Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава I: Время перемен » И прошлое стало явью...


И прошлое стало явью...

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Время: июль 1264 года.
Место: Марибор и его окрестности. Темерия.
Действующие лица: Мария Губер, Данияр из Повисса.
Описание: Спустя много лет молодая охотница вновь навестила свой родной город - Марибор. И все бы ничего, но, в довесок к ее живым и здоровым знакомым, прибавились самые что ни на есть мертвецы. К Марии во снах стала являться ее покойная мать, донимающая бедную девушку отрывками прошлого и не самого лучезарного настоящего. Простые ли это кошмары или самое настоящее лихо? Пожалуй, здесь не обойдется без помощи профессионала...

0

2

Пролесок чернеющей полосой стоял вдоль неосвещенной тропы, словно частокол. Густая тьма обволакивала землю, а слабый лунный свет терялся где-то в верхах крон деревьев.
Мария медленно, почти наощупь, шла вперед. Под ногами тихо шелестела трава, раздавался шорох от подошв. За всем остальным стояла абсолютная тишина. Притаился зверь, не пробежало даже самой маленькой полевой мышки. Притих стрекот кузнечиков в высокой осоке.
Невидимая сила тянула девушку все дальше и дальше. И с каждой мелкой калдобинкой на тропинке чувство тревоги нарастало – настолько неестественным казался ей мир, обычно не замирающий даже темными глубокими ночами. Но отвернуть в сторону или остановиться Мария не могла, как она ни пыталась.
Неожиданно вылетел из-за огромного валуна небольшой рой светлячков. Летающие фонарики закружились в вихре, словно маленькие звездочки, светясь на фоне мрачного непроглядного леса. И они вели за собой. Вселяли спокойствие своим забавным танцем. Мария неуверенно сделала шаг, еще один…
- Не бойся – из темноты раздался мягкий женский голос. Голос пугающе знакомый, оставшийся где-то далеко в прошлом, но вновь узнаваемый.
- Иди сюда, Маша. Родная моя доченька…
Мурашки пробежали по рукам и спине. Девушка пересилила необъяснимое влечение и остановилась, как вкопанная. Сомнения развеялись – это был голос ее матери. Но как?
Вновь раздалось умиротворяющее: - Не бойся.
Светлячки, в своем кружении, чуть замедлились, и ореолом выстроились вокруг тонкого лица с легким румянцем. Эти губы, нос, глаза и легкие морщинки в их уголках. Анна Губер стояла чуть поодаль от дочери, мило улыбаясь.
От такой встречи пересохло в горле, а внутренности будто бы скрутило. Страх вперемешку с недоумением и старым уже позабытым чувством родственных уз заполнили каждую клеточку тела Марии.
- Мама?.. – с трудом сорвалось с губ девушки. Эта встреча была невозможной, но она казалась такой реальной, такой неподдельной. Женщина лучезарно улыбнулась в ответ.
- Да. Знала бы ты, как я по тебе соскучилась, мне так многое нужно рассказать тебе…
Пригласительным жестом Анна позвала дочь за собой. Женщина развернулась и легкой походкой пошла по тропе.
- Но как ты?.. – недоуменно спросила Мария, однако была перебита.
- О-о-о… Это длинная история… Боги, как же я рада нашей встрече! – неуемно продолжала радоваться мать, уводя Марию вниз по тропинке.

Недолгое время они шли молча. Но, не сбавляя темпа, Анна, чуть повернув голову, нарушила тишину:
- Ты впервые в Мариборе с тех пор, как уехала колесить по миру? – спросила она, хотя в ее словах была большая толика утверждения.
- Да. Но откуда ты знаешь о моем отъезде?
- У соседей расспросила, откуда же еще? – Анна была явно удивлена такому вопросу дочери.
- Они не говорили про тебя… - с сомнением в голосе ответила Мария.
Анну такой поворот диалога нисколько не смутил.
- Нужно же было хоть раз сделать дочке сюрприз – женщина звонко рассмеялась, по-доброму и нежно.
- Почему ты бросила меня? Оставила одну? - спросила после неловкой паузы Мария.
- Мне до сих пор стыдно за это... Но я прошу тебя терпению. Подожди немного, и ты все узнаешь…
Пролесок редел. Тропа круто уходила все ниже и ниже. Впереди раскинулась полянка, а за ней узкая ленточка реки. Блики лунного света поигрывали на воде и были видны издалека.

Очень наскоро атмосфера принялась изменяться. Как только Анна вышла из тени деревьев, Мария наконец-то смогла толком разглядеть свою мать. На ней была надета белая сорочка, что и в день, когда та наложила на себя руки. Лицо в лунном свете потеряло былую естественность. Одеяние развевалось, как у приведения.
Невидимые чары разбились вдребезги. Мария уже было сорвалась бежать обратно, как можно дальше отсюда, но ее мать, или, вернее, то, что прикидывалось ее матерью, резким неуловимым движением подскочило к девушке и, крепко схватив, потянуло к реке.
Мария вырывалась и пыталась кричать, но ужас сковал ее. «Существо», не иначе, дергало ее за волосы, тянуло, прерывая любую попытку бороться.
- Так холодно… – раздался потусторонний голос из-за спины девушки. – Так сыро…
Кромка воды приближалась, до нее оставалась буквально пара шагов. Сильные руки тянули девушку к бездонной реке.
- Допрыгалась, коза! – голос звучал будто бы из огромной бочки. – Наплаваешься вдоволь! – мерзкий и громкий смех ударил по ушам.
А вода была все ближе и ближе. Уже различимы были камушки на песчаном отвале берега. И руки нещадно тянули прямиком в пучину, в бездну.
Чертово создание потеряло былую внешность. Назвать «это» Анной уже было нельзя. Бесформенное, с неправильными чертами, существо вихрем залетело в темнеющую воду и начало тащить Марию на глубину. Она упала на колени, голова ее то оказывалась под водой, то ей с огромным трудом удавалось вытащить ее, чтобы сделать спасительный вдох. Но хватка существа крепла, и казалось, что спасения нет.

- Ты что, с ума сошла?! – кричал Грахам – знакомый Марии корчмарь. – Решила закончить, как твоя блаженная мамаша?!, храни Мелитэле ее душу!
Мария открыла глаза. Вокруг стояла та же, почти непроглядная, темнота. Рукой она нащупала песок. В ушах раздавалось журчание воды.
Пожалуй, впервые в ее жизни, у Марии началась самая настоящая истерика. Она заплакала навзрыд от ужаса, что ей довелось увидеть.
Грахам за прошедшие годы заметно раздобрел и сил у него было хоть куда, поэтому, как ни пыталась Мария вырваться из его крепкого захвата, ей это не удавалось.
- Я отнесу тебя в корчму, а там ты мне все расскажешь. Что творится, черт его разберет! Решил на ночь глядя поссать выйти, етить ее в корень! – в сердцах воскликнул мужчина, взяв на руки истерящую девушку.

Отредактировано Мария Губер (2019-01-22 21:18:46)

+3

3

- Ах ты ж тварь, - едва слышно пробормотал про себя Данияр, яростно строча в блокноте очередной пришедший на ум аргумент в споре, который мог вести сейчас только и исключительно сам с собой.
"Тварь болотная", - добавил он уже мысленно, добавляя к своему опусу пару резких завитушек и иллюстрацию. Он не хотел пугать девочку-подавальщицу, не хотел также обращать на себя лишнее внимание вообще, и негодование, скопившееся в нем и согревающее все тело, начиная от места, касающегося сидения стула, пыталось найти себе выход хотя бы в скрипе зубов и скрипе пера. Сейчас это уже были не слова. Сейчас это уже была иллюстрация.
Та, с кем он готов был поспорить, находилась слишком далеко.
Та, кого он до сих пор в какой-то степени любил. Которую почти забыл, но не далее как вчера увидел ее новую статью, в котором она использовала..
Боги, всего несколько фраз. Малозначащих фраз, которые не поймет никто кроме него. Унижающих и унизительных. Точных фраз, точно рассчитанных на него, намекающих, какой он в сущности глупец и бездарь. А хуже всего, что в их научном споре, переплетенном затем с глубоким личным конфликтом, была не права именно она!
Ну, может, не совсем неправа, но...
"Аааррх!"
Ему было стыдно - мужчина сорока четырех лет от роду, солидный... ладно, пусть не особо солидный и еще молодой, но практикующий чародей, а ведется на такую ерунду, ведет себя как мальчишка, ну куда это годится. Но как... как же она могла? И, черт бы ее побрал, почему она при этом всерьез рассчитывает на хорошее отношение и соблюдение каких-то правил взаимодействия, если сама....
Женщины!
Как любят вставлять шпильки под ногти - и особенно тем, кто не может им вполне сопротивляться. Чувство вины за вырвавшиеся слова уже подбиралось к груди. Бесила, как же бесила сама нездоровость этой ситуации. Он давно должен был плюнуть и растереть.
Выговориться мог только письменно. Перо скрипело по бумаге. Девушка-подавальщица поглядывала на него с опаской, и близко не подходила. Взглянув на нее, Данияр вздохнул, перечитал написанное, затем вырвал несколько страниц, скомкал и поджег. Догорающая бумага полетела в камин. Девушка вообще спряталась за стойкой, лишь только макушка и пара любопытных глаз продолжали следить за одним из оставшихся посетителей. Парочка дремавших на лавках пьянчужек ничего даже не заметили.
Чувствуя, что как-то полегчало, но не очень, чародей снова потянулся к записной книжке, но его отвлек женский плач, донесшийся с улицы, а затем и скрипнувшая дверь. Оценив обстановку, Данияр закинул записную книжку в сумку и поднялся. Он не переоценивал свои знания в медицине, но как всякий чародей, кое-что мог. Правда, пока был не уверен, надо ли рыпаться или без него разберутся.
- Эй, что случилось, вам помощь нужна? - спросил он наконец. Не то чтоб Данияру сейчас горело кому-то помогать, но всяко лучше какое-то движение, чем снова торчать в одиночестве над бумажками.

+1

4

Вместе с девушкой на руках, фигура Грахама казалась еще больше. Не долго церемонясь, он влетел в свое же заведение и усадил Марию на лавку прямо возле засидевшихся клиентов, не самых благоприятных.
- А ну проснулись, сукины дети! - крикнул владелец корчмы и крепкими оплеухами окончательно разбудил пьянчуг.
Сил хоть что-нибудь ответить хватило лишь у одного из них:
- Пшлнхр... - не вяжущее лыко и остекленелые глаза их владельца красноречиво говорили о том, что расслабленное алкоголем тело не сдвинется ни на сажень.
- Я тебе пойду, я тебе щас так пойду! - Грахам было замахнулся, но плюнул на это дело и, взяв, по очереди, двоих алкашей за шкирку, отволок их к выходу.
- Курвины дети - декламировал корчмарь, когда последнее тело глухо бухнулось об пол. - Бирна! - крикнул он подавальщице, которая и раньше пряталась за стойкой, а теперь и вовсе дар речи потеряла. - Водки! Две, нет, три рюмки!
И тут подал голос клиент, к которому, как ни крути, Грахам относился куда более благосклонно, нежели к местным, или таким же приезжим, недотепам, на-вроде тех, что без пяти минут назад получили тумаков.
Эй, что случилось, вам помощь нужна? — обратился к Грахаму человек вполне опрятного вида, даже презентабельного по здешним меркам. Таких корчмарь любил, любил и за порядок, и за звонкую монету, коими они не скупились. Именно по этой причине обошелся он спокойно и культурно.
- Ежели вы, уважаемый, все что съесть хотели - съели, а что выпить - выпили... - обратился к клиенту Грахам, немного придвинувшись к нему и все больше переходя на полушепот - Не разбираетесь ли вы в, как бы так сказать, здоровии не физическом, а душевном?
Девушка вот сидит
- продолжил он после короткой паузы, кивнув головой в сторону Марии, уткнувшейся в ладони и вздрагивающей - Я, значится, вышел с корчмы то, вижу - она идет в сторону пролеска, далеко уже уйти успела. А что в такое время там делать то? Ну, знамо дело, я за ней пошел. Из-за пригорка только выхожу, а она стоит у реки на коленях, да топится. У нее же мать, того, также там померла, храни Мелитэле ее душу, хорошая была женщина. Ну я вот и думаю, не могло ли у нее чего тут - он покрутил мощной ладонью у виска - сдвинуться как-нибудь, не знаю. Не разбираюсь я в этом, но всякое слыхал.
Подоспела водка. Первую рюмку Грахам опрокинул сходу, занюхав ее корочкой хлеба, что лежал на столе. Вторая же рюмка не заставила себя долго ждать и отправилась вслед за первой. Бирна по-видимому была уже довольно опытной в этих делах, так как притащила вместе с выпивкой и соленый огурец, который нашел очень славное место в желудке корчмаря.
Третья, последняя, рюмка по соображениям Грахама принадлежала Марии. Его огромный жизненный опыт подсказывал лишь одно лекарство в подобной ситуации, и понятно какое. Но торопиться с отпаиванием девушки он не торопился.
- Извиняюсь за заминку - обратился Грахам к клиенту, так и не давшему ответ. - Переволновался очень, грех не выпить. Так что скажете, милсдарь?

Отредактировано Мария Губер (2019-01-28 03:13:44)

+1

5

- В болезнях душевных я не разбираюсь, - вынужден был признать чародей. Да что там, временами он и сам ощущал себя не совсем здоровым в этом плане, но уж это-то никому здесь знать не нужно. Еще в Бан Арде Данияр как-то уверился, что здоровых людей в принципе мало и почти у каждого есть какие-то свои тайны и секреты. Но вот чтоб топиться из-за них? Что же должно было случиться?
- Может, тут и не болезнь?
Иногда, впрочем, бывало, что такое поведение было результатом нарушения в работе мозга или эндокринной системы, но и здесь чародей не был специалистом. Могла ли сыграть свою роль наследственность? Но почему повторять опыт матери столь "дословно"? Может, тут есть какой-то элемент ритуала?
Можно было попросту прочитать мысли, заглянуть в голову человека, но, во-первых, иногда это заметно, а во-вторых, телепатию, как экстремальное вторжение в личное пространство, он и сам не очень-то любил. Наседать на незнакомку с вопросами? Сделать только хуже? Как часто бывало в таких ситуациях, Данияр несколько растерялся.
- Дадите ей что-нибудь поесть?- наконец нашелся он. - Это уж точно не повредит.
Как минимум, позволит ей отвлечься, а уж потом... что потом - Данияр не знал, и не был уверен, а должен ли знать. Чужая девушка, в чужой деревне, с какой-то чужой трагедией. И ничего не понятно. Есть ли обидчик, которого надо наказать? Есть ли реальная проблема, которую надо решить? Или причина - самая обыкновенная, но в то же время каждый раз разная душевная боль? Возможно, с выяснения причины и стоит начать.
- А потом и выясним, что случилось и что можно с этим сделать. Правда? - обратился он уже к девушке. - Мы же как-то можем тебе помочь?
Зачем гадать и ставить диагнозы, когда люди придумали слова? Вместе с тем, решив, что немного телепатии все-таки не повредит, чародей настроился на нужную волну, чтоб поймать хотя бы самые сильные, поверхностные мысли. Да, стыдно, да, неприятно, да, нечестно, но иногда лучше знать, говорит ли кто-то правду - или что он пытается скрыть. Для кого-то, кто не привык к магии, такое поверхностное касание должно будет остаться незамеченным.
- Вы ведь ее знаете? - обратился он к трактирщику. - Как ее зовут?

+1

6

[indent=1,0]На предложение накормить девушку Грахам отреагировал с пониманием. Молниеносным движением он дал понять Бирне, что, мол, выполнить все нужно в лучшем виде. Оторопелая разносчица тут же убежала на кухню.
[indent=1,0]Когда же незнакомец обратился к ней, Мария поежилась. Говорить начистоту о том, что произошло у реки, она боялась. Сейчас все это казалось каким-то безумным сном, в котором не было и крохотной доли реальности. За кого ее примут, услышав настоящую причину истерики? За сумасшедшую? Но ведь она не сумасшедшая...
[indent=1,0]Боги, как же ей стало страшно.
[indent=1,0]— Вы ведь ее знаете? Как ее зовут? - на этот раз, вопрос был адресован корчмарю.
[indent=1,0]- Конечно, конечно знаю - ответил Грахам, всем телом подпрыгнув в кивке. - Я ведь ее помню, когда она еще под стол пешком ходила. А звать ее Машей, Марией.
[indent=1,0]В противоположной стороне от их стола сновала, туда-сюда, Бирна. Руки ее были заняты подносами.
[indent=1,0]- Ну что же ты молчишь? - обратился корчмарь к девушке. - Выпей, может так полегчает?
[indent=1,0]Все таки Грахам решил совместить свой подход к решению этой непростой задачи вместе с той, что мог предложить гость его заведения.
[indent=1,0]Дрожащей рукой она взяла стопку, с трудом поднесла ко рту, едва не расплескав все по пути, да влила в себя.
[indent=1,0]Жидкость, обжигая, потекла по глотке, спускаясь все ниже и ниже.
[indent=1,0]Мария громко шмыгнула носом, уткнулась в рукав собственной рубахи, глубоко занюхала его. Ненадолго застыла в таком положении, но вскоре приняла прежнюю позу, подняв заплаканные глаза на корчмаря и незнакомого мужчину.
[indent=1,0]Она понимала, что нужно брать себя в руки. Говорить все еще было сложно, но, кое как, ей все же удалось унять истерику, привести в норму сбитое дыхание, утереть слезы.
[indent=1,0]Подоспела и Бирна с котелком отваренного картофеля и наструганного сала.
[indent=1,0]- Маму, - выдавливая из себя по букве, изрекла девушка - маму видела. А потом... потом что-то страшное... И оно меня утащило. Грахам, если бы не ты, если бы не ты... - она осеклась, не в силах закончить леденящую душу мысль.

+1

7

На ложь это было не похоже. Девушка была напугана, расстроена, но явно не пыталась солгать. Значит - или какое-то расстройство, или... было несколько вариантов, которые стоит проверить, если уж и правда браться за это дело.
- Маму, значит, - задумчиво пробормотал Данияр, вспоминая, что буквально только что сказал корчмарь. Да, возможно, это было какое-то помутнение рассудка. Сложно было оценить нормальность человека, который трясется от пережитого ужаса и  осознания, насколько близко прошла рядом смерть.
- Все будет в порядке, - успокаивающе сказал чародей, чувствуя, насколько волнуется Мария, что ей могут не поверить. Или поверить - и посчитать безумной. - Мы разберемся с этим. Ты сейчас здесь, в безопасности, рядом со своими знакомыми, никто тебя в обиду не даст и смеяться не будет. Не беспокойся об этом, все будет хорошо.
Что ж, было несколько предположений. Во многих вещах Данияр специалистом не являлся, и ему сложно было сказать, не принимала ли Мария перед этим каких-то сильнодействующих веществ. Бледность кожи, ширина зрачков, резкость движений - все это вполне укладывалось в норму поведения пережившего сильный стресс человека. Ни какой-то особенной дерганости, как при передозировке фисштехом, ни спутанности сознания, как при чрезмерном употреблении грибочков или чего-то подобного, ни даже сильного запаха алкоголя. Качество кожи, волос и одежды, несмотря на обстоятельства, тоже не выявляли какого-то особенного пристрастия к галлюциногенам.
- Поешь пока, попробуй отвлечься, - продолжил Данияр. - Все уже позади, хуже не будет. И подумай, может ты еще что-то видела, хорошо? Каждая мелочь может быть полезна. А пока, если ты нас извинишь... нам надо поговорить с господином Грахамом. Не бойся, мы будем рядом, я всего лишь не хочу, чтоб ваши воспоминания спутались. Потом вернемся и все обсудим.
Отозвав трактирщика чуть в сторонку, так, чтоб девушка их видела, но не могла ясно слышать, Данияр сделал быстрый жест, выставив что-то вроде слабой невидимой завесы от подслушивания, и негромко спросил.
- Такое раньше бывало? Ну, кто-то еще, кроме матери этой девушки, там топился? Или как-то еще умирал в том месте в последнее время? А может, есть какие-то особенные традиции и ритуалы, связанные с тем водоемом? Это тоже может быть важно.

0


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава I: Время перемен » И прошлое стало явью...