Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Как хищный зверь, ступая на мягких лапах


Как хищный зверь, ступая на мягких лапах

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

• Время: осень 1262 года 
• Место: Один из трактов Аэдирна
• Действующие лица: Ласка, Ванадайн
• Описание: Маленьким беззащитным эльфкам очень опасно гулять по многочисленным северным дорогам. Даже если они не совсем маленькие, не совсем беззащитные (хотя, кого мы обманываем), и не совсем эльфки. По хорошему, Ласка уже давно должна была усвоить этот урок и путешествовать лишь в чьем-либо сопровождении. Но когда это она училась на собственных ошибках?
http://s8.uploads.ru/t/ytbCY.jpg

Отредактировано Ласка (2019-03-06 21:45:31)

+1

2

В чем разница между сказкой и реальной жизнью?
В сказке главный герой борется с великим злом, а все в мире только оттеняет его красоту, силу, выносливость и другие прекрасные качества. Ветер нежно треплет шелковистые кудри, заставляя их изящно извиваться, или дерзко лохматя. Дождь оставляет на гладкой коже капли воды, даже в тусклом свете похожие на россыпь драгоценных камней. Мокрая одежда очерчивает мускулы или женственные формы, подчеркивая те положительные качества, которые подходят главному герою.
В реальной жизни все немного менее романтично. Ветер старательно лезет к коже, чтобы ущипнуть, вызвать неприятную дрожь во всем теле. Прошедший дождь от себя оставляет только воду, хлюпающую в ботинках и перепачканную одежду, так как кто-то благополучно упал на дорогу из-за вставшей на дыбы кобылы. К слову, об одежде. Дорожный плащ не может спасти от прошедшего ливня, и теперь мокрая ткань заставляет морщиться от каждого движения, щедро делясь впитанной влагой.
Лошадь бредет по дороге, опустив голову и вяло переставляя грязные ноги. Подумать только, когда-то Ласка любила дождь. Она восхищалась тому, что вода может падать с неба, давая силу всему живому – казалось, что это дар богов, которые хотят хоть как-то извиниться перед северянами за редкое солнце, холода и другие неприятности. Столкнувшись с дождем пару раз вдали от каких-нибудь укрытий, юная зерриканка поняла, что никакой это не дар. Это насмешка. Причем, довольно жестокая. Могло ли хоть что-нибудь сделать этот вечер еще хуже?
Просвистевшая в воздухе стрела вонзилась в землю перед копытами кобылки, едва не заставив ту снова встать на дыбы. Из-за кустов вышел мужчина, почти такой же мокрый и грязный, как полуэльфка. А еще небритый и с луком, на который была наложена стрела.
- Ну и что это тут у нас? – спросил он, с каким-то зловещим любопытством глядя на полуэльфку. – Слезай с лошади. Живо.
- Ты что, издеваешься? – едва слышно прошипела Сона, обращаясь не столько к мужчине, сколько к Золотому дракону, который явно приложил свою лапу к этому неожиданному столкновению. Если уж бог повернулся к тебе спиной, приближение жопы не заставит себя долго ждать. Кмет, тем временем, натянул тетиву, столь нехитрым жестом поторапливая девчонку. Разве можно было отказать этому очаровательному господину? Тем более, что из кустов вышел второй и любезно помог придержать лошадь, пока Сона соскакивала с нее на дорогу, разбрызгивая грязь.
Мужчины вместе со своей добычей направились в лес. Один шел впереди, удерживая кобылку за поводья. Второй плелся сзади, так и не опустив лук. К спине Ласки то и дело прикасался кончик стрелы, которая в любую секунду была готова сорваться на пленницу, словно бешеная сторожевая собака. Идти пришлось не слишком долго – буквально минут десять. Среди густых деревьев показалась небольшая поляна, на которой еще двое мужчин старательно поддерживали огонь.
- Эй, парни, поглядите-ка, кого мы встретили? Кто еще посмеет сказать, что в такую погоду никто из дома даже псину не выпустит? - с громким смехом огласил впереди идущий разбойник. Он же остановился, чуть вытолкнул Ласку вперед, сдернул с ее головы капюшон. Мокрые волосы сейчас облепляли голову, отчего черты ее лица казались еще более резкими и выразительными, а уши – длинными и острыми. Слишком длинными и острыми. – Баааа, да это ж эльфка! Роб, можешь поверить, что мы эльфку поймали?
- Что-то слишком темная она для эльфа,- с сомнением произнес один из мужчин, что сразу были на поляне.
- Да точно тебе говорю. Ты на уши посмотри, - произнес милый сопровождающий, свободной рукой ухватывая Ласку за кончик уха и сильно дергая его, заставляя девчонку привстать на носочки, потянуться в его сторону, ослабляя столь кощунственное обращение. - Говорят, у эльфок еще клыков нету. Можем проверить это, - кмет похабно рассмеялся, весьма довольный складывающейся ситуацией. Сейчас даже маячивший сзади вооруженный мужчина, уже опустивший лук, ибо чего бояться столь мелкой пигалицы, тем более среди своих, не был достаточным поводом для того, чтобы прислушаться к голосу разума. В руке Ласки мелькнул небольшой кинжал, до этого благополучно прятавшийся в рукаве. Его кончик на несколько сантиметров вошел в бок кмета перед тем, как тот оттолкнул девчонку от себя на землю.
- Сука. Я из твоих ушей ожерелье сделаю! – заорал мужчина, рукой зажимая кровоточащую рану. Как только Ласка попробовала встать, он вновь отшвырнул Сону, теперь уже ногой.

Отредактировано Ласка (2019-02-13 00:58:18)

+1

3

[indent=1,0]Неторопливый шаг лошади действовал на Ванадайна усыпляюще, но неприятная осенняя сырая стылость не давала заснуть, побуждала зябко поправлять воротник и ехать чуть быстрее. Сейчас Ванадайн не имел никаких срочных дел, но тем не менее спешил побыстрее завершить путешествие. А кто не хочет поскорее оказаться у жаркого очага, обсохнуть наконец?
[indent=1,0]Мечтания об отдыхе были прерваны непонятной суетой на тракте. Ванадайн на мгновение придержал лошадь, а затем спешилось. Впереди кто-то явно желал познакомиться с неизвестным всадником. Эльф даже не собирался вмешиваться - зачем лишние неприятности? Но пройти к месту стычки было просто необходимо. Во-первых, узнать, что произошло. Во-вторых, не мешало бы проследить, когда все разойдутся и не оставят ли подкрепления или слежки. Если уличные бандиты выслеживают кого-то конкретного, а сцапали не того, то тракт не освободится и придётся пробираться по лесам, которые для конного не слишком приятны. А если эта охота ведётся целенаправленно, то не будут ли сведения, выбитые из бандитов и жертвы полезны эльфам? Всякое ведь в мире творится. Ванадайн спешился и направился к потасовке, предварительно оставив неподалёку от дороги стреноженного коня. Если вдруг эльф будет замечен, ведь отсутствие мага или каких-нибудь амулетов никто не отменял, то выйдет быстро уйти - перерезание верёвки не отнимет много времени. К дереву же пристёгивать эту лошадь нельзя - Ванадайна предупреждали, что любой узел поддастся конской пасти, да и зубы крепки.
[indent=1,0]Ванадайн перемещался по лесу быстро и практически беззвучно - dh'oine ни за что не смогли бы услышать. Лишь шорохи выдавали его присутствие, но и те тонули в звучании природы - в шорохе листьев, сыром шелесте дождя, далёких криках птиц. Эльф идеально вписывался в эту гармоничную тишину леса. Когда он приблизился к людям, никто его не заметил. Шайка возмутителей спокойствия расположилась у костра. Оказалось, эльф пришёл буквально на мгновение раньше двух dh'oine, ведущих пленённого всадника. Итого всех пятеро. Конечно, не стоило исключать возможного дозорного, а то и двух, но интуиция подсказывала, что больше врагов не прибавится.
[indent=1,0]Первая фраза не прояснила, случаен ли пленник, но произошедшее дальше подписала шайке приговор. Даже то, что Ванадайн не знал эльфки и видел её впервые, побуждало действовать. Гвихир наполовину покинул свои ножны, но тут же опустился обратно - надо ждать. Спешка навредит. У dh'oine есть лук. Наблюдая, как над эльфкой издеваются, Ванадайн достал лук из налучи и две стрелы - больше пустить вряд ли успеет.
[indent=1,0]И тут эльфка спутала все карты, атаковав пристающего dh'oine. Бесстрашный поступок, но безрассудный. Наверняка ей двигало отчаяние и страх. Ванадайн мог понять её. Безнадёжность положения всякого гнетёт, а эльфка не похожа на воина. "А вдруг посыльный?" - обожгла мысль. Если dh'oine - простые наёмники, они вполне могли решить для начала поразвлечься. Это же не повредит способности говорить? Только dh'oine пнул ногой эльфку, стрела вонзилась ему в бедро. Взвыв, он рухнул из-за подогнувшейся ноги. Меньше, чем через миг, его молчаливый дружок с луком упал не вскрикнув - стрела попала прямо в голову. Этот явно был не из главных, и смерть ничем не помешает. Лук тут же вернулся в налучь, уступая место гвихиру. На уже спохватившихся и готовящих оружие разбойников Ванадайн ринулся без лишних слов и звуков. Схватка вышла невероятно короткой - бойцы из dh'oine оказались на редкость дерьмовыми. Ванадайн не стал их убивать, лишь ранил. Вспорол мышцы ног и рук, чтобы особо не лягались, пару раз пнул, чтобы прочувствовались. В лесу царил вой, перемежаясь с бранью. Подстреленный же пытался защищаться, но его эльф просто оглушил. От стрелы не помрёт, а вот двое других быстро загнутся от потери крови. Конечно, если прежде раны не прижечь. Вот и костёр рядом.
[indent=1,0]Ванадайн не был жестоким. В детстве он не мучил зверушек, даже во время охоты старался убивать быстро. Младших не обижал. Милосердно относился к поверженным противникам и не особо издевался над dh'oine, когда те попадались ему под меч. И сейчас он не совершал ничего предосудительного. Во-первых, он спасал попавшую в беду эльфку - и попробуй кто скажи, что не так всё. Во-вторых, он хотел добыть информацию, которая, как не раз говорил Филавандрель, не имеет цены ни в золоте, ни в жизнях. Верёвки, чтобы связать всех, не имелось под рукой - отсюда раны. Не от жестокости.
[indent=1,0]- Ты как, жива? - спросил он, подойдя к эльфке. Спросил участливо, но во взгляде был лишь обыденный холод с оттенком высокомерия. "После придётся поговорить и с ней, а может, что и сейчас". - Иди к костру, успокойся. Я Ванадайн аэп... Впрочем, не важно. Ты знаешь, зачем эти напали на тебя?

Отредактировано Ванадайн (2019-02-15 00:52:30)

+1

4

На что может надеяться маленький зверек, вонзая свои клыки в шкуру крупного хищника?
На страх, вызванный неожиданной агрессией со стороны существа столь мелкого и столь ничтожного? На собственную победу против существа во много раз больше и во много раз опаснее? На заминку длинною в несколько секунд, чего будет достаточно для того, чтобы сбежать?
Нет. Понимая всю безрассудность собственного поступка, всю его бессмысленность, Ласка не могла бы поступить иначе. Лучше хотя бы показать собственные зубки, чем просто смириться с происходящим, отдаваясь на волю Золотому дракону, который слишком уж любит показывать людям всю их беспомощность в схватках с предназначением. Покорность плохо заканчивается.
Удар пришелся куда-то в ребра, выбивая из легких весь воздух. Раздался крик – не женский. Мужчина рухнул на колени в мокрую траву. Он выпустил повод, и кобылка поднялась на дыбы, сопровождая это громким пронзительным ржанием. Отскочила в сторону, подальше к деревьям, замерла, испуганно подергивая ушами, в любой момент готовая сорваться и сбежать куда-то в лес. Тем временем упал другой человек. Две стрелы, со свистом разрезавшие воздух, проникли в мир настолько быстро, что никто не успел отследить направление, с которого они прилетели. Впрочем, стрелок сам показался через несколько мгновений, выходя на поляну из-за деревьев. Чужие крики, ругательства… 
За время короткой схватки Ласка успела подняться на ноги, да попятиться чуть назад, чтобы ее не задели случайно. Людской вой неприятно резал уши, заставляя поморщиться. От вида крови, которая забрызгала поляну, начинало мутить. Этот запах с оттенком железа выветриться с поляны буквально за несколько секунд, но вот девчонку будет преследовать еще очень долго. Как, впрочем, и всегда. И причина совершенно не в том, что ей жаль людей, и даже не в непривычности вида крови - ничего из этого не соответствовало правде. Просто сейчас это стойко ассоциируется с опасностью. Неизвестно, что ожидать от мужчины, легко расправлявшегося с людьми. Нормально рассмотреть его удалось лишь после окончания схватки. Эльф. Черт. Это было не просто плохо – это было очень плохо. С людьми можно договориться. С эльфами – нет. По край ней мере, Ласка не умеет, не знает, на что давить при общении со своими кровными собратьями, среди которых она никогда не жила. Единственная ее встреча с представителями высшей расы, если, конечно, не считать те ошметки, что скрывались среди людей, не закончилась плачевно лишь благодаря спокойствию беловолосого мужчины. Не будь его – так убили бы, даже не разговаривая. А если это как раз один из тех радикально настроенных эльфов, что ненавидят всех носителей людской крови?
- Ты как, жива? – разрезал мужской голос воздух, подобно стреле. Ласка подняла голову, глядя на него снизу-вверх. Взъерошенная, смуглая, большеглазая и дрожащая то ли от страха, то ли от холодного ветра, который обнимал все крепче – очень жалкое зрелище.
- Жива, - кивок как бы в подтверждение. Голос сорвался на долю секунды, но в глазах страха не было. По край ней мере, Ласка очень умело его прятала. – Бывало и похуже. Но… спасибо.
Вместо того, чтобы последовать совету и подойти к почти погасшему костру, девчонка подступила к незнакомцу… и прошла мимо, направляясь к лошади, которая при ее приближении опять попятилась, нервно дернула головой. Осторожные шаги, прищуренный глаз, мягкие успокаивающие слова на зерриканском, которые мужчина все равно вряд ли бы смог понять – какая-то считалочка. В обращении с животными ведь не важно, что говорить, важно – как. Когда Ласка уже была на расстоянии вытянутой руки, кобылка все-таки попыталась рвануть в сторону. Но девчонка сумела ухватить ее повод, не давая удрать. Погладила по морде, продолжая что-то шептать. После этого закрепила повод на одной из ветвей, до которых могла дотянуться. Открепила от седла небольшую сумку и лишь после этого, бесшумно ступая по выпачканной кровью траве, подошла к костру, сразу же присаживаясь рядом с ним на корточки и подставляя продрогшие руки слабому пламени.
- Подозреваю, что просто караулили какого-нибудь элдблиа, чтобы ограбить его. А Золотой дракон выбрал меня в его качестве. Эта ящерица-переросток вообще любит подстраивать подобные встречи, - в речь свою вставила зерриканское ругательство, пришедшее на ум раньше его аналога на общем языке. Исправляться не стала. Не смотря на то, что все еще подкатывала тошнота, а ребра, куда пришелся удар, болезненно ныли, голос Ласки окреп. Лучше будет только если выпить.

Отредактировано Ласка (2019-02-18 13:11:14)

+1

5

[indent=1,0]Когда эльфка шагнула к Ванадайну, тот лишь заинтересованно следил за её действиями. Он уже давно вырос из сказок, где спасённые дамы (независимо от расы) благодарно лобызали своих спасителей, томно закатывали глазки и далее по списку. Да и времена нынче не располагали к подобному. Оказалось, эльфка решила разобраться со своей лошадью. Ванадайн следил за происходящим и довольно бесстыже разглядывал эльфку. Вернее, полуэльфку - черты лица и телосложение сильно отличались от эльфских. Если бы не уши, от dh'oine её было бы просто невозможно отличить. Правда, не похожа она и на местных dh'oine - кожа излишне смугла для Северных Королевств. К тому же из речей, коими полуэльфка утешала напуганную лошадь, Ванадайн не понял ни слова. Это явно был не всеобщий язык, ни Саршая Речь с её многочисленными диалектами, и даже язык краснолюдов звучал иначе. Подобная неопределённость озадачила Ванадайна, пополняя список вопросов к полуэльфке.
[indent=1,0]Тем не менее вопросы развеялись, когда после разбирательств с лошадью полуэльфка пришла к костру и наконец ответила на вопрос. Упоминание Золотого Дракона сразу напомнило про существование некой далёкой жаркой страны, в которой почитают мифологического ящера. "Интересно, все ли южные государства в качестве покровителя выбирают что-то золотое?" - предался размышлениям Ванадайн. Империя Нильфгаард почитает Солнце, у Зеррикании есть Золотой Дракон. Пожалуй, на севере тоже есть золото, и богом оно является в ипостаси монет. Только ему, как успел понять Ванадайн за свою жизнь, охотно все люди поклоняются. Ни одна богиня не пользуется такой популярностью.
[indent=1,0]Что может делать столь юная полуэльфка так далеко от своих земель? То, что все эльфы и практически все полукровки выглядели относительно молодо и не старели, не могло ввести Ванадайна в заблуждение. Глаза спасённой выдавали истинный возраст.
[indent=1,0]- Значит, не тебя ждали dh'oine, - сказал Ванадайн, задумчиво посмотрев на троицу недобитых пленников. Выходит, нет смысла их допрашивать. - Что ж, это упрощает задачу.
[indent=1,0]Эльф заметил оставшуюся от всего запаса дров длинную палку неподалёку от костра. О том, что она была когда-то здесь не одна, говорила труха из коры и мелких поломанных веточек. Подобрал, недолго покрутил в руках. "Сыровата, но гореть должна." Примерился, без труда сломал о колено и подбросил в костёр. Остатки пламени сперва расступились, но через какое-то время прильнули к коре. Надо полагать, разбойники вот-вот должны были отправиться за новыми дровами или же покинуть стоянку.
[indent=1,0]- Здесь лучше не задерживаться, - решил Ванадайн. - Слишком близко к тракту. - Действительно, уйти было бы разумнее всего. Сомнительно, что пара эльфов в компании трупа и трёх раненых dh'oine не вызовет вопросов у путников. Тракт хоть и пуст, но не безлюден. - Здесь рядом есть деревня с таверной. К нам там отнесутся спокойно.
[indent=1,0]Желание полуэльфки не волновало Ванадайна. Не пойдёт - не велика беда. Просто ему самому порядком надоела такая погода, а возможность спокойно передохнуть в сносном заведении казалась заманчивой. В таверне самому эльфу не доводилось бывать, но от некоторых знакомых он слышал довольно хорошие отзывы. Если верить им, то в деревне проживает эльфка-портниха, в своё время выскочившая замуж за местного кузнеца. Теперь же по деревне бегает несколько мелких полуэльфов. Местные ко всему привыкли и смирились - может, сами по себе были относительно добрыми, а может, сам кузнец доходчиво всем всё объяснил.
[indent=1,0]Перед уходом оставалось лишь разобраться с ранеными. Оставлять их просто так Ванадайн счёл неправильным, и потому принялся преображать полянку. У убитого лучника взял три стрелы, подстрелил ими из своего лука выживших. Те не успели толком испугаться. Эльф бил чётко в голову. Конечно, проще было бы прирезать как скот, но не хотелось в лишний раз пачкаться в крови. Затем выдернул пару своих стрел из dh'oine - одна ещё могла бы пригодиться, вторая же треснула. Но оставлять нельзя - эльфские стрелы в лучшую сторону отличаются от обычных, определить их не составит труда. А вот отсутствие их в ранах не повредит - ну кто бросит стрелы, подходящие к луку? Под конец Ванадайн с чистой совестью срезал кошельки. Нет, это было не мародёрство. Просто пятеро (да-да, именно пятеро) dh'oine повздорили. Разбились на два лагеря, затеяли потасовку. Допустим, троих товарищей допросили на предмет тайников, потом пристрелили. Но один решил, что все деньги должны быть только его, и потому расправился с сообщником проверенным методом, после чего собрал у всех деньги и свалил куда подальше. Чем не вариант? Случайному зрителю покажется примерно так, а серьёзных личностей сюда занести не должно. Конечно, кошельки были срезаны для пущей правдоподобности. Их можно смело выбросить, но зачем пропадать добру? Ценный трофей Ванадайн бросил полуэльфке.
[indent=1,0]- Или себе оставь, или выбрось подальше отсюда, - заявил он. - Моя лошадь осталась у тракта. Как выйдем на дорогу, до деревни будет минут сорок.
[indent=1,0]Не проверяя, следует ли полуэльфка за ним, Ванадайн неторопливо направился к тому месту, где стояла стреноженная лошадь.

+1

6

Палка легла в огонь и тот, спустя несколько мгновений начал охотно вылизывать свою добычу, на короткий срок распаляясь все жарче. Во взгляде Ласки, обратившемся к эльфу, мелькнула благодарности. Забавно, что даже после спасения если не жизни, то уж чести точно, подобных ноток не появилось в серых, будто покрытых изнутри пылью, глазах, выделявшихся на смуглом лице. Хотя, возможно, это был всего лишь отблеск костра. Ей приходилось сильно задирать голов, подставляя тонкую шею ветру. Впрочем, даже если бы Ласка встала, мало что изменилось бы – ростом она была где-нибудь с ребенка лет двенадцати-тринадцати. Только взгляд выдавал, что девочка на самом деле куда старше, чем кажется. Или куда опытнее, чем можно ожидать от столь юной полуэльфки. О выставленные вперед ладони бился жар, приятно обжигая кожу, но руки все равно продолжали едва заметно подрагивать. Когда эльф отошел для того, чтобы разобраться с раненными, Ласка достала из снятой с лошадиного седла сумки флягу. Вынув пробку, она сначала вдохнула аромат пряностей и трав, что остро напоминал о родных землях. В тот момент, когда первая стрела сорвалась с тетивы, вонзаясь в глазницу человека, девушка сделала небольшой глоток обжигающей горло жидкости. Сразу стало теплее. Появилась если и не полная уверенность, то хотя бы подобие веры в то, что одна из следующих выстрелов не последует непосредственно в Ласку. Все-таки, эльф говорил… не то, чтобы дружелюбно, но, по край ней мере, спокойно. Так не разговаривают с тем, кого хотят убить.
На последнем выдохе третьего мужчины Сона поднялась на ноги, нехотя отрываясь от костра, разломавшего кинутую ему подачку на две части, которые уже не столько грели, сколько тлели, вспыхивая искрами под порывами ветра. Несколько шагов в сторону эльфа, на которого девчонка сейчас не смотрела больше – для этого пришлось бы вновь сильно задирать голову, а мокрые пряди рыжих волос, и без того пролезшие за воротник, итак неприятно холодили спину, и не хотелось позволять им соскользнуть еще ниже по коже. Вместо того, зерриканка смотрела на трупы людей. Тошноты она больше не испытывала – опасность недовольно рычала где-то вдалеке, испуганная спокойным голосом эльфа и запахом алкоголя. «Интересно, сколько людей будут служить ему на том свете?» - пришла в ее голову внезапная мысль, заставившая тонкие потрескавшиеся губы изогнуться в легкой улыбке. Эти мужчины умерли как пристреленные собаки, скулящие и беспомощные, они не заслужили себе права на покой. Они вынуждены будут дожидаться того, от чьей руки приняли смерть, ради того, чтобы служить ему целую вечность, пока Дракон не решит сожрать остатки их никчемных душ. Разве можно не улыбаться, размышляя об этом?
Погруженность вглубь себя не помешала Ласке перехватить летящие в нее мешочки, ошарашенно посмотреть сначала на них, потом на эльфа. Кто в своем уме будет разбрасываться деньгами? А, судя по весу, в каждом из этих мешочков затерялось достаточно монет для неплохого ужина и, возможно, комнаты. И кто в своем уме будет интересоваться в слух о причинах столь неожиданной щедрости. Девчонка сунула внезапно привалившее счастье в сумку, а затем легко и бесшумно направилась в сторону своей кобылки, что устала моргала своими огромными глазами. Легко сдернув повод с ветки, девчонка направилась следом за эльфом. То и дело зверь тыкался мордой ей в плечо, обжигал дыханием кончик острого уха и всячески проявлял свою нежность, видимо пытаясь раздобрить и уговорить на отдых. Оседлала кобылку Сона лишь на тракте.
- Ну что, где там таверна? – подала она тихий, но уже куда более живой и веселый, чем на поляне, голос. Сама того не зная, девчонка полностью разделяла невысказанные мысли эльфа о том, что было бы крайне неплохо отдохнуть от непогоды в более уютном месте, чем дорога. А если там еще будет доступ к бадье, в которой можно умыться – это будет поистине восхитительно.

Деревня располагалась немного дальше по тракту, и встретила дружелюбным поблескиванием света в окне. Тут даже была конюшня с худощавым мальчонкой без нескольких зубов и с фингалом под глазом, который за пару монет охотно согласился позаботиться о лошадях. Ласка проследила пару минут за тем, как тот умело расседлывает ее кобылку, а затем направилась в таверну. Действительно, местный трактирщик не имел ничего против эльфов, полуэльфов и прочих тварей. Он понимающего усмехнулся вошедшему мужчине, по-доброму – мокрой продрогшей зерриканке.
- Повезло вам, что не решился закрываться, час то уже поздний. Да и не думал уж, что кто в такую погоду решится на улицу то высунуться. Однако, по вашим глазам я вижу, что что-нибудь горячее будет очень кстати.
- И горячее, и горячительное, - ответила ему Ласка, расстегивая брошь, что скрепляла плащ, вешая его на стул. После запустила руки под волосы, приподнимая их, доставая пряди из-за ворота. Хотелось заодно выжать их, но все-таки на подобную наглость она не решилась – все-таки старик ей понравился и не хотелось доставлять ему лишних хлопот. Все равно с одежды и обуви накапает.
- А ты не слишком мала то для того, чтобы горячительного просить? – с веселым прищуром поинтересовался у нее трактирщик. Голос у него был хриплый, но все еще полный жизни. – Или папка разрешает прикладываться? Впрочем, я в такую погоду тоже дочке бы после долгой дороги разрешил глоточек сделать-то.
Ласка скептически посмотрела на Ванадайна, которого, судя по кивкам да взглядам, старик, заметивший среди прядей волос острые кончики ушей, принял за ее отца. Хмыкнула, достала один из мешочков, что у разбойников найден был. На ощупь нашла в нем несколько монет покрупнее – а что-что, но деньги уж воровка даже в полной темноте различить могла, - и выложила их на стойку, за которой трактирщик стоял.
- Ага, все разрешает. Две порции мяса, две порции чего-нибудь покрепче. А если вдруг найдется возможность организовать бадью с горячей водой – хоть душу продам, - как только она появится, конечно. Впрочем, эта цена вряд ли могла заинтересовать старика, который пообещал что-нибудь придумать и скрылся на кухне. Ласка тем временем легко прошла к уже присмотренному столику, устала усевшись за него. Находящемуся рядом Ванадайну она протянула собственную флягу для того, чтобы скрасить ожидание.

Отредактировано Ласка (2019-02-19 14:48:14)

+1

7

[indent=1,0]До тракта путники дошли довольно спокойно. Никто по пути не встретился - ни человек, ни зверь. Это радовало. Также оказалось, что с лошадью всё в полном порядке. Вряд ли стреноженный конь мог отбиться от хищников, если бы те решили закусить кониной. Лошадь не высказала радости, когда Ванадайн снял путы и легко взобрался в седло - отдых оказался много короче ожидаемого, не вся трава вокруг была дощипана, не все деревьица сожраны.
[indent=1,0]- Просто следуй за мной, - сказал Ванадайн в ответ на вопрос полуэльфки о таверне и выслал лошадь вперёд. Благо дорога была довольно ровной и прямой, а деревня нередко встречала гостей, и потому обустроила даже ответвление от основного тракта.
[indent=1,0]Короткое путешествие оказалось лёгким, а завершилось к всеобщей радости в деревне. Трактир оказался даже приличнее, чем Ванадайн ожидал - возле него помимо места для привязи лошадей оказалась конюшня. Не самая большая, но сухая и чистая. Судя по запаху, навоз постоянно убирался, а солома в денниках менялась. Да и сено было приличным, гнилью или плесенью не пахло.
[indent=1,0]- За сохранность имущества, - сказал Ванадайн и подкинул конюху ещё пару монет. Разбираться с седельными сумками сейчас не было желания, а в конюшне заместо одного денника располагалась мелкая комнатка с кронштейнами под амуницию и тюфяком, на которому наверняка дрых конюх. Красть у эльфа было практически нечего, всё ценное он носил при себе, но для пущего спокойствия не было жалко заплаченных денег.
[indent=1,0]Таверна оказалась открыта. Ванадайн несильно толкнул дверь и впустил полуэльфку первой, сам же зашёл следом. В помещении было тепло и сухо, а также пахло чем-то съестным. Других посетителей не обнаружилось, что не удивительно. Местные уже успели отгулять, а гости или по комнатам спят, или даже не заходили. Эльф кивком поздоровался с хозяином таверны и хотел было сделать заказ, но полуэльфка его опередила. Впрочем, сделала она всё верно, хотя не мешало бы уточнить про "горячее" и "горячительное" - пища пище рознь, а наряды путешественников могут дезинформировать о благосостоянии клиентов.
[indent=1,0]Заказ полуэльфки развеселил мужика. Но не успел Ванадайн усмехнуться, как прозвучало предположение о родственных связях. "Неужели я похож на это недоразумение?!" - нервно дёрнулся глаз, а улыбка на лице эльфа на мгновение стала кривой, будто эльф одновременно глотнул ядрёной смеси краснолюдского чистого спирта с горчицей, и уронил себе на ногу нечто тяжёлое вроде наковальни; но тут же выровнялась до нормального состояния. Не стоит отображать лишние эмоции. Но всё-таки в чём этот dh'oine увидел сходство?! Чем эта смуглокожая полукровка похожа на эльфа?! Странно, что владелец таверны не видит различий между эльфами и полуэльфами. Впрочем, Ванадайн давно уже отметил, что люди смотрят в основном на форму ушей. На душе вновь воцарилось спокойствие. Пока эльф боролся с собой, полуэльфка уже сделала заказ. Мужик вопросительно посмотрел на Ванадайна.
[indent=1,0]- В детях надо воспитывать самостоятельность с юности, - с полуулыбкой заметил Ванадайн. Прикинув, что погода вряд ли улучшится в ближайшие сутки, за плечо придержал устремившегося в направлении кухни мужика и добавил: - Комнату пока что на две ночи, спальные места, разумеется, раздельно.
[indent=1,0]- Хорошо, будет комната, - кивнул тот.
[indent=1,0]Сам Ванадайн же подошёл к занятому полуэльфкой столу и скинул тяжёлый от влаги плащ, затем убрал мокрые волосы за уши. Придержав ножны, уселся на крепко сколоченный стул. Фляга, переданная новообретённой "дочкой" пришлась очень кстати.
[indent=1,0]- Здесь есть ещё один посетитель, судя по наличию лошади на конюшне, потому гораздо спокойнее будет поселиться в одной комнате. Кто знает этих dh'oine, - пояснил свой выбор Ванадайн. - Предлагаю не рушить сложившееся о нас впечатление и оставить тебя "дочкой", хотя "внучка" звучала бы ближе к истине, - эльф задумчиво замолчал. - Кстати, хороший же я "папка", раз не знаю имени "дочки" своей.
[indent=1,0]Пусть заказ готовился не быстро, посетителей без внимания не оставили - очень скоро была на кухню вызвана какая-то заспанная девчушка, которая с ворчаньем про бадью прошла сквозь зал, а дородная кухарка, которая наверняка была женой владельца таверны, принесла горячее вино в глиняных кружках.
[indent=1,0]- По такой погоде самое правильное средство согреться, - уверенно заявила та, чуть гнусавя. - Ужин придётся ещё немного подождать.
[indent=1,0]- Благодарю, - кивнул Ванадайн и пригубил напиток. Вино оказалось кисловатым, явно молодым, но с какими-то добавками, в которых Ванадайн определил мёд, ароматный калган и зверобой. Кухарка неспешно удалилась, фальшиво напевая какую-то простую мелодию. - Пить можно, - вынес вердикт эльф. - Обычно в вино добавляют некоторые пряности, изредка мёд, да и качество у сырья повыше. Правда, и это хорошо согреет. Пей спокойно, хуже не будет.
[indent=1,0]Ужин пришлось ждать довольно долго. Наверняка раз решили закрываться на ночь вся пища была распродана. Судя по времени, кухарке пришлось не только разогревать, но и готовить заново. Впрочем, ожидание оказалось не слишком утомительным. Пищу принесла кухарка на пару с мужем, переговариваясь о чём-то своём. Женщина быстро заставила стол тарелками с неплохими кусками мяса, блюдом с добротными лепёшками и парой стаканов, мужик же добавил бутыль из глины и ключ.
[indent=1,0]- Ваша комната на втором этаже, в самом конце коридора, - проговорил он и несколько недовольно нахмурился, увидев на поясе эльфа гвихир.
[indent=1,0]- Не беспокойтесь, - усмехнулся Ванадайн, верно истолковав взгляд хозяина таверны. - Я воин, а не убийца. Просто нынче разбойников развелось много. Я-то не боюсь, а вот дочь защищать надо. Всякое в пути происходит.
[indent=1,0]- Если что понадобится, зовите, я буду поблизости, - успокоившийся трактирщик кивком указал на неприметную дверь за стойкой. - Бадья будет готова примерно через час, служанка вам сообщит.
[indent=1,0]Ванадайн кивком поблагодарил людей и приступил к еде. Хорошо прожаренная козлятина оказалась довольно вкусной. Ванадайн знал, что мясо свежее - по осени обычно люди забивали лишний скот, чтобы под зиму оставалось меньше голодных ртов. К мясу прилагался гарнир из овощей. Видимо, кухарка не слишком разборчиво свалила в котёл почти всё имеющееся, но вышло довольно сносно.
[indent=1,0]Эльф не набрасывался на пищу, хотя довольно часто ему приходилось питаться лишь вяленой рыбой да мясом, которые удобно брать с собой. Конечно, разнообразие не могло не обрадовать, но не реже ему доводилось в конце пути отдыхать или в тавернах, или быть чьим-нибудь гостем. А кто же накормит гостя плохо? Тем более если гонец ожидался довольно долгое время или выглядел уставшим, сердобольная прислуга клала куски побольше и повкуснее.

+1

8

- Ммм… посмотри на меня повнимательней… Ванадра'н, - на секунду замнувшись, девушка все-таки вспомнила имя эльфа, правда, коверкая его, подгоняя под родную и более привычную речь. – Ты думаешь, мне сейчас действительно есть разница, где именно спать? – хотя и звучала эта фраза грубовато, Ласка сглаживала ее не слишком красивой, зато искренней улыбкой. – Это не подвал, здесь тепло, сухо и, очень надеюсь, меня никто не разбудит среди ночи с требованием отдать кошелек, раздеться или просто уйти подальше с глаз. Так что я счастлива, - при замечании об имени взгляд Соны стал более задумчивым. Девушка потянулась, дрожащей от холода рукой забирая из рук эльфа флягу и делая небольшой глоток. С одной стороны, эльф все-таки спас ее и не заслуживал привычной лжи. С другой – ее и раньше вытаскивали, даже из более серьезных передряг, но получали взамен очередную выдумку.
- Мне казалось, что на севере именно родители дают детишкам имена. Или я ошибаюсь? – этот вопрос сопровождался на секунду приподнятыми бровями, искажая рисунок веснушек, украшавших смуглое лицо. Судя по усмешке, вся эта ситуация невероятно забавила девушку. Конечно, ее часто принимали за ребенка. Но никогда – за чью-то дочь. Все-таки слишком сильно были намешана кровь. Она слегка склонила голову на бок, перекинула волосы на одно плечо, запустила в мокрые спутавшиеся пряди пальцы, слегка дернув их. Люди всегда терялись, когда им предлагали самостоятельно назвать кого-то. Они могли выдать десяток оскорбительных имен без разрешения, и ни одного, если звучала просьба. Поэтому Ласка все-таки решила облегчить эльфу задачу. – Можешь звать меня Рэм. Мне же не обязательно звать тебя этим… ну, родителем, в общем, правда же? – спрашивает, а сама глядит гигантскими глазами, специально чуть сильнее распахнув их, придавая себе вновь жалобный вид. Но не ничтожно-жалобный, а скорее мило-просящий, грань между которыми так тонка и в то же время так заметна в случае с Соной. Выражение лица меняется через пару мгновений. Подобно какой-нибудь бабочке, в теплом помещении девушка буквально оживала. – С внучкой ты очень уж сильно загнул. Я старше, чем выгляжу, - и вновь хочется рассмеяться, потому что вспоминается, как в тринадцать лет она упрямо заявляла какому-то стражнику во Флотзаме, что не является ребенком.
Девушка повернула голову в сторону кухни, которую покинула крупная женщина, покачивающая бедрами при каждом своем шаге. Она поставила перед посетителями две глиняные кружки с темно-красным напитком, очень похожим на вино, из которого почему-то шел пар. Несмотря на то, что Ласка уже около пяти лет жила на севере, она все еще находила для себя новые удивительные вещи. Кончик носа слегка дернулся, как у какого-нибудь грызуна – девушка вдыхала запах, пытаясь понять, стоит ли отдать свою порцию эльфу, или же можно рискнуть выпить. Запах был кисловатый, с оттенком фруктов и специй. Почти как зерриканское вино, но не совсем. Более яркий, но поверхностный. С легкой растерянностью она посмотрела на нового знакомого.
- Горячее вино? Серьезно? – теперь уже лишь одна бровь скользнула вверх. Тем не менее, девушка взяла себе кружку и сделав осторожный глоток. На вкус жидкость была слаще, чем запах, но сладость та шла не от вина, а лишь от добавленного меда. Конечно, напиток согревал, но он вряд ли пополнит список ее любимых. - Странное сочетание. Впрочем, не самое странное, какое может существовать. В Зеррикании есть сорт вина, который подают с змеиным ядом и противоядием. Это целая церемония. Главный дэасаб смешивает все ингредиенты прямо при гостях. Считается, что таким образом хозяин дома как бы говорит, что под его кровом нечего бояться. На самом деле, он показывает, что бояться можно стоит именно его…
В ожидании ужина Ласка рассказывала про необычные вина своей родины, следя, чтобы эльфу не стало слишком скучно. Конечно, выражение его лица практически не менялись, но глаза выдавали если не интерес, то, по край ней мере, спокойное отношение к этим историям. Но стоило хозяину таверны с женой появиться в комнате, она мгновенно замолчала. Лишь снова дернула кончиком носа, жадно вдыхая запах горячей пищи. Если принесенное вино вызывало у девочки сомнения, то в отношении еды она не была столь щепитильна. И как только разговор об убийствах закончился, Сона притянула к себе одну из тарелок. Ела девочка хоть и аккуратно, но быстро, практически не жуя – как уличная псина, которую по доброте душевной периодически подкармливают люди, но взамен постоянно обирают другие собаки. Впрочем, Ласка ведь и росла уличным зверьком. И за столом отсутствие воспитания становилось наиболее заметно.

Отредактировано Ласка (2019-02-20 10:08:54)

+1

9

[indent=1,0]Во время трапезы Ванадайн не разговаривал. Аккуратно и без спешки расправляясь с ужином, он думал о дальнейших планах. Появление полуэльфки изменило предыдущие намерения, но не кардинально. Всё равно рано или поздно пришлось бы где-то останавливаться, чтобы переждать непогоду, и нельзя быть уверенным, что это произошло бы скоро и в настолько спокойном заведении. Только на решении переждать непогоду в таверне он выиграл несколько дней. Скоро дороги совсем развезёт, и потому пришлось бы не только бороться со стихией и замедляться, но и потом долго отдыхать. Не физически, морально - долгие дожди в обществе одного лишь коня порой угнетают. А так ещё и собеседник на некоторое время обретён в лице полуэльфки. Правда, очень странный и не совсем удобный собеседник.
[indent=1,0]Эльф взглянул на полуэльфку. Та расправлялась с принесённой едой невероятно быстро. "Боится, что отнимут? Или это мне стоит бояться, что разобравшись со своей тарелкой она примется за мою?" Тем не менее Ванадайн не ускорился и продолжил всё так же степенно ужинать и предаваться размышлениям. Стоило решить, как быть в случае ухода полуэльфки. В таверне уже все убеждены, что их гости родственники, как бы странно это не звучало. И никто не поймёт, если полуэльфка уедет раньше Ванадайна. В обратном случае все возникшие проблемы свалились бы на её плечи, но подобный исход маловероятен. Может, придётся как-то договариваться. Но это потом. Сейчас все настроены на отдых и неторопливые разговоры, и этому Ванадайн был рад. Обрывки информации о далёкой жаркой Зеррикании были невероятно красочными и интересными. Всё-таки любые народы имеют свои традиции, и чем дальше эти народы проживают, тем больше различий можно отметить. Всё диковинное неизбежно привлекало внимание, однако эльф полагал, что зерриканскому лучше оставаться в Зеррикании. У каждой культуры есть свои заморочки, уметь возиться с которыми надо чуть ли не с рождения. Из рассказов полуэльфки Ванадайн выяснил, что в Зеррикании лицемерие является неотъемлемой частью общества. Также эльфу доводилось слышать про витиеватое словоблудие зерриканцев - информацию предоставляли некоторые купцы, посетившие такие далёкие края, о которых Ванадайну доводилось лишь читать. Впрочем, он рассчитывал, что рано или поздно появится возможность наведаться в самые разные уголки мира и увидеть всё своими глазами.
[indent=1,0]Покончив с ужином, Ванадайн добрался и до глиняной бутыли. Неспешно откупорив её, эльф плеснул в первую очередь себе в чарку и пригубил. Хозяин таверны принёс не просто спирт, как поначалу опасался Ванадайн. Однако здесь сказалось уже умение верно истолковать пожелания клиентов. Неплохая настойка высокой крепости была вполне пригодна для питья и приятна на вкус. Убедившись в качестве предлагаемого, эльф наполнил уже обе чарки наполовину. Долить можно всегда, а вот сколько выдержит полуэльфка - вопрос тот ещё. Отставив бутыль, Ванадайн взял свою чарку. Сперва он не особо рассматривал то, что принёс трактирщик, но теперь компенсировал всё излишним вниманием. Неизвестно, что двигало этим dh'oine, когда он предложил Ванадайну эти деревянные чарки. По стенкам шла тонкая резьба, сплетающаяся в единый узор. Работа оказалась довольно искусной - сомнительно, что такую посуду предлагали всем. Скорее, приберегали для особых гостей вроде аристократов или знатных купцов. Так как же это расценивать? Знак внимания или расчёт на задабривание? Впрочем, вопрос не первой важности.
[indent=1,0]- Значит, вношу определённость в наше пребывание здесь, "дочь", - Ванадайн вольготно откинулся на спинку стула и пригубил настойку. - Хоть ты мне и во внучки годишься. Выглядишь ты настолько, сколько примерно имеешь, и сгодилась бы мне в дочери, если бы мне было лет на сто меньше. Итак, Ailm, называть меня можешь athair, ard, или же просто по имени. Хотя если тебе его трудно произносить, - эльф усмехнулся, вспомнив, как полуэльфка назвала его совсем недавно, - ограничимся простым "ard". В тонкости Старшей Речи здесь не вникают, и уж лучше так, чем грубо звучащие интерпретации. Понимаю, тот язык тебе привычен, но здесь надо соответствовать принятой роли эльфки. К тому же здесь живут иные seidhe и anad`enel, и во избежание лишних вопросов стоит быть внимательнее. - Ванадайн сделал ещё один мелкий глоток настойки. После сытного ужина она не туманила разум, но очень удачно скрашивала вечер. - Ты сама мне напомнила, что имя традиционно даю я, Ailm. Оно звучит лучше, да и в целом подходит тебе. Я планирую здесь провести достаточно времени для того, чтобы стихия утихомирилась и (по возможности, разумеется) просохли дороги. День, неделя - не так уж и важно. Спешить мне некуда, здесь всё спокойно. И раз уж ты теперь моя дочь, то логично, что мы должны уехать вместе. Полагаю, неприятности никому не нужны. Кров и пища за мой счёт. Делать можешь что угодно, не привлекая к себе излишнего внимания, не очерняя нашу репутацию и прочее, прочее.
[indent=1,0]Потягивая настойку, Ванадайн следил за реакцией полуэльфки.

Отредактировано Ванадайн (2019-02-21 00:21:32)

+1

10

Ребенок, выращенный на улице. Сейчас он проглядывается в каждом порывистом и резком движении Соны, в том, как девушка сжимается, стараясь стать еще меньше, чем есть, не привлекать к себе лишнего внимания, в коротких перерывах перед тем, как сунуть новый кусочек в рот, тратящихся на то, чтобы оглядеть таверну, убедиться, что угрозы нет. И за ее глазами проскальзывает зверек, знакомый каждому человеку, жившему в нищете. Имя ему - постоянный голод. У него острые зубы, которыми он с удовольствием рвет внутренности носителя, не давая забыть о себе. Конечно, прошло уже достаточно лет. Но от прошлого не так просто избавиться, особенно если продолжаешь метаться между кучей денег, которые даже не знаешь, куда деть, и их отсутствием, обрекающим на очередной риск ради собственного выживания. Когда еда в тарелке закончилась, Ласка воровато огляделась и коснулась той пальцем, подбирая крошки, затем сунув его в рот. Она справилась куда раньше эльфа и теперь уже более спокойно изучая помещение, старательно игнорируя своего спутника. Таверна была похожа на сотни других таверн, где уже успела побывать полуэльфка - деревянные стены, тонущие в темноте, массивная стойка со сколами и протертостями, крепкие стулья, которыми можно при удачном ударе проломить кому-нибудь голову. От этой мысли внезапно передернуло, а острые зубки впились в нижнюю губу. Вновь напомнил о себе запах крови. Ласка поставила одну ногу на стул, обхватывая рукой колено, сжимаясь в своеобразный комок. По край ней мере, ей хватило такта, для того чтобы не класть грязные сапоги на стол, за которым кто-то ел.
Запах алкоголя легко перебил воспоминания. Ласка буквально вспомнила про существование собеседника, повернула голову в его сторону, склоняя ее немного на бок. Огоньки, живущие на фителях свечей, давали равномерное освещение, позволяя рассмотреть каждую деталь чужой внешности. Девушка изучала сосредоточенное лицо эльфа, его высокие скулы, светлую кожу, слегка прищуренные глаза, сейчас кажущиеся скорее серыми, чем голубыми. Раньше ей не представлялась возможность столь близко взглянуть на представителя этой расы. И, пожалуй, юная зерриканка даже начала понимать откуда берутся все разговоры про эльфийскую красоту. Опасность, сплетенная с изяществом не может не привлекать. Следуя показанному примеру, она подтянула к себе кружку и сделала небольшой глоток обжигающего напитка. Пожалуй, это было лучше, чем горячее вино, что стояло в чашке на столе, практически нетронутое. Огонь с пряностями. Не настолько яркий, как "кровь дракона", что плескалась на дне ее фляги, но вполне неплохой.
- Ста лет? А, точно... беловолосый эльф говорил, что эльфы долгожители... - Ласке показалось, что взгляд мужчины изменился. То ли удивление промелькнуло, то ли недоверие. А может быть и вовсе презрение. Впрочем, гадать по этому лицу ей было довольно сложно. - Не удивляйся моему невежеству. В Зеррикании нету эльфов, ард. У нас есть лишь истории, в которых остроухие опасны, как и всякие монстры, что приходят по ночам ради поживы, - она улыбнулась, дружелюбно и весело, затем вновь делая глоток из кружки. Пусть и являясь хрупкой девушкой, но пить Ласка умела даже похлеще кметов. Ну, по край ней мере делать вид, что умеет пить. - Я принимаю данное тобою имя и выставленные условия. Все равно мне спешить некуда, а это, кажется, не самое плохое место. Тем более, вряд ли меня будут трогать при таком мужчине за спиной, представляющимся моим родителем, - короткий смешок, прикрытые глаза всего на секунду, чтобы потом вновь распахнуть их, полюбоваться сидящим напротив мужчиной. - Только вот скажи мне, ард... зачем тебе это? Я уже знаю, что эльфов часто недолюбливают, избегают, считают опасными. Но эти земли кишат остроухими, а трактирщик ничуть не испугался.  Уверенна, тебя бы приняли здесь даже без "дочки". Ты сам говорил.
Не смотря на то, что больше в комнате никого не было - трактирщик, его жена и заспанная девчушка уже успели разойтись, скрываясь в разных местах таверны, видимо, не желая особо мешать гостям, - Ласка говорила достаточно тихо. Ее голос был необычно певуч, но не как трели птиц или перезвон весеннего ручейка. В этой мелодичности отражались зерриканские нотки - удары двух клинков друг о друга, рычание дикой кошки. И сейчас это звучало наиболее отчетливо.

Отредактировано Ласка (2019-02-26 10:56:32)

+1

11

[indent=1,0]Реакция полуэльфки оказалась неожиданной. Вернее, слова. Ванадайн едва смог скрыть своё удивление, когда речь зашла о беловолосом эльфе. Конечно, светлые волосы у seidhe не редкость, но при этом беловолосый лишь один. Может, Ailm оговорилась? Может, просто незнание языка? Или она действительно встречалась с Филавандрелем? Тем не менее Ванадайн не решился спрашивать. Если и встречалась, то что? Этот факт ничего не меняет. Просто новая крупица информации. И нет смысла расспрашивать полуэльфку, можно при встрече задать вопрос Филавандрелю лично. Всяко лучше выйдет, поскольку полуэльфку Ванадайн знает едва ли пару часов. Плохо скрытые эмоции Ailm приписала совершенно иному. Ванадайн понимающе усмехнулся упоминаниям историй и пригубил из чарки вновь.
[indent=1,0]Цель беседы всё-таки была достигнута. Ailm согласилась не портить Ванадайну пребывание здесь, и это просто замечательно. А последовавший вопрос... Что ж, стоит признать, он был вполне закономерен. Вопрос личной выгоды всегда поднимается в любом деле, поскольку мнимая безвозмездность в большинстве случаев оказывается ловушкой. Либо поступком начинают шантажировать, либо давят на совесть. Нетрудно догадаться, что оба варианта претят практически всем.
[indent=1,0]- Правильно всё считают. Сказки про клыки сродни вампирьим, рога и хвосты - ложь, остальное правда. - Эльф допил чарку и налил ещё. Говорил он совершенно спокойно и размеренно. - Трактирщик к нам добр из-за того, что привык. В этой деревне проживает одна эльфка, у неё здесь дети. Неужто кто посмотрит косо на них, когда у мужа рука тяжёлая? Вот и привыкли местные. Редко где так, сейчас всё чаще гонят. И это в лучшем случае. Всё чаще можно увдеть висельников, погибших лишь за то, что раса не та. Краснолюды людям нужны - это великолепные ремесленники, торговцы, наёмники. Что уж гнать таких? Резковаты и грубы, этого не отнять, но многих подобное даже забавляет. А вот нас просто вытесняют. Я видел, как в деревнях сжигались дома эльфских земель, как издевались над нашими детьми... - Ванадайн сделал ещё один довольно крупный глоток. Он не вошёл во вкус, просто настойка помогала притупить эмоции. - Северные Королевства не кишат эльами. Мы здесь из-за того, что всё это, - на этом моменте Ванадайн неопределённо повёл чаркой, имея ввиду совсем не таверну, а все земли практически от Нильфгаардской Империи и до Драконьих гор, - наш дом. Дом, который у нас отняли. Я терпеть не могу dh'oine. По их вине весь наш род сейчас в том положении, в котором есть. Нас ненавидят, преследуют, убивают. Тебе просто повезло на своём пути встретить многих. Нас мало осталось. Нет смысла рассуждать над причинами, всё уже есть как есть. Я ненавижу dh'oine - они отняли у меня лучшую жизнь. Из-за них мы вынуждены тесниться в горах. Они решили, что мы уже отжили своё, что теперь их время, - эльф кисло усмехнулся и вновь пригубил настойку. - И теперь на фундаменте наших городов чёрт знает что стоит, а мы, исконные хозяева этих земель, теперь герои местного фольклора наравне с монстрами. Да уж, очень поздно появилась Аэлирэнн, очень поздно. Заразу эту надо было раньше уничтожать.
[indent=1,0]Голос Ванадайна на протяжении всей речи оставался спокойным. Прошло то время, когда он с огнём ярости в глазах высказывался о подлых захватчиках. Прошло время, когда бросался на каждого встречного dh'oine с недвусмысленными намерениями. Одиночные нападения ничего не сделают, и даже если ухитриться выкосить всю правящую верхушку, на их место придут точно такие же dh'oine. Среди них незаменимых нет. Сколько не убивай, брешь затягивается быстро. И пусть жизнь их коротка, раса не вымирает. И старания Аэлирэнн не увенчались успехом. Давно Ванадайн обсуждал с одним из учителей причины такого результата. В итоге пришли к выводу, что Белой Розе не хватило терпения и знаний. Если бы восставшие были организованней... Впрочем, рассуждать всегда легко, тем более уже зная итоги. Аэлирэнн же была юна и горяча, а действия шли по зову сердца.
[indent=1,0]- Поэтому правы dh'oine. Правы, что избегают и недолюбливают. Им есть, чего опасаться. Но все ли одинаковы? Конечно же нет. Некоторых ещё можно терпеть. До тех пор, пока не переходят дорогу. А иначе никак. В тяжёлые времена нет места мягкости. Уже давно прошло время, когда слова могли что-то исправить. Сейчас же наши помощники лишь огонь и меч. Только так, - Ванадайн в который раз пополнил чарки. Смотреть, как рушится гнилой мир, тяжело. Но иногда можно ещё найти клочки спокойствия, поддерживающие всю гниль в живом состоянии и создающие иллюзию шанса на лучшее будущее. Эльф мотнул головой, словно скидывая лишние мысли, и дальше продолжил говорить довольно бодро, без горечи былого. - Впрочем, я так и не ответил на твой вопрос. На дороге я помог по доброте душевной, - эльф едва не усмехнулся. Если бы не сомнение о том, что Ailm может быть гонцом или кем-то ещё важным, то вряд ли бы встреча состоялась. Сыграла роль и примесь эльфской крови в спасённой. - А после не бросать же тебя прямо на дороге? Я бы всё равно рано или поздно остановился бы где-нибудь на постоялом дворе. Что ни говори, а нет ничего лучше сухого лежака, горячего мяса и отсутствия спешки. А когда к этому добавляется бадья с горячей водой... - протянул с улыбкой эльф и замолчал, завидев подход девчонки dh'oine.
[indent=1,0]- Милсдарь, милсдарыня, бадья готова, - проговорила та.
[indent=1,0]- Что ж, Ailm, иди, - Ванадайн сопроводил слова приглашающим кивком. - Я пока здесь посижу. Допью вот.

+1

12

- У нас не было про клыки, рога и хвосты. У нас было… - Ласка зажмурилась, пытаясь выловить из памяти истории, искаженные временем. – Кажется, про огонь. Если мы будем здесь достаточно долго и тебе будет интересно, я могу как-нибудь рассказать, - она чуть улыбнулась. Глаз девушка так и не открыла, лишь сильнее опустила голову, пристраиваясь подбородком на острой коленке. Она наблюдала за эльфом из-под опущенных ресниц, продолжая изучать его лицо, мимику, огонь, затаившийся в серости глаз, когда тот говорил про людей. Слушала она внимательно, не издавая не звука, словно мужчина рассказывал какую-нибудь захватывающую сказку, а не печальную участь своих людей. При очередном движении успевшая высохнуть прядь волос выскользнула из-за уха, перечеркивая лицо девушки наподобие шрама. Сона убрала ее назад, слегка дернув, словно наказывая рыжую змейку за нежелание оставаться на месте. То и дело она подтягивала к себе чарку, делая небольшие глотки, и приятное тепло отгоняло поселившийся внутри холод.
- Знаешь. Ты можешь сейчас обидеться на мои слова, оскорбиться, полезть в драку. Но я думаю, что ни люди, ни эльфы не понимают одной простой вещи. Вы куда более похожи, чем могло бы показаться на первый взгляд. Подобные мне – смесь двух кровей, - доказывают это. У разных существ никогда не будет нормального потомства, а те полуэльфы, которых я встречала на своем пути, часто перенимают лучшее от родителей, - вновь улыбка.  Конечно, она говорила не про себя. Сама Сона унаследовала, наверное, исключительно плохое. Слабость и наглость, хрупкость и резкость, уши и кожу… причудливая смесь выдалась, а воспитание лишь закалило, сильнее обнажая те черты, что противостояли друг другу.
— Оскорбиться? -  Ванадайн вопросительно вскинул бровь. — Эти идеи витают в воздухе очень давно. Биологически различий мало, из видимых лишь уши, зубы и срок жизни. Для лекаря одинаково работать и с seidhe, и с dh'oine. Ну и с оборотнями у нас особые отношения, - на словах про оборотней Ласка заметно вздрогнула, но ничего не ответила. Спрашивать – лишь бередить костер, горевший когда-то слишком ярко.  А угли в нем еще даже не успели затухнуть до конца. -  Различия кроются намного глубже. Мы по-разному относимся к миру, — эльф будто ребёнку объяснял, что да как. Впрочем, полукровка из чужих краёв мало чем отличалась от ребёнка. — И по-разному относимся к себе подобным. Взгляни на карту, и увидишь кучу мелких королевств. И это не предел, они будут продолжать дробиться. Взгляни на их армии — dh'oine убивают таких же dh'oine за иное подданство. Они разрозненны. Мы же всегда были едины, а разногласия решались иными путями. Это лишь один пример, но какой яркий.
- Может, вы едины, потому что вас мало? – хмыкнула девица. – И потому что, даже если были другие времена, о них так легко забыть во времена невзгод. В пустыне и самые ненавистные враги становятся друзьями.
— Мы были едины и тогда, когда нас было много. Мы живём веками, мы чтим память и историю. Забывать что-то — не в наших традициях.
- Как скажешь. Уж точно не мне рассуждать об историях. Я больше по сказкам да легендам. Или по пьяным байкам, - Сона дернула плечом, тихо рассмеявшись. О своем вопросе она не напоминала – эльф сам вспомнил.
- Не бросать по дороге? Значит, у тебя куда больше душевной доброты, чем у всех, кого я встречала на своем пути, ард. А это редко заканчивается хорошо. Либо ты просто врешь. Однако… - если взгляд до этого скользил по всему эльфу, то теперь девушка, более не скрываясь, посмотрела ему прямо в глаза. У обоих серые, но у него – с примесью льда и смерти. А у нее без других оттенков, чистые, словно туман, который обнимает со всех сторон, окружает, скрывает все остальное, делая его неважным. Неудивительно, что при таком взгляде Ласку могли опасаться. Посмотрит так один раз – и пропадешь, - я тебе верю.
Дальнейший разговор прервала появившаяся девчонка, сообщающая радостную новость о бадье. Ласка залпом допила содержимое своей чарки, потом воровато огляделась и долила себе еще почти до краев, лишь после этого подбирая захваченную с собой сумку и поднимаясь на ноги.
- Будь добр, когда закончишь допивать – отнеси мой плащ в комнату. Если я буду слишком долго – можешь не стесняться меня беспокоить, - местная девочка уже отошла к дверям, так что не слышала слов Ласки. И не видела, как полукровка игриво подмигнула эльфу, норовя вызвать у него хоть какие-нибудь эмоции – положительные или отрицательные. Вместе с сумкой и кружкой зерриканка направилась за дочерью хозяев.

Пост написан при согласовании с соигроком

Отредактировано Ласка (2019-02-24 03:52:11)

+1

13

[indent=1,0]Полуэльфка уже давно ушла, а Ванадайн всё думал о разговоре. Одни фразы бередили старые раны, другие же тревожили мысли о грядущем. Ванадайн видел мир, ощущал, что стоит тот на грани. Сейчас у него была крыша над головой, горячий сытный ужин, возможность отдохнуть. В Долине Цветов ничего этого не было. Seidhe боролись с недостатком провианта и непривычными условиями жизни с переменным успехом. Конечно, заезжали туда гавенкары, но что пара телег могут дать? К тому же такие вылазки опасны. Караваны не заметит только слепой - кругом слишком много dh'oine. Увы, но телеги по бездорожью далеко не уезжают. Пойманным гавенкарам не позавидуешь, и потому мало кто решается браться за такие дела. Трудно, опасно, а прибыли не так много. Приходится изворачиваться, стараясь разрешить ситуацию, но как же это трудно!
[indent=1,0]Ванадайн даже слегка обрадовался, что вряд ли Ailm забредала в некогда прекрасные края. Он был уверен, что там во-первых, полуэльфке не обрадовались бы, а во-вторых, встреча сильно бы разочаровала её. Озлобленные на мир, помнящие былое величие и обречённые лишь существовать... Ванадайн считал, что ему намного легче, ведь есть возможность путешествовать. Иногда это опасно, иногда утомляет, но хоть какое-то движение, а не медленное угасание. Печать обречённости наверняка висит над всеми, и игнорировать её трудно. Ailm наивно полагает, что эльфы и люди очень похожи. Ванадайн не смел упрекать её, ведь девчонка эльф лишь наполовину. Слишком человек, чтобы понять всё. В жизни её будут ждать разочарования, разрушение иллюзий.
[indent=1,0]Эльф допил настойку и ещё какое-то время просто так сидел, вертя в руках стакан и практически ни о чём не думая. Скрипнула дверь - владелец таверны решил выйти в зал. Ванадайн на вопросительный взгляд ответил лёгким кивком. Мол, закончил уже трапезничать. Мужик неторопливо подошёл.
[indent=1,0]- Вам заносить завтрак? - учтиво поинтересовался он. Нередко останавливавшиеся эльфы не желали есть среди остальных посетителей и предпочитали оставаться в комнатах.
[indent=1,0]- Нет, благодарю. Мы с дочерью спустимся в общий зал. И будить тоже не надо. Путешествие было непростым - дороги все уже развезло.
[indent=1,0]- И не говорите, - понимающе кивнул мужик. - Ничего, к зиме всё смёрзнется. Спокойной вам ночи, милсдарь эльф!
[indent=1,0]- Спокойной, - Ванадайн подобрал все вещи и направился к ведущей на второй этаж лестнице. Он тоже не был настроен на долгие разговоры и хотел скорее уже лечь спать.
[indent=1,0]Комната в конце коридора оказалась маленькой, но вполне пригодной для жизни. Пара кроватей, небольшой стол с табуретом, тумба. На стене пара крюков для одежды - туда отправились плащи. Сумку с вещами же Ванадайн бросил на тумбу - табурет был занят спящей кошкой, которую совершенно не побеспокоило появление постояльца. Вообще в комнате можно было смело оставаться и для проживания, не только на ночёвку. Для тех, у кого есть какая-то работа, на столе оставлена свеча, наполовину оплывшая, а корявая записка гласит, что пергамент, перо и чернила можно попросить у обслуги. Ещё раз взглянув на бесстыже дрыхнущее животное, Ванадайн покинул комнату. Ему тоже хотелось ополоснуться перед сном, а за время, что полуэльфка провела в купальне, успела бы помыться и дюжина других. Замок на двери оказался хорошим. Ванадайн не разбирался во взламывании, но с первого удара такой не вышибить. Припомнив, куда служанка проводила полуэльфку, Ванадайн пошёл искать купальню.
[indent=1,0]Искомое обнаружилось довольно быстро. Эльф вошёл внутрь - купальня здесь состояла из двух смежных помещений. В первом маленьком закутке лежали стопки полотнищ для обтирания, пара ушатов и что-то ещё - в отсветах далёкого светильника было видно плохо. Судя по плеску воды, полуэлька и не думала закругляться.
[indent=1,0]- Ailm, заканчивай уже, - повелевающе сказал Ванадайн полуэльфке. - Я не хочу мыться в холодной воде.

+1

14

Легкими неслышными шагами Ласка идет за девочкой, которая, не смотря на разницу в возрасте, выше полукровки на несколько дюймов. Она будет взрослеть, будет расти вверх, ее пока еще худые бедра скоро приобретут приятную округлость, грудь нальется, щеки спадут, утрачивая детскую припухлость. Пара лет и дочка кметов станет настоящей красавицей, за которую не жалко будет отдать жизнь. А Сона... а Сона, кажется, навсегда останется такой, какая есть сейчас. Конечно, в этом есть множество плюсов. Эльф, может быть, и пожалел исключительно из-за того, что в ней течет разбавленная кровь его народа. Но для большинства одна лишь внешность была поводом для того, чтобы пожалеть, помочь, защитить. И от этого осознания становилось противно.
Оставшись наедине с собственными мыслями, Ласка в первую очередь стянула уже успевшие высохнуть тряпки, покрытые коркой грязи, хрустевшей под пальцами. Не смотря на острое желание погрузиться поскорее в воду, полукровка занялась своей одеждой, используя для того заботливо оставленную хозяевами кадку с прохладной водой, которая за несколько минут помутнела, приобретая серовато-коричневый оттенок. После этого, замерев посреди комнаты, девушка начала чистить и себя, не желая пачкать воду в манящей бадье. Прикоснулась к большому темному пятну на ребрах и с шипением отдернула руку - то была не грязь, а синяк, оставшийся после удара чужого сапога. Не столько больно, сколько обидно.
Лишь закончив умываться, Ласка подошла к бадье и залезла в нее, стараясь избегать собственного отражения. Эту ошибку она больше не сделает. Полукровка прекрасно знает, что там можно увидеть. Вода обнимает, аккуратно и нежно, будто пытается утешить. Она успокаивает и гладит. Зерриканка жмурится, сползает немного ниже, так что на поверхности остаются только глаза. Рыжие волосы лежат на границе между водой и воздухом, напоминая змей, живущих собственной жизнью. Через несколько секунд девушка соскальзывает выше, несильно оцарапывая спину о какой-то выступ на стене бадьи. Она ловит рыжие пряди, легко сплетает их в короткую тяжелую косу. Затем перегибается через край бадьи, ухватывая поставленную ранее на пол чарку. В сочетании с алкоголем горячая вода расслабляет еще лучше. Жар внутри и жар снаружи. Ласка могла бы просидеть так вечно. Но скрипит дверь, заставляя девчонку замереть, прислушаться. Она вся сжимается, словно зверек, готовый к прыжку. И успокаивается лишь заслышав голос эльфа.
- Ailm, заканчивай уже. Я не хочу мыться в холодной воде.
- Тогда просто присоединяйся, тоже мне нашел проблему, - насмешливо фыркает девчонка, вновь приподнимается, опуская на пол уже пустую чарку. Вода чуть плещется, бьется о стенки бадьи.
- Ailm, не дури, - в голос скользит искреннее недовольство.
- Северяне, - в устах девушки это звучало как ругательство. - Ард, у тебя есть три варианта. Первый - подождать еще немного с риском, что вода все-таки остынет. Второй - зайти и вытащить меня отсюда. И третий - просто присоединиться. Если ты стесняешься, я могу не смотреть, - для самой Ласки вся эта ситуация больше напоминала какую-то шутку. Она все также не понимала брезгливость северян к наготе, осторожность прикосновений, лишенных всяких подтекстов. Трогать на севере можно было лишь супругов или любовников. Изредка - друзей. И то лишь в согласии с обилием разнообразных правил, запомнить которые было попросту невозможно.  В любом случае, Ласке оставалось только смириться с этим. Осторожно, чтобы не подскользнуться, она начала вылезать из бадьи.
- Вытаскивайся сама, - фыркнул Ванадайн. - На севере свои обычаи, знаешь ли.
- Не хочу, тут тепло, - отозвалась девушка.
- Ailm! Совесть где твоя? Впрочем, ладно. Если ты не хочешь посмотреть на забавного зверька, что сейчас в комнате...
Может быть эльф и не хотел договаривать. Но он бы не успел в любом случае - перед ним возникла полуэльфка. Без одежды она еще больше напоминала тощую уличную кошку. Но только сейчас стало заметно, что эта бродяжка не сидит целыми днями, выпрашивая у людей еду благодаря своим большим глазам, а сама добывает ее - под смуглой кожей отчетливо прорисовывались мышцы. Мягкий свет свечи лишь подчеркивал многочисленные царапины, синяки и шрамы, покрывающие хрупкое тело зерриканки.
- Выбили из меня совесть. А ты сам тот еще забавный зверек, ард, - она чуть улыбнулась и скользнула мимо эльфа к своим вещам. Шрамы, пересекающие спину, были, пожалуй, самыми глубокими и длинными.

Отредактировано Ласка (2019-03-09 17:31:53)

+1

15

[indent=1,0]Выходка полуэльфки не радовала Ванадайна, однако всерьёз он не сердился. Ситуация так сложилась только из-за различий культуры и быта двух разных народов, нормальной упрямости и просто потому, что Ailm всё-таки именно полуэльфка, у которой наверняка имеются свои капризы, или которая просто любит хорошенько отмокнуть в воде. Однако появление Ailm в голом виде оказалось слишком неожиданным. сохранить безразличное выражение лица оказалось несколько труднее ожидаемого. "Идиот! Сам же просил её вытаскиваться!" - вспомнил Ванадайн. Нетрудно было бы и догадаться, в каком виде предстанет полуэльфка. Но воспитательную беседу потом будет надо – Северные Королевства не Зеррикания, тут и обидеть могут. Вызывающее поведение здесь карается, хоть Ailm это и понимает плохо. "А может, это всё нарочно совершается?" - мелькнула мысль. Попала ли тогда ей соринка в глаз, или это было подмигивание? И не рассчитывала ли она на появление Ванадайна до окончания отмывания? Мысль мелькнула, но тут же пропала - полуэльфка вряд ли способна на такое.
[indent=1,0]- Откормить немного, и вроде нормально, - негромко пробурчал Ванадайн, без излишней скромности оценивающим взглядом окидывая полуэльфку. Затем добавил: - Да, совесть нынче - вещь редкая.
[indent=1,0]- Если ты не собираешься меня съесть, то и так сойдет, — дернула она плечом, чуть усмехаясь. — Вот именно. Поэтому возмущаться ее отсутствию — совершенно бесполезное занятие.
[indent=1,0]- Я заметил. Хотя были надежды, - хмыкнул эльф. Заметив синяк, учтиво поинтересовался: - При вдохе не болят рёбра?
[indent=1,0]— Я бы могла извиниться, что не оправдала твоих надежд, но не буду. У меня же нету совести, — эти слова сопровождались мягкой улыбкой. Услышав вопрос, девушка на секунду замерла, а потом отрицательно покачала головой. — Нет, вроде нормально.
[indent=1,0]- Вот и замечательно, - Ванадайн немного успокоился. Обычно такие синяки сопровождаются трещинами и переломами, и это всегда не слишком приятно. - Поговорим позже, а то так вся вода остынет, - эльф захватил одно из лежащих полотенец. - Держи ключ.
[indent=1,0]— Ага. Приятного купания, ард, — кивнула Ailm, забирая ключ.
[indent=1,0]Ухода полуэльфки Ванадайн уже не видел, поскольку скрылся во второй части купальни. Там он внимательно огляделся и заметил на стене довольно сильный выступ правильной формы, никак не похожий на огрех строителей. Представив расположение комнат, эльф усмехнулся. Как раз кусок камина из зала. Исходящий от камня жар дал понять, что на нём ещё можно хоть что-то высушить, и потому без промедлений эльф стянул испачкавшуюся в дороге одежду, прополоскал быстро, как мог отжал и кое-как закрепил на печке. В плохо отстиранном ходить можно, как никак плащ всё скрывает, а в мокром это делать очень и очень неприятно.
[indent=1,0]Вода в бадье успела подостыть, однако оставалась довольно тёплой. После дождя и стылого ветра подобное казалось бесценным, хотя время от времени возникали тоскливые воспоминания о тех дней, когда не приходилось мучиться с недостаточно тёплой водой, когда мечты о купальне осуществлялись сразу после охоты или выполнения поручения, и когда жизнь не напоминала затянувшийся поход. Как давно уже всё было! Интересно, вернётся ли подобная жизнь когда-нибудь? Станет ли мир спокоен настолько, что Ванадайн сможет наконец остановиться в одном месте, назвать его домом и никуда больше не ходить? Сможет ли повесить на стену гвихир, а к луку прикасаться лишь на охоте? Скольких придётся убить и со сколькими придётся сразиться, чтобы завоевать себе право на спокойную жизнь или хотя бы на смерть?
[indent=1,0]Последняя, впрочем, ходит где-то близко. Иногда напоминает о себе, оставляя шрамы на теле или на душе, иногда является невидимкой, иногда отражается на других. Например, щедро разбросанные на спине полуэльфки шрамы. Где она могла их получить? Но у Ванадайна непременно хватит такта не спрашивать. Наверняка история не из весёлых или приятных – что бередить старое, когда и нового хватает? А ведь когда-то давно эльф иначе относился к шрамам. У него был знакомый охотник, с которым как-то сели пересчитывать шрамы. Он тогда проиграл – след звериного укуса оставил много мелких шрамов на теле соперника, в то время как сам Ванадайн достаточно берёг себя, не раздирал и не запускал царапины. Пара уже истёршихся следов на руках достались у работы на кузнеца, пара с тренировочных поединков. На ногах имелись от неудачных забегов по лесу, а на корпусе от пары драк. Сейчас, спустя года, старые отметины почти все пропали, уступив место новым. Руки почти по локоть хранили тонкие росчерки чужих клинков – у Ванадайна редко оставались шрамы от простых царапин, а более серьёзных ран он не получал. Был след от прошедшего вскользь арбалетного болта на плече, похожий красовался на голени, хотя его уже трудно заметить.
[indent=1,0]Когда приходится много путешествовать одному, появляется привычка коротать тишину раздумьями. Это не кажется странным или посторонним. Хотя есть те, кто разрывают тишину собственным голосом, то напевая, то разговаривая с теми же лошадьми, то просто озвучивая мысли, но Ванадайну всегда хватало собственного общества. Время же измерялось обычно пройденным расстоянием или голодом, что было также привычным. И потому эльф задержался в купальне, не замечая времени. Он дожидался, когда одежда высохнет, а остывающая вода была всё равно теплее воздуха. Дождавшись же, неторопливо пошёл наверх, в комнату. Проходя мимо одной из дверей, услышал храп другого постояльца. Впрочем, какое ему дело до dh'oine?
[indent=1,0]Дверь в снятую комнату была открыта, а ключ лежал на столе. Ailm уже спала и наверняка не услышала прихода Ванадайна, однако услышала кошка. Лениво сверкнув зелёным глазом, она какое-то время следила за эльфом, но вскоре уснула. Заперев на ночь дверь, Ванадайн последовал примеру полуэльфки и развалился на соседней кровати. Сон пришёл быстро.

+1

16

Стоя спиной к эльфу, Ласка доставала вещи, ничем не отличающиеся от тех, что сушились в другой комнате. Мужская рубаха, слишком большая для хрупкой девчонки, мешковатые штаны - одежда не особо красивая, зато весьма удобная и... безопасная? За ней так легко было скрыться от всех, включая и саму себя.
"Как в этих мешках, ты можешь ходить и не падать? Как ты достаешь свою иглу и не путаешься в бесформенных тряпках", - звучат в голове слова чародейки, которая никогда не открывала рта, и эти воспоминания вызывают улыбку на детском лице. Некоторые уроки так и остались всего лишь словами, в то время как другие были усвоены слишком хорошо. Сона любовно оглаживает грубую ткань, а потом тянется в сторону, ухватывая полотенце. Она оборачивается к эльфу, который бесцеремонно рассматривает, да еще и комментирует, вызывая вместо смущения или обиды очередную усмешку. Ласка щурится, отвечает, добавляя про себя: "хотя всегда ведь можно погрызть кости". Стыда она все так же не испытывает. Только горечь.
Полотенце скользит по смуглой коже, собирая капли воды. После вопроса о ребрах, Сона замирает на секунду, прикрывает один глаз, едва заметно вдыхает. Это не приносит боли. У девушки, хрупкой даже по эльфским меркам - по край ней мере до тех пор, пока ткань скрывает тело, - на удивление крепкие кости. За годы, проведенные на севере, она ни разу не ломала ничего. В детстве, конечно, такое могло случатся, но проходило незаметно для самой девочки, слишком рано привыкшей к побоям. Она подставила руку, и тяжелый ключ упал на ладонь - светлое пятно на теле. Пальцы аккуратно сомкнулись вокруг холодного металла, после чего Ласка вновь отвернулась, не видя того, как эльф уходит в купальню. Она недостаточно тщательно вытерлась, и одежда липла к влажной коже, но это было приятное ощущение. По край ней мере в сравнении с тем, что испытывает человек, попавший под дождь или упавший в лужу.
Поиски комнаты для Ласки стали очередной игрой. Она оценила ключ, а потом медленно брела по коридору, пытаясь отгадать, к какому именно замку он подойдет. Дверей здесь было не много, хотя и не удалось избежать одной ошибки - вставила ключ, попыталась повернуть, достала, хмурясь от собственной неудачи. Следующая выбранная дверь оказалась верной. На стуле лежала черная кошка, недовольно дернувшая ухом при появлении очередного человека.
- Что, поспать не дают? - тихо поинтересовалась Ласка. Подходить к кошке она не стала - чего лишний раз животинку трогать. Уже давно прошли те времена, когда Сона, как и всякий ребенок, обожала всех блохастых животных. Любовь прошла вместе со смертью уличной собаки, что изредка сопровождала полукровку в ее набегах на рынок. Перед тем, как сдохнуть, на протяжении нескольких дней Фелька раз за разом расставалась с содержимым своего желудка. Ласка раз за разом вытирала ее морду, гладила и шептала разные глупости в попытке успокоить скулящую псину. Рассказывала про то, что однажды они обязательно окажутся на золотой площади. Собака будет выть свою лучшую песню, а полукровка - танцевать под эти неровные звуки. И к их ногам будут сыпаться монеты, блестящие словно чешуя Дракона, на которые можно будет купить настоящего горячего мяса, истекающего ароматом и соком. Нелепые детские фантазии... Сона приоткрыла окно, оставила ключ на столе, а свои вещи довольно грубо пихнула под кровать, не заботясь о сохранности немногочисленных склянок. Стянув сапоги, девчонка свернулась калачиком поверх покрывала. Пальцами она прикоснулась к наручу, охватывающему левую руку, коснулась рукояти скрытого за ним ножа. Вскоре дыхание девушки стало более медленным и глубоким. Это был не сон, скорее дрема. Ее коготки касались бока девушке, выбирая куда вцепиться. Главное - не спугнуть. Главное - дать поверить, что находится в безопасности. Тогда укус будет наиболее чувствителен, болезнен...
Кошка вновь приоткрыла свой зеленый глаз. Извернулась, становясь на лапы, сладко зевнула и соскочила со стула. Покачивая боками из стороны в сторону, зверюга подобралась к полукровке и залезла в пространство между ее телом и коленями, вновь сворачиваясь маленьким клубком. Комнату наполнило громкое мурчание, заглушающее все остальные звуки. Постепенно, пальцы Ласки отпустили собственное запястье, на котором остались красные следы, соскользнули на черный бок, осторожно поглаживая шерсть. Когда эльф вернулся в комнату, девушка уже по-настоящему спала.

Ласка проснулась еще до золотого дракона. Кошки рядом не было, из окна дул холодный северный ветер, а тело отказывалось слушаться, нехотя сбрасывая с себя оковы сна. Внутри было... пусто. Как будто забрали что-то очень важное, а обещанной замены так и не дали. Сона нехотя открыла глаза, уставилась в пространство перед собой. В синеватой темноте можно было различить силуэт мирно спящего эльфа, над которым сгрудились его собственные призраки, сражаясь за право ухватить первым. Они скрывались лучше любого вора, выдавая себя лишь густым, как будто наэлектризованным воздухом, который, казалось, мог раздавить. И лишь знающим о том, что за каждым человеком прячутся свои тени. А у эльфа, что прожил две сотни лет, их должно было быть больше, чем у кого-либо. В том числе и из-за попыток вернуть свое прошлое.
Впрочем, что маленькая зерриканка может понимать.

Она незаметно поднялась с кровати. Отошла к окну, закрывая его, а затем направилась к выходу из комнаты. Только, проходя мимо эльфа, остановилась на секунду. Девушка поправила почти скинутое им на пол одеяло, после чего вышла за дверь.

Когда Ванадайн проснулся, Ласка уже сидела на окне, рассматривая улицу. В руках зерриканка держала слегка ощипанную половину буханки уже остывшего хлеба. Вторая его часть дожидалась эльфа на столе, все еще источая слабый запах огня, запертого в печи. Снаружи лил дождь, смазывая все краски, превращая их в серые пятна с вкраплениями коричневых силуэтов деревьев. Может именно в контрасте с подобным фоном полукровка сама выглядела подобно яркой кляксе от дорогих чернил причудливого цвета. Рыжие волосы, смуглая кожа со странными красноватыми пятнами на щеках, блестящие глаза...

Отредактировано Ласка (2019-02-28 15:07:39)

+1

17

[indent=1,0]Ночь прошла на удивление спокойно. Ни разу никто не зашумел в зале, ни разу не стали по ошибке выпившие посетители ломиться в чужую комнату, ни разу не позарились на имущество путника. Это весьма необычно для таверн, где обычно все отдыхают от скуки пути и выпивают. Впрочем, всё благодаря отсутствию такого числа dh'oine. Такие обстоятельства более чем устраивали Ванадайна. Сон слегка отступил только пару раз, когда полуэльфка покинула комнату и когда вернулась, но это не помешало продолжить отдых. Окончательно проснулся Ванадайн только когда выспался.
[indent=1,0]Снятая комнатушка встретила его ароматом тёплого хлеба. Эльф лениво потянулся. Погода за ночь вряд ли улучшилась, так зачем куда-то идти? В зале ничего интересного не встретить, остаётся только сидеть в комнате да развлекаться рассказами Ailm. Ванадайн открыл глаза, чтобы проверить, спит ли спутница. Оказалось, не спит и сидит у окна, обгрызая свежий хлеб. Похожая вторая половина лежала на столе, и Ванадайн с некоторым удивлением понял, что оставлено это ему.
[indent=1,0]- Скоро буду, - сообщил эльф и отправился выполнять утренний моцион, траектория которого удачно охватывала все необходимые места.
[indent=1,0]После посещения уборной эльф направился на конюшню, где убедился, что с конями всё хорошо, что они вычищены и накормлены. Мальчонка dh'oine даже амуницию почистил от грязи, за что теперь молчаливо одним лишь взглядом выпрашивал монетку. Ванадайн сперва хотел просто уйти, но потом всё-таки дал. "А то подгадит ещё", - мысленно пояснил он свой поступок и перешёл уже в зал таверны. Конечно, хлеб завтраком не назвать, но раз уж Ailm выбрала... Помимо вина Ванадайн купил блюдо печёных яблок и кусок буженины.
[indent=1,0]- Вот теперь доброе утро, - сказал Ванадайн, входя в комнату. Еда отправилась на стол к хлебу. Подумав, эльф перетащил стол к кровати - на одном табурете вдвоём не усидишь. Однако чего-то не хватало. - Дьявол! Ну ничего, без кружек обойдёмся вполне. Садись, Ailm, хватит на дождь тоску нагонять.
[indent=1,0]Полуэльфка вела себя как-то странно. Разобравшись со столом, Ванадайн посмотрел на неё и недовольно нахмурился.
[indent=1,0]— А вдруг он с тоски закончится побыстрее, — голос девчонки оказался неожиданно тихим и хриплым.
[indent=1,0]Ванадайн нахмурился ещё больше и подошёл к полуэльфке. Сразу положил ладонь на лоб. Он был горячим. Хоть после улицы руки эльфа оставались не самыми тёплыми, сомнений в простуде спутницы не было - лицо покраснело, глаза выглядели нездорово.
[indent=1,0]- Прочь от окна, - буркнул Ванадайн. Вместо того, чтобы дождаться, пока Ailm сама сползёт на пол, эльф подхватил её на руки и пересадил на кровать - в тесной комнатке всё было рядом. Ставни оказались быстро захлопнуты. - Горло болит? - поинтересовался эльф, поджигая светильник. Темнота в комнате рассеялась.
[indent=1,0]— Ты что творишь?! Из нас двоих я тут наглая, а ты воспитанный, — тем не менее кивка Ванадайн дождался. Это его совсем не обрадовало. "Не хватало ещё задержаться из-за больной полукровки!"
[indent=1,0]- Значит так, наглая. Сидеть или лежать, в лишний раз не вставать. К окну не подходить, ставни здесь на редкость плохие. Сейчас вернусь, - проговорил эльф и покинул комнату, забрав кувшин с вином. Нечего полуэльфке выпивать, только хуже будет.
[indent=1,0]Внизу Ванадайн практически не задержался, лишь заставил тётку на кухне вскипятить воды. Он надеялся, что его огрызания не слишком шумны, и что его никто не услышит. При этом с недовольным ворчанием Ванадайн начал рыться в своей сумке. Погода редко радовала его, и иногда болезнь подступала непозволительно близко. Приходилось порой отлёживаться, но чаще удавалось прогнать недуг. Не зря же в детстве травник пытался вбить в голову Ванадайна хоть какие-то знания! Что-то он узнал от охотников, что-то от наставника. Самые простые отвары он умел делать. Например, отстранив dh'oine от котла, эльф принялся бросать в воду куски некой коры, какие-то сушёные листья и ягоды. Он не знал, почему именно это сочетание помогает, но в полезности не сомневался - не раз доводилось готовить и испытывать на себе. Ещё раз рыкнув на кухарку, он вернулся наверх, неся уже другую бутыль, в которой немного вина было разбавлено горячей водой, и кружку.
[indent=1,0]- Пей, - сказал он, протягивая же наполненную кружку Ailm.
[indent=1,0]Девчонка принюхалась к напитку, потом попросила свою сумку. Ванадайн пожал плечами и выудил из-под кровати сумку Ailm. Получив ее в руки, полуэльфка достала какой-то мешочек и высыпала себе на ладонь несколько листьев, которые тут же стряхнула в чашку.
[indent=1,0]— Что, не хочешь, чтобы заразила? — хмыкнула, тем не менее улыбаясь, полуэльфка кружку обеими руками обхватив и делая глоток.
[indent=1,0]- Твои сопли мне не страшны, - произнёс он с кривой усмешкой. - Сиди здесь. Сейчас приду.
[indent=1,0]Снова выйдя из комнаты, Ванадайн вернулся на кухню. Помимо кухарки там оказался и сам хозяин таверны. Он возмутился поведению Ванадайна, на что получил чёткие разъяснения, что его и всех прочих dh'oine ждёт, если будут мешать. Услышав о приболевшей дочке, dh'oine смягчились и практически отстали, с уже большим вниманием следя за действиями эльфа. Приготовленное варево Ванадайн вылил в ещё один кувшин и пообещал, что непременно зайдёт ещё. Всё общение заняло много времени и оказалось довольно шумным - какой-то посетитель трактира в благородном порыве с кочергой пришёл на кухню, но под взглядом раздражённого эльфа стушевался и куда-то слинял. Увы, не все благородные порывы длительны. К тому же Ванадайн несколько раз довольно крепко выругался, и даже незнакомые со Старшей Речью люди залились краской. Работа на кухне была более чем непривычна, и за короткое время эльф успел пару раз несильно обжечь предплечья и испачкать руки углём.
[indent=1,0]- Чёртовы dh'oine, всё у них через задницу сделано, - ворчал Ванадайн, открывая дверь. - Вот ещё. Не знаю, что ты там намешала себе, но это пить обязательно. Не сразу, но пока не остыло совсем, - эльф со стуком поставил кувшин на стол. Маска спокойствия едва держалась.

+1

18

- Скоро буду, - на слова эльфа девушка лишь кивнула, не отрывая взглядя от окна. Горло неприятно саднило и казалось, что любое слово исказится, обдерется в попытке пролезть через шершавые каменные стены. Или вовсе ни звука не получится издать… За окном среди серовато-зеленого моря травы появилось коричневаое пятно, слишком резвое для того, чтобы быть кошкой. Раздался счастливый лай. Пятно довольно металось по двору, кажется, являясь единственным существом во всей округе, которое радовалось дождю. Наблюдать за ним было интересно – словно за самой собой несколько лет назад. Сона так увлеклась этим зрелищем, что пропустила приближение эльфа. Лишь его приветствие заставило вспомнить о том, где находится. Девчонка снова кивнула, опустила голову. Пальцами она коснулась мякиша, отрывая от него небольшой кусочек. Слегка сжала его, начала вертеть, формируя упругий пористый шарик. С зерриканским хлебом такой фокус бы не прошел – слишком много семечек и зерен, которых часто было больше, чем самого теста.
- А вдруг он с тоски закончится побыстрее, - задумчиво сказала девушка, которую слякоть на дорогах совершенно не радовала. Голос, как она и предполагала, больше напоминал сухое тихое карканье, чем человеческую речь. Судя по состоянию, даже если погода и решит встать на путь исправления, ей придется несколько задержатся в таверне. Эльф вряд ли будет доволен подобному раскладу – слишком уж подозрительным покажется для кметов то, что он бросил дочь. Прикрыв глаза, Ласка мысленно начала перебирать содержимое трав, вспоминая те, что смогли бы поставить ее на ноги достаточно быстро, пусть и на короткий срок. Как будто впервые придется тащиться куда-то больной. Прикосновение холодной руки ко лбу оказалось для девушки крайне неожиданным – она дернулась, едва не падая с окна, распахнула глаза, удивленно глядя на внезапно оказавшегося рядом эльфа, слегка вжала голову в плечи. Может быть реакция была замедленна болезнью, а может Сона просто была не так хороша, как хотела о себе думать, но руки мужчины внезапно проскользнули под нее, легко отрывая от насиженного подоконника. Лишь оказавшись в воздухе, полуэльфка хрипло пискнула, сжалась, словно кролик перед удавом, зажала кругляшок мякиша в кулаке.
- Ты что творишь? Из нас двоих я тут наглая, а ты воспитанный, - возмущению Ласки, вызванному столь фривольным обращением, не было предела. Казалось, даже если бы эльф вчера начал к ней приставать после купания, то это было воспринято куда более спокойно, чем его сегодняшние действия. Хотя разбушеваться слишком сильно Ласке не давала тяжесть, постепенно захватывавшая организм, сковывающая мысли, слова и действия. А для того, чтобы читать эмоции по больным блестящим глазам, надо быть настоящим знатоком человеческих душ. Тем не менее, на вопрос эльфа девушка кивнула, опуская голову и нахохлившись, как какой-нибудь мокрый воробей. И даже не попыталась слезть с кровати, когда тот покинул комнату. Наоборот, отложила хлеб на стол, притянула к себе колени, подмяла покрывало, закутываясь в него в попытках сохранить остатки тепла, которых было так мало на этом севере.
«Кокон» зашевелился с возвращением эльфа. Полукровка попросила дать ее сумку. Мешочки с травами не были подписаны, но для того не было нужды – Ласка всегда складывала свои нехитрые пожитки одинаково, и могла найти нужную вещь даже вслепую за несколько секунд. На ладонь высыпались несколько маленьких листьев, которые эльфка тут же стряхнула в кружку. Потянувшись к бутылке, Ласка залила листья разбавленным вином.
- Ты еще скажи, что эльфы не болеют, - фыркнула девица, делая первый глоток. – Я тогда просто пойду закопаюсь где-нибудь под елкой, - кто знает этих ушастых долгожителей. Может быть действительно не болеют. И тогда еще обиднее будет осознание, что вот абсолютно ничего хорошего от них не досталось. Ласка, конечно, не знала своего отца, но с каждым годом все больше подозревала, что тот немножко неудачник. Мало того, что заделал ребенка зерриканке, так еще и не передал ничего хорошего. Отличное вложение в генофонд!
Ванадайн в очередной раз куда-то сбежал. Пока он занимался своими эльфячьими делами, Ласка времени зря не теряла – отставив на стол кружку, девушка аккуратно доставала из сумки остальные мешочки. За неимением какой бы то ни было доски, слишком крупные листья она крошила прямо на столешнице, ссыпая их в деревянную миску. Ягоды давила прямо о стенку той. Все-таки потратить полгода драгоценного времени на жизнь у травника, наверное, было одним из самых лучших решений, которые когда-либо принимала зерриканка. Даже несмотря на то, что ее волосы и кожа навсегда пропахли северными растениями. Эльф вернулся как раз к тому моменту, когда девушка перелила настоявшееся вино во флакон и ссыпала туда содержимое миски. Она бросила на него короткий взгляд, слегка изогнула бровь, скрывая за несколько насмешливым жестом собственное удивление. То есть, он все это время просто готовил для нее лекарство… если не задумываться о причинах, побудивших Ванадайна действовать подобным образом, это было чертовски мило. Поэтому Ласке срочно захотелось его послать куда подальше или хотя бы просто оскорбить. Ишь, заботу проявлять вздумал. Вконец обнаглел, падла ушастая.
- Тебя что, пытались сжечь? – «прокаркала» девушка, кивая на руки. – Кажется, я слышала какие-то крики. Много трупов в общем зале осталось? А в кувшине кровь, да? – оперевшись рукой о стол, она приподнялась на коленях, заглянула в кувшин. – Точно, разбавленная кровь. Так и знала, что сказки не врут.
Девушка вытащила из сумки свечку, поставила ее в пустую кружку, подожгла фитиль, отодвинула ее к краю стола. Затем, не смотря на указания эльфа, поднялась с кровати. На узкое горлышко флакона она накинула ремешок, который использовала для того, чтобы волосы заплетать. И, удерживая его за тонкий отрезок кожи, поднесла к небольшому огню, не позволяя тому лизать стекло.

Отредактировано Ласка (2019-03-03 14:54:15)

+1

19

[indent=1,0]- Конечно не врут, - Ванадайн нервно усмехнулся. - А таких, как ты, только кровью и поить. Причём кровь это не dh'oine, видишь цвет? А эта кровь... хм... Определённо, кровь утопцев вперемешку со слизью эндриаг.
[indent=1,0]— Вот говорила мне мама не связываться с эльфами! Ладно, не говорила, но примером показала. Мной, в смысле. Ты так долго возился, потому что утопцев по всей округе ловил, да?
[indent=1,0]Ванадайн вновь усмехнулся, представив себя за столь неблагодарной работой. Конечно, пару раз доводилось сталкиваться со всевозможными тварями. Кого-то удалось прибить, от кого-то удалось удрать, с кем-то помогли разобраться, но только об этом полуэльфке знать не за чем.
[indent=1,0]- Конечно. А в зале орали из-за того, что спутал одного dh'oine с утопцем и чуть не прибил. Так что пей смело, хуже точно не будет... наверное.
[indent=1,0]За действиями Ailm эльф наблюдал с явным неодобрением, но молчал. Неповиновение раздражало. Какая-то мелочь будет ещё выпендриваться! И какого ему приходится с ней возиться? Добровольно впрягся в это дело, по своей же воле и попытался помочь. И зачем, спрашивается? Можно было бы спокойно уйти. Какая разница, что решили бы dh'oine? С этим разбиралась бы уже полукровка. Ванадайн стоял, скрестив руки на груди. Уйти можно всегда.
[indent=1,0]— Слушай, ты если меня травануть решил, так ненадежное это дело. Я такую дрянь ела в детстве, что ни один яд не страшен. Лучше пошли в лес - пристрелить попробуешь. Шансов всяко больше, — заявила, приподнимая склянку и изучая ее содержимое. На вид, судя по всему, готовность не определила, так что до стекла дотронулась не слишком аккуратно. Шикнула, сунула обожженный палец в рот.
[indent=1,0]- От моей стрелы не уйдёшь, - уверенно сказал Ванадайн. "А если попробуешь, то не далеко выйдет - гвихир догонит." Ванадайн выхватил из рук полуэльфки склянку и посмотрел. Горячее стекло его особо не беспокоило - руки давно уже огрубели от гвихира, лука и поводьев. В склянке болталось дьявол знает что. - А вот от смеси неведомо чего и упыриной крови можно ждать чего угодно. - эльф отвёл руку так, чтобы Ailm не достала.
[indent=1,0]— Хочешь поспорить? — блеснули глаза, ловя отблеск пламени. — Arse, — забыв про ожог, полуэльфка попыталась выхватить склянку из рук Ванадайна, прижавшись при этом к нему плотнее. Из-за этого стала заметна мелкая дрожь, сотрясавшая тело девчонки, которую успешно скрывала свободная одежда. — Отдай! Ты же не хочешь, чтобы я валялась здесь хрен знает сколько!
[indent=1,0]- Вот и не скачи, а лежи на месте. И пить всякую дрянь, - эльф бросил взгляд на склянку, - я тебе не советую.
[indent=1,0]- Вот твою дрянь и не буду пить!
[indent=1,0]Ванадайн нервно дёрнул щекой. Упрямость этой полукровки кого угодно вывела бы из себя. Схватив в руку глиняную кружку, хотел было сказать, что не будет пить добровольно - напоит силой, но не успел. Рука сжала сосуд слишком сильно, отчего тот просто треснул. Осколки неприятно впились в ладонь. Эльф выругался, разжимая пальцы. Керамика с остатками отвара оказалось на полу. Ещё раз выругавшись, Ванадайн стряхнул с руки пару осколков и, подхватив вещи, вышел из комнаты, не оставив при этом склянки. Особым терпением он не отличался никогда, и на наглые выходки нередко срывался. Чаще всего наглецы получали по шее. Однако бить больную полуэльфку было бы низко. На ругань поспешил хозяин таверны - его Ванадайн встретил на лестнице.
[indent=1,0]- В комнате следует прибрать, кружка разбилась, - коротко ответил он на немой вопрос dh'oine.
[indent=1,0]- Отказывается лечиться? - с неожиданным пониманием спросил dh'oine и даже не огорчился по поводу посуды. Хотел было ободряюще похлопать Ванадайна по плечу, но напоролся на тяжёлый взгляд, и потому неловко засунул руку в карман. - Все дети такие.
[indent=1,0]- Я таким не был, - отрезал Ванадайн и продолжил спуск. Мужик семенил за ним следом.
[indent=1,0]"Я таким точно не был", - мысленно повторил эльф. Детство и юность он помнил не слишком хорошо, но точно знал, что подобным образом себя не вёл. Что всегда (ну почти) слушал старших, и особенно когда советы были направлены на его же благо. А для того, чтобы показать норов, имелось множество иных способов. "Вот так и помогай кому-то," - Ванадайн прерывисто вздохнул. Подобное поведение заместо благодарности! Хуже не придумать. Да и зачем он вообще решил, что должен помочь полукровке? От dh'oine спас на тракте, и на этом можно было остановиться.
[indent=1,0]- Была у меня сестрица, - тем временем говорил мужик, - по юности она такое выкидывала! Спасу не было. Одумается ещё, - отмахнулся он и всё-таки возрудил руку эльфу на спину, чуть подталкивая вперёд. - А вы не нервничайте, я вам сейчас налью... Ну куда вы пойдёте в такой ливень, а? Да и горькие наверное у вас травы. Вот служанка уберёт и принесёт чего повкуснее. Мы же все тоже временами болеем, чай средства свои заимели.
[indent=1,0]Dh'oine и не думал умолкать, а Ванадайн не сопротивлялся из-за размышлений. Бросить всё и уехать дальше по делам хотелось сильно, но замечание про погоду и предложение выпить заставили колебаться. Уловив сомнения, хозяин таверны подал работникам какой-то знак, и столик в мгновение оказался накрыт. Вздохнув, эльф бросил вещи на лавку и уселся сам. Позавтракать он ведь не успел. Да и зал был пуст - никто не нарывался и не мешал.

+1

20

Ласка на эльфа не смотрела. Отчасти потому что нельзя было пропустить первых пузырьков, которые то появлялись слишком быстро, то заставляли ждать себя невероятно долго. Сона понятия не имела, отчего это зависит и просто воспринимала процесс приготовления нехитрых отваров как магию. Наглую, непонятную и слишком полезную... и, пожалуй, слишком приятную для того, чтобы отказываться от нее. Полукровке нравилось работать с северными травами. Нравился мягкий запах, что окружал растения, так легко выживающие в этих холодных землях, их сок, пачкающий пальцы, то состояние покоя, которое сопровождало весь процесс... Хотя, конечно, этого было недостаточно для того, чтобы посвятить всю свою жизнь подобному ремеслу. Была еще одна причина, почему девушка так сосредоточено изучала склянку, не отрывая от нее взгляда. Просто Сона... не то, чтобы стыдилась, но испытывала нечто очень близкое к этому чувству. В конце концов, Ванадайн не прошел мимо, а помог на поляне. И вместо коротких слов "не стоит благодарности, прощай", сопровождаемых, возможно кивком, потащил с собой в таверну, где еще и решился сам заплатить. А теперь вот возится, старается... И все это - не пытаясь заставить помогать себе в каком-нибудь неприятном деле или даже просто затащить в постель. Мир Ласки состоял из одних лишь сделок. Каждому было что-то нужно. Конечно, встречались проблески бескорыстия, но то были крошечные искры, вызванные в большей степени жалостью, короткие, словно искра, взлетающая в небо из костра. А сейчас... слишком долго и слишком много. Непонятно, непривычно, неправильно. Куда проще было бы, если бы эльф следовал заведенным правилам. Если бы он сказал сразу, чего хочет, чем придется платить за эту странную заботу.
Пузырьки никак не хотели всплывать. Ласка коснулась склянки пальцем, проверяя нагревается ли та вообще. Нагревалась еще как. Раскаленное стекло обожгло кожу, заставляя девчонку зашипеть, отдернуть руку. Палец она тут же сунула в рот, обиженно глядя на эту самую колбу, как будто та виновата во всем. Но выместить злость не дали - Ванадайн мгновенно забрал флакон, поднимая его так, чтобы девчонка не смогла достать. Ласка подскочила к нему, прижалась, встала на носочки, пытаясь дотянуться до отвара. Только сейчас зерриканка осознала, что ее тело бьет мелкая дрожь.
- Вот твою дрянь и не буду пить! - зло выкрикнула Сона, задетая оскорблением ее отвара. Кажется, слишком зло. Эльф дернулся, словно от пощечины. Схватил стоявший рядом сосуд, вероятно, собираясь заехать им по девчонке. Та отскочила, сжимаясь и потянувшись к кинжалу... но Ванадайн этого уже не видел. Он слишком сильно сжал сосуд, так что тот попросту треснул. На пол упали осколки, а эльф быстро собрал свои вещи и вышел из комнаты, забирая с собой и склянку с лекарством.
Хитровывернутое зерриканское ругательство сорвалось с губ девушки. Она отошла к окну, обхватывая собственные плечи в попытках унять дрожь. Удалось не сразу - потребовалось несколько минут. На смуглой коже остались отчетливые отпечатки тонких пальцев, грозящие чуть позже перейти в синяки. Ласка вернулась обратно к столу, встала на колени, начиная собирать осколки. В это время в комнату зашла жена хозяина с намерением помочь убрать... но, натолкнувшись на тяжелый мрачный взгляд полукровки как-то даже оступилась. Не могли дети так смотреть...
- Спасибо, я сама уберу, - хрипло сказала Ласка. И почему-то женщина, которая гоняла дочку, да и всех окрестных ребятишек как сидоровых коз, действительно ушла, оставляя странную девочку разбираться саму.

Вскоре женщина принесла эльфу кружку теплого вина, пахнущего травами.
- Вот, приготовила вам. Для здоровья хорошо, да и для спокойствия. С такой дочерью то, наверное, спокойствия очень не хватает. Дикая она у вас. В мать, видимо. Южная кровь видна.
- Да какая южная кровь, - отмахнулся мужчина. - У меня вон Валлика, северянка северянкой, а такой же была в детстве. Как не по ее - хоть под лавку падай, а житья никому не даст. И ничего - замуж вышла, в город уехала, детей воспитывает. Спокойнее женщины не найти. Ваша тоже повзрослеет, мягче станет. Видно же сразу, красавицей станет, от женихов еще отбиваться будете. Вот тогда с радостью вспоминать будете все эти детские капризы.

Отредактировано Ласка (2019-03-08 18:34:10)

+1

21

[indent=1,0]Dh'oine хлопотали вокруг Ванадайна и вели себя заискивающе. Эльф понял, что от него чего-то хотят, но виду не подал. Благо настроение в этом подсобило. Делать что-то для dh'oine? Ванадайн от одной лишь мысли насмешливо фыркнул. Не бывать этому. Впрочем, пока что у хозяина таверны хватало мозгов не лезть с просьбой, но это ничуть не мешало задабривать постояльца. Например, тёплым вином.
[indent=1,0]- Благодарю, - кивнул Ванадайн, принимая кружку у женщины. - Дожить бы ещё до того момента, как повзрослеет. - эльф вздохнул и пригубил вина. Травы в этот раз оказались подобраны не слишком удачно и отчётливо горчили. - Как же эта болезнь не вовремя, - пробурчал он, отставляя кружку в сторону.
[indent=1,0]- Так это ж завсегда не вовремя, - заквохтала женщина. - В такие-то погоды немудрено слечь, особенно если кровь не наша, не северная.
[indent=1,0]Ванадайн в очередной раз вздохнул. Возможно, dh'oine была права и зерриканская кровь плохо переносит местные болезни. Кажется, Ванадайн читал что-то о том, что у каждой земли (речь не о королевствах, а о климате) есть свои характерные болезни, и что чужие переносятся намного хуже. Если это так, то понятно, с чего вдруг полукровка так плохо выглядит. Было бы неплохо передать её в руки какого-нибудь целителя, но деревенским травникам эльф ни капли не доверял. А dh'oine будто услышали эльфские мысли:
[indent=1,0]- Вам бы знахарю показать дочь, - осторожно заметила женщина. Мужик активно закивал.
[indent=1,0]- Ни один dh'oine не притронется к моей дочери, - хмуро заметил Ванадайн, даже не запнувшись на признании Ailm своей дочерью.
[indent=1,0]- Нет-нет, что вы, мы понимаем,  - вновь зачастила женщина. - Но тут неподалёку в лесной хижине друид проживает. Все местные к нему хаживают коли болеют. Вы бы к нему... Сам-то он в деревню ни шагу.
[indent=1,0]- Друид, значит... - Ванадайн задумчиво замолчал. Друиды во многом похожи на дриад, и им в разумной мере доверять вполне можно. - И где этот ваш друид обитает?
[indent=1,0]- Сами не найдёте, лучше мальчонка наш покажет. Спускайтесь с дочерью сюда, там по лесу с час идти надобно.
[indent=1,0]- Далековато, - оценил Ванадайн. Сомнительно, что полуэльфка дойдёт до друида на своих ногах, а на собственном горбу тащить её совершенно нет желания. - Тогда сперва соберу свою лошадь. Впрочем, это можно и конюху вашему поручить.
[indent=1,0]- Так он и проводит, - закивал хозяин таверны.
[indent=1,0]С ворчанием Ванадайн поднялся с лавки и потащился наверх в комнату. Воображение услужливо рисовало картину кривляющейся своенравной полуэльфки, которая наверняка будет всячески сопротивляться и наотрез откажется от предстоящей поездки к друиду. Или будет настаивать на возвращении той склянки с непонятным варевом. Однако ни одно из опасений не оправдалось. Когда Ванадайн вошёл в снимаемую комнату, то обнаружил полуэльфку мирно спящей. Тихие шаги не разбудили её. Ванадайн замешкался, решая, как быть с ней - будить не хотелось. В спящем состоянии Ailm хотя бы не выводила эльфа из себя и оказывалась на удивление хорошей.
[indent=1,0]Выход нашёлся довольно быстро - Ванадайн без особых проблем замотал полуэльфку в оба покрывала и в плащ. Конечно, стоило поблагодарить одну травку, которую Ванадайн добавил в свой отрав, хотя обычно она только успокаивала, не вгоняя в сон. Когда эльф спустился вниз с Ailm на руках, лошадь была осёдлана и ожидала на конюшне. Поскольку полуэльфка не проснулась ещё (по крайней мере, не подавала признаков жизни за исключением хорошего равномерного дыхания), Ванадайн сам сел в седло и оставил на коленях Ailm. Мальчонка же сел на невысокого мула, которого Ванадайн раньше не замечал. Процессия тронулась.
[indent=1,0]На время этого путешествия стихия будто подуспокоилась, и животные неспешно под лёгким дождём без ветра хлюпали по грязи. Изредка с веток деревьев взлетали птицы, орошая дополнительной водой, однако случалось это нечасто. Наконец тропинка вывела Ванадайна к хижине друида. Там эльф отпустил мальчонку - дорогу он запомнил точно, и провожатый оказался ненужен. Спешившись, Ванадайн кое-как стреножил коня, временно оставив полуэльфку на его спине, а затем постучал в дверь. Друид оказался в своей хижине и потому не стал томить гостей ожиданием, впустив.
[indent=1,0]- Ты же не думаешь, что я просто так буду её лечить? - спросил он, не заметив у Ванадайна никаких подношений. Видимо, общение с dh'oine, которые приносили продовольствие и нужные в хозяйстве вещи, изнежило друида.
[indent=1,0]- Я бы дал тебе денег, на которые ты мог бы купить что захочешь, однако обычно вы отказываетесь от монет. Впрочем, если ты вылечишь мою дочь, я, пожалуй, могу отплатить ответной услугой, собрав трав. Вряд ли ты в последние пару дней покидал хижину. Ну так что?
[indent=1,0]- Дочь? Ну-ну, - друид усмехнулся. - Что ж, меня такой подход устраивает. Клади свою "дочь" на тот тюфяк. Осмотрю и скажу тебе, что собрать.

+1

22

Сона собрала все с осколки в дно, которое пострадало меньше остальных. Нашла среди своих вещей какую-то тряпку, облила ее из фляги, прошлась по полу, ловя на ткань мелкую крошку. Теперь выкидывать... впрочем, то была маленькая цена за возможность провести время без охов, вздохов и причитаний, которыми наверняка сопровождалось бы присутствие кметки. Жалости Ласка не любила. В этом чувстве было нечто противное, липкое и острое, как собранные осколки.
Закончив с уборкой пола, зерриканка оглядела стол. Трав на новую порцию зелья у нее бы уже не хватило - простеньких то с избытком было, а вот самые важные и редкие все уже спустить успела.
- Sahresi, - ругнулась сквозь зубы девчонка. Злость на эльфа не оставила никакого следа от мучившего ее стыда. Кем этот остроухий себя возомнил? Что, мимо пройти не мог? Она бы сама разобралась с разбойниками - договорилась бы или перебила, или сбежала бы на худой конец - их то пятеро всего было, и бойцы никудышные, а еще в лесу наверняка совсем не разбирались! Никаких проблем. "Это если меня мечами истыкают, все хорошо будет. А тебе одного крепкого удара по голове достаточно..." - прозвучал в голове мужской голос. Рычащий, грубый, злой. Ласка вспыхнула. Нахмурилась, прикусывая нижнюю губу, потянулась к одному из мешочков, сжала его в тонких пальцах. Вместо того, чтобы кинуть в стену, как сделала это когда-то в прошлом - положила в сумку. Вскоре туда последовали и остальные. Но, собравшись, девушка не сбежала в окно, как проделала бы это раньше. Да и, что уж говорить, как планировала изначально.
Забавная это штука - внутренний голос. Крадет воспоминания, вставляет их обрывки, лишь бы добиться своего, отрезвить, заставит думать. Ласка забралась на кровать, закуталась в одеяло, утыкаясь в него носом. Злость и обида ушли, впуская на свое место усталость напополам с головной болью. Одеяло кололо руки и щеки, и совершенно не грело. Откуда было взяться теплу в этой пропахшей травами комнате.
Ласка не заметила, как заснула. И тихих шагов эльфа тоже не заметила, хотя обычно вываливалась из сонного царства при любом изменении окружающего ее мира. Сейчас сил на это не было. Лишь вдох чуть глубже, чем раньше, слегка дрогнувшие веки, напрягшиеся пальцы в привычных попытках перехватить рукоять ножа покрепче, но сейчас сжимавшие лишь плед. От прикосновений эльфа девушка слегка вздрогнула, чуть ворочаясь, но в целом не доставляя особых проблем.
Оказавшись в чужих руках, Сона приоткрыла глаза - не полноценное пробуждение, лишь попытка понять происходящее. Опасности не было. Наоборот, рядом находился кто-то сильный, теплый и уютный, к нему хотелось прижаться плотнее, доверившись. Зерриканка уткнулась носом в плащ, возвращаясь обратно в сон.

Море песка раскинулось вокруг нее. Одежда из легких воздушных тканей не могла спасти кожу от солнца, нещадно жалившего, обжигающего лицо, плечи, живот, касающегося своими лучами словно кнутом. Позади - следы на золоте и дым от пожара или погони, вьющийся у самой линии горизонта. Впереди - ни одной дороги, можно идти куда угодно. И она шла. Упрямо, медленно, постоянно оглядываясь. Ноги проваливались в горячи песок, не желавший отпускать свою добычу. Но останавливаться было нельзя. Что-то приближалось.

В мире что-то изменилось, вновь стало пусто, одиноко и холодно. Но ненадолго. Вскоре эльф вернулся, осторожно стянул ее с коня, вновь беря на руки. И Ласка внезапно, так и не открывая глаз, приподняла голову, высовывая лицо из одеяла. Теперь уже уткнулась она в самого мужчину, сжимаясь чуть сильнее в его руках.
- Прости меня, - хриплый шепот. Даже непонятно было, говорит ли это девушка во сне, или же она все-таки проснулась.
— Тише, Ailm, спи. Всё в порядке, — спокойно сказал Ванадайн. И Сона будто бы послушалась его. Снова только глубокое, слегка хриплое дыхание, мерная дрожь. Друид то стоял в дверях, наблюдая за этой картиной да усмехаться продолжая о чем-то своем. Посторонился лишь когда эльф подошел, пропуская его в дом. В помещении немного мебели было - печь, тюфяк, да стол. Все старенькое, но добротное.
- Не надо. Не оставляй меня, karibishwa,- снова сбивчивый шепот девушки, когда эльф уже готов был положить ее на указанное место. Речь, скачущая с общего на зерриканский. - Aljoubarid.
Ванадайн растерянно замер и, будто прося совета, взглянул на друида. Тот тяжело вздохнул, закатил глаза. И все-таки махнул рукой, разрешая эльфу потом с травами разобраться.
- Caelm, Ailm, - проговорил эльф на Старшей Речи, успокаивая больше тоном. - Mo anseo, luned.
Снова Ласка затихла, успокоенная не незнакомыми словами, а тоном, которым они были произнесены. Друид подошел ближе, дождался, когда девушку все-таки опустят на лежанку. Коснулся ее лба и недовольно нахмурился. Слишком горячая кожа.
- Не знаешь, "дочь" твоя на севере родилась или где?
- Зеррикания, - припомнил Ванадайн. - Эльфом был, пожалуй, отец.
- Что-то не слыхал про эльфов в Зеррикании. Видимо, забрел туда случайно. Но плохо это в любом случае. Трудно им переносить наши холода, - хмыкнул друид, отошел к печи, скрываясь за ней. Голос его звучал приглушенно: - Не принимает их север. Вот и болеют. Вытащи ты ее из одеял. Жар только усиливаем этим.

Отредактировано Ласка (2019-03-08 23:52:01)

+1

23

[indent=1,0]Ванадайн послушно начал выпутывать полуэльфку из покрывал, в которые укутал ещё в таверне. Эльф всецело полагался на знания и умения друида. Придя в хижину, он был готов вновь выйти на улицу и собрать какую-нибудь дрянь, за которой друид едва ли сам бы попёрся из-за лени или ещё чего-нибудь - вряд ли тот попросил бы нарвать что-то, до чего легко добраться самому. Однако при этом он совсем не ожидал, что придётся остаться в хижине по просьбе этой упрямой полукровки. Впрочем, возможно, друид даст ей что-нибудь успокаивающее и позволит уйти.
[indent=1,0]- Что дальше? - поинтересовался эльф, когда разобрался с покрывалами.
[indent=1,0]— А дальше ей температуру сбивать и отвар варить, — друид высунулся из-за печки с кучей мешочков в руках. Сложил их на стол, сразу после того выпинывая из-под него ведро. — Там на улице бочка стоит, воды из нее перенести. Подождет твоя девка без тебя, чай не сахарная.
[indent=1,0]Без лишних слов Ванадайн подхватил ведро и вышел. "Где на улице?" - остановился он и покрутил головой. Дождь лил косо, порывы ветра хаотично метали капли. Стреноженный конь кое-как доковылял до навеса, под которым друид хранил дрова, и теперь мирно обсыхал, обгрызая кору у поленьев. Ванадайн обошёл несчастную хижину несколько раз, но бочки так и не нашёл. С руганью заходя на очередной круг (тем временем дождя набралось в ведре на несколько пальцев) эльф задел рукой растущую впритык к хижине ёлку. Вернее, это оказалось лишь кучей свежих лап, которые прикрывали бочку и не улетели только благодаря тому, что стена надёжно прикрывала от ветра. Эльф наполнил ведро до краёв и вернулся в хижину. Друид будто бы и не заметил его долгого  отсутствия.
[indent=1,0]- Что дальше? - спросил Ванадайн, выжидательно смотря на друида. Полное ведро уже стояло на полу.
[indent=1,0]Друид набрал в котелок воды из ведра, вместо того протягивая эльфу какую-то тряпицу, не отличающуюся чистотой.
[indent=1,0]— Сидишь рядом, смачиваешь, кладешь ей на лоб. Как только нагревается — снова смачиваешь.
[indent=1,0]Ванадайн задумчиво посмотрел на протянутую тряпку. Кроме дыр на ней имелись присохшие волокна травы и разводы. Впрочем, смотреть на неё эльф не собирался. Ванадайн опустился на край тюфяка. Щедро смочив тряпку, он не отжимая положил её на лицо полуэльфки и стал ждать. Зеленоватые ручейки начали стекать по лицу Ailm. Каждые пару минут он честно трогал, пытаясь понять, нагрелась тряпка или нет, но замёрзшие на улице руки не очень справлялись с этой ролью. На всякий случай Ванадайн снова намочил тряпку.
[indent=1,0]Ailm зашипела, стоило тряпке коснуться ее лба, дернулась куда-то в сторону, но эльф оставался непреклонен в своих намерениях.
[indent=1,0]— Там поаккуратнее. Смотри, чтобы на тюфяк не капало, — недовольно сказал друид, нарезавший прямо на столе какую-то травку. С самыми честными глазами Ванадайн закинул края тряпицы на лоб так, чтобы они не свешивались. — Ты ей что-то давал пить или сразу ко мне потащил?
[indent=1,0]- Да, дал. Настойку из некоторых трав, - Ванадайн перечислил всё, что намешал. - Это мне помогало не раз. Но Ailm что-то самовольно могла употребить, из своих запасов. - Эльф вновь сменил тряпку.
[indent=1,0]— Неплохой набор. Только вот слабоват для неё. Ты-то явно посильнее зерриканки будешь... Если она не первый город на севере, значит уже сталкивалась с болезнями и должна была научиться справляться с ними, — друид огладил бороду, вытащил из трав какую-то ветку, посмотрел на нее и в сторону откинул прямо на пол. — Запасы ее не взял?
[indent=1,0]- Не до того было, - отмахнулся Ванадайн и вновь сменил тряпку. "Только бы за травами не отправил!" - взмолился знакомым и незнакомым богам эльф. Выходить на улицу снова не хотелось.
[indent=1,0]— Мда уж... Ладно, не первый раз девок лечу. Вытяну ее, — травы отправились в котелок. Потом к ним добавились листья и какие-то темные ягоды. Старик хмыкнул, посмотрел на девушку, щуря глаза. — Тебе чтобы оклемалась побыстрее или чтобы выздоровела надо? А то ж поставить на ноги не так уж сложно, только свалится снова потом.
[indent=1,0]Ванадайн даже не задумался над ответом.
[indent=1,0]- Пусть поправляется сколько надо. Оттягивать - только хуже делать.
[indent=1,0]— Хорошо, эльф. Только не надейся на меня ее скинуть, — во взгляде друида читалось недоверие, словно мужчина готов был прямо сейчас сорваться с места, оставляя полукровку на его сгорбленные плечи. Он отошел к печи вновь, достал оттуда какую-то баночку и передал ее эльфу. — Дыхание у нее не очень. В грудь ей вотри, а сейчас вернусь. Все-то за вас делать приходится, — с этими словами старик захватил нож и вышел из дома.
[indent=1,0]Из баночки пахнуло различными травами. "Втирать так втирать", - вздохнул Ванадайн. Как-то раз, когда он ещё сам обучался у травника, приболели дети у соседей. Тогда Ванадайну было поручено растереть им грудь и спину спиртом. Так что предстоящая работа была не нова. Эльф, хоть убей, не воспринимал Ailm никем, кроме ребёнка. Мелкого, наивного, наглого, но ребёнка. При растирании он обратил внимание на крепость мышц полуэльфки - она явно была в хорошей форме несмотря на худобу.

+1

24

Ласка даже не цеплялась за покрывало, позволяя раскутать ее. Лишь недовольно зашипела какие-то непонятные для эльфа слова на родном языке, чуть ерзая в попытках как можно дольше сохранить ощущение тепла. Где-то в собственном сне песок уже не грел, а обжигал, но непривычно - слишком остро, слишком резко. Словно шагала по снегу, который оставлял на коже колючие льдинки, никак не хотевшие опадать. В этом мире она лишь слегка подрагивала. И даже не стала останавливать эльфа, когда тот все-таки вышел. Друид поглядел на дверь, затем на девушку.
- Ну и что с тобой такой делать, а? - хмуро спросил он, рассматривая полукровку. Тишина была ему ответом. Только ветер, скользнувший ради интереса в трубу, шепнул что-то, понятное лишь старику, заставляя того хмыкнуть. Он высыпал из мешочка несколько стеблей, начал нарезать их ножом прямо на столе, не заботясь о глубоких бороздах, что оставались на дереве.

Когда Ванадайн уселся на край кушетки, Ласка, будто почувствовав его жар через сон, сдвинулась немного ближе. Но вместо тепла она наткнулась на прикосновение ледяной тряпки, коснувшейся лба. Отпрянула, зашипела "Doorkaro", попыталась извернуться, однако эльф оказался отомстить. То ли нравилось пытать ослабевшую девчонку, то ли просто отыгрывался на ней за слишком наглое поведение. Как только тряпица стала нагреваться, поглощая жар, который с ней по-братски щедро делила зерриканка, остроухий нахально вмешался, отрывая ткань ото лба и возвращая ее обратно, уже ледяную. Веки Ласки вздрогнули. Она не проснулась окончательно, но вынырнула из своего сна, находясь в каком-то странном промежуточном состоянии. Разговор эльфа и друида доносился словно издалека, не давая разобрать себя нормально. Улавливала она лишь отдельные слова. Сон постепенно спадал, разжимая свои цепкие пальцы. Запах трав резанул нос, после чего почувствовала прикосновения его пальцев, смазанных жирной согревающей мазью. Девушка чуть сдвинулась, избегая его руки, скользнув вверх по тюфяку, села, поднимая на эльфа серые глаза.
- Ты и так делаешь слишком много для простого прохожего, -хрипло сказала Ласка, протягивая руку за баночкой, но не попыталась ее вырвать, просто предложила эльфу отдать самому емкость с мазью. - Я сама могу.
— Не дёргайся, — проворчал Ванадайн. — Всё равно уже испачкался этой дрянью.
Сона опустила голову, слегка повораичвая ее на бок и глядя куда-то в пол и, тем не менее, не пытаясь ему больше помешать. Все-таки, ей попался очень странный эльф. Девушка огляделась вокруг.
— Ну точно ты странный зверек, Ванада'н. Я бы на твоем месте слиняла еще из корчмы. Кстати, а где мы?
- Не менее странный, чем ты, - заметил эльф. - В хижине друидской. Живёт здесь один...
- Что, настоящий друид? Не брешешь? - девчонка заметно оживилась, словно ей сказали не про друида, а про какое-нибудь чудо света. Сона лишь понаслышке была знакома с представителями этой профессии (если, конечно, друидизм можно было так назвать), но этого было достаточно для зерриканки, чтобы вызвать у нее интерес. Который, впрочем, быстро погас. Она замерла, прислушиваясь. Судя по звукам, снаружи уже была не крошечная, но от того не менее живая деревенька, а лес. И как далеко они забрались от обжитых мест? Маловероятно, что эльф захватил ее вещи. И еще более маловероятно, что он решит подождать, пока девочка встанет на ноги.
— Да настоящий, настоящий, — Ванадайн усмехнулся. — Конечно, лучше бы в Брокилон тебя отнёс, к дриадам, но друиды тоже хороши.
- Я слышала, что дриады во всех, слишком близко подошедших к ним, начинают стрелять. У меня пока нету никакого желания становиться ежом, - хмыкнула Сона, снова поглядев на эльфа и даже выдавив из себя едва заметную улыбку. В этот момент дверь открылась, и в комнату вошел вымокший старик.
- А, проснулась, девка? Ну, как себя чувствуешь? - посмотрел он, смерив девчонку взглядом. Подошел, коснулся ее подбородка перепачканными в земле пальцами, заставляя запрокинуть голову повыше и глядя в глаза. Нахмурился чуть - взгляд Ласки ему не понравился. - Не отвечай. Вижу, что плохо, - Старик отошел к столу, выкладывая на него из карманов своего балахона нож и свежезрезанные травы, среди которых блеснули фиолетовые лепестки.
- Сон-трава? Она же не растет осенью... и зачем она? - недоверчиво поинтересовалась девочка, сжавшись. Сона была знакома с действием этого обманчиво нежного цветка и пасть под действием его чар очень не хотела. Она даже сдвинулась несколько ближе к эльфу, едва ли не прижимаясь к нему, словно чуть что собиралась искать защиты с его стороны.
- А ты, погляжу, в травах разбираешься? Может вместо меня здесь останешься, а я отдыхать пойду, а? Не балуй, девка, для тебя стараюсь. Во сне бороться легче будет, - хмуро отозвался старик. Он добавил новые ингредиенты в котел, а потом оттащил его в печь.

Отредактировано Ласка (2019-03-12 10:27:19)

+1

25

[indent=1,0]Друид вернулся с улицы не с пустыми руками. От него явно пахло разными травами, да и на руках без труда эльф разглядел зелёные пятна сока. Конечно, не обошлось без земли и пары прилипших сосновых иголок, но старик будто и не замечал их, словно те стали частью его кожи, как несколько пожухших листьев, прилипших к балахону. Заключение его эльфу не понравилось. Конечно, Ванадайн и сам видел, что полукровка не в лучшем состоянии, но тем не менее надеялся на лучшее.
[indent=1,0]Ailm осталась верна себе и принялась отвергать предлагаемую помощь, то есть едва ли не восстала против сон-травы. Ванадайн представлял, где осенью можно раздобыть подобные травы, и не удивлялся, что друид не стал переводить бесценные запасы, которые наверняка пригодятся по зиме и по весне. Хоть эльф и не одобрял страх Ailm, он успокаивающе положил руку ей на плечо. Подумав, поправил сбившееся покрывало.
[indent=1,0]— Ну а для меня работа есть? — спросил Ванадайн друида. Тот всё ещё возился у котла, но вопрос эльфа его не сильно отвлёк - при ответе в голосе не промелькнуло ни нотки раздражения.
[indent=1,0]— Найдётся. Я сейчас список трав составлю, собирать пойдешь. Девка твоя несколько дней здесь проведет, как раз за это время управишься, — хмыкнул старик. Действительно, оставив котелок в покое, он подошёл к какому-то сундуку и нашел там какой-то уголёк и кусок коры с загибающимися краями, начал на ней корябать что-то.
[indent=1,0]- У меня память хорошая, лучше так скажи. Не буду же я с этим носиться, - нахмурился эльф. Он увидел, что друид принялся писать на всеобщем, а за свою довольно долгую жизнь Ванадайн так и не удосужился заняться изучением языка. Старшую Речь он знал превосходно и почитал, разбирался в ряде диалектов. Даже в латыни худо-бедно мог что-то прочитать - травник, пытавшийся обучить Ванадайна своему ремеслу, имел несколько книг, в которых встречалось больше терминов языка медицины, нежели привычного эльфского.
[indent=1,0]Друид, кажется, не понял истинных намерений эльфа. Посмотрел только на пару написанных слов, да и отложил уголёк, после чего степенно начал перечислять необходимое, и даже примерно назвал объёмы. Временами замолкал и принимался пальцами перебирать бороду, вспоминая упущенное, но продолжал. Ванадайн кивком подтверждал каждую озвучиваемую позицию. "Мне что, весь лес ему собрать?" - мелькнула недовольная мысль. Стоит отдать должное, первыми названы были именно те травы, которые могут пригодиться в лечении, и только после пошло то, что друиду было нужно, но сам он не желал собирать.
[indent=1,0]— Как скоро я должен всё принести? - задал Ванадайн очередной вопрос, когда пощипывание бороды было прервано вялым отмахиванием. Мол, довольно с тебя.
[indent=1,0]— Думаю, дня три. Ночевать можешь здесь, правда, придется с ней спать — мест больше нет. Или можешь в деревню вернуться. Только в таком случае я в залог чего-нибудь потребую. А то сбежишь еще, что мне с этой балдой делать?
[indent=1,0]- Здесь я буду, - решил Ванадайн. До таверны далеко, какой смысл с травами туда таскаться? Хотя всё будет зависеть от того, какие окрестности у этой деревушки. - Ailm, я скоро вернусь, - вместо прощания сказал Ванадайн и вышел, накинув плащ. Некоторые травы он уже замечал по пути к друиду, а корнями да цветами заняться придётся уже позже.

[indent=1,0]Друид ошибся, и на всё потребовалось на день больше. Ванадайн отправлялся за травами очень рано, и весь день лишь заскакивал в дом, чтобы оставить всё собранное и попутно перекусить друидовой стряпнёй. Ночевал эльф на одной лежанке с Ailm, располагаясь почти на самом краю поверх покрывала - он не желал ненароком потеснить полукровку, которая была намного меньше и хрупче его. Ну не на холодном же полу спать? Возможно, было бы правильнее останавливаться в таверне, но помимо неудобства пути существовала такая мелочь, как залог. Друид наверняка попросил бы как залог меч, а расставаться с гвихиром эльф отчаянно не желал. За эти четыре дня погода постепенно улучшилась, дожди на удивление прекратились. Утро пятого дня встретило уже ещё по-летнему тёплыми лучами солнца - свет расплавленным металлом разлился по хижине друида.
[indent=1,0]- Доброе утро, Ailm, - сказал Ванадайн, ещё до рассвета проснувшийся и успевший разобраться с конём. Он лишь зашёл забрать из сухой хижины плащ, но заметил проснувшуюся полуэльфку.

+1


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Как хищный зверь, ступая на мягких лапах