Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Во имя мести


Во имя мести

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

http://sg.uploads.ru/BXTov.png
Время: 12 мая 1183 года
Место: Танедд, Аретуза
Действующие лица: Силейз Десмор, Сабрина Глевиссиг
Описание: мир магии жесток, но иногда ничего не может сравнивать по холодной жестокости в, казалось бы, самым спокойном месте этого мира

Отредактировано Сабрина (2018-06-29 09:07:11)

0

2

[indent=1,0]Аретуза. Альма-Матер всех чародеек. Это место наверняка не было похоже на иные другие, замкнутое, но вместе с тем величественное. Хотя порой сложно судить о ней, не бывая за пределами крепких стен. Ведь пока ты не закончишь свое обучение, ты не имеешь права выходить. Исключений не было. Если хоть раз вышел – то считай, был исключен. Хотя внешний мир полный грез и меж тем опасностей манил даже самых искушенных будущих волшебниц.
[indent=1,0]Именно с этими рассуждениями, Силейз наконец отстранилась от окна, все это время вглядываясь в неменяющийся пейзаж за окном. Каждый день было одно и тоже, за исключением лишь времен года, и это порядком давило каким-то унынием. Давило именно ее, ведь большинство будущих волшебниц не замечали подобного. С головой уходя в изучении пугающего искусства, или, утопая в интригах, которые здесь расцветали так же, как и все девушки.
[indent=1,0]«Цветник» Аретузы был по-настоящему великолепен. Уже к более сознательному возрасту и успешному магическому познанию, каждая из присутствующих здесь находила, чем выделиться. Цепкие духи, откровенная одежда, волосы, цвета... Каждая из них была идеальна, красива, ухожена и при этом горда. Среди них всех Силейз все еще чувствовала себя забитым щенком в стае волчиц, пусть и самое плохое по большей части оказалось позади. Хотя если оборачиваться, она же совсем недавно была на самой границе вылета из Аретузы, но смогла вцепиться за нее крепкими когтями. Слухи и воспоминания о слабой, недостойной недочародейки все еще шумели за ее спиной, но она, наконец, научилась их игнорировать, сдерживать слезы и обиды и просто учиться. От славы неудачницы в Аретузе никуда не деться, вгрызться в горло противниц ей не слишком удавалось, да и сама она слишком была..другой. Не такой мстительной, не такой злобной, но вместе с тем более слабой. Аретуза и ее ученицы грозились раздавить молоденькую эльфку и почти добились своего... Потом же ученица что-то поняла. Никто толком не знал, что именно произошло, но уже некоторое время Силейз Десмор – одно из позорных пятен академии игнорировала подначки и вела себя более «достойно». Подкупал и все еще присутствующий талант, которому оказывается, нужно было только раскрыться. Но талант еще не делал существование здесь легким.
[indent=1,0]Неуклюже поправив бардовые волосы, измененные магией, за острые уши и распрямляя безвкусное платье с намеком на «красоту» она поспешно начала приводить себя в порядок, когда послышались чужие шаги. Мечтательность и «летание в облаках» не слишком одобряли, потому Силейз достаточно быстро придала своему лицу некую отчужденность и безразличие. Кажется кто-то из девушек засмеялся над ее нарядом. Справедливо. Сама виновница неловкости была в прекрасном платье темно-зеленного оттенка, подпоясанная коротким черным корсетом. Силейз знала, что стоит ей надеть что-то подобное, то она будет выглядеть «жирной, страшной свиньей», потому молча пожала губы и отвернулась.  Найти что-то подходящее для себя она все так и не могла, меняя цвета одежды и фасон как ненужные перчатки, но все они одинаково нелепо смотрелись на эльфской, мелкой фигуре. Это немного задевало, ведь одень любая из них хоть такое-же одеяние, моментально бы засеяла.

[indent=1,0]Лишь дождавшись когда группа учениц исчезнет за поворотом, в кабинет поспешила и сама Силейз, убедившись, что хотя бы отражение ее лица не было слишком уж отталкивающим. Ей хотелось сегодня выглядеть гораздо лучше.
[indent=1,0]Добравшись наконец до кабинета, эльфка только выдохнула и абсолютно безэмоционально проплыла в зал. На нее определенно смотрел кто-то из учениц с насмешкой, а кто то даже тихо перешептывался.
[indent=1,0]«Я не должна смотреть на них, все таки, я Aen Seidhe. Когда-нибудь все изменится. Я должна быть выше их» - убеждала она себя, все с тем же скучающим выражением лица устроившись на своем месте. Она старалась никому не показать, как ждала этого урока... Иллюзии. Именно к ним у Силейз оказался особенный талант, если не трудолюбие. Совсем юная, она уже могла создавать более устойчивые миражи, изменять внешний облик предметов и многое другое, к чему в целом не были готовы многие чародейки и чародеи ее возраста. Направление иллюзии было прекрасным, любопытном, но вместе с тем и невероятно сложным, требующие концентрации и воли. Для нее – изгоя общества Аретузы иллюзии давались проще той же пространственной магии, и, пожалуй, если бы не такой ярый талант ее давно бы выкинули. Но о нем все равно не говорили. Для всех Силейз была только «эльфкой из блохастых лесов» и не более. Сегодня, ей хотелось доказать всем, что это не так. Пальцы нервно колотили по деревянному столу, а стук сердца глухо отдавался в ушах. Было совсем немного страшно, но если не сейчас, то никогда. Волчицы, лучшие из чародеек просто сожрут ее, если не в этом году, так в следующем, если она не сможет проявить себя. Тогда не будет важно, какие в целом у нее способности. Выживает сильнейший. Здесь все они, все будущие чародейки, принимали это как молоко матери. Кому-то же, как Силейз, приходилось глотать это как горькую кровь.
[indent=1,0]Когда же в помещении нависла тишина, она резко вздернула голову. Началось.
[AVA]http://s8.uploads.ru/HVQT2.png[/AVA]
[STA]Неудачница[/STA]

Отредактировано Силейз Десмор (2018-06-27 04:08:44)

+1

3

Сабрина почти везде занимала лидирующие позиции, особенно в последние годы своего обучения, особенно после вдохновляющего общения с Филиппой Эйльхарт, что было общеизвестным фактом, вызывало зависть, но и поставило на место многих соперниц.
Казалось, Глевиссиг уже была готова потерять голову от успеха. но умение сосредотачиваться играло ей на руку, чем не могли похвастаться другие горделивые чародейки, из-за чего их падение часто  бывало громким и вызывало несравненное чувство наслаждения.
Но сегодня сама Сабрина была как на иголках. Очень часто еще до уроков она изучала предмет, что позволяло блистать перед учителями. И раз за разом у нее не выходили простейшие иллюзии. Потом они начали получаться, но все равно с трудом, а сегодня был по-настоящему сложный урок - создать еду, которую можно не только потрогать, но которая передает структуру и вкус.
Для этого душа должна была быть открытой, а это было самым сложным для Глевиссиг, которая никого к себе не подпускала.
Вот и сейчас... ногти впились в ладонь, пока она сосредоточенно сидела за столом перед древней книгой, вновь и вновь прокручивая в голове магические паттерны. Все же было на самом деле просто, ведь просто же! Но что-то проходило мимо, что-то было упущено... а это означало фиаско перед всеми.
Чем ближе была развязка, тем сильнее стучала кровь в висках, будто при самом кровавом сражении.
Сначала преподавательница, такая же чародейка, только старше, с величайшим чувством собственного достоинства объясняла основные принципы того, что будет требоваться от учениц, а именно то, как  пропускать энергию через свое тело, чтобы добиться нужного результата.
После чего преподаватель решила провернуть новую методику, которая разозлила Сабрину еще больше. После демонстрации учениц начали вызывать попарно, и те колдовали друг перед другом, после чего делились результатом для дегустации.
Это означало двойной позор.
Что немного радовало, не у всех получалось. Чаще даже не доходило до дегустации, ибо у магичек получалось нечто весьма далекое от аппетитного вида. А если и получалось, то либо просто не было вкуса, либо было ощущение, что ешь дерево или ткань.
Но для Сабрины это не было утешением.
- Силейз, Сабрина, вы следующие! - громко с улыбкой провозгласила преподавательница.
Глевиссиг не сразу сдвинулась с места. Одно дело было встать перед почти равной, но с ней?!
Хотелось было сослаться на недомогания или, еще лучше, упасть в обморок, но она не пользовалась такими дешевыми приемами, да и знала, что те не работают.
Почти не помня, как она оказалась у кафедры, Сабрина встала напротив эльфки, глядя волком в ее глаза.
"Проиграй." - просто прозвучало в ее голове. Телепатию они освоили давно, но Глевиссиг не была уверена, что Силейз в состоянии ей ответить или в достаточной степени иметь открытый разум для этой связи. Поэтому мысль была заложена болезненно и грубо, отдаваясь эхом в черепе. Но зато ее точно услышали.
- Начинайте, девушки, - поторопила обеих преподавательница.
Сабрина старалась отстраниться от всего, сконцентрироваться на чем-то, кроме происходящего. На своем черном платье с чересчур открытым декольте, на более скромном синем платье преподавателя, на чем угодно, кроме сокурсниц и того позора, что предстоял.

+2

4

— Силейз, Сабрина, вы следующие! — послышался ровный и уверенный голос преподавательницы, для Силейз прозвучавший как раскат грома. Не веря своим ушам, она подняла забитый взгляд на преподавательницу, сглотнув ком в горле, та только улыбалась.
[indent=1,0]«Святая Меллетеле, только не с ней» — это все что прозвучало во внезапно опустошенной голове, гранича со звоном в ушах. Преподаватель должно быть издевалась над ней, хотя для самоуверенных чародеек Аретузы это не было удивительным. Многим надоедало работать со слабым поколением. И теперь, из всех достойных и недостойных девушек, выбор пал именно на Сабрину, безусловно один из худших вариантов. Хищная, властная, самоуверенная, она производила именно то впечатление, которое обязаны производить чародейки Аретузы, ее нельзя было не заметить, она внушала трепет. У самой же Силейз тряслись колени и побелело лицо от ужаса, мечтательность преобразилась в пожирающего червя сомнения, а желание проявить себя стало ничтожно маленьким и хрупким, как и она сама. — «Я не хочу...»
[indent=1,0]Но кто спрашивал о ее желаниях? Она и так слишком долго не реагировала на слова учителя и на негнущихся ногах поплелась к кафедре, с каждым шагом считая удары сердца. Она уже знала, что ничего хорошего ей это не светит, пролетит как фанера над Новиградом  из академии и никто даже ее фамилии не вспомнит. Да о чем там, фамилии... повезет если хоть кто сейчас помнит, как ее зовут.
[indent=1,0]А еще этот хищный взгляд... Очевидно, это будет последнее занятие, не ей превосходить одну из лучших учениц, не ей тягаться с талантливой чародейкой. Стало предательски холодно и зябко. Неужели все закончится так? Ее сошлют домой, дед разочаруется и перестанет видеть в ней свое наследие, а брат... что же он подумает о ней, протянувшей так долго, но не выдержав коварства мира магии? Оставалось только вздохнуть и принять поражение достойно, скрипя зубами и думать как жить дальше. Она смогла совладать с собой, стала ровно, держа осанку и удерживая выражение лица немой и бесчувственной тени, хотя кто бы знал, как сейчас, это было тяжело! Одно дело сталкиваться в коридорах и терпеть насмешки, другое – стоять лицом к лицу, вглядываясь в жестокие, хищные глаза соперницы. Самообладание трещало по швам, но эльфка только крепче сжала тонкие губы. Не сейчас.
[indent=1,0]"Проиграй." — мысли оборвали чужие, незнакомые и грубые. Они не просили, они требовали повиновения без возможности отказа. Возможно, даже напугали бы, если бы не одно, но... почему она требовала такого простого поражения? Разве ей есть чего опасаться? Более успешные будущие чародейки никогда не сомневались в своих возможностях, особенно когда дело имели с такими, как сама Десмор. Победа над неудачниками не сулила слишком большой славы, но вместе с тем лишь подтверждали высокое положение «звезд». Но вот если кто-то из неудачников сможет одолеть птицу столь высокого полета... Это будет лучшим проявлением себя, и тогда ее не то что не выгонят, а может даже и заметят.
[indent=1,0]Пока преподавательница подгоняла их, Силейз только с большим спокойствием посмотрела на Сабрину, а позже на сокурсниц, что как полчища змей впивались в этот дуэт глазами. Они жаждали любой ошибки своей соперницы, едва ли обращая на ее маленькую фигуру внимания, но вместе с тем, это же был лучший вариант. Собравшись, она только расслабила плечи. Как бы не распределилось предназначение, она по крайней мере может показать на что способна. Что может быть равной. Это придало больше уверенности, самоконтроль взял вверх, коленки перестали предательски дрожать, а страх пропал даже из глубины ее бирюзовых глаз.
[indent=1,0]«Но я не могу проиграть так.»
[indent=1,0]Вдох-выдох. Ей нечего опасаться, иллюзии давались ей легко, а для этого, просто не нужно было смотреть на Сабрину и других коварных волшебниц. Нужно было не слушать никого, а отдаться тому, что у нее и без иллюзии получалось бесподобно. Представить то, что она хотела создать. Аппетитный кусок прожаренного мяса, маленькие кусочки специй. Все разного цвета. Алые, черные, зеленные. Мягкий, нежный, он должен почти что таять во рту, даря привкус сладковатой корицы, а сок должен стекать из свежего продукта. Она почувствовала этот вкус на себе, приятный, сладковатый.  Она знала не только как оно должно выглядеть, она придала ему жар огня, форму, мысли... Это  было даже для нее тяжело. По уголку виска стекала капля пота, из холода бросило в жар и немного закружилась голова. Она потратит слишком много сил, но останавливаться было слишком поздно. Эльфка ожидала от Сабрины самого лучшего результата, потому выложилась на полную, столько, сколько могла, при условии стояния на своих двух ногах. Нужно было вспомнить запах.. мысль не цеплялась, но усилием воли она вела ее вместе иссякающий из тела магии. Все это время. Она не переставала водить руками, завершая все тихим шепотом Старшей Речи.
[indent=1,0]Закончилось. Открывать глаза было страшно, но истощенное тело грозилось пошатнуться при закрытых, потому неуверенно проморгавшись Силейз открыла глаза, тяжело дыша и не сводя глаз с результата. Не столь все хорошо, как могло быть, запаха почти не было,  а тепло еды было слишком слабым... но оно было! Было, а значит был и вкус, а значит она справилась с испытанием, и сейчас, глядя на аппетитный кусок мяса поняла, что превзошла даже некоторых более успешных чародеек. За все это пришлось платить слабостью и головокружением, но результат был лучше любых ожиданий. Потому она не могла ни улыбнуться, впервые за долгое время как победитель.
— Вот уж не ожидала. — как будто из-под воды послышалось удивленное, но одобрение преподавателя, а сокурсницы о чем то зашептались. Она не слышала о чем. Но она смогла проявить себя! И за радостью даже не заметила, как сама себе подписала приговор. И ее немного уставший взгляд, но без лишнего страха направился к Сабрине, в ее хищные очи.
Ничего еще не закончилось, все только начиналось.

[AVA]http://s8.uploads.ru/HVQT2.png[/AVA]
[STA]Неудачница[/STA]

Отредактировано Силейз Десмор (2018-06-27 04:09:03)

+3

5

Если других неудачниц удавалось выбивать одной лишь мыслью, сразу посланной в голову, то сейчас это не сработало, из-за чего Сабрина стиснула зубы, что, казалось, скрежет слышен на весь класс, но ничуть не изменилась в лице, потому что потерять его означало неминуемое поражение навсегда. Такое никогда не забывает, лишь немногие могли от такого отмыться. Она сможет только если после превзойдет всех еще несколько раз, она строила свою репутацию годами, ее сложно будет убить одним лишь поражением. Но Глевиссиг не желала иметь это поражение в качестве воспоминания.
Поэтому все сводилось к одному исходу, другого не дано.
Но именно настрой на победу и соперничество отвлекал от самого колдовства, Сабрина вновь понадеялась на свой талант, что давно переставала делать, иначе бы подобное случалось постоянно. Из-за чего последний шанс сосредоточиться и направить магию в нужное русло провалился.
Тем временем, у эльфки все получалось, на тарелке, что стояла на левом постаменте, начала появляться еда, настоящая, с запахом. Это отвлекало и сбивало. Поэтому Глевиссиг закрыла глаза и попробовала абстрагироваться от всего. И если для остальной магии это весьма полезно, то для иллюзий это только мешало. Следовало жить единым целым с окружением, для которого создаешь, по сути, новый объект в реальности.
Это еще предстояло понять, ибо преподаватели знали базовые принципы, даже если это была их специальность. Но не всегда и не все из них могли доступно объяснить, как же это работает. Или не хотели, иногда не разберешь.
Новая попытка, и снова ничего не произошло. А, тем временем ,Силейз уже закончила свое колдовство. И успешно... что случалось очень редко, а на таком высшем уровне для начинающего и подавно нет. Все остальные создавали что-то простое, без невероятной гаммы вкусов, какое-нибудь яблоко или хлеб.
А здесь... стараясь не смотреть чародейке в глаза и, уж тем более, на преподавателя, Сабрина обрекла себя на неудачу тем, что решила немедленно превзойти ту, что дерзнула стать лучше. Если бы она остановилась хотя на твердом успехе. то, возможно, сейчас бы все получилось...
Но уже было поздно. Что бы не появилось на тарелке, это не только не имело запаха, но выглядело не то что неаппетитно, но и вообще не было едой. Некая твердая масса цвета, название которому современная цивилизация еще не дала.
Как и всегда, Сабрина реагировала быстро. Неудачный слепок немедленно исчез, а она покинула кабинет, в последний момент все же заметно прикрыв рукой глаза. Преподаватель даже не успела ее окликнуть. И не помчалась следом, требовалось продолжать урок...

Глевиссиг несколько раз хотела вернуться. С достоинством, какое у нее едва не отняли несколько секунд позора. Однако, не смогла себя доставить. С трудом удалось унять дрожь в руках и правильно вытереть слезы так, чтобы глаза не были красными. Но подавленный вид, опущенные плечи, что чуть подрагивали. Это все не могло скрыться от чужих глаз, поэтому Глевиссиг стояла у одного из витражей между двумя колоннами, прекрасно расположившись так, что ее немногие увидят из тех, кто будет проходить мимо. А если и будет, то скорее пройдет мимо, не обратив пристального внимания.

+1

6

[indent=1,0]Ожидание рухнуло вместе с тем, как на соседней тарелке образовалось нечто, лишь отдаленно напоминающее пищу. Не веря своим глазам, Силейз лишь посмотрела на соперницу, но та не только мгновенно развеяла иллюзию, но и с громовым стуком каблуков покинула аудиторию, при этом оставаясь в чем-то победительницей. В прямой осанке и уверенных движений, сама ставя точку в этом испытании. От резкого хлопка двери, эльфка только вжала голову в плечи, не успевая хоть что-то подумать о поведении одной из лучших. Впрочем, даже преподаватель не успела ничего сказать, только с усмешкой качнула головой.
— Что ж, хорошо, Силейз. Садись.  Следующие...
[indent=1,0]Но ученица уже не слушала опытную чародейку, с тяжелым дыханием развеивая мираж еды и на плохо гнущихся ногах покачалась к месту. Шаг ее был неровным, поведение далеким от того, каким она его себе представляла, (гордым и уверенным), но сейчас, сказать что-то плохое в ее адрес ученицы не смели, занятые куда более «живой» темой беседы. С другой стороны не многие успели даже рассмотреть общий позор будущей советницы Хансельта, осознав только то, что у нее ничего не вышло и какая-то недо-чародейка сумела опередить ее. Хищные взоры, хищные речи, все это легко погружало с головой, но Силейз не присоединялась к общему «празднику жизни». У нее самой слишком часто что-то не выходило, слишком часто она слышала за спиной обидные, колкие слова, что бы сейчас начать опускать Сабрину еще ниже. Ей было... даже немного стыдно за свое поведение, иррационально, но сочувствие к противнице только сильнее сжало эмоции. Кто знает, может Глевессиг была не столь плоха и ее ужесточили суровые правила Аретузы?
— Молодец. Ты им показала, — из мыслей выбил голос другой неудачницы-чародейки, что, как и многие другие не смогла выполнить поставленную задачу. Даже среди «отбросов общества» они редко общались между собой, но оставляли за собой право хотя бы оценивать результат. Просто каждый надеялся, что удача кого-то из них станет приглашением в высший свет остальным, но чаще, чародейки добивающиеся успеха никогда не смотрели на бывших товарищей как на равных, быстро принимая правила новой игры. Сама Силейз тоже надеялась, но только что именно она прорвется в общество сильных и уверенных магичек, сменит круг общения и позже станет одной из тех, на кого смотрят с ненавистью, но трепетом, или даже обожанием. Что у нее будет кто-то из могущественных друзей, быть может сама Сабрина, и они станут по-настоящему равными... Только вот, воображать себе лучшую долю это одно, а делать что-то для этого – совершенно иное. Даже один раз взлетев столь высоко, оставалась возможность опалить свои крылья и упасть камнем оземь, больше никогда не поднимаясь.
[indent=1,0]Кулаки неуверенно сжались и эльфка отчужденно посмотрела в сторону кафедры. Еще две девушки старались впечатлить преподавателя, но очевидно обе потерпели в этом деле неудачу. Нервное напряжение постепенно начало сходить на нет, дыхание выровнялось. Сама не отдавая толком отчета в действиях, она неуверенно подняла руку, привлекая преподавателя.
— Мэтресса, я покину зал, мне что-то не хорошо.
[indent=1,0]Женщина только махнула рукой, мол, делай что хочешь, по-настоящему преподаватели редко заставляли сидеть на занятиях, хочешь – учись, а не хочешь – то дорога тебе к кметам рано или поздно.  Уже более активно Десмор собралась и поспешно ретировалась из зала, за ворохом мыслей так и не заметив, что умудрилась проигнорировать похвалу коллеги. Теперь даже они будут смотреть на нее как на предательницу, видя в ее действиях только то, что она зазналась. Была ли причина спорить? Ей действительно хотелось вырваться из порочного круга грязи, и во всем этом не было ничьей вины, кроме ее собственной. Опасно разевать рот на то, что ты не можешь проглотить.

[indent=1,0]Она вырвалась из кабинета, все еще покачиваясь на ослабших ногах. В голове она уже отлично представляла этот момент, она найдет Сабрину, извинится, и они станут подругами и быть может, потом, более успешная и сильная объяснит ей то, что до ее наивной и чересчур «мечтательной» голове так и не могло дойти. Подбирая подол безвкусного платья, она поспешно прошла по коридору, не сразу отметив ту, что так искала, а когда нашла, не сразу поняла всю степень задетой гордости чародейки. Сабрина стояла спиной, ее волосы аккуратно обрамляли плечи, а тонкая спина была достойна, не иначе, королевского двора. Но  не обратила внимание на состояние сокурсницы Силейз ни потому, что залюбовалась, а потому что была слишком увлечена собственными фантазиями. Она словно была слепой и не видела, как своими неосторожными действиями начинала играть с огнем и дразнить его.
— Сабрина! — эльфка наконец направилась к ней, но не рискнула прикасаться к плечу, что еще пару секунд назад подрагивало, — Прости меня. Просто это много для меня значит. Я очень хотела, что бы меня заметили.
[indent=1,0]В Аретузе так не говорят. В Аретузе не извиняются, не просят, только требуют. В этом месте выжигался стыд, доброта и сочувствие, ибо все это казалось ненужным и даже оскорбительным.  И лучше бы малышка Десмор поступила так, как полагалось и не лезла туда, куда ее не звали, но соблазн ведь был так велик...
— Я очень тебе сочувствую. Но если хочешь, я объясню, что не так. Ты должна не просто «создавать», но и «жить» предметом, который создаешь. Нельзя создать то, чего ты не знаешь...
[indent=1,0]Силейз улыбалась, все глубже утопая в собственных ожиданиях, она смела не только сочувствовать, ей, самой Сабрине, но и поучать! С каждым шагом было сделано все больше ошибок.

[AVA]http://s8.uploads.ru/HVQT2.png[/AVA]
[STA]Неудачница[/STA]

+1

7

Такое уже случалось с Сабриной раньше, но раньше удавалось как-то выкрутиться, обратить поражение в свою пользу, запутать противника, зайти с другой стороны, что угодно, но она не проигрывала, тем более, вот так бездарно. Это был некий урок смирения, который сейчас чародейка была не в состоянии осознать, ибо излишняя самовлюбленность вкупе с ограниченностью мира Аретузы не позволяли на полную раскрутить всю накопленную за, казалось бы, небольшой возраст мудрость.
Поэтому стоило просто игнорировать Силейз, которая вдруг решила потревожить ее покой. Сабрина знала, что стоило запереться в своей комнате, чтобы никто не беспокоил. Но сейчас она бежать не собиралась. Только не от нее... это уже точно никто не забудет.
Если вокруг кто-то еще ходил, то Глевиссиг попросту не обращала внимание. Внутри все кипело, эльфка только добавляла масла в огонь, отчего мысли быстро переместились к выцарапыванию глаз или же о проверке прочности витража хрупким женским телом.
Большинство бы после держалось от нее подальше, но здесь было нечто, что не укладывалось у чародейки в голове. Что-то далекое от нормального инстинкта самосохранения, будто она совершенно не понимала, что происходит здесь и как все работает.
На мгновение даже захотелось проникнуть в эту глупую наивную головку и  узнать секрет, как такое возможно, и стоит ли перенимать хотя бы элементы этого безрассудства на будущее. Потому что веди она так все время, то вряд ли бы протянула здесь долго...
Неожиданно пришло осознание, что Сабрина ничего о Силейз не знала. Попросту ничего. Не замечала ее, обращая  внимание лишь на тех, кто этого заслуживал. И пропустила такой удар. Какие еще сюрпризы стоило ждать? Это нужно было прекратить немедленно...
Тем не менее, Глевиссиг дослушала все это лепетание до последнего слова, до самого последнего момента не веря, что такое возможно ,и что она это слышит.
Но на это было надо как-то отвечать. Сабрина ненавидела, когда последнее слово было не за ней...
Прежде чем Силейз успела что-то осознать, ее прижали к ближайшей колонне, рука забралась в длинные волосы, собирая в большой пучок и крайне болезненно оттягивая. Вторая рука Сабрина обвила талию, не давая вырваться, а голова легла на плечо так, что слова входили напрямую в самое ухо. Для окружающих это были всего лишь две обнимающихся подруги, ничего необычного. Пусть и извращенная, но женская дружба тут существовала. И не только дружба, особенно в таком юном возрасте...
- Никто... не смеет... меня... поучать... - членораздельно, чтобы Силейз поняла наиболее полно, процедила Глевиссиг. - Особенно ты... первый раз у тебя что-то получилось, и уже подняла хвост, вместо того, чтобы сидеть на месте и продолжать зарабатывать свою новую репутацию... неужели мне тебя придется всему учить? Больше всего я в тебе ненавижу даже не то, что ты смогла что-то сделать, а твоя проклятая слепота... что, думала, смогла победить меня, и мы теперь стали равными? Что теперь мы сможем общаться на равных? Я вырывала зубами артерии своих соперниц, чтобы достичь того, что имею. А что сделала ты? И что готова сделать? Жалкая, бесполезная, тебе повезло лишь один раз, возможно, повезет лишь пару раз в этой жизни, все остальное время тебя будут сопровождать лишь неудачи и разочарования, потому что ты не стремишься понять, как все вокруг устроено. Ты не поняла, что если раньше я тебя не замечала, то теперь ты бросила мне вызов, и теперь я и вправду обратила на тебя внимание. Только ты об этом теперь очень... очень... очень сильно пожалеешь...
Будто невзначай, Сабрина, прежде чем расцепить неприятные объятия, слегка толкнула Силейз в колонну сильнее, но этого было достаточно, чтобы она больно ударилась о нее затылком. Не до крови и не так больно, но все равно крайне обидно.
Без лишних слов Глевиссиг развернулась и направилась прочь с торжествующей улыбкой. Эта словесная экзекуция вернула ее в равновесие, и от следов фиаско не осталось и следа. Теперь нужно было свести последние счеты, и это исчезнет, как страшный сон.

+1

8

[indent=1,0]Она дрожала всем своим телом, она дрожала своей душой, смотря в широко раскрытые глаза Сабрины. Как все могло получиться именно так? Неловко, в попытке защитится, ее тонкие, маленькие руки обхватили кисть прекрасной чародейки, но хватка Глевессиг была слишком сильной. Голова загудела от боли, волосы натянулись как старые струны, и грешным делом эльфка подумала, что  соперница и собеседница в силах оставить себе клок рыжих волос на память.
— Пожалуйста... — ее голос дрожал, не выдержал, уверенность рассыпалась как белый песок, по которому прохаживались дорогие и красивые туфли Сабрины. — Я не..ай...
[indent=1,0]Зажмурившись, Силейз,  такая маленькая, не способная защитить ни себя, ни свои интересы сжалась, боясь поднять испуганный взгляд. Она и забыла, как пару мгновений ранее хотела приблизиться к одной из тех, кто правил этим балом. Сейчас она хотела только одного, что бы все поскорее закончилось. Никакая популярность и величие не стоило этого, ни трепетные взгляды, ни уверенность в своей силе... но на самом деле она просто была слабой. Слабой, не знающей, как встречать такой напор, как отвечать на такие слова, не умеющая выживать в суровой действительности. О да, Сабрина с превеликим удовольствием показывала ей все то, что ослепшая простушка так и не хотела замечать. Ее пальцы сильнее сжали тонкую кисть темноволосой, абсолютно безуспешно.
[indent=1,0]«Я же...всего то..»
[indent=1,0]Она не видела, не знала, а просто может видеть и замечать не хотела? Неприятные объятия душили хлеще резких, несправедливых слов, проникая в самое нутро, ломая хрупкие кости мироздания. Ей не вырваться, ей не спастись... Ну что ж, Силейз, ты хотела видеть, хотела знать, так смотри, смотри куда заводит слабость.
— Я... — как немая рыба, эльфка только открывала и закрывала рот, не сразу находя слов, не сразу понимая, что нужно сказать, — Пожалуйста, отпусти меня... мне больно!
[indent=1,0]И ее отпустили. Резко, бесцеремонно, Глевессиг толкнула неудачницу в колону, заставляя Десмор ударится головой о белый столб, и, не оборачиваясь, как королева проследовала дальше по коридору. Но Силейз уже не видела ее, лишь смотрела на чуть подрагивающие пальцы, сдерживая непрошеную влагу в сияющих бирюзой глазах. Часто моргая, она старалась удержаться от жалобного всхлипа, от тяжелого вздоха.. но ресницы слипались, изображение расплывалось, а все мимолетные глаза оборачивались в восприятии колкими словами Сабрины. Так она только и съехала по белой колонне вниз, сминая платье и держась ладонями за основание, словно стоять было выше всяких разумных и неразумных сил.
— Я просто хотела, что бы мы стали друзьями, — ни кому, шепотом, плохо движущимися губами повторила Силейз, так и не сказанные слова. Но это было глупо, из всех возможных друзей она выбрала совершенно не тех, и стремилась совсем не туда. Ей следовало поступить совершенно по другому, ей нужно вести себя иначе.. и впервые, за долгое время, по-настоящему, она воссоздала внутри высокие стены и камень. Ей нужно ограничить себя, иначе такое будет лишь продолжаться.

[indent=1,0]Когда эльфка поднялась, на ее лице никто не увидел скорби и разочарования. Губы были плотно сжаты, глаза сухи и лишь чуть подрагивающее дыхание и головная боль – были воспоминанием случившегося. Минута молчания, разворот и удаляющийся шаг. Она не слышала насмешек, что как стрелы были выпущены ей в спину. В голове звучало только лишь одно:
«Я вырывала зубами артерии своих соперниц, чтобы достичь того, что имею. А что сделала ты? И что готова сделать?» И действительно...
«Что я готова сделать?»

***
Месяц спустя, те же коридоры Аретузы.

[indent=1,0]Темные дни забылись как страшный сон, стерлись как ненужные страницы лирики из трактата по магии, не оставляя даже тени минувшего. Учеба поглощала с головой, мешая думать о том, чего все равно было не избежать.
[indent=1,0]Она лениво перелистывала страницы, но глаза ее не видели слов, пока разум прибывал в каком-то совершенно далеком месте. Месте, далеким от Аретузы и ее интриг, он этого полчища змей и волчиц, где обязательно будет солнечно и тепло. Ее разум грелся в этих иллюзорных лучах уюта, смягчая, рассыпая возведенные стены, пока она была наедине сама с собой. Она помнила, помнила ярче всех неудачных моментов, ярче боли и сомнений... его лицо. Чистое, без росчерка шрамов или тона , который накладывает на людей тяжелая работа. Помнила эти темные, почти черные глаза с яркими вспышками желания и нежности, взгляд, что говорил ей о любви больше любых слов. Эти теплые, широкие руки без мозолей, с нежностью и неявным трепетом проводящие по покатым плечам, обжигая близостью, соблазняя и искушая сильнее самых запретных знаний. Широкая, крепкая грудь за которую она могла бы спрятаться... в этих стенах ее особенно не хватало, а каждую ночь, она вновь возвращалась к этим моментам, затуманившим разум. Она краснела, прятала взгляд, но от воспоминаний становилось нечем дышать, а губы расплывались в глупой, наивной улыбке. Первая любовь.. она так легко не забывается, она манит как запретный плод, позже погружая тебя в колодец из которого не выбраться. Но сколь сладка она была, столь и опасна, ведь никогда не знаешь, когда крышка захлопнется, а каменные стены станут для тебя могилой. Уинст, парень с суши, оставался для нее несбыточной мечтой, к которой так хотелось прикоснуться.
«Уинст, мне очень тебя не хватает...» — она вздохнула. Опуская длинные ресницы, пальцами шурша по старым, ветхим страницам, она с любовью выудила меж складок знаний совсем малюсенькое письмо. Она хранила их, хранила трепетнее своей души, трепетнее своих чувств и эмоций, пряча, скрывая, ведь знала  - быть беде. Если кто-то узнает, если хоть кто-то прикоснется к этому запретному – ее вновь ждало исключение. Но где была любовь, там был бессилен разум, а когда дело касалось одинокой и непонятой девушки, не умеющей думать наперед, и подавно.  В ее сердце даже не было страха, ведь, если ее изгонят как шелудивую дворнягу, у нее будет дом, крепкое мужское плечо и ночи полные страсти и нежности. Это перестало пугать по-настоящему.
[indent=1,0] «Здравствуй. Как ты там. И что нового? Змеи не задушили тебя еще своей излишней активностью?» - она улыбнулась, вчитываясь в чужие строки, выведенные немного кривоватым почерком. Как хорошо, что Уинс учился в оксенфурдской академии и умел писать, это делало отсутствие встреч приятнее. – «У нас солнечно, хотя бывает порывистый ветер. Отец не одобрил моего стремления не идти по его стопам, но когда я описал твою красоту, изъявил желания познакомится. Я не рассказал ему, что порой, мы редко видимся, но ведь осталось всего пару лет, правда?» - она с любовью провела мягкими подушечками пальцев, в словах, беззвучных и сухих, слыша его нежный и трепетный голос. Она сама создала себе этот идеал и не сомневалась в нем, - «Все говорят о войне, говорят о том, что я должен защищать родину, но, я не хочу, ты же знаешь. Каждый должен  заниматься тем, что ему нужнее. Я нужнее тебе, а денег, которые ты будешь зарабатывать, вполне хватит нам на безбедную старость, даже если не доучишься. Уверен, и твоих знаний хватит для того, что бы порадовать людей» - эльфка вздохнула, вновь пряча улыбку.  Бегло оглядевшись по сторонам, она подобрала свое темно-синее платье, запутываясь в тканях, и поспешила прочь. Совсем скоро коридоры наполнятся чародейками, а это было слишком опасно.
[indent=1,0]Тенью она проскользнула между постоянных поворотов и лестниц, не сразу найдя тихое, уютное место.  Только облокотилась на стену, вновь раскрывая книгу и вчитываясь совсем не в те темы, что было необходимо будущей колдунье.
«Я жду тебя и думаю о тебе каждую ночь. Все эти девушки меркнут по сравнению с твоей красотой, да и что мне может предложить простая? Глядя на них, я вспоминаю шелк твоих волос, их насыщенный цвет терпкого вина. Они опьяняют сильнее хмеля». – мимолетом, она провела рукой по темно-алым волосам, посмотрев на них так, словно видела впервые в жизни. Они ему нравились. Это заставляло ее трепетать как маленькую дурочку, но разве она и не была такой? – «П.С. Я люблю тебя. Давай встретимся сегодня ночью. У меня для тебя есть сюрприз».
[indent=1,0]Книга захлопнулась, а сама Силейз использовала все свои таланты, что бы скрыть непрошенный румянец. В голову как назло лезли глупые мысли и неприличные фантазии, и, автономно, девушка хлопнула по своим щекам, роняя книгу и письмо вместе с тем.
[indent=1,0]Тайные встречи были интригующими, но ничто в Аретузе не было таким тайным, как оно казалось. Силейз была не первой и не последней, что таким образом нарушала неписанные правила чародейского общества. И если учителя были заняты своими заморочками и следили за «выдающимися» ученицами, пропуская тех, чьи таланты вызывали сомнения, всегда найдется тот, кто узнает. Чаще всего, подобное никого не волновало и даже сплетни были сокурсницам неинтересны... Но Аретуза всегда была жестока к своим дочерям, от самых ярких до тех, чье имя едва ли могли вспомнить...

[AVA]http://s8.uploads.ru/HVQT2.png[/AVA]
[STA]Неудачница[/STA]

Отредактировано Силейз Десмор (2018-07-02 18:09:20)

+1

9

О тайных встречах Силейз уже давно все знали, но никто ничего не говорил, потому что сами были связаны теми же самыми тайными. Иногда чародейки встречались друг с другом, иногда с теми, кто жил вне Аретузы, в порту, куда приходили все корабли. Преподаватели сквозь пальцы смотрели на все это, когда чародейкам исполнялось по шестнадцать. Ибо либо сами такими были, либо понимали хоть немного, что запреты никак не поспособствуют лучшему обучению или же вообще приведет к опасным всплескам Силы, особенно когда работаешь с эмоциональными девушками.
Сабрина же держалась от Силейз подальше, а на занятиях иллюзиями ее больше не было, будто она самовольно решила бросить этот предмет. Но тот проводился не столь часто, всего три занятия прошло за этот месяц.
И, казалось, если и была какая-то обиды, какой-то позор, который нужно смыть - все это забылось и стало неважным.
Тем не менее, именно сегодня почему-то над полуэльфкой некоторые начали в открытую посмеиваться, не так как обычно, будто что-то знали. А это могло предвещать что-то только очень плохое...
Так или иначе, но встреча на сегодня была назначена, и обратной дороги уже не было. Уинст был сегодня последний день здесь, а потом его корабль отбывал обратно в Реданию. Иначе начались бы вопросы со стороны наиболее бдительной части руководства Аретузы.
- Не ходи сегодня никуда, - неожиданно шепнула одна из учениц после одного из уроков в коридоре. - Прошу тебя. Больше я ничего не могу сказать...
Она была из способных, но не прибилась ни к одной из групп, предпочитая держаться обособленно. И сочувствовала многим угнетаемым в этом месте.
Но прежде чем удалось поймать ее для расспросов, чародейка ловко исчезла среди водоворота прочих учениц...

Поздним вечером небольшой порт никак не выделялся. Тройка небольших кораблей на пристани, несколько десятков домов, среди которых корчма и гостиница. Именно в гостинице расположился Уинст, но на стук в дверь никто не ответил. По крайней мере, сразу.
Прежде чем Силейз смогла что-то осознать чья-то женская, но сильная рука втащила ее внутрь комнаты, где было темно, хоть глаз выколи.
Щелкнул крепкий засов, хотя рукой его никто не запирал. А после неожиданно вспыхнули свечи, открывая картину обнаженного, спящего Уинста, который дрых на кровати абсолютно счастливый.
А подле него, уже расположилась Сабрина, что также не стеснялась своей наготы. В ее руке появилось из ниоткуда яблоко, самое прекрасное и аппетитное, что видела Силейз в своей жизни. После чего чародейка невозмутимо откинулась назад и откусила небольшой кусок, позволяя обильному соку с невероятным запахом потечь по губам, пока свободная рука поглаживая мужское бедро.
- Могу сказать лишь что у тебя хороший вкус на мужчин... вот только ты в них не разбираешься. Абсолютное большинство не может устоять перед такими, как мы. И их ветреные головы легко поменять... ты спросишь... ну как так? Она должна была его приворожить! - откусив еще яблока, Сабрина усмехнулась и ущипнув  мужчину за задницу, уселась на кровать и закинула ногу на ногу. - Нет... я не люблю использовать в этом деле магию. Да это и не нужно... вы ведь еще даже не спали. А это был единственный серьезный способ привязать его к себе... по крайней мере, он сопротивлялся бы подольше.
Продолжая учить, Сабрина, впрочем, была готова к битве. Была готова к всплеску магии, который будет готов на нее обрушиться, мощный и неконтролируемый. И тогда это будет ее окончательная победа. За нападение ее могут осудить и наказание будет зависеть от обстоятельств. Но раз у Силейз было так плохо с оценками, то исключение будет меньшим из наказаний.
- Так кто после этого виноват? Я, так с тобой поступившая? Или он, что поддался без серьезного сопротивления? Или мужчины такие несчастные и беззащитные перед женскими чарами, что это коварные женщины виноваты?
Отбросив яблоко в стену, показывая, что оно еще обладает нужной массой и твердостью, Сабрина забралась обратно на кровать и по-хозяйски положила руку на мужской пах, начав массировать все, что попадается под руку, стараясь сделать ситуацию для Силейз наиболее некомфортной. Хищная улыбка не покидала ее лица.
- Но раз так все сложилось.... я не против, если ты присоединишься. И он, думаю, будет не против. В конце концов, кто знает, может тебе мужчины не понравятся. Но могу сказать лишь одно, с женщинами очень часто бывает все также....

+1

10

[AVA]http://s8.uploads.ru/HVQT2.png[/AVA]
[STA]Неудачница[/STA]

[indent=1,0]Силейз не знала и не могла знать, что ее хрупкий и счастливый мир разрушится в пару коротких мгновений. Она постучала быстро и неуверенно, и даже не смогла понять что теплая, сильная хватка, затащившая ее во внутрь, принадлежала женщине. Одни короткие мгновения на распознание угрозы и те оказались провальными. Сердце оглушало, а мгла ослепила и маленькая девушка неловко уперлась спиной о толстую деревянную дверь. Она не заметила защелкнувшего засова, ее щеки обжег яркий румянец, а фантазия унеслась куда-то далеко, за грани нереального, заставляя ее переступать с ноги на ногу, поправлять аккуратное и совершенно целомудренное декольте. Она видела в своих мечтах яркий, прекрасный мир, представляла ярче прочих следующие мгновения Вот, сейчас она зажжет свет и увидит его, прекрасного и совершенного, с широкой улыбкой полной нежности. Он будет счастлив. А она, просто шагнет к нему на встречу и...
[indent=1,0]Свет зажегся.
[indent=1,0]Силейз казалось, что она слышит, как что-то внутри протяжно стонет и рвется, натягивается как струна. Уинст, ее любовь, ее фантазия, действительно улыбался, действительно был счастлив. Его грудь умиротворенно подымалась и опускалась... но не она была причиной его радости. Поднимая напуганный и растерянный взгляд по красивым женским ногам, округлым бедрам и совершенным грудкам, эльфка вжалась в дверь сильнее, схватив щеколду замка, но не находя в себе силы, что бы отворить дверь. Она хорошо смотрелась рядом с ним. Совершенное к совершенному и никак иначе, и именно сейчас Силейз чувствовала себя по-настоящему лишней.
— За что? — глупый вопрос, на который даже она не требовала ответа, скользя взглядом от женского тела к мужскому, не сразу отмечая первоклассную иллюзию яблока в чародейской ладошке. Но Сабрина знала свое дело, и вскоре эльфка только опустила взгляд, словно отказываясь смотреть как блестящий, ароматный сок стекает по линии подбородка, шеи, скапливаясь в ямочке ровных ключиц. Хотелось заплакать и просто сбежать, но руки бессильно дергали засов, без настоящих попыток открыть дверь.
— Могу сказать лишь, что у тебя хороший вкус на мужчин... вот только ты в них не разбираешься. Абсолютное большинство не может устоять перед такими, как мы. И их ветреные головы легко поменять... ты спросишь... ну как так? Она должна была его приворожить! — Сабрина, вальяжно поглаживая бедро Уинста, заговорила, но Силейз только нелепо прятала свой взгляд от ее глаз. Струна, где-то на границе сознания натянулась еще сильнее. «Заткнись, заткнись, заткнись! Хватит! Что я тебе такого сделала, а?» — Силейз молчала, не говорила ни слова, но в мыслях кричала. Короткий взгляд был брошен в сторону яблока, вспоминая события далеких дней. Неужели все только ради отмщения за позор? — «Ты чудовище, Сабрина. Самое ужасное, что я встречала когда-нибудь в жизни! Монстр! Замолчи и просто исчезни... я не могу...» — Нет... я не люблю использовать в этом деле магию. Да это и не нужно... вы ведь еще даже не спали. А это был единственный серьезный способ привязать его к себе... по крайней мере, он сопротивлялся бы подольше.
[indent=1,0]Ее голос, полный уверенности и власти оглушал, и Силейз, не выдержав зажмурилась, что бы позже посмотреть в сторону Уинста. Почему он не сопротивлялся, хотя говорил такие милые вещи? Почему так легко покусился на красивую обложку другой чародейки? Может, ему не нужна была какая-то определенная, ему нужна была просто чародейка?
— За что ты так?... - ее голос был глух, — Я сделала тебе больно? Почему же ты тогда ведешь себя так? Перестань...
[indent=1,0]Силейз смотрела в это красивое лицо и ненавидела его всем своим маленьким, хрупким сердечком. Сползая по деревянному основанию преграды, она не отводила своих широко открытых глаз от Глевессиг, и если соперница была уверена в каждом точечном движении то бирюзовый омыт был полон нераскрытых слез. Но тем лучше, изображение расплывалось, мешая рассмотреть что именно делала брюнетка,, как легко на ее зов восставала мужская плоть. Отвратительно.
— Так кто после этого виноват? Я, так с тобой поступившая? Или он, что поддался без серьезного сопротивления? Или мужчины такие несчастные и беззащитные перед женскими чарами, что это коварные женщины виноваты?
«Если только ты...»
[indent=1,0]Что-то окончательно лопнуло, боль, натянувшаяся окатила сознание, а Силейз только неловко стала подниматься на негнущихся ногах. Она хотела разрыдаться прямо сейчас, но слезы лишь стояли в глазах, не омывая побелевшее лицо. От сказочного мира не осталось ни следа.
«А кто действительно виноват?»
[indent=1,0]Ей хотелось обвинить ее, ту, что стала причиной боли, разрушила все... но разум упорно молчал, не находя правильных слов для обвинений. Ведь если бы не сейчас, то многим позже она узнала правду. Только правда была бы тогда в сотню раз разрушительней.
— Кто виноват? — эльфка стала растирать глаза, пытаясь совладать с собой. На уроках она всегда была безразличной, ей всего-то нужно примерить эту маску снов. Сейчас. — «Виновата..только я.» — Знаешь, я тебе даже благодарна. Подумать только, ради этого червя, я готова была бросить учебу, но ты как «героиня» пришла мне на помощь. Благодарю.
[indent=1,0]«Виновата за то, что верила.. за то что не хотела понимать. Это красивое и совершенное женское лицо напротив... оно отвратительно».
— Я рада знать, — она улыбнулась, хотя ей было сложно что-то противопоставить лучшей из чародеек и держать лицо. — Что мы с тобой оказывается похожи больше, чем ты хотела мне показать тогда.
[indent=1,0]Сейчас Силейз понимала особенно четко. Если она позволит себе сбежать сейчас, о, это будет настоящее поражение, после которого не подняться. А она не хотела оставаться здесь, в такой ситуации и в такой роли. Сколько бы она не барахталась, не пыталась найти иной путь, это всегда оборачивалось для нее бедой. Она уходила с дороги, она прятала глаза, она всегда была не чародейкой, а какой-то глупой девчонкой с неожиданными талантами к магии.
«Спасибо, Сабрина... теперь я вижу.»
— Ты совершенно ничем не отличаешься от меня, верно? Ты проделала такой огромный путь, просто ради того что бы уничтожить меня. Показать, что я зарвалась... Все это было сделано ради какой-то мести? Пытаешься быть королевой, но далека ли ты от кметов?
[indent=1,0]Это было уже не остановить, слова становились более резкими, но настоящими. Невысказанная обида, страх оборачивался неожиданной уверенностью. Говорят, человек, которому нечего защищать всегда проигрывает... Сейчас же, Силейз хотела защитить последние крупицы своей гордости. Это уже даже не совсем Аретуза. Хуже уже не будет. А ей, по-большому счету более и не чего было терять. По крайней мере, когда что-то внутри окончательно лопнуло, ей так казалось.
Словно предчувствуя бурю, Уинст так же резко подорвался с кровати, оглядывая то Сабрину, то Силейз, не зная, чью сторону ему принять. Воспользовавшись же этой короткой заминкой, Силейз сделала несколько шагов на встречу к совершенной паре. К Паре, чье совершенство раздражало еще больше.
«Ненавижу...»
— Я даже радушно приму ваше предложения, господа. Уинст, спасибо за такой яркий и сочный подарок.
Сердце колотилось. Она не хотела этого, нет, только не с ними, не здесь и не сейчас, но проиграть она не хотела. Не могла себе позволить.

+2

11

Воистину было наслаждением смотреть на мучения полукровки. Вот только Сабрина чувствовала лишь скуку. Все оказалось донельзя просто, как с ней, так и с ее парнем. А играть с беспомощными котятами наскучило уже давно, ее давно интересовали лишь матерые кошки. И лишь опасность вылететь из Аретузы не позволяла подобным или другим, более извращенным способам, мстить преподавателям, которые в ее глазах выглядели совершенно некомпетентными.
Если бы Силейз смогла вскрыть засов, то Глевиссиг бы просто заставила его закрыться обратно. Ибо этого было в ее глазах недостаточно. Хотя все должно было закончиться тем, что ее противница просто рухнет здесь на колени и будет реветь еще несколько часов. Тогда уже можно было уходить, ибо ничего более путного добиться не выйдет. А если она потом в припадке убила бы Уинста... что ж, никто кроме нее виноват не будет. Предотвращать чужие глупости - не чародейское дело, если только эти глупости не выходят за рамки их личных проблем.
Но Силейз удивила. Вновь. Сабрина больше не прерывала ее. А слушала каждое слово, наблюдая за каждым движением. Даже перестала ласкать мужчину рядом с ней, а когда тот проснулся, не обратила на него никакого внимания. При этом на холодном лице нельзя было прочитать ничего, лишь глаза то и дело вспыхивали яростными нотками, и сложно было понять причину, хотя, казалось, происходило все то, что сама Сабрина хотела. Но этого ли?..
- Дура... Какая же ты дура...
Сабрина закатила глаза и покачала головой, после чего, так и не повернувшись, провела рукой перед глазами проснувшегося Уинста.
- Спать!
Тот упал навзничь, опять вернувшись ко сну. Но пробудить его по команде не будет стоить труда, а так проспится до следующего утра, не раньше.
- Ты думаешь, твой благоверный писал тебе письма, пока мы с ним трахались? Тогда ты совсем не понимаешь, что происходит, и каким оружием мы обладаем, - Сабрина вольготно закинула ногу на ногу и скрестила руки.
Ей казалось, что не нужно было объяснять очевидное, но все же пришлось...
- Твои приготовление к походу были видны заранее, я даже попросила преподавателя, что это заметил, закрыть на это глаза, потому что она была мне должна. Мне хватало времени, чтобы не только найти парня, которого я никогда в глаза не видела, но и соблазнить его. Можешь ненавидеть его еще больше, он был искренен в своих чувствах, но как я уже говорила, мы обладаем оружием, способным менять человеческие сущности и без Магии. Ты глупа, потому что отказываешься от этого, решив отдать себя какой-то любви, которой, как видишь, не существует. Ты называешь его червем, но среди мужчин ты не найдешь больше пяти процентов, кто устоит, особенно, когда не будет никаких последствий. Убедить его ,что ты не придешь, было еще проще, чем заставить снять штаны...
Сабрина говорила спокойно, но было видно, как в ней все больше закипает гнев, и только удовлетворение от страстного времяпровождения позволяло держать себя в руках лучше, чем обычно.
- Мы с тобой непохожи. И никогда не будем... По твоему я все сделала из мелкой мести? Я превзошла тебя в том, что у тебя  просто получалось, во всем остальном я превзошла тебя давно. Нет, дело в том, что ты не чародейка. Ты не понимаешь ни своего предназначения, ни своих сил, ты не понимаешь ничего в этом мире. Ты хочешь прожить жизнь, которая для тебя отрезана, потому что в тебе проснулся дар. Я ненавижу таких как вы. У вас есть сила менять реальность вокруг, но все, что вас интересует - это глупые мечты в сказки о принцах. Если я и вернусь в Аретузу в качестве преподавателя, я добьюсь того, чтобы отбор на обучение и дальнейшую карьеру был таким строгим, что ни ты, ни тебе подобные никогда не притронутся к знаниям, которые вам все равно не нужны, потому что вы решили отринуть все ради простых эмоций. Вот именно поэтому ты будешь проигрывать... надеюсь, после этого в твоей глупенькой головке проснулось хоть что-то похожее на ответственность за то, кто ты есть.
Закончив, Сабрина вытянулась на кровати, закинув руки за голову и взглянув на Уинста, думая, будить его или нет.
- Ну так что теперь? Попробуешь с нами переспать, уверенная, что тем самым сохранишь свое достоинство? Может как женщины и получится, а вот как чародейки, уже давно слишком поздно.
Упиваясь победой, Сабрина добавила.
- И если тебя это уничтожило, я более чем права, что ты не заслуживаешь места рядом с нами. Он смертен, ты почти бессмертна. Но ты до сих пор готова за него цепляться, будто на своем веку у тебя будет только он, хотя через тридцать лет от него и не останется и тени прежнего себя, а разлюбишь ты его еще раньше. Когда ты не стареешь с кем-то, то о какой любви вообще может идти речь? - усмешка, только теперь уже расслабленная.
Все, что нужно уже сказано.

+3

12

[AVA]http://s8.uploads.ru/HVQT2.png[/AVA]
[STA]Неудачница[/STA]
[indent=1,0]Она стояла перед Сабриной, не в силах даже сделать шаг. Злость боролась с неуверенностью, превращая чувства и эмоции в смертельную карусель. Ком в горле ощущался тяжестью, словно это самое иллюзорное яблоко застряло у нее в горле и Силейз все никак не могла проглотить его. Говорить было сложно, тяжело... держать себя в ежовых рукавицах и того сложнее. В Аретузе ей казалось, она научилась скрывать свое «я» за беспечным равнодушием, но все то не шло ни в какое сравнение с тем, какой удар нанесла темноволосая чародейка.  Сейчас, обернувшись назад, на это мнимое спокойствие что казалось глупой игрой в дочки-матери она понимала, что настоящее испытание началось сегодня. Живи или умри. Не столь все радикально, безусловно, но думать ни о чем другом она не могла. Руки немного подрагивали и пытаясь скрыть это, девушка сложила их на груди, закрываясь от собеседницы.
— Ты думаешь, твой благоверный писал тебе письма, пока мы с ним трахались? Тогда ты совсем не понимаешь, что происходит, и каким оружием мы обладаем,
«Нет.. не думаю...»  — только лишь в мыслях ответила эльфка, не в силах разомкнуть плотно сжатые губы.Это было бы безумным предположением, но на деле, Силейз хотела что бы это все скорее закончилось, ей не хотелось узнавать причины, не хотелось узнавать подробностей, следствия было более чем достаточно.
[indent=1,0]Но она все еще стояла, сдерживая все в себе, но впиваясь тоненькими ноготками в собственные руки, в нелепой попытке отвлечься, но как тяжело не думать, смотря на результат действий.
— То, что я думаю о нем. О вас обоих, предпочту держать в себе. — отчужденно, почти правильно заметила Силейз, пусть ее голос и дрогнул в самом начале. Сабрина попала прямо в цель, ненависть вскипала в молодой крови, утоляя за собой боль и разочарование, разум все еще искал выходы, кого обвинить помимо себя, на кого направить свою боль и отчаяние. Где-то в глубине, быть может, молоденькая эльфка и понимала правду, скрытую в нападках более успешной сокурсницы, но не хотела так просто поднимать белый флаг. Уходить проигравшим без боя, как это было всегда. У нее был последний шанс постараться хотя-бы постоять за себя, не только как за женщину, но и как за чародейку.  А то, что Сабрина, такая ненавистная, говорила такие вещи лишь больше раздражало и одновременно вгоняло в отчаяние.
«Что же я наделала.. Семья ждет меня с силой и могуществом, а я здесь... ищу чего-то иного. Нет, ты не права, я знаю того, кто будет ждать.»
[indent=1,0]Мужчина подле Глевессиг перестал интересовать будущую чародейку, стыдливо отводя глаза, пока оппонентка говорила, она вспоминала то, о чем позабыла. Дедушка, что оказался к ней добр, брат, что всегда был рядом. Она должна закончить эту чертово обучения, она должна вернутся домой с победой, а после посмеяться над всем этим... Она выше их, выше людей. Уцепившись за эту мысль как за спасательный плот. Она подняла глаза, встречая взгляд Сабрины, полный гнева и насмешки. Не отступать. Не сдаваться. Хотя бы один раз.
— Ты говоришь много бесполезных слов, вызванных лишь для того, что бы возвысить тебя надо мной, — сглотнув ком, она продолжила, — Ты не вернешься в Аретузу. Потому что ты метишь выше, такие как ты никогда не оглядываются назад и не довольствуются малым. Ты готова выгрызать мясо противников живьем, если потребуется. Но есть и в тебе то, что ты хочешь отрицать...
[indent=1,0]Замолчав, Силейз судорожно выдохнула. Надо просто сбежать пока не поздно, просто оставить все как есть и тогда Сабрина никогда не вспомнит о тени по имени «Силейз Десмор» упившись своей победой. Но там где разум искал самый простой выход из ситуации, душа металась в потемках. Ее никто еще никогда так не задевал. Никто еще не притрагивался к тому, что ей было дорого, всегда только она, только эльфка получала «по заслугам», только ее «окликали как того требовало» и никогда до этого не били выше... Знала ли Сабрина, какое место нащупала в ее душе?  Никогда не было еще так больно и никогда Десмор не тонула в собственных страхах и гневе так сильно... И было уже поздно отступать. Для нее так точно.
— Ты все еще готова опускаться до нас. По своему, но готова, — ее взгляд метнулся в сторону Уинста. Мало кто из чародеек, равных противнице, пошел бы на такое. Это вредит статусу. — Ты не знаешь ничего обо мне. Ни о моих мечтах, не о моих целях.  Ты говоришь что не в мести дело, но, будь так, тебя бы здесь не было. Есть более простые способы ..мм.. «Показать место», или оставить все как есть. Исходя из твоих слов, так было бы лучше для вашего «пресветлого общества магии». Как же...«Я тебя ненавижу» — Ты лицемерна даже перед самой собой. Ты всегда будешь побеждать, да? Всегда на высоте, не так ли? — впервые на губах скользнуло что-то вроде усмешки, лишь капля истинных эмоций в море — Но, твои непомерные аппетиты рано или поздно найдут на камень.  И тогда ты поймешь, что ничем мы не отличаемся кроме аппетита и вкусов.
[indent=1,0]На этих словах, спесь с Силейз спала, плечи понурились, казалось еще сильнее, но она не отводила взгляда, сжимая и разжимая маленькие ладошки в приступе желания успокоится. Только вот до спокойствия было куда дальше.
— Нет, знаешь. Забирай. Я умею вовремя остановится, а вам вроде и хорошо вместе. Твой аппетит это конечно не утолит, но, думаю мне нет смысла отстаивать свою честь, которой. По твоим словам уже давно как нет. Бестолково тратить силы, мне не хочется.
«Да и я не смогу...даже как женщина»
[indent=1,0]Сабрина вновь пришла на помощь. Растягивая время и давая Силейз вовремя одуматься, и остановится, но если в плане дерзкой попытке бросить вызов как женщина она и уберегла неопытную сокурсницу, то буквально вытягивала девчушку из бездны собственной глупости. Котенок испуганно скалил зубы и выпустил когти, почему-то отказываясь вбиваться в угол перед превосходящим силами противником.

+1

13

Теперь Сабрина начала понемногу развлекаться. Пусть все пошло не совсем так, как ожидалось, ни в одном из предположений того, как поведет себя Силейз, это было забавно. Забавнее, чем со многими матерыми чародейками, которых приходилось опускать в грязь далеко не столь безобидными методами, какие были применены прямо сейчас.
И снизойди полукровка до постельных утех... почему нет? Разве это не признание своего поражения, но при этом попытка его сгладить? Кто будет упрекать чародейку в том, что она решила поделить с другой мужчину и себя? Пожалуй, никто. По крайней мере, по негласным законам Аретузы и не такая дичь могла быть совершенно нормальной. Пожалуй, во многом весь этот маленький гадюшник чем-то напоминал самые низшие криминальные сообщества, что цвели во всех крупных городах - такие же негласные правила и понятия, по которым либо все живут, либо гнут все остальных, кто им не подчиняются. Если в состоянии это сделать. Но несгибаемых в Аретузе было ой как мало...
- Ну что же ты... не сдерживайся. До этого ты себе в этом не отказывала, к чему опять закрываться и прятаться за какими-то рамками приличия, которые и так никого не интересуют?
Сабрина откровенно провоцировала Силейз на грубость, дабы сохранить это в памяти на будущее. А заодно посмотреть, насколько она действительно может быть опасна в гневе. Это всегда важно знать, особенно, если рано или поздно придется пересечься в будущем. А Глевиссиг рассматривала каждую чародейку как соперницу, с которой ее может столкнуть судьба, порой ой как не вовремя. И пока Силейз была в категории наименее опасных... но лишь пока.
- Мне не нужны слова, чтобы возвыситься над тобой. Пары, даже одного дела достаточно. И то, как показало время, ты не можешь быть в чем-то надолго лучше меня. Это всегда лишь вопрос времени, а для тебя положение, в котором ты будешь пребывать перманентно.
Ибо если будет иначе, то становиться по-настоящему опасной для Глевиссиг было, как бы глупо это не звучало, весьма и весьма опасно.
Ее коварство было невероятным уже сейчас, а что могло быть дальше, особенно, стоит ей дорваться до власти...
Тем не менее с новыми словами лицо Сабрины опасно помрачнело.
- А что прикажешь делать, если я живу с вами не то что на одном острове, но в одном мире, пусть и огромном. Ты думаешь, среди нас есть небожители, до которых все прочие недостижимы? Как бы не так.
Это не признание некоего равенства, скорее констатация необходимости, что по-другому нельзя. По крайней мере, сейчас. Чтобы жить в этом мире, с ним нужно взаимодействовать, а других проводников для этого неприятного процесса мир не предоставил.
- О тебе ничего не скажет красноречивее твоих дел, дорогая. Поэтому не строй из себя женщину-загадку, тебя прочитать проще, чем учебник по правописанию.
Стиснув зубы, Сабрина продолжила цедить слова, еще больше злясь.
- Ты даже помыслить не смеешь о горизонтах, которые открываются с нашей Силой. Для тебя это всего лишь исполнение твоих глупых мечтаний. Перед кем ты хочешь выслужиться? Перед ним? Перед кем-то, кто ждет тебя? У тебя не должно быть никого, кроме тебя и твоей Силы. Больше тебе никто в этой жизни никогда не поможет. Твой потолок всегда будет в глупых мечтаниях и желаниях, которые не стоят и десятой доли того, чем тебя наделило Сопряжение сфер. Именно поэтому я всегда буду выше, чем бы я не занималась. Потому что я смотрю дальше и не обращаю внимание на неожиданно заболевшее от вселенских несправедливостей сердечко. Даже если ты спасешь сотни людей от голода и болезней, я выиграю, убив тысячи, потому что это пойдет в пользу высших целей, о которых ты даже думать боишься. Ты будешь носиться как с писаной торбой с каждым, кто вызовет у тебя жалость, пока я буду вершить судьбы целых государств. Поэтому чем раньше ты поймешь всю разницу между нами, тем меньше у меня будет поводов обращать на тебя вообще хоть какое-то внимание.
Закончив тираду, чародейка взглянула на спящего. А после, пусть и с трудом, но все же столкнула рослого парня с кровати на пол, благо тот ничего себе не зашиб.
- Ты думаешь, он мне нужен? Похоже, ты совершенно не понимаешь, о чем я говорю. Он для меня - ничто, и я больше не намерена его вспоминать. Он был всего лишь инструментом. Да, были приятные минуты, но это ничто.

+1

14

[AVA]http://s8.uploads.ru/HVQT2.png[/AVA]
[STA]Неудачница[/STA]
[indent=1,0]В каждом метком, злом слове Сабрина была права. Права, как никто раньше в этом богами позабытом месте, величественно зовущимся Альма-Матером чародеек. Нельзя изменить суть, нельзя изменится полностью, и если Сабрина была хищницей, альфа-самкой, то Силейз.. а кем же она была на самом деле?
— Ну что же ты... не сдерживайся. До этого ты себе в этом не отказывала, к чему опять закрываться и прятаться за какими-то рамками приличия, которые и так никого не интересуют? — насмешливо изрекла темноволосая, заставив Силейз буквально заскрипеть зубами от досады.  Как же хотелось заткнуть эту незабвенную красоту, показать как сильно она может ошибаться, но взамен эльфка только фыркнув отвернулась. Нельзя так просто давать одержать победу той, кто и так на своем веку слишком часто выходила единственной победившей.
— Ты же ни черта не знаешь. Откуда тебе знать, в чем я себе отказывала, а в чем нет? Или неужели ты вновь снизошла до меня? Как это мило с твоей стороны.
[indent=1,0]Пальцы сильнее вжались в нежную плоть, оставляя на коже отпечатки полулуны от аккуратных ногтей. Было бы в этом хрупком чародейском теле чуть больше силы, то раны получились бы кровавыми. Но даже так, боль не помогала унять бурю, лишь растягивая самообладание и терпение. На сколько ее еще хватит? Тем более, когда каждое небрежное действие соперницы оставляло после себя лишь  мысленный стон и сожаление. Ей было нечего ответить Глевессиг, она даже не понимала, каково это, кичится своей Силой и идти за нею вслед, как за единственным сокровищем. Не понимала, о каких таких целях думала черноволосая ученица, ради которых требовалось умертвить столько народа, не понимала, и все-таки не хотела понимать. Ненависть сыграла с ней плохую шутку, отдаляя эльфскую чародейку все дальше от намерения «быть как они». То величие, которое малышка Десмор наблюдала у всех лучших учениц-чародеек перемешалось с грязью и некоторым отчуждением. Из прекрасных они стали опасными. Но могла ли она хоть чем-то ответить их величию и могуществу?
[indent=1,0]Силейз так и не отвечала Сабрине, только облокотилась устало на дверь, словно расслабляясь и уходя в мир собственных грез. Так ли права была опытная сокурсница в своих словах, есть ли смысл сопротивляться? Мысли зацепились за небрежно брошенный огрызок, а после, чародейка удивительно даже для себя улыбнулась.
— Ты правда так думаешь? Ты так уверенна, что смогла превзойти меня в этом? — она кивнула в сторону оставшейся иллюзии яблока и впилась в глаза Сабрины с какой-то несвойственной иронией для неудачницы. Сюрпризы на этом явно не закончились, сюрпризы для них обеих. — Ты права. У меня получилось тебя превзойти, но это далеко не единственный раз, о великая Глевессиг. Просто мне в отличии от тебя не нужно кичится и выпячивать свое достоинство. Тогда, я не понимала своей силы. Но Судьба любит шутки.
[indent=1,0]Успокоится. Сосредоточится. Нет никакой ненавистной чародейки. Нет никакого Уинста. Есть только яблоко, со сверкающим соком, чуть кисловатым запахом и румяным боком лишь с одной стороны, словно оно лежало долгое время на земле. Твердое, небольшое, что бы поместилось в ладони…
[indent=1,0]С ладони эльфки скатилось яблоко. Не столь румяное, как то, что держала в своей руке Главессиг ранее, но не менее совершенное в плане магического плетения. Глухой удар оземь, покатившийся плод к кровати, и иллюзия не развеялась, так и оставшись у подножия кровати. Сама же Десмор почувствовала опустившуюся усталость на плечи, но не отказала себя в улыбке.
— Как видишь, еще не превзошла, а только достигла такого же уровня. Брось заниматься иллюзиями, твоему дикому норову подойдет другое совершенствование. Но я все еще могу тебе, хэх, помочь.
[indent=1,0]Было все еще неловко и страшно, но злость не отступала, а сама Десмор отказывала склоняться перед Сабриной, отказывалась легко принять поражение. Как скользкое существо, она старалась маневрировать между нападками соперницы еще и огрызаясь в ответ. Она, признаться и сама забыла, что могла отвечать похожей монетой. Загнанная в угол, Силейз особенно остро чувствовала необходимость стоять на своем, не оглядываясь на страх исключения, или, например гнева темноволосой чародейки.
[indent=1,0]Оттого она и пропустила все точные упоминания Глевессиг о ее мечтах, о ее норове и желании быть «кем-то» для того, кто остался на большой суше. Не оправдываясь, не зацикливаясь, эльфка просто пропустила их мимо ушей, рассудив, что сказано было все, что необходимо.  И когда тяжелое и обнаженное тело Уинста с хлопком приземлилась на холодный деревянный пол, эльфка не двинулась с места, лишь немного поморщившись,  но не стала оказывать помощь или хотя бы смотреть все ли хорошо с ее неудавшейся, несчастной любовью. Места Уинсту в сердце Силейз Десмор совершенно не осталось, и она только с усмешкой отвернулась от распластавшегося человека. Сабрина Глевессиг оставила после себя только руины.
— Ты думаешь, он мне нужен? Похоже, ты совершенно не понимаешь, о чем я говорю. Он для меня — ничто, и я больше не намерена его вспоминать. Он был всего лишь инструментом. Да, были приятные минуты, но это ничто.
— Почему же, понимаю. А так же понимаю то, что так и будет выглядеть вся твоя жизнь. Приятные мгновение и ничего больше. Право, в таком случае не тебе меня, а мне тебя жалеть надобно.
[indent=1,0]Она помнила, помнила как ясно разозлила Сабрину тогда своим сочувствием и жалостью, и от того и ужалила в то место, что, по своему предположению, было неприятно успешной ученице Аретузы. Ужалила и была готова защищаться от возможной атаки чародейки. Правда, сегодняшнее сочувствие и жалость была мнимой, фальшивой, пропитанная агрессия и холодной злобой, без прежнего, мягкого тепла.

+2

15

Сначала Сабрина подумала, что Силейз отвернулась только затем, чтобы   просто-напросто скрыть слезы. Но, пожалуй, момент, когда она могла согнуться в рыданиях уже прошел. Теперь было намного интереснее. Пусть это и злило. Но странные, противоречивые эмоции - это отчасти то, что чародейка множество раз искала и будет искать по жизни. Это делает многие моменты острее и ярче.
- Скажешь, ты на что-то положила всю жизнь? - лениво подняла бровь Глевиссиг. - Ты снова ошибаешься, если думаешь, что тебя так уж сложно прочитать и понять, кто ты и что ты. Это умение, которому учатся очень долго, и оно необходимо, если хочешь выжить там, снаружи. Так в чем же ты себе отказывала? А если ты отказала себе во всем, то это все, чего ты добилась? Быть серой мышью, которая один-единственный раз сколдовала что-то стоящее? И готовая бросить все ради простого смертного? Что он бы тебе дал? Что ты бы ему дала со своим бесплодным чревом? Пожалуй, ты права. Прости меня. Я должна была не вмешиваться и дать этому всему случиться. И чтобы вы оба ушли отсюда, может ты бы даже прожила с ним эти самые тридцать лет и никогда бы после больше не маячила перед моим взором. Но, пожалуй, твое дальнейшее унижение на чародейском поприще, которое будет растягиваться на веке, доставит мне много больше удовольствия...
Усмехнувшись, вновь скрестив руки, заставив большую грудь выглядеть еще объемнее. После чего она молча наблюдала, как Силейз вновь пыталась ответить, даже сколдовала прекрасную иллюзию. Но это нисколько не впечатлило, пусть и напомнило о столь неприятном опыте поражение. Вот только в отличие от самой полукровки, из своих поражений Сабрина извлекала уроки  и даже втоптанная в грязь, она поднималась надо всеми, а все остальные падали в эту же самую грязь. Главное было выжить, а месть - это блюдо, которое подают холодным. Даже если она наступит через сто лет...
- Я уже колдовала такие заклятия, на которые у тебя не хватит ни сил, ни концентрации, в отсутствии которой ты упрекаешь меня, - холодно бросила Сабрина, закатив глаза. - И когда пройдут десятилетия, я буду плести сложные, многоуровневые арканы. А тебе, если повезет, главное не порваться пополам при первой же попытке телепорта из своего дома в свой же двор. Ты зациклилась на этих чертовых иллюзиях, которые должен освоить на таком уровне каждый. И при этом смотреть намного дальше этих примитивных игрушек. Ты так этого не поняла. Ты намного старше, а тебе словно пять лет. Хотя, с кем я говорю... и правда, я ведь отобрала только что твою любимую игрушку, и от того у тебя уже глаза на мокром месте. К счастью, я детей не люблю, и справедливо считаю, что они заслуживают, чтобы с ними обращались как со взрослыми.
Материнские и прочие такого рода инстинкты внутри Сабрины никогда даже не зарождались, и она благодарила за эту природу. Она насмотрелась на грустных ,мечтающих о материнстве дур. А особенно на тех, кто еще хотел себе все вернуть, вновь не понимая ни собственной природы, ни предназначения, ни того, что все это было придумано не зря, ибо по миру и так бегала куча бесхозных детей, в которых вот-вот пробудится Сила. И порой это заканчивалось настоящими катастрофами для деревень, а то и городов.
С последней же фразой Силейз в комнате будто сгустились тучи, и весь воздух наэлектризовался. Всплески Силы текли через обнаженное, прекрасное тело и готовы были ужалить, выпотрошить, дизинтегрировать, прекратить в ничто ту, что гордо стояла рядом.
Но вновь показав выдержку и не поддавшись на столь прямую и столь дешевую провокацию, которая, впрочем, неплоха, задела, Сабрина выдохнула и все напряжение будто пропало. Такие минуты самоконтроля давались очень и очень тяжело. Это было против ее природы и характера. Но именно в преодолении она видела силу. В будущем, когда в руках уже будет огромная власть и даже коллеги по ремеслу постепенно станут не более чем букашками в ее глазах, Глевиссиг для себя уже решит, что можно и не сдерживаться.
Но здесь стоило признать, что сыграно было неплохо... для такой-то серой мыши...
- У всего есть цена. Ты не понимаешь своего предназначение, потому что не хочешь платить эту цену, ты цепляешься за то, чего нет и никогда у тебя не будет. Зато мне тебя не жаль. Ты даже не поймешь, когда перейдешь кому-то дорогу и не успеешь уйти в сторону. Или тебя уничтожит тот, кому ты больше всего доверяешь. С тобой произойдет все то, что происходит с обычными людьми.

+2

16

[indent=1,0]Как долго еще могло это продолжаться?  Обстановка накалялась все сильнее и сильнее, и если Сабрина просто получала удовольствие с легкой примесью гнева, то сама Силейз с каждым брошенным словом все сильнее уставала. Ее гнев утихал превращаясь в простую усталость и желание по скорее все это закончить становилось все яснее и яснее. Нет, ненависть никуда не ушла, но ей, так долго прятавшейся в скорлупе было сложно постоянно поддерживать ее.
[indent=1,0]Десмор посмотрела на Глевессиг под другим углом, но уже почти не запоминала смысл брошенных слов. Все равно все они сводились к одному. К ее собственному превосходству.  На короткое мгновение, эльфке даже показалось что соперница не ее, а себе пыталась убедить. И потому, тонкие, чуть дрожащие губы рыжеволосой растянулись в неком подобии улыбки. Издевательски-смиренной.
[indent=1,0]«Действительно.. и чего это я..»

[indent=1,0]Больше Десмор не вступала в словесную перепалку. Нет, ей все еще было больно. Больно до хруста и истерики, и ей все еще было ненавистно это идеальное лицо чародейки. Ей, неудачнице, все еще хотелось сбежать, скрыться и никогда не возвращаться к этой теме. Забыть и забыться. И, наверно, будь в ней чуть больше злобы и силы, она могла бы еще очень многое сказать той, кто была на несколько голов выше. Но сейчас она молчала, молчала долго, пока темноволосая чародейка не перестала говорить.
—  Каждое слово пропитано превосходством. Но кого ты пытаешься убедить в нем? —  рука, тонкая, с подрагивающими от нервов пальцами коснулась собственной груди, —  Меня, кто всегда видел в тебе нечто большее, или себя? Боюсь, в первом случае эффект вышел сплошь противоположным.
[indent=1,0]Силейз устало опустила руки, не отводя красных, опухших глаз, в которых так и не появились слезы.
—  С меня довольно этого представления. Тем более что ничего нового, кроме своего собственного восхваления я не услышу от тебя.
[indent=1,0]Силейз очень хотелось бы пообещать Сабрине, что она ошибается. Доказать ей, как ничтожны ее слова о ней, но, разум отказался от этой идеи. Слишком хорошо Силейз знала, что может и не исполнить громко сказанных сейчас слов. Она и так сказала слишком много и теперь оставалось только надеяться на то, что Глевессиг действительно потеряет интерес к ее персоне или будет слишком занята хоть чем-то. Еще одного сражения в ближайшее время она не выдержит, ведь ми сейчас она сдерживала себя на последних силах воли
—  Счастливо оставаться. Каждый сам заплатит свою цену.
[indent=1,0]Ответив в духе «мудрых стариков», как сама она представляла себе опытных колдунов и чародеек, эльфка так не повернулась спиной к обнаженной девушке, но теперь уверенно подняла щеколду, отворив ненамного дверь. Та скрипнула как раненый зверь и легкий лучик солнца мигнул в помещении, обыгрывая обнаженное тело Сабрины солнечным зайчиком. Словно сама природа была на ее стороне. Чувство злости и несправедливости вновь поднялись волной в душе Но совершенно не было сил как то это проявлять. Лишь длинный, измученный вздох. Лишь один раз она взглянула в ее сторону, сделав шаг из помещения. Как быстро изменился окружающий мир. Силейз молчала.
[indent=1,0]«И если когда-нибудь, тебя захотят сжечь как ведьму, не поворачивайся ко мне спиной, потому что я будку той, кто подаст первый факел..»

[indent=1,0]Дверь окончательно скрипнула и фигурка невысокой эльфки быстро покинула помещение. Она старалась не спешить, подбирая тяжелые ткани выходного платья в слабые ручонки. Картина обнаженной хищницы ухмыляющейся прямо в лицо никуда не уходила.  Плечи дрожали не то в приступе жалости к себе, не то в страхе перед Сабриной.
[indent=1,0]«И что я наделала? Это не тот..враг.. которого я могла бы одолеть.»
[indent=1,0]Бегло глянув на дверь, Силейз поспешила в Аретузу и ее коридоры, не встретив никого по пути. Душа разрывалась на части, но Десмор ни разу не согнула спину, не опустила голову и не заплакала, выдержав этот путь в одиночестве и в некоторой гордости за себя. Но лишь до тех пор, пока дверь в ее комнате не щелкнула засовом.
[AVA]http://s8.uploads.ru/HVQT2.png[/AVA]
[STA]Неудачница[/STA]

+1


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Во имя мести