Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Химовая завеса


Химовая завеса

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Время: 16 ноября, 1234 год
Место: Лирия и предместья; Туссент и предместья.
Действующие лица: Весемир, Ориана
Описание: им снова суждено встретиться. И ей снова нужна его помощь.
http://s9.uploads.ru/t/vAKb5.jpg

+2

2

[AVA]http://i.imgur.com/QP5eWDw.png[/AVA]
[SGN]
Внешний вид: крепкого телосложения небритый мужик невысокого роста. Глаза с вертикальным зрачком горят латунью под суровым, хмурым взглядом и кустистыми бровями. Длинные темные, седеющие волосы зачесаны назад и убраны в хвост.
При себе: шерстяной плащ, видавший виды доспех, дублет, наручи с серебряными вставками. Небольшой ларь с пустыми пузырьками от эликсиров. Два клинка. Два ножа: за поясом и при сапоге. Несколько монет в кожаном кошеле на поясе, а также кремень и кресало.
[/SGN]

Вечер, 16 XI 1234
Пасмурно

Один из последних сорванных холодным осенним ветром листов пролетел мимо всадника, сделав небывалый, только листу возможный пируэт в воздухе, и мягко опустился на изуродованную темной грязью дорогу. Он еще не долго наслаждался скудным светом прячущегося за серой пеленой облаков солнца, как крупное копыто усталой кобылы втоптало его глубже в дорожную хлябь.
[indent=1,0]Недавно был проливной дождь, и замерзший верхний слой дороги размок как неготовое тесто у горе-повара.
[indent=1,0]И на юге наступила осень.
[indent=1,0]Ветер вновь распущенно пробежался по едва ли живописному пейзажу, ломая замерзшие, сухие ветви редких кустарников вдоль безжизненного тракта.
[indent=1,0]Всадник поежился, еще сильнее кутаясь в шерстяной плащ.
[indent=1,0]Кобыла шла, понуро опустив голову. Ей надоели долгие переезды по холоду и развезенным в грязевом месиве дорогах. При её седле, опускаясь по бокам крупа, колыхались дорожные, не так давно опустившие сумы. Однако беда с провизией была не главным отличием, как торчащие рукояти двух клинков из ножен, крепко привязанных к седлу. Да так, чтобы всадник мог с легкостью дотянуться до них при необходимости. Как это случилось несколько дней назад, когда изголодавшая и жалкая пара трупоедов напала от безысходности. Могла ли она знать к кому протягивает страшные серые лапы, на кого скалит желтые зубы, на кого уповает во спасение. Ведьмак без труда разобрался с дрянной напастью и продолжил путь.
[indent=1,0]И вот Лирия, её стены и остроконечные башни замка, показались вдали. Скоро будет нормальный ужин, крыша над головой и приятный треск огня в камине. Эта мысль не могла не греть, отчего улыбка озарила дикое лицо всадника.

Его встретили никак. Безразлично. Так, как обычно встречают простых путников. Никто не всматривался в глубокий капюшон, никто не обратил внимание на два клинка при седле. Город продолжал жить своей привычной жизнью и ему было начхать на еще одного прибывшего гостя или далекого родственника, что объявился по посланию о смерти его далекого, но очень богатого дядюшки. Ведьмака же привело сюда не дело, а нужда. Нужда в отдыхе, пополнении припасов и времени на размышление: надвигалась зима, и путь до Каэр Морхена займет достаточно времени, чтобы войти в общий зал заснеженным и продрогшим сугробом.
[indent=1,0]Постоялый двор был полон, отчего пришлось отправляться в не самый привлекательный район города, где удалось договориться с хозяином замшелой  корчмы о месте для сна и отдыха: узкая скамья близ печки, - а также об уходе кобылы в небольшой конюшне, что была в нескольких шагах отсюда.
[indent=1,0]Положив весь скарб под скамью, Весемир устроился на лежанке, подложил руку под голову и сразу же уснул.

+2

3

Утро сменялось днем, а днем вечером, который, в свою очередь, переходил в тяжелую, часто звездную, ночь. Туссент не славился многообразием людей, нелюдей практически не было, привычные лица периодически разбавляли гости сказочного княжества, но в целом все текло своим чередом.
Ориана, не менее невероятная, чем ее земля обетованная, начала расцветать. Ее имя все чаще появлялось в «золотых списках», но, как ни странно, никто не мог угадать, откуда же взялась та самая рыжеволосая, кто ей выслал пригласительный и почему человек, задававший себе вопрос о происхождении незнакомки, мог себе поклясться, что точно ее видел раньше. Магия, не иначе.
Кровопийца окружала себя друзьями и знакомыми, удобными и вполне себе смертными, что не могло не радовать. Но так же в голове всплывал эпизод из жизни, когда один из ее собратьев, в разы старше, чем она сама и даже ее бывший герой-любовник, сообщил, что человек, кроме того что смертен – это было бы полбеды – так он еще и внезапно смертен. Эмпатия, человеколюбие, симпатия и привязанность – это чудесно, но не сейчас, Ориана, не сейчас. На данный момент – они все просто маленькие шестереночки, которые вращаются в твоем механизме.
Однако женщина не могла отказать себе в удовольствии и позволяла некоторым из ее сформировывающегося окружения чуть больше, чем обменяться приветствиями и дежурными фразами. Так произошло с красивой, даже по меркам искушенного города Боклера, девушкой с длинными темными волосами и огромными серо-зелеными глазами. Она держалась поодаль и представлялась коротко – Гея. Как выяснилось позже, это было сокращением трех ее имен, которыми наделил ее покойный род известных скульпторов, который простирался от кого-то там. Фамилия, которую Ориана знала, но по просьбе новоиспеченной приятельницы использовала крайне редко, не всплывала на торжествах, но все, и приглашенные и хозяева торжества, прекрасно понимали о ком идет речь.
Вампир и человеческая особь не сказать, что стали подругами, но первая позволила второй появиться у себя дома, рассказала кое-что о себе, ровно то, что хотела узнать о художнице, сидящей в глубоком кресле напротив. Потом их стали звать вместе. Когда не появлялся кто-то из дуэта, у прибывшей половины спрашивали о самочувствии и состоянии другой. Женщины писали друг другу письма, у них появились общие истории, да такие, которые неприлично рассказывать вслух при «Больших» людях. Все было так, как у людей. До недавнего времени.

Ориана тонкими аккуратными строками уродовала легкий бумажный квадрат. Ворон, неравномерно стучавший клювом в попытке расколоть принесенную улитку о каменный подоконник, всячески отвлекал от письма, но медлить было нельзя.

«Дорогой В., закрыв глаза на старую встречу и мою искреннюю симпатию, я прошу тебя не о дружеском свидании. Считай это заказом и весьма недурно оплачиваемым. Птица сообщит мне твое местоположение в случае согласия. Я все объясню при встрече. Дождись меня. О.»
Рыжая избегала подробностей, избегала имен. Воронья почта  в разы надежнее голубиной хотя бы потому, что вороны этих самых голубей просто клюют. Но вампир не имела ни малейшего понятия где может находиться старый Волк, поэтому допускала перехват письма. Мало ли. Но, чтобы у старого знакомого наверняка не осталось вопросов о том, кто скрывается за «О», женщина вытащила острое лезвие, которое обычно использовала для вскрытия плотных конвертов и, оставив глубокий порез на пальце, прикоснулась к бумаге кровавым отпечатком. Запах высшего вампира, по крайней мере чего-то нечеловеческого, как надеялась Ориана, должен натолкнуть Весемира на весьма очевидный ответ.

Птица летела долго. За ее черными крыльями оставались люди, поселения, города, озера и реки, черные леса и редкие дубравки, но в конце концов она нашла того, кого искала. Он нашел.
Ворон, вылетевший в сопровождении трех собратьев, приблизительно знал, кого искать. Мужчина. Темные с проседью волосы. Ведьмак. Школа Волка. Откуда обычной боклерской птице, откормившейся за счет хозяйки, знать как выглядят ведьмаки, в общем-то, любой школы? Вопрос оставался открытым. Но он нашел.
Когтистые лапы цепко ухватились за покосившейся забор, отчего плетенка дернулась. Аккурат напротив стояла кобыла, на которой и приехал выслеженный мужик. Птица, перелетев под крышу стойла, спрятала голову под крыло и осталась ждать того, кому предназначалось короткое письмо, привязанное к лапе.
Долго ждать не пришлось. Ворон, услышав легкие шаги, но уже натренированный  своей покровительницей и ее тихой поступью, встрепенулся и, расправив крылья, захлопал ими, привлекая внимание гостя. Пернатый слетел с насиженного места и, покружив с коротким карканьем вокруг Весемира, уселся на круп ничего неподозревающей лошади. Вероятно, кобылка не была готова к подобному па и даже всхрапнула от такой наглости и посягания на свою спину маленьких и очень острых коготков. Ворон терпеливо ждал, пока ведьмак отвяжет маленький рулон от его конечности и даст хоть какой-то ответ.

Отредактировано Ориана (2018-10-31 03:37:32)

+2

4

[AVA]http://i.imgur.com/QP5eWDw.png[/AVA]
[SGN]
Внешний вид: крепкого телосложения небритый мужик невысокого роста. Глаза с вертикальным зрачком горят латунью под суровым, хмурым взглядом и кустистыми бровями. Длинные темные, седеющие волосы зачесаны назад и убраны в хвост.
При себе: шерстяной плащ, видавший виды доспех, дублет, наручи с серебряными вставками. Небольшой ларь с пустыми пузырьками от эликсиров. Два клинка. Два ножа: за поясом и при сапоге. Несколько монет в кожаном кошеле на поясе, а также кремень и кресало.
[/SGN]

Утро, 18 XI 1234
Пасмурно

Несколько дней, что ведьмак провел в Лирии, восстанавливая силы и припасы после долгих и мучительных скитаний по осени, никак не отразились ни на нём, ни на жителях Лирии в целом. Жизнь здесь, казалось, одинакова изо дня в день. Торговцы работали как и подобает торгашам, крича и завлекая к своему товару, и конечно же под бдительным присмотром добросовестной стражи, что патрулировала улицы и даже тупики в поисках законнонепослушных тел. Преступность была совершенно не развита в этой чудесной летней столице исключительно в теплые месяца. Но как только наступали холода, как деревья скидывали листья и буйный ветер морозил головы, вся скрывающаяся шваль вылезала из своих нагретых мест дабы поживиться чем угодно ценным у зазевавшихся и замерзших прохожих. Поэтому некоторые ростовщики нанимала личных охранников. Хотя бывало именно наймиты, в конце концов, оказывались негодяями, ворами и даже насильниками.
[indent=1,0]Подобное беззаконие касалось не только мирных граждан, подпирающих запертые двери деревянным сундуком, но и ученых, что заседали в Королевской Академии Наук. В холодные дни оттуда, бывало, пропадали ценные бумаги и необыкновенно редкие экспонаты – представители черного рынка трудились в поте лица.
[indent=1,0]Все знали о текущей проблеме, но, увы, она едва ли волновала жителей. Полезнее для здоровья было не замечать этого.
[indent=1,0]Весемир недовольно кряхтел, поскольку его несколько раз брали за паломника или путника, что ошибся городом. Если в первый раз нападавшие посчитали, что ему удивительным образом повезло, но в их следующую встречу ведьмак доходчиво указал на их бессовестную неправоту.
[indent=1,0]Близилась зима. В Лирии отсутствовали заказы. Других причин почему этот город еще мог послужить временным пристанищем для ведьмака не было. Он готовился покинуть летнюю столицу, отправившись вновь на север, к Каэр Морхен.
[indent=1,0]Тихо и мягко появившись в стойлах, Весемир вручил яблоко  дремавшей кобыле, отчего та взбодрилась и с симпатией боднула хозяина в плечо. А затем всхрапнула, почувствовав птицу на себе.
[indent=1,0]То был ворон. Покаркав и пролетев круг над головой, он опустился. Черный глаз, уставившийся на ведьмака, моргнул. Длинный клюв приоткрылся, а взъерошенная голова наклонилась набок, указывая на привязанный к лапе кусок бумаги. 
[indent=1,0]– Письмо для меня? – Весемир удивился, поскольку еще ни разу не получал сообщения, что доставлялись воронами.
[indent=1,0]Пернатый курьер каркнул и забил от нетерпения крыльями, доставляя дополнительный дискомфорт кобыле, на чьем крупе он до сих пор пребывал.
[indent=1,0]Освободив птицу от информационной ноши, ведьмак развернул письмо. Желтые нечеловеческие глаза забегали по витиеватым строчкам. Дорогому В. от О. Птица сообщит о местоположении.
[indent=1,0]Догадка о том, что скрывается под именем «О.» была верной и безошибочной. Доказательства этому присутствовали – четкий отпечаток пальца, выполненный кровью. Кровью с весьма специфическим запахом. Нечеловеческим.  Вместе с запахом нахлынули и воспоминания о последнем визите Туссента.
[indent=1,0]Весемир оторвал взгляд от сообщения и вновь посмотрел на ожидающего ответа ворона. Продолжительное время они смотрели друг на друга. В конце концов ведьмак выдавил из себя:
[indent=1,0]– Я её дождусь.

+2

5

Рыжеволосая женщина появилась в городе внезапно. Кто-то говорил, что зло она несет, что, мол, птицы ее слушаются, вороны с руки едят, мракобесие! Кто-то махал рукой, баба и баба, а какая баба без черта внутри? Кто-то присоединялся ко второй теории, но развивал свою линию про то, что это просто девка, которая ищет кого-то. Эта идея возымела успех, найдя сторонников в лицах безутешно влюбленных милсдарей и милсдарынь. Ориана только переступила невидимую городскую черту, а Лирия уже была уверена, что по ее улицам ходит влюбленная в саму Мелитэле ведьма, а ворон, который летит рядом или садиться на ее плечо – это воплощение покойного мужа рыжей гостьи. Пусть так. Не шлюха и не кровосос – уже неплохо.
Женщина шла бесшумно. Ворон указал ей нужное место и теперь, сидя у нее на плече, высматривал ведьмака, которого он так рьяно и самозабвенно искал неделю назад. Путь до Боклера занял у птицы прилично времени, в отличие от его госпожи, которая в туманной форме передвигалась в разы быстрее. Серый капюшон скрывал рыжие волосы, но осенний ветер, растрепав и без того неаккуратную прическу, вытащил из-под заколки несколько медных вьюнков. В вечерних сумерках вампир чувствовала себя увереннее, и перешептывания зевак, рассевшихся с трубками, которые она, конечно же, слышала, ей не доставляли никакого дискомфорта.
Запахи, пейзаж, сам дух города был чужим и, вероятно, этим и живут путешественники. Но Ориане, которая не славилась любовью к поездкам даже в соседствующие с Туссентом предместья, инородный город был абсолютно некомфортным. Пахло камнем, вернее, каменной пылью; чем-то плесневелым, подтухшей водой Яруги. Но, чем ближе княжеская гостья приближалась к нужному месту, тем яснее слышался нужный мужской запах.
Вампир до сих пор помнила вкус его крови и, стоило воспоминанию всплыть в памяти, на языке приятно кольнуло. Отравленная, порченная – скажут другие; пряная и дикая – скажет Ориана.
Фигура в сером плаще остановилась, ворон на женском плече тихо каркнул и, взлетев, уселся на крыше корчмы с выцветшей скрипучей вывеской. Около этой самой корчмы восприимчивый к запахам нос уловил запах еды, картошки с мясом? Да, пожалуй.
Ориана усмехнулась сама себе, вспомнив, как кормила ведьмака «с руки».
- Здравствуйте, милсдарыня.
Хозяин корчмы, невысокий добротный мужик с пышной бородой и в засаленном фартуке, кивнул гостье, снявшей капюшон.
- Мест нет, а вод накормить – накормим. Жена только горшочки с мысом достала, проходите, если есть монеты в кошельке…
- Благодарю. – Ориана прошла к стойке и, сунув руку в кошель на поясе, вытащила оттуда монету. – Мне нужен Ваш постоялец. Мужчина, ведьмак. Он сейчас здесь? Я знаю, что здесь.
О, она знала. Ориана, как страдала от новых запахов, так и прекрасно их запоминала. А запах ведьмаков и подавно. Она так считала, хоть, кроме Весемира, в ее круге знакомств не было ни одного мастера.
- Так почто спрашиваете, коли знаете? – Прикрыв монету широкой ладонью и чуть сощурив глаза, поинтересовался корчмарь.
- Надеюсь на то, что Вы его уведомите о моем визите. Он знает, что я приеду, но, пожалуйста, сходите за ним.
- Так он, это, милсдарыня, там, за печкой лежит. Сами подите, да… - на стол легла еще одна монета.
Вампир не хотела никуда идти. Ни к печке, на которой стояла большая пиала с несколькими свечами; не хотела женщина проходить мимо дремлющего до ее прихода кота; она не хотела, чтобы к ее отсутствию тени были вопросы, не хотела, чтобы «такой славный и дружелюбный котик» начинал шипеть на Хранительницу Скрытого.
- Пойду приведу, раз Вы так просите.
Ориана осталась ждать в небольшой зале, где уже были перевернуты несколько стульев и сгружены на пару столов. Но один, длинный и стоящий у стены стол, был свободен. На нем тоже стояла свеча, которую тут же потушили женские пальцы; рыжая окружила себя полумраком, привычным покрывалом темноты.
Пахло и правда вкусно.

- Спасибо, что согласился меня выслушать.
Сидя напротив ведьмака, Ориана чистила яблоко маленьким ножиком для писем.
- Как ты? Начнем с банального приветствия, как думаете, мастер ведьмак? – Это было тяжелее, чем казалось сначала. Конечно, ни один мускул на женском бледном лице не дрогнул, голос не давал возможности усомниться в девичьей стойкости и решительности. Но, тем не менее, Ориану больно кололо их прощанье. Это было невежливо, это было неуважительно по отношению к ней. И кто он, блять, такой, чтобы… - Есть заказы? Пока я шла, думала, что местные на меня выйдут с вилами и факелами. Я так подозрительно выгляжу? Надо было одеться теплее?
Женщина беззлобно улыбнулась, отрезая от яблока кусок и, прожевав, кивнула корчмарю, чтобы тот нес еду.
- Надеюсь, ты со мной поужинаешь. Не мой гуляш, конечно, но тоже ничего. Итак, ты у нас человек занятой, поэтому к делу.
И женщина рассказала историю про то, как она познакомилась с художницей, вполне себе здравомыслящей и с чистой, светлой головой. Они начали общаться ближе, если можно так сказать, то даже дружить. Потом Агнетт как подменили. Она стала сонной, начала резко худеть.
- Подойдешь к ней, спросишь, - Ориана отпила эль из кружки и дернула носом, невкусно, - что с тобой, Агнетт, что случилось? Она отвечает, что все в порядке, не беспокойся. Я отвернусь, пойду за вином, а она смотрит в одну точку, покачивается, глаза стеклянные. Я чувствую, что что-то не так, понимаешь? А я, думаю, Вы, мастер, со мной согласитесь, имею основание верить своей интуиции. Меня боятся кладбищенские бабы, боятся туманники и утопцы, не вылезают на встречу. Но я их хотя бы вижу. А то, что случилось с Агнетт… я не знаю. Оно как будто внутри. Но кровь ее чистая, я не чувствовала ничего дурного. – Женщина подняла вверх указательный палец. – И, нет, я не пила ее. Она порезалась при мне об осколок бокала. Помоги мне. Назови цену и я заплачу. 

Отредактировано Ориана (2018-10-31 08:03:16)

+2

6

[AVA]http://i.imgur.com/QP5eWDw.png[/AVA]
[SGN]
Внешний вид: крепкого телосложения небритый мужик невысокого роста. Глаза с вертикальным зрачком горят латунью под суровым, хмурым взглядом и кустистыми бровями. Длинные темные, седеющие волосы зачесаны назад и убраны в хвост.
При себе: шерстяной плащ, видавший виды доспех, дублет, наручи с серебряными вставками. Небольшой ларь с пустыми пузырьками от эликсиров. Два клинка. Два ножа: за поясом и при сапоге. Несколько монет в кожаном кошеле на поясе, а также кремень и кресало.
[/SGN]

Вечер, 18 XI 1234
Пасмурно

Потолок выглядел забытым, жалким, пыльным. По обилию искусно и художественно сплетенной паутины без преувеличения можно выдвинуть неоспоримую теорию, что семейство пауков создавали своё угловое королевство с самого основания корчмы. Тысячи маленьких черных глазок поглядывали вниз, где в свою очередь на них смотрели два других, но горящие, звериные, желтые.
[indent=1,0]Ведьмаки умеют восстанавливать силы, находясь в разных условиях. Спать с открытыми глазами не являлось для них чем-то необычным, дурным, как для непривыкших к подобному кметам. Так прошлой ночью Весемир напугал одного выспавшегося пропойцу, что направлялся на улицу по нужде, но впоследствии потерялся, обомлел, и насущная необходимость отпала самостоятельно.
[indent=1,0]- Милсдарь ведьмак, - послышался осторожный шепот, и неподвижные латунные глаза моргнули, зрачок сузился, фокусируясь на широком бородатом лице корчмаря.
[indent=1,0]Тот смущенно облизнул губы и опустил взгляд.
[indent=1,0]- Там к вам баба какая-то пожаловала. Рыжие волосы, бледная. Замерзла видать сильно. Оно-то и понятно. Холодать сейчас начнет ух как быстро. Как говорят у нас в Лирии, без меховых сапог шагнешь в хладный чертог. Ну, эта, помрешь то есть
[indent=1,0]Никак не прокомментировав глубокую присказку лирийцев, ведьмак свесил ноги с уступа печи, кивнул в знак благодарности и мягко спрыгнул на пол. Ни одна половица не скрипнула: корчмарь гордился недавно переложенным полом. 
[indent=1,0]Она сидела за столом, за дальним, окутанная в привычный мрак.
[indent=1,0]Невольно нахлынули воспоминания и дали знать старые тяжелые раны, полученные в ночь, на Боклерском кладбище.
[indent=1,0]Стул протяжно заскрипел, когда ведьмак опустился напротив ожидающей Орианы.
[indent=1,0]- Здравствуй, - приветствие выдавилось с трудом, никак не изменив кислую бледную физиономию.
[indent=1,0]Весемир, кривя губами, тяжело смотрел, как женщина ломает комедию: ловкие руки отрезали кусок от яблока, а кивок корчмарю означал добро на поднос, так сказать, яств.  Ведьмак не ответил ни на один заданный вампиром вопрос.
[indent=1,0]- К делу, - холодно, но беззлобно буркнул он.
[indent=1,0]Ориана поведала ему всё о тягостной проблеме, что случилась с её близкой подругой. О её неожиданной апатии ко всему, о потухшем взгляде. Дело – достойное времени ведьмака.
[indent=1,0]Тот посмотрел в сторону и устало вздохнул. Горячо хотелось подняться, покачать головой и вернуться к нагретому место за печкой. Также упомянуть, что убийцы чудовищ не принимают заказы от этих же чудовищ. Однако он этого не сделал. Тяжело, словно примирившись с неприятными мыслями, выдохнул и остро глянул в её зеленые глаза.
[indent=1,0]Рот всё еще был искривлен от недовольства.
[indent=1,0]- Фисштех или последствия другого психотропного наркотика, - негромко высказал своё мнение ведьмак, но Ориана тут же упомянула о чистоте её крови, чем и наградила себя подозрительным взглядом латунных огоньков.
[indent=1,0]- Если не пила, то быть уверена не можешь, - продолжил Весемир, считая свою теорию верной и поэтому его участие в этом было бы полным абсурдом. – В таком случае, что может сделать ведьмак? Отрезать ей голову? Провести ритуал? Выпить вина и поговорить по душам…?
[indent=1,0]Душа.
[indent=1,0]Душа…
[indent=1,0]Ведьмак осекся, изменившись в бледном и хмуром лице. Он никогда не сталкивался с этим, но достаточно много читал под пристальным оком наставника с действенными методами мотивации к обучению – палкой и затрещинами. Злобный дух, паразитирующий в человеке, питающийся его отрицательными эмоциями, токсичными мыслями и идеями. Он сидит в своей жертве долго, питается, но никогда не убивает, доживая до глубокой мучительной старости обремененного человека. И имя такому духу Хим.
[indent=1,0]Возможно, это он. Возможно. Или же это обыденная ситуация с разбитым сердцем.
[indent=1,0]Уставившись на некогда горящую свечу, ведьмак постукивал большим пальцем по столу, раздумывая.
[indent=1,0]Если девушка стала жилищем для Хима, особенно старого, то выгнать его будет задачей очень непростой. В данном случае риск не будет оправдан.
[indent=1,0]- Эта… Агнетт, - в конце концов Весемир проявил признаки присутствия, - она делала что-либо плохое? Совершала какие-либо дрянные поступки, отпечаток которых до сих пор не дает ей покоя? Расскажи, даже если это секрет. Это очень важно.

+1

7

Ориана на долю секунды закатила глаза.
- Святой Лебеда, думаешь, у нас нюхают эту вашу северную погань? В Туссенте не нюхают, дорогой Весемир, в десна не втирают. В Туссенте курят. Истинные туссентцы, конечно.
Женщина очень хотела поинтересоваться, действительно ли ее собеседник считает, что высший вампир не сможет определить чистоту крови по запаху. Это звучало даже как-то оскорбительно, не сказать еще хуже. Весемир не знал, что обоняние – самое сильное место кровопийцы, делающее ее слабой в вопросах запахов. Если бы они вдвоем решили устроить соревнование, кто больше расскажет о местных жителях, не выходя из корчмы, рыжая бы выиграла, здесь сомневаться не приходится. Уже сейчас она знала от пяти до шести, шестая неточно, привычек корчмаря, сколько у него детей и без ошибок бы могла найти постояльца, обоссавшего дальний угол около недели назад. Как долго в погребе хранятся овощи, какие именно, даже приблизительный вес смогла бы назвать. Но… как-нибудь в другой раз.
На замечание, вместо какой-нибудь колкости или ремарки, Ориана только едва выгнула тонкую бровь и слегка наклонила голову. Этого было достаточно.
- Зависит от того, что ты вкладываешь в понятие «плохого». Что дозволено Лебеде, знаешь ли... А уж что ее гложет, я и подавно знать не могу. Как часто ты исповедуешься друзьям о подобном? Впрочем, полагаю, ведьмаки вообще не сторонники задушевных разговоров. Да и дружить не умеют, смею считать. Что касаемо Агнетт. Она была в отношениях с рыцарем де Кальер-Бюсси, он был женат и имел двоих детей. Не знаю, жив он или нет. Но его жена, узнав об интрижке, устроила ему скандал, а потом повесилась. Имеет ли эта история отношение к моей подруге? Не думаю, что она из-за случившегося слишком переживала.
Вампир отвела взгляд. Ее привлек проснувшийся кот, который уже собирался было выгнуть спину, недовольный хищной гостьей. Но та прижала палец к тонким губам и зверек, смерив Ориану немигающим взглядом и подумав пару секунд, моргнул и, отвернувшись, принялся вылизывать то, чем наградила мать-природа. Вот  е е  коты так себя не вели.  Е е  -то коты настоящие жители Туссента, не то что… это.
- За Агнетт числится много грешков, с другими людьми мне скучно вести беседу. Но есть еще история. Я не могу ручаться за ее достоверность, поскольку я слышала о ней вскользь и многого я не знаю наверняка. У Агнетт есть сестра, у той сестры сын. Матери он стал не нужен практически с рождения, ребенок появился на свет больным и очень слабым. Когда ваши дети начинают говорить? В два года? В три? По словам Агнетт, он не начал разговаривать и в семь, и в восемь, только мычал и открывал беззвучно рот. Агнетт взяла его к себе, водила к нему лекарей, чародеев, но все без толку. Мальчонка лежал, испражнялся под себя, ел только толченую еду, позже перестал даже челюстями двигать. И в конце концов, Агнетт, надо считать, устав от подобной обузы, задушила мальчика во сне. Эта история достаточно «плоха» для ведьмака?
Ориана за свой век поглядела на такое количество слезливых сказочек, столько их прочла и еще больше сотворила лично, что очередная притча о добре и зле, о философии и правильности поступков ей претила. Агнетт, как и преимущественное большинство смертных, была ей изначально безразлична, потом, вызывав недолгий интерес, пользовалась расположением вампира по инерции, не каждый может увлечь беседой настолько древнее и могущественное существо. На данный момент художница представляла угрозу спокойному протеканию вещей в Туссенте и, в частности, в Боклере. Это волновало Хранительницу Скрытого в разы больше, чем жизнь и причина временного, как думала Ориана, помешательства. Впрочем, даже если и не временного.

Отредактировано Ориана (2018-12-09 10:46:13)

+1


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Химовая завеса