Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава I: Время перемен » Новиградский таблоид


Новиградский таблоид

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Время: 20 июля 1264 года.
Место: вольный город Новиград на территории королевства Редания.
Действующие лица: Гуго из Цинтры в роли ведущего, отвечающий за суровый окружающий мир и сюжетные перипетии, и Бертрам Хог в роли самого себя, отвечающий исключительно за самого себя.

0

2

Новиградский таблоид

В июле одна тысяча двести шестьдесят четвертого года в Новиграде произошла цепочка событий, вскрывшая гнойник противоречий среди разных слоев населения вольного города. Причиной этих событий стали некто Фиона Валленштайн и Гуго из Цинтры, которые, чудом оставшись в живых, спешно покинули город едва лишь предоставилась такая возможность.
Новиград же остался охваченным разошедшейся не на шутку войной преступных группировок, пронизанным нильфгаардской шпионской сетью, устранить которую не могла даже секретная служба города, призванная оберегать покой Вечного Огня.
Недовольны сложившейся ситуацией были все: от самого иерарха и до последнего нищего. Что уж и говорить о торгашах, прибыли которых едва ли повышались из-за горящих складов, разбойных нападений и нильфгаардской контрабанды. 
Разнородная городская стража: ополчение, отряды магистрата, личные армии влиятельных купцов и, наконец, силы Церкви Вечного Огня естественным образом действовала абсолютно не скоординировано и, не имея возможности выступить единым фронтом, сбивалась с ног в бесплодных попытках придать всему хотя бы видимость порядка.
Пользуясь всеобщей неразберихой, активизировались мошенники-одиночки и хитрые дельцы, мечтающие о грандиозных финансовых махинациях. 
В этот неудачный для праздных прогулок момент гостем города становится Бертрам Хог — темерский наемник и охотник за головами, шатающийся по миру в поисках работы и справедливости.

Бертрам Хог сошел на берег с баркаса, причалившего ко внушительной новиградской гавани, полумесяцем протянувшейся через всю западную часть города. Новиград встретил его торчащими грузовыми кранами, приводимыми в движение гигантскими колесами с перекладинами, ремонтируемыми галерами, жарящими требуху продавцами еды, запахами смолы, пакли, вонью рыбы, пережаренного мяса и немытых тел.
Стоя на пристани, он видел, как в жарком послеполуденном мареве расплываются очертания башен, колоколен и дворцов города Вечного Огня. Доки за его спиной топорщились лесом матч и рей, а вдоль берега тут и там сновали рыбацкие лодки и каботажные суда.
Впереди его ждало достояние Новиграда: канатные дворы, свечные и гранитные мастерские, бордели, лавки монетных спекулянтов, бордели, притоны, великолепные храмы во славу Вечного Огня и величественные дворцы, восхваляющие лишь достаток их хозяев.
Неизвестно, какие мысли посещали голову Бертрама Хога в этот момент, ведь в этом городе он уже бывал ранее, и сомнительно, что сейчас он предавался размышлениям о городской архитектуре, когда в его желудке было пусто, как за душой у городского нищего.
Сложно сказать, что привело его к самой приличной портовой таверне, быть может, то было обоняние или шестое чувство бывалого наемника, но, так или иначе, он оказался у крепкого здания с потертой резной табличкой, сообщавшей всякому, что он остановился аккурат напротив таверны «На сундуке мертвеца», которую завсегдатаи краткости ради называли просто «Мертвяком» из-за забористого рома, которым славилось это заведение.
Неожиданно, но от этого трактира не несло всеми теми запахами, которыми славятся портовые кабаки, и уже одно это внушало надежду на горячий и сытный прием пищи, который у оседлого горожанина не имеет определенного названия, связанного с положением светила на небе, ибо время обеда уже прошло, а до ужина было еще далеко.
Внутри его встретил полумрак закопченной сальными свечами залы. Некоторые столы были заняты типичными представителями портовой шушеры, не поддающимися никакой идентификации. На возвышении в дальней части трактира стояла широкая дубовая стойка. За ней, невозмутимо глядя на вошедшего, высился долговязый корчмарь, лениво пожевывающий видавшую виды трубку.

Отредактировано Гуго из Цинтры (2018-04-30 22:03:37)

+2

3

[indent=1,0]"Здравствуй, Новиград. Снова."
[indent=1,0]Едва ступив на причал, Бертрам около минуты не сходил с места. Он смотрел. Большие города всегда были милы его сердцу, а Новиград был среди них первым. Даже отсюда, из порта, наемник легко мог оценить его величие. Только вот всё это он уже видел, а голод здорово мешал созерцанию - от корабельной стряпни начинало воротить, и Хог решил немного потерпеть, дабы голод утолить в городе.
[indent=1,0]Говорили, будто в этом городе можно найти всё. Всё возможное (а иногда и невозможное) оружие, угощения и выпивку на любой вкус и кошелек, алхимические снадобья и ингредиенты, даже магические артефакты... Но это не интересовало Хога. Не в этот раз.
[indent=1,0]Он прибыл в Новиград потому, что тут всегда можно было найти мешок преступного дерьма, который можно прирезать ради великой справедливости, денег и хорошего настроения. После месяца скучной, бескровной - а следовательно, практически бесполезной - работы именно этого требовала душа. Но сперва нужно было как следует поесть, а заодно и положение дел в городе прощупать. Дабы знать, в каких условиях предстоит работать.

[indent=1,0]Вопреки мрачному названию, портовая таверна оказалась отнюдь не самым паршивым заведением, в которых Бертраму приходилось бывать. Даже докеры и прочая портовая живность не шибко портила картину.
[indent=1,0]Никто не обратил на него внимания. Это ведь один из самых крупных портов севера. Чужеземцы, включая наемных, были тут чуть ли не более привычны, чем местные жители. Вооруженные - в том числе. Это было приятно. Хог терпеть не мог лишнее внимание к своей персоне.
[indent=1,0]Наемник прошел к стойке, и присел на стул напротив корчмаря.
[indent=1,0]- Доброго дня, - поздоровался он.
[indent=1,0]- Здорово, - невозмутимо ответил трактирщик. В его голосе не было ни стандартного для представителей профессии заискивания, ни учтивости - но не было и враждебности или презрения. - Тебе чего, друг?
[indent=1,0]- Чего-нибудь на предмет пожрать. - Хог облокотился на стойку. - И местные новости узнать не помешало бы. Из тех, что не бесплатны.

Отредактировано Бертрам Хог (2018-05-02 16:25:21)

+2

4

Кабатчик хитро прищурился и одними губами перекатил трубку из одного уголка рта в другой.
- Те, что не бесплатны, стоят денег, дружище.
Эта шутка вызвала взрыв хохота среди завсегдатаев. Сидящее за крепкими дубовыми столами мужичье гоготало ровно до тех пор, пока хозяин трактира не подал знак. Тогда самые отъявленные забулдыги вмиг заткнулись и уставились в свои кружки. Они-то знали, что даже мыши под дощатым полом поспешили затаиться. И только большая белая птица, обычно принимаемая посетителями за пугало, выпучила глаза и мерзким голосом крикнула:
- Бунт на корабле! Бунт! Бунт!
Какое-то время корчмарь глядел на Бертрама своими лукавыми карими глазами. Его смуглое, обветренное лицо с кустистыми бровями, носом-картошкой, перебитым в нескольких местах, и пышными бакенбардами сохраняло невозмутимое выражение. Казалось, это все, что он хотел сказать посетителю, и больше он не обмолвится ни единым словечком, однако его мясистые губы вдруг расплылись в кривой улыбке, сам он вытащил трубку изо рта и сдержанно хохотнул. В этот момент Бертрам мог заметить на его плече выцветшую наколку в виде двух перекрещенных якорей, обвитых морскими чудовищами. Несомненно, что широкополую шляпу поверх банданы, выбивающиеся из-под нее седые волосы и толстую золотую серьгу в левом ухе, он заметил ранее. Все эти внешние признаки выдавали в нем человека, некогда имевшего отношение к морскому делу, и едва ли это отношение было косвенным.
Закончив смеяться, он крепко затянулся трубкой и выпустил дым, а потом добавил:
- Ты чего, не слыхал, что на корабле бунт? Новиградская посудина трещит по швам, и, будь я проклят, об этом знает даже вшивый юнга. Желаешь пожрать или снять каюту? Если, конечно, ты не решил отдать швартовы и с поднятыми парусами дать отсюда ходу.
Голос у него был хриплый, срывающийся на сип от чрезмерного употребления табака и крепких спиртных напитков. Говорил он неторопливо, растянуто и все так же невозмутимо, а из его глаз не исчезала хитрая искорка.

+2

5

[indent=1,0]"Точно, моряк. Блядь."
[indent=1,0]Это не добавляло наемнику оптимизма. С матросней и прочими флотскими он был знаком слишком хорошо, еще по флотзамской службе. Не один и не два дебоша, устроенных такими вот персонами, прерывать приходилось. Эти люди всегда смотрели свысока на тех, кому морское дело было чуждо, в речи их преобладал весьма специфический жаргон... Но то, что говорил корчмарь, было возможно разобрать, хоть говорил он весьма странно и уклончиво.
[indent=1,0]"Если это то, о чем я думаю - бандитская шваль сейчас режет друг друга на куски. Превосходно. Работать в таких условиях - одно удовольствие."
[indent=1,0]Вот что ему совершенно не нравилось в этом корчмаре - так это взгляд. Так обычно смотрит человек, который знает что-то такое, чего ты не знаешь. Знает, молчит, и смотрит, что же ты будешь делать.
[indent=1,0]- Желаю, - сухо ответил Хог. - И того, и другого.
[indent=1,0]Портовая таверна была не лучшим вариантом ночлега, но что-то подсказывало, что остановиться именно тут стало бы правильным решением.
[indent=1,0]- Так, собственно, кто "бунтует"-то? - поинтересовался Бертрам, понимая, что за эту информацию нужно будет выложить еще немного денег. Но к тратам он был готов. Если удастся правильно разыграть ситуацию - это могло окупить все затраты сторицей.

+1

6

Кабатчик хмыкнул, когда прибывший не проявил признаков беспокойства. Он чуть помедлил, а потом прикрикнул, не оборачиваясь:
- Эй, на камбузе! Тащи пожрать! - и вновь обратился к Бертраму. - Одна крона в сутки. И за жратву тридцать копперов.
Он переступил с ноги на ногу, пожевал трубку, точно пробуя слова Хога на зуб, однако заговорить он не успел, его перебила птица, которая, очевидно, очень резко реагировала на слово «бунт».
- Бунт на кор-р-рабле! Р-р-развесить мятежников по р-р-реям! Охр-р-ранять капитана, сукины дети!
Старый моряк шикнул на птицу, и та вдруг затихла, сжалась, что-то тихо клокоча себе под клюв, точно ворча из-за такого неуважительного отношения к своей персоне.
- Вся новиградская шушера. От киля и до клотика. Ты тут впервые? Не слыхал, что на нашей дырявой посудине в каждом углу по капитану? Густав Ягелло, Ублюдок Старший, Виттор Вечный Огонь, эти имена ни о чем тебе не говорят? Уверен, их абордажная команда придется тебе по душе.
В этот момент один из посетителей суровым басом затянул песню:
- Послушай, пират, тебе уже хватит!
Ее подхватили его товарищи:
- Послушай, пират, тебе уже хватит, пора возвращаться домой!
Хэй! Хоу!
Хэй! Хоу!
Ты много награбил, ты много награбил,
Но вот уже вьется, но вот уже вьется
Вокруг твоей шеи узел тугой!
Хэй! Хоу!
Хэй Хоу!

Распевшись, они вместе и в полную силу начали горланить припев:
- Еще одно дело, еще один рейд!
Сокровищ нам мало, награбим еще!
Не дрейфь, капитан, удача за нами,
А там и ковирский флейт!

Трактирщик прислушался и на какое-то мгновение показалось, что в его карих глазах отражаются сцены из бурной молодости. Он замер, стараясь уловить каждый звук, и лишь видимым усилием вышел из оцепенения.
Пока они разговаривали, из кухни, которую здесь именовали камбузом на морской манер, показался юноша с глиняной тарелкой внушительных размеров. Гречневая каша, поджаренная свинина с луком, два солидных куска свежего и душистого хлеба — все это едва умещалось на ней; в другой руке парень нес кувшин с вином. От всего этого угощения пахло так, что голодный Бертрам наверняка испытал несколько неприятных позывов своего желудка. Яства были выставлены на пустой стол в центре залы.
- Вот и жратва, угощайся, - уже без поддевки сказал корчмарь. - Я не знаю даже твоего имени, парень, поэтому понятия не имею, что ты хочешь у меня узнать. Прошвырнись по городу, коли не дорожишь своей шкурой, может, чего и узнаешь.
Он прислушался ко второму куплету песни.
- Ну, иди ешь уже, дай послушать, заплатишь после, - отмахнулся он и погрузился в меланхолию.
Птица, казалось, только этого и ждала. Она уставилась на Бертрама своими черными глазами-бусинками и крикнула:
- Бунт! Кто шагнет на квар-р-ртер-р-рдек, тому я пробью чер-р-реп!
Посетители, привыкшие к дурному нраву заморской диковинки, пели как ни в чем не бывало.
- Еще одно дело, еще один рейд!
Сокровищ нам мало, награбим еще!
Не дрейфь, капитан, удача за нами,
А там и ковирский флейт!

+2

7

[indent=1,0]Бертрам ликовал. Каша с мясом, не солонина и не рыба. Хлеб, настоящий, свежий хлеб, а не сухари! Да еще и не самое худшее в мире вино, чтоб промочить горло. Всё же решение поесть в городе было правильным. И даже корчма потихоньку начинала нравиться наемнику - был во всем этом морском антураже некий шарм. Разве что мрачная песня и странная птица создавали весьма жуткую атмосферу, но... Бывало и хуже. С аппетитом поглощая пищу, Хог размышлял.
[indent=1,0]Ситуация, как ни крути, была многообещающей. Ограничиться парой-тройкой выпотрошенных головорезов с улицы при таком раскладе было просто-таки преступно. Нет, он собирался словить в мутной воде новиградских улиц действительно крупную рыбу... А для этого нужна была информация. Нужны были союзники.
[indent=1,0]"Итак, варианты. Во-первых, стража. Прийти к ним, спросить "кого" и "сколько", выяснить, что они знают, и начинать.
[indent=1,0]Плохой вариант. Когда гарнизонные ребята могут и хотят что-то сделать - они не просят нас. Они делают сами. Таким образом, самое большее, что от них можно получить - вооруженную помощь в нужный момент, и то сомнительно. Зато уже к вечеру каждая хворая псина в Новиграде будет знать: я иду за чьей-то головой. Это закроет многие двери. Приведет к лишнему риску, и почти ничего не даст.
[indent=1,0]Во-вторых, коллеги. Уверен, не я один вижу ситуацию благоприятной для доброй охоты. Можно объединить силы, но... Многие из нас не сильно отличаются от тех, на кого охотятся. Доверять нам - верный путь к ножу в спину. Окажусь ли я умнее? Не факт.
[indent=1,0]И в-третьих... Банды. Можно внедриться. Можно узнать ситуацию изнутри, и изнутри действовать. Рискованно, но эффективно. Смогу ли?.."

[indent=1,0]Ясно было одно - раньше времени заявлять о своих намерениях не следовало. Корчмарь, возможно, не смог его раскусить. Если так - это было на руку Бертраму. А информация... Идея была. Найти какого-нибудь ублюдка на улицах, послушать, что он скажет. Отрезать ему чего-нибудь, послушать снова. Еще отрезать, еще послушать. Отрезать что-нибудь жизненно важное, чтоб убедиться, что больше бедняга уже ничего никому не скажет, уйти. Повторить еще пару раз. Для надежности.
[indent=1,0]Это походило на неплохой план. И всё же, сперва нужно было доесть.

Отредактировано Бертрам Хог (2018-05-04 21:16:42)

+2

8

Бертраму оставалось только поблагодарить удачу или собственное чутье за то, что ему попался именно этот трактир. Нехитрая, но качественно приготовленная еда после скудного морского рациона оказалось как нельзя кстати. Хлеб был свежий, каша - жирная, но не переваренная, а мяса оказалось вдоволь.
Пока Хог с голодухи наслаждался яствами, в кабак вошел посетитель в темном плаще, из-под которого выглядывали ножны и ремень перевязи. У него были длинные волнистые волосы и побитое оспой лицо. Незнакомец остановился напротив стойки и что-то шепнул кабатчику. Тот невозмутимо дослушал песню и лишь потом позвал мальчишку с кухни.
- Смени-ка меня у штурвала, матрос, - сказал он тому и одним взглядом указал незнакомцу на отгороженный тканью альков.
- Шпик?
- Не думаю. У этого парня руки для такой работенки грубоваты. Зачем явился?
- Помнишь ту ниточку, Кнут?
- Пожалуй.
- Кажется, я вышел на след. Только не я один. Ягелло тоже. Нужно спешить.
- В бездну Густава. От этого дельца пахнет как от стухшей раковины. Не стоит брать так круто к ветру.
- Да послушай меня, Кнут, это огромные деньги…
- Ты собрался расплачиваться ими с рыбами на дне Понтара?
- Слушай, я пришел к тебе только из-за того, сколько лет…
- Тридцать лет. Тридцать лет я менял флаги, грабил и убивал, обманывал, воровал, жег и насиловал. И все эти тридцать лет я наблюдал, как мои товарищи один за другим отправлялись то на морское дно, то в железные клетки, то на шибеницы. И кое-чем научился. Научился не спешить. Делай как знаешь, я все сказал.
- Старый болван, - резко бросил незнакомец и отвернулся, оглядывая залу через щель в между занавесями. Его взгляд и взгляд Бертрама пересеклись. Мужчина ухмыльнулся. Он резко поднялся и, не попрощавшись с хозяином, вышел прочь. Хогу могло показаться, что он дрожал от ярости.
Однако сказать, почему, он едва ли мог, ибо из-за шума и тканевой перегородки до него долетали только обрывки фраз и отдельные слова вроде "шпик", "ниточку", "Ягелло", "деньги", "на дне Понтара", "грабил и убивал", "делай как знаешь". Так что ему оставалось лишь разглядывать примечательное убранство залы, стилизованной на морской манер. Обтянутые канатами стены, широкий столб-мачта посреди залы, упирающийся в потолочные балки, похожие на настоящие реи. Стойка, которая, как нетрудно догадаться, символизировала капитанский мостик, и штурвал, прилаженный рядом. Небольшой, отдраенный до блеска колокол, склянки и множество других мелких деталей, назначения которых наш герой не знал, а может, оно ему было попросту неинтересно, ибо мысли его были заняты сложностью и многообразием преступного мира Новиграда и той ролью, которую ему предстоит сыграть в его истории.
Возможно, именно сейчас ему стоило начать свою игру, сделав первый ход. Каким он будет - слежкой за незнакомцем, прогулкой по городу, визитом к властям с предложением сотрудничества, попыткой продолжить разговор со старым пиратом или, быть может, посещением "злачных мест" в попытке подыскать себе какого-никакого информатора - предстояло решить самому Бертраму.

Отредактировано Гуго из Цинтры (2018-05-04 23:11:22)

+2

9

[indent=1,0]Бертрам всё еще не мог с точностью сказать, что именно происходило в городе. Кто, кого, почему... Но вот масштабность происходящего становилась всё более очевидна. Нельзя было даже спокойно покушать, не услышав чего-то такого, что явно было связано с происходящим!
[indent=1,0]И он услышал. Вовсю напрягал слух, пытался разобрать как можно больше подробностей, при этом привлекая как можно меньше внимания - тщетно. Жалкие обрывки фраз, из которых было невообразимо трудно сшить не то, что цельную, но хотя бы примерную картину.
[indent=1,0]И всё же... Хог чувствовал, знал, что разговор может быть ему интересен. Едва заслышав самое начало разговора, он налег на еду с удвоенным рвением. Потому что знал - как только сей диалог закончится, у него сразу появятся неотложные дела.

[indent=1,0]Когда незнакомец направился к двери корчмы, Хог уже добрых полминуты сидел, отрешенно глядя на пустую тарелку. Он пересекся взглядом с этим человеком, но не подал ни единого признака заинтересованности. Просидев еще около десяти секунд, он поднялся с табурета, и, пошатываясь, пошел к выходу, по ходу дела расплатившись с корчмарём за еду и ночлег.
[indent=1,0]Едва наемник переступил порог - всякая нетвердость исчезла из него походки, вместе с отрешенностью во взгляде. Он заметил спину разговорчивого незнакомца, и отправился следом за ним, держась на почтительном расстоянии.
[indent=1,0]Бертрам понимал, что провести корчмаря у него получилось навряд ли. То был слишком старый, опытный человек, чтобы купиться на такое. Своим уходом темерец наверняка привлек к себе внимание.
[indent=1,0]Хорошая новость состояла в том, что того он и хотел. Даже если слежка за нынешним господином не принесет плодов, кто-то им явно заинтересуется. Кто-то, кто может попытаться предпринять нечто необдуманное. Кто-то, в чьем крике боли и предсмертном хрипе может послышаться нечто интересное, относящееся к делу. Кто-то, кто может выплюнуть нужную информацию вместе с кровью и собственными зубами.

[indent=1,0]Но то были планы на будущее. А пока... Пока Бертрам наблюдал. Он не знал, что принесет эта слежка, но просто-таки чувствовал, что пошел на неё не зря.

+1

10

Когда Хог вышел, старый морской разбойник бросил, ни к кому конкретно не обращаясь:
- Не за тем флейтом ты увязался, парень, это ведь военная галера, и она тебя разделает до щепы, коли придется... Молодежь... Всё куда-то спешат.  Ладно, комнату я за тобой придержу, - он пожевал трубку, перекатил ее из одного уголка рта в другой. - Хоть бы вещи скинул, не пропали бы почем зря...
Этого Бертрам уже не слышал, зато безумные вопли чудной птицы доносились до него еще с десяток шагов от трактира.
- Каждый из вас скор-р-ро отпр-равится писать по воде пер-рьями пятнадцати футов в длину, отр-р-ребье! - голосила она.
И как только эту животину терпят, могло подуматься Хогу, однако птица была бессменным символом "Мертвяка", ровно как и ее хозяин. А если кому-либо захотелось бы отделить одно от другого... Что ж, вряд ли старик настолько забыл, что такое абордажная схватка, особенно, когда под ногами у него была "палуба" его корчмы, которая сошла бы за вполне сносную посудину.
Портовый район Новиграда раскинулся бы перед Бертрамом во всю свою ширь, если бы не застройка столь плотная, что крыши многоэтажных лачуг едва ли не соприкасались. Если бы он задумался над этим, то пришел бы к выводу, что таким образом некоторые, особо ловкие жители города, могли получить способ передвижения, отличающийся простором и отличным видом.
Сейчас же запутанность городских улочек не должна была его беспокоить. Он шел за человеком, одетым в черное, как стало модно в последнее время, и тот сам вел его, прекрасно ориентируясь в лабиринте городских строений. Наемник шел и замечал вещи, которые скрывали шикарные фасады богатых районов.
Двое безумцев, скованных цепью, лопатами грузили на тележку рыбью требуху, лошадиный навоз и прочий мусор. В одном из закоулков служитель Церкви Вечного Огня совокуплялся с грязной проституткой, ее платье было задрано до талии, грудь колыхалась, а невидящие глаза, которыми она проводила наемника, были полны тупого безразличия.
И в этой помойке люди рождались, жили и умирали, до самой смерти гордясь тем, что они были жителями самого цивилизованного города Севера, а может, и всего мира.
Хог обнаружил, что ему трудно пробираться через толпу. Как бы он ни был силен, этот живой заслон из моряков, грузчиков, оборванцев, продажных девок, студентов, купцов и офицеров с галер, казалось, имел собственную волю и изо всех сил старался подчинить ей Бертрама.
Мужчина в черном мелькал все дальше и реже, ввинчиваясь в толпу на рыбном рынке, через который они сейчас и шли. Однако впереди замаячила серая, в пятнах от старости и птичьего дерьма стена, отделяющая порт от города, после показались тяжелые,  окованные железом ворота, и уже не возникало сомнений, куда направляется преследуемый.
Движение в стороне на мгновение отвлекло темерца. Очередной закуток, но на этот раз насилию подвергался мальчишка, которого острым концом уздечки лупил здоровенный парень в белой рубахе и широких штанах. Хог увидел лохмотья, окрашенные кровью, детское тело, вжавшееся во влажную стену в попытках избежать ударов или вовсе провалиться сквозь нее, и перекошенное от ярости лицо негодяя. Удары сыпались один за другим, но мальчик не издавал ни звука. Кобыла, судя по всему принадлежавшая здоровяку, стояла рядом, неуверенно переступая с ноги на ногу. Запах крови ее пугал.
Тем временем мужчина в черном уже подошел к воротам и скрылся в караульном помещении.

Отредактировано Меетывер де Ротц-Васбринк (2018-07-16 00:16:56)

+1

11

[indent=1,0]Слежка оказалась более сложным делом, чем можно было подумать. Проходимец в черном шел закоулками, шел через толпу, к которой Бертрам просто не был привычен. Несколько раз казалось, что цель потеряна - и все же в последний момент черное одеяние мелькало на грани видимости. Он едва успевал проталкиваться через людскую массу с достаточной скоростью, но отнюдь не она остановила продвижение. Во всей этой грязи избиение беззащитного, молчаливого мальчишки стало тем самым явлением, пройти мимо которого темерец просто не смог.

[indent=1,0]На закате своего третьего десятка Хог всё же чему-то научился. Научился не вмешиваться, когда в том действительно нет нужды. Остановить отца, что лупит своего сына, отдубасить кмета, избивающего жену... Бертрам такое уже делал.
[indent=1,0]И понял, что обыкновенно в таких ситуациях всех всё устраивает, а его "помощь" - есть попросту медвежья услуга.

[indent=1,0]Но не в этот раз. Даже единственный удар, нанесенный мальчишке, сказал Хогу больше, чем могли любые слова. Когда хотят проучить - так не бьют. Не до крови. Детина либо бил, чтобы убить, либо просто вымещал злость, ничуть не заботясь о здоровье и выживании паренька.
[indent=1,0]"Могу понять. Стоит заметить, я и сам сейчас не прочь кого-нибудь избить. И даже знаю, кого."

[indent=1,0]Наемник шагнул ближе. Детина, с перекошенным от гнева лицом, обернулся, замахнувшись снова - да так и застыл, приоткрыв рот. Мгновением позже в лицо ему, ломая зубы, врезалось древко копья. Достаточно, чтобы посадить наземь. Слишком слабо, чтобы выбить дух.
[indent=1,0]"Не так быстро. Не в этот раз."
[indent=1,0]Перепуганный амбал попытался отползти прочь, когда Бертрам наступил ему на спину, прижимая к земле. Наемник вырвал уздечку из его рук, замахнулся и хлестнул. Кровавое пятно расцвело на рубахе ублюдка, его крик, казалось, был слышен даже на Храмовом острове.
[indent=1,0]И это было только начало.

[indent=1,0]Хог хлестал, и хлестал, и хлестал. Детина сначала орал, затем - пронзительно визжал. Катался по земле, непроизвольно подставляя под удар всё новые части тела, пытался закрыться - тщетно. Наемник остановился только когда на земле перед ним лежал рыдающий, всхлипывающий, окровавленный ком боли. Могло показаться, что кожи на нем осталось меньше, чем голого мяса. И, что примечательно, ни одна живая душа даже не попыталась ему помочь. Не из страха. Просто дела никому не было - как не было и до страданий ребенка десятком минут раньше.
[indent=1,0]"А мальчишка-то покрепче твоего будет, да? Кто бы мог подумать."
[indent=1,0]Бертрам сплюнул на землю, и подошел, наконец, к избитому пареньку.
[indent=1,0]"Надо к лекарю. Раны обработать. Иначе - воспалятся."
[indent=1,0]- И за что он тебя так... - пробормотал наемник, глядя на тощее, завернутое в кровавые лохмотья тело. - Идти сможешь?

Отредактировано Бертрам Хог (2018-07-16 17:09:51)

+1

12

Здоровяк визжал и катался по земле, удары сыпались на него один за другим, однако до этого действительно никому не было дела. На некоторое время вокруг закутка образовалась небольшая толпа, наблюдавшая за побоями, но когда Хог закончил, народ быстро разошелся, пожимая плечами и в то же мгновение забывая о случившемся.
Парень скрючился на земле у копыт своей лошадки. Струя конской мочи ударила в него, когда животное дало выход своему страху. В зловонной жиже из мочи и крови негодяй подергивался и в беззвучном крике раскрывал рот, то ли прося пощады, то ли пытаясь  выплюнуть осколки зубов.
Мальчишка к этому времени уже отошел от стены и ощупывал себя на предмет серьёзных увечий. Он был довольно крупненький, но в остальном ему повезло куда меньше. Заячья губа открывала десны и шла до самой правой ноздри. Лицо его представляло сплошной синяк, один глаз заплыл, волосы слиплись от крови. Однако Хог мог поклясться, что ни один предательский ручеек из слез не размывал его "боевой раскраски".
- О-он с-с-сказа-а-ал, ч-что я пы-пы-плохо па-па-почистил его ло-ло-лошадь, - мальчик не только заикался, но и говорил жутко невнятно, проглатывая слова и все время бубня себе под нос. - С-смогу, до-до-добрый гспдн, спа-спасибо в-в-вам. Ра-ра-разрешите стать ва-ва-вашим лакеем, г-г-гспдн.
Он бросился в ноги наемнику, не обращая внимания на свои раны. Видимо, ему совсем некуда было идти, раз он так отчаянно стремился найти себе хозяина. Или своим поступком Бертрам обрек его на существование куда более плачевное, чем он влачил до этого, ибо прежний хозяин за перенесенное унижение наверняка замучил бы его до смерти.
Из-за своего внешнего вида мальчишка мог показаться идиотом, но взгляд у него был вполне твердый и даже умный.
Народу вокруг них было немного, толпа обходила закуток стороной. Люди были чем-то встревожены, спешили по домам или тавернам, чтобы обсудить свежие новости. До Хога долетали обрывки фраз. Особенно часто звучали имена неких наместника Ляшареля и коадъютора Гастона.

+1

13

[indent=1,0]С каждой минутой новиградские трущобы становились Бертраму всё более отвратительны. Даже в этом парнишке, даже в этой искренней, доведенной до крайности благодарности было нечто странное, неправильное. И в то же время... Во всей этой грязи и мерзости виделась вполне естественная человеческая натура. Осознавая это, трудно было оставаться филантропом. И Бертрам уже давно не оставался.
[indent=1,0]- Встань, - спокойно произнёс наемник. - Я не пан, чтоб мне в ноги падать.
[indent=1,0]"Уродец. Такого ни одна семья, пожалуй, не примет. И куда ж тебя такого пристроить..."
[indent=1,0]Что касается произношения... Хог не мог отделаться от ощущения, что малец просто косит под дурачка. Было в нём что-то такое, что наталкивало на подобные мысли. Что-то, что настораживало... И в то же время выглядело многообещающе.
[indent=1,0]"Возможно, твоим мозгам найдется применение. Возможно, это применение позволит тебе жить безбедно пару ближайших лет."
[indent=1,0]Наемник всерьез подумывал о решении взять мальчишку в долю. В конце концов, в этом деле он видел не только великую справедливость, но и великую наживу. Но сперва надо было понять, насколько парень полезен.
[indent=1,0]- Скажи... Тебе о чём-нибудь говорят такие имена, как Густав Ягелло, Виттор Вечный Огонь, Ублюдок Старший... Ляшарель и Гастон? Что-то они на слуху в последнее время, и мне интересно, с чего бы. Да, и... Если знаешь хорошего лекаря в этом городе - веди.

+1

14

Мальчишка неуверенно поднялся, шмыгнул носом, утерся тем, что служило рукавом его лохмотий, размазывая кровь по лицу. Расплылся в жутковатой улыбке.
- Бу-буду щаслив слу-служить вам, г-господин. То-то-только не о-о-оставляйте меня, иначе Э-э-эд меня на-айдет.
Когда Хог начал распрашивать о ранее услышанных именах, лицо мальчугана принимало все более довольный вид. Наконец, он засмеялся, вновь расплывшись в своей пугающей улыбке. Он набрал в грудь побольше воздуха и ответил:
- Э-эти имена и-известны лю-любому городскому дурачку, господин, - тут он разошелся так, что его бурчание практически не прерывалось заиканием. - Ягелло, Ублюдок и Виттор - самые крупные воротилы. Первый и второй сейчас грызутся на смерть. Третий наверняка ждет, чтобы ударить того, кто ослабнет. Ляшарель - наместник по делам безопасности, сегодня прошел слух, что его пытались убить, и только то, что он отвернулся чихнуть, спасло ему жизнь. Говорят, болт оцарапал ему грудь. А кто-то говорит, что раздробил грудину, и наместник при смерти. Гастон? Коадъютор? Вчера этот фанатик вещал на площади Иерарха, призывая огнем очистить город от скверны.
Все эти слова он выплюнул в десять ударов сердца, брызгая слюной и возбужденно вращая глазами, и принялся переводить дух.
- Ле-лекарь? Тут вы его ее най-най-найдете. Ра-разве что старый бо-бо-боцман заштопает ва-вас иглой, которой чи-чи-чистит ногти. Па-па-пойдемте за мной.
Мальчуган, имени которого Бертрам так и не узнал, развернулся и затопал в сторону ворот. Он простодушно подумал, что врач нужен Хогу, и заспешил, часто оглядываясь, поспевает ли тот за ним.
Пройдя за ворота и через поднятую железную решетку, они оказались в караульном посещении, где таможенник сосредоточенно пересчитывал монеты и едва взглянул на них; стражники тоже не обратили на них никакого внимания.
Однако продолжить путь им не удалось.
- Милсдарь! Милсдарь, обождите!
Их догнала странная троица: два стражника-сержанта с луками и висевший на их плечах избитый детина. Он слабо тыкал рукой, указывая на Хога, и что-то шептал, выдувая кровавые пузыри. Губы и нос его были похожи на гнилые сливы, один глаз заплыл, а передние ряды зубов понесли серьезные потери.
Сержанты немного стушевались, увидев рослого, хорошо вооруженного мужчину. Наверняка подумали, что этот побитый хмырь заплатил им слишком мало.

+1

15

[indent=1,0]Сначала Бертрам подумал, что дело снова в копье. Таков был недостаток этого замечательного инструмента - по городу с ним спокойно не побродишь. Стража нервничает, бюргеры нервничают - как же это так, кто-то с настоящим оружием по улицам расхаживает! Опасно, опасно.
[indent=1,0]Но без копья нервничал Хог. Особенно когда ходить приходилось по подобным районам, и ввязываться в подобные дела. Разумеется, если стража велела - он оставлял оружие в комнате корчмы, уповая на верную зерриканскую саблю, но обыкновенно всё ограничивалось подозрительными, внимательными взглядами, парой вопросов да просьбой показать подорожную. Всё-таки умение находить общий язык со служивыми показало себя исключительно полезным в выбранном Бертрамом ремесле.
[indent=1,0]Тем не менее, на этот раз вопрос был в другом. А именно - в недавно избитом мешке дерьма, который удивительно резво нашел стражников, и даже смог навести их на след. В воздухе запахло проблемами.
[indent=1,0]И страхом.
[indent=1,0]Двое служивых определенно впечатлились не то внешним видом, не то вооружением наемника. Хог видел их неуверенность, и видел, что предпринимать какие-то решительные действия они не торопились. Оставалось только обернуть это в свою пользу - но обернуть умеючи. Бертрам знал, что никогда нельзя открыто угрожать стражнику, и не собирался это делать. Вместо этого, нужно было оформить всё так, чтобы они будто бы сами приняли решение отвязаться от него. И осторожно, уважительно к этому решению подтолкнуть.
[indent=1,0]Бертрам обернулся к преследователям, и шагнул в их сторону. Один из сержантов, прямо на ходу, попытался шагнуть назад, и едва не упал. Второй бросил на товарища неодобрительный взгляд, но вслух ничего не сказал.
[indent=1,0]- Доброго дня, господа, - вежливо, но уверенно поприветствовал стражу наемник. - Чем могу помочь?
[indent=1,0]- Знаете этого человека? - тот стражник, что был поувереннее, кивнул в сторону избитого. Тот прошамкал нечто невразумительное.
[indent=1,0]- А то как же. Иду по Обрезкам, смотрю - вот этот вот "человек" ребенка избивает. Попытался вмешаться - а он на меня напал.
[indent=1,0]"Замах - это ведь тоже попытка нападения, правда?"
[indent=1,0]- Вот и пришлось его отходить немного, чтоб угомонился. - Бертрам редко смотрел людям в глаза, но в этот раз ситуация того требовала. Чтобы звучать, так сказать, более весомо. - Если вы, господа, по этому вопросу - за нападение мы не имеем претензий. А вот клевета, и попытка лгать городской страже...
[indent=1,0]"И подкупить эту самую стражу, вне всяких сомнений..."
[indent=1,0]- Предположу, что за это ему придется ответить. Верно, господа?
[indent=1,0]Небольшая ложь, основанная на истине. Свидетель в виде парнишки. Повод отказаться от дела, за которое браться не хотелось, для стражников. Оставалось надеяться на благоразумие последних.

+1

16

20 июля, Старый Город, Новиград
Ранний вечер

Сержанты ожидали вежливых извинений, попыток подкупа, угроз, в конце концов, но слова Бертрама заставили их удивленно замереть с раскрытыми ртами. Один из них даже схватился за кожаный налуч, который носил на левом боку. Хог мог отметить интересный орнамент, украшавший футляр, и современную конструкцию, благодаря которой лук хранился в боевом состоянии. Сержантская служба приносила немалый доход, даже не учитывая приличную плату. Наверняка стащил или вытребовал в качестве взятки.
Они переглянулись, и старший покачал головой. Второй нехотя убрал руку с налуча и с презрением глянул на избитого. Негодяй оказался не шибко прибыльным.
- Ладно, ладно, господин, - хмыкнул старший с видом человека, повидавшего несправедливостей на своем веку. - Сделаем так, чтобы этот негодяй получим по заслугам, вы уж не сумлевайтесь, ага. Хорошо, что вы, это, с копьем, да. Неспокойно щас. Соблюдайте закон, и всего хорошего.
Сержанты рывком развернули избитого и вяло возмущающегося парня и потащили его к ближайшему закоулку, чтобы обчистить его до нитки. С паршивой овцы, как говорится.
Мальчуган восхищенно поглядел на Бертрама. За свою жизнь он множество раз видел, как люди применяли силу по отношению к слабым, но такую победы силы воли, без кулаков и оружия, он наблюдал впервые.
Кровь на местах побоев начала подсыхать, и стало ясно, что с лицом мальчика не все так плохо, как могло показаться сначала. Паренек был крепкий, однако видок темно-коричневых корок с карминовыми подтеками на его физиономии все равно вызывал отвращение и, в меньшей степени, жалость.
Они шли по узким улочкам Старого Города.
Новиград был огромным городом и продолжал расти. Новейшие городские стены, отстроенные «на вырост» во время правления нынешнего иерарха, уже начали сжимать его в своих тисках. И город, все направления для роста которого были заблокированы, рос в единственном доступном – вверх. И если внизу ширина важных улиц регулировалась, то наверху бесконечная застройка привела к тому, что по крышам домов можно было ходить, перепрыгивая небольшие промежутки. Все шло к тому, что в скором времени улицы Старого Города должны были превратится в туннели, когда к нынешним этажам прибавится еще парочка. Если, конечно, всему этому не суждено было обвалиться.
Новиградские зодчие могли считаться лучшими на всем севере, но даже их усилия не могли исправить положение. За последний год под рухнувшими стенами погибли десятки человек. Церковь вводила ограничения на высоту и количество этажей, но за ними не слишком усердно следили. Ведь на дополнительных этажах размещались склады и мануфактуры, подпитывающее пламя - но не Вечного Огня, ибо оно и так вечно - а финансового изобилия. Город пользовался привилегиями, не подчинялся торговым законам Редании, и все те, совершенно умопомрачительные суммы с налогов и прочих сборов, текли в необъятную городскую казну.
Но вместе с золотыми реками текли в город люди, текли проблемы, негодяи, проходимцы, аферисты, бандиты и контрабандисты. Почва, удобряемая золотом и паршивыми людьми, порождала группировки, теневой бизнес и еще больше проблем.
Среди этой шушеры проще было затеряться нильфгаардским шпионам и торговым агентам, занимающимся своими темными делами.
И все это вместе образовывало бурлящий котел, в который Бертраму Хогу не повезло окунуться, едва только он сошел с баркаса в новиградской гавани.
Они вышли к большой базарной площади, в центре которой расположились многочисленные крытые ларьки и торговцы-лоточники. Торговля шла оживленно, однако и здесь чувствовалось какое-то напряжение. Мальчуган уверенно шел через толпу, чему способствовала его жутковатая физиономия, от вида которой горожане шарахались в стороны. Направлялся он к каменным зданиям, окружавшим площадь, в которых, судя по вывескам, вели свою деятельность различные специалисты. Брадобрей, заклинатель, организатор оргий, компания наемных грузчиков, ловец животных — Хог мог читать по замысловатым вывескам, которыми были увешаны стены. Но сейчас многие окна были закрыты наглухо — тревожное следствие тревожных событий.
Бертрам заметил движение в толпе, острый глаз тотчас зацепился за фигуру, разительно отличающуюся от остальных горожан. Она приближалась к нему, приветственно размахивая огромной лапищей.
- Бертрам Хог, хмурая рожа! Здравствуй! - улыбку на лице Гузлада Скаланди разглядеть было сложно из-за черной, квадратной бороды, в которой утопала нижняя часть его лица; а глаза его не улыбались никогда.
Гузлад подошел и протянул руку. Это был крупный, если не сказать здоровенный, похожий на медведя, мужчина лет за сорок. Несмотря на возраст, волосы его были цвета дегтя. Он был дорого одет: бархатный дублет цвета пепла, серебряный пояс и перевязь, короткий черный плащ на левом плече, высокие сапоги, ставшие модными в последнее время. Хог запомнил этого человека совсем не таким. Однако вряд ли тот разучился делать то, что у него получалось лучше всего — убивать. Двуручник, висевший на плече, и стальной нагрудник, поблескивающий под одеждой, лишь подтверждали это предположение.
Скаланди был родом откуда-то с юга. Он мало говорил о прошлом, но Бертрам знал, что тот воевал с нильфами едва ли не с отрочества. Больше двадцати кровавых лет он провел, сражаясь и отступая. Эббинг, Метинна, Назаир, Цинтра. И, наконец, Содден, где они вместе с Хогом стояли плечом к плечу, наконец положив конец победам нильфгаардского оружия. Гузлад был хороший солдат. Но кто знает, как сильно он изменился?
- Я высоко поднялся, Бертрам, - начал он, чуть приглушив свой раскатистый бас. Непонятно было: оправдывается он или бахвалится. - Какими судьбами тут, в Новиграде? И что с твоим слугой?

Отредактировано Гуго из Цинтры (Сегодня 01:59:28)

+1


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава I: Время перемен » Новиградский таблоид