Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



По праву короля!

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Время: 18 июля 1267 года
Место: крепость Хагге
Действующие лица: Фольтест, Вернон Роше
Описание: на войне все средства хороши, и мудрый тактик и стратег знает, что выигранное время стоит десятки тысяч жизней.
Болезненное падение Лирии, Ривии и Аэдирна позволило другим королевствам севера трезво оценить ситуацию и сделать правильный, как им кажется, выбор.
Выбор короля Фольтеста из Темерии сохранил в неприкосновенности Махакам и берега Яруги, позволил Бругге, пусть и взятому в клещи неприятелем, не стать очередной провинцией южной империи. Темерия не поддержала Аэдирн и королеву Мэву, но, понимая опасность, готовится встретить врага боем. И для этого ей нужны все силы.
Даже те, что остались от разоренного королевства Аэдирн.

+2

2

Война. На ней нет ни правых, ни виноватых. Есть только стороны конфликта, и ты либо за одних, либо за других. А если же придерживаешься нейтралитета, то рано или поздно конфликтующие назовут тебя врагом, и заставят сделать выбор.
У Темерии не было выбора. Сильный враг пришел с юга, разгромил соседей, вытоптал конями поля и пашни, пожёг деревни и села. Страшный враг безжалостно брал и громил города, резал людей, что скот. И враг этот, зализывая мелкие раны, позволил королевству Лилий подготовиться. И в том была его ошибка.
Король Фольтест, вопреки большинству мнений, не поджал хвоста. Более того, не предал он и север. Ценой нейтралитета он сохранил в относительной безопасности и целостности Бругге, а Махакамские штольни и шахты еще не добывают руду во славу нильфгаардского солнца.
Вот только после осады Хагге только ленивый не назвал Темерию предателями.
Но разве они хоть что-то смыслят в войне?

У королевской стражи, стоявшей на часах близ шатра монарха, были мины настолько кислые, что заставляли задуматься о том, что осажденные совершили диверсию, и в похлебку к солдатне попало что-то несвежее. Вернон Роше даже на всякий случай присмотрелся к ним получше, чтобы убедиться в том, что эти лица он помнит, а они, в свою очередь, помнят его.
Но подозрения были напрасны. Просто в столь поздний час даже самый стойкий мечтал о койке - пусть даже и самой гадкой, скрипучей, загаженной клопами и вшами, но постели. Заснуть на часок, хотя бы на минуточку - за это почти каждый стражник готов продать не только душу, но и родину.
- С донесением, - Вернон медленно отстегнул перевязь, передавая меч и кинжал страже. - Его Величество ждёт меня.
- Угу, - буркнул Альберт Вандербер, младший отпрыск графа Вандербера откуда-то из-под Марибора, - без тебя, Роше, спать не могут.
На лице командира специального отряда не промелькнула даже тень улыбки.
Альберт поспешил приподнять полог и убраться с дороги этого хмурого человека.

- Ваше Величество, - Роше разглядывал карту военных действий, распластавшуюся на широком, крепком, словно скала, столе, - крепость окружена рвом. Провизии в ней, судя по самым скромным подсчетам, хватит на долгую осаду, а вредности командующего гарнизоном позавидует даже гном.
Вернон знал, что король не любит плохих новостей. А ещё знал, что Фольтест терпеть не может отсутствие новостей вовсе. Выбирая из двух меньших зол, приходилось вызывать недовольство, чем испытать на собственной шкуре гнев.
- При штурме они дадут достойный отпор. Погибнут сотни, а то и тысячи.

+6

3

Тот, кто хоть раз позавидовал участи монаршей, мог с полным на то правом считать себя дураком редкостным, лёгкой жизни уж точно не ищущим. Впрочем, не от большого ума мечтали о короне и власти, избегая даже на миг задуматься, сколь велика цена положения высокого. Только вот Фольтест дураком не был, потому и ловил себя подчас на мысли, сколь сладка была бы жизнь, родись он мелким дворянином, не обличенным особой властью. Ловил, да гнал паршивку прочь. Особенно сейчас, в непростое время, когда каждое решение неизбежно влекло за собой череду далеко не самых приятных последствий.
Аэдирн пал. Лирия и Ривия, как и следовало ожидать, не устояли под натиском чёрных. Да и, что уж скрывать, Темерию также ждали тяжелые дни.

"Холера", - сын Меделла тяжело оперся на крепкий, выдержавший немало приступов его гнева, стол. "Время уходит, а с Хагге нужно что-то решать. О дополнительных силах не может быть и речи. Каждый солдат, переброшенный к этим проклятым стенам, лишь ослабит границы с Нильфгаардом. Как и каждый боец, что погибнет здесь, приблизит не славу, но гибель своей страны".
Король сердито нахмурился, вновь обращая цепкий взгляд к лежавшим на краю стола планам старой крепости и местности, что оную окружала. Сверился с картой военных действий. Упрямо качнул головой, отказываясь признавать полнейшую аховость сложившейся ситуации. Неприступных крепостей не бывает, искренне верил он. Силой ли, хитростью, но взять можно любую.
- Проклятье, - Фольтест был зол. Взвинчен до предела. Готов казнить, но не миловать. Даже ближайших своих сторонников, довереннейших людей, вроде прибывшего с долгожданным отчётом капитана Роше.
Кулак короля с силой врезался в столешницу, пронзившая руку боль несколько отрезвила монарха, заставив его поднять на сине-полосатого совершенно иной взгляд. Пусть полный усталости, но блиставший уже не бессильной злостью, а надлежащим королю разумом.
- Что ж, я надеялся услышать иное, но ожидал именно этих слов. Ситуация, Вернон, ухудшается с удивительной приверженностью худшему из вариантов развития событий.  И знаешь, что идёт следующим пунктом в нашем списке "Последних дней Темерии"? - Вопрос, разумеется, был исключительно риторическим, не подразумевавшим необходимости хоть какого-то ответа со стороны единственного свидетеля тех чувств, что обуревали Фольтеста. - А дальше у нас, если не укрепимся в Хагге, в планах стоят войска Нильфгаарда, бодро располагающиеся на восточной границе королевства. Сохраняя лояльность Аэдирну, проклятая крепость не продержится долго, но наши атаки будет отбивать с завидным упорством. Дурачьё.
Оторваться от стола, хотя бы просто для того, чтобы потянуться, размять спину и нывшие от напряжения плечи, оказалось непросто. Но и продолжать нависать над картой и планами, что врезались в его память, казалось, до малейших черточек, было уже невмоготу.
- Тысячи погибших, ослабленный гарнизон Хагге, потрепанная до времени армия Темерии - разве не это, капитан, та цель, которой может добиваться Эмгыр? Он ведь не дурак и прекрасно понимает, я пойду на всё, чтобы укрепить границы королевства. Вот только сделать это, на деле, куда труднее.
Сын Меделла повёл плечами, прошелся вдоль стола и, лишь после, позволив себе пригубить вина, забытого в резном кубке, прежде державшем один из углов карты.
- Командующий гарнизоном упрям, это факт. И действиями своими он играет на руку нашему общему врагу. О чём, боюсь, придётся ему напомнить.
А ведь где-то в глубине сознания он давно понимал, что единственным способом избежать кровопролития станут переговоры. Дипломатия, подчас, творила чудеса. Да только... против обыкновенного, вино не туманило сознание, но позволяло иначе взглянуть на патовую ситуацию, в которую себя загнал Фольтест. Взглянуть, переосмыслить и прийти к решению, с виду казавшемуся совершенно безумным.
- И эта крепость, Вернон, ещё до наступления утра следующего дня распахнет ворота перед нашими войсками. Без штурма и ненужных потерь.
Кубок со стуком опустился на стол. Король вновь склонился над планами, нетерпеливым жестом призывая капитана подойти ближе.
- Пора переговорить с нашим упертым другом с глазу на глаз и ты мне эту встречу устроишь. Там, где не пройдёт большая армия, легко проскользнут несколько человек. Проведёшь меня в крепость. Как - твои проблемы, мне важен результат. Я должен переговорить с паршивцем лично и заставить его сдать Хагге.

+3

4

Решение власть имущих вершит судьбы тысяч. И короли могут на этом свете всё, кроме дозволения ошибок в своих решениях.
То, чего требовал Фольтест из Темерии граничило с безумством. То, чего добивался король Лилий походило на бессмыслицу.
Но если успех будет на их стороне, если удача им соблаговолит, то этот порыв, это стремление будет оценено как невероятно мудрое и своевременное решение, смелый ход, который прекратит кровопролитие и разом упрочнит позиции Темерии на политической карте.
Вот только история не терпит сослагательных наклонений и не прощает ошибок.

Вернон Роше застыл как вкопанный. В один миг он понял, что если не выполнит приказ, то его ждет казнь за измену. В случае же провала операции, если ему не посчастливиться остаться в живых, то его ждет казнь за убийство короля.
Всего лишь миг отделял эту по-летнему жаркую ночь от смерти.
- Ваше Величество, - начал Роше осторожно, - понимаете ли Вы, что мне не простят подобное? Что этот поступок не оценят Наталис и остальные главнокомандующие?
Он был всего в одном шаге от шибенницы. Роше уже чувствовал кислый запах пота и запекшейся на ступенях крови. Шея неприятно зачесалась, словно в предвкушении пеньковой петли.
- У Вашего Величества нет ни единого шанса вернуться из подобной заварушки живым.
Вернон не смел поднять взгляда.
Он знал, что ответит монарх. И знал, что королевские решения не оспаривают. Никогда.
Взгляд его застыл на перепачканных аэдирнской грязью сапогах. Бывшей аэдирнской, а ныне - ничейной. Густой. Глинистой.
В такой грязи вязли, мерзли, падали и погибали темерские солдаты.
И всё это во имя страшной и беспощадной войны.
- Сколько человек из своего отряда мне дозволено взять?
Вернон Роше поднял взор, встречаясь с глазами стальными и требовательными.
Им предстоит нелегкий путь. Долгий или короткий?
Одному небу известно.

+1

5

В этом был весь Роше. Один из немногих людей в окружении Фольтеста, он мог найти в себе смелость хотя бы попытаться возразить королю, а не изображать наигранный восторг от решения венценосца. Да только приказ короля оставался приказом, не терпящим обсуждения. И, благо, капитан это знал.
- Наталиса здесь нет, - жестко отрезал правитель Темерии, - в противном случае над проклятой крепостью уже вился бы черно-серебристый стяг. А раз его нет, то мне приходится поступать по собственному разумению. Думаешь, Вернон, я горю желанием умереть?
Мужчина фыркнул, скрещивая руки на груди и буравя капитана синих полосок раздраженно-снисходительным взглядом.
- Неужели, по твоему, я не понимаю, чем чревата эта затея? К чему приведет моя гибель? Адда просто не готова взвалить на себя столь тяжелую ношу, да её и не допустят до власти. А других наследников у меня нет. Сложи я голову под стенами Хагге, Темерию разорвут на части бешеные псы в Реданских, Каэдвенских и Нильфгаардских цветах. Но, скажи мне капитан, - на этих словах, король пронзил бойца требовательным взглядом, - у тебя есть другие идеи? Как ещё можно избежать людских потерь?
И Фольтест замолчал, прекрасно понимая, что ничего дельного Роше предложить не сможет. Бесспорно, капитан был на редкость умен и хитер, но ситуация, что сложилась на восточной границе Темерии, всё сводила лишь к двум вариантам: сумасшедшему риску, либо же к рекам крови.
- Впрочем, принимать тяжелые решения - моя работа, твоё дело - выполнять. А что до людей, - тут король неопределенно пожал плечами, вновь обращая всё своё внимание бумагам, - на твоё усмотрение. Но помни, мы должны проскользнуть в крепость незамеченными. И поторопись, мы должны управиться к рассвету. Мне уже осточертело состояние полнейшей неопределенности.

Хвала Мелитэле, Роше знал, когда спорить с королём бесполезно, а потому, оставшись в одиночестве, Фольтест обратил взгляд на стоявшие в темном углу шатра сундуки. Риск и без того велик, но проникнуть во вражескую крепость с короной на голове, да дорогими одеждами щеголяя - просто форменное безумие. А как раз таки безумцем он и не был, зато не раз и не два покидал Вызиму в обличии дворянина средней руки, с ролью и обликом коего сумел успешно свыкнуться. Инкогнито, по сути, можно раскрыть уже и в беседе с комендантом Хагге, но служить лакомой целью даже для самого нерасторопного аэдирнского бойца как-то не хотелось.

+2

6

Есть много на этом свете дурных вещей. И не спланированные операции, по мнению командира специального отряда входили в их число. Затея короля Фольтеста граничила с безумством, и если бы решение принималось коллективно, офицерским советом, то было бы отринуто. Даже не смотря на статус предложившего.
Никто не желает становиться самоубийцей. Тем более никто не желал, чтобы в такую затею ввязываться королевскую особу.
Фольтест был прав. Если он погибнет, то погибнет и Темерия: Адду – проклятое ещё до рождения дитя, никто не допустит до трона. Да и что способна сделать взбалмошная девчонка против матёрых политиков и интриганов?
Но если они останутся на месте, не решатся на это безумство, то Темерия погибнет с большей вероятностью. Хагге стратегический важна, и нильфгаардская армада не просто так не решилась брать штурмом её крепостные стены.
Из королевского шатра Роше вышел мрачнее тучи. Он даже кисло улыбнулся шуточке, которую отпустил Альберт, возвращая ему оружия.
- Эй, Роше! Ты улыбаешься что ли? Ты часом не заболел? Тебе к лекарю надо!
«Всем нам нужно к лекарю. Или к бутылке».

Он не решился. Не стал подставлять чужую шею под меч палача. Не стал тревожить Чижика, Тринадцатого, Силаса и Коротышку. Не стал будить спавшую Бьянку, уткнувшуюся носом в дублет специального отряда.
Прихватив оружие и оставив у койки шаперон, Роше, держа под уздцы двух гнедых трёхлеток, дожидался короля у ворот лагеря.
- Роше? – Ольдрен, командир ночной стражи недовольно забурчал. – Едрить меня, тебя без твоей хламиды и не признать! Куда на ночь глядя собрался, а?
- Дело государственной важности.
- Угу, - Ольдрен хмыкнул, - значитца так и запишем! Капитан Вернон Роше по ночам ездит в Аэдирн по блядям!
Вернон недобро прищурился.
- Помнишь, Ольдрен, как у тебя на днях два десятка бойцов ушли в самоволку, а потом вернулись, лыка не вязав? Помнишь, что им грозило? И что грозило их командиру?
Стражник посерел лицом.
- Ладно тебе, ладно! Разбушевался! Я же пошутил! Проходи давай, вон и товарищ твой подоспел.
Напоследок, когда ворота почти затворились, Ольдрен буркнул им вслед.
- Только возвращайтесь засветло. Мне проблемы не нужны.

- У нас не так много способов попасть внутрь. Стража на стенах не дремлет. Любой вход охраняется. Прокрасться без боя и не поднимая шум сможет разве что чародей.
Роше придержал уздцы, заставляя пойти гнедую шагом.
- Возможно, есть вариант с колодцем. Есть сведения об одном пересохшем за стенами.
Кобыла повела ушами. Роше насторожился, поглядывая в сторону придорожных зарослей.
Ничего. Почудилось.
- А ещё вариант с сортиром, но он чересчур дерьмовый.

+4

7

Удивительно, как легко стать невидимым для глаза простого солдата, стоит только снять корону и облачиться в потертую котту, накинутую поверх кольчуги. Безликой тенью, Фольтест в считанные минуты пересек спавший лагерь. Он не старался избегать костров ночной стражи, но никто и не думал окликнуть хмурого рыцаря, уверенно шедшего по своим, никому не ведомым делам. Солдаты привыкли к гонцам, что появлялись в лагере едва ли не каждый день и искренне полагали, что не стоит трогать незнакомца, коли охранявшая внешний периметр стража не бьёт тревогу, да и тот не суетится подозрительно. Невероятная легкомысленность, но сейчас оная была очень кстати.
Верный капитан сине-полосатых вояк уже ждал своего короля, держа под уздцы двух гнедых скакунов, да попутно пикируясь с командиром ночной стражи. Не мог бедолага жить со всеми в мире, но в остальном Вернону просто цены не было.
Король приблизился быстро, но сохраняя молчание, лишь на миг замер, не сумев скрыть удивления от того вида, что ему открылся. Роше и без своего знаменитого шаперона - воистину странные дела творились этой ночью. Но, время стремительно убегало, настаивая немедленно приступить к выполнению поставленной задачи. Кивком велев капитану выдвигаться, король вскочил в седло и, подхватив поводья, пустил лошадь быстрым шагом, спеша покинуть лагерь.

- Возможно? - лишь теперь, отъехав на приличное расстояние от ярко полыхавших костров стражи, можно было и заговорить. Хоть негромко, но не отказывая себе в этом небольшом удовольствии. - Вариант был бы неплох, если точно знать, что этот путь не перекрыт решетками, а под землей мы не наткнёмся на клятую страховидлу. Но, это ведь куда лучше, чем пролезать в крепость через нужник...
Необходимость необходимостью, а брести по горло в дерьме не хотелось. Да и какая слава пойдёт по Северу и Нильфгаарду о короле, что взял коменданта вражьей крепости за зад, словно утопец, вынырнув из сортира? Нет уж, привык темерец к слухам о своих хождениях по дамам, об эксцентричности и даже трусости (его решение не поддерживать Демавенда и Мэву дорого обошлось репутации), но на такое пойти он готов не был.
- Но я не удивлюсь, если наш аэдирнский друг знает об этом лазе и выставил там стражу. Ведь так и надлежит действовать любому, мало-мальски опытному офицеру. Просчитывать все возможности. - Фольтест покосился на капитана, мимоходом отмечая взвинченность сине-полосатого. И ободряюще хлопая того по плечу, благо лошади трусили бок о бок. - Спокойно, Роше, не видать тебе шибеницы за убийство короля. Если уж и погибнем, то оба. Впрочем, рано о смерти думать, у меня ещё вопросов нерешенных изрядно, да и об Адде кто заботиться будет? Давай, показывай свой колодец, если комендант Хагге - упертый идиот, то надеюсь, это проявляется во всём.

+5

8

На что они надеются? Во что они верят? Разве стоит полагаться на то, что старый лис допустит промашку, что в его нору ведет ход, о котором уже давным-давно позабыли?
Вернон Роше не верил в удачу, но верил в здравый смысл, логику и преждевременное планирование. Разумеется, ни одна операция не идет по плану, следуя от пункта к пункту. Но прежде чем лезть в пасть к волку, то лучше знать, сколько у него там зубов. Легче, разумеется, не станет, но и хуже явно не будет.
Конечно же, вариант с сортиром был лучше. Хотя бы тем, что перекрыть все входы и выходы канализации крепости, построенной на остове древнего эльфского города, было проблематично. С другой стороны опыт подсказывал Роше, что в тех казематах и коридорах могло поджидать зло куда более ненасытное, чем солдаты из осажденного гарнизона.
Поэтому пришлось повиноваться королевскому приказу, ставя на кон не только собственную жизнь, но и имя. А разве о последнем стоит горевать выродку без рода и племени?

Он прознал об этом лазе недавно. Стоило лишь надавить где следует, посулить нужное, и вот уже кметы из предместий охотно вывалили сведения о скудном урожае, засухах и пересохшем колодце.
Вероятно, где-то обмелела река, питавшая рукав водою, и по подсчетам Вернона, они направлялись в нужное место.
- Если нам предстоит бой, то держитесь позади меня, Ваше Величество. Я больше привык убивать, чем говорить, и если уж доберутся до Вашего Величества, то будут весьма уставшими и готовыми к переговорам.
Утешение было слабым.
Сложить голову во имя великой цели, погибнуть, защищая короля - чем не славная кончина для любого патриота?
Вот только пожить хотелось. Безумно хотелось.
Добравшись до берега, Роше спешился. Благоразумно не стал предлагать руки королю, зная, как тот реагирует на подобное. Поведя кобылу под уздцы и внимательно поглядывая на водную гладь, Роше то и дело оглядывался, стараясь при тусклом свете умирающей луны увидать хоть что-то средь зарослей камышей.
Неожиданно, где-то совсем рядом булькнуло. Ещё. Ещё раз. Вернон предусмотрительно накрыл рукоять кинжала ладонью, присмотрелся к реке.
И вот, рассекая спящую речную гладь, на поверхности показался зелёно-синий силуэт, мертвенно-бледный при лунном свете. Утопец, выйдя на отмель, выпучил блеклые глаза, отупело раскрыл пасть, словно вспоротую в уродливой башке острым лезвием. Кобыла захрапела, подалсь в сторону, и если бы не Роше, державший крепко, пустилась бы вскачь - подальше от страшного места.
Утопец булькнул. Сделал шаг назад, а затем, опрокинувшись навзничь, стремительно поплыл, широко загребая лапищами.
Остановился он лишь у камышей, развидая заросли, булькая о чём-то своем. А затем пропал: лишь слышалось шлепанье мокрых лап о каменистый пол пещеры.
- Нашёл, - прошептал Вернон, - этот говнюк нашел нам вход.

+1

9

Роше не был бы собой, не будь он готов умереть за своего короля. Верный цепной пёс, прекрасно умеющий рвать чужие глотки, до последнего вздоха защищая своего хозяина - Вернон не скрывал этого. И Фольтест не гнушался использовать его, отправляя капитана специального отряда на задания, считавшиеся воистину самоубийственными. А тот не только выполнял поставленные перед ним задачи с блеском, но и возвращался живым. Каждый раз. И оставался верен своему королю. Не смотря ни на что. Вот только долго это продолжаться просто не могло, смертны даже ведьмаки и чародеи, что уж говорить о простом, пусть и удачливом, солдате.
Темерец, прищурившись, задумчиво глянул на командира синих полосок. Пронзил взглядом, словно оценивая, после чего усмехнулся, качнул головой.
- Если нам предстоит бой, Вернон Роше, тебе не придётся драться одному, - парировал Фольтест, не демонстрируя этими словами ни напускной отваги, ни дешевой бравады. Он просто ставил капитана перед фактом, совершенно не интересуясь мнением самого Роше.
Король Темерии был из числа тех монархов, что не боялись драться с врагом, часто превосходящим по численности. И делали они это не ради дешевой славы, долго в памяти людей и нелюдей не удерживавшейся, но для своей страны. Они проливали кровь и часто погибали, но в то же время и вершили историю, подчас волею своей и собственным примером помогая солдатам вершить невозможное. Хотя, на такое безумие, что задумал в эту ночь Фольтест, ещё никто не соглашался.
- Но, постараемся избежать ненужного кровопролития, - подытожил сын Меделла, замолкая и переключая всё внимание не на отстраненные беседы с сине-полосатым, но на дорогу. Которая могла преподнести  немало сюрпризов, вероятнее всего не самых приятных.
Близость Темерского лагеря, как и, собственно, осаждаемой крепости, лишь усугубляли положение дел на том узком перешейке, что разделял две противоборствующих стороны. Легко было наткнуться здесь и на дезертира, с обеих, к тому же, сторон, и на страховидлу какую, военным лагерем приманенную. А можно было и просто сгинуть, то причин никто не найдёт.
До берега доехали в молчании, за что Фольтест капитану был благодарен особо. Тот, зная о расположении к нему монарха, никогда не переступал черту между верным служакой, которому, правда, позволено чуть больше, чем остальным и наглецом, напрашивающимся на панибратство. Хотя, позволь себе Вернон последнее - болтался бы на шибенице.
Стоило спешиться, как сапоги короля глубоко увязли в прибрежной грязи, лишний раз заставив задуматься об участи простого солдата, вынужденного порой день и ночь, по колено в вязкой жиже маршировать. Но да каждому своё, а Фольтесту - да, вновь приходилось быть благодарным бестии, случайным ведьмаком не зарубленной. Вот ведь как Боги то смеются иной раз, то стрыга невольно поможет на чистую воду советника вывести, то утопец дорогу покажет.
- Ну, так вперед, - тихо ответил король, хоть и не горя желанием в темные лазы к тварям всяким соваться, да понимая, что время дорого и убегает слишком уж стремительно. - Лошадей оставляем и в путь. Ночь глухая, может проскользнем незамеченными. И, поменьше смертей, Роше. Ненужных, по крайней мере. Мне этой крепостью еще править, а в этом деле ненависть людская плохое подспорье сослужит. Знаешь хоть примерно, куда лаз ведет? Где колодец чертов в крепости расположен?
Впрочем, не только это беспокоило Фольтеста, но и скрывшийся во тьме утопец. И, для собственного успокоения, король положил руку на потертое огольвье полуторного меча, коим владел весьма неплохо. Не серебро, конечно, но любого желающего располосует так, что ни одна жричка Мелитэле уж помочь не может.

+1

10

Есть четкая грань между знатным господином и солдатом. И тот, кто её не замечал, рано или поздно на собственной шкуре ощущал удар судьбы: то ли в виде палок, лупивших по босым пяткам, то ли в виде петли на шее.
Вернон Роше эту грань знал и прекрасно понимал свое место, не заигрывая панибратством с господарем всея Темерии и многих земель, находящихся под протекторатом королевства Серебряных Лилий. А Его Величество, в свою очередь, не позволял своему солдату даже на миг задуматься о каком-то призрачном равенстве.
Они были разными. Не просто из других сословий - из других миров. Нет, это не значило, что Его Величество не знал о простой солдатской жизни, не знавал никогда пения стали, охочей до крови. Это не значило, что Вернон Роше не знал мягкой кровати или горячей бани. Нет.
Они смотрели на мир и вещи по-другому. Один рисковал головой, пускался в невероятные авантюры, ставя на кон всё. А второй лишь выполнял приказ, зная, что делает это лучше всего в своей скупой на радужные моменты жизни.
Роше щелкнул застежкой чересседельной сумки, отстегивая заплечную котомку. Приладив её на спину, командир специального накинул поводья королевской кобылы на луку своего седла.
- Моя лошадь не даст ей пропасть ночью, - пояснил капитан, погладив гнедую по морде. - Она способна добраться в лагерь даже без всадника.
Говорить о том, что им лошади не понадобятся в любом случае, Роше не стал. Ведь зачем расстраивать Его Величество и говорить, что покойникам уже ничего не нужно в этом свете.
В последний раз пройдясь рукой по стрелке и глянув кобыле в глаза, Вернон отступил в сторону, закатывая рукава и поправляя меч.
- Там брод, - кивнул он в сторону пещеры, в которой скрылся утопец. - Держитесь позади, Ваше Величество.

И он вступил в реку.
Холодная вода беззаботно налилась в сапоги, ноги стали тяжелыми, а мысли - чистыми, стремительными. Усталость и сон сняло как рукой.
Роше стиснул зубы, пошел вперед, прислушиваясь к звукам и всё время держа руку на оголовье меча.
Он не был ведьмаком, не знал, как бороться с мантихорой, архиспорой или кокатриксом, не смог бы отличить гуля от альгуля, да и гуля в своей жизни видал лишь пару раз, из которых ни один не желал вспоминать. Но Вернон Роше знал, что если кому-то отрубить голову, то этот кто-то станет либо немножко мертвым, либо еще капельку злее.

До пещеры они добрались без приключений.
Роше молчал, и только извлекая из котомки припасенные факелы и чиркая огнивом, наконец признался.
- Я не знаю план замка, Ваше Величество. Тем более мне не ведомо точно, куда идет этот лаз. Но другого выбора у нас нет. Разве только повернуть назад.
Свет факелов плясал тенями на стенах и лице командира специального отряда.
- Только выйдет, что мы зря помочили ноги.
Протянув один из факелов Фольтесту, капитан осторожно пошел вперед, оставаясь всё время начеку.

+2

11

И всё таки капитан специального отряда Вернон Роше был на какую-то толику, но ближе к Фольтесту, нежели сотни офицеров Темерской армии. Именно по этому признание сине-полосатого о том, что ему неизвестен план вражеской ныне крепости, не так уж и давно, если подумать, отошедшей Аэдирну, вызвал у короля лишь хмурый взгляд, обращенный в затылок наглеца. Другой бы давно лишился головы за преступную неосведомленность вкупе с явным саботажем монарших планов. Но не Роше, нет. Ему надо было проштрафиться сильнее, чтобы Фольтест пустил в ход меч или, на худой конец, приказ об аресте капитана.
- Чтоб тебя, Роше, с огнём играешь, - процедил темерец, напрочь игнорируя столь досадное неудобство, как набравшие ледяной воды сапоги. - В моём окружении и без того ворчат, что я слишком многое тебе спускаю, потому, не испытывай пределов моего терпения и расположения к тебе.
Впрочем, угроза угрозой, а протянутый капитаном факел Фольтест взял, не побрезговал хоть какой-то работы. Не из тех он был неженок, что предпочитали проживать жизнь в максимальном комфорте, при необходимости не боялся рук измарать, что в крови, что в грязи. Тут же - ерунда сущая, факел нести. Вдвоём они и самые темные закоулки старого лаза осветят, да и достойный отпор всякой твари при случае дать смогут.

Они шли вперед, следуя неровному, прорубленному в скале ходу и неверное пламя факелов выхватывало то острые каменные выступы, то пробившиеся сквозь трещины низкого свода, корни неведомых растений. Угнетающая картина, заставлявшая и прежде не самого болтливого человека, каким слыл сын Меделла, вовсе сохранять подобающее молчание. Лишь шуршал мелкий камень под тяжелыми сапогами темерцев, да потрескивало пламя, освещающее им путь. Ну и невнятные звуки, не то бульканье, не то говор какой, доносилось словно бы издалека. Какая тварь скрывалась за этим - думать не хотелось.
Мгновения сливались в минуты, а те тянулись вязкими часами. Фольтест уже потерял счёт времени, внимательно осматриваясь по сторонам, да стараясь не отставать от Роше. Что-то в этом ходе не давало ему покоя, словно зудела в самом потаенном уголке его сознания крохотная, нет, не мысль, неверная догадка. Не так уж и прост был этот проклятый колодец, пересохший не пойми когда. И, как скакало пламя по грубым стенам, далеко не везде отшлифованным водой, так и услужливая память темерского короля подкидывала ему одно воспоминание за другим, всё дальше к детству относящимся. К тем далеким временам, вспоминать которые он очень уж не любил. Но которые и таили в себе нужный мужчине ответ.
Наконец, блеснувший долгожданной догадкой, заставившей Фольтеста замедлить шаг, да тихо выругаться.
- Холера, - в сердцах, хоть и стараясь не шуметь особо, бросил он, проводя рукой в плотной перчатке по невысокому своду. - Ставлю на то, что этот колодец пересох ещё задолго до рождения моего отца, а то и деда. Подчиняясь воле человека он пересох. И, если я не ошибаюсь, ведет этот лаз в самое сердце Хагге. В подвалы под резиденцией коменданта крепости. Отец как-то рассказывал, что подобные тайные ходы раньше проектировали во многих старых крепостях и старались избегать даже малейшего о них упоминания. Не для простого солдата они строились, но для командования и знатных хозяев замков, на случай тайного бегства из осажденного врагом дома. И знаешь, Вернон, этот ход явно забыт, иначе не шлялись бы тут утопцы спокойно, но нанял бы комендант ведьмаков на их уничтожение.
И, выговорившись, да уже на сей раз со спокойной душой замолчал Фольтест. Ведь если он не ошибался, то теперь уж точно знал, куда этот лаз их выведет.

+2

12

Игра с огнем... о, нет, не только Вернон Роше играл в эту занимательную игру.
Рискуя собственной шкурой, он просто-напросто не мог отказать королю. Стал бы Фольтест слушать какого-то капитана? Тот самый Фольтест, что, чуть вздумай, отказывался от советов опытного уважаемого Наталиса, посылал портреты сватанных ему принцесс и королев в нужник, а придворных держал в строгом теле по одному приказу?
Скорее всего, если бы Вернон Роше отказался от этой авантюры, уже завтра бы специальный отряд Темерии был распущен, а его командир отправился бы на махакамские рудники - трудиться во славу великой Темерии и выхаркивать рудную пыль вместе с легкими.
Ведь, кажется, именно так поступают с теми, кто посмел ослушаться королевского приказа?
Они шли, и по пути им не встретились ни утопцы, ни водяные бабы, ни какая-то другая хрень. Но это не мешало Роше оставаться настороже.
Чутье и опыт подсказывали, что чем дальше они зайдут, тем большая опасность их может поджидать впереди. Да и кто их уверил, что захваченный в одних подштанниках комендант не кликнет стражу и не продаст их поутру Нильфгаарду, обеспечив себе титул бургомистра и пару наделов земли в придачу?
Оставалось надеяться на стратегический гений короля. А Роше же, в свою очередь, должен был этот самый гений донести до покоев коменданта.
- Надеюсь, что они не забыли оставить тут лестницу, - Вернон кисло улыбнулся. - И не заперли решетку.
Здесь, в сырой пещере, по задницу мокрый, не выспавшийся и злой, Роше впервые за долгое время мечтал об отдыхе. Но то было мимолетное, испуганное желание, которое капитан поспешно прогнал, решительно идя вперёд.

Выход оказался не так далеко, и, как и говорил король, оказался позабыт. Позабыт настолько, что снятая с петель дверь, своим скрипом могла разбудить Эмгыра в столице южной империи. Но на звук никто не явился.
Вспотевший и сорвавший пару мозолей Роше отер пот со лба.
Дышать стало легче, на них не давили стены подземелий, но чувство тревоги усилилось.
Теперь они вдвоем против целого гарнизона солдат.
Туже затянув ремни и поправив заплечный мешок, Вернон коротким жестом посоветовал королю сделать то же самое.
Не стоит им лишний раз бряцать оружием.
- Я пойду первым, Ваше Величество, - шепнул Роше спокойно. - Подниму руку вот так - остановитесь и молчите. Что бы не случилось, что бы не произошло. Махну - тогда идем. Старайтесь держаться тени, и у нас будет шанс проскочить. Если, конечно, среди них не завелся ведьмак.

+2

13

И всё было хорошо в Роше, но чувство юмора у капитана явно хромало, что та недобитая кляча, да и просыпалось слишком уж не вовремя. И кислая улыбка Вернона да сопровождавшие оную то ли язвительные комментарии, то ли попытка пошутить, вызвали у темерского короля лишь приступ раздражения. И стойкое желание напрочь отбить у сине-полосатого желание шутить.
- А еще они уже подготовили темерский флаг и ждут нас с хлебом и вином, - процедил Фольтест. - Мечтать не вредно.
Но, всё по порядку, сначала надо было довести начатое до ума и не только убедить коменданта Хагге капитулировать, присягнув на верность серебряным лилиям, но и вернуться в лагерь живым. Задачка та ещё, но если король не может отстоять интересы своей страны, тогда на кой он сдался подданным? Крестьяне говорили, что рыба гниёт с головы и это выражение, простое, но до зубовного скрежета справедливое, нет-нет, да и кололо где-то глубоко в сознании Фольтеста, заставляя его все помыслы направлять на благо Темерии.
И вновь пригодилась наука, вбитая в его голову старым Меделлом да подобранными им учителями. Прав оказался Фольтест, когда мрачный проход, прорубленный под старой крепостью, уперся всё-таки в мощную, но знатно проржавевшую решетку с не менее проржавевшей дверью. Такая служила караульным лучшим, нежели самый горластый и внимательный солдат. По крайней мере отчаянный скрип, сопровождавший манипуляции Роше с петлями и замком, поднял бы на ноги и мертвого, но тем удивительнее была тишина и полнейшее отсутствие тревоги. Либо дело дрянь, решил Фольтест, либо они добровольно направляются в капкан, который вот-вот захлопнется. Впрочем и выбора то не было, либо поворачивать назад и признавать позорное поражение, которое неизбежно приведет к гибели сотен солдат, либо плевать на доводы разума и идти вперед. Разумеется, рассматривался только второй вариант и, покладисто выполнив веление Вернона (тут спорить было глупо, Роше прекрасно знал своё дело и диверсантом был в разы более опытным, нежели его король), небритый и чертовски злой, темерец двинулся следом.
Они держались тени, крались как преступники, боявшиеся разоблачения. Нервы короля были напряжены до предела, а потому едва ли не каждый шорох он воспринимал как угрозу, ловушку, засаду. И каждый раз, схватившись за рукоять меча, недоумевал, отчего медлит Роше. А тот, зная своё дело, явно не суетился без надобности. И этим вселял в душу Фольтеста уверенность, они непременно доберутся до коменданта, а там уж дело за малым - убедить мерзавца присягнуть на верность.

+3

14

Как убедить человека предать собственные принципы и идеалы? Отказаться от собственных слов, ставя на кон не только свою собственную, но и десятки тысяч других жизней? На что надеялся светлый гений короля Фольтеста из Темерии, когда он полез геройствовать в осажденную крепость, пробираясь к цели по колено в воде?
Их ждет погибель, а вероятность на успех критически мала. Их ждет страшная, мучительная смерть в когтях неприятеля. И у них один лишь шанс из ста.
Но ради него стоило попытаться.

Они старались быть как можно тише. Получалось с переменным успехом. Например, Вернон был уверен, что выдай ему скрипучую телегу с беспокойными мулами, то он бы провел их гораздо тише. Каждый скрип под подошвами отзывался набатом. Каждый вздох и удар сердца грозили раскрыть их положение.
Пару раз Вернон предусмотрительно поднимал руку, и тогда они укрывались в тени, глядя в спины проходящим мимо караульным.
Ноги затекли. Ныли руки. Горело пересохшее горло. Но Роше терпел, и удача была на их стороне.
Жаль, что только, что её благость короче, чем юбка у шлюхи.
В одном из коридоров их накрыли.
Двое стражник преградили им путь спереди.
Еще пара - сзади.
- Стой! Кто идёт?!
Вопрос был лишь частью дурацкого спектакля: стражники прекрасно понимали, кто перед ними.
- Бросайте оружие, петушки темерские!
Один из тех, кто был сзади, подобострастно заржал.
- Ну же! А не то худо будет!
Роше скрипнул зубами.
Бряцнула сталь, скользнув по ножнам, свет факелов выхватил лезвие мечей.
- Сдохнуть не терпится? - сухо поинтересовался командир специального отряда. - Так подходи, песья морда! Я твои желания так удовлетворю, что мало не покажется!
- Бросай оружие, идиот! - послышался из-за спин стражников до боли знакомый, скрипучий голос. - Бросай, сука!
Стражники расступились, пропуская вперед худощавую лысую фигуру. Знакомую и ненавистную одновременно, особенно в этот час.
- Так-так, кто у нас здесь? - Талер прищурился, вглядываясь в полумрак. - Вернон, сука, Роше! Личный пёс Его Величества! И какой-то придурок рядом! Ну, бросайте оружие, олухи! Бросайте и его милость комендант сохранит вам жизнь!
Роше застыл, непонимающе глядя на шефа темерской разведки.
Откуда Талер оказался здесь, в цветах Хагге? Как быстро переметнулся на сторону неприятеля? Знал ли об этом что-нибудь король?
Шпион, подбоченившись, усмехнулся.
- Что стоишь, словно хер проглотил?
Вернон стиснул зубы. Талер не мог не узнать короля. Даже в подобных условиях. А значит... будь что будет.
- Твоя взяла.
Меч и кинжал отлетели в сторону.
- Вот и славно!
- Командир, какие будут указания?
- Да какие... взять их! Но не калечить! В верхнюю камеру их, но не допрашивать! Сам займусь.

+2

15

Говорят, храбрецам сами Боги велели совершать подвиги, кажущиеся чудом ля простых смертных. Да только брешут по незнанию. Не подвигами попахивает неосторожная храбрость, но безвременной кончиной. Которая в планы Фольтеста совершенно не входила. Хотя, именно в шаге от подобной и замер король Темерии, хмуро следя за стражниками, зашедшими им с тыла. Откровенно хреновый расклад, двое на одного короля и двое же, на его охранника, правда Роше был воином опытным, да и сам Фольтест умел мечом помахать, может и сумели бы отбиться (хоть и привлекли бы шумом только больше стражи крепости), но судьба распорядилась иначе.
Темерец развернулся вполоборота, бросая напряженный взгляд на обладателя насмешливого голоса и богатого бранного лексикона. Талера трудно было не узнать, несмотря на цвета Аэдирна и беспрекословное выполнение его приказов защитниками Хагге. И уж точно глупостью можно было назвать попытку броситься в бой. Теперь уже не время, раз попались страже, то и действовать надлежит хитростью, благо в шефе своей разведки сын Меделла не усомнился ни на миг, что бы не задумал старый хитрец, но тот факт, что он не подал виду, узнав Фольтеста, говорил о многом. Хотя за придурка бы велеть высечь наглеца, но бесполезное же дело. Талера не перевоспитать, не научить изъясняться без брани.
- Капитан?! - король подбавил в голос возмущения и непонимания, словно бы удивляясь бездействию своего "командира", но пусть и с явной неохотой, да последовал примеру Роше. Недовольно бранясь сквозь зубы, отцепил ножны с мечом, швыряя их ликовавшим аэдирнцам. Но то были лишь внешние проявления недоуменного недовольства приказами старших. В душе темерец испытывал легкое любопытство, желая узнать наконец, какие коррективы внесет в его план Талер. А уж в том, что хитрый мерзавец уже знает, что делать с попавшими в его сети вражьими "шпионами-диверсантами", сомневаться не приходилось.
- А-а, холера, чтоб вас... - сплюнул зло Фольтест, позволяя без лишних проблем для удачливой стражи отконвоировать себя в указанную Талером камеру. Иных бесед кроме редкой брани он не вёл, не положено то было простому солдату, пусть и подчинявшемуся Вернону Роше (в рядах чьего отряда явно дисциплина хромала на обе ноги). Но, лишь оказавшись за надежной решеткой, от души приложил ту сапогом. И поморщился, прихрамывая к дальней стене.
Говорить что-то было опасно, лишь с приходом Талера король мог понять, насколько они сейчас в безопасности. Да только взгляд мужчины нет-нет, да выдавал заинтересованное веселье.
"Вот ведь Талер, старый чёрт, быстро он стражу к рукам прибрал. Да, ценный служака, хотя и заставляет понервничать, гадая, не предал ли он корону. Но хитрец, хитрец... не зря жалование получает и немалое, хоть и не взглянешь порой на его наряд без слез омерзения".
Время стремительно убегало, ночь была в самом разгаре, а это совершенно не радовало Фольтеста. Он то планировал подчинить крепость до рассвета, в противном случае - не хотелось даже думать о панике, когда обнаружится отсутствие в лагере короля. Но, благо, шеф Темерской разведки не заставил себя ждать.

+2

16

У них не было шансов выйти из этого боя победителями. Каким бы прекрасных фехтовальщиком не был Фольтест, каким бы опытным бойцом не оказался Роше - против целого гарнизона, поднятого по тревоге, им было не выстоять. И когда, казалось, весь мир обернулся против короля и командира специального отряда, озорная девчонка Удача, сверкая голыми бедрами, бесстыдно прикрытыми коротеньким платьицем, смилостивилась над ними, послав на выручку человека, которого Вернон даже не думал здесь увидеть.
Или же не на выручку?
Обращались с пленными достойно. По крайней мере, не стали сразу бить, не окатили помоями, не раздели донага. А значит жить можно - солдатня в местном гарнизоне еще не озлобилась настолько, чтобы резать соседа-темерца и днем, и ночью.
"Хорошо, - подумал Роше, - как хорошо, что мы не делали всё то, к чему не постеснялись прибегнуть в Махакаме. Как хорошо, что ни генералы, ни сам король не отдали приказ калечить и запугивать местных солдат, уповая на мощь и непобедимость армии Серебряных Лилий. Иначе бы нам не помог ни Талер, ни даже сам пророк Лебеда!"
- Не садитесь на солому, - предупредил Роше короля. - Подождем допроса. Эй, любезный! Нам бы поговорить с комендантом!
- А ну-ка пасть захлопни, сука! - буркнул стражник. - А то я тебя рогатиной через решетку ткну! Бушь мне тут брехать еще!
"Ясно, договориться не выйдет. Остаётся ждать Талера и надеяться, что этот вшивый хер нас не продал".
- Неожиданные бывают встречи, правда? - капитан скривился, разглядывая позеленевшую от плесени решётку. - Я бы даже сказал, подозрительно неожиданные. Я бы вот никогда не подумал, что такая встреча может произойти в такой день.
Кривая усмешка, вспоровшая губы Вернона, погасла вместе с шагами, послышавшимися в коридоре. Опоздав всего на пару мгновений, вслед за ними послышалась знакомая до дрожи скрипучая ругань.
- Не кормил? Не поил? Ах, сука, ты такой потешный! Вольно, солдат! Да не урони ты свою дубину! Уронил? Ничего, поднимай!
Неожиданно, раздался глухой удар. Затем что-то грузно упало на пол. Бряцнул покатившийся по полу цервельер. Талер, выглянувший из-за угла, был хмурым и злым, словно утопец, у которого отобрали полуразложившийся труп утонувшего мальчонки, которым чудище хотело полакомиться.
- Каким придурком нужно быть, чтобы полезть в одиночку в осажденную крепость? Ты стал яйцами думать, Роше? Или решил, что у нас тут бабы, колбасы, пиво рекой, а? Кретин!
Бряцая ключами, шеф темерской разведки подошел ближе.
- Ваше Величество! Под видом конвоира я устрою аудиенцию с комендантом. Тот уже разбужен и в курсе, что утром в стенах замка был пойман командир специального отряда. Пока засранец не продрал глаза и не вздумал явиться сюда сам, сыграем на опережение. За дверью двое солдат - мои люди. А вот остальные - нет, так что действовать будем по обстоятельствам. Запомните, вы - пленники. Пленники, блядь, Роше! Если ты, капитан, попробуешь выкинуть какой-то один из своих ебучих фортелей, то я лично пришью тебя, понял? Кивни. Молодец.
Талер повернул ключ несколько раз, потом откинул засов.
- Вперёд, к свободе.

+1