медицинскими ножницами в паре мест,- спасибо,- видимо девушка расценила это как комплимент, ибо уголки ее рта невольно поползли чуть выше, а глаза волей-неволей стали чуточку добрее, а ей еще предстояло причинить пациенту достаточное количество боли,- нет, с детства в родовом доме учили, там была и теория, и практики в достатке, чего в академиях сыскать трудно. Что бы об Оксенфурте не говорили, но готовят там чуть ли не медперсонал среднего сорта, вроде медсестер и санитаров. По крайней мере именно такие оттуда выходят, а я уже в пятнадцать лет самостоятельно оперировала, ничего серьезного правда, но сам факт,- все время неторопливой беседы девица протирала место ранения теплой влажной тряпкой, возможно принося некое количество боли, задевая ранение.
А дальше, как завещают традиции, только хуже. Пальцы девушки вооружили флаконом со спиртом, обильно смочили небольшой кусочек белой материи и принялись бесцеремонно тормошить дыру в монархе, помимо простой боли еще и неплохо так щипало, хотя Инга и старательно все обдувала, снимая часть ощущений. После, правда, она вооружилась другим флаконом, взболтала содержимое, нацепила на горлышко какое-то странное приспособление и ловкими движениями залила место ранения прозрачной жидкостью, метя видимо вглубь. Реакция себя ждать не заставила, воспаленные места зашипели, принося с собой соответствующие ощущения для пациента, и начали покрываться тонким слоем белой пенки. Вот, кажется последствия не самой лучшей перевязки и всего времени ожидания были нивелированы, да и "граф" почти был уже подготовлен к непосредственному хирургическому вмешательству.

+1

8

Фольтест не был трусом и вида крови он не боялся, более предпочитая в своей жизни стезю воина, а не рафинированного вельможи, однако за действиями медички следил с некоторой опаской. И виной тому был не страх боли, но недоверие к незнакомым врачевателям. Полностью доверял король только старому мэтру Казимиру, много лет служившему при королевском дворе и не раз доказывавшему свою преданность Темерской короне.
- Вот это ассортимент, - обронил Темерец, с некоторым даже интересом разглядывая обернутые чистой тканью инструменты Инги. – Тебе только в застенках с ними работать, с новыми людьми знакомиться, да беседы вести.
Каждое движение девушки не просто говорило, кричало о её немалом опыте и сноровке, действуя на взвинченного до предела короля успокаивающе. Постепенно он стал ощущать себя именно так, как и старался выглядеть все это время – спокойным, уверенным в собственном окружении и в том, что завтрашний день он встретит со своей родной рукой, а через недельку-другую и вовсе будет владеть ею, как и раньше, уверенно.  И лишь короткий рассказ медички о месте её обучения заставил Фольтеста чуть сдвинуть брови, медленно осмысливая полученную информацию.
- В родовом доме, ты сказала? – выражение это неуловимо резануло слух, заставив голову работать, соображая, где же на севере так говорят. Ард Скеллиге? Возможно, только не похожа была Инга на уроженку суровых островов, да и не слышалось в её речи и намека на присущий островитянам акцент. Впрочем, Фольтест допускал, что реакция его сознания на эту невинную фразу была вызвана недавними событиями, вызвавшими у него некую вспышку подозрительности к окружающим. – Ну, да не важно, хотя я об Оксенфурте и выпускниках академии несколько иного мнения, возможно, нам встречались разные представители этой братии? Известно ведь, что в любое стадо дурная овца затесаться может.
Действия медички были выверенными и неторопливым, и могли бы даже усыпить усталого воина, но вызывали волны боли, пока не сильной, но от того не менее раздражающей, не давали Фольтесту полностью расслабиться. Король, однако, только морщился, хотя и пришлось вскоре зашипеть аки недовольному коту, которому на хвост всем весом наступили. А Инга все ухудшала его состояние, всерьез занявшись глубокой раной. Пришлось даже грязно, по-солдатски выругаться пару раз, только бы удержаться от рвущегося из груди крика и не опозориться перед собственной гвардией. Чай не слабак их король, может спокойно пережить небольшую операцию.
- Может, представишься? – прохрипел тяжело дышащий Темерец, чтоб хоть как-то отвлечься от боли.

+1

9

Верность - понятие относительное, кто-то ценит ее больше всех земных благ, кто-то считает ее соблюдение выше всего материального, кто-то имеет мнение о том, что лучшая верность - верность купленная за эти самые материальные блага, и продолжать можно долго, как говорится, сколько людей, столько и мнений. Инга была скорее из разряда последних, ее верность можно было без труда купить золотом, и верность это была крепкой, ибо нильфгаардка прекрасно себе знавала цену и не сильно к деньгам имела привязанность, так что продавала себя смело, одновременно с полным пониманием законов рынка и собственными извращенными понятиями о чести.
- Мне самой очень нравится,- подхватила девица нотку интереса в голосе нордлинга,- увы, в разведку и дознания меня не приглашали, потому побираюсь на врачебном деле,- многие считают работу палачей и истязателем особым родом искусства, в основном конечно сами немногочисленные представители данных профессий, но на деле достаточно было набить руку, любить жестокость и иметь достаточное внимание для поддержание в подопечном искорки жизни.
- Да, родовой дом, имение, поместье... Как здесь, в Темерии, это называется?- всегда можно было быть честным, попросту не договаривая несколько слов и правильно расставляя интонации в голосе, особенно когда все это якобы происходит ненавязчиво, в процессе какого-нибудь другого дела. А толк в подобном общении "между делом" врачевательница знавала,- хотя то было не жилище, скорее лечебное заведение, да действительно не столь важно. Я встречала только выпускников и студентов, молодых и отбитых на всю голову. Да, с профессорами водиться не довелось, ибо слонялась я в Оксенфурте далеко не по лекциям, а по бакалейным лавкам да трактирам... В поисках свободной комнаты, не подумайте,- с усмешкой осеклась она, ведь на деле мысли пациента о порядочности лечащего врача были не столь важны, зато это должно было отвлечь от боли. Обезболивающее то можно было применить всегда, и оно сработает, в отличии от душевного разговора. Эффект был один и тот же, а вот цена... Цена разнилась от десятков крон до полной и всеми любимой халявы.
- Я представлялась уже, милсдарь граф,- словно отчитывая мужчину, выдала она и выудила из набора пару необходимых инструментов, один из которых явно остро резал, а второй походил на гибрид пинцета и ножниц,- зовут меня Ингой, а что, уже сочиняете благодарственное письмо?- к этому моменту жгучая боль от процесса дезинфекции раны должна была сойти на нет, на ее место пришло нечто точечно, вызываемое аккуратными манипуляциями девушки по отсеканию лишней рваной ткани от многоуважаемого монарха, но данные ощущения скорее просто вызывали дискомфорт, нежели заставляли покрепче сжимать зубы от боли.

+1

10

- Не приглашали её, а что, сама проявить инициативу не хочешь? Да любой мало-мальски влиятельный и сообразительный вельможа не побрезгует мастером заплечных дел, особенно если мастер этот с фантазией и медицинскими познаниями, - Фольтест откинулся на подушку и прикрыл глаза, стараясь расслабиться. И, если не получать удовольствие от манипуляций Инги, что было несколько нереально, то хотя бы снизить неприятные ощущения и стараться отвлечься на что-то хорошее. Да и смотреть на кислую физиономию гвардейца как-то не хотелось.
- В Темерии это как только не называется, но суть не изменится от названия, да. Значит, вы доморощенный специалист, если можно так сказать, хм. А ведь верится с трудом, ловко проводите манипуляции свои и типично по лекарски моими людьми распоряжаетесь. Потому как слушают они только меня и никого более, и за наглость в их отношении убить могут случайно, ну или покалечить. А тут – бегают как миленькие, паршивцы…
Темерец выдохнул и поморщился, выдерживая очередную волну боли. Хотя в сравнении с недавними ощущениями это было разве что невинная щекотка. А медичка эта оказалась с характером, что не могло не позабавить Фольтеста, ничуть подобному не удивившегося. Уж что-то слишком везло ему на окружающую наглость, и далеко не всегда оная была оправдана положением или же важностью в современном обществе. Приоткрыв один глаз, король о кинул девушку заинтересованным взглядом, замершем на татуировке, красовавшейся на правой руке лекаря.
- Не скажу, что татуировка – это лучший способ показать свое отличие от окружающих. И ладно еще мужчины, но столь прекрасное создание и изрисовано почище гребаных беличьих отродий, - не удержался монарх от ворчливого замечания.
Что поделать, при своей распущенности в личной жизни и телесных утехах, Темерец был крайне консервативен во всем, что касалось внешнего вида, особенно представительниц прекрасного пола. И если он мог смириться с наличием у девушек оружия и боевого опыта, шрамов и прочих отметин славного военного прошлого, то экстремальные прически, детали туалета и татуировки он попросту не признавал. Считал последнее чем-то вызывающе-постыдным и крайне не эстетичным.  И, увидь такое на теле единственной дочери, не задумываясь, дошел бы до рукоприкладства, только бы выбить эту дурь из её прекрасной головки. Однако Инге повезло, она не была дочерью короля и вообще оказалась человеком посторонним, а посему и отделалась лишь ворчливым замечанием и короткой вспышкой брезгливости. Впрочем, тут же пропавшей, ибо злить того, в чьих руках твои жизнь и здоровье попросту глупо.
- Ну, да не мне судить, а вам жить с подобными, хм… узорами. А что до благодарственного письма – увольте, я предпочитаю благодарить деньгами, потому как бумажкой только подтереться и можно или на растопку пустить, не более. И вот еще, скажите же где вас научили так раны боевые латать, надо бы отправить им пару сотен оренов в благодарность.

+1

11

- Не хочу, хорошо вы заметили. Ибо, ну, знаете какие качества должен иметь человек такой профессии...- девица с наигранным разочарованием выдохнула,- там надо уметь язык за зубами держать и причинять людям боль любить. А вопреки расхожим поверьям не все люди жаждут чужой крови. Ну и я действительно слишком много болтаю для шпионской работы,- и этот последний факт король без труда мог ощутить на себе, как девушка забалтывает его, переводя тем самым внимание на себя и слова, обходя ощущения боли в груди.
- Нет, так сказать нельзя. Семейство мое за несколько поколений успело обратить небольшой клочок земли в полноценную и успешную клинику. Так что учили меня более чем соответствующим образом, с профессиональным подходом и задатком на будущее. Я не лекарь, я врач, и об этом я, кажется, уже упоминала. А вы, господин граф, провалами в памяти случаем не страдаете? Это тоже лечится, правда сложнее чем дырка в плече,- девушка заботливо улыбнулась,- ну, знаете ли, бывала я в госпитале при казарме. Доводилось, чего греха таить, нанимали меня пару раз, ибо не всегда умелых рук для армии хватает. Ну да вот, чего я уяснила, что между солдатами и санитарами в лечебном заведении разницы особой нет, разве что первые постоянно доспехами бренчат. А с санитарами я обращаться умею, уже поверьте, было время научиться,- на лице врачевательницы на пару мгновений застыла мечтательная блаженная улыбка, она вспомнила те славные деньки, когда пятнадцатилетняя девочка командовала оравой санитаров, а те слушались и безропотно подчинялись. Да, она не приказывала никаких глупостей, а все по делу, но сам факт для стороннего наблюдателя можно найти более чем забавным.
- Да, не лучший способ, соглашусь,- девушка подмигнула монарху, совершенно искренне считая хотя бы первую часть его ворчливой реплики достойной внимания,- но когда ты просыпаешься утром посреди трактира где-то в Ковире, то гораздо лучше увидеть на своей руке татуировку, чем десяток голых мужиков вокруг, ну или вовсе руку не увидеть...- девица беззаботно пожала плечиками, продолжая истязания плоти монарха. Как ни странно, проходило все достаточно быстро, и вот рана уже лишилась рваных краев, так что нильфгаардка расчехлила хирургическую иглу и пару других околопыточных принадлежностей.
- Я привыкла. Ну, для кого как, кому-то приятнее бумажки писать, чем деньгами сыпать. А кому-то приятнее бумажки читать, чем считать деньги. А третьим вообще подавай тех, у кого этих бумажек больше. Но не суть. И... В смысле, где меня меня научили такие раны латать? Дома же, но не думаю, что лишняя пара сотен оренов моей семье сделают погоды,- особенно, если учитывать, что в нильфгаарде расчет идет в флоренах,- медицина прибыльное дело, причем не важно под какой короной ты этим промышляешь. Солдаты всегда будут получать раны, крестьяне хворать, а аристократы подхватывать венерические инфекции.
И вот в тело Фольтеста впилась острая игла, которую врачевательница забавным образом держала двумя ножницеобразными зажимами и больно ловко для подобного способа держать предмет прошивала плоть, принося определенную толику боли в разговор, опять.

Отредактировано Инга ван Мейст (2015-08-13 09:53:33)

+1

12

- Ох, холера, - выдохнул Фольтест, вполне предсказуемо реагируя на новый этап  исцеления себя - любимого. – Верно, ведь мыслите, госпожа Инга. Во всем верно, что даже подозрение разбирает. Я вот только одного не пойму, до какой степени надо надраться, чтоб отключиться в общем зале какого-нибудь трактира. Впрочем, у каждого человека разная восприимчивость к алкоголю, а с того пойла, что подают в трактирах, отрубиться проще чем банально отравиться.
Темерец уже убедил себя в необходимости безоговорочного доверия медичке, а посему и постарался расслабиться, прикрыв глаза и убеждая себя в необходимости не смотреть на мелькающую с приличной скоростью иглу. Капитан гвардии же, удостоверившись в мирных намерениях девушки, тихо вышел, оставив её наедине с королем и направившись к расслабившимся на солнышке гвардейцам.
- Отправляйтесь в тот дом, где остановилась деваха, обыщите её вещи. Я хочу знать о ней все и как можно быстрее. Выполнять. – Негромко буркнул рыцарь, подозрительно косясь на хату местного старосты и вновь направляясь туда, дабы не пропустить возможные приказы своего господина.
- Чем я только не страдаю, - усмехнулся между делом Фольтест, - может и провалами в памяти – не помню. И какие же микстуры вы можете прописать мне от этой конкретной проблемы, госпожа врач? Не факт, что лично я их буду пить, но потравить парочку не особенно ретивых подчиненных – дело святое. Но коли медицина – столь прибыльное дело, то почему у нас опытных лекарей… прошу прощения, врачей, не хватает? И тут уж либо в Оксенфурт с поклоном, либо за бешеные деньги выписывай себе более или менее опытного коновала, либо умудрись напроситься в Брокилон, на постой к духобабам. Хотя с последними иной  раз проще договориться, нежели упертыми лбами из академии.
Тем временем, двое латников буквально таки ворвались в дом добродушного старичка, приютившего у себя Ингу и держа того на виду, да не давая и пикнуть, стали внимательно осматривать комнату, ей занимаемую.
- Ну что за кощунственные слова, госпожа Инга, - продолжал говорить король, - золото для вас дороже всего? Неужели нет какой-то привязанности к дому, к родной земле? Нет ненависти к тем, кто эту землю оскверняет и кровью защитников заливает? Неужели за деньги вы и нильфгаарду продаться готовы? – Прежняя веселость покинула голос Фольтеста, и в лицо Инге впился пронзительный взгляд темных глаз короля. – Хотя выговор у вас не местный и даже не Цинтрийский. Мне довелось какое-то время пообщаться с беженцами, сохранившими в сердцах своих верность прежнему мироустройству и ненависть к захватчикам, так вот, акцент у них иной. Откуда вы, Инга?

+1

13

- Надраться можно по-всякому. В свое оправдание скажу, что в тот день со мной пили еще несколько моих до некоторого времени хороших знакомых, как потом выяснилось, это была сугубо их инициатива,- но Инга не жалела, что читалось по бледному лику как по открытой книге, если конечно человек имеет хорошее зрение и мало-мальски разбирается в чужом выражении эмоций.
Если говорить о вещах врачевательницы за пределами дома старосты, то набор там был скромный: лошадь в сарае, седельные сумки возле только-только остывшей от тепла человеческого тела кровать, какая-то одежда, скинутая вчерашним вечером неподалеку. В сумке наборы склянок, чистые бинты, перевязки, небольшие связки сушеных трав, все пропитано либо ароматом спирта, либо другими резкими фармацевтическими запахами, не особо дорогое на вид, но потертое и, видимо, качественное, преимущественно производства северных мастеров, хотя некоторые вещи чуть ли не светились меткой нильфгаардских торговых гильдий, впрочем в моменты перемирия множество южных предпринимателей временно вторгались на рынок северян со своими более чем конкурентноспособными товарами, так что чем-то подозрительным назвать это было сложно, такие вещи легко достаются от перекупщиков в том же Новиграде. А вот решись гвардейцы выпотрошить сумку медички, то наткнулись бы на примечательный дневник, на внутренней стороне обложки которого красовались красивые нильфгаардские слова.
- Лечить память микстурами...- на мгновение карие глаза девушки заметались, словно в попытках что-то нащупать в интерьере комнаты, но рылась на самом деле она в своей памяти,- больше вреда чем пользы. Только если мозг действительно испытывает серьезные проблемы. А так, если для профилактики, то витаминные отвары, фрукты, овощи и умственные тренировки. А медицина действительно прибыльна, вот, сами говорите, специалистов за большие деньги приходится нанимать. Много спроса, мало предложения. А почему мало предложения, если так прибыльно? Сложно, просто сложно. Никто не хочет учиться и заниматься, это требует усилий и терпения, уж я то знаю, как-никак варюсь в этом котле с самого детства. Гораздо легче мечем или топором махать, из лука стрелять да грядки полоть.
Девушка уже заканчивала наложение основных швов, когда тон разговора из более-менее дружеского перешел к более серьезному, даже в чем-то угрожающему, и сразу это черноволосой не понравилось, даже личиком она чуточку покривилась от пронзительного королевского взгляда.
- А вы патриот,- с чувством знания дела кивнула она врачевательница, затягивая рану и отрезая легким движением ножниц нитку,- У меня с патриотизмом... Не очень хорошие отношения...- паузы на размышления забивались манипуляциями с вставкой нового куска нитки, очистки иглы и еще парой таинств науки по зашиванию человеческого тела,-...особенно с северным. Хотя и нильфгаардский не лучше. Я расскажу, но для начала можно задать вам небольшой вопрос? Поверите ли вы мне, если я скажу, что приплыла сюда через моря из далекого края? Или прикажите своим гвардейцам меня схватить и отправить на допрос? Это важно, ибо в одном случае я буду говорить правду, правду и только правду, а в другом безбожно совру, не поведя даже бровью. Спросите почем совру? Потому что иного выхода не останется.

+1

14

- На кой черт нам приспичило копаться в вещах этой медички? – недовольно пробурчал один из латников, морщась от резкого запаха, донесшегося от вещей врачевательницы. – Ну, баба и баба, какая разница, чего она прячет. Старика же нашего согласилась латать без лишних вопросов и требований.
- Да бесит Клемана, что какая-то девка им командует. Он же у нас мальчик обидчивый, от того и подозревать её во всех смертных грехах начал. Ну, глянь сюды, типичный же лекарь, травы, склянки, микстуры всякие, тьфу. Чего он здесь найти хочет, исповедь жрицы культа Львиноголового паука?
Сброшенная еще с вечера одежда была безжалостно разворошена, но ничего не говорило бравым воякам о необходимости бить тревогу и готовить веревку для девичей шеи. Типично лекарские запасы были осмотрены бегло, ибо не разбирались в них гвардейцы, а трогать – опасались.
- Похоже, здесь все глухо и либо наша пташка чиста и невинна, либо слишком осторожна и не хранит, чего попало у всех на виду, - признался в тщетности своей работы гвардеец, махнув рукой товарищу и направившись к двери.

Тем временем Фольтест, успевший растерять недавнее добродушие, испытующе глядел в лицо медика, прикидывая варианты, ею предложенные и размышляя вслух.
- Давай подумаем, к какому решению нам прийти. С одной стороны, беседы по душам, проводимые в застенках, приносят вполне определенные и радующие меня результаты. Был бы только умелец, как говорится, а уж разговорить своего собеседника он сможет. Ведь заставить отвечать можно любого, и чародея, и ведьмака, и просто человека. Вопрос только в том, будет ли он говорить правду. Но это во многом зависит от опыта заплечных дел мастера. Каюсь, с собой сейчас такого не имею, но до Бругге – рукой подать, а уж там специалист найдется, - король ненадолго замолчал, обдумывая эту мысль, но уже вскоре продолжил. – Однако, я не такой жестокий человек, как принято считать, и не прочь просто поговорить, без постороннего вмешательства и причинения вреда прекрасному женскому телу. Что поделать, люблю я  женщин и не горю желанием их уродовать. Да и до сей поры оказание врачебной помощи проходило крайне профессионально и без намека на недружественные мысли и идеи. Хм, трудный выбор.

- Все чисто, капитан, - отчитался перед командиром латник,  окончательно признавая свое поражение. – Эта дамочка либо невинна, аки наша дражайшая принцесса, либо достаточно умна и не раскидывает важные вещи по съемному жилью.
- Ладно, черт с ней, с этой медичкой, просто будьте неподалеку… мало ли, - пробубнил недовольно Клеман, возвращаясь к домику солтыса. На миг замерев у порога, прислушался и, удостоверившись, что его господин и медичка заняты беседой, тихо вошел внутрь. Как ни в чем не бывало, устроился на небольшой скамеечке у входа и отрешенно уставился в стену.

- Забавно, но с возрастом я становлюсь все доверчивее, так что говори сама, без чужого вмешательства. Честность не должна быть наказуема, ведь твои действия не несут мне угрозы, но наоборот, направлены на благое дело, - принял решение король, расслабившись и даже с некоторым любопытством поглядывая на собеседницу. Гвардейца он предпочел не замечать.

+1

15

На протяжении всей пламенной речи достопочтенного короля всей Темерии Инга молча заканчивала работу над раной, там оставались мелочи, вроде финальных внешних стежков, дабы место ранения зарастало лучше и красивше, финальное обеззараживание, нанесение мази, наложение чистой легкой повязки. Девушка даже не повела бровью от недвусмысленных завуалированных в оболочку цивилизованного монолога легких угроз в свой адрес, было видно, они не то что бы были серьезны, скорее были нацелены на профилактику лжи, нежели на что-то серьезное. Более того, медичка даже кивала в такт, точно подмечая логические ударения в речи монарха, это получалось как-то само собой, умел "граф" речи толкать.
- Конечно на благое дело, иначе и быть не может. Понимаете,- девушка опустила руки в почти остывшую за время операции воду, которая уже не была конечно столь чистой, но этого вполне было достаточно дабы смыть с рук кровь, а потом девушка просто обдала свои кисти небольшой порцией проспиртованной воды из соображений гигиены, далее в ход пошел кусочек чистой белой ткани,- есть такое понятие как врачебная этика. Может быть среди ваших местных специалистов это распространено не так сильно, но в моем роду все считают это понятие одним из основополагающих для медицинской деятельности,- она освободила руки, кинув тряпицу на тумбочку рядом с кровать и, сложив ногу на ногу, обхватила этими самыми руками свое колено,- и к чему это я... Давайте вы немного уважите те идеи, которыми я живу, и этот разговор останется всего лишь разговором между врачом и пациентом, хорошо?- по тону врачевательницы было заметно, явного ответа она не ждала, а паузу сделала сугубо для приличия, дабы набрать воздуха в грудь и выдохе уверенно выдать,- я нильфгаардка, из рода ван Мейст, потомственных врачей и научных деятелей в области медицины, если быть конкретным, из Назаира,- она сделала очередной глубокий вдох с видом совершенно беззаботным, будто бы и не перечисляла сейчас вещей, за которые ее могут просто так взять и отправить в петлю, наоборот, на ее лице возникла широкая улыбка, из кухни донесся аромат травяного отвара, что в самом начале было проучено солдатом поставить,- и я служила нильфгаардской короне, несколько лет назад, и больше служить нильфгаардской короне я не могу чисто физически, по крайней мере пока не отращу себе вторую голову на плечах. Будете отвар? На травах, мультивитаминный? Вам будет полезно после ранения,- и если король предпочел не замечать гвардейца, то нильфгаардка помнила о его присутствии и даже под конец своих слов одарила его легким добродушным взглядом, что под стать ситуации можно было бы назвать безумным, но нет, девушка знала что делала, очень хорошо знала. В таких ситуациях главное не подать своего страху, ведь тогда процентов пятьдесят, что остальные будут перед твоей смелостью и решительностью трепетать, по крайней мере с бандитами и прочим низкосортным преступным синдикатом это работало.
- И да, граф,- рука девушки потянулась к кармашку разложенной сумки, из которого выглядывал уголок небольшой книжки-журнала,- как ваше полное имя? Мне для отчетности, старая привычка. У нас в клинике на каждого пациента составлялась бумага, история болезни, очень удобно. Кто чем болен был, и как его лечили. Правда.. На вряд ли мы с вами повидаемся вновь подобным образом, но так моей душеньке будет спокойно. Не хотите, я могу всегда записать вас как неизвестного, мне не привыкать,- он пролистала исписанные именами и комментариями страницы. При желании можно было углядеть, что первые записи идут на нильфгаардском, видимо еще с тех времен, когда девушка служила в империи.

+1

16

Фольтест невольно задумался, или это он разучился людей запугивать, или те совсем страх растеряли, не думая даже проникнуться монаршей речью и убояться, как и положено в разговоре с королем. Всего на миг на лице его проступило недоумение, но и этого момента хватило бы с лихвой внимательному взгляду. Впрочем, Темерец тут же вернул контроль над собственной мимикой, вовремя вспомнив, что он велел называть его каким-то там графом.
- Значит, хочешь мирного разговора, простой беседы? Почему бы и нет, просто поговорим по душам, - не раздумывая согласился король, весь обратившись вслух.
Покуда медичка рассказывала о своей жизни, не страшась признаться даже в стране, где была рождена и работала долгое время, Фольтест с трудом сдерживал ползущие вверх брови и нахлынувшие волны подозрительности вкупе с ненавистью. Нилфгаардка, много лет врачевавшая мерзавцев, заливших кровью его земли, спасавшая жизни убийцам не только солдат, но и вполне мирных уроженцев Севера, стариков, женщин и детей. О, жестокая судьба, твои шутки крайне специфичны и далеко не приятны даже привыкшему к различным напастям монарху.
- Нильфгаардка… - протянул удивленно Фольтест, сжимая кулаки и мгновенно закипая.
В этот день Инга ван Мейст, южанка и врачевательница могла с полной уверенностью сказать, что родилась под счастливой звездой. Мгновенная вспышка боли в раненом плече отрезвила взбешенного короля, вынудив оного вспомнить про собственное обещание и мыслить спокойно, взвешенно. Капитана королевской гвардии не останавливало ничего.
- Нильфья погань, - рыкнул гвардеец, бросившись к сидевшей подле его короля девушке. Меч он не выхватывал, понимая сколь затруднительно махать оным в небольшом помещении и, как мало, в таком случае, будет пользы от закаленной стали.
- Клеман, курва, сядь, - рявкнул Фольтест, подавшись вперед с явным намерением вскочить с постели, да остановить разбушевавшегося охранника.
- Но…
- Прижми зад к лавке и заткнись, девчонку сам нашел и приволок сюда, да только она свою работу выполнила честно и смерти не заслуживает, - прорычал Темерец, вынуждая гвардейца вернуться на прежнее место с видом побитой собаки.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь обиженным сопением Клемана, да тяжелым дыханием грозного монарха. Наконец, Темерцу удалось не просто успокоиться, но привести в порядок мысли, взвесить все за и против, да ответить девушке, приготовившей тетрадь для записи очередного пациента.
- Нужно быть храброй, чтоб в окружении врагов спокойно рассказать о своем происхождении, не убоявшись пыток и жестокой смерти. Я впечатлен, - он уважительно склонил седеющую голову и с улыбкой посмотрел на отважную медичку. – Карты на стол, так? Пиши, Фольтест, сын Меделла, король Темерии, Понтара и Махакама, сеньор-протектор Бругге.

+3

17

Отвага... Легко быть отважным, если ты глуп и безрассуден, но гораздо сложнее когда ты умен и образован. Даже если не приукрашивать, Ингу наврятли можно было причислить к первым. Она просто знала на что идет, знала, что если соврет и ей не поверят, то ждет ее участь более ужасная нежели банальная казнь. Тем более своим скользким вопросом в самом начале она обязала себя сказать правду, конечно намерения ее не то что бы были явными, но понятия о чести у девушки, как ни странно, были. А потому она даже не дрогнула, внимательно наблюдая, как лицо пациента наливается кровью, а кулаки сжимаются от злости. Это было вполне себе обычным зрелищем здесь, на севере, если тайна твоего происхождения становится явной, но это ничуть не умоляло ее забавности. Ведь правда забавно, когда от одного твоего слова в головах людей происходит взрыв, они резко меняют к тебе отношения и становятся готовы оторвать тебе голову чуть ли не голыми руками.
- Именно,- с легкой полуулыбкой успела кивнуть врачевательница удивленное высказывание со стороны короля, а после краем глаза заметить, как массивная туша гвардейца уже готова раздавить ее весом себя и своих доспехов. Реакция у девушки не подкачала, она даже успела схватить руку офицера прежде чем раздался громогласный монарший рев. Крик остановил обоих, одну от вынужденного применения приемов самообороны, а второго от попытки зверского терзания врага короны номер один.
Вывело ли это Ингу из равновесия? Нисколько. Она только поправила рубаху и провела ладонями по волосам, дабы уложить назад чуть вырвавшиеся на свободу локоны.
- Враг... Почему же сразу в окружении врагов? Я не нильфгаардская подданная, налогов не плачу, обязанностей перед империей не имею, чинов тоже... По каким еще принципам определяется подданство?- протарабанила девушка, подготавливая инструменты для письма. Только вот заместо записи под диктовку она подняла свои карие глаза на Фольтеста, подозрительно их сощурила, даже чуть скривила до сего момента ухмыляющуюся физиономию, а потом хотела было что-то сказать,- А-а-а...- не смогла, перевела взгляд на обиженного гвардейца, о чем-то внутри своей головы рассудила, и рассуждения эти должного облегчения не привнесли.
Всей душой хотелось дать резкий ответ, потребовать доказательств, так бы сделал любой в меру сообразительный скептик, да только умный скептик сперва бы сам все обдумал. Доказательства ведь уже были у девушки на руках, да, они были расплывчаты и нечетки, но достаточно обратиться к началу всей этой истории, как ее под белые рученьки притащили в реквизированный дом старосты, как за ней наблюдали и как кинулись с кулаками за одно только не понравившееся слово.
- Прям Фольтест?- тактично переспросила барышня, все крепче сжимая перо для письма, казалось она сейчас его прямо-таки переломит пополам от напряжения. Она носилась уже с особами голубых кровей, но не такого ранга и не таких возможностей. Да, король Темерии был всего лишь человеком, которого даже сложно отличить от других, в это Инга успела убедиться во время непосредственного почти художественного шитья по его телу,- без проблем,- она попыталась изобразить безразличие, перебив чуть не надорвавшийся голос легкой прочисткой горла,- может ваш гвардеец принесет с кухни отвар? А то...- она умело сдерживала легкую дрожь в коленях. Как-никак король Фольтест слыл даже для этих прекрасных женских южных ушек человеком не любящим нильфгаардцев по определенной и вполне обоснованной причине, так что оборвалась на полу слове только для того, что бы начать вносить записи.
- Знаете,- примерно на середине заметок девица остановилась,- у меня только-что родилась небольшая шутка. Если бы вы даже захотели меня убить, насолив тем самым Империи хоть немного больше, то мне придется вас разочаровать, всю документацию касательно моей смерти они наверняка уже как лет пять закрыли и направили в архив. Так что топор вашего палача не заставит лишний раз пальцем пошевелить даже последнего бюрократа моей родины, печально правда?- она лучезарно улыбнулась, почти не наигранно, если бы только шутка была действительно хорошей, заметно бы не было. На самом деле девицу уже мелкой дробью била истерика, где-то изнутри. Ситуация была до нехотя абсурдной, смешной и... Страшной. Даже человеку со стальными нервами станет не по себе рядом с человеком, что по всем статьям и без риска для собственного душевного спокойствия одним лишь движением руки способен тебя уничтожить, ну или в худшем случае, основательно испортить твое существование.

+1

18

От былой вспышки гнева не осталось и следа, теперь Фольтест лишь наслаждался реакцией девушки на это небольшое открытие. В темных глазах Темерца плясали искорки неподдельного веселья, а душа просто таки пела от полученного удовольствия. Что поделать, проживший всю сознательную жизнь в королевском дворце в окружении лизоблюдов, подхалимов и съехавших с катушек патриотов, да и просто старающихся скрывать от него свои эмоции людей, монарх устал от подобного единообразия и веявшего от окружающих трепета пополам со страхом. Вот и радовался он той искренней реакции, которую отчаянно старалась скрыть медичка, упрямо натягивая маску уверенного в себе человека.
- Клеман, принеси тот отвар, о котором говорит госпожа врачевательница, если уж  я взялся лечиться, то должен и это дело довести до конца. А теперь займемся тобой, отважная девочка… прошу прощения, храбрая девушка. И что прикажешь мне с тобой делать? Просто у меня фантазия не очень. Либо казнить, либо запытать. Но в плане представительниц прекрасного пола добавляется еще один вариант, - король многозначительно усмехнулся и продолжил, - однако я не настаиваю.
Фольтест помолчал, дожидаясь напряженного сверх меры гвардейца и лишь потом продолжая говорить.
- Но шутки шутками, а делать с тобой что-то надо. И я, пожалуй, остановлюсь на варианте щедро заплатить. Кроме того, я даже выслушаю просьбы-пожелания, если таковые имеются. Выполнить не обещаю, но мало ли…
- Государь, ну хоть травить себя не позволяйте, - пробубнил вконец отчаявшийся капитан, неуверенно переминаясь с ноги на ногу и сгорая от желания пришибить нахальную нильфгаардку тяжелым, в латную перчатку закованным кулаком.
- Клеман, помолчи немного, - проигнорировал просьбу гвардейца Темерец, улыбнувшись шутке Инги. – Смешно, вот только я не вижу смысла в мелких пакостях Эмгыру. Разве что песенку могу себе позволить спеть, про тишь на полях Нильфгаардской страны и Эмгыра-императора, наделавшего в штаны. А уж если я решу всерьез насолить Империи, то подойду к этому вопросу с большей фантазией и уж куда более глобально.
Миг, и добродушная улыбка пропала с лица короля, в темных глазах сверкнула сталь, голос стал опасно тих.
- Если я соберусь насолить Эмгрыру, то не стану размениваться по мелочам и окрашу кровью земли Юга и такая сомнительная преграда, как воды Яруги или мнение прочих монархов Севера меня не остановит. Ты же не думаешь, что я побоюсь ответить агрессией на агрессию Нильфгаарда? – На короткий миг он замолчал, бросив на девушку внимательный взгляд, словно пытаясь углядеть в ней неверие сказанным только что словам, и тут же продолжил. – Но я не Эмрейс, я знаю ценность человеческой жизни, даже если она принадлежит черному и не позволю себе остаться в истории мразью, начавшей кровопролитную захватническую войну. Я не жажду крови невинных только из-за того, что они живут на той территории, на которую упал мой взгляд. Я не желаю смерти старикам, женщинам и детям, повинным лишь в принадлежности другому народу. Я не Эмгыр.
Полная ненависти к причине многих бед родной страны тирада подошла к концу, и Фольтест вновь превратился в добродушного воина, развалившегося на неудобной кровати. В темных глазах уже не плескалась концентрированная ненависть, голос не звенел жаждущей крови сталью.
- Сколько ты хочешь за проделанную работу, Инга?

+1

19

Инга действительно была откровенна в своих эмоциях, просто ее попытки казаться непоколебимой и уверенной в себе женщиной брали корни напрямую из непокорного и упрямого характера врачевательницы, никто не любит ощущать себя в откровенно проигрышном положении. Ибо... Ладно раззадорить какого-нибудь графа, графов много, разозлил одного, найдется другой, который первого ненавидит. Да, конечно при составлении подобных логических цепочек стоит учитывать необходимость выжить и выйти по крайней мере из одного сражения более или менее сухим, но все-таки благоприятных исход в этом случае гораздо более правдоподобнее нежели в попытки провернуть нечто подобное с королем. Впрочем чем больше проходило времени под аккомпанемент пламенных речей монарха, тем больше уверенности возвращалось к нильфгаардке.
- Не-е-ет...- неуверенно протянула девица и медленно в такт протяжной гласной помотала головой,- не хочется вас расстраивать, но.. Кандидатка в монаршье ложе я не самая хорошая. Не достаточно хороша, простите,- она выдавила из себя почти искренний смешок, ее выдало не вовремя пересохшее горло. Она знала мужчин и их повадки, а потому не исключала вероятность отсутствия в шутке короля именно самой составляющей шутки, и от этого девицу, честно говоря, немного выворачивало наизнанку. Фольтест безусловно был видным мужчиной, но... Слишком для простой южанки это круто, слишком много ответственности, да и слишком тяжело будет потом с этим жить, наверное, в этом Инга была не совсем уверена.
- Травить?- карие глаза девушки с укором уставились исподлобья на гвардейца в то время как руки переняли из латных перчаток объемную деревянную кружку с ароматным варевом,- за такие слова я тебе сейчас руку сломаю,- она демонстративно и не без удовольствия сделала несколько глотков приятного варева и передала емкость королю. Голос звучал немного нервно, но от этого даже нагнетался определенный эффект. Правда сразу после внимание вернулось пациенту, в глазах уже не было ни злобы, ни раздражения,- не волнуйтесь, я уже ломала руки большим громилам в доспехах. Потому то я и здесь...
Что же до самой сочной части из речи владыки всея Темерии, то она на нильфгаардку не произвела ровным счетом никакого впечатления. Она конечно сохраняла внимание на ораторе во время всего повествования, да только в глазах не было ни протеста, ни сомнений, ни одобрений, ничего такого. Политика играла для Инги всегда в минус, и никогда в плюс, а потому и интерес к ней граничил только слежением за войнами, передвижением войск и линии фронта. Потому она и промолчала, лишь согласно кивнув с определенным пренебрежением в этом кратком жесте. Она не ходила ни под каким из флагов этого мира, по крайней мере на постоянной основе, она была наемником, в самом что ни на есть прямом смыслом этого слова.
- Сколько хочу? Ну смотрите: если бы я сделала все поверхностно и быстро, то стоило бы все оренов пятьдесят, может шестьдесят, но для вас, как для человека состоятельного и желающего лучшего обращения с собственным здоровьем, я старалась, ну и использовала лучшее из своего арсенала, потому дабы покрыть все свои затраты и труды взяла бы около восьмидесяти. Но! Вы человек богатый, представились графом, потому я бы попросила бы с вас под сотню, что-то вроде... Надбавки за титул, почему бы и нет? Я со знатных особ даже за амурные болячки так трясу, и платят же. И к чему это я... Никогда не штопала короля, а потому... Во сколько вы оцениваете свой титул? Не хочется, просто, никого обидеть,- она пожала плечика, с пухлых губ сорвался смешок, а сама девушка выглядела более чем растеряно. Она старалась быть всегда с собой честной в вопросах профессии, а гонорар есть ни что иное как банальная мера оценки.

+1

20

Неуверенность, враз овладевшая доселе грозной врачевательницей, изрядно позабавила Фольтеста. Король любил наблюдать, как пытаются строить из себя невинных девиц встречные дамы, каждый раз это было маленькое представление. Правда в данном случае он подозревал, что причина была несколько иная. Возможно его положение в обществе или какие-то определенные моральные установки, полученные Ингой еще в детстве.
- Если уж быть до конца искренним, то хороша ты или нет, виднее твоему партнеру и с его подачи ты можешь стать куда лучше. Но в данном случае, госпожа кандидатка, это была шутка. Я не в том состоянии сейчас, чтоб думать о постельных утехах, да и не бросаюсь на каждую более или менее симпатичную бабешку на расстоянии в полдесятка стае от меня, хоть в народе и поговаривают обратное, - король помолчал, задумчиво рассматривая ван Мейст. – И, уж не обижайся, дитя, но я крайне консервативен в некоторых вопросах. Так что у тебя со всеми этими татуировками иммунитет от моих посягательств на девичью честь.
Последние слова Фольтеста были сопровождены презрительным фырканьем капитана гвардии, явно ставившего под сомнение наличие этой самой чести у одной конкретной уроженки ненавистного ему Юга.
Покуда девушка, передав Темерцу чашку с травяным варевом, рассказывала о своих расценках  и пыталась сообразить, так, по крайней мере, казалось королю, сколько же оренов содрать с одного конкретного нордлинга, тот приложился к чашке, задумчиво прихлебывая лекарство и машинально кивая в такт её  словам. Конец же монолога оказался для него и вовсе неожиданным, ведь Фольтест давно привык, что ему выставляют вполне конкретный и, чаще всего, весьма завышенный счет.
- Я вот сейчас лежу и думаю, - тщательно обдумав слова Инги, заговорил он, - мне попалась честная нильфгаардка или лишенная фантазии уроженка Юга? Признаться, я впервые слышу предложение оценить свой титул. Дитя, пойми, он бесценен как для меня, так и для любого Темерского патриота. Но давай исходить из заявленной для графа сотни. Не удивлюсь, если мои дуболомы сдернули тебя с кровати, хотя нет, было уже достаточно поздно, в такое время все уж на ногах. Эту надбавку мы отменяем, но накидываем за доставленные при транспортировке твоего тела неудобства. Едва ли они подогнали карету или устлали дорогу коврами, скорее тащили как преступника какого. Добавим, скажем… пол сотни оренов. Далее, без лишней болтовни ты, дорогая моя врачевательница, взялась за дело и достаточно профессионально. Еще полсотни твои, Клеман, не скрипи остатками зубов, а то и их лишишься. – Фольтест сделал небольшую паузу, проведя несколько мысленных подсчетов и продолжил. – За операцию сразу не взялась, а предложила два варианта её проведения, видать хотела учесть пожелания пациента – хвалю, накинем еще полсотни. За профессионализм в проведении лечения насчитаем еще сотню, работа мастера все-таки. За дополнительное лечение еще пятьдесят оренов. Итог выходит четыреста оренов. Холера, вроде и так неплохо получается, но если подумать, то я не так уж и высоко оцениваю свою жизнь. И что мне теперь делать?
Фольтест, усмехнувшись, уставился в глаза Инги, словно бы ища там ответ. По всей видимости не углядел в них искомой суммы и окликнул гвардейца.
- Клеман, напомни, сколько мне проиграл в кости командир гарнизона в Диллигене?
- Оренов триста, господин, - нехотя буркнул капитан, отправляясь на поиски данной наличности и безуспешно надеясь не слышать прозвучавшие вслед слова.
- Добавь эту сумму к названной мною ранее и отдай нашей врачевательнице. В итоге выходит семь сотен оренов за здоровье короля Темерии, хм... по мне, так неплохо для странствующего врача, тем более с вышеназванными тобой, Инга, расценками. Тем более, что рана моей жизни не угрожала. Устроит тебя эта сумма?

+1

21

Сложно представить какой именно груз свалился с души нильфгаардки, воспринявшей слова короля сперва отнюдь не как шутку, в тот момент как Фольтест под аккомпанемент фырканья своего верного гвардейца, но лицо врачевательница, как говорится, сделала попроще.
- Ну и славненько, а то... Я бы не смогла с этим жить. Вы мужчина конечно видный,- ее взгляд неуверенно скользнул к капитану в углу,- но... Вы король... В общем, это было бы очень сложно принять и просто смириться. Да,- она немного прочистила горло, прикрыв рот своей изящной девичей ладошкой. Говорить что-то больше, судя по выражению лица южанки и ее тону, она не собиралась.
Пока монарх обдумывал свой ответ девица занялась приведением в надлежащий вид своего инструментария, убрала свой медицинский журнал и прочие мелочи, как-никак ее профессиональное вмешательство в жизнедеятельность чужого организма закончилась уже как добрые десять минут, если, конечно, не больше.
- Не все на юге врут,- еле заметно вставляла она слова между речеизъявлениями монарха,- сдернули, но хоть одеться дали, и на том спасибо,- вообще девушка не то что бы особо сильно думала на счет значительной прибавке к изначально предполагаемой сумме, но когда государь всея Темерии принялся называть цифру за цифрой, физиономия окрасилась ярким таким выражением приятного удивления, а вставить еще пару медяков между делом язык перестал поворачиваться. А в глазах Инги не читалось цифр, только легкое непонимание, ошеломленность и полное согласие.
- Скажем так...- не так часто уроженке рода ван Мейст становилось не по себе или она чувствовала разного рода неловкости, но не сегодня, сегодня это случилось аж два раза подряд, от одной мысли о чем невольное передергивало и хотелось ежится от бегущих по спине мурашек, к слову именно по этой причине Ина неуверенно заерзала на своей табуретке,- я не имею ни морального, ни профессиональное, ни уж тем более этического права отказаться... Вы... Черт!- карие глаза все время пытались смотреть прямиком на собеседника, да только не выдержала девица напряжения, на глаза начала наворачиваться влага, потому взгляд ушел куда-то в сторону, а аккуратные пальчики левой руки прошлись по поверхности намокших век. Это было странное чувство, ибо начала южанка тихонько смеяться, не в силах сдержать свои эмоции,- Вы очень щедры, государь! Это же... Семь сотен... Мне за одного пациента даже половину такой суммы никогда не платили... Я ведь не осмелилась бы и запросить больше двух... Честно, не смогла бы,- и это ей казалось забавным, хотя и последнюю фразу говорить не то что бы было необходимо, авось король еще и передумать изволит, но не о деньгах сейчас нильфгаардка думала, а о ситуации в целом.

+1

22

- Я и вдруг щедр? Ты ошибаешься, Инга. Никогда не страдал этим недугом, - добродушно усмехнулся король, с любопытством следя за бурной реакцией нильфгаардки на его слова. – Просто я не скупердяй и привык платить по счетам в полной мере, по всем счетам.
Он поерзал на постели, мысленно отмечая нарастающую боль в королевском заду, и продолжил все тем же тоном доброго дядюшки.
- Тебя выручило твоё поведение, дорогая моя врачевательница. Не знаю, как у вас на Юге с этим дело обстоит, но лично я уважаю чужую честность и скромность, она сейчас редко встречается и нуждается в поощрении, - задумчиво протянул Фольтест, - но тут же поспешу дать тебе совет. Я во многом уникум, как ты сама могла заметить и от того хочу предупредить, не загибай цену и в дальнейшем. Кому надо – доплатит сам, но в большинстве своем люди либо жмоты, либо пострадали от войны с нильфгаардом и берегут каждый орен. Первых я не одобряю, а вторую категорию понимаю и не могу винить. Далее, - Темерец жестом подозвал капитана гвардии, уже вернувшегося с заветным мешочком и с недовольной миной протягивающем оный врачевательнице, - в этой деревне никто не узнает о твоем происхождении и в дальнейшем советую его также скрывать, потому как чревато крупными проблемами, - Фольтест на этих словах исподлобья взглянул на гвардейца, - никто не узнает, Клеман, даже случайно, - в голосе короля слышалась явная, ничем не завуалированная угроза, - в противном случае нашу отважную Ингу ждет смерть, притом не самая легкая и если я выясню, что к этому приложили язык или руку мои гвардейцы, то и их тоже.
Инга могла гордиться собой, ибо смогла завоевать если не полное доверие, то легкую симпатию и благосклонность Темерца, что и вылилось в несколько дружелюбных советов в довесок к основной награде. Девушка, коли была не глупа, а  впечатления такого она не производила, должна была меж тем понять, что приблизив одного, она вызвала стойкое неприятие себя-любимой капитаном гвардии и, зная это – быть вдвойне осторожной, ибо последний мог похвастаться злопамятностью вкупе с некоторой изобретательностью.
- Ну что ж, операция прошла успешно, и я могу отправляться по своим делам или госпожа врачевательница пропишет старику постельный режим под своим внимательным наблюдением? – между делом поинтересовался Фольтест, напоминая девушке о своей вечной спешке и исподволь пытаясь узнать её планы.

+1

23

- Нет, семь сотен это щедрое вознаграждение, и если это не так, то и в вашем теле не было дырки от копья, иначе вот не поверю. Заметьте, не я выставила счет, а вы сами рассудили о стоимости своего лечения,- хотелось уличить короля в том, что многие пункты прейскуранта он высосал из пальца, да только смысл был жаловаться? Из принципа? Нет, никакие принципы не стоят наценки в аж пять сотен королевских оренов.
- Сказать честно, люди на юге и люди на севере мало чем отличаются, везде любят честность, культурность и благожелательность, да только нигде это толком не выгодно,- она лишь развела руками под тяжкий вздох, словно полный разочарования в нравах современного общества,- я сама не жадная и не алчная, корыстная да, но... Мне больше нравится заниматься своим делом, нежели получать за него деньги. Да и деньги сами по себе нужны для трат, ибо держать их при себе много опасно, а если потеряешь их резко и безвозмездно, так еще и обидно будет.
Но в словах короля ничего для себя нового девушка уяснить не могла, и так знала на горьком опыте успела набраться полезных знаний, хотя до некоторых дошла и почти бескровным путем сложных и не очень логических рассуждений вперемешку с наблюдениями, а от того и слушала его не столь внимательно, но с видом всецело понимающим, будто бы то были поучения и напутствия доброго дальнего родственника, это навевало легкие воспоминания о доме, в основном про детские годы и визиты в поместье целой оравы дальней родни, род ван Мейст был большой и живучий благодаря семейному ремеслу.
- Знаете, многие люди достаточно догадливы, дабы догадаться, вот вы, например, тому живое подтверждение. Но я стараюсь,- она искренне улыбнулась, пожала своими аккуратными плечиками и в который раз уже скользнула взором к пыхтящему где-то в углу капитану,- и да, еще кое что...- она легким движением придвинулась к монаршему уху и прикрыла рот со сторон Клемана ладошкой, дабы тот при всем желании не смог услышать шепота девушки,- накиньте вы ему, что-ли авансом сотню, а то сгорит парень от злости, ну и выходной дайте...- а после сразу же отстранилась, развернулась и отправил скрежещущему зубами мужчине воздушный поцелуй на манер какой-нибудь простодушной официантки из придорожного трактира.
- Вообще да, ваше благородие, можете делать чего душе вздумается. Да только руку не сильно вовлекайте в свои занятия, дабы швы не разошлись. По-хорошему, конечно, стоит хотя бы до завтрашнего утра вам поваляться в кровати, но если долг зовет, то я не в силах вам препятствовать, главное не давайте своим обалдуям повязку трогать, я ее хорошо наложила, спасть не должна. А мой контроль... Если бы конечно я умела взглядом раны затягивать, тогда да, тогда бы я настояла на наблюдении в стационаром положении,- с ее губ сорвалась усмешка,- а так с вами ничего не случится. Все-таки не сердце лечила, не отравление и не прочую разномастную гадость.

+1

24

Слушая рассуждения врачевательницы, король лишь добродушно улыбался, местами доброжелательно кивая, а иногда и недовольно хмуря брови. Хоть Фольтест и был королем Темерии, но не причислял себя к когорте слепцов, вбивших себе в голову, что в его землях повсеместно царит спокойствие и справедливость. О, он был наслышан и о бандитизме, и о солдатском произволе. Своими глазами видел вороватых чиновников и лживых купчин, да только видя все это – исправить в один миг не мог. Тем более, когда по его землям уверенно ступала послевоенная разруха, сопровождаемая голодом, мором и лютой ненавистью к нильфгаардцам.
- Да, я догадался, но лишь потому, что ты сама себя и выдала. Умеешь ты скрываться, врачевательница, однако себя же подставляешь доверием, оказываемым людям. Подумай, ведь я имел полное право проучить тебя лишь за то, что ты уродилась по ту сторону Яруги и никто не сказал бы мне слова против. И не по тому, что я король и мне перечить несколько небезопасно, но из-за твоего происхождения. Черные по вполне понятным причинам не пользуются у нордлингов симпатией, - Темерец тяжело вздохнул, - а ведь когда-то мы с вами жили в мире. Но я отвлекся. Никому, слышишь, никому не доверяй. Двое не подведут, а третий – обманет, загнав кинжал промеж лопаток так, что никакие мази и настои не помогут.
Шепот и горячее дыхание девушки приятно щекотнули ухо Фольтеста, привычно скрывшего свое удивление и ответившего лишь неизменной мудрой улыбкой.
- Тут дело не в деньгах, поверь. Он ведь не бедствует и с жалование своим мог бы считаться видным женихом, - король усмехнлся и хитро подмигнул собеседнице, -  даже в купеческой среде, но тут дело в ином. Клеман чувствует досаду и вину за то, что сам нашел и подпустил ко мне уроженку вражьего государства. Сам подставил меня под удар и это деньгами не исправить.
Привставший было король, вновь откинулся на подушку, на миг прикрыл глаза, но после заговорил.
- Еще одно и ты сможешь идти куда пожелаешь, а я продолжу свой путь, - Фольтест собрал волю в кулак, навострив слух и внимание, дабы не упустить ничего из того, что скажет в ответ нильфгаардка. – Скажи мне, Инга, что ты видела, странствуя в последнее время по Темерии?
Как показывала практика, лучшими информаторами и зеркалом народных душ, да мыслей были как раз таки вольнонаемные врачи, простые рубаки и мелкие купчишки… да ведьмаки, но с этой братией король уже давненько не встречался. Именно они лучше всего подмечали настроения народа, несправедливость и надвигающуюся беду, тем самым позволяя своевременно принять необходимые меры, дабы избежать опасных потрясений.
- И я не говорю о передвижениях и шпионах черных, я спрашиваю о народе, о солтысах и комесах, жрецах и простых кметах. Расскажи, будь добра, что ты видела и чувствовала…

+1

25

Инга бы никогда не подумала, что сможет вот так просто сидеть с каким-нибудь северным королем в одной комнате чуть захудавшего деревенского дома и говорить на абсолютно отвлеченные темы, вроде лично безопасности и нелюбви северян к южанам. Единственный возможный вариант в ее голове закончился бы смертью девушки после, или же даже во время допроса с пристрастием. Верилось до сих пор слабо, что вот сам Фольтест знает ее лично, причем не какую-то там вроде-как южанку Ингу, а именно Ингу ван Мейст, почти благородную нильгфаардку и дезертира имперских войск.
Люди... Люди в нынешние времена народ не только самый многочисленный и значимый, но и самый противоречивый. Но обычно об этом вспоминают и говорят только какие-нибудь нелюди, когда их притесняют или еще чего в этом духе, и очень редко о таком факте задумываются сами представители человеческой расы, а им бы это помогло, действительно помогло. У людей почти нету солидарности, у них есть государства, и они определяют их взгляды. У Инги в один момент государства не стало, и она выпала из этой странной системы общечеловеческого восприятия мира. К сожалению, многим все равно что у тебя внутри, ну, в плане души, а не крови.
- Сама себя выдала..- разочаровано повторила девица, и была он разочарована в себе, но на ее лице все-таки была улыбка,- вот видите, какая из меня шпионка? Но... Я буду... Аккуратнее. И не то что я верю людям, это слишком глупо, и я бы не прожила столько лет на севере, будь я доверчивой дурочкой. Но, к сожалению, сколько бы лет я не прожила по эту сторону вашей любимой Яруги, северянкой мне не стать...- и говорила все это она с таким ужасно наигранным видом необъятной обиды на логику устройства мироздания, что становилось смешно аж самой, но она изо всех сил держалась.
- Даже так?- она отпрянула от уха монарха и заинтересованным взглядом с ног до головы оглядела гвардейца,- ну... у вас... очень преданные люди. Вам можно только позавидовать,- она часто встречала верных и честных людей, но сама почти никогда оных не понимала, ибо их верность была к не совсем к тем вещам, к людям, к клятвам, к традициям... Она не видела в этом ни смысла, ни пользы. Ее учили другому, и была она верна медицине. В чем разница? Наука умеет прощать ошибки, даже более того, наука на ошибках строится, и она способна изменяться, расти и эволюционировать, и это было прекрасно.
- Хороший вопрос, так сразу и не скажешь...- на мгновение девушка попыталась залезть куда-то в глубины своей памяти, да только не очень ей удалось вспомнить что и как она делала даже в последние пару месяцев, что она как раз провела на территории Темерии, а потому потянулась к журналу в своей сумке. Да, в нем были записи только касательно больных, но они невольно пробуждали память и о сопутствующих событиях,- Хм... Ох... Да...- пролистнула пару страниц и с уверенным видом захлопнула книжечку,- На дорогах и в горах бандиты, в лесах и подпольях эльфы, купцы загибают цены и изворачиваются ради прибыли, а в деревнях люди дремучие, скупые на разум и здравый смысл, а еще видящие во всем колдовство и ворожбу, причем обязательно темную и жуткую, впрочем... Не думаю, что для вас это что-то новое. Ведь так на севере везде, разве что нелюдские банды появились не так давно, а в остальном ничего странного или примечательного. К слову, на счет армий или шпионов черных тоже все глухо, нету их тут, по крайней мере я их не видала.

+2

26

Фольтест не переставал дивиться странности текущего дня. Солнце лишь немного склонилось к горизонту, а король уже успел отмахать верхом и с дырой в плече изрядное расстояние, познакомиться с нильфгаардкой и доверить ей свою жизнь, да понаблюдать, как эта хрупкая на вид девушка может строить бывалых гвардейцев, в обычное время подчиняющихся только лишь самому Фольтесту. Инга отчаянно старалась сохранить серьезный вид, уж слишком наигранно сокрушаясь о допущенных ею ошибках, позволивших темерцу разгадать её происхождение. Хотя, уж если не кривить душой, то он терзался лишь смутными подозрениями и не озвучь ван Мейст сама опасную по эту сторону Яруги правду, да не достань журнал – едва ли сам король углядел бы в девушке нильфгаардское происхождение. Впрочем, озвучивать это он не собирался, предпочитая лишний раз уверить людей в своей сообразительности и отменной наблюдательности, хуже от того не будет.
Насмешливая с некоторым намеком на добродушие улыбка сменилась вполне искренней, полной если не нежности, то хотя бы некоторой доли привязанности и гордости за тех немногих, кому без лишнего сомнения мог доверить свою жизнь.
- Не надо мне завидовать, хотя с людьми мне повезло, они и впрямь преданны мне и знают, что не останутся без награды за свои труды, щедрой награды, как ты понимаешь. Хотя, я подозреваю, что их радует уже тот факт, что я жив, а Темерия не порабощена черными, - задумчиво закончил он.
Фольтест не стал озвучивать те методы, какими он вычислял и приближал к себе нужных людей, дабы в будущем в них не разочароваться, ибо делиться этой информацией не собирался, считая эти наработки личным достоянием, хотя и понимая, что любой достаточно умный человек при желании сам сообразит, что да как.
Последнюю проверку на «вшивость» ван Мейст прошла блестяще, не думая даже возводить напраслину или возбуждать у короля подозрения к определенному власть имущему северянину и заслужила одобрительное хмыканье на свой доклад, который, впрочем, не содержал сколь-нибудь новой информации. Зато оный лишь подтвердил выводы самого короля и его разведки, на сей раз не совравшей, когда в отчете шефа Темерских шпиков красовалась одна лишь красноречивая фраза: «…смердит, как в гузне у горного тролля», вызвавшая у Фольтеста нешуточный приступ любопытства - откуда его главному шпиону знать, какие ароматы витают в указанном в отчете месте.
- Да, дорогая моя врачевательница, я не услышал ничего нового, но отсутствие сюрпризов с каждым днем меня радует все сильнее и за подобное – отдельное спасибо, - король кивнул и вновь доброжелательно улыбнулся Инге. – Пожалуй, мне и впрямь стоит задержаться здесь и отлежаться, хотя бы до завтрашнего утра, а после постараюсь меньше беспокоить руку.
- Клеман, проводи госпожу ван Мейст и помни, пока она в этой деревне, то находится под моей защитой и, кроме того, я запрещаю кому-либо сообщать о её происхождении, - с этими словами, Фольтест демонстративно поерзал на кровати, устраиваясь поудобнее и закрыл глаза.
Хмурый капитан гвардии замер подле двери, всем своим видом намекая девушке, что он с удовольствием проводит Ингу хоть до околицы и, коли она будет настаивать, так ускорение придаст в виде чувствительного тычка промеж лопаток, но увы – кулаком, а не мечом, ведь последнее запретил его король.

+2

27

- Стабильность это... Хорошо, если конечно мы не говорим о пациенте в стабильно неудовлетворительном состоянии,- с уст девушки вновь сорвалась усмешка, правда в контексте шутки она могла показаться несколько мрачной,- простите, профессиональное,- она безразлично пожала плечиками и решила, что на этой ноте и стоит подняться с изрядно насиженной табуретке, да и все подходило к тому, что пора бы нильфгаардке и честь знать, а после и вовсе лучше исчезнуть из гвардейского поля зрения. Предварительно, конечно, получив деньги за честно выполненную работу. Собственно она неторопливо поднялась, чуть возвысившись на перевязанным королем и парой легких движений ощупала повязку, та сидела как надо,- еще я обычно советую хорошо кушать и витамины в пищу употреблять, но вы все-таки король, не думаю что голодом себя морить привыкли, так что... Просто пожелаю вам поправиться скорее, ну и не болеть конечно,- на том она кратко склонила голову, от чего пара непослушных прядок черных волос залезли на бледное от недостатка времени, проведенного на солнце, личико, но перекинуть через плечо ремень сумки и двинуться прямиком к капитану гвардии это не помешало.
- Офицер,- на южный манер с легкой издевкой произнесла девушка, но стоило отдать должное, получилось у нее более чем уважительно, как-никак она перенимала из его рук деньги за проделанную работу,- благодарю и..- она показательно запустила пальцы в мешочек и достала оттуда горсть монет, будто бы собралась пересчитать их не отходя от кассы,- одну секунду, прежде чем я уйду...- пальцы действительно стали перебирать монетки, достаточно резво, что говорило о превосходно развитой мелкой моторике пальцев медички, хотя об этом еще раньше говорил тот трюк с хирургической иглой и раной монарха,- Сто,- отсчитала она символическую долю от своего гонорара и совершенно неожиданным жестом вложила их в латную перчатку гвардейца,- я бы тебя выпить пригласила за свой счет, да только не согласишься, так что держи. В знак... Дружбы народов,- девица даже расщедрилась на воздушный поцелуй, а потом вновь обернулась к монарху, учтиво склонила голову в качестве последнего прощания и поспешила скрыться за дверью на улице. Ждать во дворе провожатая она не стала, пускай ему и отдали приказ, но кто знает сколько мужчина мог после такого провести в легком ступоре? Вполне вероятно, что эти мгновения нильфгаардка будет способна потрать иначе, более продуктивно, нежели в банальном ожидании под дневным солнышком.

+1


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » ЗАКРЫТЫЕ ЭПИЗОДЫ » [1263 г, конец августа]С нордлингской благодарностью сравнится лишь...