Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » "Сколько ещё чародеев я должен сожрать сегодня?"


"Сколько ещё чародеев я должен сожрать сегодня?"

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Время: Осенний вечер 26 сентября, 1248 года.
Место: Поместье где-то в лесах Каэдвена.
Действующие лица: Хельбрам, Сабрина
Описание: По "счастливому" стечению обстоятельств, не иначе, могущественная чародейка по имени Сабрина Глевиссиг из Ард Каррайга, решила нанести одному чародею визит прямиком в его огромное поместье. Вот только знала ли она, что хозяина здешних мест буквально недавно превратили фарш и уже как без пяти минут довольно переваривают?

+1

2

Знаешь, я всегда кое-что невольно замечал за тобой, даже сидя в клетке. – Порыкивающий голос глухим эхом отдавался от стенок вместительного помещения, погружённого в полумрак и освещаемого всего лишь парочкой факелов. – Ну… знаешь… Как это бывает?.. Ты пытаешься набить себе цену не своими действиями, а своим позё… позёрством, забивая своё… — Периодически запинаясь, он словно старался подобрать нужные слова, пускай и выходило это из рук вон плохо. Мужчина банально терялся, поскольку не мог полноценно донести собственную мысль из-за нахлёстывающего волнения. – Своё окружение всякими кретинами и уродцами… Когда ты один такой правильный, а все вокруг никто. Просто черви. Так ведь говорят, верно? Я прав? Да… — Где-то на фоне можно было различить едва уловимое, приглушённое мужское блеяние, и звук затачиваемого железа. – Я был твоим уродцем. Твоей глупой собачкой, господин. Когда смотрел на мою тупую, волчью морду, ты всегда улыбался, господин. Потому ч… что… Ох, я не могу унять дрожь!.. Ты тоже это чувствуешь?! Это волнение! – Неловкое пыхтение сменяется внезапной радостью, что тотчас глохнет под градом упорной подготовки к продолжению творящегося безумия. – Мы наконец-то поменялись местами. Ты же рад?.. – В ответ глухая тишина и томительная пауза. – Тьфу. – Смачный плевок в сторону, и вот «работа» продолжается. – Ты всегда был таким. Таким… Таким… — Обстановка нагнетается. Воздух заполняет постепенно нарастающий рык. – Таким… таким умнее?.. Чёрт возьми, нет, НЕТ, ВСЁ НЕ ТАК!

Недовольный крик. Пронзительный, дикий, плавно переходящий в рёв чудовища. Хельбрам пришёл в неистовство и принялся громить всё вокруг. Сперва над его «господином» пролетел хлипкий, деревянный столик, разлетевшись в щепки о противоположную стену. Затем, туда же отправился точильный камень и прочая утварь, до коей в вспышке гнева умудрился добраться обезумевший волколак.

Прости… Прости, господин… — Тяжёлая отдышка. Парой шагов здоровенный бугай сокращает дистанцию с пыточным столом. По строению тот, к слову, несколько отличался от привычного стола для еды – крепкий, со стальным вкраплениями, имеющий множество аккуратно приделанных, кожаных ремешков и специальные выемки куда по задумке стекала вся жидкость. Снизу же стояла вместительная бадья, уже вымазанная в свежей крови. – У нас не так много времени, а я тут срываюсь… — Грубая, когтистая ладонь скользнула по изнеженной, бледной щеке бедолаги, прикованном ко столу, от чего тот немедля сжался. – Тише, тише. Не напрягайся. Раны вновь открылись.

Местечко, в коем происходило сие действо, представляло собой огромный подвал, обставленный в лучших традициях пыточных камер. Множество самых разнообразных «устройств», большую часть из которых Хельбрам в своё время испытал на собственной шкуре, многочисленные ножи, топоры и прочие инструменты для вскрытия человечьей и нечеловечьей плоти. В сыром воздухе витал стойкий запах металла – отчасти благодаря орудиям пыток, отчасти благодаря крови, что уже успела впитаться в стены этого проклятого места. Здесь же находились вместительные клетки, что наталкивало на мысль о двойственном назначении подвала – место для пыток и темница по совместительству.

Солнечному свету сюда ход был закрыт, и посему, присутствующие могли лишь догадываться о том, день иль ночь сейчас на дворе. Для Хельбрама по ощущениям всё пронеслось в мгновение ока, так увлечён он был своим делом. Для его жертвы и бывшего хозяина же наверняка минула целая вечность. Кто бы мог подумать, что в одночасье всё так круто изменится? Ещё недавно эта волосатая, неблагодарная тварь перевязывала его раны, а сейчас же отрывает от него кусочек за кусочком. От бессилия, гнева и страха хотелось выть, кричать, что есть мочи. Но не было ни возможности, ни сил. Добротный кляп во рту пресекал любые попытки позвать на помощь, прочитать заклинание или же откусить собственный язык, затёкшие руки не могли сложить даже простейший, магический знак. А наркотики и различные зелья, призванные унять боль, и заодно продлить жизнь жертвы, неумолимо затуманивали разум. Волколак предусмотрел абсолютно всё. Видимо давненько уже готовился к этому дню.

Продолжим! – Клыкастая ухмылка. Просторная и простая одежда страхолюдины была вымазана в крови. В своей огромной руке он сжимал тончайший нож, выточенный буквально секунду назад им же самим. Выточенный, впрочем, весьма посредственно и небрежно. Опыта в таковых делах у него практически не было. – Надеюсь, ты готов? – Остриё ножа вспарывает кожу, вырисовывая на оной неровный прямоугольник небольших размеров. Зубы чародея стиснулись, треща от напряжения. Ровно, как и его конечности. Это была его однажды любимая, и теперь самая ненавистная пытка – срезание слоёв кожи с последующим оголением мышц. Хельбрам делал это в разы хуже и весьма грубо, несмотря на частую практику. Его руки слегка потрясывало, а по безумному, небритому лицу от напряжения скатывались капельки пота. Ему настолько нравилось всё это, что оборотень невольно заводился, чувствуя подступающее возбуждение. Надо будет трахнуть уже наконец кого-нибудь. С последней «случки» прошёл не один месяц – аморальный чародей не редко отдавал на «растерзание» своему зверю всяческих простолюдинок и отловленных проституток. Зачем? Ради опытов, конечно же. Ради возможности узреть, что родиться в итоге, а также, само собой, утоления своих извращённых вкусов.

Безусловно, никто не будет скучать по нему. И многие наверняка бы сказали Хельбраму спасибо, узнай, что именно он стал палачом этой прогнившей твари. Вот только самому волколаку было на это наплевать. Отделяя кожу от мышц, а мышцы от костей, смеясь, словно ребёнок, и гневаясь, подобно безумцу, коим тот и являлась, он делал всё это лишь ради себя одного. Холодная, словно кровь в той бадье, месть была сладка на вкус. И он старался растянуть этот момент как можно дольше. Благо, чародей обучил своего ручного пса некоторым премудростям длительных пыток. Поведал, какие зелья из того, что присутствовало в местных запасах стоило использовать. Такая возможность представляется лишь однажды и вряд ли он когда-нибудь раздобудет столь ценные инструменты и ингредиенты собственными силами.

Разговоры не утихали ни на секунду, а алые капельки крови продолжили смешиваться с испариной чародея, вырисовывая на его коже причудливые узоры. Отсечём здесь, вырежем там. Кусочек за кусочком. Палец за пальцем. Пока жалобные стоны не утихнут окончательно, пока дрожь не смениться трупным окоченением. А волколак этого даже не заметит, продолжив свой нескончаемый трёп. Трёп о своей жизни, о планах, о вкусе мяса. О всём, чём угодно.

Господин?.. – К тому моменту, когда оборотень очнулся от кровавого забытья, его «игрушка», прикованная к пыточному столу, уже слабо напоминала человека. – Ах, ты уснул… Тогда… Ты же не против, верно, господин?.. Я слегка проголодался… Ведь ты так давно меня не кормил, господин…

Хихиканье и последующее чавканье.

М-м-м! Не думал, что ты такой вкусный! - Волколак не спешил покидать стены подвала, слишком увлечённый трапезой.

+2

3

Сабрина услышала о стычке, в которую вляпался ее старый знакомый. Она ведь его предупреждала, что это несколько большем, чем он может проглотить. Но разве он когда-нибудь ее слушал? Впрочем, чародейка нисколько не обижалась, было приятно смотреть, как он раз за разом наступает на все новые и новые грабли. Было в этом некое удовольствие, даже если он делал что-то, чем вредил чародейке. Чаще опосредованно, потому что она умела принимать меры предосторожности. Как он держал опасных зверей у себя в подвале,  то сам был не более чем опасным зверем для нее. О дружбе здесь не шла речь, разве что магики были любовниками время от времени, его садисткие наклонности были... интересны. Все заключалось большей частью во взаимовыгодном сотрудничестве, в котором Сабрина делала вид, что оно больше выгодно ему, чем ей.
Однако, терять его и вправду было неприятно. Поэтому Глевиссиг и отправилась на выручку, стоило ей узнать  о его затруднениях. И если уж не удастся спасти, то хотя бы присвоить себе все секреты прежде, чем Капитул очухается и пошлет бригаду чародеев-остолопов, которые большую часть уничтожат просто из страха. Нет уж, этому не бывать.
Внутри поместья ничего не было. Слуг чародей держал редко, опасался, что те попробуют украсть его секреты или артефакты. Все вокруг выглядело опустевшим, похоже, что прошел не один день со времени той стычки, а на Севере даже со шпионской сетью Сабрины не все всегда можно быстро узнать.
Оставалось лишь одно место - подвал.
Еще у двери доносился тошнотворный запах крови и того, что там было заперто. Впрочем, не привыкать.
Яркий свет осветил подвал, и чародейка увидел картину, от которой многих ее чувствительных коллег попросту бы вырвало наизнанку. Но за добрую сотню лет она успела повидать такого, от чего многие заканчивали с безумием. Поэтому вид оборотня, пожирающего изуродованного хозяина практически не впечатлил. Ей уже приходилось сталкиваться с любимой игрушкой чародея...
- Я ведь ему говорила, что нужно заслужить лояльность зверя, а не давать ему привыкнуть к одной лишь силе, - хмыкнула Сабрина, легкой походкой в своем походном платье переступая через разбросанный повсюду хлам. Несмотря на холодную осень, она ничуть не чуралась одеть походное платье с высоким вырезом, именно так ее чаще всего и видели.
- Сила - это не всегда то, что будет рядом, и любой слабостью могут воспользоваться. Но он меня не слушал, - будто разговаривая сама с собой, чародейка осматривала подвал, будто оборотня и не было здесь вовсе.
Следа других зверей или экспонатов не было. Может, он всех их и сожрал, может, чародей избавился от них раньше. Какая разница?
- Как и не слушал меня в том, что не стоит связываться с тем, что может оказаться не по плечу. По крайней мере, одному. Вот и результат.
После чего она, наконец, соизволила обратить внимание на оборотня, чуть погасив яркий свет, чтобы он смог ее разглядеть.
- Что ты на меня смотришь? Думаешь, увидев это я в ужасе побегу отсюда, подставляя спину под твои когти?
Ей даже стало интересно, что предпримет эта зверюга, которая иногда умела носить человеческую шкуру.

+2

4

Мысли Хелбрама полнилась идеями, далеко идущими планами, кои он планировал реализовать сразу же после своей чрезмерно растянутой трапезы. Свобода опьяняла, дурманила подобно наркотикам и затуманивала ясность мысли. В момент своего триумфа, когда чародей издал последний вопль, оборотень попросту забыл обо всём вокруг, моментально утратив маломальскую бдительность. Победа над своим хозяином, пускай и столь бесчестная, на мгновение заставила его возгордиться самим собой. Явись сюда хоть с десяток колдунов – он всех их сожрёт, набив пузо до отвала, так Хельбрам думал. А после сожжёт это чёртово место. О да, не оставит здесь камня на камне. Ну, а когда же разнесёт этот домишко… найдёт всех тех, кто был связан с этим куском мяса, чьи хладные лоскуты сейчас скользили сквозь окровавленные пальцы людоеда, и разорвёт их в клочья. Семью, друзей, знакомых. Всех до единого. Никого не пожалеет.

Невольно рассмеявшись и при этом знатно поперхнувшись довольно массивным куском, от чего пришлось пару раз хорошенько приложиться кулаком об грудь, волколак отрыгнул как следует, а чуть погодя – вновь принялся раздирать труп чародея, покуда тот не окоченел окончательно. Не самое приятное зрелище, принимая во внимание также специфическую смесь запахов, что витала здесь. Приходилось то и дело отгонять слетавшихся мух, а ладони периодически обтирать о уже смоченную в крови рубаху. Наконец-то можно расслабиться и не следить за своей чистотой хоть немного, как того требовал его уже бывший господин.

Магический свет, ударивший в спину, заставил не на шутку встрепенуться и застыть на месте. Как ни странно, запах незнакомки он учуял лишь сейчас, и это учитывая сверхъестественное обоняние волколаков. По затылку прошёлся табун мурашек, а кулаки сжались до белых костяшек. Зубы тихо скрипели друг о друга, каждый мускул был напряжён до предела – зверь готовился к неожиданному рывку. Человеческий разум постепенно отходил на задний план даруя свободу инстинктам. Давай, сделай хоть шаг, и ты умрёшь, глупая баба.

Впрочем, даже когда чародейка сократила дистанцию до допустимого предела, волколак так и не осмелился напасть. А всё потому, что он в кои-то веки разобрал голос. Чёрт возьми, верзила знал её.

- С-сабрина?.. – Тихо прорычал людоед, резко развернувшись и рассмотрев девицу как следует. Её имя он узнал от своего хозяина, что нередко вспоминал одну ведьму. Могущественную, опасную и на редкость стервозную. А также с шикарной задницей и добротными титьками. Господин вынужденно признавал её силу, и это несмотря на своё бахвальство и самомнение. И сейчас эта колдунья стояла прямо у него за спиной. – Гле… глевв… - Фамилию он, конечно же, не запомнил. Но вот саму мордашку – очень даже. Они уже встречались с ним. Ещё тогда, когда он сидел в клетке и от бездумного зверья отличался лишь силой и аппетитом. – Что ты… тут забыла?..

Хельбраму удалось подавить звериный порыв. Уж больно силён был в нём инстинкт самосохранения. Напади он сейчас столь необдуманно, и она… А что она сделает-то? Вот это и останавливало. Вдруг обратит в лягуху и раздавит своим сапогом. Или же зажарит. Волколак не знал, чего ожидать, и посему медлил. Выжидал подходящий момент, дабы вгрызться в глотку уже колдунье. А может и вовсе дать дёру.

- И что ты сделаешь? Беги, не беги - исход один. – Оборотень так и норовил придать уверенности и вес собственному голосу. Запугать чародейку одним своим видом. Вот только глаза его безнадёжно бегали по её вырезам и роскошным формам. Ощутимо сглотнув, он продолжил. – Разорву и сожру также, как и его. – Попытка запугать. – Но мы можем поступить иначе... – Кривая ухмылка и поблёскивающие на свету алым цветом клыки. – Я уже наелся. А в тебе мясо на один зубок. Лучше уж содрать бы с тебя эти тряпки, да оттрахать. Хе-хе. - Безумец был на своей волне.

Отредактировано Хельбрам (2018-11-02 22:18:46)

+2

5

Кроме разговора тишину темного подвала нарушал едва слышный шепот. Но чуткий слух оборотня мог уловить отдельные обрывки, но вряд ли бы понял, что они означают, произнесенные на Старшей речи. То, что Сабрина колдовала, было ясно, но это должны были быть защитные чары, иначе бы никакого разговора не состоялась. Время покажет...
Смотреть на зверя мертвого чародея смогли бы немногие. Многие ее коллеги сбежали бы в ужасе, стоило бы ему только зыркнуть. Однако, пока все слова и поза выглядели лишь бахвальством. Хозяин хорошо научил свое животное, что нужно бояться магии. Очень бояться. Иначе бы напал в бездумной ярости.
- Я пришла забрать все, что принадлежит твоему хозяину, - без утайки заявила Глевиссиг. - Все до последнего секрета. Что делать с тобой, я пока не знаю, ты довесок, про который я еще не решила, приятный или нет.
Пустые же угрозы прошли мимо, на них даже не стоило злиться. В конце концов, стоило сделать скидку, с кем приходилось разговаривать...
- Очень хорошо, что ты наелся. На сытый желудок и разговор пойдет продуктивнее.
Предложение вызвало ухмылкну Глядя на громадное, пускулистое тело, пусть и грязное и окровавленное, искушение было сильным. Но может потом, не сейчас.
- Понимаю, полагаю, к тебе женщин твой хозяин не водил, если вообще сам не развлекался с тобой иным образом.
Попытка поддеть, посмотреть на реакцию. Отвлечь. Отвлечь от того, что уже происходило под ногами оборотня,, и заняло какие-то секунды. Зверь мог заметить, что стал несколько... ниже... вернее, таким стало его положение относительно пола.
Кирпич под его ступнями превратился в болотистую массу, что поглотила ноги чуть ниже середины колена, а после застыло обратно, как будто ничего и не произошло. Так или иначе, оборотень оказался в ловушке.
- Я очень не советую тебе оборачиваться. Зная, как меняется структура твоих ног, это будет в три раза болезненнее твоей собственной трансформации. И не поможет тебе выбраться
Толчок магией в грудь, и оборотень больно ударился лопатками о камень. И руки также попали в вязкую ловушку, утопая в кладке намертво.
- Я долго думала, что с тобой делать. Я могла сломать тебе несколько позвонков, парализуя твои конечности и шею, а заодно заставив тебя улыбаться как идиота. Но я выбрала менее болезненный способ, поэтому навредить ты только можешь теперь лишь сам себе...
Сабрина медленно начала обходить оборотня вокруг, отправив свет из своей руки парить в виде шарика над ними, освещая подвал.
- Это доказывает, что я могу быть много милосерднее твоего хозяина. Он дал тебе хоть какое-нибудь имя, пока занимался своими бесполезными и глупейшими изысканиями?
Хотя, стоило немного сбавить обороты со сложными словами, зверь вероятно не понимал часть того, что ему говорили, пусть и мог наблюдать за тем, что говорит чародей и как.

+3

6

Хельбрам привык к излишней неосторожности и безумству своего бывшего хозяина, что неудивительно, за столько-то лет. Этой напускной храбрости, уверенности в собственных силах. Волколак наивно полагал, словно каждый чародей или же чародейка без исключения задравший нос выскочка, что струхнёт пред лицом смертельной опасности. Даст дёру чуть что, или же, хотя бы отведёт свой напудренный носик в сторону, даровав монстру драгоценные секунды. Будьте уверены, ему бы этого хватило с лихвой, учитывая, как близко к нему подобралась эта девица.

Но как бы ни старался подловит её волколак, Сабрина даже и не думала ослаблять свою бдительность. Более того, её самоуверенность не казалась напускным фарсом. Женщина действительно источала этот стойкий запах… опасности. Магия, будь она неладна! Сложно противостоять тому, чего ты даже толком осознать не можешь. В любом случае, он здесь не останется. Пускай даже ценной собственной жизни, но волколак более не вернётся в эту клетку. Никогда!

- Забирай! – Разводя когтистыми ладонями по сторонам, с ухмылкой отвечает оборотень. Неужели выход есть? Баба действительно была хороша, убивать её – значит лишить себя желанного развлечения. – Забирай всё, что видишь! Мне это барахло даром не сдалось! – Растягиваясь в довольной ухмылке, Хельбрам уже было собирался приступить к самому интересному, наивно полагая, будто бы они договорились. Как бы не так.

- Что ты сказала?.. – На виске невольно взбухла венка. Кровавое безумие нахлынуло с новой силой, застилая глаза, что уже принялись преобразовываться, меняя свой окрас. Черты лица также заострились, принимая очертания волчьей морды. – Думаешь это смешно?! – Голос плавно перетекает в рык. Оборотень забылся, утратив те жалкие крохи самообладания, что у него ещё оставались. И всё благодаря напоминаю о былых деньках в плену у чародея. – Мне плевать, кто ты такая, я выпотрошу тебя прямо зде… - Резвый шаг вперёд, и вот всё вокруг пошло ходуном. Словно весь подвал ожил. – Н-нет, НЕТ! Я РАЗОРВУ ТЕБЯ НА ЧАСТИ!

Осознание собственной беспомощности пришло достаточно скоро, но слишком поздно, дабы хоть что-то предпринять. Сперва он увяз практически по колено, затем получил мощным ударом по грудной клетке, что выдавил остатки воздуха их лёгких, заставив поперхнуться. Чародейка действовала на удивление резко и при этом слаженно. У волколака не было и шанса. Ещё с секунду он бился в беспомощных конвульсиях, в попытке разорвать путы своей человеческой силой, покуда не замер окончательно. Даже несмотря на гнев и негодование, совету Сабрины он всё же последовал, и не стал обращаться в зверя – если бы она хотела убить его, то сделала бы это прямо сейчас.

- Гр-р-р… - Утробный рык. Нынешнее положение волколака было, мягко говоря, не слишком удобным. Речи же ведьмы также не внушали особого оптимизма. – Х-хорошо, господин, я сдаюсь, сдаюсь, только не убивайте! – От дикости не осталось и следа, ровно, как и начальных трансформаций. Да и гонору в разы поубавилось. Неужели он себя переоценил? И собственная жизнь ему дороже свободы? Безусловно. – Х-хельбрам! Меня зовут Хельбрам, господин! – Не сказать, что из грозного людоеда он тотчас обратился в трусливого мышонка, нет. Скорее просто умел наплевать на гордость, вовремя прогнувшись. Хозяин хорошо его обучил. – Я… я хотел сказать… госпожа… - Ощутимо сглотнув, оборотень даже не смотрит на неё. – Здесь… здесь никого нет, а всех остальных… з-зверушек… я съел… - Привычно запинаясь, мужчина всё же переводит взор на Сабрину. – В-вы может можете делать со мной, что захотите… Я буду послушным, господ… госпожа…

Отредактировано Хельбрам (2018-11-07 15:37:31)

+4

7

"Обмен" бы, так сказать, мог стать взаимовыгодным, даже очень. Лучших условий, пожалуй, было сложно найти, по крайней мере для Сабрины, что осталась бы в выигрыше с обеих сторон. Однако, чародейка сомневалась, что сможет пережить очередную вспышку голода или гнева. Ей нравилось рисковать и играть с огнем, но только не стоя вплотную к кузнечной плавильной печи.
Вывести оборотня из себя оказалось просто, и неясно, что именно так его разозлила. То ли сама мысль о таком, то ли ее любовник действительно имел извращенные вкусы. Хотя ей казалось, что если и так, он предпочтет мальчиков много младше, это бы соответствовало его характеру.
- Даже не знаю, как тебе удалось одолеть его, вероятно, он слишком сильно тебе доверял. Я не сделаю такой ошибки.
С экзотическими зверями всегда нужно поступать осторожно. Преданность преданностью, но инстинкты у них на первом месте. Впрочем, здесь была человеческая часть, а с ней можно хоть как-то поработать.
Тем временем, конвульсии оборотня закончились, и тот смирился со своей судьбой. Вернее, решил избрать другую тактику и начал умолять. И делал это искренне, до сих пор думая, что перед ним его хозяин. Несчастное, забитое создание. Такой он ей был не нужен. Но с этим можно было работать. Хоть как-то, но можно.
- Тогда слушай меня внимательно. Убить тебя для меня намного проще, чем оставлять в живых. Не то чтобы я боюсь тебя как свидетеля, свидетель из тебя... но ты можешь быть полезен. Если будешь в силах эту свою полезность доказать.
Еще раз медленно обойдя беспомощного оборотня, она неожиданно переступила через тело и села на живот, ничуть не брезгуя и не боясь испортить платье. К черту платье, зачем они нужны, если все время боишься их испортить?
- Держать тебя при себе у меня также нет никакого желания, нет такой большой и тихой конуры. Поэтому еще один знак моей милости - ты получишь свободу. Которой можешь распорядиться глупо и умереть от меча первого же ведьмака или затравленный жителями деревни. А можешь поступить умнее, и тогда тебе светит много больше, чем прозябание в лесах. Знаю, что сейчас для тебя кроме свободы мало что будут значить другие мои слова.
Чуть поерзав, устраиваясь поудобнее, Сабрина расстегнула несколько пуговиц и легко высвободила свою грудь из тесного, охватывающего плотно ее тело платья. В подвале повеяло холодом, чуть заставившим поежиться, однако, это было приятно освежающе.
Желание освободиться от рамок одежды всегда клокотало в ней, а когда рядом находилось что-то столь дикое и примитивное, сопротивляться глубоким внутренним позывам смысла больше не имело, хотя ей никогда не составляло труда контролировать любой из них.
- Я умею быть очень благодарной по-разному. И не собираюсь причинять тебе вред просто потому что мне это нравится, как твоему хозяину. Я не верю в такие методы.
Чародейка оперлась о плечи оборотня и нагнулась вперед, дразня его своим телом, но тот был не в силах дотянуться. Равно как и руки Сабрина благоразумно держала так, что ему никак не дотянуться головой.
- Но подведешь меня... нет, не попавшись ведьмаку или вырезав деревню, меня это не волнует. Если ты подведешь именно меня, и только меня, я покажу тебе то, на что твой мертвый хозяин никогда не решился бы. Никогда, понимаешь?
Ее глаза смотрели не менее хищно, и будь у них звериной соревнование, неизвестно, кто смог бы одержать победу.

+1

8

И всё-таки, что за женщина такая? Храбрее и увереннее любого мужика, красивее всех тех баб, что он только успел повстречать в своей жизни. Неужели такие взаправду существуют? Каким же мелким и ничтожным почувствовал себя сейчас волколак. Благодаря одной лишь чародейке, на мгновение пред его глазами открылся целый, неизведанный мир. Столько возможностей, столь того, что ещё лишь предстояло узнать. Увы и ах, но грубая сила отныне мало, что решала. Он мог бы разломать её пополам словно тростинку, но при этом никогда бы не смог достигнуть тех же высот. Словно червяк под сапогом - сравнение, максимально приближённое к нынешней ситуации. Но… Хельбраму это нравилось. От гордости его избавил бывший хозяин, буквально вырезав ту своими многочисленными ножами. А тяга к знаниям и всему новому лишь подливала масла в огонь.

Волколак слушал внимательно, не смея прервать речь ведьмы. Да и не до этого ему сейчас было. Зверь внутри более не желал вкусить женской плоти. Теперь ему хотелось иного. И всё благодаря вальяжному поведению чародейки, а также её выходкам. Женских запах, пускай и добро сбавленный благоуханиям действовал гипнотически. А открывшийся видок и вовсе заставил призывно напрячься, особенно в районе пресса и паха. Она же это нарочно, верно? Издевается, чертовка, как пить дать.

- Ха-ха-ха… - Скрипучий, рычащий смех. Таков был ответ оборотня после длительного молчания. – Я одного не пойму… Ты точно баба? – Запуганный щенок сменился уверенным, пускай и ограниченным в действиях мужем. За время наблюдения Хельбрам кое-что приметил – ведьма буквально источала пренебрежение и отвращение по отношению к нему. И в отличие всё от того же хозяина, ей совсем не понравилось, когда могучий и кровожадный волк в мгновение ока растерял всю свою силу, променяв оную на послушание и раболепие. Стало быть, нет нужды в старых привычках. Можно расслабиться и быть самим собой. Его судьба в любом случае в её руках. – Иль мужик, что прячет своё добро под юбкой? – Ехидное замечание, сделанное не с целью поддеть, а одарить своеобразным комплиментом. – Откуда такая сила, чёрт возьми? Одним своим видом ты буквально вминаешь меня в грязь… - Глубокий вдох. Выдох. Волколак прикрывает глаза, погружаясь в воспоминания. – Я… убил его за дело. Эта мразь отрезала от меня кусочек за кусочком, пока я окончательно не свихнулся. А затем… затем дал мне возможность вновь стать человеком. – На последнем слове, Хельбрам отчётливо хмыкнул. – Кто знает, начни он с пряника, а не кнута, и я убил бы его быстро.

Распахнув веки, волколак вновь уставился прямиком в хищные глазёнки чародейки, попутно расплываясь в довольной, клыкастой ухмылке. Кажется, они всё-таки найдут общий язык.

- Я не стал бы тебя убивать, потому что умею быть благодарным. – Оборотень даже не пытался запудрить ведьме мозги. Сие было, мягко говоря, бессмысленно. Ибо, что мешает ей, скажем, при помощи своей магии определить – ложь он говорит, или же правду? – Мне нет нужды играться с огнём, уж я-то знаю, насколько обжигающим он может быть. – Сглотнув очередную порцию слюней и добро пройдясь языком по пересохшим губам, Хельбрам всё же позволяет себе наглость вновь рассмотреть особо выпирающие, чародейские прелести. Смешок. – Хотя… разочек можно и обжечься, ха-ха... Чего ты хочешь, Сабрина? Тебе не нужен послушный пёсик, не нужна игрушка для издевательств. Так кто тебе нужен? Верный волк? – Вскинутая бровь и задранный подбородок. – Или же игрушка для утех?.. А может, ты хочешь натравить меня на неугодных тебе глупцов? – Возможно Хельбраму не доставало знаний и опыта, но вот смекалки и остроты ума у него было в достатке. – Или ты просто отпустишь меня? Ха, верится с трудом~

Отредактировано Хельбрам (2018-11-08 14:32:30)

+1

9

Мало кто мог подумать, что Сабрина готова была опуститься для того, чтобы предстать перед полудиким зверем такой раскованной, лишь бы его подразнить. Но на самом деле она не видела того, что куда-то опускается. Да и кто эти судьи? Кто задрал эти глупые планки, полные лицемерия? Самые ярые апологеты подобного на самом деле, когда никто не видел, пускались во все тяжкие, чего даже Глевиссиг позволить себе не смела при всей своей смелости. Потому что знала, где проходит та невидимая граница между эстетикой и настоящей пошлостью, где нет ни капли красоты, ни изящества ни с одной из точек зрения, кроме самой извращенной.
Оборотень умел слушать, да и обладал какой-никакой речью. Уже намного лучше, чем раньше, она даже добавила в хищную улыбку капельку, но теплоты, ей в целом несвойственной.
- Возможно, у тебя будет шанс проверить, правда, для магии нет ничего невозможно при правильном подходе, - ее колени многообещающе сомкнулись крепче у его боков.
Признание ее возможностей было следующим шагом, доказывающим, что у зверя достаточно человеческого сознания, чтобы не столько уважать силу, сколько понимать ее границы и свое положение относительно нее.
- Эта Сила, границы которой твой хозяин понимал очень... узко. Он был полезен, но даже при своем извращенном уме он не был готов идти и делать то, что действительно необходимо. Хотя было достаточно протянуть руку. И я не собираюсь обвинять тебя за то, что ты его убил. Он действительно был мразью, этого заслуживающей. Может, его смерть была несколько несвоевременно, однако, это уже не имеет значение, поэтому оставим это все в прошлом.
Она говорила об этом столь спокойно и размеренно, будто говорила о вышивании. При этом ее голос обладал таким хладнокровием, что любому могло стать жутко, ведь речь шла о чудовищных по человеческим меркам вещах. Может, потому что для истинного могущества и нужно быть чудовищем, о котором вовсе не слагают легенд. Потому что то, что отстаивала чародейка и как она это отстаивала, находилось за гранью для простых смертных, а от того с трудом поддавалось обычному описанию.
- Но все равно бы убил, разве нет? Потому что он не пытался заслужить твою лояльность, как я говорила. А это всегда взаимовыгодный обмен, где оба должны что-то отдавать. Понимаю, что для тебя это несколько в новинку.
Неожиданно Сабрина откинулась назад, но все же свела плечи вместе, придавая себе еще более соблазнительный вид. Однако, ее рука скользнула назад и легла на пах оборотня. Он почувствовал, как в позвоночник чуть ли не ударила молния наслаждения, столь странные ощущения принесло прикосновение.
- Может ты и не врешь, но я поверю человеку, а могу ли я доверять зверю? - она крепче стиснула пальцы, при этом тон ее голоса не изменился, румянец не окрасил щеки, и даже соски не затвердели, идеальный самоконтроль, несмотря на водоворот желаний внутри. - Да, верность, пожалуй, верное слово. Но не та, которую покупают вкусной едой или другими радостями. А та, при которой неугодные мне глупцы становятся неугодны тебе. Когда тебя будет невозможно купить дешевыми побрякушками, потому что ты знаешь, что я могу дать много.... - рука еще больше усилила нажим, но не переходя в боль, - много больше... И да, я отпущу тебя. Но когда мне будет нужно, я сама тебя найду. А чтобы ты не думал, что я говорю все это зря, и если вдруг какой-то ведьмак решит тебя убить, а я буду просто стоять в стороне...
Не договорив фразу, Глевиссиг усмехнулась, и очередная волна прошла уже через все тело оборотня, а потом обратно, сконцентрировавшись в паху. Это было так хорошо, что стало просто невыносимо, такая пытка, которую он ни разу не пробовал в своей жизни, и не мог подумать ,что так бывает.
- Моя давняя подруга говорит, что может наколдовать оргазм. Но это всего лишь иллюзия, а ими я не играю.
Но иллюзия - это очень сложный аспект, особенно в плане физиологических ощущений. Поэтому Сабрина действовала проще и прямее, воздействия напрямую на эрогенные зоны, что может любая первокурсница.
- Я предпочитаю что-то реальное, весомое...
И словно подтверждая эти слова она пропустила через оборотня еще одну волну магии, доводя его до иссупления. Мало какой мужчина мог позволить себе чувствовать наслаждение от оргазма длиной в полминуты. Хельбрам же стал одним из немногих таких счастливчиков.

Отредактировано Сабрина (2018-11-08 14:15:06)

+1

10

Надо же, а волколак не прогадал, когда решил открыться ведьме. И пускай Сабрина оставалась всё такой же властной и хладнокровной, к чему Хельбрам к слову, всё никак не мог привыкнуть, она тем не менее, шла на контакт. Туманными намёками предлагала то ли сотрудничество, то ли взаимовыгодный обмен услугами. Оборотень всё никак не мог окончательно вникнуть в суть её замыслов. Но не потому, что был туповат, вовсе нет. Просто продолжительные манипуляции с его пахом медленно, но уверенно заставляли терять всякий здравый смысл. Терпения верзилы всё ещё хватало, дабы хоть как-то сдерживаться, даже несмотря на продолжительное воздержание, но даже оно рано или поздно должно было подойти к своему концу.

- Ч-что ты делаешь?.. – для неё это игра, для волколака же – новое испытание. Мужчина не понимал, что же чародейка всё-таки задумала. Неужели таким образом она проверяет его? Что же будет, если оборотень сорвётся? – Я… я не понимаю, ты хочешь… - тяжёлое, прерывистое дыхание. Зверь изо всех сил старался собрать мысли воедино. А ведь Сабрина всё ещё не принималась за него всерьёз. – Чтобы я искренне захотел тебе… служить?.. Гр-р, что происходит?.. Очередные фокусы?!.. – повышенные тона смешиваются с рычанием. Но не от злости, а от вожделения. Волколак покрылся испариной, его звериные инстинкты буквально взывали к его стремлению овладеть этой чертовкой прямо здесь и сейчас. Наплевать на ограничения, разорвать собственную плоть под грузом камня. Стиснуть, выпотрошить, сожрать…

- П-прекрати… - почуяв, что он уже на пределе, Хельбрам постарался остановить чародейку. Разум путался и не мог с точностью решить, чего он хочет больше – сожрать ведьму, или же оттрахать её в грубой форме прямо здесь и сейчас. Где-то на заднем плане взывала атрофированная гордость, от которой, как казалось самому Хельбраму, не осталось и следа. Действительно, к чему они в итоге пришли? Очередным пыткам. Просто в этот раз нож сменился ощущениями, что обжигающим ядом проникали в каждую клеточку его тела. Хозяин мучил его лишь физически, сейчас же волколака «истязали» в плане моральном. Дразнили, направляли его чувства против него самого. Краем сознания он понимал, что всё это лишь мимолётные ощущения, что наслаждение идёт изнутри, а не снаружи. И ему это не нравилось.

- ХВАТИТ, ДОВОЛЬНО! – волчьи клыки воинственно клацнули. Пусть на мгновение, но его лицо вытянулось в некое подобие морды, а мышцы набухли. – Хватит, прошу… - Словно бы осознав свою ошибку, волколак смиренно опускает взгляд, как бы извиняясь за собственную дерзость. – Я понял, что ты имела ввиду, женщина... Понял… – Хельбрам всё ещё пребывал в состоянии лёгкой эйфории, но волчья выносливость давала о себе знать. – Мне нравится твоё предложение и… мне надо подумать, только… Только прекрати это… - оскалившись, оборотень мимолётно окидывает себя и её взглядом. – То, что ты заставила меня испытать… Ох… Сложно описать, но это лишь игра… Я не могу и пальцем пошевелить, не то, что прикоснуться. – С виска на скулу скатилась капля пота, которую тотчас поддел кончик длинного языка. Вновь эта его ехидная улыбка, пускай и вымученная. – Ты же не игрушку хочешь, так прекрати со мной забавляться и дай то, чего я хочу… А если же боишься, что же… Я найду, чем себя утешить. – смешок. – Фокусы на то и фокусы. От них разит фальшью. Но мы то с тобой любим нечто более… реальное, не так ли?

+3

11

Сабрину позабавила столь враждебная реакция, оказалось, ей невольно удалось нащупать некую болезненную точку. Другие мужчины вопили в экстазе, желая еще. Что ж, все стало намного, намного интереснее, и нет смысла на это злиться, будто ее усилия не оценили. Оценили, да еще как...
Тем не менее, чародейка притиралась к оборотню, оценивала его. И несмотря на дыхание, что стало жарче, ибо она была все-таки не каменной, чтобы остаться равнодушной к такому зрелищу, продолжила беседу спокойно и размеренно.
- Понимаю, для тебя слишком неожиданно много и сразу... а еще и не в твоем вкусе такое развлечение. Все-таки зверь в тебе предпочитает что-то натуральнее, не так ли? - вновь хищная усмешка. - Тем не менее, ты контролируешь себя намного лучше, чем я полагала, а я встречала на своем веку оборотней. Видимо, твой предыдущий хозяин хорошо тебя выдрессировал. Мне больше нечему тебя учить.
С каким вызовом было сказано это предложение... Сабрина тихо и звонко рассмеялась, и нельзя было сказать, что именно сулил этот смех. В ее отношении любая положительная эмоция могла рассматриваться как самая страшная мировая угроза.
- Тем не менее, это не было игрой, волчок, тут ты ошибаешься. Видишь ли, освобожу я тебя прямо сейчас, и мы в равном положении. Один твой  укус, и я проклята навеки. Или ты можешь свернуть мне шею, перегрызть глотку, сломать позвоночник или грудную клетку одним ударом. Я лишь уравняла ставки. Если ты попытаешься мне навредить, явно или косвенно, даже если ты попытаешься обратить меня якобы случайно... ну... - она нежно погладила оборотня позади себя по всей длине, отмечая с должным вниманием его выносливость. - Твое роскошное оружие взорвется снопом кровавых брызг. Но это случится тогда, и только тогда, если ты планируешь навредить именно мне. Или тому, кому я скажу, что вредить не надо. По-моему, честная сделка, разве нет? Весь остальной мир буквально отдан тебе на пожирание и утехи, разве это плохо?
Неизвестно, говорила ли чародейка правду, или же это был идеально поставленный блеф. Или же у нее были в запасе другие фокусы, способные убить в мгновение ока? Оборотню будто был дан выбор проверить это, будь такая возможность.
Но раз он так боялся боли... о, даже больше, он боялся удовольствия, которое не мог понять или получить сам... нет более действенного метода.
- И страх - это не про меня.
За многие десятилетия Сабрина тешила себя разными играми, в том числе и с опасностью, не отсиживалась в безопасных местах, и бесстрашно совала голову в пасть зверя, зная, как тот крупно пожалеет, если даже попытается сомкнуть челюсти. Но именно это и будоражило, мало что другое могло разбудить нечто внутри нее и развеять скуку. Для остальных же она казалась настолько храброй, сколько безрассудной. Но на самом деле ее вели лишь характер и приобретенная чародейская скука, с которой, она, впрочем, умела справляться. Пусть и такими экстремальными способами.
- Что ж, попробуем? - с виду чародейка выглядела расслабленной, однако внутри она была словно змея, готовая к прыжку. Обезвредить оборотня хватит и мгновения. Как и ему, впрочем.
Вот только мысль,  даже оформленная в заклятье, быстрее  рук и даже пальцев. Ей уже не раз довелось это проверять на практике.
Оборотень почувствовал как на нем безболезненно сгораю остатки его лохмотьев, а руки и ноги сами были исторгнуты камнем, давая оборотню долгожданную свободу.

+1

12

Даже несмотря на собственную несдержанность, кровавое безумие, вызванное недавним убийством и пожиранием бывшего хозяина, а также переходящего всякие границы возбуждения, Хельбрам не мог не отметить – чародейка слишком много болтала. Неужели все маги страдают подобным недугом? И ведь это ещё слабо сказано. Впрочем, с одной стороны даже приятно, когда тебе так всё разжёвывают и раскладывают по полочкам. С другой же, волколак прекрасно осознавал – ведьма не стала бы распинаться перед ним без веской на то причины и по пустякам. Ей хотелось дать Хельбраму свободу, поглядеть, что из этого выйдет. Но делать это бездумно и без какого-либо запасного плана, значит фактически затянуть на шее петлю. Кто знает, на что способна эта зверина? Порой волколак и сам не мог предугадать, что он учудит в тот или иной момент. А стало быть, стоило подстраховаться и разъяснить чудовищу, что такое хорошо, а что такое плохо, дабы в будущем проблем не возникло.

Едва удержавшись от смачного зевка, явно утомлённый болтовнёй оборотень лишь коротко кивает, тем самым в очередной раз соглашаясь на условия Сабрины. Само собой, зверя он контролировал куда лучше своих диких собратьев, но колдунья-то об этом не знала. Да и чёрт с ним, даже если Хельбрам поклянётся ей в верности, она всё равно ему на слово не поверит. Мнительность полезная черта. Ровно, как и непредсказуемость.

- Постой… ЧТО?! – оборотень едва умудряется не перейти на крик, стоило Сабрине дойти до самой «взрывной» части своего монолога. Ему не послышалось? Безумная баба что-то там наколдовала, и теперь его хер может просто взять и взорваться? СЕРЬЁЗНО?! – Ты должно быть шутишь… - если до недавних пор верзилу неумолимо охватывало вожделение, то теперь же он не на шутку встревожился этой «нечаянно» брошенной угрозой-предупреждением. Само собой, ведьма могла и блефовать, но всё ещё ограниченный в своих познаниях волколак этого знать не мог, принимая каждое сказанное слово на веру. Чёрт возьми. Даже… даже представлять насколько это больно особого желания нет. Хельбрам привык к боли, но, скорее всего, подобный опыт ему запомниться на всю жизнь.

Сбитый с толку, волколак не сразу осознает, как каменный пол всё же отторгает его бедные конечности, как лохмотья на нём сгорают, обнажая крепкое, мускулистое тело. Свобода возвращает прежнюю уверенность. По крайней мере на время. Но это достаточно, дабы чуть промедлив, резко обхватить женщину, сидящую на нём, и с силой вжать в свой торс. Уткнувшись носом в нос, оборотень грозно оскалился, обдавая чародейку жаром дыхания и звериным рыком. Его пронзительные глаза распахнулись и взгляд их не сулил ничего хорошего.

Вот только прежде чем Сабрина успела проклясть страхолюдину под собой, в её пухлые губы с чувством вжимаются, начиная буквально смаковать в процессе. Вкус металла немедля ударил по вкусовым рецепторам, а ощущение длинного, скользкого языка заполонило всю её ротовую полость. Руки здоровяка принялись небрежно облапывать чародейку, срывая с неё с одежду и забираясь туда, куда не следовало. Кожа колдуньи на ощупь была словно бархат, а её запах с новой силой ударивший в ноздри вскружил голову. Наконец-то долгожданная награда. Или нет?

- Передумал. – неожиданно прервав поцелуй и малость небрежно спихнув с себя женщину, оборотень поднимается, нисколько не стесняясь светить своим возбуждённым хозяйством. – Что-то подсказывает мне - если я тебя сейчас как-то не так трахну, и он точно взорвётся. К чёрту. – изнутри, да и внешне, Хельбрама сжигало пламя похоти. Но недавнее заявление Сабрины о том, что его «великолепное оружие» может взорваться, напрочь перебивало собой даже вожделение волколака, страдающего месяцами воздержания. – Умеет же чародеи всё испортить. – с досадой сплюнув на пол, оборотень не задумываясь отправился прочь из этого подвала, прямиком в опустевшее поместье. Убегать в леса он не стал, напротив, направился к спальне хозяина. Кажется, там тот держал свои обноски.

Отредактировано Хельбрам (2018-11-09 15:49:59)

+4

13

Все больше Сабрина убеждалась, что несмотря на звериную натуру и умение ее бывшего и теперь уже мертвого любовника доводить своих жертв до безумия, в Хельбраме было достаточно человека, чтобы с ним можно было иметь дело, даже на весьма глубоком уровне...
Может даже и не стоило устраивать эту всю игру, а упростить все вещи для них обоих, но до простоты время еще дойдет.
- Я очень редко шучу, и мои шутки поймешь даже ты, - повела невозмутимо плечиком чародейка. - Это не самое страшное, что можно сделать, однако, то, что остудит твой пыл в случае чего.
Его конечности получили долгожданную свободу, и Глевиссиг была готова к любым выпадам с его стороны. Поэтому даже не вскрикнула, когда ее с силой вжали в мускулистое рельефное тело, а ей в нос ударил смрад мужского дыхания, смешанного с кровью. Привыкшая и не к таким запахам, Сабрина лишь вдохнула его поглубже, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Но колотилось ли оно от страха? Или от безумного предвкушения? В ее глазах страха не читалось, даже с такого близкого расстояния, по крайней мере, он был настолько глубоко внутри.
Ее изящные руки уперлись в широкую грудь зверя, будто собираясь отталкиваться, но вместо этого длинные ноги прошлись по коже, оставляя алые следы, но без крови.
А стоило языку проникнуть в рот, как Сабрина закрыла глаза, полностью отдаваясь поцелую, руки скользнули вперед, сначала обхватывая мощную шею, а потом зарываясь в волосы. Большие руки, что скользили по коже, ощупывая самые чувствительные места, заставляли дрожать и даже чуть постанывать сквозь поцелуй, на который чародейка с жаром отвечала.
И тут все закончилось, неожиданно для нее, вызвав гнев. Но который она не показала, несмотря на то, как тот клокотал внутри. Но вместо этого ей вдруг стало смешно. От слов оборотня, от его сконфуженного вида, когда он встал. Даже спихнутая на пол, чародейка лишь улыбалась в своей коварной манере, едва сдерживаясь, чтобы не прыснуть со смеху.
И лишь когда он почти ушел после своей тирады, Глевиссиг звонко засмеялась ему вслед.
- Если понадоблюсь, я буду здесь!
Чародейка также поднялась на ноги, не став даже заморачиваться с разорванным платьем. Следовало только принять небольшую ванну, ибо на ее теле осталась кровь, которой здесь вокруг было достаточно. А потом можно заняться поисками секретов чародея...

+1


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » "Сколько ещё чародеев я должен сожрать сегодня?"