1. Полное имя:
Маркус ван дер Крейн

2. Возраст | Дата рождения:
153 года |1114

3. Раса:
Высший вампир

4. Род занятий:
Странник, немножко наёмник, искатель крупиц истории своего народа

5. Внешность:
Довольно высок, хорошо сложен, аристократично бледен, словно мужчина сторонится солнца и проводит большую часть времени в закрытых помещениях. Благородные черты лица, внимательный, оценивающий взгляд, при более пристальном рассмотрении может показаться, что темно-серые глаза имеют цитриновый оттенок. Пепельные волосы до плеч. Совершенно не под стать несколько угрюмому облику — прячущая острые зубы улыбка, ее слабая тень, скрывающаяся в уголках тонких бледных губ, словно бы человек изволит шутить, его шутка радует, но собеседник испытывает то же чувство, что и оставшийся без оружия охотник перед опасным хищником. Треугольные ногти зачастую прячутся под кожей перчаток, либо преподносятся как легкий бзик экстравагантной и таинственной личности. Обычно одет в темный сюртук поверх камзола, черные штаны и сапоги. Движения плавные и выверенные, вампир предпочитает двигаться в тени и там, где нет зеркал, постоянно оценивая окружение. Не лишен шарма и обаяния, при особом желании может сойти как за наёмника, так и за аристократа. Голос низкий, глубокий, иногда в нём проскальзывают нотки нильфгаардского акцента. Изредка использует словечки из Старшей Речи.
В промежуточной форме черты лица заостряются, превращая его в звериный оскал, а ногти превращаются в длинные когти. В боевой форме вампир превращается в массивного двуногого монстра около трех метров высотой. В ней можно отметить нетопыриные черты морды и ушей, темно-синюю кожу, полную острых зубов пасть, способную раскрыться достаточно широко, чтобы отгрызть человеку голову, да огромные крылья. Цвет тумана темный, настолько, что больше напоминает черный дым.

6. Характер:
Пожалуй, основной чертой Маркуса, отличающей его от других высших вампиров, является из раза в раз одолевающая его скука. Вампиру регулярно требуется что-то новое, интересное, способное хоть немного удивить. Поэтому он совершенно не умеет долго оставаться на месте. Самые крупные города способны задержать его в самом лучшем случае на десяток лет, срок вроде бы для смертного немалый, а для вампира – смехотворный. Существование в полном отчуждении подобное тому, которое выбрал для себя его отец для него является сущим кошмаром. Как, пожалуй, и псевдосмерть, пребывание в таком состоянии стало бы для него истинной пыткой – да вот только постоянной поиск новых ощущений не особо способствует безопасности. Его интересуют смертные, ведь даже самый последний кмет из деревушки зачастую чем-то отличается от других. До войн и политики ему почти нет никакого дела, как и то, под чьим флагом находится той или иной кусок земли. И хоть он, как и многие вампиры, не понимает страха смертных перед в любом случае уготованной им гибелью, он весьма и весьма не любит бессмысленные убийства и резню ради удовольствия. А вот убийство ради выживания не осудит. И ради заработка тоже, ведь это по сути тоже часть выживания. Потому и к низшим вампирам да прочим бестиям относится более-менее нейтрально, если те не встают у него на пути и не пытаются тут же сожрать.

В общении ведет себя весьма непринужденно, не упуская возможности вставить едкий комментарий, если не играет роль аристократа, конечно. Лицемерием не страдает. В сильно большой толпе находиться не любит, предпочитает небольшое общество либо его отсутствия, от которого совершенно не страдает. Имеет пристрастие к выпивке, причем как обычной, так и сугубо вампирьей. Обычно усилия воли хватает для того, чтобы сдерживать жажду, но в лучшем случае он так продержится недели две. Жертв своих старается не убивать. Окромя всего, интересуется историей и остатками культуры и технологий своего народа. От боя никогда не бежит, но даже в нём старается вести себя осторожно, не демонстрируя свои способности направо и налево. Если не пьян от крови. Будучи опьяненным же, мозг вампира может начать генерировать идеи и планы самой разной степени абсурда и в этом случае ему зачастую требуется кто-то, кто успеет воззвать к остаткам разумности. Ах да, еще его люто передергивает от распространенного в народе образа вампира – худой напусконо-таинственной твари аристократичного вида, с тонкими руками-ногами, волосами до задницы и безмерно завышенным чувством собственной важности.

7. Цели:
Не помереть со скуки и параллельно откопать что-нибудь интересное о своём народе.

8. История персонажа:
Маркус ван дер Крейн родился в землях, которые спустя совсем немного времени станут центром блистательной Нильфгаардской Империи. Его родители были из числа тех вампиров клана Гхарасхам, кто решил обосноваться на южных территориях материка. Его отец предпочел отстраниться от людского сообщества и жить в уединении, в то время как мать с интересом осваивалась в новой для неё культуре. Раннее детство вампир провел вместе с отцом, обучаясь самым необходимым для существования в негостеприимном мире вещам, после чего перебрался в город к матери, которая показала ему как можно жить среди людей, среди которых она занимала не самое последнее место. Она же и наняла ему впоследствии учителей, давших образование. Уже в детстве Маркус отличался стремлением к чему-нибудь новому, будь то наука, увлечение, ощущение или опыт. Знания он схватывал на лету, но уже вскоре предмет изучения ему наскучивал, и вампир переключался на что-то другое. Что же до вампирских правил, то главным принципом был не запрет что-либо делать, а то, чтобы об содеянном никто не узнал. Если говорить проще – всё можно, если осторожно.

Почти полная свобода с легкостью опьяняет и в последующие годы юности Маркус увлеченно познавал людское общество, так сказать, методом экспериментов, проб и ошибок. Так, к примеру, вдохновившись рассказами об исследовании вампирами людей и способов их разведения, одной прекрасной лунной ночью он похитил девушку из одной небольшой деревушки и утащил её в специально подготовленное в пещере логово, откуда человеку выбраться было невозможно. Спустя двое суток к ней присоединился юноша из совершенно другой деревни. Обеспечив подопытных экземпляров водой и регулярным питанием, спускаемым им так, чтобы они не смогли его увидеть и уж тем более опознать, Маркус стал незаметно следить за их коммуникацией, записывая самые интересные моменты. Ну и кровушку их пил, правда незаметно, немного, и тогда, когда они спали. Небольшие изменения вкусовых качеств так же тщательно записывались. Через менее чем год в пещере появился закономерный результат – младенец. Девушка правда умерла от потери крови, ибо оказать первую помощь ей было некогда, а Маркус в это время был на встрече молодых вампиров. Вернувшись и несколько огорчившись потере подопытной, мужчина решил испробовать крови младенца. Та была настолько бархатно-вкусной, что вампир не удержался и выпил смертное существо до капли. Так же он поступил и с отцом ребенка.

Раздосадованный, но не потерявший интерес, Маркус решил несколько изменить его условия. Следующей была похищена молодая девушка, которой предстояло одиночество. Почти. Её он начал навещать в открытую, не проявляя, правда, поначалу своей истинной природы. На вопросы не отвечал, мольбы и просьбы игнорировал, изредка спрашивал о самых разных, бывает совершенно бессмысленных вещах. Иногда изображал что он в плохом настроении, иногда, что навеселе. Потом начал поддерживать беседы на любые темы окромя тех, что касались пещеры и похищения. Потом начал экспериментировать дальше. Если сначала он приходил в пещеру трижды в неделю, то потом резко и без объяснений начал приходить один раз. А потом еженощно. Затем оставил провизии на месяц и исчез. К его удивлению чем дальше, тем сильнее у девушки вырабатывалась некая привязанность. Дошло до того, что когда он решил в открытую выпить её крови, она совершенно не сопротивлялась и почти не дрожала, что еще больше удивило его. Правда вскоре она ему окончательно наскучила, и он избавился от неё.

Закончив с экспериментами в неволе, Маркус решил переключиться на изучение людей в их, скажем так, естественной среде обитания. Конечно убить бы его смертные не смогли, даже если бы узнали в нём так называемое чудовище, но неприятностей бы доставили. Поэтому Маркус вспоминал уроки матушки и начал оттачивать искусство притворяться человеком. Не сказать, что это было легко, всё же в обществе смертных было множество странных и порой откровенно бредовых моментов, вампиру совершенно непонятных. Впрочем, сойти за причудливого аристократа ему вполне удавалось. И чем дальше, тем сильнее он понимал, что его предшественники, как и он, ошибались, считая людей лишь отчасти разумными, хотя те порой и вели себя куда хуже любого зверя. Были среди них и откровенные ублюдки и добропорядочный люд. Правда для вампира, всё же бывшего вне социума, разница между ними была не особо большая, но небольшие угрызений совести касательно судьбы тех, кого он отлавливал для своих увлечений, всё-таки появились. Ненадолго, но появились. И всё же были в жизни людей моменты, ради которого этим хрупким созданиями стоило жить. Например, выпивка, пусть ощущения даже от самого крепкого пойла не стояли и рядом с маленьким глотком крови, зато получить её было куда проще и безопаснее. В один момент Маркус всерьез увлекся игрой в кости, а потом гончарным ремеслом. Но через несколько лет ему это уже поднадоело и он забросил. А вот то, как люди предпочитали решать конфликты с помощью заостренных железок его заинтересовало куда больше и он потратил достаточно времени на то, чтобы обучиться сражаться мечом. Учился сам, незаметно одалживал из городской библиотеки книги, да порой записывался на уроки к заезжим мастерам. Да и, признаться, человеческие женщины порой оказывались недурны собой. Но вскоре скука стала вновь одолевать его. И тогда он начал себя ограничивать. В силах, в питье, в умениях. Легко просочиться черным туманом сквозь дверную щель, а вот взломать замок используя лишь когти куда сложнее. Найти себе питье тоже не проблема, а вот отыскать, к примеру, белокурую девственницу или молодого рыцаря, способного хоть недолго померяться с ним в бою на мечах (конечно же Маркус ему поддавался), уже куда интереснее. Путешествовал на юг и запад по растущим землям Империи, наблюдая за людьми и интересуясь разницей в их культуре и поведении. С упоением читал интересующие его книги. Временами выбредал на всяких чудовищ, чьи ареалы обитания стремительно смещались прочь от центра, и либо убивал их, либо беседовал, если твари были более-менее разумны.

В 1213 году его занесло, и он решил во что бы то ни стало попробовать крови чародейки. Способность некоторых людей изменять окружающий мир его в определенной мере завораживала. К тому времени вокруг уже давно вовсю цвела Империя Нильфгаарда. Чародеи здесь, в отличие от далеких Северный Королевств, служили государству и не обладали чрезмерной властью, что несколько облегчало ему потенциальную задачу.
Одна из таких заправляла в одной из библиотек города Золотых Башен. Туда и стал Маркус наведываться вечерами, попутно оказывая чародейке нехитрые знаки внимания, столь популярные в отношениях людей. В один из таких вечером он уговорил её преподать ему несколько уроков Старшей Речи. Та далась ему довольно легко, благо нильфгаардский диалект, хорошо ему знакомый, во многом опирался на этот старый язык.
Постепенно они становились всё более и более близки и казалось, совсем чуть-чуть отделяло его от заветной шеи, когда чародейка назначила ему встречу у себя дома. Вот, он, казалось бы, долгожданный приз, да только заявившегося к вечеру вампира ждал неприятный сюрприз в виде магической ловушки, обратившей его ноги в каменные. Спасла его лишь самонадеянность колдуньи, да то, что она перепутала его с более низшими вампирами. Пока она рассказывала что-то про изучение и вскрытие, он успел обратиться в туман, выбраться из ловушки и материализоваться рядом, дотянувшись когтями до глотки. В итоге лакомой кровушки он таки отведал, пусть и совсем не таким образом, каким хотел. Пришлось бежать из города всё тем же туманом, а вот проклятье с ног никуда не делось. Пришлось оттяпывать себе ноги да почти месяц проваляться в той самой пещере, которую когда-то использовал для опытов. К тому времени её уже облюбовало несколько низших вампиров. Пребывая в раздражении от необходимости сидеть на месте и ничего не делать, Маркус наблюдал за их, пусть примитивным, но честным и до безобразия простым обществом. В нём было свое очарование. Первобытное, понятное, спокойное.

Но душа тянула его дальше. И он принял решение двигаться на Север. Подальше от города Золотых Башен. Изучить те земли, которые Империя активно присоединяла к себе. И, возможно, даже посетить те самые далекие Северные королевства. Но еще больше его интересовала история собственного народа. Можно было бы попытаться отыскать одного из Скрытых, но, как предупреждали его родители, эти древние вампиры были слишком своеобразны и слишком большой властью обладали над другими. Были и другие пути. К тому же, времени впереди у него было более чем достаточно.
Регенерировав и оставив Альбу далеко за спиной, Маркус начал неторопливое движение на север, посещая встречающиеся на пути города и деревни, где-то задерживаясь подольше, где-то даже не останавливаясь. Северные Королевства разительно отличались от Империи, что стало для вампира настоящим праздником. Ему даже пришлось учить так называемый всеобщий диалект. Изредка он подрабатывал в роли наёмника, чтобы деньги в кошеле были, но бывает брался и за более простую работу. Побывал в столицах Королевств, зачастую в них останавливаясь на некоторое время. Посещал библиотеки, бордели, небольшие приёмы всяких расфуфыренных особ, некоторые злополучные и облюбованные всяким сбродом места. Особое внимание уделял древним руинам, развалинам, скрытым от людских глаз пещерам, изредка там можно было найти что-то относящееся к его роду. Тогда же он увлекся и арбалетами. Потратив деньги от пары наемничьих заказов на неплохой экземпляр, Маркус посветил весьма много времени тренировкам с этим оружием.
Когда Нильфгаард начал Первую Северную Войну, вампир оказался как раз недалеко от Цинтры. В суматоху боев он не ввязывался и на глаза людям не показывался, предпочитая роль незаметного ночного наблюдателя. Однажды, посетив поле битвы, ему довелось найти там арбалет империи в весьма хорошем состоянии, ставший неплохой заменой его собственному. Потом он вновь отправился дальше на Север, стараясь уйти подальше от мест боев. Он не находил войну особо интересной.

В один из дней несколько соскучившийся по вкусной крови вампир навестил небольшую деревню на севере Темерии. Если точнее, дело это было в 1263. И положил глаз на дочку старосты. Некоторого времени обхаживаний и чудесного лунного вечера хватило на то, чтобы утащить девушку на сеновал, а позже выпить крови спящей. И под утро, услышав от неё о чудище, что недавно убило несколько овец и чуть не задрало одного из кметов, пьяный Маркус решил погеройствовать и уверенно двинулся в направлении леса, прихватив с собой меч. Ему пришлось забраться довольно глубоко в чащу вплоть до каких-то старых развалин. Пьянство в очередной раз сыграло с ним злую шутку, еще сильнее притупив и так слабые днем чувства. Стремительного удар волколака со спины он заметил лишь тогда, когда когти едва не оторвали ему голову. Рухнув на землю, вампир мысленно обматерил себя за глупость, но в этот момент волколака атаковала эльфка, внезапно оказавшаяся рядом. Пока эльфка отгоняла оборотня магией, вампир успел порадоваться тому, что удар не лишил его головы и усиленная регенерация исцелила страшную рану. После недолгого разговора с немало удивленной эльфкой, та попросила его сопроводить её в населенные не особо дружественными призраками руины. Маркус согласился, но сначала они выследили и прибили того самого оборотня. В руины они пошли уже ночью, где Лина отыскала нужный ей фолиант. В итоге они вместе вернулись в деревню и узнав, что эльфка зачастую занимается тем, что отыскивает и исследует древние руины, вампир решил составить ей компанию, рассудив, что в компании повеселее будет. Правда, наученный однажды горьким опытом, ухо с чародейкой, пусть и недоучкой, всё же держал востро.

9. Навыки и умения:
Вампирские особенности:
Огромные сила, стойкость и скорость, регенерация, нечувствительность к жару и холоду, повышенный болевой порог, превосходное чутье крови, умение принимать “промежуточную боевую форму” и обращаться в туман. Невосприимчив для магического обнаружения, может общаться с животными и низшими вампирами, но не призывать. Не ощущает потребности во сне, еде, воде, воздухе и общении. Кровь для выживания не обязательна.
Ночью все его чувства сильно обостряются, он так же становится способен взглядом погрузить человека в сон и стать невидимым. В полнолуние может перекинуться в полноценную боевую форму.

Приобретенные навыки:
Весьма хороший мечник, регулярно оттачивающий навыки. Довольно метко стреляет из арбалета. Хорошо образован, умен и начитан, играет в кости. Владеет всеобщим и нильфгаардским диалектами, Старшей Речью и немного языком вампиров. Умеет плавать, хоть и не любит это дело. Уход за оружием и одеждой не проблема, постирать или зашить мелкую прореху сможет без труда. Помнит основы гончарного дела, хоть и не практиковался уже более века. В меру харизматичен, вскружить голову какой-нибудь юной особе вполне способен.

10. Слабые стороны:
Не имеет тени и не отражается в зеркалах, что существенно затрудняет передвижение по городу в безоблачную погоду или присутствие в домах аристократов, зачастую напичканных зеркалами. Да и порадовать дам широкой улыбкой не особо выйдет. Кошки, собаки и лошади его интуитивно опасаются, хотя с некоторыми кошачьими иногда может договориться. Днем не обладает усиленными чувствами, за исключением чутья крови.
Пусть и не критично, но пристрастился к крови, иногда пытается заглушить её жажду крепким алкоголем, но выходит скверно. После недели-двух начинает испытывать существенный дискомфорт. Когда напьется – временно пребывает в состоянии эйфории, причем чем больше прошло времени с последнего питья, тем эйфория сильнее и дольше. В таком состоянии зачастую способен на опрометчивые и откровенно идиотские поступки, склонен переоценивать свои возможности.
Частенько ограничивает свои возможности. Во-первых, дабы не раскрывать свою вампирскую сущность, во-вторых, из-за одолевающей скуки. Так же по этой же причине периодически начинает искать какой-то конкретный сосуд для питья, что не всегда проходит гладко.

11. Имущество:
Добротный полуторный меч и нильфгаардский арбалет, темный сюртук, камзол, черные штаны и сапоги, сумка с некоторым бытовым скарбом, кошель с некоторой суммой флоренов и новиградских крон.

Об игроке:
1. Планы на персонажа:
Играть, куда-нибудь да влипать, троллить одну эльфку.
2. Связь: ICQ, Skype

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

3. Знакомство с миром:
Все книги + игры.
4. Как Вы нас нашли?:
Старый-добрый рпг-топ.
Пробный пост:

Встреча с Линой

Маркус уверенной и почти что ровной походкой шагал сквозь утренний лес, настойчиво продираясь сквозь заросли и изредка запинаясь о выступающие корни. Шума при этом он производил, казалось, даже больше чем толпа лихих кметов, узнавших о повышении податей. Его опьяненный мозг так и не отошел от ночных утех с миловидной дочуркой старосты деревни, в которую мужчина забрел почти что случайно, со скуки скитаясь по северным землям Темерии. И, пожалуй, самым главным во всем этом было всё еще яркое ощущение теплой крови с почти-что бархатным привкусом, скрашивающее даже дискомфорт от нахождения под солнцем. А тот очаровательный момент, когда клыки пронзают нежную кожу на шее, даже за более чем век жизни вампира не утратил своей сладости.

Нет, он не считал себя, как в своё время пренебрежительно говорил отец, гемоглобиновым наркоманом. Ему доводилось встречать сородича, по-настоящему зависимого от крови, до такой степени, что она была необходима ему каждый день, а за ночь он мог выпить досуха сразу нескольких смертных. Доводам разума он не внял, впрочем, Маркус и не особо старался, предпочтя поскорее покинуть место, к которому вскоре, очевидно, будет привлечено излишнее внимание. С его точки зрения, удовольствие, получаемое слишком часто, со временем прекращало быть таковым и теряло львиную долю своей прелести. Да и люди, при всех их странностях, подходили не только в качестве закуски.

Даже несмотря на приятное послевкусие ночи, он не совсем уютно чувствовал себя днем. Яркий свет приглушал обостренные чувства вампира, и не только зрение. Это вызывало определенные неудобства, впрочем, Маркус со временем научился находить в этом некоторые плюсы. Такие моменты делали жизнь чуточку интереснее, а самым важным был факт того, что это ограничение не зависело от самого вампира, как если бы он самостоятельно сдерживал свои силы. Да и что уж тут поделаешь, если большинство народов этого мира предпочитает бодрствовать именно во время нахождения в небе громадного светила. С другой стороны, наиболее интересные события зачастую происходили в темноте, ночью, именно тогда, когда силы вампира были доступны ему в полной мере.

Анка не смогла толком рассказать ему, что именно за, цитируя едва не сожранного кмета, “страхоебина проклятая” напала на овец. Да и сам он, признаться, еще не знал даже как собирается это чудище искать. Шустренько оделся, взял меч, да пошел в указанную девушкой сторону, решив по пути что-нибудь придумать. Страх был ему неведом: мало какая тварь могла один на один выйти против высшего вампира, а ударившая по башке кровушка окончательно отмела всяческие здравые мысли об осторожности. Остановился он лишь тогда, когда впереди показались какие-то старые развалины. Через пару секунд мозг выдал теорию, что именно они являются логовом твари и, приободрившись, Маркус решительно шагнул вперед.

К своему величайшему стыду, удара он не заметил. Хотя до полудня было еще далеко, сейчас он обладал чувствами, сопоставимыми с обычным смертным человеком. Точнее, смертельно пьяным смертным человеком. Весьма ощутимая боль пронзила шею и мгновением позже Маркус осознал, что лежит на земле с почти что оторванной от тела головой.
«Твою жеж мать, пьяный ты дебил».
Емко, самокритично, но не особо полезно. Краем глаза вампир заметил нанесшее удар существо. Высокое, покрытое шерстью, явно напоминающее помесь волка и человека. Волколак. На мгновение в душе Маркуса шевельнулось чувство, которое он позже интерпретирует как подобие страха. Если оборотень продолжил начатое, быстро регенерировать вампир не сможет. Нет он не умрет, ибо душа его лишена столь тесной привязки к телу, но на регенерацию ему потребуются десятилетия. А если же его тело будет полностью или почти полностью сожрано этой тварью, его ждут столетия, если не тысячелетия пребывания в состоянии квазижизни. Единственной его надеждой будет то, что когда-нибудь кто-то из высших вампиров найдет это место и спасет его, хотя ничего не обязывает их поступить именно так. Да и шанс этого просто мизерен. Нужно попытаться отвлечь эту тварь, попробовать задушить, если оборотень попробует приступить к трапезе, или же вернуть голову на место, да только вот слишком уж медленно и неохотно слушаются его руки.

От горестных мыслей его отвлекла яркая вспышка и ударивший в ноздри запах горелой шерсти. Оборотень взвыл, когда одну из его лап охватило пламя. Маркус не стал терять время на догадки о том, что и кто так вовремя появился рядом, сосредоточившись на руках. Медленно, но верно ладонь дотянулась до волос и резким рывком вернула голову на предназначенное ей место. Почти мгновенно организм вампира запустил процесс регенерации, сращивая поврежденные ткани. Контроль над телом вернулся в полной мере. Осторожно поднимаясь с земли вампир увидел стоящую рядом эльфку. На её пальцах еще играли искры затухающей магической энергии. Удивленный взгляд, судя по всему, чародейки, Маркусу был более чем понятен – громадная рана на его шее зарастала с весьма пугающей скоростью. И он не исключал варианта, что следующий огненный шар полетит уже в его сторону, хоть желания драться еще и с ней у него не было. Он бы с большим удовольствием догнал волколака и популярно объяснить тому, почему вампиров лучше не злить. Что же до эльфки, то ему оставалось лишь улыбнуться краем губ, потирая шею.
- Что, никогда не видела, как мужчина теряет голову?

Отредактировано Маркус (2018-11-05 15:04:42)