Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



La migliore offerta

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

• Время: 01 мая 1264 года
• Место: Нильфгаард
• Действующие лица: Кантарелла, Деррит аэп Лион
• Описание: если на небольшом мероприятии встречаются две воинственно настроенные личности, то диалога у них не получится. Тем более, если их манит одна цель.

Отредактировано Деррит аэп Лион (2017-10-18 21:09:05)

+1

2

Аукционы. Наверное, это одно из самых противоречивых и странных времяпровождения для любого жителя Нильфгаарда. В каком-то смысле, здесь, в окружении людей, всегда стояла напряженная обстановка. Каждый из гостей сего мероприятия предпочитал верить только себе, лживо улыбаться, бросаться деньгами и конечно же само утверждаться за счет таких «мелочей». Что на таком празднике мог забыть аэп Лион? Все было просто. Очень и очень просто, ведь одна миловидная особа, которая всегда была чертовски занята, уверенно скинула на него все увеселительные лавры времяпровождения в котле ненависти (как успел прозвать настоящее место Деррит), наверное, в счет мести.
Пребывая к назначенному месту в назначенное время, он не без зависти оценил всю красоту здания и его наполняющие внутри. Красиво обставленные комнаты, совершенная чистота, безмерное количество охраны, хмуро смотрящей на любого гостя – это создавало невероятное впечатление важности события. Пусть, по сути, довольно обыденного. Деррит, выдавая в себе первооткрывателя таковых мероприятий, с особым удовольствием глядел по сторонам и торчал ровно около столика с едой.
«Не будь бестактным и не стой около еды!», наставляла его одна особа, шипя словно змейка.
«Да-да», ворчал про себя Деррит, закидывая в рот виноград и пережевывая его не без усилий. Тот оказался чрезвычайно кислым, способным подкосить и сбить с ног любого. Вместе с виноградом, он предпочитал разбавлять своё время вином. Простым, далеко не самым вкусным в его жизни. Грех было жаловаться.
Именно поэтому Деррит не жаловался.
Поговорить с гостями ему удалось лишь несколько раз. Первый, когда к наполненному едой столу, подошла статная женщина, явно выдававшая всем видом, что особа она – чрезвычайно знатная и богатая. Руки её были увешаны украшениями, в тонкой шее красовались дорогие ожерелья, сверкающие драгоценными камнями. Женщина, шурша подолом черного платья с золотыми вставками, поинтересовалась о цели нахождения здесь нового лица, придирчиво оглядывая солдата. Выглядел он, конечно, не как на балу, но тем не менее старался не применять излюбленные компоновки одежды, как обычно. Ему помогла змейка, а в нарядах и камзолах, расшитых странными узорами, Деррит ощущал себя как идиот. Ответ на вопрос заинтересованной даме последовал немедленно, пусть и был скомканным. Она фыркнула в ответ, вновь шелестя подолом платья и удаляясь.
Второй раз его компанией стал странный, низкого роста мужчина, постоянно хаявший аукционы и все что с ними связано. Деррит поддержал, на что услышал добрый, понимающий вдох. А спустя немного времени собеседник убежал к жене, что мечтала выкупить на аукционе какую-то картину.
Солдату же потребовалось не мало времени, чтобы наконец-то устать от еды и вина. Покидая излюбленное ему место, он прогулялся по помещению, изучил висящие на стенах картины и задержался около одной, где был изображен удивительный пейзаж – высокие горы, верхушки которых покрывал снег. Под горами красовались зеленые ели, воинственно защищая красоту природы.
«Потрясающе… может тоже начать рисовать деревья, бревна и горы? Стану знаменитым художником, буду признан миром, деньги, женщины… хорошая идея, определенно», уже удаляясь от картины и размышляя, Деррит последовал в зал, где уже были расставлены стулья. К настоящему времени здесь еще не собрались все участники мероприятия, но некоторые места уже были заняты. Вспомнив, куда следовало сесть, как ему объяснили, он протиснулся между небольшими рядами, опустился на стул и выдохнул, глядя по сторонам.
По правую руку от него сидел тот самый низенький мужчина, что лепетал о жене и её любви к аукциону. А вот по левую руку восседала девушка, её он прежде не видел. Красивая, как успел отметить солдат. Даже скорее, словно очаровательная куколка. Он бестактно задержался на неё взглядом и только когда она сделала движение – тут же отвернулся, вновь углубляясь в изучение окружения.

+3

3

Аукционный дом, 22 апреля.
Утро, около 11 часов. Ясно.


[indent=1,0]У неё была чётко поставленная цель. Офирский ларец, инкрустированный слоновой костью. Когда Картия ван Кантен обходила залы с предоставленными в аукционе лотами, она быстро нашла его, не похожего ни на один другой. В мягких тонах, рельефный, он так и манил прикоснуться к себе. Слоновая кость в Нильфгаарде — большая редкость. Картия даже не знала, что это за кость такая - название напоминало ей какую-то сложную метафору. Наверняка это неофициальное название какой-то алхимической субстанции. Как пояснила чародейка-наставница, нужен ларчик был исключительно из-за этого редкого материала. Пояснила также, что он бесценный, торговаться нужно до последнего, если вдруг он кому-то пригодится. Правда пускать на эксперименты ларец невероятной красоты слишком уж кощунственно.
[indent=1,0]В самом деле артефакт этот обладал и некоторыми магическими свойствами, потому как прежде принадлежал одному далёкому чародею-алхимику, о чём Ассирэ прекрасно знала, но решила, что Картии эта информация ни к чему. Последняя же не умела чувствовать энергетический фон, потому ларец для неё был просто слишком эстетичным и дорогим расходным материалом типа серебра. Только теплее. Но она не хотела разочаровывать чародейку, а потому на всякий случай спросила организатора, когда в ближайшее время будут ещё присутствовать изделия из слоновой кости. Когда же тот напетушился и гордо заявил о том, что в этом месяце будет ещё целых три аукциона со слоновой костью, белоснежная улыбка сама наползла на личико хорошенькой Картии. "Зря госпожа Ассирэ переживала,"— облегчения она не показала, чтобы организатор с самого начала не завысил ставку, но теперь неудача не пугала её. Она постарается купить его, но плакать точно не станет, если вдруг потерпит неудачу - невелика потеря. Можно даже оценить другие лоты.
[indent=1,0]Из вежливости она поинтересовалась ещё какими-то мелочами — популярностью торгов, сегодняшними гостями. Скоро организатор познакомил Картию с художником-эльфом. Говорил тот мало и смотрел как-то равнодушно и свысока на всё, творящееся здесь, но на просьбу златовласой нильфгаардки рассказать о живописи мгновенно предложил экскурсию по картинам, выставленным сегодня на аукцион, а глаза его разгорелись удовольствием. Что же, у всех свои любимые темы для разговора. Картия не смыслила в живописи ровным счётом ничего, а потому всю экскурсию по коридору-галерее только кивала и поддакивала всё с той же улыбкой и отпускала неуместные комментарии, слишком легкомысленные. Конечно, она аккуратнее подбирала бы слова, но предпочла оставить о себе впечатление, как об особе недалёкой — у всего города она должна складываться в один образ, чтобы избежать несостыковок, если её будут обсуждать. А её будут обсуждать.
[indent=1,0]— А эта тоже ваша? — поинтересовалась она. Картина очевидно отличалась по стилю от работ эльфа. Кажется, вопрос Картии даже оскорбил художника — тот сильно сконфузился и потерял былую радость в своих красивых глазах. Ей нравилось обижать людей (и нелюдей), оставаясь при этом невинной, незапятнанной — а чего взять с легкомысленной блондинки?
[indent=1,0]— Нет, это работа Роотэи, — после заминки сухо ответил он, — оригинал. Совсем разорилась, должно быть. Бедняжка. В наше время наконец платить начали за талант,— Картии не были интересны его отношения с художницей, но его ответ достаточно заинтересовал. В её доме висело множество таких вытянутых пейзажей с причудливой фактурой. Кантарелла не разбиралась в картинах, но эту она должна была тоже купить. На свои деньги, конечно, а не на те, что ей выделила чародейка. Отец Картии коллекционировал прежде картины Роотэи.
[indent=1,0]Вы не подумайте, что ван Кантен отдавала дань своему бесценному папашке, сгинувшему два года назад. Она давно приценивалась. Картины мозолили ей глаза. Но всем ведь известно, что коллекция стоит на порядок дороже, чем картины по-отдельности. Эльф повёл её дальше, а она едва успела прочесть название. "Холодное утро", - гласила табличка. Несколько раз она про себя повторила это название, чтобы оно точно отложилось в голове.
[indent=1,0]- О, Картия, как я рад встрече, - сухо заметил лысеющий тощий нильфгаардец, который шёл навстречу. По его лбу казалось, что ему за тридцать. По рукам - за шестьдесят. Он хотел бы развернуться, уйти за угол, провалиться сквозь землю, чтобы только не общаться с блондинкой, но обстоятельства не позволяли. Ему пришлось с ней заговорить, и Кантарелла знала, что он рад встрече только на словах. Это был брат её отца, которому по наследству, - увы и ах! - не досталось ни флорена. Его мускул под правым глазом дрогнул, а поза говорила о его нежелании долго беседовать с Картией, это даже простой землепашец почувствовал бы. Но Картия снова обаятельно заулыбалась и закивала. Мускул мужчины снова дрогнул.
[indent=1,0]- Дядюшка, как я рада вас видеть! Прошу меня извинить, сэр...- она нарочно запнулась, демонстрируя свою плохую память. Конечно, игра. Даже зерриканские имена не вызывали у Картии ровным счётом никаких трудностей. Но эльф назвал своё имя, а она его глупо повторила и склонила голову на бок, виновато хлопнув глазками. Эльф закончил свою экскурсию и, сложив руки за спиной, удалился. Картия снова обернулась к дядюшке, у которого не получилось убежать от разговора. И Кантарелла защебетала о погоде и обо всяких глупостях - моде, заморских деликатесах, новых скульптурах и ремонте на чердаке с использованием самых современных технологий. Обо всяких дорогих глупостях. Она не любила разговаривать, но тут грех было не воспользоваться случаем. Он бы лопнул от зависти, но нашел в себе силы поскорее завернуть к основному залу со стульчиками в 8 рядов и большой областью для стоячих мест. По именам в списке им выдали таблички с номерками, как раз согласованных с сидениями. Разумно - он надеялся скорее расстаться с нею, пройдя на своё место. Людей тут почти ещё не было, но на прощальный кивок мужчины Картия с охотой махнула ручкой и, радуясь скорому избавлению от неприятной компании, пошла к своему месту. "Кажется, я сильно попортила ему настроение!" - она была счастлива. Искренне.
[indent=1,0]Какое-то время она одна сидела в ряду, погружённая в глубокие размышления, точнее вычисления. Хитрые, непростые вычисления. Она не была великим математиком, но соображала быстро, а потому пыталась более или менее правдоподобно прикинуть, сколько выгодно отдавать за то самое полотно, а сколько - выходит за рамки разумного. Трижды её сбивали со счёта. Сначала мужичок-простачок пробирался через неё к своему месту, хотя мог бы просто обойти ряды и сесть на своё место с другой стороны; потом сзади её окликнула какая-то нервная особа, которой, дескать, плохо видно было, что творится впереди. Намёк на свою причёску Картия проигнорировала, но с самым дружелюбным тоном посоветовала женщине в таком случае снять свою шляпу.
[indent=1,0]В третий же раз её отвлёк от вычислений настойчивый взгляд справа. Она не заметила, как появился там мужчина, но взгляд буквально прожигал её белую кожу. Она хлопнула ресничками и перевела на него совсем короткий взгляд. Достаточный, чтобы она запомнила его физиономию, но недостаточный, чтобы воспринять взгляд за бестактность. В тот же миг её попросил подняться кто-то из охраны. Изумление на её кукольном личике выглядело особенно хорошо, но она без лишних вопросов поднялась и скоро предоставила сумку для досмотра, едва только охранник об этом заикнулся. Он спрашивал о содержимом в склянках, на что она очень живо ткнула пальчиком в бумажки - видимо, справки от доктора. Ещё и похлопала ресничками и мимолётно отвесила комплимент охраннику. Тот обомлел перед её взглядом и потерял боевой настрой, пожелав удачных торгов. Она вернулась на прежнее место. Грациозно. Легко.
[indent=1,0]- Не знаете, скоро ли начало? - поинтересовалась она у мужчины справа очень тихо.
[AVA]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2017/10/d23921f866651227f064ef6400fb35b7.png[/AVA]

Отредактировано Кантарелла (2017-10-20 00:19:13)

+5

4

«Хорошо было бы, пройди весь этот аукцион разом, да разбредись все по домам», уже усталый, уже угрюмый и уже в панике ожидающий завершения всего мероприятия, Деррит разглядывал свои сапоги. Ему не нравилась та суматоха, что начала происходить, не нравились прибывающие люди и какое-то заведомо ужесточенное военное положение, что вводили на аукционах. Для него такие мероприятия были больше похожи на фарс и желание показать, что у кого-то было слишком много денег.
Уловив краем глаза движение, он повернулся. Девушка с кукольной внешностью поднялась с места, полностью передавая своё внимание охраннику, что крутился почти у каждой девушки с сумкой на здешнем мероприятии. Деррит лишь мимолетно проследил за происходящим, затем вновь вернулся к сапогам, устало опуская голову и сдерживая зевок.
Не знаете, скоро ли начало?
Незнакомый голос лениво выставил его за дверь от задумчивости и рассуждений. Не выдавая особого настроения, он просто пожал плечами, ясно говоря, что нет – в его распоряжении нет ни единой информации о том, когда вся эта постановка начнется. После выбранного действия, дабы показать отрицание, он лениво повернул голову, теперь уже наблюдательно отмечая важную мелочь: обращался к нему не кто-то забредший, а именно та девушка-куколка.
Вот теперь все могло быть не так плохо, как он планировал.
Не терпится начать всю суматоху? – вопросительно изогнув бровь, поинтересовался солдат, выделяя красивый наряд незнакомки.
Всё-таки все дамы высшего общества обладали некоторой схожестью. Точнее, свои видом. Они все были красивы, ухожены, невероятно обходительны при разговоре и скромны. Никогда, никогда нельзя было разглядеть в красивых глазках, что миленько глядели на тебя, всю суть созданий прекрасных. Например эта милая особа, что восседала рядом и интересовалась временными промежутками аукциона, очень сильно напомнила Дерриту женщину, с которой он провел слишком много времени, а вот буквально вчера все пошло коту под хвост из-за… ах да, из-за желания пойти наперекор власти. Он вновь вспомнил об этом, вспомнил о том, как до недавнего времени был раздавлен и вновь вздохнул. Но так, чтобы этого никто не заметил.
На его лице возникла улыбка, дабы скрыть всю усталость и хотя бы не разочаровывать своим занудством посторонних.
«Ну не все же они ядовитые», внутренний голос, тот самый, ехидный и гадкий (а Деррит ненавидел и любил его), подал знаки внимания. Солдат, в целом, спорить не хотел. Скорее наоборот согласился с тем, что рядом восседала красивое создание и уделить этому созданию толику внимания было бы совершенно не плохо. Было и было, верно!
Неужто такая молодая и очаровательная особа интересуется аукционом и его составляющими? Это же так скучно, – он оглядел платье и её саму, скорее убеждаясь в своих словах.
Аукционы – это скучно. В свои молодые годы (ну и пусть они были не так давно), Деррит ненавидел все эти напыщенные собрания напыщенных людей в напыщенных помещениях, где подавали напыщенное вино, напыщенную еду.
Некоторое используют помощь, дабы самим не посещать скучнейшие места. Это, к слову, помогает отлично экономить время. И тратить его в нужное русло. Или вас привело что-то очень ценное, что доверить никому вы никак не можете?
Он прищурился, припоминая, как аналогичный случай ему поведал один из здешних участников.

+3

5

Аукционный дом, 22 апреля.
Утро, около 11 часов. Ясно.


[indent=1,0]Мужчина, казалось, удивился её вопросу. Что, в свою очередь, отзеркалило изгиб брови. Разве не все здесь собрались, чтобы поскорее урвать свою долю и разойтись? Или ему так нравится сидеть среди добрых и не очень пижонов? Вот ей эти минуты (или уже часы?) знатно осточертели. Не сказать, чтобы ей было противно находиться в кругах высшего общества, но здесь все были волками друг другу. Ожидать удара с любой стороны. Быть готовым даже к чрезвычайным ситуациям. Возможно кто-то захочет выкрасть лот - Ассирэ говорила, он слишком ценный. Нужно обладать не дюжинным самообладанием, чтобы не терять лица, чтобы никому и в голову не пришло, что ты сейчас чуть ли не молишься, только б всё обошлось. Конечно, такие мероприятия очень полезны для таких, как она. Для тех, кому нельзя терять лица, кому обязательно всегда нужно быть в тонусе, кому всегда нужно притворяться. Но хотелось поскорее закончить этот фарс, прийти домой, выпить бокальчик Эст-Эста или Сангреаля, вытянуть ножки и счастливо сообщить чародейке, что ларчик уже у неё в руках, что на другой день утром он уже будет у неё дома.
[indent=1,0]Кантарелла незаметным движением головы постаралась избавиться от ненужных мыслей и поняла, что мужчина слишком долго на неё смотрит. Но ничего говорить не стала, только смущённо опустила свой взгляд и даже как будто залилась румянцем. Ещё один удачный жест, если хочешь показаться смущённой вниманием - коснуться пряди своих волос или начать перебирать что-то в руках, например, цепочку сумки. Что она и сделала. Тонкие пальчики несколько тревожно потирали звенья металла. "Пялится. Мужлан," - подумала она. Привыкла. Но не почувствовала себя оскорблённой таким вниманием. Что можно взять с солдата? Это же очевидно, что он куда скорее человек-вояка, чем аристократ. То, как он держится в костюме, как лежат его волосы и вьётся борода, как он пристально смотрит и как совсем не ухаживает за своей кожей - любая мелочь выдавала в нём человека, не слишком-то любящего находиться среди "волков". И чего тогда она удивляется? Его вопрос говорил исключительно о том, как ему не хочется, чтобы народа в помещении стало ещё больше, а она о глубоких мотивах уж начала размышлять, о масках, играх... "Иногда я сама себя удивляю своей наивностью."
[indent=1,0]Как бы то ни было, он не знал, сколько осталось до начала мероприятия, а больше её ничто не интересовало. Казалось бы, разговор исчерпан этим его вопросом, ясно разделившим их по интересам. Но он снова заговорил, что было некоторой неожиданностью для Картии. Не всякий мужчина осмелился бы с ней заговорить. Просто потому что она явно слишком хороша для таких, как он. "Или он конченный идиот, или его самооценка явно зашкаливает. Или тут что-то ещё?"- человеческая природа даже через сотни лет не будет разгадана. Никогда нельзя сказать, почему человек повёл себя так или иначе, даже если и имеется жёсткая логическая аргументация. Потому что человек сам по себе - нелогичное создание. Она снова подняла голову и хлопнула ресничками, глядя на него. "Что с тебя взять?"
[indent=1,0]- Отчасти вы правы, пожалуй, - отозвалась она наконец, снова сильно выпрямившись на своём месте, - на этом аукционе представлено очень много ценных лотов, и я пришла за одним из них. Хотя скучать здесь не приходится, - она заулыбалась мягко и слишком спокойно, словно бы ничто в этом мире не способно расстроить её, лёгкую и счастливую, наслаждающуюся жизнью, - например, я встретила здесь своего дядюшку. Мы давно с ним не общались, - от его прищура её бросило в краску. По-настоящему? Вряд ли.
[indent=1,0]- Ну а вы? Вы здесь, в этом "скучном месте" по чьей-то прихоти? Это варварство. Насилие. Как можно заставлять кого-то умирать от скуки? - она часто заморгала, почти флиртуя взглядом с мужчиной, - Картия ван Кантен,- она наклонила головку. "А, может, он намекал на меня? Подумал, меня прислали сюда, чтобы сэкономить время? Прост ли ты, как кажешься? Или просто хочешь казаться таким?"- мотивы чародейки Ассирэ сейчас прорисовывались не с самой красивой стороны из его замечания, однако же об этом она подумает не здесь, а дома, без посторонних глаз. Чтобы ничто не отразилось на её личике. А сейчас она просто сделает свою работу. Народу было всё больше. В суматохе многие начинали ругаться, кто-то рвался в первые ряды. Зачем? На то, чтобы осмотреть лоты у людей уже было достаточно времени. А названия можно было бы и запомнить. "Ах да, многие приходят сюда совершенно бесцельно, чтобы просто пошвырять деньгами и показаться на людях. Вечно забываю об этой отвратительной категории людей."
[AVA]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2017/10/d23921f866651227f064ef6400fb35b7.png[/AVA]

Отредактировано Кантарелла (2017-10-20 00:19:23)

+2

6

Деррит усмехнулся, принимая комментарий о встрече с дядюшкой несколько комично. Это и вправду было комично! Вот встретился он бы здесь со своим отцом, хрен бы ему, а не семейные разговоры. Началось бы излюбленное:
«Бестолковый, ты что тут забыл? Что, руки нечем занять?»
«Опять нашел причину таскаться за кем-то, потом напоганишь и в дом будут молотиться неизвестные мне люди или еще хуже – известные?!»
«Почему, почему под откос пошли два последних сына?! Почему Франциск и Теган не такие?»
А Деррит бы стоял и закатывал глаза, думая про себя «батенька, прекратите! Мои уши хотят кровоточить, а еще мне обидно, етить его в дышло!». Он живо, очень живо представил всю ситуацию, ощущая, как по спине пробежался холодок. Нет, вот с отцом встречи ему вообще не хотелось, потому что любая такая встреча – это моральное уничтожение и насилие над человеком. Слишком уж часто он слышал, какой безалаберный, безответственный и «как вообще такие сидят в «Наузикаа»?!». Деррит правда отдавал себе отчет о любом поведении: служба – это служба, а вот свободное время и все что с ним связано – это жизнь.
Но тем не менее, отца рядом не было (а чтобы в этом убедиться, он поглядел по сторонам и изучил новоприбывшие лица), что уже позволило вернуться к куколке.
– Болтовня – лучшее времяпровождение? А вот и нет, – устало пожимая плечами, он ухмыльнулся. – Особенно если встречать родственников…
Устало вздохнув, Деррит повернулся к соседу, что буркнул себе под нос что-то из рассказов о молодой и наглой молодежи. Он оглядел соседа с ног до головы, вопросительно изогнул бровь, давая тому понять, что греть уши, дело вообще не самое хорошее. По ушам можно было бы и надавать. Но говорить он этого конечно же не стал.
Пришлось в который раз возвращаться к куколке, что теперь уже успешно задала ворох вопросов, при этом представилась вполне себе приятным именем. Деррит уважительно кивнул в знак признательности.
– Знаете, наверное, я с вами соглашусь, – он почесал бороду. – Это насилие, варварство, пытка, совершенное зло. Однако да, вы правы, я здесь по чужой прихоти. Скажем так: не умею отказывать особам, которые что-то просят. Мне довелось родиться очень добрым, чутким и заботливым человеком, который всем помогает без угрызения совести. А потом обязательно сидит на аукционах и страдает, считая, что его окружает голодная стая волков.
Он улыбнулся, говоря все совершенно спокойно и честно.
– Правда вы, Картия, на волка не похожи. Скорее на овечку. Хотя может оказаться и так, что вы – волк, очень ловко прячущийся…
Дамы и господа! Просим всех занимать свои места, аукцион скоро начнется!
Деррит поднял голову, так и не договорив, наблюдая за аукционистом. Выглядел он весьма странно: высокий, подтянутый, при этом обладал удивительно странными усами, аккуратно подкрученными у самых кончиков. В дополнение к усам, удивляла и одежда, слишком вычурная и яркая, режущая глаз.
После сказанных слов, в зале стало заметно оживленнее. Всюду звучал шелест платьев, глухие шаги, периодически просыпался звук двигающихся по полу стульев. Такое оживление Деррита даже слегка напугало. Но он не забыл про Картию:
– Когда-нибудь я закончу начатое и скажу, как оно может быть. Но не сейчас, вдруг пропустим что-то очень важное, не так ли? – Деррит улыбнулся. – Деррит аэп Лион. И очень надеюсь, Картия, что мы не будем воевать на поле аукциона. А если и будем то…
Он подмигнул девушке, вновь возвращаясь к ожившему аукционисту.
Начало аукциона было весьма странное. Для начала собравшимся в доме пытались вручить ковер. За ковром последовала странная статуэтка толстяка, который вот-вот упадет в лужу. Все эти мелочи за ненормальные деньги скупила пожилая пара, радуясь достигнутому успеху. После толстяка, Деррит увидел лот, который заинтересовал его как вояку: щит, созданный одним из самых знаменитых кузнецов в Нильфгаарде. Это было удивительное приспособление для защиты, вот только… денег стоило куда больше, чем можно было бы за него отдать.
«Одуреть… я бы на эту сумму жил, не зная печали, и без этого щита», от удивления аж кривя лицо, он проследил за приобретающим лот. Девушка. Ну, определенно, щит ей нужен был, как новое платье.
Следующим лотом выступает удивительной красоты ларец, к созданию которого прикоснулись руки офирцев! Детальная работа, невероятно мягкие линии, а еще – невероятное количество тайн, спрятанных за его созданием, что может быть прекраснее? Это приобретение порадует любого, ведь оно не сколько очаровательно, сколько полезно!
Деррит приподнял голову, прищурился.
«Он? Он или нет?»
Он забыл, что ему требовалось приобрести. Но вроде бы именно этот самый ларец. Странный и далеко не красивый, как отметил солдат.
Начальная ставка составляет двадцать пять флоренов! – аукционист грохнул импровизированным молотком о столик.
А рука Деррита взмыла в воздух, как и полагалось в нынешних стенах.
Тридцать, прекрасное начало! Тридцать раз… мужчина в третьем ряду! Тридцать пять!
Деррит вновь поднял руку.
Сорок пять! Сорок пять раз… – рука аукциониста угрожающе повисла над столиком для удара молоточком, что верещал «лот продан!».
«Чего? Сорок, идиот, сорок это было!», на мгновение подумал Деррит… но он и догадаться не мог, что в эту сумму все не обойдется. Ларец требовался ему любыми способами. И денег у него было в достатке.

Отредактировано Деррит аэп Лион (2017-10-20 18:45:55)

+3

7

Аукционный дом, 22 апреля.
Утро, 11 часов. Ясно.


[indent=1,0]Сосед оказался не самым молчаливым. Может, какая-нибудь одинокая старушка обрадовалась бы компании молодого человека с развязанным языком, но Картия не считала себя одинокой, да и за старушку пока ещё себя не считает.
[indent=1,0]"Очень добрым, чутким и заботливым, значит? Все мужчины, похваляющиеся этим, идут домой со службы и избивают там свою жену,"- Картия не переменилась в лице вовсе, а словно бы смущённая улыбка всё так же украшала её губы, - "а потом идут к какой-нибудь любвеобильной особе, заключают её в объятия и ласкают так, как должно бы ласкать супругу. И как не должно,"-  а ведь она это знала не из слухов и не по книжкам, а исключительно на личном, пусть ещё совсем не богатом опыте. Ещё на той неделе его светлость Оликтерр подогнал ей аж 15 ларцов, полных жемчуга! И ни один из них, к сожалению, не был из слоновой кости. От этого сейчас его подарки казались ей особенно противными. "Тратят кучу денег не на дом, а в левый карман. Тратят кучу времени не на дом, а в правый карман."
[indent=1,0]Мужчина начал рассуждать о том, как выглядит Картия в сравнении с толпой, видимо, старательно отвешивая комплимент, который её мало впечатлил. Точнее совсем не впечатлил. Да ещё и был таким длинным, что ведущий аукциона успел прервать рассуждения. Картия не переставала держать губы в тонусе, изо всех сил проявляя свою доброжелательность. Наверное, она и правда выглядела не слишком-то умненькой особой, ведь без конца улыбается лишь тот, кто о жизни не думает совсем? Или, наоборот, думает слишком много?
[indent=1,0]Сосед всё же представился в ответ, хотя Кантарелла уже подумала, что тот плюнет на этикет ли просто забудет. Девушка даже и не расстроилась бы особо по этому поводу, меньше бесполезных имён - проще жизнь. Держать в голове этих одинаковых мужчин не доставляло ей труда, но утомляло и просто грузило голову. Зачем ей его имя? Его заискивающий голос и проявление лояльности? Его радушный тон нервировал, напрягал. Его взгляд, - так показалось Картии, - был полон грязи, низкой похоти. Он не достоин смотреть на неё, права не имеет. Почему он ещё говорит с ней? "Вы мне противны, Деррит аэп Лион."
[indent=1,0]- Аналогично. Будемте дружить,- мурлыкнула она. В этот раз Ван Кантен с трудом оторвала взгляд от его глаз.
[indent=1,0]Начался аукцион. Почему-то взыграли нервы. Кантарелла оправдывала себя тем, что это очень важное задание, что ей не нужны проблемы, что чутьё гласило: "будут конкуренты, держи ухо востро!", хотя сама себя недавно убедила, что ничего страшного не случится, даже если этот ларчик ей и не достанется. Причина-то крылась совсем в другом, чему рационального объяснения она найти не могла, а потому отказывалась даже думать об этом. Об этом мужчине справа.
Аукцион был долгим и скучным. Неудивительно, что его решили разбить на две части, между которыми полагался "обеденный перерыв". Хорошо, конечно, с какой-то стороны. Картия не любила сидеть на месте без дела и, тем более, скучающе слушать безвкусные истории о лотах с их якобы уникальными историями. Подняться с места и размяться, смочить горло простой водой было бы полезно, если бы только шкатулочку не подали в первой половине. В противном случае обед будет такой же бессмысленной тратой времени, потому что вроде как уже её цель будет формально у неё в руках, а ждать придётся окончания всего мероприятия, потому как раньше никого не выпустят, и лот на руки физически не выдадут. Пока же она наблюдала за тем, как один старик скупал все те вещи, которые по словам ведущего когда-то принадлежали чародеи, причём готов был биться за них довольно решительно. "А если я панталоны выставлю, ты и их купишь?"- она прищурилась и перевела взгляд на приятно выглядевшую женщину на пару рядов впереди. Ту интересовали всякие варварские штуки типа щитов и сабель, хотя Кантарлла ведь слышала с полчаса назад, как она обсуждала с супругом выставленное оружие на аукцион, называя рапиру копьём, например, что характерно говорило  о её знаниях в области. Даже Кантарелла, не увлечённая этой темой, хотела с удовольствием ткнуть женщину лицом в табличку с названием, но воздержалась в силу своего непорочного образа. Скупка "всего подряд" её смешила. Что же, покупать мусор, а потом возиться в нём, надеясь найти что-то ценное? Глупо, нерационально.
[indent=1,0]"А что здесь ищите вы, если не участвуете в борьбе за лотами военного дела? Неужели впрямь пришли по просьбе какой-то куртизанки?" - Кантарелла поймала себя на том, что думает о соседе, почём зря. Тряхнула головкой и в этот момент вдруг Деррит поднял руку, вливаясь в гонку за выставленным на аукцион... Офирским ларцом? У Картии даже кровь к щекам прильнула, но не от того, что она слишком долго разглядывала мужчину, а исключительно от злости на саму себя и на то, что слишком расслабилась и задумалась о присутствующих, забыв о своей основной цели. Она не спешила вписываться в гонку по набиванию цены, только видела, как аэп Лион расчётливо и спокойно показывает одним своим видом, что однозначно намерен заполучить лот. Её это не очень устраивало. Когда же его оппонент отступил, она тоже влилась в борьбу за слоновой костью, подняв руку вверх и совсем невинно поглядев на своего соседа, всем своим видом старательно выражая крайнюю досаду от того, что обстоятельства столкнули их в борьбу. Но ведь он уступит девушке? А если не уступит, ей придётся пересилить его деньгами, которых от Ассирэ у неё насчитывалось почти три сотни флоренов, бешеная сумма по сравнению с нынешней ставкой. Конечно, эта ставка может серьёзно вырасти. В крайнем случае придётся добавить из своего фонда в четыре сотни. Но это уж слишком бешеные деньги для какой-то коробочки, верно? Совсем же в крайнем случае ей придётся попросить его уступить, пожалуй, хотя разве по взгляду её этого не понятно?
[indent=1,0]"А если он не уступит? Что если?"- она словно случайно коснулась рукой его колена и тут же одёрнула руку, будто ошпаренная. Талантливая игра в робкую девицу. "Придётся действовать как обычно. Забрать его у него из его собственного дома... Лично. Тихо. Лучше б ты отдал его по-хорошему."
- пятьдесят,- озвучил голос, когда она подняла руку. Она подняла её и на второй, и на третий разы поднятия ставки. Ей. Нужен. Ларец. Ещё пять минут назад он не был ей так нужен, но проигрывать небритому сомнительному типу свой лот... Ну уж нет.[AVA]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2017/10/d23921f866651227f064ef6400fb35b7.png[/AVA]

+2

8

«Сорок пять, на сорок пять можно совершенно спокойно жить и без ларца. Нет, чем не жизнь? Прекрасная жизнь, просто потрясающая жизнь. Ларец, что, мать твою, в нем такого хорошего, чтобы так рьяно задирать руки?»
Деррит и вправду не понимал.
Даже не хотел понимать, поэтому почти на заученных движениях поднимал руку в воздух, уверенно слушая радостные крики аукционера, призывающего перебивать ставку. Солдату, который в целом довольно бережно относится с деньгами (исключая напитки тяжелых видов), это было в новинку. Люди, конечно же, любят показать свою достаточность, чем не прекрасная возможность выделиться из толпы и привлечь внимание?
Сам процесс «выкупа» лота казался глупым. Постоянно мелькали руки, а очень скоро в борьбу включилась соседка-куколка, что еще и коленку потрогала. Деррит обернулся на неё, удивленно развел руками в стороны.
Хрена с два, милочка, – язвительным шепотом отметил солдат сие положение, почти на последних моментах поднимая руку и выслушивая заветное «пятьдесят пять!».
Аукционист продолжал долбить молоточком, из битвы за ларец выбыл старичок, что уступил соревнование молодежи. И война разделилась только на две стороны: куколку и солдата.
Деррит же, как человек любящий внимание, был конечно же польщен прикосновению к коленке. Но тем не менее, если он и вправду отвлечется – его убьют в родном доме и чучело повесят где-нибудь в гостиной, ссылаясь на то, что он слишком часто велся за женщинами.
Семьдесят! – уже во весь голос верещал аукционист, краснея от такого воинственного настроения всех собравшихся.
Среди сидящих и наблюдающих за разгорающейся войной, люди начали оборачиваться на парочку. Кто-то удивленно качал головой, кто-то улыбался и не понимал, на кой ляд эта шкатулка так сдалась обоим, а кто-то с идеальным безразличием наблюдал за представлением, жалея, что под рукой нет хорошей закуски или выпивки.
Ставки повышались, руки постоянно поднимались, суммы достигнутые по итогам казались невероятными и ненормальными. Дерриту хотелось разрыдаться от этого. Это не было нормальным аукционом.
«Сраная шкатулка», постоянно носилось с его голове.
Не уступал солдат.
Не уступала куколка.
То, что творилось вокруг – было самым страшным сном Деррита, в особенности постоянное объявление цены, граничащей с волшебной.
Но всему суждено заканчиваться, верно? Деррит не был уверен в том, что проиграет, но когда понял, как именно закончились деньги – перестал бороться. Он не уступал, не отступал, но ему и вправду не было чем играться. Карманы и так уже были пустыми, а эта миловидная особа продолжала кидаться деньгами, словно бы сама держала неподалеку королевство и управляла им, снимая весьма внушительные доходы.
На сам проигрыш он отреагировал спокойно, выслушивая бешенный стук молотка и принципиально не глядя в глаза куколке. Даже так – Деррит не обернулся, а лишь спокойно поглядел на ларец, затем уже на аукциониста, что был красным словно бы спелое яблоко.
Это была прекрасная борьба, – краснющий поглядел на солдата и улыбнулся.
«Великое Солнце, да ты сейчас рухнешь без чувств», насмешливо подумал Деррит, сплетая пальцы рук и снисходительно улыбаясь.
Картия победила.
Деррит проиграл.
Это был самый бестолковый аукцион в его жизни, если бы в какой-то момент в первых рядах не разлетелся шепот. Кто-то вскрикнул, а сидящий почти у самого края старичок упал со стула. Аукционист вскрикнул, его помощница подлетела к гостю и попыталась перевернуть. На помощь подоспели другие участники аукциона, спешно перешептываясь и раздавая советы.
Даже Деррит позволил себе отвлечься на сие происшествие, правда вставать не спешил. Ему хватало того, что толпа словно бы окружила бедного страдальца, скрывая собой и аукциониста и лот.
Да помогите вы ему!
Что случилось?
Он упал и…
Старик, что нежился на женских коленках лысой головой, открыл рот и жадно вдохнул воздуха. Толпа охнула, осыпалась на него с вопросами. Он ответил, приговаривая на возраст и духоту в помещении. Девушки, что сидели позади старичка, спешно подлетели к окнам и открыли их, запуская в помещение свежий воздух.
Деррит покачал головой, отвлекаясь на изучение пола.
А вот Картия могла бы обратить внимание на женщину, что пестрила ярким платьем. Она пролетела точно около неё, аккуратно пряча что-то, обмотанное темной тканью. Женщина, что бросила на неё хитрый взгляд, была отчасти похожа на милую победительницу, правда обладала не столь мягкими движениями. Но кто коме Картии мог обратить на это внимание? Почти никто, ведь женщина скоро скрылась в проходе и эхом до слуха донеслись глухие шаги, подтверждающие тот факт, что таинственная особа уже спустилась по лестнице и направлялась к выходу.
И кто знает, что произошло дальше, если бы не истеричный крик аукциониста.
Он пропал! Пропал!
Гости подняли головы, глядя на пропажу.
Офирского ларца, за который боролась куколка, более не было. Вместо него на столике лежала деревянная шкатулка, явно самого дешевого производства.
Это она! Она его взяла! – девица, что видела таинственную особу, столь схожую с победительницей, поднялась со стула и указала пальцем на Картию.
Так же быстро среагировали еще несколько человек, подтверждая наглую ложь. Кому было приятно знать, что столь молодая особа боролась так рьяно и так просто обладала огромным запасом денег?

+2

9

Аукционный дом, 22 апреля. [AVA]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2017/10/d23921f866651227f064ef6400fb35b7.png[/AVA]
Утро, 11:40. Ясно.


[indent=1,0]Градус накалялся. И никакие взгляды, никакие прикосновения ровным счётом никак не влияли на непреклонного солдата. Совсем наоборот Кантарелла услышала с его губ сорвавшееся непринятие собственной капитуляции. Он планировал сражаться за ларец до последнего. Ну это какой-то кошмар! Из всех солдатов Нильфгаарда ей, наверное, попался самый упрямый. Может быть, стоило настойчивее его приласкать? Нет, девушка догадывалась, что от аукциона он теперь отвлекся бы только в том случае, если б она уселась на нём верхом, но, честно говоря, ей тогда тоже было бы непросто участвовать в набивании цены. А, что ещё правдоподобнее, её выгнали бы взашеи! Она и так старалась, хлопала ресничками, игралась с локонами своих волос, стреляла глазками... Без толку! Бесчувственный кретин! Мужлан, которому плевать на то, кто Картия может вот-вот расплакаться! Пустить чистую слезу на свою фарфоровую кожу!
[indent=1,0]"Да чтоб ты сдох в сточной канаве!" - она стиснула зубы и всё тем же мягким движением подняла руку. И цену. "Когда-то это закончится. Когда-то деньги закончатся. Мои финансы не бесконечны, ублюдoк! Перестань ломаться, перестань сопротивляться! Откуда у солдата такие деньги, чёрт тебя подери!" - она очень хотела ругаться. Отчаянно сквернословить. Визжать и вопить! Но вместо этого она просто улыбается. Безмятежно и почти беспечно. Так, словно бы не настоящей баснословной суммой распоряжается, а просто играет. Словно бы деньги для неё в принципе ничего не значат, но невозможно устоять от того, чтобы лишний раз поторговаться и выбесить оппонента лёгким повышением ставки. Кажется, выходило просто замечательно: солдат готов был молнии взглядом метать. Впрочем, от этого настроение поднималось не слишком. Кантарелла старалась прикинуть, что значит его корчащаяся от раздражения мина и насколько близок его предел.
[indent=1,0]"Сейчас?" - она осторожно, самую малость поднимает цену. И тут - о чудо! - он просто никак не отреагировал! Даже не покраснел, даже не вспотел! Картии казалось, что её-то щёки ужасно горят от напряжённой битвы. Хотя куда уж ей до мужичка с молоточком! "Славься, Император, я сделала это!"- она облегчённо выдохнула, когда заветный молоточек пропел оду победительнице.

***
[indent=1,0]- Надеюсь, ты стрессоустойчива? Не подведи, - говорила Ассирэ.
[indent=1,0]- А чего ж тут такого? Сидишь, таблички поднимаешь. Скука - конечно, тот ещё стресс, но я переживу как-нибудь, - отвечала Картия.
[indent=1,0]- Шутишь? Нужно иметь стальные нервы, особенно если начинается гонка за лот!
[indent=1,0]- Госпожа, какой смысл переживать, если всё заранее предопределено? У тебя одна сумма, у другого человека - другая. Выиграет тот, у кого больше. И ничего тут не поделаешь.
[indent=1,0]- С рациональной точки зрения - да. Но люди иррациональны. Аукцион - тонкая психологическая игра, понимаешь? И это не говоря уже о форс-мажорах! А! Что я тебе объясняю, - чародейка отмахнулась рукой, - сама поймёшь.

***

[indent=1,0]И Картия правда поняла. Она видела, как во время аукциона, как несколько банд объединяются и давят "соперника", видела, как иные разом десятикратно поднимали цену, чтобы испугать конкурентов, мол, денег немерено в кошельках, хотя в самом деле шли практически ва-банк. Были случаи, когда наоборот по одной монетке поднимали цену, хотя цена уже вышла за пределы полусотни, по одной монетке, буквально добиваясь того, что оппоненту надоедала игра - и тот уходил в пас! Но тут, у неё и Деррита действительно была война кошельков. Страшная война - а ведь минутами ранее она предложила ему дружбу! Конечно, это только пустые слова, но если бы только она знала, что дело обернётся так, язык не повернулся бы ляпнуть такую дурость.
[indent=1,0]Она едва не подскочила на месте от удара молоточка. С большим трудом она сдержала переполнявшую её радость в узде. В такие минуты ей казалось, что эмоции копятся, копятся внутри, наполняя вазу, которая однажды может переполниться. Именно поэтому она старалась частенько выливать из вазы содержимое, когда рядом не было свидетелей, когда никто не мог услышать её торжественных речей или горького плача. Она изливала душу тишине, но не всю целиком - какая-то часть вазы обязательно осталась, чтобы оттуда можно было позаимствовать эмоции, необходимые для качественной театральной игры.
- Не расстраивайтесь, мой друг, - мягко шепнула она соседу, конечно, чтобы лишний раз напомнить ему о его поражении. В этом не было никакой необходимости, но такая уж злорадная натура у Картии. А кто не любит побеждать?
[indent=1,0]Рано радовалась. Возможно, именно о таких форс-мажорах и говорила наставница-чародейка? Обморок старикашки где-то впереди, внезапное столпотворение, крики, шум! Неужели нельзя было подождать с обмороками до перерыва? Она бы забрала свой заслуженный ларец и уже отнесла б его Ассирэ ван Анагыд. Но нет ведь! Она напряжённо выдохнула. "Ничего. Потерпи. Всё в полном порядке ведь," - нервы почему-то шалили, внутри всё переворачивалось вверх дном, пульс поднялся, хотя она упрямо убеждала себя, что всё самое трудное позади. Трудно воевать с собственной интуицией. Особенно когда та оказывается права.
[indent=1,0]Милая особа промчалась мимо. Ощущение опасности обострилось. Картия напряжённо вытянула шею, чтобы разглядеть, как там поживает её лот, как вдруг!
[indent=1,0]– Он пропал! Пропал! - Картия от ужаса даже не поняла, кто кричал - мужчина или женщина. "Ничего. Ничего", - она побледнела и перевела взгляд на Деррита. Такой, словно бы это он только что посмел украсть у неё из-под носа ларец. Или его сообщница! Ну точно! Они всё подстроили! Это всё подстава чистой воды! "Чтобы обморок совпал с моментом продажи ценного лота! Да быть не может! Старик точно сообщник вора. Воровки! Та девушка!" - Картия соображала быстро, а вот окружающие люди явно не догадывались, что такое "соображать":
[indent=1,0]– Это она! Она его взяла! - завопила какая-то девица с очень некрасивым носом. Ван Кантен возмущённо распахнула рот и даже не успела найтись, что ответить, как слова девицы подтвердили ещё несколько человек. "Дьявол, вы с ума сошли! Затмение мозга?!" - она вздохнула и выпрямила спину, уже отмечая боковым зрением, как к ней приближается охрана, - "Давно пора ввести в действие так называемую презумпцию невиновности".
[indent=1,0]- Досмотр. Необходимость, - чеканил мужчина с известным гербом на груди. Картия понимала, что избежать этой формальности не удастся никак! Столько времени тратить! Она поднялась с места и вышла из ряда.
[indent=1,0]- Лучше бы закрыли выход, чтобы настоящий вор не покинул место происшествия. Мне показалось, одна особа очень спешила к выходу.
[indent=1,0]- Разберёмся. Сумочку, - "а где же "пожалуйста"? Хам!"
[indent=1,0]- Пожалуйста, - она протянула сумку и подумала, что охрана порядка правда не знает, как пользоваться мозгом - ларец при всём своём желании не поместился бы в сумку Картии. В плотно облегающем платье спрятать такую, казалось бы, небольшую вещицу тоже не удалось бы. Но её всё равно начали лапать - да ещё и сразу же в области талии! Когда же руки мужчины коснулись бёдер Картии, она довольно резко ударила его руку своей ладошкой, воскликнув "что вы себе позволяете?". Ситуация нервировала. Происходящее казалось каким-то безумием! Почему именно ларец украли, а?
[indent=1,0]- Зачем мне его красть? Я ведь и так его заслужила самым честным образом, - спокойный тон. Если будет кричать и нападать - себе же хуже сделает. Она видела, что никакого, абсолютно никакого эффекта не возымел её аргумент - её продолжали вертеть и осматривать не самым мягким образом. Конечно, о специальной комнате досмотра тут и речи не шло. "Герб знатный, а носитель - головорез явный. Бандюган и алкоголик", - между прочим, уважаемый Деррит аэп Лион прекрасно видел, что я с места не двигалась!
[indent=1,0]На Деррита переметнулось внимание стражи, посыпались вопросы. Только теперь кто-то соблаговолил отдать приказы о перекрытии выходе. Аукцион отменялся - будет общий досмотр! Ну просто прекрасно! Время! Время! "Лучше бы они думать пытались! Так. Этот ларец нужен был какой-то особе, знакомой этого солдата. Да так, что он боролся за него до последнего. Может, он не смог его купить - вот и пришлось сообщнице воровать? А, может, меня кто-то хотел подставить? Дядюшка?" - она не смогла найти его в толпе. Конечно, не он сам, но та воровка - а та девушка точно украла ларец, Кантарелла была уверенна! - могла быть как-то и с ним связана. Нужно было идти по горячим следам, а не превращать это в такую тягомотину.
[indent=1,0]"Нужны списки всех присутствующих. Могла ли она проникнуть сюда без регистрации своей личности? Вряд ли. А вот выдать себя за другого человека вполне могла."
[indent=1,0]- Солдат, у кого списки присутствующих? Вы поможете мне найти вора, - и это, заметьте, не вопрос.

+1

10

[indent=1,0]Деррит не планировал оставаться на этом аукционе даже не смотря на возникший балаган. Обвинение Картии в краже может и удивило его, но данная госпожа не являлась ему ни другом, ни знакомой, так что тратить время на защиту чистого имени он не хотел. Глянув на подлетевшую стражу, стремительно решившей проводить допрос, Деррит уверенно поднимался со своего места и чеканя постоянное «простите, извините» целился к выходу из душного помещения. Ровно до того момента пока Картия не произнесла его имени, удавалось весьма уверенно продвигаться через ряд, но в самый последний момент его ухватили за запястье и окружили добросовестные стражники. Единственное что успел сделать нильфгаардец, так это ругнуться с упоминанием о заднице и после этого устало выдохнуть.
[indent=1,0]— Вы можете подтвердить слова уважаемой милсдарыни о том, что она выиграла настоящий лот? — суровый взгляд старого стражника заставил Деррита передернуться.
[indent=1,0]— Не знаю.
[indent=1,0]— Вы видели как она поднималась с места?
[indent=1,0]— Она меня за коленку лапала, а потом ручку поднимала, — спокойно пожимая плечами и выговаривая весьма милую особенность аукциона, самодовольно ответил аэп Лион.
[indent=1,0]Стражник нахмурился. Его интересовало далеко не это, Деррит и так знал.
[indent=1,0]— То есть, с места не уходила и ларец приобрела честным образом?
[indent=1,0]— Нет. Не знаю насколько всё у вас тут честно, но вот уверен, что деньги у неё есть. Да, Великое Солнце, посмотрите на неё. Одно платье стоит больше чем сам ларец или три таких.
[indent=1,0]Солдат повелся на просьбу Деррита оценить одеяние Картии и явно не получил утверждения от стражников. Они были хороши в туповатых и прямых заданиях, но никак не в оценке женской одежды. Деррит, правда, тоже был крайне в этом глуповат, но знавал стоимость этих самых нарядов и знал, как женщины орут, если хоть что-то испортить на таких платьях. Картия по его мнению не отличалась от других. Но Деррит очень часто ошибался, даже не подозревая такой прекрасной мелочи.
[indent=1,0]Всё еще бестолково смотря на стражу, пришлось устало растереть шею. Ему безмерно хотелось на свежий воздух, потому что быть закрытым в четырех стенах с толпой идиотов – это не простое наказание. Оно особенное. Между тем их и вправду закрыли. Стражники оставили Деррита, оставили Картию, приговаривая, что еще обязательно вернутся. Около последней же пробежала мимо та женщина, что первая заорала о причастности молодой особы к краже. На Картию она даже не глянула, зато перетянула внимание одного из стражников, устало смотрящего на бунт, что творился в столь добром заведении где стоило просто тратить деньги.
[indent=1,0]— Солдат, у кого списки присутствующих? Вы поможете мне найти вора, — вдруг услышал Деррит.
[indent=1,0]Он повернулся, оглядел Картию с ног до головы, словно видя её впервые.
[indent=1,0]— Серьезно? — снисходительно улыбнувшись, солдат не оставил вопрос без нот сарказма. — Я думал встать около столов и посмотреть, как решают проблемы те, кто крутится в этих вот игрушках.
[indent=1,0]Он обвел рукой помещение.
[indent=1,0]А Картия оставалась такой же серьезной и самоуверенной. Это даже раздражало.
[indent=1,0]— Хотите помощи и поддержки – подумайте над ценой. Вдруг столь милая особа и вправду выкрала ларец хитрыми способами? — он покачал головой. — Найдите старшего по страже и поговорите с ним, у него списки. Так же у этого мужика, который вёл аукцион, они тоже должны быть. Насколько я знаю, аукцион не тайный, поэтому у вас получится. Мне надо отойти на некоторое время. И подумайте над тем, что я получу за помощь.
[indent=1,0]«Потому что я выпил слишком много воды», добивая собственное завершение фразы, Деррит отчитался в мыслях и поспешил удалиться от Картии. Дорогу до уборной ему не преграждали. Люди постепенно разбились на кучки, да и вели себя весьма тихо, стараясь не привлекать внимание. Стража уже облепила все выходы из здания, хотя Деррит был уверен, что поздно. За те считанные секунды воришка могла давно сбежать.
[indent=1,0]Он пересек помещение, добрел до очередной лестницы и спешно спустился по ней, находя нужные комнаты. И вроде бы оставалось всего ничего: зайди ты и сделай все дела, покуда не грохот, что разлетелся по коридору который вел в еще несколько комнатушек.
[indent=1,0]Деррит, поглядев прежде назад, тихо отошел от уборной и прошел вперед, придерживаясь рукой о стену.
[indent=1,0]— Сколько тебе выдали? — шептал первый голос.
[indent=1,0]— Даже на целых три монеты больше, правда еще письмо какое-то… сказали передать доверенному лицу, правда я не понимаю кто это… «сам поймешь», ага… — восторженно отвечал второй.
[indent=1,0]— Тише-тише! Не кричи.
[indent=1,0]— Я не кричу! Откуда мне знать, кому письмо совать в руку?
[indent=1,0]— Ш-ш-ш-ш-ш! — обладатель первого тонкого голоса явно чуть не свалился в обморок. — Идиот, не ори!
[indent=1,0]Деррит как на зло двинулся в самый неподходящий момент. Под ногой скрипнула половица. Он спешно отошел обратно, меняясь в лице. Дверь, за которой шептались, немедленно открылась. Из неё показалась голова слуги, что работал на кухне.
[indent=1,0]— Господин? — хитрый, но испуганный голос. — Вы потерлись?
[indent=1,0]— Скорее нет, чем да. Искал уборную, задумался о прекрасном, прошел нужную дверь.
[indent=1,0]— Доброго Вам дня.
[indent=1,0]— Да-да, — неряшливо отмахиваясь, Деррит прождал пока закроется дверь и выдохнул, уже стремительно возвращаясь наверх, да забывая о запланированных делах.


[indent=1,0]— Список, значит? — ведущий аукциона свысока посмотрел на Картию. — А Вы, милочка, ничего не перепутали? Являетесь главной подозреваемой! Вы! Украли мой ларец! Я бы Вас под стражу сдал! Бессовестная!
[indent=1,0]— Господин, успокойтесь, — худющий до безобразия стражник замахал руками.
[indent=1,0]Именно он был здесь главным по безопасности.
[indent=1,0]— Я?! Успокоиться?! У меня украли важнейший лот!
[indent=1,0]— Госпожа уже была опрошена, многие подтвердили, что она не вставала со своего места.
[indent=1,0]— Чаровница какая! Чаровница она!
[indent=1,0]— Она не чаровница, а просто красивая девушка, которая попала под горячую руку идиота, потерявшего ларец из-под самого носа, — Деррит ухватил Картию за запястье и потянул за собой. — Ваш клад утащила другая особа. Картия сидела около меня, не поднимаясь с места и так же зверея, когда её лот украли.
[indent=1,0]— Сообщник!
[indent=1,0]— Господин! — стражник поднял руки, успокаивая своё начальство.
[indent=1,0]А Деррит спокойно утянул от колких речей красавицу и огляделся. Ему хотелось быть уверенным, что лишних ушей рядом нет. И не будет.
[indent=1,0]— Вы подумали над моей наградой? — аэп Лион улыбнулся. — Надеюсь да, хотелось узнать какая она будет. Здешняя слуга завязана в чем-то. И не рассказывайте ничего страже. Я уверен, что если слугу перекупить получилось, то так же легко прошло и со стражей. Аукционный дом довольно большой, поэтому Вам следует быть внимательной ко всем мелочам. Отойдем?
[indent=1,0]Солдат стремительно взял девушку под руку и последовал к выходу, что вёл в сторону спуска на первый этаж, откуда преодолев еще одну лестницу можно было попасть в хозяйственные помещения.
[indent=1,0]— Вы, Картия, умеете быть убедительной и выведывать секреты? — Деррит обогнул странную вазу. — Мне никогда не поможет слуга, тем более та, что шепчется между собой. Они могут знать любую мелочь, а Вам она требуется для сохранения честного имени. Спуститесь в уборную, я подожду Вас немного времени. Проследуйте в дальнюю дверь, правда берегитесь половицы около неё – она скрипит. Там откройте дверь, заберитесь в помещение и попросите у них письмо. То самое. Если я все правильно услышал, то это хоть как-то поможет Вам. Сможете осуществить для меня такую мелочь?

+1