1. Полное имя: Григор "Псина шелудивая" Райс

2. Возраст | Дата рождения: 47 лет  от роду, на светя появился в конце зимы 1218-го года

3. Раса: териантроп, урожденный волколак

4. Род занятий: в прошлом будучи лекарем, приписанным к гарнизону крепости Спалля, что в Лирии, ныне числится отставным служакой, пустившимся в долгое странствие лекарем.

5. Внешность: Выдержка из заметок друида Матейса, (ок. 1255-58 г.г.)
«...в обличье человечьем, бывшем глазу нашему более предпочтительном, воспитанный под строгим надзором круга друидов Каэд Дху, мало чем отличался Григор от простого обывателя. Росту, конечно, немалого, лишь немногим не добравшего добрых шести футов, но при том и худобы знатной. Никогда не мог он щеголять торсом крепкого воителя, при взгляде на коий изнемогают в неистовом желании слабые волею девы. Но и силой физической обделен не был, легко орудуя оружием как клинковым, так и секирой боевой. Мог бы и с кузнечным молотом совладать, да почитал тот тяжеловатым.
Черноволосый и темноглазый, с лицом, далеким от тонких благородных черт, но отторжения у окружающих не вызывавшим. Смуглокожий, чему матушкины корни поспособствовали (ибо была девица та вывезена из краёв дальних, Рована ли, Имлака, а в крови имела и вовсе примеси экзотичные).
Несмотря на окружение, в коем вырос мой подопечный, видом своим он совершенно не напоминал друида. Не носил окладистой бороды в два локтя длиной, предпочитая если не бриться начисто, то щеголять щетиной легкой, либо бородкой совсем уж короткой, название одно. Волосы остригал также коротко, дабы в бою и в жизни помехой оные не стали. И одёжей более походил на солдата, нежели на жреца, али кмета. В миру предпочтение отдавая легким рубахам, охотничьим штанам, да сапогам, на службе лишь в положенном полковому лекарю мундире и цветах королевства родного расхаживал. Но, будучи происхождения весьма скромного, да и воспитания соответствующего, диковинных безделушек и украшений не терпел, единственно не расставаясь с перстнем, от отца доставшимся. Массивный, изготовленный многие лета назад, сей талисман, венчаемый камнем-гематитом (почти черным для беглого взгляда) передавался в семье Райсов от отца к сыну и нынешний муж сего рода оберегал его пуще кошелька и прочих сбережений. Но редко на всеобщее обозрение выставлял, как положено надевая, обычно на крепкой цепочке носил, на шее, да под одеждой скрывал.
Будучи по роду занятий далеким от жизни мирной, друидам уготованной, имел на теле и несколько заметных шрамов, в схватках боевых заработанных  (глубокий на бедре, опосля неловкого удара копьём, да от правого плеча вниз, к лопатке). И отметину на лице, тонкой полосой лоб наискось пересекавшую, аккурат до брови левой.
Опосля же увольнения со службы, иначе как в кольчуге не передвигался, не брезговал наручами и поножами кожаными, да того же материала перчатками, хоть и потертыми. Плащей не любил, ибо движения те стесняли изрядно, но в дурную погоду оными не брезговал.»
Дополнение к заметкам, датируемое годом 59-м:
«В обличье же зверином, поневоле обреченном на существование, не многим отличался Райс от самого обыкновенного волка. Разве что крупнее был заметно, без малого пяти футов в холке достигая. Окрас жесткой шерсти был чёрен, подобно волосам Григор, глаза же, не в пример волчьим, карими оставались.»

6. Характер: Из заметок друида Матейса (1225-35 г.г.)
«Подопечный Круга отличается здоровым любопытством, присущем юному возрасту. Несмотря на особенности своего происхождения, вспышек агрессии не проявляет, дружелюбен, наблюдателен. Свободно чувствует себя в присутствии друидов, однако сторонних людей и представителей иных рас, что изредка посещают Круг, сторонится и опасается. Последнее относится к любому незнакомому лицу, воспринимаемому как угроза его тайне.
Будучи урожденным волколаком, сущность свою воспринимает спокойно, не считая проклятием, скорее как данность, с которой приходится мириться и научиться жить. Учится смирять свой нрав и сохранять спокойствие в любых ситуациях, избегать конфликтов. Благодаря тому, что не отличается излишним правдолюбием и обостренным чувством справедливости, способен контролировать своё поведение, избегать сильных эмоций, способных выдать его вторую сущность.
Проблемы могут возникнуть за несколько дней перед полнолунием, когда самоконтроль заметно слабеет. Несмотря на то, что первое обращение прошло в четыре года (и вызвало у друидов Круга, а также родителей Райса немало опасений), по прежнему боится грядущих изменений.
Несмотря на настояние матери, отказывается с идти на контакт незнакомцами, даже в наиболее спокойную пору (между обращениями) и под присмотром способных контролировать его людей.»
Из заметок друида Матейса (1236-46 г.г.)
«Наблюдается значительный прогресс в контактировании с незнакомцами. Григор научился скрывать свой страх, старается побороть робость и не воспринимать каждого незнакомца как угрозу собственной жизни. Благодаря частым посещениям Спалли (ближайшей к Кругу друидов крепости) и соседних деревень, в том числе и в ярмарочные дни, более не избегает толпы, однако по прежнему нуждается в напоминании о необходимости самоконтроля и важности избегать конфликтных ситуаций.
К двадцати годам молодой Райс уверенно контролирует свою сущность и обращения, обычная для существ его вида жажда убийства и крови получает удовлетворение посредством совместной с отцом охоты (к вящему неудовольствию Иерофанта) не всегда на животных. Однако о подробностях Райсы не распространяются, что несомненно позволяет избежать неких конфликтов, столь нежелательных нашему кругу.»
Из заметок друида Матейса (1247-50 г.г.)
«Человеческая натура Григора, несомненно и к нашей радости, преобладает над звериной. Упомянутое мною в более ранних заметках любопытство, позволило молодому Райсу набраться знаний, касаемых трав, лекарственных сборов, растирок и примочек. Благодаря собственному желанию и с дозволения иерофанта, решился на кардинальное изменение собственной жизни, что в случае врожденного проклятия, несомненно, свидетельствует о достаточной храбрости нашего подопечного и его жажде познания. Ибо не всякий волколак решится принять жизнь военную, среди множества непосвященных в его тайну обывателей и искушений, должных весьма поколебать столь важный самоконтроль.»
Из рапорта Тобиаса Майро, командира гарнизона крепости Спалля (1245-60 г.г.), датированного годом 59-м. Написанным после отставки лекаря Райса:
«Производил впечатление уравновешенного, в меру общительного человека. В контактах с окружающими умеренно доброжелательного. К начальству относился подчеркнуто уважительно, однако подобных встреч старался по возможности избегать. Словоохотлив, если разговоры касались вопросов войны, медицины, лошадей, либо тем нейтральных. Что характерно, избегал бесед о себе и собственном прошлом. При крайней необходимости, либо же настойчивости собеседников отвечал пространно, без конкретики.
В первые годы службы с трудом контролировал себя при виде крови, тяжело раненых солдат и мирного населения. Подобное выражалось в дрожи рук, бледности, подчас - бегающем взгляде и излишней резкости в речи и движениях. Судя по всему, то было проявлением скрываемого страха от вида крови и брезгливости. В дальнейшем сумел перебороть подобные слабости.
Быстро обучался военному делу, обращению с оружием. 
При необходимости участия в бою (три случая за пять последних лет) инициативности не проявлял, чётко выполнял приказы старших офицеров. К противнику был беспощаден, в меру жесток, не колебался перед вынужденным убийством.»
Из заметок друида Матейса (1259-60 г.г.)
«По возвращении к жизни мирной, подопечный нашего круга продемонстрировал заметные изменения характера, несомненно вызвавшие некую печаль у хорошо знавших его друидов. Григор стал заметно жестче, но и куда осмотрительнее. В то же время, он лишился прежнего покоя, позволявшего ему мирно сосуществовать с обитателями круга Каэд Дху. Появившееся нетерпение, впрочем, вполне компенсируется долгой изматывающей дорогой, однако необходимость заходить всё дальше неуклонно растёт. Опасаюсь вскоре узнать о желании моего подопечного и вовсе покинуть родное место.»

7. Цели: Выдержка из путевого дневника Григора Райса, отставного лекаря крепости Спалля:
«Усидеть на одном месте становится попросту невозможно. За границами Каэд Дху, опостылевшего Чёрного леса, лежит целый мир, полный неизвестных мне вещей. Должен пуститься в путь, не только для утоления жажды познания, но и ради изматывающих переходов. Постоянные нагрузки и вызовы не дают мне потерять над собой контроль. Тело требует действия и оно его получит, Креве побери! Под боком у друидов спокойно, но мне нужно большее. Формула полнейшего контроля над собой, да и пора бы задуматься о продолжении рода.»

8. История персонажа: Выдержка из путевого дневника Григора Райса, отставного лекаря Спалли
«Говорят, урожденным волколакам куда проще справиться с собственной хищной сущностью, ведь они сосуществуют бок о бок с самого начала. Склоняюсь к тому, что это правда. Друиды, а особенно Матейс, мой добрый друг и наставник, старались не скрывать от меня правду происхождения, искренне полагая, что от некой информированности есть определенная польза. Что ж, благодарствую.
По их словам, я появился на свет в 1218-м году, в конце зимы у женщины человеческой расы, вывезенной пиратами не пойми откуда (поговаривают, что из южных провинций Нильфгаарда, но кто знает, как оно на деле было) и волколака. В отличие от меня, отец обрел проклятие через укус, а в прошлой жизни был младшим сыном какого-то мелкого помещика с северных границ Лирии. Столь давние подробности прежде не особо интересовали меня, теперь начинаю об этом жалеть, расспросить-то некого. Хвала Богам, родителям хватило ума осесть близ круга друидов, а последним - мужества и благородства не погнать столь опасных соседей взашей. Хотя, тут возможно сказалась и любовь друидов к познанию, что меня, что отца буквально изучали долгие годы.
Обращение, да... моё состоялось в четыре года и, клянусь, удовольствие было малоприятным. Чётких воспоминаний, к счастью, не осталось, но отголоски той боли и страха часто преследуют меня в кошмарах. Но детская психика - штука гибкая, я не превратился в малолетнего монстра, стремящегося порвать на кровавые ошметки всё и вся, да и не дали бы мне сотворить такое, друиды и отец бдели за новоявленным волчонком денно и нощно. Не забывали приучать к самоконтролю, день за днём вдалбливали о его важности и, в то же время, старались чем-то меня занять.
Кто бы мог подумать, что всевозможные травы, коренья и плоды могут быть столь интересны, а те секреты, что они скрывают от непосвященных, настолько могут увлечь! Тогда тайны друидов, лишь слегка приоткрываемые мне, казались сравнимы с магией и я, помнится, носился как помешанный по Чёрному лесу (под присмотром Матейса, разумеется), увлеченно занимаясь сбором нужных трав. Да этот процесс, признаться, и сейчас завораживает, позволяет обуздать себя, контролировать, дабы не натворить бед.
Так вот, все эти травы и коренья занимали всю мою голову, словно уже тогда меня заговорили пойти по пути лекаря. Благо друиды научили меня многому, хоть то и была лишь малая часть их знаний, а после (когда мне удалось научиться без страха смотреть на людей, чему помогли посещения ярмарок в соседних деревнях и буквально принудительное общение с местными) передо мной открылся целый мир. Но я этим не решился воспользоваться, о чём не жалею, следовало поднабраться совсем иного опыта.
Хвала отцу, найдя некий баланс со своей волчьей сущностью, тот не забывал выводить меня далеко за пределы круга друидов, мне нужна была охота. Нужна была погоня и кровь убитых мною жертв. Далеко не сразу людей, на них мы стали охотиться много лет спустя, да и цели тот выбирал непростые. Мало удовольствия задрать кмета, он фактически беззащитен и даже вилы не всегда может выставить в собственную защиту. Другое дело лихой люд. Задрать разбойника - редкостное удовольствие.
Но охота - не единственное полученное мною образование. Друиды - ребята весьма неглупые, а Матейс, кажется, испытывал особое удовольствие, заставляя меня осваивать чтение, счёт и письмо. "Пригодится", - как-то сказал он и был полностью прав.
Помнится, мне исполнилось тридцать два года. Да, именно в 50-м году  мне взбрело в голову пойти немного дальше привычного леса. Ривийская крепость Спалля была мне знакома, не раз доводилось выполнять мелкие поручения иерофанта, доставлять послания, а подчас и отвозить лекарю, служившему в крепости, заготовленные травы. Тоже своеобразное испытание, проклятая живность ведь чует, кто рядом с ними, и реагирует соответственно. Ладно хоть лошаденка попалась настолько флегматичная и успевшая за много лет привыкнуть ко мне, что не скидывала со своей спины. Был мне знаком и местный костоправ, и комендант. Благо, им был известен Григор Райс - человек, которого воспитывали друиды, а не "Шелудивый пёс", каковым меня звали  самонадеянные разбойники, встречавшие на своём пути крупного чёрного волка.
Набор в армию был, есть и будет всегда, так что встать под знамена королевства не составило труда даже для меня, а после, пользуясь знакомствами и приобретенными в прошлом званиями, устроиться на обучение к лекарю крепости. Что не мешало осваивать и другие науки, вроде ближнего боя и строевого шага.
Теплое местечко попалось. Знай себе, латай горе-вояк, порубленных в стычках с бандитами, да контролируй себя, чтобы не обратиться невзначай в волка. Труднее было скрываться каждый проклятый месяц на время полнолуния, дабы обратиться хоть на одну ночь, но Спалля - крепость немалая, найти потайной угол, а то и в самоволку рвануть - дело нехитрое.
Правда к дурманящему запаху крови привыкнуть оказалось непросто, да только комендант списал дрожащие руки на страх от вида крови. Так, несомненно, лучше, нежели узнать о голоде и диком желании разорвать окружающих. Благо годы, проведенные у друидов, даром не прошли и контролировать себя оказалось вполне реально.
А потом вновь пришла скука, потащившая за собой жажду неприятностей.
Если патруль должен вернуться ещё засветло, оправлять с ними лекаря - смысла нет, да только некоторые банды командир велел гнать до победного, пока не удастся полностью изничтожить заразу. Мне довелось поучаствовать в трёх таких вылазках и в каждой, скорее по личному своему желанию. Обучиться оказывать помощь в полевых условиях, - неплохой мотив. И несколько раз мне удавалось добиться своего, рискнуть жизнью и проверить, чего же на деле стоит моя выдержка. В первый раз всё прошло идеально, бой приняли в двух днях от Спалли. Потеряли троих, а мне удалось не только мечом помахать, но и помощь своим оказывать посреди схватки. Вторая вылазка, по зиме совершенная, прошла не столь успешно. Потери были несоизмеримо больше, соотношение сил неравным вышло. Десяток наших на два - бандитов и дезертиров. Дурной расклад. Помнится, тогда мне пришлось и себе помощь оказывать. Удачливый паршивец распорол правое бедро, а вслед за ним ржавой секирой пробили кольчугу. Выкарабкался, на мне же заживает как на собаке. Третий случай был всего за два года до ухода со службы, но там был умелый стрелок и арблетный болт, по касательной задевший голову. Весело латать молодого солдатика, когда глаза заливает кровь, а в висках пульсирует дикое желание убивать.
Нет, сохранять над собой контроль становилось всё тяжелее, пришлось вскоре поставить крест на солдатском поприще и вернуться под сень деревьев Чёрного леса. И столкнуться с новой проблемой - безумием отца.
Флорис Райс был человеком крепких устоев, волевым и далеким от пустой жестокости, может потому и сопротивлялся столько лет после обретения проклятия. Но, к моему возвращению в круг друидов, ситуация уже была преотвратнейшая. Матери уже год как не было, не пережила она последнюю зиму, лихорадка её унесла, а старик в результате сильно сдал. Каждое обращение отца проходило всё тяжелее, ему приходилось уходить достаточно далеко, чтобы по округе не пошли слухи о волколаке, да и друиды не пострадали. Он перестал контролировать своего внутреннего зверя, жажда крови оказалась сильнее. История закончилась достаточно предсказуемо, ранней осенью 60-го он вновь покинул Чёрный лес и, как нетрудно догадаться, больше не вернулся. Полагаю, старый Флорис встретил своего ведьмака. Печально, но все там будем, если не найти способ спастись от подступающего безумия.
Как сейчас принято писать: "дорогой дневник, сия ситуация заметно отразилась на моей психике и моём же мировоззрении, а посему..." - но нет, не отразилась. Совершенно. Я не жажду мести, понимаю, насколько отец стал опасен. И благодарю того ведьмака, что поставил точку в этой тоскливой постановке. И надеюсь, что со мной всё выйдет подобным образом, если не найду способа сохранить разум. А сидя на месте этого не сделаешь. Отправляюсь в путь.»
11.1260 г. круг друидов Каэд Дху.

9. Навыки и умения:
Хорошее знание лекарственных растений, их свойств, правил заготовки сырья и способов применения оного на практике;
Прекрасно ориентируется на местности, особенно в лесах;
Способен оказать первую помощь, умелый медик, однако не имеет сильной базы вроде Оксенфурта, а посему в знаниях есть пробелы;
Уверенно держится в седле (но лишь на обученной лошади, не боящейся волколака);
Прекрасно развит физически, обладает острым слухом, чувствительным обонянием, неплохо видит в сумерках и темноте (не кромешной);
Неплохо готовит, может починить одежду;
Умеет читать и писать на всеобщем, знаком с арифметикой;
Хорошо владеет полуторным мечом, сносно - боевой широколезвийной секирой с двусторонней заточкой;

10. Слабые стороны:
Немало сил уходит на самоконтроль в период за несколько дней до и после, а также в само полнолуние;
Вынужден беречь лошадь, специально приученную возить волколака, на любую не сядешь, скинут;
Год за годом всё сильнее чувствует потерю контроля над сущностью, что пугает и заставляет быть осмотрительным до паранойи;
В человеческом облике - неплохой воин, но далеко не мастер меча; в волчьем - едва ли совладает с опытным ведьмаком или достаточно сильной бестией

11. Имущество:
Вороной трёхлеток "Висельник", приученный ходить под седлом, не боясь сущности хозяина (был куплен Григором во время одной из увольнительных, совсем ещё жеребенком и рос рядом с хозяином, превыкая);
Полуторный меч, притороченная к седлу боевая секира;
Старый перстень, полученный от отца перед поступлением на службу;
Запас трав, растирок, перевязочных материалов, иглы и нитки, фляга спирта - в одной из седельных сумок;
Небольшой запас темерской, реданской и каэдвенской монеты, раздобытой у ныне мертвого лихого люда;
Отрез крепкой веревки; фляга с чистой водой, запас еды  на несколько дней, нож, оселок;
Крепкие кожаные сапоги, кольчуга, теплый плащ, кожаные перчатки, наручи и поножи из крепкой кожи, смена белья.

Об игроке:
1. Планы на персонажа: Персонаж-эксперимент, хочу освоить несколько новый для себя типаж. Позволить мохнатому изучить мир, вляпаться в добрый десяток передряг и, параллельно, упрямо искать возможность не сойти с ума, как случилось с отцом, а сохранить человеческую сущность.
2. Связь: ICQ, Skype есть у администрации.
3. Знакомство с миром: отлично знаком.
4. Как Вы нас нашли?: Не смог уйти, захотелось вернуться. Фольтест.

Пробный пост:
(тема дается администрацией)

Отредактировано Григор Райс (2018-07-08 17:50:47)