Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава I: Время перемен » Сказка подошла к концу


Сказка подошла к концу

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Время: июнь 1264
Место: Цидарис
Действующие лица: Койон, Сариэль
Описание: Все любят сказки. Красивая история о других мирах, где должны водиться чудовища и прекрасные принцессы. Первых уничтожают, вторых спасают. Древние руины полны опасностей и несметных богатств. Даже плохая сказка не станет рассказывать о глухих тупиках и заброшенных домах. Такое бывает только в жизни.

0

2

[indent=1,0]О Приморском базаре в Цидарисе давно ходят легенды. Сродни тем, в которых джинн вылезает из неудобного сосуда и исполняет три желания своего освободителя, а не превращает того в испепеленную кучку пепла. Абсолютно лживые и отражающие лишь малую долю реальности. С другой стороны - здесь действительно есть все, чего может пожелать душа даже самого изнеженного и привередливого до мелочей клиента. Кто-то ищет здесь картину в свою коллекцию, чтобы повесить ее в своем маленьком обшарпанном домике, кто-то желает приобрести уникальную зерриканскую траву от всех болезней и невзгод, кто-то ищет древнюю магическую книгу, мощь которой позволит свергнуть любого короля. А кто-то нанимает ведьмака.
[indent=1,0]Базар был окружен со всех сторон. С берега его обступали жилые дома, занятые самыми зажиточными или успешными торгашами. Жилой двухэтажный домик здесь, за ним трехэтажный, с большим крыльцом, выходящим прямо к главной площади базара. А между ними рядом с ним какое-то невнятное строение, вроде как тоже дом. Нет, точно нет. Это был не дом. Узенькое трехэтажное здание, словно поджимаемое своими соседями было вовсе не жилым домом. Это было проклятое местом, в которое никогда не должна ступать нога человека. Конечно, на фоне домика, хозяин и прислуга в котором были обращены в кухонную утварь, вынужденную каждое полнолуние питаться плотью невинных девушек и запивать их кровью, место выглядело обычным. Но в том домике чувствовался запах магии. Ощущалось проклятие. Да и пороки проклятого были на лицо. А здесь — дом как дом. Только довольно запущенный. На окнах грязноватые шторы и горшки с чахлыми цветочками. На крыше какой-то кривой флюгер. Дверь — деревянная, старая, обитая железом, Дверь заперта, чтобы ни у кого не возникало желания подойти и постучать. Изредка изнутри доносится чей-то скрипучий и скандальный голос, отпугивающий немногочисленных прохожих, которые способны отвлечься от своих дел и обратить внимание на зажатый домик. Голос как будто доносился с того света, от него хотелось в ужасе кричать и бежать как можно дальше. Комната начиналась сразу, без всякой прихожей. Очень большая, захламленная, но при этом удивительно чистая. Выглядела комната как воплощенный рай барахольщика. В одном углу большая и не застеленная кровать. Подушки не мешало бы взбить, а одеяло — расправить… похоже, на кровать не ложились уже несколько десятилетий, но регулярно ее заправляли и расправляли. В другом углу — какой-то стол, заставленный косметикой. Неиспользуемой. Прямо на зеркале свисала четвертинка чего-то когда-то съедобного. Третий угол — здоровенный шкаф с книжками. Пестрые растрепанные томики дешевых романов по кроне соседствовали с какими-то анатомическими пособиями в мягких обложках и серьезными, академического вида, темно-зелеными томами. И четвертый угол — там и был краеугольный камень этого помещения. Огромный стол, разрисованный многочисленными пентаграммами и другими магическими узорами. Разложенные книги по оккультной магии, призыву гениев, снятию проклятий, древних песен и литературы эльфов со множественными помарками. Круг из свеч, внутри которого лежала маленькая книга сказок на древнем языке эльфов. И все это на столе помещалось легко и незаметно, все было на своем месте. Это был подлинный центр комнаты, даром что в углу.  К Столу прилегало высокое кресло столь огромное, что за его спинкой мог прятаться огненный голем или мантикор. Этот монстр вмещал, будто скорлупа — подсохший орех, сухощавого седовласого старичка. Рядом, на маленьком стуле сидел зеленоглазый ведьмак, пытающийся избавиться от ощущения, что за ним кто-то наблюдает. Не получалось. Медальон дергался с такой силой, что давно бы уже порвал обычную цепь.
- Вы точно не желаете осмотреться? - скрипучим, похожим на женский голосом поинтересовался старичок, хотя буквально несколько дней назад его знали под именем Хельга Дориан, наследницу всех долгов своего отца и преуспевающую торговку, сумевшую позволить себе дом в Цидарисе.
- Нет, пока нет. Сначала я хочу услышать вашу историю, госпожа Дориан. Расскажите мне все, - Койон не без жалости посмотрел на "орех", который еще недавно был прекрасной девушкой. Та громко рассмеялась, но больше это походило на предсмертный кашель.
- Вы мне льстите, мастер ведьмак, право слово. Никакая я уже не госпожа, и рода у меня больше нет, все забыли меня, как... Как... - тоненькие прорези для глаз на старческом лице наполнились слезами, заблестели в полумраке комнаты, но Хельга не заплакала. Изредка всхлипывая, она смогла начать рассказ. С самого начала, не опуская ни одной детали...

***

... Все началось несколько недель назад. От одного знакомого скупщика, мне стало известно, что к востоку от Цидариса были обнаружены эльфские руины, по слухам, полные сокровищ и древних ценностей. Коллекционирование разного рода эльфских ценностей всегда было моей страстью... Все эти старые книги, мелкие безделушки, произведения искусства... Я не могла упустить такую возможность и не пополнить свою внушительную коллекцию. Вы должны меня понять, мастер, малейшее задержка и искать будет уже нечего, грязные мародеры все растащат и продадут, даже не представляя себе истинную стоимость тех сокровищ, что оказались у них в руках. Или того хуже - уничтожат там все. Я не могла позволить этому случится, поэтому развесила по городу объявления о том, что ищу отважных героев, готовых за вознаграждение рискнуть головой и помочь мне. Раз уж Цидарис полон мародеров и воров, которые все равно полезут в те руины, почему бы не использовать их на благо себе, решила я. ДА и соваться в одиночестве в древние эльфские руины опасно, уж вы-то должны понять. Компания собралась разношерстная - да-да, знаю, я увлеклась, но послушайте - всего их было четверо: два брата-близнеца, между нами говоря, полнейшие идиоты, но с мускулами, а большего и не надо. Маг-недоучка, то ли бросивший обучение, то ли выгнанный за что-то, да молодая эльфка-воровка - ну знаете, одна из тех, что не бегает по лесам с беличьим хвостом на башке. Уговор был прост - я плачу каждому по пятьсот таларов и они могут унести столько золота и драгоценностей, сколько смогут унести. Меня же интересовали книги, произведения искусства и прочие безделушки, которые интересуют только коллекционеров. Сама я не отважный искатель приключений, поэтому осталась дома и просто ждала их возвращения...

***
... Хельга прервалась, когда на втором этаже, прямо над ними кто-то протяжно застонал. 
- Это снова Она! Помогите, мастер, она не успокоится, - старичок неожиданно цепко схватился за рукав куртки ведьмака, и тому ничего не оставалось, кроме как встать с неудобного стула и отправиться наверх. Хотя он это делал скорее для себя - по обрывкам рассказа и тому, что он чувствовал вокруг себя, речь шла о сильном проклятии, которое, в том числе, могло повлиять и на него. Заодно можно будет осмотреть два других этажа. Вопрос был лишь в том, кто такая эта "Она" и почему Она не желает успокаиваться.
[indent=1,0]Поднимаясь по скрипучей лестнице, явно не предназначенной для этого и построенной сумасшедшим архитектором, Койон заметил в коридоре второго этажа сгущающуюся тень, которая постепенно начала приобретать очертания чего-то живого. На том месте, где должны быть глаза, загорелось два красных огонька-глаза. Тень пристально смотрела на незваного гостя, посмевшего влезть на ее территорию. Ведьмак продолжил подниматься, пристально наблюдая за существом перед ним. В правой руке он уже сжимал серебряный меч. По мере сближения, Тень становилась все больше и больше похожей на человека. На месте огромного сгустка, обозначающего тело, появилась подобие одежды послушниц из храма Мелитэле, только полностью черное. Над двумя горящими "глазами", все еще неотрывно наблюдающими за гостем, появился просторный капюшон, скрывающий то место, где должен быть лоб и волосы. Лица пока не было, но Койон был уверен - пройдет еще немного времени и оно появится. Такое же нереальное и отталкивающее, как и все остальное. Медальон дрожал не прерываясь.
[indent=1,0]Кот преодолел последнюю ступеньку и оказался в просторном (слишком просторном для такого маленького домика) коридоре второго этажа, перед ним были каменные стены, не похожие на те, что были на первом этаже, с подставками для факелов, пять запертых дверей и Тень. Ведьмак ощутил порыв ветра в лицо, вслед за которым Тень застонала - мутант был уверен, что слышал боль и отчаяние в этом, - и исчезла. Исчезла только для того, чтобы возникнуть в полуметре от гостя. У нее не было лица, но Койон был уверен - Она улыбается. Она прошла сквозь серебряное лезвие, сквозь руку и тело ведьмака, а после исчезла насовсем. И он был уверен, что исчезла Она с той же невидимой улыбкой...
[indent=1,1]... Группа вернулась через три дня поредевшим составом. Один из братьев-близнецов, имя которого не запомнил никто, не вернулся - был брошен на съедение злым духам, обитавшим среди развалин. Чародей-недоучка отказался от своих денег. Он даже не явился на встречу с нанимателем вместе со всеми, сославшись, что украденного добра ему более чем достаточно. Второй из братьев, до конца не осознавший, что он остался один, забрал деньги за двоих и скрылся с большим мешком драгоценностей, которые в дальнейшем рассчитывал продать. Выглядел он прескверно, но, казалось, это не было связано с гибелью брата. Хельге Дориан было немного жаль этого здоровяка, но она тут же об этом забыла, когда получила из рук воровки несколько древних книг, которые оказались древними эльфскими сказками и сборниками легенд, и старинный амулет-оберег на подвеске. Он был выполнен из серебра, а в центре находился драгоценный камень, который Хельгой был определен как рубин. Чистый. Необычного голубого цвета. Он был идеален и стоил всех затраченных усилий и смертей. И если книги заняли своего место на полках, чтобы прочитать их когда-нибудь потом, то подвеску Хельга начала постоянно носить на шее не снимая.
[indent=1,0]Странности начали происходить уже на следующий день. Хельга Дориан как обычно проснулась в позднем часу, но совершенно не чувствовала себя отдохнувшей. Более того - она проснулась от того, что кто-то бегал над ней, на втором этаже. Втором этаже, которого еще вчера в ее доме не существовало. Но тогда, обнаружив в своем доме целых два этажа, совсем не сочетающихся с ее собственным дизайном, и как будто уменьшившимся первым, Хельга отнеслась к этому спокойно, словно так оно всегда и было. Она поверила, что так оно всегда и было. Изменения начали происходить все чаще. Сначала Хельга начала чувствовать слабость от длительного нахождения за пределами собственного дома - поход на базар с целью купить себе что-то становился настоящей пыткой, поэтому спустя неделю она перестала выходить на улицу вовсе, наняв специального человека, который начал делать это за нее. Спустя три дня нанятый ею юноша перестал приходить. Он просто испарился. Тогда же Хельга начала чувствовать первые перемены в своем теле. Появилась одышка, боль по всему телу. Хельга была вынуждена ходить согнувшись, некогда прямая спина скрючилась, появился горб. Несколько дней назад она проснулась и обнаружила, что за ночь она поседела, выпала часть волос. Когда в зеркале она увидела не себя, а старого и больного старичка, Хельга в ужасе разбила зеркало. А следом и все остальные в доме, на каждом из этажей. И каждую ночь она слышала, как кто-то завывает наверху, чувствовала, что там кто-то есть и он ожидает, когда же Хельга придет. Но что самое страшное - с каждым днем ей все больше казалось, что так и должно быть. Что никогда не было никакой Хельги Дориан, а был только старый и больной старичок, ныне восседающий в огромном кресле. Прошлое стирается из памяти и сейчас Хельга не сможет сказать, кем был ее отец и чем он занимался. Много сил у нее уходит именно на то, чтобы помнить, кто она есть.
[indent=1,0]"Она" появилась недавно, пять или шесть дня назад, когда Хельга ходила по третьему этажу (которого никогда не было) и о чем-то думала. Она была лишь расплывчатым силуэтом, Тенью, но вглядевшись в него, Хельга не смогла сдержать крик, который никто не услышал. Перед ней стоял призрак, дух. Она была одета как жрица или послушница Мелитэле, вся в черном. Лицо - бледное, почти белое. Глазницы пустые, на лице играет хищная улыбка. Хельге удалось заметить несколько клыков. Она указывала на Хельгу рукой, смеялась над ней. Теперь Хельге стало ясно, кого она слышала все это время, кто будил ее каждую ночь и забирал ее жизненные силы. Темная сущность, поселившаяся в ее доме. Выживающая ее из дома, из жизни. И нет, она не смеется... Это лицо полно боли и отчаяния. Лицо существа, в котором не осталось ничего человеческого и которое готово убить другого ради себя. Хельга моргнула - впервые за очень долгое время - Она переместилась, стояла на расстоянии полуметра, ее палец указывал на рубин, висевший на шее Хельги. Рубин принадлежал Ей и она хочет его назад, но не может взять. Пока что.
[indent=1,0]Хельга со всей силы, что осталась в ее дряблом теле, рванула к двери, а оттуда побежала к лестнице и вниз, к свою захламленную комнату. Первая мысль - сорвать подвеску и бросить ее. Сначала Хельга почувствовала дикую, нестерпимую боль от прикосновения к цепочки, затем - отчаяние. Амулет буквально прирос к ее телу и не шевелился, цепляющиеся за него пальцы впивались в кожу, не более того.
[indent=1,0]Так они и живут вот уже почти неделю. Хельга боится выходить из своей комнаты и целыми днями, покуда ей хватает сил, читает, а Она бродит наверху и стонет, но не решается спуститься ниже. Пока что...

***
- Хельга, вы сказали, что не можете долго находится на улице, вам становится больно. Что вы ощущаете? - после долгой паузы, спросил Койон. Он твердо для себя решил, что возьмется за выполнение этого заказа. Если не ради свихнувшейся на эльфских древностях торговки, то ради всего Цидариса. Бес ее знает, на что способно существо наверху, если обретет свои силы и сможет покинуть свою клетку, которой сейчас выступают два верхних этажа. И судя по тому, как ее описала Хельга и увиденному самим ведьмаком, вырваться сейчас она не может, но вот уже через неделю или две сил на подобное ей будет хватать.
- Это, - старичок поднял руку и приподнял рукав. Рука выглядела так, словно ее облили кислотой. Кожа обгорела, покрыта волдырями, которые уже проходят, но все равно представляют страшное зрелище. Насмотревшись на руку, Кот отмел самый вероятный и предсказуемый вариант, что им следует сделать и как избавиться от всех бед. Все последующие стоят дорого и опасны для их жизней.
- Хорошо, я принимаю ваш заказ. Стоить для вас это будет пятьсот таларов. Мне нужно будет осмотреть те руины, куда вы отправили экспедицию и пообщаться с теми, кто там был. Вы точно не помните их имен? - ведьмак встал с места, прошелся по захламленной комнате, разминая ноги и осматривая книжную коллекцию, собранную на Столе.
- кажется, мага звали Идрис или как-то так, эльфку звали.. ммм... кажется, Сариэль, а у выжившего близнеца имя было такое странное, похожее на женское... Эльба, точно! А вот описать вам, как следует попасть к руинам, я не могу, простите. Тот скупщик, который поделился со мной информацией, не объяснил мне дорогу. Но люди, которых вы ищите, ее знают, они ходили вместе с ним, это точно, - Хельга, несмотря на свой внешний вид, порадовалась проблеску в своей памяти как маленькая девочка, на лице ее на секунду засияла улыбка. Койон же, услышав знакомое имя, пока для себя не решил, как следует реагировать на подобное и чего следует ждать от этой работы. Как минимум - проклятых руин, контакта с духом, намерения которого пока не ясны, и каких-то подводных камней. Ничего нового.
- Скажите, мастер ведьмак, что это?
- Проклятие, - бросил Койон, стоя уже у входной двери. - Мне потребуются те книги, которые вам принесли. Те эльфские сказки или как вы их назвали. Я зайду за ними позднее.
[indent=1,0]Он провел в этом доме всего пару часов, но ощущение было такое, словно он не видел солнца целую жизнь. По мере отдаления от проклятого дома, медальон дрожал все слабее, но вот гнетущее чувство, что за ним наблюдают, мутант поборол только когда скрылся с базарной площади. Сейчас путь его лежал в ближайшую корчму, потому что где еще следует искать странствующих наемников, воров и убийц, сорвавших неплохой куш? А там уже видно будет, что делать дальше.

+1

3

Изумрудно-лазурное море было спокойным, безмятежным и великолепным. Солнце делилось своими теплом, искрясь золотистыми лучами на волнах.
Сариэль щурила глаза, чтобы созерцать великолепие Великого моря, неспешно ласкающего скальные берега Цидариса. Лучи отражались от глади, пытались пробиться за густые ресницы эльфки, словно сквозь еловые ветви. Сара была похожа на довольную кошку. Кошку, которая любит свою кошачью жизнь. Улыбка не сходила с лица мошенницы весь вечер. Она наслаждалась всем, что могло вызывать наслаждение сегодня. Еще бы. Ведь с окна второго яруса одной из гостевых комнат корчмы "Над Гротом Сирены" открывался по истине великолепный вид. Свежие морепродукты, поданные от хозяина заведения, источали ароматы, не просто вызывающие аппетит, а превращающие проживание в этой корчме в настоящую сказку.
Сариэль старалась не думать о том, что такие удовольствия всего лишь временны, довольно разумное решение, учитывая, что временным было всё, что окружало, наполняло, представляло её жизнь. Даже сама жизнь была временной, а здесь не было исключений ни у королей, ни у нищих рыбаков. Поэтому жизнью стоило наслаждаться в те моменты, когда представлялась хорошая оказия. Сегодня Сара на судьбу не пеняла. Не каждый день удаётся заполучить часть эльфских богатств, сокрытых годами или даже веками в древнейших руинах.
С сокровищами Сариэль Баильтиарна рассталась довольно быстро, несмотря на свою любовь к книгам и украшениям. Зато взамен она получила увесистый мешочек цидарийских талеров, на которые могла позволить себе жить в достатке, сытости и сухости некоторое время. К таким по достоинству оцененным удобствам прилагались изумительный вид на море и морские дары в тарелке. А личная уборная в корчме "Над Гротом Сирены" была уже настоящим воплощением роскоши.
Всё мог испортить только стук в дверь. Сариэль знала, именно в такие моменты жизнь любит подбрасывать сюрпризы. Эльфка облизнула губы, а затем щелчком пальцев отправила в окно панцирь мидии.
- Я же просила. - раздражённо откликнулась эльфка.
- Прошу, не гневайтесь, милсдарыня. Я передал всё, как вы велели. Но он настырный, аки дьявол морской. Говорит, что вы с ним знакомы.
Эльфка встала со стула и медленно направилась в сторону двери. Её шагов к двери не было слышно.
- Имя. - у неё была хорошая память на имена.
А затем худые пальцы отвели в сторону небольшую ракушку, расположенную во входной двери, и ожидающие за дверью, заметили, как струйка солнечного света проникла в коридор.
Сквозь круглое отверстие в двери на Койона смотрел янтарный зрачок эльфки.

Отредактировано Сариэль (2018-07-29 12:31:26)

+2

4

[indent=1,0]Что отличает хорошего наемника от плохого? Жизнь. Плохой наемник быстрее с ней расстается и делает это по собственной глупости. Что-то не учел, был излишне беспечен, позволил себя обмануть, связался не с теми людьми и позволил втянуть себя в неприятности. Хороший наемник от подобного не застрахован, но он будет осторожен. Не станет говорить о себе там, где это может быть опасно, тем, кому от этого будет лучше, чем ему. Плохой наемник может быть храбрым, умным или удачливым, но в конечном итоге все равно мертвым. Хороший тоже, но он умеет быть тихим. Плохой - нет.
Найти чародея-недоучку оказалось гораздо проще, чем рассчитывал Койон. Он не скрывался, на каждом шагу кричал о том, кто он. Разобравшись с общей работенкой, полученной от Хельги, он напился и скрылся в направлении ближайшего борделя или корчмы - тут источники разнились, но разницы это не играло. Как итог - пьяная драка со стражей, заключен и за какие-то свои прошлые прегрешения готовится к виселице - спасти его задницу было некому. Но до виселицы он вряд ли доживет, считал ведьмак. Проклятие придет за ним раньше и смерть в петле покажется ему милостью, которую ему никто не окажет. Можно попробовать вытащить его в последнюю очередь, все же его навыки могут быть полезны. Но это задача не основная. Главное - найти Сариэль и Эльбу, которые работали гораздо аккуратнее. Даже если это не было их целью, обоим удалось не оставить заметных следов на улицах города. Никто не видел черноволосую эльфку или лысого уродливого бугая в стеганке и с секирой за спиной. А те, кто что-то про них слышал, отказывались говорить задаром. И называли такую цену, что этот заказ мог очень быстро стать убыточным для ведьмачьего кошелька. Жертва, на которую Койон не готов был пойти ради спасения чужой жизни. Но он не был бы самим собой, если бы не нашел выход. Поиск людей и нелюдей - то, в чем Коты преуспели гораздо больше своих братьев. Никто не желал ответить на поставленный вопрос, поэтому пора менять сам вопрос, а не отвечающего.
[indent=1,0]Путь ведьмака пролегал от одной корчмы к другой. И в каждой он озвучивал разные версии одной легенды, объясняющей, зачем он ищет бугая Эльбу или эльфку Сариэль, пусть даже они селились под другими именами. Сначала он спрашивал тоже, что и несколько раз до этого - не видел ли кто такую-то эльфку или такого-то здоровяка, а потом переходил к деталям, долгим и путанным, что у корчмаря не хватало способности отследить сразу все и рано или поздно он рисковал проговориться. Приморской климат слишком расслабляет. В корчме с кричащим названием "Нигде" на окраине города Койон поделился с корчмарем информацией, что он разыскивает пропавшего сына короля откуда-то с севера и его наниматель готов озолотить любого, кто окажет посильную помощь. Нужно лишь отвести доверенного человека к принцу, чтобы тот во всем убедился, и ждать вознаграждения. Дело прогорело. В трактире "Сонатина" он представился давным другом близнецов Эльбы и Анри, с которыми он давно не общался, и пообещал трактирщику, что оставит в его заведении немало талеров, если тот приведет к нему кого-нибудь из его знакомых. Или хотя бы намекнет, где их следует искать. Все это приправлялось таким количеством лживых, но складно звучащих деталей, что под их напором трактирщик сдался и сказал, что поселил одного - и только одного - человека, подходящего под описание, в небольшую комнатку на третьем этаже. И что он сейчас в трауре из-за гибели брата. С задержкой, но до брата дошло, что он остался в этом мире один. Возможно, это и хорошо.
- За упокой умершего, - невесело произнес ведьмак, поднимая крохотную деревянную, окованную сталью, рюмку. Все же разговорить трактирщика гораздо проще, когда ты что-то у него купил. Да и погода требует.
Кот еще не понимал, насколько пророческими оказались его слова. И за чей упокой он только что пил.
[indent=1,0]Дверь перед комнатой ничем не отличалась от десятка других, легко можно было затеряться и попасть не туда. Но Койон был уверен, что не ошибся. Дверь была самой обычной, никакой магической ауры или искажений, никаких запахов или звуков, но подсознание чувствовало - что-то не так и дорисовывало картинку. От двери исходило то, что обычный человек назвал бы кладбищенским смрадом или чем похуже. Но даже такое описание не давало бы полного представления о том, что находится за дверью.
Койон толкнул дверь - она оказалась не заперта - и вошел. Эльба висел под самым потолком, носками он едва касался пола, глаза были навыкате, язык прикушен, но не прокушен насквозь. Обычный случай. Но не тело интересовало ведьмака, а окружение. Несколько опустошенных бутылок нильфгаардской лимонной, пара реданских, чистый краснолюдский спирт, судя по запаху, замешивался с темерской водкой или хитром коктейле на ее основе. На прикроватной тумбе в паре метров от покойника стояла початая бутылка наливки на яблоках и груше. Койон поднял бутылку и в беззвучном тосте приподнял ее в сторону Эльбы, осушил ее до дна. "За упокой умершего".
Проблема пьяных самоубийц в том, что они редко оставляют после себя записки или хотя бы хаос в помещении. Сложно в дальнейшем определить, что с ним случилось, виноват ли в этом кто-то еще или человек сам взял богато расшитый пояс и затянул на шее. Эльба не оказался исключением: никаких записок, заляпанных слезами, или просьбы похоронить его вместе с братом, сожаления за содеянное в жизни или что-то в таком духе. Комната завалена пустыми бутылками из-под алкоголя да под ногой завалялся старинный эльфский амулет, явно раздобытый в тех самых развалинах...
Подняв амулет, ведьмак быстро спрятал его в карман своей куртки и все же решил осмотреть тело. Только для того, чтобы спустя минуту в полной тишине пролететь мимо задумавшегося трактирщика на первом этаже и скрыться в неизвестном направлении. На груди у усопшего был выжжен тот же причудливый узор, что был на амулете. И на амулете Хельги. Источник проклятия определить удалось, осталось сделать все остальное: узнать, какой эффект оно оказывает на людей, как его быстрее всего снять и где это нужно делать. И сделать все это быстро.
[indent=1,1] На поиски воровки ушло больше времени, чем хотелось. Солнце ушло из зенита и постепенно клонилось к линии горизонта, когда Койон нашел нужную корчму и даже смог уговорить бестолкового и слишком медлительного корчмаря провести его к своей давней знакомой. Корчмарь сослался на свою занятость и отправил вместе с ведьмаком одного из своих подчиненных. С его слов, именно этот паренек потакал всем прихотям их гостьи и знал о ней больше всех. Подавальщик оказался таким же медленным и бестолковым, как и его хозяин, посему Койон еще какое-то время стоял перед нужной дверью и слушал те детали и оправдания из личной жизни Сариэль, о которых слышать не хотел.
- Имя, - громко - Сара подошла ближе к двери, рассудил Койон - спросила девушка. Не желая тратить ничье время на медленного работника, ведьмак оттолкнул того и обратился в глухую пустоту крепкой двери:
- Старый друг-ведьмак пришел, - обиженный таким грубым с собой обращением работник отошел куда-то в сторону, ведьмак же выжидающе смотрел на небольшое отверстие в двери, через которое на мгновение прорезался солнечный свет, а потом вновь воцарилась темнота. Точно не для арбалета или лука - слишком маленькое отверстие, а вот чтобы незаметно наблюдать за происходящим перед дверью вполне подойдет. Если бы не опыт и мутации, Койон вряд ли заметил бы его. А расчет был именно на это, вероятно. - Открывай, Сариэль, я здесь, чтобы жизнь тебе спасти, - Сделав шаг назад, мужчина вытянул вперед руку с зажатым в ней амулетом, который он подобрал у тела Эльбы. Интересно, а что чувствуют люди, когда к ним приходит ведьмак и говорит, что собирается их спасти? Панику? Ужас? Осознание, что за это он еще и денег возьмет? - Все уже оплачено, тебе даже пиво покупать не придется. В этот раз.

+1

5

— Старый друг-ведьмак пришел. – послышалось из-за двери.
Друзей у Сариэль было мало. А настоящих друзей может, и вовсе никогда не было. Сара плохо подходила на роль друга, зато роль врага доводилось исполнять весьма часто.
Старых же друзей, из числа тех, кого всё-таки можно было отнести к друзьям, с каждым годом становилось всё меньше: кто-то бесследно пропадал, кто-то перебирался на тот свет, а кто-то в один момент просто переставал им быть.
Ведьмаков с каждым годом тоже становилось всё меньше, прямо как старых друзей, но на своём жизненном пути эльфка повстречала их немало. Липли они к ней как мухи на сладкое, словно она дитя-неожиданность какая. Поэтому под образ старого друга-ведьмака было сразу несколько кандидатов.
— Открывай, Сариэль, я здесь, чтобы жизнь тебе спасти. – Голос показался действительно знакомым.
Её имя мог узнать кто угодно, а вот желающих спасти ей жизнь, можно было посчитать по пальцам одной руки.
В маленькое отверстие во входной двери, эльфка с трудом могла кого-либо разглядеть. Но причин поверить словам монстробоя было сразу несколько: за дверью стояло только два человека - прислуга и незваный гость, никто не держал наготове клинок и не целился в неё из самострела, истребитель чудовищ держал в руках амулет, подозрительно напоминающий одно из эльфских сокровищ, ставших для воровки источником обогащения.
- Все уже оплачено, тебе даже пиво покупать не придется. В этот раз.
Чувство юмора, как ни странно, было присуще многим представителям их профессии, но вот пенные напитки за проигранный спор Саре приходилось покупать лишь одному из них.
Раздался характерный щелчок дверного засова, а когда дверь отворилась, Сариэль уже стояла возле окна в нескольких шагах от входа. Искательница сокровищ догадалась, что это Койон.
- Пришел изгонять из меня бесов? – Невозмутимо серьёзно произнесла воровка, а затем, когда взгляды ведьмака и эльфки повстречались, на уголках губ появилась едва заметная ехидная ухмылка.
Сариэль сразу догадалась, о чём пойдёт речь, но даже предположить не могла, насколько всё серьёзно на самом деле.
- Если Хельга переоценила эти древние побрякушки и хочет вернуть за них деньги, то она опоздала, я всё уже потратила. Посмотри, какой прекрасный вид, не правда ли? – Сара вела разговор в привычной для неё манере, а затем будто нарочно в опровержение своих предыдущих слов о финансовом состоянии, эльфка обратилась к прислуге. – Принеси боклерского белого, мы должны выпить за встречу со «старым другом».
Мошенница подошла к ведьмаку ближе.
- Не такой уж ты и старый. – Сариэль всматривалась в лицо истребителя чудовищ, словно пыталась найти какие-то отличия с тем Койоном, которого когда-то знала. А затем, искательница сокровищ аккуратным нежным движением руки заправила прядь волос, спадающих на лицо Койона, за его ухо. Ей захотелось смутить своего гостя. Это была та Сариэль Баильтиарна, которую когда-то повстречал Койон.

+1

6

- А ты подселишь их обратно, чтобы снова встретиться со мной? - вопросом на вопрос ответил ведьмак. Лицо его представляло собой застывшую маску, но голос был веселым, даже несмотря на повод для их встречи и судьбу Эльбы. Встречать старых знакомых приятно, а встречать старых добрых знакомых - непозволительная для мутанта роскошь, которую нужно раскручивать на полную. В последний раз кто-то был рад его видеть целую вечность назад, но и встреча была не из приятных.
- А ты все не меняешься, - осматривая комнату, Койон отметил, что в комнате нет ничего, что принадлежало бы эльфке. Все вещи были собственностью корчмы, за исключением разве что пары книг на столике, но и они вряд ли последуют за Сарой в ее путешествии. Странная и в тоже время понятная черта каждого путника, в любой момент готового отправиться в путь (по своей воли или нет). - Все еще предпочитаешь дорогие и роскошные комнаты спальному мешку и завтраку на костре?
[indent=1,0]Говорить о серьезном не хотелось. Хотелось взять бокал с боклерским белым, пару устриц и сидеть смотреть на восход и закат солнца. Но вместо этого Кота ждет фляга воды, пару кусков вяленого мяса и очередной выпотрошенный на дороге бедняк, за чьим убийцей ему предстоит гоняться по болотам. "А ведь есть романтики, которые готовы отдать все, чтобы сбежать от этой жизни", Койон вновь прошелся взглядом по комнате воровки, но никаких изменений не заметил.
- Не такой уж ты и старый, - она была права - внешне его старость никак не проявится еще несколько десятилетий, если он будет достаточно удачлив. Чужое прикосновение обжигало бледную кожу, но Кот не питал романтических иллюзий на этот счет - все дело в измененном метаболизме и занудстве, которое вырабатывается с годами. Он был прав - она ни капли не изменилась, осталась той же, что и раньше.
- Тебя устраивает? - ведьмак улыбнулся и взял руку эльфки в свою. Вторую руку он отвел за спину. Не следует ей знать, что он задумал.
[indent=1,0]Койон давно для себя понял, что ведьмачье проклятье заключается не в измененной физиологии или добровольном отказе от эмоций, нет. Он постоянно думает о работе, даже когда "отдыхает". Он ждет опасности тогда, когда обычный человек наслаждается моментом и не думает вообще ни о чем. Это помогает выживать, но сильно осложняет жизнь. Странный амулет, который он забрал с тела Эльбы, начал жить своей жизнью, стоило ему лечь в ладонь девушки. Рубин неярко засветился красным, освещая лицо Сариэль, но напрочь игнорируя убийцу чудовищ, стоявшего совсем рядом.
- Что ты чувствуешь? - свечение с каждой секундой становилось все ярче, но Койон этого совершенно не замечал. Зрачок Сариэль с каждой секундой сужался, словно у кошки. Словно кто-то пытался ее ослепить. Он знал, что это как-то связано с вернувшимся чувством, что за ним кто-то наблюдает, и будто бы ожившим медальоном, который дрожал под курткой, но не мог объяснить, как именно. Не мог даже увидеть, что именно происходит сейчас в комнате. Поэтому сейчас он должен довериться тому, что скажет ему мошенница. - Что ты чувствуешь?
[indent=1,0]С лестницы донесся пронзительный вопль прислуги и звон стекла - это на бедного паренька налетела кошка кого-то из постояльцев. Бедное животное, с шипением и жалобным мяуканьем, выпрыгнуло на улицу и побежало прочь от корчмы.

+1

7

- Боюсь, тебе не справиться с ними. – Отвечая на вопрос про бесов, эльфка скорчила надменную гримасу. На самом деле она знала, что ему это было под силу.
- Постоянность надоедает, а все необычное рождает спрос. Будь у меня возможность проводить каждый день, любуясь на закат с перинной кровати, возможно, я бы соскучилась по запахам лесных костров. Но пока… порой я готова продать душу за кусочек мыла. Тебе этого не понять, ведьмак. – Слова Сариэль могли ранить или хотя бы задеть, но за искренность, такие речи могли быть оценены по достоинству. Впрочем, искренность слов воровки – сомнительное достоинство.
- Все, кроме… - мошенница не успела ответить на вопрос Койона. Её зрачки деформировались, а свечение от амулета, словно изменило её выражение лица.
- Ruad aine bezar emer inne.
Lah’h conas k’host Mor.
Marbh cared wett esse vitt.
Finell bedaell feorh.
*
Голос Сариэль был не узнаваем.
Закончив четверостишье, эльфка закатила глаза, а потом амулет выскользнул из её ладони. Не успев потерять сознание, Сариэль пошатнулась, а затем отстранилась от Койона.
Вдох. Шаг назад. Вдох. Осознание.
- Ты использовал меня! – освободив кинжал из набедренных ножен, эльфка бросилась на ведьмака, лишь через мгновенье осознав, как беспомощна её атака. Тихонько пискнув, она ослабила хватку, пытаясь не нанести себе и парировавшему удар ведьмаку вред, в надежде, что истребитель чудовищ не сочтет её за одного из представителей своего бестиария.
Схватившись за живот, воровка упала к ногам ведьмака. И больше не пытаясь сопротивляться, негромко простонала:
- Расскажи мне, зачем ты пришёл, только прошу, не делай так больше. Пожалуйста…


*

* - Красный свет искажает боль внутри.
Камень - как зеркало Смерти.
Мертвый воин захотел быть живым.
Тело лишив души.

Отредактировано Сариэль (2018-09-20 18:50:45)

+1

8

- Тебе этого не понять, ведьмак, - с издевкой, но искренне отозвалась эльфка на слова ведьмака о собственном комфорте. Спорить с ней он не стал, не до того ему сейчас было, но как-нибудь когда-нибудь они к этому вернутся. Если выживут.
[indent=1,0]Проблема древних эльфских наречий для Кота всегда была в том, что они всегда похожи на песню, каждая строчка зарифмована до неприличия или использует интонацию в качестве изъяснительного средства. Прозвучав чуть короче, чем положено, прекрасное слово "яблоко" могло превратиться в "зло". Такое маленькое отличие могло поставить любой ритуал по изгнанию под угрозу. Или другое излюбленное средство призраков и проклятых - мелодичный и красивый стих о жизни и смерти, который не имеет никакого отношения к их появлению.Этот язык слишком красив для простых бродяг. Потеряв в процессе бодрого перевода всю плавность стихотворения, ведьмак все же понял его. Или ему хотелось в это поверить.
"Тело принадлежит Хельге, но кто этот воин?" пока Койон был занят своими мыслями, Сариэль что-то поняла для себя. И не преминула возможность поделиться ими с незваным гостем. Кинжал был нацелен прямо в сердце убийцы чудовищ, но он вовремя успел перехватить руку эльфки и несильно вывернуть ее в сторону, чувствуя, как слабеет ее хватка. Не продумав своей атаки, эльфка сместила собственный вес на одну ногу, чем Кот и воспользовался, ударив ее по этой ноге свободной рукой. Кинжал шумно упал на пол. Поднимать или отталкивать его мутант не спешил.
- Нет, - коротко ответил Койон, возвышаясь над поваленной воровкой. Голос его звучал твердо и спокойно, но в то же время внушал иррациональное чувство страха, словно палач занес меч над головой и готов нанести последний удар. Немногим доводилось услышать доброго и улыбчивого Койона таким, а потом уйти живым. Мутант опустился на колени и сел рядом с девушкой, спрятал амулет в один из карманов. Былое напряжение в его теле уже не ощущалось так явно, как секундами раньше. Даже голос стал дружелюбнее.
- Дни Хельги сочтены. Проклятие убьет ее через несколько дней. Магу осталось жить не больше, уже завтра его сожгут на костре или вздернут на виселице. Ваш общий друг не выдержал и повесился в дешевой корчме, до этого напившись до полусмерти. Цидарис край богатый и полон неприятностей, сюда в любой момент может заехать ведьмак и зарубить тварь, которую вы случайно разбудили. До этого здесь погибнет пара человек, но и награда будет в разы выше той, что получу я. Я все еще здесь из-за тебя. Я здесь, чтобы спасти тебя. Я не врал тебе, Сариэль. И мне жаль, что я причинил тебе боль. Обещаю, что больше этого не повториться, - и хотя сам Койон не до конца верил в правдивость своих слов, звучали они складно и почти не оставляли сомнений в искренности его намерений. Пусть в этот раз ему повезет, и он окажется неправ. Он взял с пола кинжал и удерживая его за лезвие, передал девушке. - А теперь расскажи мне, что ты почувствовала пока держала амулет. Потом мы с тобой выпьем за встречу и ты расскажешь мне о вашей маленькой вылазке, хорошо?

Отредактировано Койон (2018-09-22 18:32:41)

+1

9

- Прости. - Сариэль со смущением забрала кинжал, которым она могла погубить ведьмака, не обладай тот должной реакцией. - Клянусь, я совсем не хотела. Словно... словно это была не я, понимаешь?
Эльфка поднялась на ноги, а затем, осмотрев себя, поправила тунику. В руке еще ощущалось “прикосновение” Койона, эльфка демонстративно размяла кисть. На самом деле ведьмак был слишком вежлив с воровкой, не сломав ей руку. Он мог просто на просто вонзить её же кинжал её же рукой ей же в живот. Но Койон не сделал этого, потому что действительно пришел спасать, а не убивать охотницу за сокровищами.
Сариэль отвернулась от ведьмака, вглядываясь в даль. Великое море было все так же спокойно.
- Это было похоже на дурман, какое-то затмение. Я почувствовала влечение, а затем... совсем забылась. Странно, я ничего не помню. - Сара сощурила глаза, пытаясь успеть за уплывающими образами из воспоминаний. Худые пальцы стали массировать виски.
- Помню только слепую ярость. Это была не я, кто-то другой внутри меня. И, веришь, но это, - эльфка посмотрела ведьмаку в глаза, - это очень скверное чувство, Койон. До сих пор чувствую внутри столько зла, что хочется, прости меня за мою Старшую Речь, но выблевать это ко всем чертям.
Сара вздохнула.
- Мне жаль Хельгу, остальных меньше. Они получили по заслугам. Кучка недоумков, - в голосе воровки были слышны ноты обиды, - только мешали мне работать.
Сариэль будто со злостью сдула прядь высвободившихся волос.
- Я избавилась от всего, что удалось вынести из тех руин. Несколько каких-то книг со сказками и этот амулет. Сначала я хотела отдать Хельге только книги, а его оставить, чтобы продать подороже. Но потом передумала. Как считаешь, это какое-то проклятие?
В дверь постучали.
-Боклерское белое, милсдарыня.
Расплатившись с прислугой, Сара перевела взгляд с Койона на вино, а затем снова на Койона.

+1

10

[indent=1,0]Выслушав подробности того, что почувствовала Сариэль в процессе своего кратковременного знакомства с потусторонними силами, ведьмак неопределенно хмыкнул. Ожидать каких-то других слов от эльфки было глупо, и как профессионал, он это прекрасно понимал, но порой так хотелось простых слов... "Темная фигура на противоположенном конце улицы звала меня к себе, предлагала помощь", "Человек без лица протянул мне руку и попросил помочь", "какая-то старуха пообещала, что я умру в страшных муках, а потом она возродиться и сожрет лица всем моим близким". Но нет, все как всегда. Вспышки эмоций, которые испытывает запертый дух - как правило, ярость, злость или ненависть к кому-то. Койон почесал небритый подбородок.
- Ты читала стихи. Через чур печальные, но зато эффектные. Если захочешь завершить карьеру воровки, можешь стать успешным бардом, - блистая своеобразный чувством юмора, Койон также вплетал в свои слова обрывки информации, которые могли о чем-то напомнить Саре, хоть на мгновение вновь пробудить образы, полученные ею в процессе контакта с амулетом.
- Я тебе верю, - встретив взгляд воровки, ответил после небольшой паузы ведьмак. Сложно испытывать сочувствие к тому, кто усложняет жизнь, сколь бы печальна не оказалась его судьба по итогу. - А теперь расскажи мне, что ты сделала со своей долей награбленного.
[indent=1,0]С каждой секундой дело становилось все запутаннее. И все интереснее. И это при том, что у Кота не было ни одной рабочей версии того, что за чертовщина происходит, которая бы его устроила. Заминка здесь, расхождение там, картинка никак не складывалась. Нужно осмотреть руины.
- Этот амулет я снял с тела Эльбы, - мутант вновь достал амулет. Игнорируя любую реакцию, он поднес его ближе к лицу эльфки, чтобы она могла его рассмотреть. Ему показалось, или в комнате на мгновение что-то вспыхнуло? К задней стороне прилип небольшой кусочек кожи прежнего носителя. - Второй, который ты отдала Хельге прирос к ней и, как мне кажется, осмотреть его мы сможем только после ее смерти, - которая по всем прогнозам может наступить в ближайшие пару дней.
За дверью послышались шаги. Кто-то уверенной походкой шел к их двери.
- Боклерское белое, милсдарыня - отрапортовал слуга в предвкушении пары монет в собственном кармане. Поймав на себе взгляд Сары, ведьмак утвердительно кивнул и взял бутылку в руку. На первый взгляд все казалось нормальным.
Налив в бокал совсем немного вина, мутант одним глотком осушил его. Любой ценитель вин сейчас разжег бы костер и приговорил этого приблуду к долгой и мучительной смерти. На вкус все тоже казалось нормальным.
- Не думаю, что оно отравлено, - уже спокойно разлив вино по бокалам, Койон протянул один из них Сариэль. - За встречу.
[indent=1,1]Как и обещал, Койон сделал небольшую паузу в разговоре о смерти, призраках и том, что может их ждать, чтобы они в спокойной обстановке могли насладиться прекрасным вкусом вина из далекой боклерской винодельни. Они все также сидели на полу, беззаботные и спокойные. Но всему приходит конец, в том числе и счастливым моментам.
- Я думаю, вы своим проникновением разбудили древнюю силу, которая покоилась в тех руинах. И сейчас она набирает силу, чтобы проникнуть в наш мир, - он крутил и пристально разглядывал амулет в своей руке, обращаясь к Саре. - И мне кажется, что он не один. Теперь ты, расскажи о вашей вылазке, - ловким движением Кот разлил по бокалам последние капли вина и прислонился спиной к кровати, готовый слушать.

+1


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава I: Время перемен » Сказка подошла к концу