Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Особенности национальной охоты aen Elle


Особенности национальной охоты aen Elle

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Время: ноябрь 1263 года.
Место: Тир на Лиа, мир aen Seidhe.
Действующие лица: Эредин Бреакк Гласс, Карантир, Нитраль.
Описание: как недруги и завистники пытались трон под королем Дикой охоты расшатать, или shit happens по-эльфски.

+2

2

Давно перевалило за полночь. Лагерь Охоты опустел каких-то пару часов назад, оставив лишь нескольких завоевателей бдить покой Короля. Впрочем, сам Эредин ни о каком покое не помышлял - корпя над картами, он раз за разом что-то прикидывал, пересчитывал, переставляя маленькие угловатые фигурки из черного обсидиана с места на место.  Они кружили по пергаменту, меняя построения раз за разом, окружая еще меньшие фигурки из розового кварца, выполненные в форме капли. Языки пламени лампы плясали, окруженные прочным жароустойчивым стеклом, отбрасывая глубокие тени на рифленые фигурки, удлинняя их, искажая.
По истечению третьего часа, должен был вернуться первый отряд. С добычей, разумеется. Ничего необычного, эти вылазки не были важными, ровно как и причины, именно поэтому Бреакк Гласс не покинул лагерь. Все же, не всегда король возглавлял кавалькаду, несущуюся по небу. Ровно так же, как и не всегда охота была в полном составе. Разбивая на не большие отряды, Ястреб поручал подчиненным отдельные задания, в зависимости от степени доверия.
Ночь стояла тихой, отчего в шатре было невозможно душно. Король, отклонившись в жестком кресле (да-да, он как и любой Элле все же ценил комфорт и не собирался отсиживать пятую точку на пеньке), прикрыл уставшие глаза, помассировав веки. Кожаная перчатка казалась грубой в соприкосновении с лицом.
Секунда и вспыльчивый нрав проявил себя в полной мере - утомленный бесцельными раздумиями, король порывистым движением предплечья снес со стола все фигурки, вместе с картой и несколькими рукописями. Полированный камень беззвучно рухнул в траву, скрывшись в густой зелени, прячась от задрожавшего пламени масляной лампы. Зеленые глаза вновь скрылись под темными ресницами - стоило взять перерыв, коль поиск решения завел в тупик. Порой и самым великим не ведома развязка. Помнится, в такие моменты его когда-то давно учили отступить и дождаться "озарения". Озарения... Сам же Бреакк Гласс предпочитал брать быка за рога, судьбу в свои руки, нежели покорно восседать в ожидании озарения.
Левая рука потянулась к золоченому кубку, что давно ожидал своего часа, наполовину наполненный вином. Густоватая, алая жидкость была слегка кислой на вкус с послевкусием фруктов. Остроухого нельзя было назвать любителем выпить. Но и трезвенником не назвать - алкоголь в любом его проявлении был хорош в нужный час. Будь то изысканное вино с годной выдержкой, либо же бочка самогона - каждому из напитков свое место и время.
Очередной глоток жидкости стал для короля своеобразным откровением - слух Ястреба уловил тишину. Звенящую тишину, которой быть не должно в ночной час в лагере, окруженном лесом. Он тогда уже понял, сразу. Правая рука скользнула к ножнам, мерно ложась на рукоять, левая же продолжала крутить чашу, тревожа благородный напиток на дне.
Всего через пару мгновений в шатре появились трое. Эредин знал всех своих командиров. И, не смотря на опущенное забрало, он и теперь распознал капитана некрупного отряда, что ранее был весьма амбициозным и строптивым.
Торос был безродным, но всегда рвался к власти. Помимо грубой силы не признавал ничего более и в этом крылась его проблема. Не далекий умом, он был хорош в качестве обычного рубаки, способного выполнять приказы. Именно поэтому не дослужился более, чем до капитана. Мятежник заявился в шатер к королю при параде - в полном облачении доспехов и с двуручным мечом наголо. Более того, за спиной его в количестве двух подчиненных нерушимо бдила поддержка. По периметру лагеря, скорее всего, рыскали остальные предатели с четким приказом - склонить оставшихся Всадников на сторону мятежников, а кто будет против банально порешить.
Отличный план. Хорошо подобрано время, ведь когда еще король может быть столь уязвим и гол без своей армии? Однако, был в этом самом мятежном плане один большой прокол. И крылся он в том, что Гласс не за умные речи добился своего положения и просто так подыхать от руки какого-то мечника не собирался.
- Время твоего правления, король, подошло к концу. - гулко раздался из под шлема голос Тороса что предпочитал держать дистанцию. Желание добиться своего с пафосными речами, горделиво занося меч, заставить молить о пощаде.. Наверняка так сознание предателя рисовало себе сей злополучный миг. Однако Эредин продолжал восседать в плетеном из лозы кресле, не крупными глотками поглощая вино.
- Вероятно, мы по разному ощущаем время, Торос.

+3

3

Шатер, где обосновался палач Дикой охоты, теснился возле самого края лагеря аэн элле. Сейчас - почти пустого. Часть его собственного отряда ушла в составе другого и должна была вернуться ближе к рассвету. Оставшиеся разбрелись по своим делам. В том числе и Нитраль. Решение короля оставить его в лагере он воспринял не без удивления, но как-то комментировать не стал. За своих он был уверен - справятся и без него. Не зря же он их гонял что в этом же лагере, что в не особо дружелюбных мирах.
Здесь, вдалеке от еще бодрствующих сородичей, потише и поспокойнее. Где-то около полуночи, проводив пристальным взглядом своих воинов, одного за другим исчезающих в темной бездне портала, он подумал, что самым верным решением стало бы - отправиться отдохнуть. Но верное - не значит то, чему последовал бы воин Дикой охоты. Когда небо на востоке подернулось едва заметной рыжей полоской, предвестником надвигающейся зари, Нитраль вглядывался в черноту подступающего к лагерю леса. Там, за цепочкой дозорных, поднимался защитный купол. Проклятые единороги все равно  время от времени умудрялись прорывать завесу, но, к их же несчастью, никто из них еще не возвращался назад.
Нитраль не ждал беды: ни из гущи темного леса, ни откуда-то еще извне. Но она нашла его сама - в лице запыхавшегося воина из числа тех, кто остался в лагере вместо того, чтобы топтать землю чужих миров. Палач его признал - свой. Совсем недавно был определен в его отряд. Застывшее на лице выражение не то решимости, не то тревоги заставило Нитраля едва заметно нахмуриться.
А услышав короткую, по-военному сухую сводку, палач закаменел лицом и сам. Метнулся в шатер за клинком. Надо отдать должное молодому эльфу - он подарил Нитралю несколько ценных мгновений. Своей кровью, своей жизнью. Звон оружия он услышал ровно в тот момент, когда рукоять клинка привычно легла в ладонь.
- Бросай меч, - сквозь забрало шлема голос звучал глухо. - Бросай и сохранишь жизнь.
Двое. Взгляд Нитраля бегло скользнул от одного к другому. По окровавленному клинку в чужих руках.
Лгут. Знают же, что палач не сдастся.
Нитраль нырком ушел в сторону от выпада, рубанул вдогонку, постаравшись вогнать клинок в сочленение доспеха. Теперь он слышал - как лагерь ожил беспокойными окриками, сполохами магии и звоном оружия. Второму достался снон искр в лицо, подарив Нитралю еще несколько мгновений, чтобы потянуть меч обратно и парировать удар.
Когда второй предатель - а именно так он воспринимал восставших аэн Элле - мешком упал на землю, в голове билась мысль - а сколько времени осталось у остальных? У Эредина, чей шатер должны были осаждать как жизненно важный аванпост.
Нитраль подавил порыв рвануть напрямую через весь лагерь. Сложи он голову по дороге, и ему помощь будет ничем не лучше бездействия. Сейчас не время думать, кто и зачем. Выживут - и он познакомится с каждым предателем лично, когда их головы окажутся под секирой палача. Пробираясь через растревоженный лагерь, Нитраль надеялся, что до Ястреба уже добрался кто-то из оставшихся ему верным навигаторов.
Следом дала о себе знать мысль, что, кто бы это ни затеял, он пошел на величайший риск, и в случае успеха - даже мелькнувшее в мыслях это слово заставило Нитраля шевелиться еще быстрее - едва ли он сумеет отказать себе еще и в величайшим триумфе. А что доставит большее удовольствие, чем поверженный король в оковах? И в то же время - будь эта догадка тысячу раз верна - Нитраль слишком хорошо знал, что шансов пленить Эредина живым у них еще меньше, чем совести у Кревана.
К шатру он подоспел ровно в тот момент, когда внутрь шагнул последний из трех аэн элле. Еще один остался рядом. И снова - замурованный в доспехи как в спасительный панцирь, что давало Нитралю преимущество в скорости, но в то же время заставляло быть осторожнее.
- На твоем месте я бы задумался о своем времени, - оборонил Нитраль, перешагивая через труп сородича. Посмотрел на обманчиво безмятежного Эредина.
Начало разговора он слышал, а его завершение - более чем ясно представлял.

+2

4

Тишина - то, чего никогда, как ни старайся, не добиться в военном лагере. Днём расчерченные площадки теснятся от солдат, внимающих зычным голосам старших, за которым следуют пыхтение, кряхтение, звуки ударов глухих и звонких - незаострённые учебные мечи о плотный стеганый доспех или полноценное оружие о металлические кирасы. Бойко марширующие сапоги, окрики, лихой освист - и это без конных манёвров, одна лишь пехотная тяжба. Всадников обучали и тренировали в другом месте, ближе к огромным, протяжённым конюшням в другой части от Тир-на-Лиа. Часть лошадей, впрочем, квартировалась во временных стойлах неполадёку.

Маги проходили учения отдельно. Их площадкой стало обособленное "крыло" лагеря, уходящее на север. Ближе к отливающему синевой лесу и мглистым горам, с внушительных размеров пустырём. Без оград, без деревянных сооружений, служивших другим отрядам учебными аванпостами, без полос препятствий. Ровная, голая земля, не зарастающая травой. Всё, что требовалось в ходе учений, маги создавали себе сами, тут же на месте. Пространственная магия требовала и того меньше - таланта, знаний, и удачи.

Варианты тренировочных боёв и практики не оставляли никого равнодушным. От чародеев ждали и требовали понимания на уровне инстинктов, магия есть ответственность. Магия есть контроль и сила, добавлял про себя Карантир, и подходил к делу с двойной, тройной скрупулезностью. Новобранцы от нагрузок выли. Те, что пережили немало зим - иногда значительно старше и самого Ар-Фейниэля - иногда возмущались. До нового несчастного случая. Ошибётся солдат - погибнет солдат, пояснял чародей особенно упрямым, ошибётся навигатор - погибнет весь отряд.

Сухой и скребущий шум портала застал его врасплох. Вернувшись в просторный шатёр после спарринга, выжатый почти до нитки, эльф разложил по широкому столу пергаменты, выложил записную книжку, тщательно отмерил дозу чернил, проверил заточку пера, и разгладил листы. В голове назойливо крутился рисунок, образ которого навеяла ему закатная тень от вколоченного в землю столба. Если воплотить его в линиях, вложить плетение, выгравировать тонкими лезвиями да иглами по коже, под кожей, то, возможно...

Погружённый в свои мысли Карантир не сразу отметил сухой хлопок и отблеск тёмно-сизого марева портала. Только услышал короткое "Щит!" и машинально, подчиняясь команде, сплёл заклинание-кокон вокруг себя. Успел поднять взгляд, чтобы заметить силуэт на фоне провала - кто-то из своих, кто-то, кого он видел недавно - и пространство вокруг вспыхнуло. Огонь пролился на шатёр раскалённым маслом, смял его как обёрточную бумагу, и превратил в пепел. Одно мгновение, не дольше вдоха, и он стоит посреди растревоженного лагеря на пепелище. Всё, что осталось от его шатра и навигатора рангом пониже - мерно оседающий крупными, хрустящими хлопьями пепел, выжженная до золы земля под ногами, и дотлевающие рыжие огоньки.

Ему ощутимо не хватает своего посоха. Исчезнуть бы из поля зрения, возникнуть за спиной, размозжить чужую голову - для начала одну, остальные круг за кругом - одним точным ударом, и лишь потом разбираться, что произошло. Но посох, вместе с остальными вещами, скрипит мелким, ещё горячим крошевом под сапогами. За считанные мгновения из под стекла внутри наружу пробивается ядовитая, льдистая злость.

Пробивается и выплескивается студёным морозом, вьюгой, сорвавшейся с кончиков пальцев. Снег кружится, яростно жалит, плотной завесой отрезает пути отступления, оборачивается метровыми ледяными иглами, с тонким свистом рассекшими воздух. Одни за другими. Навстречу им лизнёт языком пламя, взовьётся, всполыхнёт, потянется жадной когтистой рукой к навигатору. Застынет, неровно и потерянно дёргаясь, скручиваясь, извиваясь с почти живым шипением, высоким и надрывным стоном. Почва под ногами мёрзнет, превращается в белый, скользкий ковёр, мёрзлый и цепкий, оплетающий и вгрызающийся инеем.

И - растает, поглощённая паутиной взвившегося вверх пламени. Не заметил руны, шипит про себя навигатор, спешно и резко поднимаясь с земли, отброшенный. Помятый. Но целый, живой. Этого темноволосого, с извечной кривой усмешкой на лице, он знает лично. Жалеет, что не убил раньше. Делает себе заметку поступить так с остальными - аккуратно, без лишних хлопот, когда-нибудь. Когда выяснит, что происходит. Двух помощников по бокам видит впервые, но не сомневается, что через несколько мгновений уже не увидит и вовсе - огонь гаснет в крепких, душащих объятиях, продирающих морозом до самого нутра. Две застывшие, искривленные ледяные статуи, запечатлённые в последний миг существования.

Третье тело обморожено наполовину. Оно пытается двигаться, пытается ползти, впиваясь ногтями в твёрдую, мёрзлую землю, подтягивая себя на руках вперёд - ещё не осознавая, насколько это бесполезно. Прошитые льдом насквозь конечности цепляются за выступ, эльф подтягивается на руках дальше, вздрагивает, услышав сухой хруст, и оборачивается на звук. Кричит, больше от ужаса, чем от ещё не подступившей боли. Ноги, промёрзшие до костей и костьми же, остались позади.

И без того неспокойный лагерь заполнился шумом. Гарью. Серо-пепельным снегом.

Навигатор помнит, где расположился шатёр Нитраля. Один шаг в привычную прохладную темноту почти-прирученной бездны, и он стоит у самого его входа. Осматривает оставленные трупы. Друга среди них нет - Карантир был бы крайне удивлён, заметь он вечно всклокоченную рыжую гриву в крови и грязи среди убитых. Самого палача уже нет внутри, и чародей не мешкает - он знает, куда тот направится в первую очередь. Знает, что и сам сейчас окажется там.

Ещё один шаг, безжизненный холод по коже пробирает до мурашек вдоль хребта. В мгновения ока пространство забывает его в одном месте, а вспоминает, выпускает из многочисленных страниц и хитросплетений, в другом.

Встретит его вид Эредина, обманчиво вальяжного и спокойного, а за спиной - единодушный, триединый возглас. Первый удар меча придётся на замерцавший синеватым щит, второй и третий уже не достигнут цели. Короткий, почти небрежный пасс рукой - и волна сдавленного, уплотнённого воздуха отшвырнёт нападавших назад, ко входу. Едва ли не под ноги Нитралю.

— Т-ты?! - слышится сдавленный голос со стороны, — Ин'шиаль...
— Мёртв.

Отредактировано Карантир (2018-08-30 17:26:38)

+2

5

Он все слышал. Слышал, как его подчиненные, коих застали врасплох, сгорали заживо. Как те, кто до последнего не желал поступаться принципами, отказываясь предавать Короля, были зарезаны словно свиньи. Они все были отличными солдатами и бравыми воинами. Но их жертва была напрасной. Глупая, бесполезная смерть.
Именно этим Торос отличался от Эредина больше всего - мятежник верил, что подобный переворот в нынешнем положении уместен. Уместны жертвы, потери боевых единиц в невероятном количестве. Гласс же считал, что каждый из солдат особо ценен и некогда найдет свою роль. Все они, быть может, сложат головы в бою. За правое дело, не иначе. И это будет их час. Но теперь, когда кровь убитых Элле окропила сухую почву, Ястреб в очередной раз убедился в своих негласных истинах. Истинах, которые считал заведомо нерушимыми догмами. Он и только он способен вести Охоту, направлять ее на пусть спасения всех Элле. И именно он, Эредин, будет тем, кто выведет свой народ к лучшей жизни, избавив от участи быть заживо погребенными под толстой коркой льда. Жертвы всегда были есть и будут. Но слечь в политических распрях вовсе не являлось достойной смертью.
Обманчиво спокойное лицо короля тронула тень презрения. Она коснулась прищуренных век, скрывая изумруды горящих глаз.
Сама мысль о том, что Торос считал себя ровней Ястребу, вызывала смех. Надменный, сухой, но все же смех. Смешно наблюдать, как недалекие мира сего идут на поводу у тех, кто предпочитает прятаться в тени, делая грязную работу чужими руками. И, прикидывая в голове кто бы мог стоять за попыткой переворота, Король так же мог предположить что полторы калеки это не все, что готовит ему сегодняшняя ночь.
Будь у предателя честь, они бы вполне могли выяснить все в бою, скрестив клинки. Однако, подмога из еще двух лбов явно была не для красоты приведена следом. С тремя одновременно Ястреб мог бы и не справится, на честный бой рассчитывать не стоило. Впрочем, уже спустя мгновения в шатер ворвался (именно ворвался) верный рыжий пес, что не удосужился даже доспехи надеть, прежде чем кинуться в бой. Нитраль впечатляюще быстро расправился с постовым, что ожидал снаружи помещения, после чего поспешил влиться в бой с одним из поддержки Тороса.
Эредин хотел было воспользоваться ситуацией, сжав пальцы на рукояти клинка, но в ту же секунду между ним и ошалевшим недругом воплотился еще один лейтенант, мгновенно реагируя по месту. Отбросив мятежников, Карантир в своей обычной манере, неторопливо изрек что-то себе под нос.
-Как всегда, без стука. - лишь коротко констатировал король, поднимаясь с насиженного места. Тонко отозвался клинок, покинувший ножны. Желание изничтожить каждого из тех дурней, что посмели допустить мысль о возможности свергнуть Короля Дикой Охоты, было сильно. Очень сильно, однако Эредин мог трезво оценить ситуацию, отдавая себе отчет в том, что Торос со своим отрядом не пришел один. Его должен был кто-то поддерживать. И этот кто-то вложил все свои возможности, что бы не даль Бреакк Глассу далее править.
-Доклад? - коротко бросил, ожидая от своих лейтенантов отчета по ситуации в штабе. Вероятно, пока те неслись через горящие строения, что-то успели углядеть.
Наблюдая, как разъяренный бывший капитан поднимается на ноги, как в глазах его ускользает уверенность, Ястреб молчал. Молчал, ибо время разговоров прошло. Выпад, инерция которого была вложена в колющий удар, был вполне ожидаем. В положении Тороса, более банального хода ожидать было трудно. Король по касательной увел удар, сведя инерцию на нет, следом контратаковав. Звон клинков сопровождал сильные, быстрые удары. Предатель был сильным мечником, но никудышным стратегом.

Отредактировано Эредин Бреакк Гласс (2018-08-31 22:14:49)

+2


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Особенности национальной охоты aen Elle