Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава I: Время перемен » Смертельный номер


Смертельный номер

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Время: 9 июня 1264 года.
Место: Каэдвен.
Действующие лица: Сабрина Глевиссиг, Карла Вайсберг.
Описание: Когда на сцене торжественно объявляют «А сейчас – смертельный номер», никому и в голову не приходит мысль, что в ходе представления кто-то действительно умрет. Все думают, это просто громкие красивые слова, предназначенные вызвать пущий интерес у публики к предстоящему выступлению. А зря. Порой суть смертельного номера как раз в том и заключается, что кому-то придется умереть.

+1

2

Вечера в Каэдвене никогда не обладали ковирской пышностью или реданским весельем, здесь все было спокойнее и даже чопорней, если можно так сказать. Разве что напивались в хлам везде одинаково, а именно многие каэдвенцы могли похвастаться своей устойчивостью, соперничая с темерцами.
Так или иначе, Сабрина скользила сквозь всю эту атмосферу в своем черном платье, не оставляющим ни одного местечка для фантазии, ибо все прелести и изгибы ее тела были открыты для любования, и казалось, что платье готово вот-вот соскользнуть вниз, а ведь под ним и вправду ничего не было.
Ничего нового за прошедшие сто лет, разные забавы придумывались, забывались, потом изобретались заново с таким видом, будто были открыты лекарства от всех хворей.
Но сказать, что чародейке было скучно, значит, нагло соврать. Она давно научилась наслаждаться тем, что есть, и извлекать из всего пользу. А здесь у нее было важное дело, и даже не одно. Разумеется, от раздражения по отношению к самым невыносимым людям это не спасало, однако, мало кто решался потревожить ее по пустякам. Уж в Каэдвене так точно. Даже уже навеселе, те, кто не стеснялись приставать даже к жене хозяина поместья, пятились и уступали дорогу, понимая даже сквозь пьяный угар, что встать на пути чародейки это подписать себе смертный приговор. И при этом не обязательно, что именно смертью все и закончится.
Оглядываясь так, будто окидывая зал совершенно безразличным взглядом, Глевиссиг быстро нашла искомую цель. Ее связной, рыцарь, замаскированный по обычного мелкого дворянина. Имя его было не так важно сегодня как сведения, что он готов выудить у пары гостей и передать непосредственно Сабрине. Он был очень ей обязан, и она, в свою очередь, умела очень хорошо благодарить, в результате у большинства тех, кто без страха и упрека говорил о своих высоких качествах и чести, готов опуститься до мелкого сплетника и недоделанного шпика. Но все ей на руку, такими людьми легко управлять, а при ее профессии в политики - это самый надежный инструмент.
Но вместе с тем Сабрина заметила еще одну гостью. Казалось, ничего особенного в ней не было. Но почти вековой опыт быстро подсказал. Она здесь ни на своем месте...
- Смотрю, вечер для вас проходит скучно, - невзначай заметила чародейка, прошелестев мимо своим платьем, продолжая оставаться вне поля зрения гостьи, пока той не придется повернуть голову.
Платье на ней смотрелось хорошо, манеры какие-никакие имелись. Но что-то было не то. И Сабрина надеялась это узнать. Это не значило, что она запоминала каждого человека, которого встречала.
- Сабрина Глевиссиг, - представилась чародейка, прекрасно зная, что ей не удастся никак здесь скрыться под какой-то другой личиной.

+1

3

Кольцо боли на секунду сдавило грудную клетку, в легких застрял воздух. С губ сдавленно сорвалось ругательство.
- Вот так. – Затянув последнюю тесемку сзади на платье, молоденькая артистка отошла в сторону, предоставив возможность женщине, которой она помогала одеваться, полюбоваться собою в зеркале.
Женщина с приятным изумлением изучала отражение и не узнавала себя. С другой стороны на нее смотрел совсем иной человек. Свободное платье цвета спелых плодов голубики с короткими рукавами и воротом под самое горло, заботливо уложенные в простую прическу волосы, вымытые и вычесанные, чистое лицо, аккуратно подстриженные ногти, пара посеребренных браслетов на левой руке, оба толщиною с два пальца их владелицы. Когда она последний раз носила платье? Если память не подводила, еще до того, как вернулась домой в 1261 после скитаний по миру и сейчас, спустя три года, женщине пришлось сделать над собой усилие, дабы поверить в то, что ей показывало зеркало. Как бы абсурдно, или удивительно, или смешно это не звучало, отражение действительно принадлежало ей, Карле Вайсберг.
Так вот как она могла выглядеть, сложись ее жизнь иначе.
«Вовсе недурно» - оценила свой внешний вид Карла. Ее руки аккуратно прошлись по платью вдоль талии. Ножен на поясе, тяжести сабли все-таки не хватало. Успокаивали две острые стальные спицы, благодаря которым держалась прическа. Полноценным оружием их не назовешь, однако уколоть ими человека насмерть можно.
- Карла, дорогуша, великолепно выглядишь. – В комнату вошел руководитель труппы. Прищурил маленькие глазки, выискивая изъяны у своих подопечных.
- Йум, - палец руководителя указал на хиленького юношу с черными кудрявыми волосами, - ужасный дублет. Сплошной оранжевый цвет – ужас. Смени на тот, двуцветный.
Маленькие глазки не остановились на достигнутом, нацелились на новую жертву.
- Армин, надеюсь, ты не собираешься выходить к публике с таким бардаком на голове.
Девушка – эльфийка, помогавшая Карле наряжаться перед выступлением, в недоумении коснулась своих волос, подошла к зеркалу, чтобы рассмотреть, чем оказался недоволен старший.
- Карла… - зеркало достаточно полно передало холод взгляда, с которым столкнулись маленькие глазки. Руководитель отчетливо прочитал в нем: «Давай, скажи мне что-нибудь». – Великолепно выглядишь. Так, уважаемые, мы выступаем после шарлатанов-фокусников. Когда они будут заканчивать, хочу видеть вас рядом со сценой, готовыми предстать перед публикой. Симоне караулит там, внизу. Он вас предупредит, когда нужно будет выходить. Всем понятно? Карла, ты куда?
- Что-то я нервничаю перед выступлением. Пойду немного развеюсь. Йум, возьми мою флейту, если я вдруг буду опаздывать.
Женщина закрыла за собой дверь и уже не услышала слов, которые руководитель труппы бросил ей вслед.
Следовало еще раз все проверить перед тем, как приступать к исполнительной части, чтобы не пришлось в последний момент отменять утвержденный план и импровизировать.
Карла спустилась в просторную залу, в этот вечер пылавшую жизнью и весельем. От каменных стен, увешанных узорчатыми гобеленами, отражались десятки голосов. Столы расставили в центре таким образом, что стол хозяина находился во главе, от него по обеим сторонам в длину вытянулись остальные, образуя таким образом незавершенный прямоугольник. Пространство между длинными сторонами фигуры, которого хватило бы для десяти человек, выстроившихся в линию, и являлось «сценой», как его назвал старший труппы. Зал освещало множество свечей, горевших в канделябрах, расставленных вдоль стен (естественно, таким образом, который исключал возгорания гобеленов), и в двух люстрах, подвешенных высоко над полом. Одна из них так удачно висела над тем местом, где с началом представления расположится хозяин дома вместе с супругой.
Удовлетворенно отметив, что ничего не изменилось со вчерашнего вечера, Карла решила вернуться в комнату, выделенную владельцем поместья для приглашенных музыкантов.
- Смотрю, вечер для вас проходит скучно.
Сперва Карла подумала, что обращаются вовсе и не к ней, но, осторожно посмотрев по сторонам и не увидев рядом никого другого, всем телом развернулась к незнакомке.
- Карла Нойбах. - по крайней мере, под этим именем ее знали другие участники труппы.
О Сабрине Глевиссиг, придворной чародейке короля Хенсельта, Карла многое слышала не только в Каэдвене, но и за его пределами. Люди о ней говорили хорошо, люди о ней говорили плохо, Карла же пока могла сказать лишь то, что наряд у чародейки более чем вызывающий. Ни одна другая женщина, присутствовавшая в зале, не позволила себе одеться таким издевающимся над нормами приличия образом.
- Честно признаться, я немного нервничаю. А когда я нервничаю, то делаю вид, будто мне скучно. Таким вот образом пытаюсь скрыть свою взволнованность. – Карла слабо улыбнулась, вложив в эту улыбку свои извинения, понимая, что ее слова прозвучали несколько глупо.
Как же долго она не общалась со светскими людьми (именно общалась, а не обсуждала условия нового заказа)! В этом деле, знаете ли, нужны определенные навыки, знания правил и устоев, которых непременно нужно придерживаться, если не хочешь выставить себя в дурном свете. А любые навыки и знания, когда их не применяют на практике, забываются. Карла уже умудрилась допустить ошибку – не исполнила реверанс или хотя бы книксен. Так что извинялась она своей улыбкой еще и за это.
- Осмелюсь предположить, что вы тоже скучаете. Это ведь не самое яркое мероприятие, которое вы посетили за свою жизнь, я права?
Карла отмахнулась от прислуги, разносившего на подносе заполненные белым вином бокалы. А на сцене в это время появились шуты. Представление начиналось. Что же, Карла присоединится к остальным музыкантам непосредственно перед выступлением. Оставив чародейку, не закончив с ней разговор, она бы проявила признаки дурного тона.

Отредактировано Карла Вайсберг (2018-10-14 19:23:12)

+1

4

Память не сразу подсказала Сабрине, что она уже видела эту девушку среди других приглашенных музыкантов и остальных, кто призван развлекать достопочтенную скучную местную публику. Но при этом она настолько фривольно и спокойно двигалась среди остальных гостей, что ее легко можно было спутать с дворянкой мелкого пашиба. В другое время она бы не обратила на нее внимание, но именно связь с музыкантами заставила заинтересоваться. Обычно они держались в стороне от остальных, так было принято. А уж тем более редко наряжались в такие платья, которые в некотором роде приравнивали их к тем, кому они должны прислуживать.
Но оскорбило ли это Глевиссиг? Ее мало что могло оскорбить из подобного при всей ее вспыльчивости, ибо здесь не было какого-то неуважения именно к ней, после чего пришлось бы ставить виновника сей оказии на место.
Нет, здесь как раз наоборот, было хоть что-то, что поможет расшевелить это болото. Когда живешь почти сотню лет, радуешься любой мелочи, что чуть выбивается из общего положения вещей. Это не значит, что чародейка умирала от скуки. просто это делало вещи несколько пикантнее.
- Судя по акценту вы откуда-то с югов, если я правильно понимаю? - тут же ухватила ситуацию в свою инициативу Сабрина. - Я бы сказала Ривия или еще южнее. Но в вашем  имени есть еще и примесь нильфгаардских королевств. Что еще больше удивляет, как именно вы оказались здесь, да еще в таком положении, и в такой компании. Это бы занимало мою голову весь вечер, но я предпочла подойти и познакомиться, чтобы ее освободить. Надеюсь, вы не сочтете это бесцеремонным и оскорбительным.
Ее тон, в общем-то, спокойный и умиротворяющий, был, тем не менее. властным, говоривший, что если это кажется как раз бесцеремонным или оскорбительным, то это исключительно проблемы другой стороны. Для Глевиссиг на ее земле и ее положении подобные вопросы являлись необходимостью, нежели чем-то еще.
- Способ хороший, я бы даже сказала, правильный. Это хорошее начало, чтобы учиться дальше. Убеждать других видеть то, чем на самом деле оно не является, на самом деле великий дар.
Который сама Сабрина думала, что освоила в совершенстве. По крайней мере, пока ей редко приходилось в подобном ошибаться.
- Не самое. Но до скуки мне далеко. Когда вокруг целый клубок интриг и низших человеческих качеств, готовых в любой момент выплеснуться через край, никогда не будет скучно. Вам ли не знать?
Хотя откуда ей знать. Даже если она и была из дворянского рода, то была скорее домашней девочкой, нежели той, кто пробивает все преграды. Или может потому она и здесь, что пробивает преграды совсем по-другому?
- Я вас не задерживаю от вашего перформанса? Несомненно, на фоне того, как вы легко и грациозно балансируете в этом зале, будто являетесь своей здесь и далеко не в первый раз, воистину это будет интересным зрелищем, - вновь улыбка, но в этот раз это был оскал настоящего хищника, который никогда не смотрит на добычу дважды, не играет с ней, а заглатывает целиком, не давая никакой возможности вырваться.
Дракон в женском обличье, что нацепил на себя самое сексуальное и обтягивающее платье, на которое хватило фантазии. Но далеко не самое откровенное, которое могла позволить смелость чародейки.

+1

5

Усевшаяся за столы публика взорвалась громким смехом. Шуты успешно справлялись со своей работой – смешить зрителей. Чем же именно им удалось вызвать смех собравшейся здесь аристократии, Карла не увидела и не услышала. Ее внимание полностью сосредоточила на себе чародейка.
Охотница слышала от кого-то, что магики умеют читать чужие мысли, залезать людям в головы и копошиться во всем сокровенном и скрываемом, но вывод, сделанный чародейкой по поводу ее, Карлы, происхождения, женщина восприняла за обыкновенную интуицию (обыкновенную в том смысле, что для нее не обязательно владеть магией). Сколько зим пережила Сабрина Глевиссиг? Пятьдесят? Семьдесят? Точной цифры Карла не слышала ни от кого и спросить об этом саму чародейку стеснялась, но полагала, что с ее-то возрастом, опытом, который она приобрела вместе с прожитыми летами, и способностями, коих у магички наверняка было множество, госпожа Глевиссиг могла уверенно определять по акценту земли, откуда родом ее собеседник.
По крайней мере, в случае с Карлой она попала не в десятку, но чуть-чуть правее и выше.
- Я родилась в Цинтре. Лет так с 15 начала путешествовать по миру, выступать с разными артистами и музыкантами. С мэтром Гаерхартом, старшим нашей труппы, я познакомилась 5 лет назад, в Новиграде. Несколько раз выступала под его руководством, и вот буквально пару недель назад он связался со мной и попросил подменить ушедшую из труппы девушку. Вот так я здесь и оказалась.
И ведь ни капельки не соврала. Не всё сказала – да, этим Карла прегрешила. Но то, что с ее губ не слетело ни одного лживого слова, это факт.
Зал повторно заполнился смехом. На этот раз зрители смеялись менее сдержаннее. Судя по их реакции, Карла пропускала воистину стоящее выступление. Однако упускать столь интересную собеседницу ей также не хотелось. Когда вновь выпадет шанс пообщаться с чародейкой в такой светской обстановке?
- К сожалению, об интригах я знаю немного. А может и к счастью. Возможно, именно потому, что я мало смыслю во всей этой закулисной борьбе, я также слабо разбираюсь в изъянах человеческой души. Не замечаю их у окружающих и поэтому все люди для меня хоть немного хорошие.
Ох уж все эти заговоры, сговоры за спиной, подлые планы. Привычные слова для аристократических кругов, но не для каждого аристократа. Отец Карлы был человеком честным, прямолинейным, не допускавшим подлостей со своей стороны и никогда не опускавшимся до уровня иных мерзавцев и негодяев. Для своей дочки он был идеалом, Карла росла, во многом стараясь быть похожей на него, и даже после смерти отца, когда девочка выросла в самостоятельную женщину с собственным складом ума и взглядами на жизнь, она временами ориентировалась на своего покойного папеньку.
- У меня еще есть немного времени перед тем, как придется выходить на сцену, и я с радостью уделю его вам. По поводу выступления я ничего обещать не могу, но уверена, что помидорами в нас не станут бросаться, - Карла сделала неопределенный жест рукой, вложив в него всю грацию и аристократичность, на которые оказалась способна охотница за головами. – Не сочтите за наглость, но могу ли я поинтересоваться, что вас привело на это торжество?
Карла подумала, что будет очень некстати, если выясниться, что чародейка присутствует на мероприятии ради того же человека, за которым пришла она. Подобный поворот событий в плане охотницы не предусматривался и мог вызвать определенные осложнения.

+1

6

Сабрина обладала чувством юмора, но как и ей самой, тому сложно было угодить. По крайней мере, примитивное лицедейство никогда не давало нужного заряда эмоций. А вот какая-нибудь ирония, особенно жизненная, да направленная на кого-нибудь другое - это пока лучшее, что могла предложить жизнь. Но даже когда проходили вспышки ярости и гнева, чародейка оказывалась способна оценить иронию и по отношению к себе.
И не стеснялась, если кто-то ее пытался прочитать. Откровенно говоря, тот путь, который Глевиссиг выбрала для себя на публике, прочитать ее было не слишком сложно. Но все это было лишь ширмой, за которой скрывались самые страшные, и самые мрачные секреты, до которых далеко не каждому дано докопаться. А все остальное - лишь потеха самолюбию и отвлечение в внимания.
Поэтому все мысли Карлы о чародейке могли быть лишь догадками не более, в то время как сама Сабрина вытаскивала наружу факт за фактом.
- А чем же тогда приходится заниматься в остальное время? - чародейка чуть склонила голову в сторону. - Я о том, что бегая из труппы в труппу, учитывая конкуренцию, и низкую оплату подработок на заменах недостаточно, чтобы поддерживать в нужной степени финансовый статус. У меня были знакомые среди актеров, поэтому мне любопытно.
Вернее, эти знакомые были шпионами, но это уже другой разговор. Карла постепенно раскрывалась, но все-таки в ней оставалось достаточно загадки, которая и обратила на нее внимание Глевиссиг.
Пока что не было сказано ни слова лжи, но скрывать правду намного проще, чем придумывать ложь.
- Это не страшно. На самом деле плавать в этом требуется далеко не всем. Но знать о существовании, впрочем, нужно каждому, чтобы уметь распознать угрозу, прежде чем кто-то успеет ударить. В среде артистов подобное на каждом шаге, но только если поднимаешься все выше и выше. Поэтому советую обратить на это внимание. Люди завидуют красоте и успеху.
Сама же Сабрина не обладала завистью как таковой, скорее, она добивалась нужных вещей сама, стоило их захотеть.
Вопрос заставил усмехнуться глубоко внутри, но снаружи полные губы лишь слегка расплылись в улыбке. Многие задавали этот вопрос, но каждый получал разный ответ, оставаясь при мнении, которое сам себе создал.
- В Каэдвене мало что происходит без моего ведома. Парочка дворян, которые решили за моей спиной нарушить правила игры, вскоре узнают, что этого делать не стоит. Ничего интересного, простая рутина. Поставишь на место одного, на их место встают трое других. По счастью, у меня есть помощники.
Хозяин поместья услышал другое, еще парочка дворян третье, а те, о ком говорила Сабрина, четвертое. Но на место их ставить она сегодня не собиралась. Подождут, когда их можно будет поймать на горячем.
А пока Глевиссиг невзначай делала предупреждение о том, что связываться с ней себе дороже.
Тем временем, представление уже подходило к концу.
- Полагаю, скоро ваш выход. Возможно, мы еще пообщаемся после выступления, - сказала Сабрина и грациозно скользнула мимо Карлы.

+1

7

У чародейки можно было поучиться, как правильно общаться с людьми. Слетавшие с губ госпожи Глевиссиг слова звучали приятно и учтиво, вызывая доверие к магичке, не оставляя собеседнику иного выбора, кроме как говорить в ответ, и говорить правду, а ее хищная улыбка, наделенная своеобразной притягательностью, повелительный тон, который улавливался в голосе, не позволяли просто так развернуться и уйти, резко оборвав разговор.
Причин для удивления Карла в данном случае не видела. Такие люди, как Сабрина Глевиссиг, то есть наделенные властью и управлявшие судьбами мира, в обязательном порядке должны уметь правильно контактировать с окружающими. Не только с целью влиять на человеческие умы и сердца, но и чтобы банально не ударить в грязь лицом.
- Чаще всего я гастролирую одна. То тут выступаю, то там. Особых богатств на этом не заработаешь, но на жизнь мне хватает. А платье, - Карла опустила взгляд на мягкую синюю ткань, украшавшую внешний вид охотницы этим вечером, - я попросила у своей знакомой специально для сегодняшнего выступления. Мне на такую роскошь не хватило бы денег.
Это хотела услышать Сабрина? Карла и сама бы заинтересовалась, будь она на месте чародейки, на какие такие шиши артистка, не именитая, не выдающаяся, зарабатывающая сольными выступлениями либо на подработках, купила платье, уступающее в дороговизне и вычурности нарядам других присутствующих на мероприятии дам, тем не менее, способное привлечь к себе и своей носительнице чужие взгляды.
Вот только Карла сомневалась, что она сможет вытягивать информацию из людей так непринужденно, беспрепятственно, как это получалось у чародейки. За время их общения госпожа Глевиссиг успела узнать о своей собеседнице то, что она хотела знать и чуточку больше. А что удалось разведать о Сабрине Глевиссиг охотнице за головами? Кроме имени. Цель её визита на проходящее в доме торжество. Размытые слова со смыслом, понятным лишь самой чародейке.
Наблюдавшие за представлением гости отреагировали на очередное выступление всплеском аплодисментов и восторженными вздохами. В заполнившем зал шуме утонул одинокий выкрик: «Шарлатаны!».
Женщина посмотрела в сторону сцены, увидела, как уходят под благодарные рукоплескания фокусники.
За этот короткий миг магичка успела попрощаться и покинуть общество артистки. Карла взглядом проследила за удаляющейся чародейкой. Двигалась та изящно и уверенно, словно была настоящей хозяйкой вечера, центральной фигурой на данном мероприятии.
- Карла, вот ты где! Там Гаерхарт рвет и мечет, не может тебя найти, - паренек с кудрявой головой подхватил женщину под руку и повел к сцене. – Нам сейчас выходить.
С последними словами Йум всучил ей флейту.
Умница, не забыл.
- Где тебя носит? – сквозь стиснутые зубы прошипел старший труппы. Он был явно зол, однако вид сохранял благопристойный. Всё для зрителей.
Карла не постыдилась бы собравшейся за столами аристократии ответить Гаерхарту самыми резкими словами, какие имелись в её словарном запасе. От позора мужичка спас франт в пламенно-красном дублете, вышедший на середину сцены.
- Дамы и господа, позвольте представить вам музыкальный коллектив маэстро Мелуса Гаерхарта.
Раздались приветственные аплодисменты, призывающие музыкантов явиться перед публикой. 
Труппа проследовала на сцену за своим руководителем, следом за ним поклонилась хозяевам дома, благодаря которым они имели честь выступать в этом доме, присутствующим гостям. Слуги принесли две табуретки с резным орнаментом на ножках, предназначенные для выступавших дам.
Приподняв подол платья, Карла присела на табуретку, разгладила складки ткани цвета голубики. Вздохнула, отстраняясь от всяких посторонних мыслей, и поднесла к губам флейту.
По залу прозрачным ручьём растеклась ласковая, умиротворяющая музыка.

***

Зрители вознаградили музыкантов бурными овациями. Те, кто успел изрядно выпить, пустили слезу. Те, кто употребил еще больше, позабыв о нормах этикета и о своих статусах, отреагировали на выступление хорошенькими матерными словечками. Довольны остались все.
Для Карлы Вайсберг главной наградой за её выступление стало приглашение от хозяина дома артистов сесть за один стол с гостями.
Их усадили по левую руку от хозяйской четы, одной группкой. Так получилось, что справа от Карлы находился Йум и остальные члены труппы, слева ей в соседи достался некий пожилой вельможа, который быстренько присел музыкантше на уши, признаваясь, насколько глубоко проникли ему в душу сотворенные слиянием женских губ и флейты звуки, как утонченно держала она флейту в своих ручках. Карла охотно поддерживала беседу, слушала любезности, которыми мужчина одаривал её, не перебивала, но завидев людей с факелами и наполненными прозрачной жидкостью склянками, встала из-за стола. Дяденька пожелал составить артистке компанию, в ответ Карла аргументировала надобность отойти «строго женскими делами».
Публика увлеклась очередным развлечением. Никто не заметил, как фигура в синем платье отделилась от общей массы и направилась к проходу, ведущему к другим комнатам. Под каменным сводом Карла остановилась, развернулась, дабы удостовериться, что за ней не следят.
Ни один из гостей, ни один слуга не смотрел в сторону охотницы за головами.
Она прошлась по коридору, схватила с тумбочки первую попавшуюся свечу в подсвечнике, вернулась обратно. Вновь аккуратно осмотрелась – лишней осторожность бывает редко. По-прежнему никого. Великолепно.
Нервишки у Карлы шалили. Успех всего дела зависел от того, посмотрит сюда кто-то или нет. Чей-то один случайный взгляд мог запороть всю работу. Рот её был плотно закрыт, превратившись в одну тонкую полоску, но в душе Карла молилась за успех своей задумки.
Из кармашка платья женщина извлекла склянку с лампадным маслом. Прошла к креплению в стене, за которое была привязана веревка, удерживающая люстру над головами владельцев дома, ослабила узел. Люстра опасно качнулась в воздухе.
Последний шаг. Содержимое скляночки выплеснулось на веревку, загорелось от пламени свечи слабеньким огнём.
Всё от неё зависевшее Карла сделала. Поставив подсвечник на место, она вернулась за стол под торжественное объявление:
- Уважаемые зрители! Приготовьтесь, сейчас будет исполнен смертельный номер! Рона Леланд проглотит меч, объятый пламенем.
Уважаемые зрители даже не подозревали, насколько смертельным окажется этот номер.

Отредактировано Карла Вайсберг (2018-11-15 02:17:44)

+1

8

Сабрина нечасто позволяла кому-то сопровождать ее весь вечер, как до него, так и на нем, а после - это уже другой вопрос, сильно зависевший от обстоятельств. Ведь почти во всех домах, только если она не предупреждала заранее, для нее заготавливали отдельную комнату, даже если именно сегодня чародейка обходилась или же уходила в другое место.
Пообщаться с владельцами не удалось, да и не требовалось Сабрине тесное общение, ее больше волновали другие люди. Иначе бы ей удалось заметить некоторые подсказки, что могли привести к следующим событиям.
Не обращая внимания на объявление нового номера, чародейка искала глазами своего человека, но не найдя, перешла к сканированию. Его здесь не было, куда он мог деться? Вернее, он отлучился, и уже достаточно давно. Стиснув зубы, Сабрина решила отправиться на поиски.
Тем временем фокусник уже проворачивал свой трюк, и толпа аплодировала как зачарованная. Даже было интересно, может кто-то подсыпал им что-нибудь в вино? По крайней мере Глевиссиг никакого эффекта не почувствовала.
Дальше события развивались слишком стремительно. Вбежала служанка, которая начала вопить об убийстве, но ее никто не слышал. И прежде чем Сабрина успела прорваться, и владельцы, наконец, среагировали на известие и вскочили со своих мест, люстра упала на них обоих...
Началась паника, Глевиссиг в первые мгновения едва не смели и не раздавали. Пришлось использоваться магию и разбросать испуганный сброд, и наплевать, если это кому-то сломало руку.
- Тихо! - усиленный магией голос эхом пронесся по залу, некоторые бокалы даже треснули. По мановению руки двери в зал начали запираться одна за другой.
- Поймайте тех, кто успел сбежать и верните! - властно приказала она стражникам, что подбежали к уже мертвым хозяевам. - Никто не уйдет отсюда, пока мы не найдем убийцу!
Никто сопротивляться приказам советницы самого короля и друга погибшей четы не собирался. Сабрина же не переживала из-за их потери, их наследник выглядел намного перспективнее, а в свое время она уже успела с ним тесно познакомиться.
После чего она, наконец, смогла допросить кратко дрожащую служанку, которая едва связывала слова друг с другом, будучи на грани помешательства из-за того, что одно убийство произошло за другим.
Выяснилось, что именно человек Сабрины был убит. И был спрятан в малоприметной комнатушке, которая находилась в двух шагах от того свода, где была сожжена веревка.
- Отделите тех, кто отлучался из зала в последние полчаса, - скомандовала Глевиссиг, надеясь, что ей не придется слишком уж много прибегать к магии для этого расследования.
Досада от произошедшего смешалась с гневом, требующим возмездия. И каждый присутствующий это чувствовал, не раз доходили слухи, что бывало с теми, кто переходил ей дорогу.

0


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава I: Время перемен » Смертельный номер