Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Помни

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Время: 1 августа 1264
Место: дорога на Вызиму, Темерия.
Действующие лица: Беате Фрей, Койон
Описание: Они в пути уже неделю. Он считает, что допустил ошибку и кровь последней жертвы бестии пролилась из-за этого. Она винит во всем случившимся бестию, хочет, чтобы та мучилась и после смерти. Он смотрит вперед, выстраивает маршрут. Она постоянно оборачивается назад, думает о всем, что осталось позади. Раны на его теле почти зажили. Она каждую ночь просыпается со слезами на глазах, в попытке подавить крик ужаса. Рано или поздно им придется сесть и поговорить обо всем, и чем раньше это произойдет, тем лучше.

Отредактировано Койон (2018-01-21 03:16:51)

+2

2

[indent=1.0]Опустошение. Дыра где-то внутри, сквозь которую проносится всё, что происходит вокруг. Как долго это происходит? День? Неделю? Месяц? Даже время превратилось в тянущуюся массу, перестало делиться на привычные дни и ночи. Оно проходит мимо Беате, вместе с полями, лесами, кустами и деревьями, вместе с дорожной пылью и размеренным стуком лошадиных копыт.
[indent=1.0]Нетрудно догадаться, почему она так себя чувствовала… Терять близких людей всегда очень больно, особенно, если ты этого не ожидал и морально к этому не готовился. Грубо, резко, неожиданно и очень болезненно – вот так проклятый монстр отнял у неё отца. Она вспоминала о том, как после смерти матери ей хватило сил взять всё в свои руки… Потому что чувствовала ответственность за папу, именно его присутствие придавало ей сил. А сейчас… что сейчас? Всё пропало. Ничего не осталось. Родные места, родная аптека – всё это ушло.
[indent=1.0]Она любила дядю и кузину – они были добрыми людьми. Но разве могут они заменить то, что было для неё родным с самого детства? Кроме того, они уже давно живут в городе – наверное, там всё как-то по своему происходит, и Беате наверняка не сможет там освоиться. Ощущение страха перед неизвестностью пугало её и заставляло вздрагивать каждый раз, когда она об этом задумывалась.
[indent=1.0]Светлые волосы спутались – как глупо, из-за всего этого она даже потеряла желание их расчесывать. Всё кажется таким однообразным, таким ничтожным. Иногда девушке удавалось словно бы впасть в забытье – она стеклянным взглядом смотрела куда-то вперёд, на дорогу, отключала свои мысли, но была это уже не Беате. Это было какое-то потерянное существо, пустоголовая кукла.
[indent=1.0]Даже аппетит пропал – приходилось запихивать в себя те небольшие кусочки хлеба, которые влезали. Совсем немного – иначе к горлу подступала неприятная тошнота. "Нельзя, нельзя так… Папа наверняка не хотел бы, чтобы я превратилась в то, чем сейчас являюсь."
[indent=1.0]И мысли вновь шли по кругу, возвращались к моменту, когда она узнала о смерти папы. Она снова вспоминала детство, вспоминала маму, вспоминала, какой сильной была тогда, когда лишилась её. Где всё это сейчас? Неужели действительно ничего не осталось? Казалось, замкнутый круг одних и тех же мыслей разорвать невозможно...
[indent=1.0]Какой-то жук сел Беате прямо на кончик носа, и она резко смахнула его с лица. Насекомое заставило её вылезти из своей внутренней «раковины» и обратить немного внимания на окружающий мир.
[indent=1.0]- Койон… Нам долго еще ехать? Эти места мне незнакомы… - вяло и тихо проговорила девушка, обращаясь к ведьмаку. Места действительно были ей незнакомы – наверное, потому, что она всего несколько раз в жизни ездила к дяде в Вызиму, и было это довольно давно. И было это вместе с папой… Ну вот, снова эти мысли о потерянном. Она попыталась найти хоть что-то хорошее в данной ситуации… Например, её сопровождает Койон. Он казался ей храбрым и сильным – хорошо иметь таких знакомых. "Наверное, все ведьмаки такие. Они же чудовищ убивают… Разве можно хоть чего-то бояться, когда ты убиваешь монстров?..."
[indent=1.0]А еще он, похоже, был добрым. По крайней мере, он согласился сопроводить Беате в Вызиму. Ведь ему же приходится тратить своё время на это…

+2

3

Жизнь состоит из взлетов и падений. Сегодня ты нашел кошель с тысячей крон, а завтра бандиты сожгли твой дом и размозжили череп твоей единственной дочери. На следующий день ты можешь взять вожжи и повеситься, а можешь вступить в ряды добровольцев и защитить свою отчизну от иноземного захватчика. И всего этого может не произойти, если неудачу потерпит кто-то другой.
И победа, и провал ведьмака влечет за собой только один исход - смерть. При удачном стечении обстоятельств, погибнет чудовище, в противном случае - невиновный. Неделю назад ведьмак из Повисса потерпел неудачу, которая привела к гибели одного хорошего человека и разрушению целого мира для другого. Смерть злополучной упырицы не могла этого изменить, служила очень слабым утешением. Правое запястье пульсировало от боли. Еще одно напоминание о том, что он не контролировал ситуацию с самого начала и поплатился за это. С другой стороны - Син, верный конь, с которым Койон прошел через множество передряг, в седле которого умастилась маленькая, хрупкая Беате, девочка без отца, без дома. Одна против целого мира - в Вызиме их Пути разойдутся, и ведьмак, ставший для девушки оплотом старой жизни, оставит ее одну. Ради ее же блага! Даже если ей самой эта мысль не понравится и она начнет упираться и просить ведьмака взять ее с собой. Жизнь в пути полна ужасов и рисков, а Кот, честный и через чур правильный для представителя своего цеха, дал обещание доставить Беате в Вызиму, где она будет в безопасности. И обещание это, в силу своей чрезмерной ответственности за сохранность чужой жизни, он собирается выполнить.
День уже близился к закату, через пару часов совсем стемнеет и нужно будет вставать на привал. Ехали в тишине с самого утра - не было необходимости что-то говорить или разбавлять обстановку, не сейчас. Неожиданно, во всяком случае для Койона, первой тишину нарушила Беате. Зеленоглазый почти минуту тянул с ответом, не сбавляя шага, за поводья ведя коня следом. Ответил он не поворачивая головы:
- Три, максимум четыре дня, - голос его, из-за длительного молчания, неприятно скрипел. Ведьмак откашлялся, повернул голову. - Расскажи мне о своем дяде. Кто он, чем занимается? - он преступно мало знал о тех людях, к которым они сейчас направлялись. Они могли быть хорошими людьми, прямо как Халворсен, а могли... Нет, не могли, иначе он бы ни за что не отправил к ним свою дочь и предпочел бы, чтобы она осталась в родной деревне или смогла сама выбрать свой путь, как только оправилась бы от потери.
Забавно, но он, ведьмак, привыкший путешествовать в одиночестве, презираемый людьми только за то, что был отнят у родителей и смог пережить так много, привязался к этой светловолосой девице. Вопреки тому, что весь прошедший месяц они практически не пересекались, а общение их сводилось к двум-трем общим фразам. За последнюю же неделю... что ж, его очень тревожили кошмары, которые снятся девушке и от которых они затемно просыпается со слезами на глазах, чудом сдерживая крик. Тревожила его и болезненная бледность, с каждым днем проявляющаяся все сильнее. Былая красота и жизнь покидали ее. С этим нужно было что-то делать, иначе семья Фрей может перестать существовать вовсе. Самый быстрый способ, известный ведьмаку - воздействовать с помощью гипноза и приглушить или полностью перекрыть воспоминания о том дне. Но этот способ и самый опасный. Койон повернул голову в сторону дороги, стараясь скрыть читающиеся в глазах мысли. Нужно что-то решать. И быстро.
Конь протестующе заржал и замедлил ход. Кажется, привал сегодня наступит чуть раньше.

+1

4

[indent=1.0]А ей даже чем-то нравилось ехать на лошади. Поначалу, правда, это давалось с большим трудом – ведь в родной деревне она каталась на коне очень редко, и то с помощью отца или каких-нибудь соседей, которые иногда брали девушку с собой на прогулки. И ноги жутко болели, и было совершенно непонятно: как можно путешествовать на лошади днями, неделями?...
[indent=1.0]Но теперь, по крайней мере, сидеть в седле было не больно. Пытаясь отвлечься от плохих мыслей, Беате задумалась: будет ли у неё когда-нибудь своя собственная лошадь? И если будет, как она её назовёт? Как коня назовёшь, так он и поедет… "Если это будет кобыла, то я обязательно назову её Стрелой." - подумала светловолосая, вспоминая, как в детстве каталась на соседской лошади, которую звали точно также. Быстрая, как стрела!
[indent=1.0]Дядя… Что ж, он был неплохим человеком. Отец рассказывал о нём только самое лучшее – и никогда не упоминал о его неудачах, будто бы их и вовсе не было. Такое сложилось впечатление у девушки, даже когда она видела дядю, тот всегда был уверен в себе, рассказывал кучу интересных историй с таким рвением, как будто всё это происходило с ним. Но самое главное – то, о чем папа упоминал чаще всего, - это «чуйка» прирождённого торговца. Казалось, что отец даже завидовал своему брату в этом плане, хотя всеми силами пытался это скрыть.
[indent=1.0]- Он торгует разными вещами… - она задумалась, размышляя, как лучше описать занятие дяди, чтобы было более понятно, - Находит то, что можно купить дешево, а продать дорого. И всегда чувствует, на какие вещи цена поднимется, а на какие – упадёт. Папа говорил, что он родился за прилавком… - она попыталась улыбнуться, но вышло как-то криво и неуверенно. Показалось, что лицо уже разучилось улыбаться, и мышцы откликались с большим трудом. – Он хороший человек. Никогда не видела, чтобы он жадничал или смотрел на других сверху вниз. – как-то совсем не находилось слов, чтобы в красках расписать образ дяди. Наверное, потому, что и настроение было совсем не красочное.
[indent=1.0]Ощущения после этого маленького диалога остались смешанные. С одной стороны было чувство, как будто бы девушка заново научилась разговаривать. Ощущение, словно её выдернули со дна какого-нибудь пруда и дали глотнуть свежего воздуха. С другой стороны – к чему эти разговоры?... Разве могут они изменить хоть что-то? Две половинки Беате спорили между собой – одна стремилась провалиться в небытие, а другая пыталась этому противостоять. И что из этого правильно? Чувствовать боль и пытаться с ней бороться, или же не чувствовать совершенно ничего и просто «умереть» душой…?
[indent=1.0]- Ты весь день на ногах… - пробормотала Фрей, буквально заставляя себя разговаривать, - Может быть, нам стоит немного отдохнуть? – говоря «нам» она имела в виду Койона, потому что он хотя бы делает что-то полезное и тратит на это силы, в отличие от неё самой. - Скоро стемнеет. Кажется, даже конь устал. Не поверю, что ты всё ещё не хочешь сделать привал. - и снова она пытается быть живее. Что ж, попытки - всяко лучше, чем совсем ничего не делать. Однако мысль о предстоящем сне немного настораживала... Для Беате вечера превратились в увлекательное соревнование с самой собой, под названием «Как избавиться от навязчивых мыслей и заснуть», а затем «Как не проснуться посреди ночи в слезах и с жутким чувством страха и безысходности»…

+1

5

Он неплохой человек. Во всяком случае, не хуже тех, с кем приходилось сталкиваться Койону за все время, проведенное в пути. И это хорошо. У девушки нет шанса снова чувствовать себя счастливой - точно не сейчас, но такой человек сможет помочь ей чувствовать себя нормальной, ничем не выделяющейся из толпы, с ворохом проблем, от которых порой хочется взять в руки вожжи, но при рассмотрении людей вокруг сразу отложить обратно - раз они живут со своими проблемами, то почему я так мучаюсь? В Вызиме, темерском городе возможностей, со временем все станет хорошо. Если они доедут. Когда они доедут, разумеется.
- Неплохая мысль, - согласился ведьмак, замедляя шаг. К собственному удивлению, за эти сутки он действительно устал больше обычного. Или это все было мощнейшим самовнушением, чтобы хоть как-то оправдать остановку в столь ранний час - относительно всей прошедшей недели - помимо упрямства Сина, который таким образом просто желал показать свой характер. Или это один из тех удивительных случаев, когда животное каким-то неведомым образом отражало настроение своего хозяина. В любом случае, они встают на привал здесь и до самого утра никуда не двинутся. Если никакие обстоятельства не вынудят их изменить свое решение.
***
Солнце еще не скрылось за горизонтом, а спальные мешки были разложены, костер был разведен, а скромные запасы еды выложены на траву. Они, ведьмак и сирота, сидели по разные стороны костра: она полностью ушла в созерцание куска черного хлеба у себя в руках, он же смотрел на нее, поглощенный внутренним противоречием относительно своих действий. На одной чаше весов - спокойствие и душевный покой Беате, который он будет в состоянии обеспечить при должной концентрации, а на другой - самосознание, принятие неизбежности смерти всех и вся, даже своей собственной. Жестокий урок судьбы, способный сломить даже самого стойкого. Кот знал об этом слишком много. Не так давно юная Цирилла, будущая ведьмачка и головная боль всей крепости Каэр Морхен, предсказала ему смерть от двух зубов.
Но его смерть девушке увидеть не удастся - уже через пару дней они расстанутся в Вызиме и вряд ли их пути когда-нибудь пересекутся вновь. И все будет хорошо. Обязано быть хорошо. Тихое, безоблачное небо обещало такую же тихую ночь. Сегодня должно быть полнолуние. Со всем своим мистическим знаменованием, ему можно было использовать в личных целях.
- Все, что происходит под кровавой луной, остается у кровавой луны, - неожиданно произнес ведьмак, бросив в костер пару веток. И хотя до восхода луны еще оставалось несколько часов, это ничего не меняло. Остекленевший взгляд его спутницы стал осмысленным, она будто пробудилась от крепкого сна, но еще не до конца понимала, где находится и о чем с ней пытаются разговаривать. Говорил он как будто отрешенно, сам с собой, но старался донести каждое слово. - Так говорят на Севере. Хороший способ скоротать время или узнать получше своего спутника. Мы можем спокойно, без спешки поговорить. Задать интересующие вопросы. А утром как ни в чем не бывало продолжить путь.
Койон поднял бурдюк с водой, смочил горло несколькими глотками. Протянул его Беате.
- Хочешь начать?

Отредактировано Койон (2018-02-28 21:42:36)

+1

6

[indent=1.0]Вот и он, долгожданный привал. Или не совсем долгожданный... Да, скорее всего, вообще никакой. Но ведь нельзя так мучить своего спутника, каким бы сильным и выносливым ведьмаком он ни был. Всем нужен отдых. И даже лошади нужен. Поэтому Фрей сейчас молча сидела у костра, сжимая в руке кусок хлеба, и периодически словно «зависала». В какой-то момент она подумала: Возьми уже и съешь этот хлеб! – но эта мысль больше напоминала одинокого человека, утопающего в бесконечном море и молящего о помощи. Только помощи-то ему ждать неоткуда – он ведь совсем один, да ещё и тонет.
[indent=1.0]Так и утонула эта мысль в море апатии, смешанной с глубокой печалью. Слишком велик перевес на стороне подступающей меланхолии.
[indent=1.0]А огонь... Он убаюкивал. Тихое потрескивание было приятно на слух, и к телу вдруг поступила такая странная, но манящая усталость, окутывающая, словно мягкое шерстяное покрывало. Она так и принуждала просто взять и забыться... Забыться. Уйти от всего, что на душе. Уснуть и не проснуться. Не проснуться... – придя к этой ужасающей мысли, Беате прижала свободную ладонь ко рту – как будто бы сама себе запретила говорить что-то очень-очень плохое. Все эти ощущения – обман, она знала это. Стоит сомкнуть веки, и мрачные тени в её душе тут же выйдут на охоту, почуяв страх. Свяжут по рукам и ногам и потащат прочь от мира прекрасных снов, прочь, в страну кошмаров и жутких видений, от которых просыпаешься в холодном поту.
[indent=1.0]Девушка резко подняла голову, услышав доносившийся издалека звук – где-то запела птица. Точнее, выдавила из себя несколько звуков, и тут же затихла. А затем снова запела. И снова затихла. Не все птицы поют на рассвете или днём – есть и те, кто поёт свои песни в сумерках. И иногда их голоса даже красивее, чем у дневных. Возможно, интуитивно этот звук натолкнул Беате на что-то, или же просто вытянул её из того моря печали, в котором она сейчас тонет. Но факт остаётся фактом: едва заметно нахмурившись(неужели хоть какая-то эмоция проступила на её лице?), она запихнула кусок хлеба в рот целиком, набивая щёки и усердно жуя.
[indent=1.0]Я видела душевнобольных. Я не хочу стать, как они. – подумала Фрей, взглядом пронизывая костёр. И всё-таки, бороться было тяжело. И победа в этом маленьком сражении ещё не означает победу в войне.
[indent=1.0]Койон заговорил – и это было очень вовремя, потому что девушка как раз успела проглотить хлеб. И если бы не ведьмак, её разум бы вновь нырнул в море печали, которое заполняло пространство черепа...
[indent=1.0]Сперва она не совсем поняла, что он имеет в виду. Вяло подняв голову, девушка уставилась на него остекленевшим взглядом, сквозь который, однако, понемногу пробивался интерес. Снова немного «зависнув», Фрей не сразу среагировала на бурдюк с водой, который ведьмак протянул ей, но затем вдруг резко кивнула головой и протянула руку, трясущейся ладонью обхватив сосуд и сделав несколько глотков.
[indent=1.0]Конечно, было множество вещей, которые она хотела бы у него узнать. Если покопаться в голове, можно найти целый список вопросов. В её родной деревне всякие слушки ходили о ведьмаках, и приходилось самой решать, верить этим вещам или нет – ведь настоящего ведьмака под рукой не было, чтобы у него всё разузнать. А те, что очень редко посещали деревню проездом, были не особо разговорчивыми. И уж точно не стали бы тратить своё время на глупую девку.
[indent=1.0]- Да, я бы хотела... – пробубнила Беате тихим и немного охрипшим от долгого молчания голосом, - Наверное, тебе покажется смешным... – она замялась, а голос постепенно приходил в норму, - только ты не подумай, что я верю всему, что говорят. Просто интересно. – смущённо опустив взгляд, Фрей, наконец, озвучила вопрос: - А это правда, что вы пьёте ядовитый эликсир, и для того, чтобы выжить, разбавляете его кровью девственниц? – кривая улыбка промелькнула на её лице, потому что самой Беате казалось асбурдным то, то она сейчас сказала. Но вдруг?! – А чародейки купаются в крови девочек, чтобы быть вечно молодыми и красивыми... – это было сказано уже тише, но в безмолвии, повисшем у костра, всё равно было слышно. Фрей подняла голову и посмотрела на Койона взглядом, полным смущения и одновременно сожаления. Но она ничего не могла поделать со своим любопытством.

+1

7

Наверное, тебе это покажется смешным. Фраза, которая может означать что угодно и, как правило, это что-то не очень смешное. "И очень зря. Народная молва редко врет. Приукрашивает и путает, но не врет". При всей своей снисходительности и любви к роду людскому, Койон порой ловил себя на мысли, что все чаще начинает резко реагировать на любую глупость - пусть даже невинную - сказанную о нем или другом убийце чудовищ. Кот стареет, не иначе. И вместе со "старостью" приходит любопытство, но любопытство такое, что вместо вопроса "в чем дело?" хочется спросить "ну что там опять стряслось?". И от того становилось спокойнее, когда ведьмак поймал себя на мысли, что его интересует - в чем дело? Последовавшее после оправдание добавляло комичности тому ожиданию, которое сейчас испытывал ведьмак. Ему действительно было интересно, о чем же таком говорят и во что не верит его молодая спутница.
Койон широко улыбнулся, без притворства или обмана, отпил из бурдюка. К чему-то подобному он был готов, но в то же время вопрос отчасти стал для него неожиданностью. В любом случае, с главной задачей он справился, посему не имело значения был он готов или нет. Любопытство, смущение и снова любопытство, отразившиеся на лице Беате, были хорошим знаком. Своеобразной наградой для ведьмака.
- И да, и нет, - уклончиво пожав плечами, Койон протянул девушке немного вяленого мяса в дополнение к хлебу. В самый раз для ужина на опушке леса. - Мы пьем эликсиры, приготовленные из ингредиентов разной степени редкости, но я не помню ни одного рецепта с кровью девственниц. И да, почти все наши эликсиры смертельны для людей, а у нас вызывают различные... последствия. Такого близкого знакомства, чтобы что-то утверждать, у меня не было, но мне кажется, что они используют магию в любых ситуациях. И чужая кровь им для этого не нужна.
Правила игры требовали, чтобы сейчас свой вопрос задал инициатор всего действа. Чтобы все было честно. И чтобы бледная Беате Фрей пробыла в "этом" мире еще недолго.
- Моя очередь, - с каждой секундой становилось все темнее, их костер становился единственным источником света до тех пор, пока на небе не появятся первые звезды. Сквозь пламя на девушку смотрела пара желтых глаз, хищно мерцавших в свете пламени. Для себя Кот давно решил, в какую игру он решился играть и какова будет ставка в случае проигрыша, но переходить к действию от этого было не легче. В лучшем случае одна ошибка вернет их к тому, с чего они начали, а в худшем...
Ведьмак подкинул еще пару веток.
- Честно говоря, я не привык к компании. Редко кто согласится путешествовать с ведьмаком, если только это не тракт, на котором засело невиданное страховидло. Не принято это, что ли. И мне интересно, почему ты согласилась бросить привычную жизнь и уехать с незнакомцем? Почему не попросила помощи у знакомых - они бы не отказали тебе в нужде? Я ведь не благородный рыцарь в сияющих доспехах из красивой сказки, а совсем наоборот. И дорога наша может закончиться далеко от Вызимы. Так почему ты здесь, Беате? - после долгого вступления, Койон наконец озвучил свой вопрос.

+1

8

- Магию... – прошептала Беате сама себе. Она боялась магии и совсем её не понимала, поэтому могла лишь воображать, каким же образом вслед за взмахом ладони может загораться пламя или замерзать вода. Как получается, что ведьма, которой уже за 90, выглядит сочнее и привлекательнее здоровой деревенской девицы? Всё знание Фрей держалось лишь на стереотипах простых людей, которые, как известно, чаще приукрашивают, чаще додумывают что-нибудь. Обычно что-нибудь плохое. Потому что у  малообразованных простолюдинов бывает только два варианта отношения к вещам, которые недоступны их пониманию: или бояться, или боготворить. Раньше Беате боялась. А сейчас она была полностью опустошена, так что не испугалась даже столь пристального и пугающего взгляда необычных глаз Койона.

Девушка провела ладонью по пыльной земле, воображая, как по мановению  могли бы взмыть в воздух камешки, если бы Фрей тоже была колдуньей. Хорошо магам, наверное. Их боятся и уважают, а ещё они всегда красивые... Не надо задумываться о будущем, когда у тебя есть магия. Можешь делать всё, что захочется. – так казалось, потому что Беате особо не углублялась в проблемы чародеек и чародеев, которые у них наверняка были, как и у простых людей. И даже похуже. Чем сильнее и влиятельнее ты становишься – тем сложнее становятся и твои проблемы.

Она вновь подняла глаза на Койона.
- Так хотел папа. – глаза вдруг застелила пелена слёз, от чего они заблестели ещё сильнее в свете костра, - А я... – она вдохнула глубже, чуть содрогнувшись, - А мне уже и не страшно, - голос дрожал и звучал тихо, как будто бы Беате вот-вот разрыдается, однако этого не произошло – она держала себя в руках, изредка вздрагивая, - Даже если сейчас какой-нибудь упырь за вон теми деревьями, - она ткнула пальцем в случайное дерево где-то за спиной Койона, - следит за нами и ждёт, пока мы уснём, чтобы нас съесть, мне всё равно не страшно. А ты, - она обхватила колени руками и положила на них голову, чуть склонив её набок, - ты совсем не кажешься мне пугающим. Извини, если это тебя обидело... – она горько усмехнулась, - Не знаю уж, как это у вас, - шмыгнув носом, Беате утёрла глаза тыльной стороной ладони, - Ты ведь мог просто оставить меня в деревне – и дело с концом. Но ты выполняешь просьбу папы. И... спасибо тебе за это. Он бы, - губы задрожали, и она вновь ощутила этот отвратительный ком в горле, который обычно наступает перед звучными рыданиями, - Он бы... – и она снова шмыгнула носом, и снова вытерла глаза, крепко сжав губы и стараясь не разреветься прямо здесь, - был безмерно благодарен... – Фрей хотелось сказать что-то более развёрнутое, понятное, но из-за дрожащего голоса и сдавленности в горле пришлось скомкать эту мысль до трёх слов. Она замолчала, не в силах произнести что-то ещё. Сосчитала до десяти, глубоко вдохнула, и, наконец, вымолвила: - Изви... – голос прервался на очередном рефлекторном, резком вдохе, -...ни. Из-ви-ни.

Беате уткнулась лицом в колени, чтобы Койон не видел её вновь распухшие глаза, губы, щёки... Почему-то сейчас ей отчаянно захотелось напиться, чтобы, хотя бы, заснуть и спать крепко, не видя кошмаров. Она резко схватила бурдюк и сделала несколько громких глотков воды.
Жаль, что это вода. Чертовски жаль. Да, Беате было всего 19, но она уже знала, что значит напиться до беспамятства. Лет в 17 она решила провести эксперимент над собой, и выдула приличное количество какой-то непонятной, но крепкой и приторно-сладкой браги, от чего вела себя совершенно неадекватно, и папа запер её в комнате, где она и заснула. Заснула после того, как битый час барабанила в дверь с криками «хочу танцевать», и периодически разговаривала с воображаемой подругой по имени Герда, которая, по совместительству, была куртизанкой. Наутро Беате ничего не помнила, в подробностях ей никто и ничего не рассказывал, но папа строго-настрого запретил прикасаться к спиртному.
- Давай теперь я, - голос снова прерывается резким вдохом, - спрошу. Первый: у тебя нет с собой чего-нибудь, - вдох, - покрепче? И второй: а ведьмаки пьянеют от спиртного? Ты ничего такого не подумай, я просто, - вдох, - хотела бы попытаться заснуть, да вот, - вдох, - незадача...

0