Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Far gone light


Far gone light

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Время: 1238 год.
Место: Тир на Лиа.
Действующие лица: Эредин, Нитраль.
Описание:

Stay forever in a dream
Vision that so close and grim
Look into those eyes so strange At the light that shine so dim...

0

2

Тихие шаги Нитраль не услышал. Не отреагировал, когда ладонь аккуратно и осторожно дотронулась до его плеча.
- Гость пришел… - прозвучал голос единственной в доме служанки эльфки аэн сейдхе. Нитраль не пошевелился и не ответил. И только через несколько долгих, наполненных словно бы сгустившимся безмолвием, мгновений все-таки процедил сквозь зубы:
- Нахер пусть идет.
Он никого не звал. И никого не желал видеть. Единственной его компанией в последние три дня была крепкая настойка, что наждаком драла глотку, и чьим травянистым запахом пропитался весь дом.

Чем больше Нитраль пил, тем сильнее открывались и без того свежие раны. Своеобразным успокоением становилось время – когда он вырубался прямо за столом, чтобы через несколько часов вынырнуть из тяжелого алкогольного сна. А иногда сон становился для него проклятьем – обманом, где время шло вспять. Где не было ни проклятых северных островов, ни презренных людей. Или горькой правдой – и придавившие во сне сознание образы изводили его своей реалистичностью. Он снова видел и столб белого света, и скованных ледяным пленом людей. И редкие моменты трезвости становились еще короче.

Нитраль не смог бы ответить сам себе, для чего он пьет: чтобы заглушить плещущуюся в сознании боль или, наоборот, не дать ей утихнуть, чтобы никогда не забыть, кто на самом деле виноват в смерти чародейки дикой охоты. Не люди, что остались на Скеллиге. А выживших в ту ночь не было. Кого не достала обратившая скеллигское поселение в лед вспышка магии, настиг гнев Нитраля. Забрать жизни всех до единого в проклятой деревушке стало только началом.
Ярость эльфа дотянулась и до его же слуг. Нитраль убил их всех за то, что они – дхойне. Он не давал себе отдыха, пока не нашел тех, кому еще мысль охоты на эльфскую чародейку показалась чертовски привлекательной. Эредин дал ему и время, и ресурсы, чтобы воин дикой охоты смог отплатить тем, что лишил его талантливого мага. Нитраль держался ровно до тех пор, пока не пролилась кровь последнего.

Ощущение времени ускользало от него. Ему казалось, что прошло несколько дней, когда в действительности минуло почти две недели. Когда он докладывал королю, держался как обычно бесстрастно, непроницаемо – как будто все произошедшее никак не затрагивает его лично. Как будто бы они все давно на войне, и потери стали слишком привычным для каждого из них – нечто таким обыденным, что уже не вызывает эмоции, только холодное осознание. С таким ледяным равнодушием Нитраль и попросил освобождение от службы на несколько дней.

А когда он перешагнул порог дома, их с Айрой дома, из него будто бы вытащили хребет. Все воспоминания, все эмоции набросились как голодные звери, что все это время таились: и чем дольше те ждали, тем сильнее жаждали его крови. Он только сейчас по-настоящему почувствовал, позволил себе осознать. Сквозь бутылочное стекло он видел напротив себя Айру, зная, что ее место за столом останется пустым. В пограничном состоянии полузабытья вздрагивал на звук шагов и ждал, что следом сейчас раздастся знакомый ему голос, и она вновь попеняет ему, что он засиделся допоздна. Перекатывал по столу сделанное им обручальное кольцо, с мыслью, что нужно его расплавить, и не находя на это ни крупицы сил и воли.

Нитраль не заметил, как эльфка оставила его одного, и не услышал, как она объясняла кому-то, что ему сильно нездоровится, и поэтому он не сможет принять гостей - он, как и вчера, и все эти чертовы дни, что провел в увольнительной, продолжил беспробудно пить. Наедине со своей памятью. С рвущей сердце болью и стылой безнадежностью – своими самыми верными спутниками, что едва ли его когда-то покинут.

Отредактировано Нитраль (2018-09-01 21:48:13)

+1

3

Признаться честно, Эредину сложно было проникнуться печалью Нитраля. Так случилось, что в омут с головой влюбленность никогда не затягивала короля, хотя романов у него в свое время было предостаточно. Женщин, что стремились очаровать Ястреба, он повидал не мало, но в каждой из них чего-то не хватало, каждая из них была пуста. А может причина была и не в них и сердце Бреакк Гласса просто не было предназначено для столь утонченных эфемерных чувств, будучи ориентированным лишь на войну. В любом случае, сколь чужды оказывались ощущения подчиненного, командиру приходилось с ними считаться. Вернее, ему так хотелось. Ибо не видел он смысла назидать на и без того надломившегося Нитраля, что во время последней их встречи был надломлен чрезмерно.
Айра была молода и хороша собой. С ранних лет Глсс знал эту эльфку и помнил ее принятие в Охоту, словно это было пару дней назад. Тогда, она была не опытным пользователем магии и ей было сложно стабилизировать даже портал для десятерых человек. Но уже в те времена командующий Всадников разглядел в ней потенциал и спустя какую-то пятилетку магичка дослужилась до лейтенанта. Она с легкостью находила общий язык с другими Всадниками, смогла завоевать доверие Короля и оказалась надежной опорой для своих подчиненных.
Ошибки. Они свойственны всем, даже самым великим. И не воротить утраченного, не отмотать назад время и не переиначить историю. К сожалению.. Не сказать, что Эредин скорбил. Нет, он давно забыл как это, горевать по усопшему. Слишком многих он сознательно отправил на гибель и сердце его стало черствым и не восприимчивым. Однако, вопреки всему, ощущал он некую пустоту, которую сложно было закрыть. Женских особей в охоте было не так много, тем более столь одаренных. И найти замену Айре нынче будет крайне сложно.
Что же касается Нитраля..  Отчитав сухой доклад о произошедшем, он за две недели извел со свету половину племени на Скелеге, что оказались близь злополучной пещеры в тот ненастный час. Более того, Всадник порешил собственную прислугу, отправляя дхойне одного за другим в небытие. После же, значительно потухнув и осунувшись, эльф скупо попросил об коротком увольнении, на несколько дней, что бы оплакать усопшую и справиться с утратой. Но шла вторая неделя, а рыжий так и не появился, отчего КОроль сделал вывод, что подчиненному не по силам столь угнетающая ноша. По исходу восьмого дня отсутствия, Эредин с закатом оказался у входной двери в дом подчиненного, в чьих окнах даже не мелькало пламя огня.
Ястреба встретила служанка, юная Сеидхе, что семи силами пыталась спровадить незваного гостя. На ее лице читалась безысходность - сложно было оценить кого она боится больше: короля или хозяина дома.
-Принеси еще бокал и поди с глаз. - лишь коротко кинул раздраженный Эредин, когда эльфка в очередной раз пыталась выставить его за дверь. Небрежным. но все же мягким движением он отстранил преграду, что перекрывала ему путь в темное помещение, в котором еще пару мгновений назад раздавался голос подчиненного. Остроухий молча шествовал к небольшому столу, за которым сидел Нитраль. В полу тьме он был схож с восставшим мертвецом. Похудев, осунувшись, под действием алкоголя его осанка кардинально изменилась. Казалось, глаза впали и потеряли свой блеск. Несколько пустых тар из под алкоголя валялись на полу, добавляя элемент разрухи в и без того пустую комнату. Эредину было нечего сказать. Да и был ли смысл? Казалось, слова ничего не решат. Более того, испортят и без того шаткую атмосферу. Как Ястреб и полагал, от былого сильного воина не осталось и следа. Его образ словно песочный улетучился сквозь пальцы, ускользнул мороком с закатном мареве, оставляя высохшее тело.
Зачем он пришел? Какова была цель визита? Сложно ответить. Элле нельзя было назвать доброй душей, хорошим другом и общительным товарищем. Напротив. он никогда не делал ничего просто так и поступки его были строго размеряны и не лешины смысла. И нынче он пришел за своим подчиненным с четкой целью - вернуть того на службу. Но проще сказать, чем сделать.
Глухо булькнул полуторалитровый сосуд с самогоном, что король молча водрузил на гладкую поверхность мебели. Тут же поспешила служанка с дополнительной тарой, которую ранее Ястреб запросил у нее. Скрип стула, пододвигаемого к столу потревожил темноту помещения. Присев, Гласс неторопливо наполнил оба стакана.

Отредактировано Эредин Бреакк Гласс (2018-09-02 21:32:07)

+2

4

Вопреки ожиданиям шум не уходил. До слуха долетел звук шагов – не почти неслышных, крадушихся, словно у боязливой кошки, эльфки, а тяжелых и уверенных. И голос – хорошо знакомый, но принадлежащий тому, кого сейчас Нитраль ждал бы в своей обители в последнюю очередь. И кого не хотел видеть. К счастью, он уже миновал ту стадию опьянения, когда рассудок проверенным курсом ложится в дрейф по волнам памяти, проваливаясь то в черную тоску, то в рвущую душу ярость. В такие моменты дом ему казался особенно пустым. Эльфка благоразумно не попадалась на глаза, и Нитраль бы готов поклясться, что, надумай он ее найти, то не смог. Бессильным гневом отзывалась опрокинутая мебель, разбитые бутылки, ссадины на ладонях от битого стекла.

Все-таки это оказался Эредин. Нитраль поднял голову, подпер одной рукой давно нечесаную копну волос. Бегло глянул на грохнувшую о стол внушительную бутыль. Усмехнулся мысли, что Эредин пришел его не то спасать, не то добить. Но зная Ястреба, Нитраль сказал бы, что тот мог поступить и так, и так: по обстоятельствам.
Загнанных лошадей добивают, сломанные клинки выбрасывают.

Если бы Эредин появился здесь спустя день или два сомнительного отпуска воина, возможно, Нитраль бы почувствовал ощутимый укол гордости или совести за то, что Ястреб застал его в столь неприглядном виде. Но с тех пор он успел не один десяток раз прокрутить перед внутренним взором все, что произошло на Скеллиге. Заново почувствовал выжигающий холод заклинания, что стоило ей жизни. Вспомнил, как увидел покрытые льдом одежды и отброшенный клинок – все, что от нее осталось. Все, что он вернул в Тир на Лиа: проклятые тряпки и ничего не значащая железка. Все, что он положил в каменный саркофаг в склепе. Где-то там на северной земле осталась еще одна теперь уже бесполезная железка – кольцо, что он подарил, когда попросил ее руки. А второе, которое он должен был надеть на руку уже жены, так и лежало – теперь рядом с бутылью, что принес Эредин.

Гордость молчала, совесть притихла. Нитралю было совершенно все равно, что подумает Эредин, или что он сделает. Хуже уже не будет, а лучше… когда-нибудь, в другой жизни, в другом мире – сказали бы клятые норды. А он лишь надеялся, что упокоил этих паршивых собак навсегда. 
Эльфка бесшумно вернулась с чаркой для гостя и так же тихо исчезла. Нитраль усмехнулся – знала бы она, кто пожаловал в их дом.

- Еще не сказал, зачем пришел, а уже как дома, - в голосе рыжего аэн элле не было ни капли иронии, только текучая стылой рекой усталость. Та, что шла изнутри и не лечилась ни сном, ни ведром ледяной воды на голову. Эта усталость несла с собой ощущение вины, что запечатлелось в сознании крепче, чем руны на клинке.
Ошибся и не сберег.
Не сумел защитить.
Выбросить бы их из головы. Вместе с ней. Заставить замолчать, если бы только Нитраль сам не подкармливал эти мысли и не отдавал им свои силы и свой разум.
Эльф машинально мотнул головой.
- Не замечал прежде у тебя потребности в собутыльнике, - произнес он и пристально посмотрел в зеленые глаза Ястреба.

Отредактировано Нитраль (2018-09-03 20:58:50)

+2

5

Признаться, Эредину сложно было проникнуться утратой подчиненного. За столь длительную жизнь, эльф забыл каково то скорбеть об усопшем. Более того, он давно позабыл о том каково это - чувствовать что-то к окружающим. Его и без того ледяное сердце было скованно вечной мерзлотой белого хлада и все смерти он воспринимал лишь необходимой жертвой. Разумеется это не относилось к возлюбленной Нитраля. Ее смерть оказалась бесполезной и пустой. Не имеющей смысла потерей, что повлекла за собой глупость влюбленных. Но поздно было читать нотации. Учитывая не столь давний доклад рыжего по поводу сложившейся ситуации, смысла в их посещении Скеллеге не было. Так тому и быть.
С характерным бульканьем были наполненные обе чарки, после чего бледные губы короля припали к краю одной из них. Прозрачная жидкость казалась слегка тягучей. Обжигая гортань, она спустилась по пищеводу, будучи опрокинутой залпом.
На столь бесстрашное замечание подчиненного о бестактности короля, Эредин удостоил рыжего лишь не слишком добрым взглядом, приподняв при этом лишь на секунду черную тонкую бровь. Нет, он нынче не желал цепляться к мелочам и сверх меры тыкать носом подчиненного.
Впрочем, если не придавать значения таким глупым порывам как жалость и сочувствие, Бреакк Гласс явился в угрюмую обитель Нитраля лишь затем, что бы вернуть того в ряды Охоты.  Признаться, состояние у того было весьма убогое. Королю сложно было понять отчего Элле так пал духом. Почему потеря не укрепила его дух и напротив, не обратила в еще большее сопротивление обстоятельствам. Так он видел ситуацию и так понимал. Однако рутина требовала от него иного видения произошедшего. Именно поэтому, приходилось отмести в сторону собственные взгляды и доверится интуиции.
-Тебе свойственно не замечать ничего дальше вытянутой руки. - ужесточившийся тон отдал сталью, осаждая наглость подчиненного. Не взирая на любые обстоятельства, Гласс в любом случае требовал соблюдения субординации и не желал терпеть подобных высказываний в свою сторону. Изумруды глаз обдали холодом собеседника, после чего вновь погасли, уводя взгляд в прозрачную толщу алкоголя, находящегося в емкости.
-Ты отсутствуешь вторую неделю. - выдержав паузу, сухо констатировал король, проводя невидимую черту между тем скудным количеством часов что дал в качестве отгула рыжему и теми днями, которые стремительно перетекали друг в друга длительное время. Да, он не желал ходить вокруг да около. Сразу же со старта дав направление разговору, Бреакк Гласс тем не менее не желал слышать какие либо отказы. Требуя от подчиненных максимальной дисциплины и самообладания, он считал что с избытком позволил Нитралю упиться собственным горем. Стоило положить конец затянувшейся скорби и возвращаться в строй.
За окном тени давно слились со спустившимися сумерками. Тир на Лиа бы тихим местом. Даже вечерние марши и празднования проходили сс соблюдением всех рамок приличия, не тревожа уединения жителей. Именно поэтому, на отшибе величественных строений, был такая тишина. Тишина, которая в какой то момент заставляла чувствовать себя не уютно. Словно конец близок. СЛовно хлад уже рядом.

Отредактировано Эредин Бреакк Гласс (2018-09-12 23:23:45)

+1

6

На резкое высказывание захолодевшего взглядом Ястреба рыжий аэн элле лишь молча усмехнулся. Поднял наполненный до краев стакан. Покрутил в руках, обдумывая уже следующую фразу полководца Дикой охоты. По бледному лицу мелькнула тень едва заметного удивления - вторую неделю? Нитраль с беглым недоверием глянул на Эредина, меж тем сознавая, что услышанное им не может быть ложью. Непросто оказалось уследить за течением времени, когда оно как стремительный мутный и ледяной поток, полный горьких мыслей. Поток, из которого тянут цепкие и холодные руки-щупальца сонм нитралевских демонов.
А ему надо всего лишь набраться сил, выбраться из стремительно уносящей его реки самобичевания, захлопнуть эту проклятую дверь вместо того, чтобы уничтожать себя все сильнее и сильнее. И жить дальше, даже зная, что он не простит себя за эту ошибку до конца своих дней.
Или не жить вовсе.
Но не зависнуть полумертвым призраком где-то на середине пути.

Нитраль залпом осушил содержимое чарки. Чудом не закашлялся от неожиданно крепкой настойки, мало чем уступавшей той, что он хлебал в одиночестве.
- Определенно не замечаю, - выдохнул он, когда продышался. - Момент, когда ты перешел с королевских вин на такое крепкое пойло, я тоже упустил.
Пустой стакан глухо стукнул о столешницу. Нитраль ненадолго замолчал. Он слишком хорошо знал Ястреба, чтобы не понимать - если бы тот счел, что он ему больше не нужен, воин Дикой охоты узнал бы об этом от других. Нитраль глубоко вдохнул. Внутри шевельнулось смазанное ощущение злой неловкости - верный признак, что аэн элле сделал первый шаг из капкана стылой апатии. Следом прохладным прикосновением к горячечному от грызуших душу мыслей дало о себе осознание, что Эредин уже второй раз протягивает ему руку.

- Раз ты пришел сюда сам, значит, еще не уволил, - с едва различимой иронией в голосе заговорил эльф. Скользнул взглядом по наполовину опустевшей бутылке. Если он собирался свернуть с пути падения, стоило это сделать прямо сейчас. Тем более, что выпитый залпом стакан настойки ощутимо лег на проспиртованный организм аэн элле. Но в этот раз вместо того, чтобы молчать, он подтолкнул Нитраля заговорить.
- Я вернусь, Ястреб.
Тряхнул головой, встрепал и без того всклокоченные рыжие волосы.
- Я подвел ее, но вернусь. Завтра, - аэн элле посмотрел в глаза Эредину. - Я благодарен, что ты пришел.

+1

7

Рыжий не менялся. Никогда. Будь он трезв как стеклышко или пьян в стельку, он всегда напоминал королю собаку. Не озлобленную шавку, что скалится на проходящих мимо и норовит укусить кормящую ее руку, нет. Напротив. Нитраль был терпеливым и преданным псом. Таким, который готов до скончания собственных дней ожидать хозяина и закрытой двери в надежде на то, что его впустят. Именно поэтому рыжий когда-то и попал в охоту. Именно эту искру самоотдачи удалось углядеть Эредину в еще совершенно зеленом юнце, чьи уши тогда казались короткими и не полноразмерными. Именно поэтому Гласс когда-то позволил Айре принять к себе в отряд ничем не примечательного вояку, пусть и сильного духом и телом. Однако время непреодолимо текло и верность пса росла, как и росла вера с идеалы Охоты.  По правде, в те самые идеалы Нитраль предпочитал не вникать, однако в его голове не возникало сомнений о том, что отданные приказы всегда во благо.
Так и сейчас, Элле сидел за столом, борясь с порывами не дать поглощенному алкоголю вырваться обратно и на его лице как всегда все было написано. Эредин читал его как открытую книгу, впрочем он и так мог прикинуть какие мысли нынче посещают не трезвую голову собрата.
- Для каждого напитка свой час. - коротко отмахнувшись от очередной попытки рыжего сослаться на богемную жизнь короля при дворе, Бреакк Гласс дал собеседнику время переварить услышанное. В отличии от Нитраля, что уже бездумно уничтожал содержимое стакана, Ястреб предпочитал пить крупными глотками, но неспеша.
Слова про увольнение поселили на лице остроухого примерскую ухмылку - какое странное заявление. В Охоте не было увольнения, как такового, никогда. Никто по своей воле ряды всадников не покидал, ни разу. Однажды вступив в Дикий Гон - ты с ним до последнего вздоха. Были, конечно же, случаи предательства и дезертирства. Но после такого клинок бывших братьев по оружию все одно настигал пропащие души, единицам удалось избежать расправы. И их число неумолимо уменьшалось, даже спустя годы. Эредин ничего не забывает и не прощает.
-Ты все еще дышишь, так что об  "увольнении", - Ястреб интонационно выделил претящее ему слово в данной ситуации, после чего вновь продолжил: не может быть и речи.
В очередной раз позволив паузе затянуться, Гласс опустошил посуду и вновь наполнил обе емкости. Аттракцион невиданной щедрости - сам Король Дикой Охоты на разливе!
Сантименты, что догнали изрядно захмелевшего подчиненного, обрели словесную форму, тронув острые уши темноволосого Элле. Он молчал. Круговыми движениями кисти тревожа алкоголь в стеклянном произведении искусства местных стеклодувов, тот лишь в очередной раз проигнорировал скорбь рыжего о потерянной любви.
-Больше не подведешь. С завтрашнего дня ты командуешь отрядом Айры в качестве лейтенанта на постоянной основе. Шевроны ожидают тебя в бараках. Сомневаюсь что  тебя интересуют формальности, так что начнешь прямо с утра.
Рано, ой как рано Нитраль поблагодарил Эредина за визит. Впрочем, не смотря на то что новость была подана собаке словно обглоданная кость, брошенная на пол - сухо, скупо, в приказном тоне; король прекрасно знал что после нахлынувшего смятения, такая ответственность напротив подстегнет солдата. Поднимет с колен, заставит вспомнить о гордости.

+1

8

Нитраль молча слушает и едва заметно кивает головой на замечание короля об увольнении, что явно не пришлось по нраву Эредину. Никто никогда ему не говорил напрямую, но в первые же годы службы он быстро пришел к мысли, что единожды приняв присягу, он уже не сможет покинуть ряды Дикой Охоты. Во всяком случае живым. И он бы не солгал, сказав, что невзирая на все сложности, эта мысль никогда не приходила ему в голову. Здесь он был на своем месте. Он хотел было отшутиться, что лишь только поэтому встречает у себя дома Ястреба, а не Имлериха с группой поддержки, но тут Эредин заговорил снова. И желание травить шутки на не самую веселую, но чертовски злободневную тему у Нитраля напрочь отшибло.

В янтарных глазах аэн элле промелькнуло недоверие - злое, нехорошее. Возможно, кто-то другой, кто-то меньше знающий или вовсе посторонний расценил слова полководца как оказанную честь, повышение. Однако и Нитраль, и сам Эредин слишком хорошо осведомлены, чтобы не понимать, что последует за подобной перестановкой. Рыжий аэн элле хорошо запомнил начало своей службы в отряде Айры.
В глазах многих он ничем не отличался от Арамиля. Такая же паршивая, грязная кровь да еще и пустая. Потомок предателя, не обладающий выдающимися магическими талантами, уступающий в те времена и в искусстве ведения боя - сама идея добавления в отряд такой боевой единицы виделась слишком многим сомнительной. Настолько, что об этом говорили в открытую, пока их командир не обрывал все разговоры.
Были конфликты, были неминуемые драки и наказания. Нитраль лез из кожи вон, чтобы подтянуть свой уровень до собратьев-старожилов. А когда у него это, наконец, получилось, его вдруг выпроводили из отряда и дали в подчинение десяток аэн элле.

Он никогда не поднимал эту тему с Айрой. Подумал только тогда, что причиной могло стать желание сохранить субординацию в отряде, когда уже ни для кого не было откровением, что Айра не осталась равнодушной к последнему пополнению своего отряда в лице рыжего аэн элле. Тогда истины Нитраль не знал, и знать ему было совершенно незачем.
Но теперь, перекатывая в мыслях сухие слова о своем назначении, промолчать не получалось.

- Раз ты это сказал, значит не шутишь, - холодно произнес аэн элле. До разлитого Эредином алкоголя - не дотронулся.
Нитраль протрезвел ровно настолько, насколько можно протрезветь после недельного запоя. Но если еще час назал его мысли уютно ныряли на дно собственного рассудка, ища там новые глубины безрадостного днища, то сейчас они ощетинились ледяными иглами. Нитраль злился. И в кои-то веки не на себя, а на сидящего напротив Эредина, который задумал совершенно нелепую херню. Нет, он понимал, что едва ли тот выдал ее спонтанно, и наверняка у Ястреба нашлись на это свои причины и соображения. И Нитраль очень, очень хотел их услышать. Привычная практика принимать на веру и не ставить под сомнение слово командира категорически не работала.

- Ты вроде как в курсе, что происходит в отряде после смерти Айры, - продолжил Нитраль. - Нет, я понимаю, что ты это не придумал по дороге сюда, но я хочу спросить тебя - зачем? Как ты только что сам сказал, увольнения из Дикой Охоты не существует, поэтому давай начистоту: большая часть отряда Айры считала, что мне там месте, а теперь - что ее смерть на моих руках. И среди них есть те, кто в отряде намного дольше, чем я, кто пришел последним. И все-таки ты хочешь, чтобы ее место занял я. Почему?
А память незаметно напомнила старую сказку, которую он в далеком детстве прочитал в отцовской библиотеке. Нитраль уже не помнил ни подробностей, ни имен, была ли она про эльфов аэн элле или про дхойне, но одно ему почему-то особенно отчетливо въелось в память - те существа жили среди вечных снегов и холода, и лошадей им заменяли собачьи упряжки. И вожак таких собак пользовался особым расположением хозяина - на виду у остальных, чтобы когда упряжка сорвется с места, рвануть следом в попытке догнать и разодрать его в клочья.

+1


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Far gone light