Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Мы должны прекратить так встречаться


Мы должны прекратить так встречаться

Сообщений 1 страница 30 из 40

1

Время: 29 октября 1184  года
Место: Редания, окрестности долины Гелибол
Действующие лица: Сабрина, Весемир
Описание: после двух месяцев с момента последней встречи ведьмак и чародейка ни к чему не пришли, будто вернулись к исходной точки, и только новая встреча и противостояние смогут расставить все по полкам

0

2

Если после расставания с ведьмаком Сабрина вела себя уверенно и даже в своей наглой манере, то стоило выбраться из неудачного положения, как накатили кошмары и страхи за свою судьбу. Никто не мог предсказать, чем закончится ее доклад в Капитуле. Да и пережитые события то и дело давали о себе знать.
Познать, что магия не делает всесильной, и что есть свои ограничения, а также то, что люди вокруг способны разорвать человека в мгновение ока - это было слишком для Глевиссиг, которая едва не начала топить горе в вине или даже беспорядочных связях.
Но визит в Капитул и доклад быстро расставил все по местам. Чародеи не в первой сталкивались с такими проблемами, а самоуправство Беражика, а также его несомненная вина в том, что чума появилась, снимались с самой Сабрины всю ответственность.
Но это не значило, что ее провал не заметят. Или что ее "преступления" не скинут со счетов, если когда-то нужно будет прищемить ей хвост.
Капитул предпочтет не разменивать перспективную чародейку на постановку истины во всей этой мутной истории, а уж новый глава города должен навести там порядок и с подачи Капитула поднять авторитет чародеев, что займет, возможно, поколение, но все-таки чародеи никуда не торопились.
Так или иначе, Сабрина надеялась, что в ближайшее столетие не увидит больше чертову Гелибольскую долину, но пока она была на побегушках у Капитула, не было возможности отказаться от нового назначения. Если только не хочется быть бездарной одиночкой, каких полно бродит по Северу.
А сделать карьеру можно только с помощью чародейских организаций, и никак иначе. Это закрытый клуб, куда принимают только по приглашениям. Никаких исключений...
Новое задание было унизительным. Искать того, кто крадет детей. Единственное, что хоть как-то сглаживало низость такого поручения - это количество пропавших. Капитул всерьез подозревал, что в этом замешана магия. Но вместо того, чтобы послать опытного чародея, они вновь решили дать испытание...
Это все говорило о том, что власти Редании давали на Капитул. Видимо, ведьмаки ничего не нашли, может, смогут чародеи...
Великим детективом, которых и стоило нанимать, ибо расплодилось их по Редании и Темерии, Сабрина никогда не было, но быть чародейкой - это значить уметь хоть как-то делать все, иначе ты никому совсем не нужна.
В этот раз чародейка прибыла в долину инкогнито и предпочитала обретаться на отшибах, в корчмах или даже деревнях, скрывая свой каэдвенский акцент, и так почти выветрившийся еще в Аретузе.
Ее наряды стали скромны, достойны дочери какого-нибудь торговца средней руки. Оттого еще больше мужиков пытались налажить на нее лапу, поскольку сделать лицо "попроще" не представлялось возможным, а к чародейке не каждый решится подойти.
Но затуманить разум простолюдинам было легко, пусть и Сабрина делала это с огромной осторожностью, прекрасно зная, как именно могут все они отплатить, если соберутся в толпу.
Первые страхи удалось искоренить через пару дней, Глевиссиг была не той, кто будет дрожать, заходя вновь в опасную реку. Но сосредоточиться на деле было непросто, равно как и заниматься поисками.
Большинство пропавших сироты. Капитул начали трогать после того, как начали пропадать дети зажиточных торговцев. Пропадали все без следа, поодиночке или парами, другие дети понятия не имели, куда запропастились их друзья.
С детьми было работать хуже всего, поэтому Сабрина быстро отказалась от этой идеи, предпочитая искать через взрослых, хотя стоило еще подумать, кто из них умнее...
Прошло три недели, и только тогда появился первый след. Местный сапожник одновременно подрабатывал ростовщиков-любителем, покупая и обменивая вещи по всей округе, заходя и в сам Гелибол.
Его походы то и дело совпадали с новостями о пропавших детях, и подробная карта, составленная Глевиссиг, служила отличным доказательством.
И сегодня она собиралась устроить ему самую что ни на есть темную...
В его же доме, что служил и лавкой, да еще поздно вечером.
- Чего надо? -[ лысый, бородатый мужик всегда был грубоват с клиентами, но так как он был единственным, кто мог достать нужные и редкие вещи, все в деревушке на холме с мельницей с этим мирились.
Вот и сегодня он приперся из Гелибола с груженой телегой.
Сабрина в своей манере сначала хотела перейти к делу, но тут ее взгляд упал на мечи, которые лежали на импровизированном прилавке, сколоченном из стола и досок.
Два меча, сталь и серебро... цех Волка...
Из омута неприятных воспоминаний ее вытянул голос сапожника.
- Чей-то ты бледная? Никак влюбилась? Говори или проваливай!
Разумеется он положил на нее глаз, но хотел избавиться от клиентов поскорее и заняться своими делами.
- Откуда эти мечи?
- Не твоего ума дело!

Отредактировано Сабрина (2017-08-14 23:32:51)

+1

3

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Местами облачно

Шел ведьмак по дороге пыльной. И дошел до распутья. А там – камень серый и высокий. Слова предостерегающие выбиты на шероховатой поверхности. Для путников нарочито. Подошел ведьмак ближе и стал читать.
[indent=1,0]– Направо пойдешь – счастье найдешь, – несмотря на древний вид валуна надпись была сделана не так давно, – налево свернешь – пиздюлей огребешь… Н-да, как остроумно.
[indent=1,0]Выбрал ведьмак правый путь.
[indent=1,0]К сожалению, какую бы дорогу путник не выбирал, тропы всё равно сходились в ближайшей роще, где как с месяц устроили себе разбойники бивак. По их счету больше людей выбирали счастье, но также находились и те, кто охоч до риска был. Погибали, увы, все. До последнего прохожего, конечно. Ведьмак их здорово напугал. Без мечей, но злой, как собака, кидался на всех с такой быстротой, что Пельш Лучник не успел даже стрелу на тетиву наложить. А в штаны успел. Сдались лесные жулики быстро. Побитые, хнычущие они удрали с воплями о сумасшедшем мутанте. Кто не смог, остались лежать и стонали, взывая о ведьмачьей милости.

[indent=1,0]Стояла осень. Дни становились всё холоднее. Ветер пробирал до костей, а частый дождь месил тракты так, что проехать и не увязнуть было великой удачей и сноровкой.
[indent=1,0]Многие ведьмаки завершали свои дела, заказы и отправлялись обратно в крепость на зимовку. Однако один не сто опытный из их числа не мог вернуться. Из-за пропавших мечей. Несколько недель он шел по следу, узнавал, спрашивал, даже выпытывал и прилагал силу. Последнее, что было выяснено: некий торговец хаживал по Редании с груженой телегой, полной добра, скупал приметные вещи и продавал их по особо «честной» цене. 
[indent=1,0]Дождь не появлялся больше двух дней, чему Весемир безумно радовался, так как вода могла смыть едва заметные отпечатки колес. Была ли это именно та телега, ведьмак уверен не был. Надеялся.
[indent=1,0]Никому не требовался ведьмак. Казалось чудища сгинули в этих местах или впали в спячку до теплых времен. Однако на деньги чародейки, Весемир приобрел кобылу и необходимые припасы, а также купил новые сапоги, крепкие и подкованные. Неплохой меч раздобылся у трусливой разбойничей ватаги. Выбора было много.
[indent=1,0]Они шли медленно. Ведьмак и молодая кобыла в яблоках. Красивая, послушная, добрая. Весемир сразу же проникся к ней, ласково гладил и ухаживал на недолгих стоянках. Имени, тем не менее, не дал из своих личных принципов.
[indent=1,0]– Сейчас бы Чайку, – мечтательно говорил он, вспоминая приятные эффекты от эликсира. – Выхватить меч, и какому-нибудь гулю в рожу воткнуть. Да вот ни того, ни другого. Веришь?
[indent=1,0]Пытался Весемир сварить в котелке желаемое ведьмачье варево, только вот не все ингредиенты получилось отыскать. Попытки заменить ту или иную травку кончались неудачно. Более того, при себе не было ни одной колбы или мензурки. А таскать с собой котел с Белой Чайкой не самая удачная идея из пришедших в голову.
[indent=1,0]– Стоять, – Весемир похлопал по кобыльему боку, и та остановилась. – Здесь след стал сильнее. Нагрузил поди, сукин сын, еще чего. Или кого подобрал. Может бабу до селения подвез. Вон. Отсюдова ветряк видать.
[indent=1,0]Весемир всматривался вдаль, где над невысокими деревьями и почти облетевшими кустарниками возвышалась старая мельница.
[indent=1,0]– Чую, милая, эта скотина там, – ведьмак вскочил на кобылу, сжал ей бока и пустил рысцой. – Не уйдешь, засранец. На этот раз не уйдешь.

+1

4

Разговаривать с чернью всегда было для Сабрины не слишком приятно, разве что с мужчинами, которых она привечала среди наемников, например, или других выдающихся личностей, которые стоили ее внимания. Но этот лесник-ростовщик-похититель детей был совсем неприятен. Растрепанная борода, будто покрытая каким-то лишаем, изъеденное оспинами лицо от какой-то застарелой болезни, каморка, где пахло тухлой капустой или чем похуже. И так везде, на всем Севере, куда не сунься, даже в центрах цивилизации найдется такая каморка и такой лесник. Единственная отдушина - это дворцы, поместья богачей и совсем уж элитные кварталы, где подобное не допускали стражники.
В конце концов, Глевиссиг не собиралась так просто уступать, тем более, что она пришла сюда всего лишь прощупать почву. Ее скромные одежды, явно скрывающие все ее достоинства, ей совсем не шли, но хуже всего был весь этот грим, который делал ее дурнее... разумеется, не волшебный, из-за чего ослепительная чародейка всего лишь превратилась в прекрасную провинциальную деву, которую часто в сказках и истинных историях забирали себе из деревни  принцы и даже графы с королями.
Но это не произвело на местного костлявого ростовщика никакого впечатления. Сначала Сабрина подумала, что он совсем не по девкам, но потом поняла, что это не более чем защита, пыль в глаза. Ростовщик занимался всем, что приносило деньги, но не хотел к себе внимания. А угрюмый человек с отвратительным характером вряд ли привлечет чьи-то симпатии, и от него постараются держаться подальше.
Отличная маскировка...
Но Сабрина училась быстро, а люди для нее были неприятным, но небольшим увлечением, без которого не выжить правильно даже в Аретузе.
И как же эта школа сейчас ей пригодилась...
- Может, я их купить хочу! - сварливо и по-народному бросила чародейка.
- Не для тебя они и не для твоего кошелька! И вообще они не продаются!
- Тогда какого лешего ты их на прилавок поставил?!
- Тупая баба!
Мужик уже собирался выставить чародейку взашей, и она бы долго проклинала себя за то, что завела разговор о проклятых мечах, разбередевших неприятные воспоминания. И заодно провалив вновь возложенную миссию или усложнив ее до такой степени, что без помощи не справиться...
Но, в конце концов, у нее была магия. А своим поведением ростовщик показал, что у него все нечисто. Может, и у него что-то эдакое есть в подвале?
Тут открылась дверь, прервав горячий спор.
Одного взгляда чародейке хватило, чтобы узнать вошедшего... он свои мечи по запаху учуял?
Синий платок и из дешевой ткани неплохо прятал лицо чародейки, и она надеялась, что так и останется, но все равно полуобернулась в сторону, не обратив внимание на то, что ростовщик схватил ее под локоть и уже собирался вывести прочь...

+1

5

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Местами облачно

Ключ, который был стащен у мертвого командора стражи, не подошел. Более того, он застрял в скважине и не хотел вылезать обратно, как ведьмак ни старался. Расковыряв хлипкие петли, начинающий грабитель выбил дверь. Комната была небольшая, обставленная всем, что можно изъять у простых обывателей без власти или лишенных права голоса. Картины в изысканных рамах пылились в углу. Большой окованный железом сундук едва закрывался: нажитое чужое добро мешало. Нашелся даже фисштех, рассыпанный на столе.  К тому же Беражик любил взятки, на которые приобретал дорогие вина и настойки. Большинство ящиков были полны ими. А ведьмачих клинков не было. Позже выяснилось, что заместитель командора на радостях повышения напился, отправился с ними в бордель. Будучи якобы убивателем опасных чудищ, снял млеющих от его словесных подвигов девок, которые мечи эти выменяли на шелковые платья. Ведь почти каждая шлюха мечтала отправиться на балл и встретить там своего принца. Добравшись до менялы, Весемир вытряс из того информацию, что клинки были проданы какому-то именитому коллекционеру. Увы, на большаке стояла покинутая телега с половиной накупленных товаров. Трое телохранителей нашлись мертвыми в кустах, весьма потрепанные. Кто-то жадно выел их лица, обгрыз конечности, а тела не удалось достать из панцирей. Коллекционера ведьмак не нашел, как и свои мечи. Обнаружив борозды другой груженной телеги, Весемир последовал по новому следу, который привел его в селение с высокой мельницей на холме.
[indent=1,0]Местная детвора, ошеломленная видом настоящего ведьмака с горящими кошачьими глазами, моментально рассказала о здешних торговцах. И, конечно же, получила несколько звонких монет. Селяне постарше разделились во мнениях о госте: кому ведьмак был проклятым приблудой горевестником, а кому избавителем от проблем. Весемир торопился, но краем уха услышал о бедах всего Гелибола. Бесследно пропадали дети. Матери горевали, выплакивали душу, молили богов о помощи. Отцы дни и ночи напролет с собаками охаживали местность. Но тщетно. Поговаривали, завелись в лесах ведьмы, что детушек колдунством утаскивают из постелек их небольших, чтобы сварить из них суп с укропом и съесть.
[indent=1,0]Весемир, злой, уставший, потный, ворвался в дом сапожника, который помимо всего прочего промышлял ростовщичеством. Взгляд сразу же упал на ведьмачьи клинки, что не больно аккуратно расположились на прилавке.
[indent=1,0]Жена сапожника неожиданно для себя ахнула, завидев чудо бледное на пороге.
[indent=1,0]– Ага, – ведьмак, не обращая ни на кого внимания, подошел к своим клинкам, и, никого не спрашивая, потянулся к ним. Его лицо светилось счастьем.
[indent=1,0]– Куды, – торговец резво шлепнул по рукам Весемира мухобойкой, отгоняя от редкого товара. – Не видишь, продукт заморский. Трогать только глазами. Смотреть то бишь только.
[indent=1,0]Жена сапожника вновь ахнула, не ожидав от мужа такой глупости, как бить по рукам ведьмака. Весемир подобного также не ожидал. Схватив за ворот сапожника, он повалил его, отчего тот оперся о прилавок. Несмотря на то, что торговец был выше буйного гостя, страх всё же накатил. Особенно от желтых глаз и перекошенного бледного, как у мертвеца лица.
[indent=1,0]– Милсдарь, эт вы чего? – напуганный сапожник, ища помощи и поддержки, взглянул на девушку с синим платком, что также интересовалась мечами. Затем просто-напросто закричал: – Уберите этого ненормального!

+1

6

Сабрина стиснула белоснежные зубы, ей хотелось испустить мощный магический крик, который разнесет по ветру в магическом водовороте избушку, а еще лучше всю деревню. Это был единственный способ укротить рвущийся наружу гнев.
Почему сейчас? Почему в этот самый момент? Почему кто-то любит над ней смеяться и насылает этого ведьмака, от которого одни неприятности? Сабрина не верила в Предназначение, считала его опорой для слабых духом людей, которые не могут принять свои решения или что-то изменить, поэтому пеняют на силу, которой не существует, чтобы скинуть свою вину или, наоборот, сделать свои неудачи чуть значительнее, чем они есть.
Глевиссиг понимала, что это ее последний шанс на то, чтобы сделать карьеру. Последний шанс, пока ее воспринимают серьезно. Ибо чародеев-неудачников в процентном соотношении столько же, сколько представителей высших сословий относительно всего остального населения. И она не собиралась пополнять их число...
И неважно, что для этого потребуется, даже если смерть ведьмака по которому все равно никто не будет плакать... но лучше до этого не доводить, Сабрина прекрасно помнила, какой он быстрый, и как умеет убивать.
Проявив полнейшее отсутствие дипломатичности, ведьмак действовал напролом, совсем забыв, что в этой деревушке его могут поднять на вилы. Лесоруба тут никто не любил, но ежели его ведьмак атаковал... не сдобровать ему...
Но чародейку его судьба не волновала, ей нужен был этот ростовщик. Настолько, что первая же вспышка ярости превратилась в безрассудство, стоившее ей маскировки.
Женская рука вцепилась в плечо ведьмака и зашвырнула его в противоположную стену. На этот мощный рывок было потрачено много энергии, но у Сабрины оставалось в запасе еще достаточно, чтобы пригвоздить ненадолго ведьмака к стене.
- Бегите отсюда!
Было видно, что ростовщику своя шкура дороже, да еще жадность пересиливала все остальное. Он машинально схватил мечи и выбежал стремглав, оставив жену, которая едва едва семенила следом. И, видимо, там он ее и бросил.
- Почему каждый раз ты появляешься на моем пути ведьмак?! - вся маскировка разом исчезла, когда в глазах чародейки загорелся тот самый огонь, а лицо исказилось так, что она превращалась в настоящую ведьму из сказок. - Я много дней слежу за ним! И теперь нужно было явиться тебе!
Даже если бы она не вмешалась, ведьмак бы вряд ли убил лесника, разве что по случайности. Но даже если и так, все время потрачено в пустую. А так еще есть шанс, что он решится залечь на дно ото всех, прекрасно зная, что его ищет лишь один ведьмак, которому все равно мало кто будет помогать.

+1

7

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Местами облачно

Желтые глаза выпучились, а ноздри раздулись от негодования из-за неожиданного и непредсказуемого поступка чародейки, присутствие которой было не менее неожиданным и непредсказуемым. Люди говорят о высшей силе, часто именуемой судьбой, предназначением, и верят в неё, когда нечто подобное происходит. Что как не она вновь сводит разделенных мать и детей, возвращает без вести пропавших солдат домой, знакомит любящие сердца, приводит странствующего лекаря к порогу страждущих.
[indent=1,0]Прижатый к стене таинственной силой, Весемир крайне сомневался, что происходящее в данный момент дело рук знаменитого предназначения, направленного высшей силой в старую лавку хитрого ростовщика. Того самого, который прикарманил чужие ведьмачьи клинки и дал дёру, разумно последовав совету ранее упомянутой чародейке по имени…
[indent=1,0]– Глевиссиг, – едва не рыча, недовольно захрипел ведьмак.
[indent=1,0]Он видел, как ростовщик, взяв в охапку чужое закаленное добро, убегает вместе со своей женой, не менее напуганной, чем и её недальновидный муж. Видел собственными глазами, но предпринять ничего не мог. Его тело, казалось, вдавливалось в деревянные стены сильнее с каждым гневным вздохом. Ведьмачий медальон, спрятанный одеждой, реагировал на магию, дрожал.
[indent=1,0]Яро ругнувшись, Весемир скривил недовольную мину, перед которой мгновение спустя появилась мина куда более страшная. Чародейка была в испепеляющем гневе, что вел её, как путеводный огонёк, к ропоту и возмущению. Собственно, ничего за эти месяца в поведении Глевиссиг не изменилось.
[indent=1,0]– Чего?! – Весемир, с трудом выслушав всё высказанное, терял контроль над профессиональным самообладанием. [indent=1,0]– Ты его только что сама отпустила на все четыре стороны! Холера, мать её!  Чего его к стене не прижала, блядь?!
[indent=1,0]Заклинание себя истощило. Ведьмак отлип от стены и стремительно подбежал к порогу. Выглянув, он, к сожалению, не увидел ни вороватого ростовщика, ни его верной женушки.
[indent=1,0]– Проклятие, Глевиссиг! – мощным пинком, ведьмак перевернул плетеную корзину, набитую своеобразными деревянными поделками. – Какого черта?!
[indent=1,0]Досада от очередного провала быстро спадало на нет. Весемир был отходчивым ведьмаком и редко вспыльчивым. Через мгновение, он оперся руками о пустой прилавок, задумавшись. Товары в беспорядке валялись на полу.
[indent=1,0]Вор далеко не уйдет. Ведьмак отыщет его и на этот раз. Из-под земли достанет. Не бывать такому, чтобы в Каэр Морхене Весемира знали, как Именитого и Неподражаемого Мечепросрателя.
[indent=1,0]– Что ты здесь делаешь? – вопрос звучал спокойно, сдержанно, казалось, даже дружелюбно.

+2

8

Невозможно передать, сколькими способами Сабрина казнила ведьмака в своей голове, от самых простых до самых извращенных. Еще в начале ее обучения в Аретузе такие бы мысли ужаснули бы ее саму, но теперь, когда вся невинность была потеряна еще много лет назад, ее ничего не сдерживало.
Кроме того, что один лишний опрометчивый шаг, и все для нее закончится. А для той, кто привык получать все или ничего, нет конца хуже.
Ведьмаков не любят, но их все же делают другие чародеи, и результаты своего труда иногда защищали. Да и вскоре она бы об этом пожалела, поэтому могла лишь продолжать свои нападки на ведьмака, особенно раздражаясь тем, что в отличии от многих других, его ее гнев по какой-то причине не пугал.
Впрочем, когда каждый день видишь одно чудище за другим, может ли красивая чародейка кого-то напугать? Да и Сабрина отчасти с горечью признавала, что ей не хватает ни властности в голосе, ни ее прекрасные речи не могли быть устрашающими, поставленные столь тщательно преподавателем по этике, которая видела весь остальной мир через книги о вежливых людях.
А новые порывы в виде отборного мата и кметских словечек смотрелись смешно, слетая с ее губ.
- Заткнись! Заткнись, если тебе еще нужны твои причиндалы! Назовешь еще раз это имя, и лишишься их самых болезненным способом!
Главное было не раскрыться. Кмет наверняка понял, что случилось, и теперь заляжет на дно. Оставалось надеяться, что если у него есть сообщники, то он примет ее за соратника. А может и нет...
Самый сильный и страшный запал пропал, и чародейка опустилась едва ли не до шипения.
- Что я здесь делаю?! Я работаю и выполняю важное поручение Капитула, от которого зависит все, в том числе и моя карьера! Ты же все испортил! Почему я его не прижала?! Потому что он пешка в большой игре, и должен вывести меня на рыбу покрупнее! Хотя куда тебе понять! У тебя на уме кроме истребления чудовищ нет ничего!
Наверняка это им закладывали так, что не выбьешь запросто. А ведь ведьмаки могли бы стать отличными наймитами, отряд из них мог бы перевернуть ход определенного сражения, а в ночных операциях разведки им не было бы равных. Много ли было таких ведьмаков, кто оставил опасное ремесло ради более выгодных контрактов? Да что-то не очень...
- Он был моим единственным следом, единственным, который нашелся за недели! Больше никаких ниточек к пропавшим детям! Теперь он ко мне не подойдет, не откроется, ему нельзя будет втереться в доверие. Все из-за тебя!
Она не стеснялась обвинять ведьмака во всех грехах, именно в этот раз считая себя бесконечно правой без какой-либо возможности ее переубедить.

+1

9

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Местами облачно

Ведьмак потупился от напора слов чародейки. Она пыталась угрожать. Но Весемир лишь усмехнулся и показал кислую мину.
[indent=1,0]– Ты мне поугрожай еще, – огрызнулся он и немного обиделся.
[indent=1,0]В голове не укладывалось всё то, что выпалила Глевиссиг за несколько мгновений и пары вдохов затхлого воздуха торговой лавки скупщика краденного. Поручение Капитула. Пропавшие дети. Крупная рыба. Заговоры. Расследования. Следование по ниточкам. Вход в доверие и прочие вещи, которые плохо запоминались из-за злого и одновременно потешного лица чародейки.
[indent=1,0]Весемир озадаченно потер лоб.
[indent=1,0]– Я уже и забыл…
[indent=1,0]Он хотел продолжить «…какая же ты сволочь», но вовремя сдержался.
[indent=1,0]Глевиссиг могла заметить, как изменился молодой ведьмак за этот небольшой срок с их последней встречи. Исхудал, потрепался в пути, в поиске. Давно не брился. Словом, напоминал он больше бродягу-попрошайку, что мотается по миру в поисках счастья, чем на профессионального истребителя чудовищ.
[indent=1,0]– Досадно, да? – ведьмак усмехнулся в усы. – Вот и мне досадно было смотреть, как кто-то очень умный и волшебный отпускает этого сукиного ублюдка восвояси.
[indent=1,0]Дверь распахнулась. Невысокий человек в испачканном колпаке важно зашел в лавку. Прошел несколько шагов. Затем замер, неуверенно разглядывая совершенно незнакомых ему людей.
[indent=1,0]– А Яковш... – промямлил кмет, но собрался с силами и договорил более уверенно: – А Яковш хде? Я по делу! А вы хто такие будете? А?
[indent=1,0]– Дальние родственники, – без такта ответил ведьмак и выразительно хмыкнул. – Ищем Яковша тоже по делу. Важному. Да?
[indent=1,0]Ведьмак оглянулся на чародейку, ожидая её ответа. Хотя, признаться, совершенно плевал на то, что та могла сказать.
[indent=1,0]– Ево тут нет шоли? – кмет растерялся еще сильнее. Постепенно, с трудом он осознал всё происходящее и стал медленно пятиться к выходу.
[indent=1,0]Весемир остановил его – больно наступил кмету на ногу.

+1

10

Сабрина огрызнулась.
- Мне есть чем тебе угрожать, а тебе мне вряд ли, тебе не подобраться ко мне даже если пройдет сотня лет, да ты и не сможешь. Вы ведьмаки живете сегодняшним днем, и не умеете строить далекоидущие планы! Вас этому не учили!
Еще тогда чародейка не понимала, что непрямые оскорбления могут задеть сильнее, чем самые гадкие слова, на которые способен лексикон всего Севера. Бить по больным местам, при этом оставаясь в глазах других чистой и воспитанной - это виртуозное мастерство, которое ей еще предстояло познать, но уже сейчас она делала недвусмысленные успехи.
Жалости к ведьмака она не могла почувствовать, несмотря на весь его потрепанный вид. Она мыслила широко, даже слишком, считала, что если бы он мог, то добился бы решения своих проблем, не доводя себя до такого. Но с магией под рукой Сабрине было легко судить обо всем этом со своей колокольни. А чужое мнение или чужой взгляд на мир ее всегда волновали крайне редко.
- Потому что моя миссия важнее твоей с твоими гребаными мечами! Вас в ваших школах вообще не учат субординации и значению того, что делает Капитул...
Впрочем, кто их будет учить и зачем? Их задача - убивать чудовищ. Кто ж знал, что один ведьмак окажется совсем не таким, и будет заниматься беготней за своими мечами. Или же им вбивают в головы, что свои мечы они терять не могут, и обязаны вернуть? Хотелось бы посмотреть на такого чародея, который посчитал подобное целесообразным.
Тут на пороге появилась призрачная надежда на спасение. Тучный, неловкий мужик в смешном колпаке вошел внутрь и спросил лесоруба. Ведьмак оказался достаточно прозорливым, чтобы не дать ему уйти.
Но вот допрос она собиралась вести сама...
- Видишь, что это такое? - она создала в руке огненный шар. - Это магия... - чародейка поиграла шаром в руке. - Она может как обогреть, так и обжечь... - на лице несчастного появились опалины. - А теперь... ты скажешь, где его нора, куда он обычно убегает, когда пахнет жареным...
- Нишо не знаю! - дрожащим голосом промямли тот. - Ентот только в таверну по дороге забредает, а потом пропадает так, шо концов не найдешь!

+1

11

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Местами облачно

Знак Аксий считался одним из самых дельных и полезных знаков в пользовании у ведьмаков. К сожалению, молодые, только вышедшие на большак монстроборцы, недооценивали успокаивающую магию. Весемир всегда воздыхал и чертыхался, когда часами напролёт наставники заставляли практиковать знак Аксий: сперва на пойманных крысах, затем на козах и лошадях. При благоприятном стечении обстоятельств, когда животные становились послушными, спокойными и ко всему неестественно равнодушными, молодые ведьмаки переходили на себе подобных. Однажды Весемир перестарался, сложив знак на своём приятеле. Тот весь день и до утра пребывал в чудном состоянии, уверовав, что он утка. Крякал и щипался.
[indent=1,0]– Да шо ты говоришь, – передразнил Весемир кмета, ставя под сомнения его слова. – В таверну попал. А из таверны пропал? Может ентот, – тьфу, холера! – этот Яковш еще и чародейством промышляет, а?
[indent=1,0]– Нишо не знаю, – жалобно завыл кмет и со страху зажмурился, не вынося вида горящего пламени в руке Глевиссиг.
[indent=1,0]Весемир тоже закрыл глаза и погладил переносицу носа. Старые, изношенные перчатки царапали кожу.
[indent=1,0]– Не брешет баляба, – ведьмак чувствовал, что кмет не врет. Страх перед огнем был слишком велик. Простой люд не силен в утаиваниях секретов при смертельной или вредоносной опасности. – Раскололся бы. Ну, пшел!
[indent=1,0]Бесцеремонным движением ведьмак пнул кмета под зад, вытолкнув из лавки так, что тот упал на землю и быстро пополз проч.
[indent=1,0]– Думаешь, он в таверне прячется? – казалось, грызня между ведьмаком и чародейкой на время прекратилась.
[indent=1,0]Вдруг новое совместное дело сотрет все недопонимания и нелюбовь?
[indent=1,0]Ведьмак сомневался.
[indent=1,0]Ему нужны были мечи. Зверски.

+3

12

Страх. Пожалуй, Сабрине уже тогда стоило признать, что она им упивалась. Это было странное, но будоражащее чувство, а если жертва не боялась, то это вызывало лишь ярость.
К счастью, бесстрашных на ее век выпадало совсем немного, многие ломались рано или поздно. А чаще всего моментально, как этот грязный хмырь.
- Стоило влезть ему в голову, чтобы убедиться... - чародейка заставила огненный шар исчезнуть без следа, когда кмет быстро удалился, и оставалось надеяться, что о своем позоре он никогда никому не расскажет.
На вопрос ведьмака она ответила не сразу. Не слишком-то уж хотелось вновь брать его с собой, но как от него отвязаться? Не получится. Если только коснуться лба и обеспечить паралич на пару суток. Но тогда он ее спас, а тут его кметы попросту растерзают. Если в лесу, то звери им полакомятся.
Нет, не отвязаться от него, а крохи чувства благодарности в то время еще не исчезли из души Сабрины, тогда еще были надежды для нее спасти свою человечность.
Поэтому, вздохнув, она поняла, что придется брать его с собой, как ни крути...
- Если из таверны он пропадает, то там есть какая-то нора или подземный ход куда-нибудь. И лучше бы для меня что-нибудь там найти...
Иначе единственная ниточка оборвется и отбросит ее на три недели назад, а у Капитула не железное терпение. Проще сразу бежать в изгнание и занять какую-нибудь чародейскую башню, промышляя артефактами и алхимией...
Но горестные мысли отвлекли деревенские, которые начали собираться, дабы понять, что творится у лесоруба в доме. К счастью, в противоположной стене имелся запасной выход.
- Разделимся, встретимся у таверны, если знаешь, где она...
Не было времени на другие долгие рассусоливания....

Но прибыть чародейке удалось позже ведьмака. Она не гнала во весь опор, боялась пропустить нужный поворот. Да и ее лошадь была неблизко, ей приходилось маскировать свое благосостояние.
Однако прискакала она уже не в деревенском платье, а ее лицо приобрело вновь те властные и надменные черты на бледной коже, и это даже без использования эльфийских средств для красоты.
Ее походное черное платье закрывало все соблазнительные места, но очерчивало фигуру так, что не оставалось сомнений, что и как под ним.
- Говорить буду я, - заявила с ходу она ведьмаку, что ждал ее у входа.
Внутри не было посетителей, лишь хозяин таверны, да какой-то громила в углу, видимо, посетитель или вышибала.
- Где Яковш? - с ходу бросила чародейка, не желая идти на какие-нибудь переговоры.
Здесь точно кто-то был, были следы свежих копыт, и это не только был прискакавший ведьмак. И следы обрывались здесь. Но либо ростовщик взял из тайника свою лошадь и прискакал с женой за спиной, либо бросил ее где-нибудь по дороге.
Под страхом-то все что угодно можно сделать.
- Не знаю такого, - пухлый корчмарь невозмутимо потирал замызганную кружку.
- Это плохо. Я ведь знаю, что здесь кто-то прячется...
Сабрина краем глаза проследила, как громила поднялся с лавки, достав откуда-то тяжелую булаву.

+1

13

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Местами облачно

Кобыла устала. Времени на отдых и на подкрепиться декоративными кустами, что так старательно выращивала жена Яковша, к сожалению, не хватило. Ведьмак появился словно из ниоткуда. Ловко запрыгнул в скрипучее седло, которое, к слову, еще и немного натирало спину. И небрежно саданул по бокам. Кобыла стремглав помчалась вниз, унося всадника от холма, от мельницы, от любопытного люда, скапливающегося у опустевшей лавки вороватого ростовщика.
[indent=1,0]– Хлянь-ка, – указал один кмет черным от сажи пальцем. – Ведьмин шоли поскакал?
[indent=1,0]– Иди ты! – отозвался другой, смачно сплевывая. – Право ведьмин. Авось приблуда в пропажах и провинен.
[indent=1,0]Ведьмак и чародейка разделились. Договор был встретиться у таверны. Найти её не составляло труда: огромная деревянная вывеска, поскрипывая на ветру звеньями цепи, на которой держалась, в своё время приманивала многих путников, чья дорога пролегала через эти земли. Ныне же всё катилось к черту. Хозяин кусал кулаки, плакался о грядущем запустении в жилетку любовнице, много пил и обильно ругался почем зря. Тем не менее таверна день и ночь была открыта, рада любым гостям с монетой, что те готовы были потратить.
[indent=1,0]Глевиссиг на месте не было.
[indent=1,0]Весемир соскочил с кобылы. Отвел её в скромную пристройку, погладил по морде, сказал несколько добрых слов, похлопал по крупу, обещав скорое возвращение, и ушел. Лошадь с грустью осмотрелась и с еще большей грустью опустила голову, не найдя пищи. Однако кобыла отличалась умом и сообразительностью. Она вышла из узкого загона. Отыскала на стене мешок с овсом, приготовленного с неделю, стащила его зубами, раскрыла и, рассыпав содержимое, с удовольствием и некой жадностью принялась вкушать найденное сокровище.
[indent=1,0]Деревянная табличка с витиеватыми узорами и изображенной кружкой пенного эля смотрела на ожидающего чародейку ведьмака. Недовольной, с перекошенной от усталости и негодования бледной мордой, пыльный и злой, он стоял, скрестив руки на груди, и ковырял землю мыском старого сапога.
[indent=1,0]– Дядька, а дядька? – мальчишка в рваной рубахе и с веревкой вместо пояса спрыгнул с телеги, что стояла поодаль. – А чегой-то у вас глаза как у кошки? Вы умерли?
[indent=1,0]Весемир присел, чтобы быть на одном уровне с мальчишкой.
[indent=1,0]– Да, – хрипло сказал он и неожиданно клацнул зубами, подобно голодному волку.
[indent=1,0]Мальчишка не стал размышлять о причинах смерти незнакомого дядьки. Ойкнул и, спотыкаясь, умчался.
[indent=1,0]С другой стороны дороги трусцой приближалась лошадь. Верхом на ней устроилась чародейка. В новых платьях, что подчеркивали необходимую для очарования мужчин женственность.
[indent=1,0]Бросив грубую фразу о предстоящем командовании, Глевиссиг сразу же вошла внутрь. Её наглость как обескураживала, так и раздражала.
[indent=1,0]Ведьмак недовольно засопел, когда из-за чрезмерной чародесской вольности в дальнем углу таверны поднялся здоровый бугай с тяжелой булавой. Такие люди привыкли решать любую проблему одним методом. Весьма грубым и опасным.
[indent=1,0]– Лучше, – начал Весемир, сдернув ремень с плеча и выхватывая разбойничий меч, – если всё…
[indent=1,0]– Брюзг, выведи этих особ отсюда, – корчмарь перебил предупреждения ведьмака, шмыгнул носом и продолжил драить грязной тряпкой грязную кружку.
[indent=1,0]– Как два пальцы, – отозвался довольный Брюзг и в два шага оказался возле незваных гостей.
[indent=1,0]Однако не успел он замахнуться, как ведьмак резко ударил его сапогом в колено. Раздался хруст. Непонимающий происходящего здоровяк повалился на пол. И тут он увидел перед собой желтые глаза и злое бледное лицо. Брюзг очень сильно пожалел, что вылез из своего темного угла. Но тут хлесткий удар рукояткой меча лишил его сознания, и вся огромная масса мышц и жира с грохотом завалилась.

+1

14

Сабрина даже не стала толком оборачиваться, наблюдая за реакцией трактирщика. Она знала, что ведьмак справится, видела его в действии, этого было достаточно.
Но, вопреки ожиданиям, он вовсе не изменился в лице, не испугался, когда детина оказался лицом на полу. Чутье сразу подсказывало, что что-то не так, но самоуверенность не позволила  к нему прислушаться.
Трактирщик лишь молча достал другую кружку, металлическую, со странным блеском, и начал ее невозмутимо натирать тряпкой.
- Надеюсь, теперь мы можем переговорить, - усмехнулась Глевиссиг, хищно глядя на трактирщика. - Мы ищем проклятого лесоруба, и мы знаем, что он прячется здесь или проходил мимо. У меня задание от Капитула, поэтому советую говорить быстро и внятно, пока я подняла в воздух весь твой сарай!
Она оглянулась на ведьмака, чтобы тот хотя бы взглядом подтвердил, что она вполне способна это сделать. Трактирщик лишь пожал плечами.
- Лучше просто идите отсюда, здесь ничего и никого нет...
- Мы настаиваем, - с нажимом заявила Глевиссиг, и уже подняла руку, чтобы запугать упрямца магией.
- Раз настаиваете, так смотрите! Мне-то что! Вон - он указал на боковую дверь. - Больше некуда было вашему беглецу спрятаться!
Глевиссиг вновь не заметила, что у трактирщика сильный каэдвенский выговор, прямо как у нее... и что уж больно хорошо он говорит для простого трактирщика.
Она уверенно повернулась к боковой двери, и тот этим воспользовался. Кружка ударила ее в плечо как раз в том момент, когда она увидела замах и начала мгновенно произносить заклинание. Натренированные рефлексы давали о себе знать, но очередное слово на Старшей речи застряло в горле, когда ее скрутило пополам, а вся отдача от невысвобожденной магии ударила прямо по ней.
- Курва! - прошипела чародейка, надеясь, что ее не вырвет прямо здесь перед мужчинами.
Она едва не растянулась на полу, но помог стол, что подвернулся под руку...
Двемерит... она слышала о нем... читала об эффектах. Но не представляла, что он так бьет по чародейскому организму...
Но неожиданно трактирщик сам начал пользоваться магией... для него двемерит словно остался без последствий!
Мощный удар телекинеза швырнул деревянную стойку перед трактирщиком прямо в ведьмака, едва не задев согнутую в три погибели Сабрину.
И он не собирался на этом останавливаться.

+1

15

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Местами облачно

В последнее время пути молодого ведьмака Весемира всё чаще пересекались с магией.  Всё больше встречалось чародеек и волшебников. Неприлично много. Чародеи, чей разум насквозь пропитан магией, весьма тяжелые натуры. Непредсказуемы в поступках и ловки в решениях. Не зря многие чародейки становятся советницами при королевских дворах. Нет ничего опаснее в политике, чем бабы, плетущие тонкие подобно паучьим нитям интриги. Воюют ли короли? Подписывают недальновидные на первое время пакты? Поддерживают союзников? Открывают свободные торговые и паломнические пути через земли? Или сосредоточенно вслушиваются в шепот советницы, красивой, умной и опасной? Да поди бес разбери эти политические нюансы!
[indent=1,0]Весемир сплюнул было от недовольства, но, решив, что под крышей плевать безнравственно, сдержался.
[indent=1,0]Трактирщик, тем временем, парировал угрозы Глевиссиг. Ни исключительная некомпетентность работника, ни упоминание много известного Капитула, ни жесткий тон чародейки, ни даже бледная рожа с двумя желтыми огоньками ведьмака не нарушили поведение трактирщика. С полной невозмутимостью он продолжал драить кружки. А затем, видимо устав от чрезмерного внимания, указал в сторону боковой двери, которая до этого момента, казалось, не существовала.
[indent=1,0]Что-то было не так. Ведьмак нутром чуял.
[indent=1,0]Не прошло и половины мгновения, как опасения оправдались.
[indent=1,0]Трактирщик запустил в Глевиссиг надраенной кружкой.
[indent=1,0]Ничего особенно, хмыкнул про себя Весемир. В него и бутылки кидали, и разбивали о голову, и камнями швырялись, и проклятиями: когда вид мутанта селянам уж совсем противен становился, они принимали крайние меры и весьма рискованные.
[indent=1,0]Однако для Глевиссиг удар кружкой оказался более болезненным, чем можно было предположить. Скрючившись от боли, она зашипела как обозленная кошка, в которую запустили башмаком и велели заткнуться.
[indent=1,0]Ведьмак в душе потешился над слабой телом чародейкой. Перевел взгляд на трактирщика, чтобы подмигнуть, но вместо пухлощекой физиономии увидел стремительно приближающуюся деревянную стойку.
[indent=1,0]Инстинктивно и не очень удачно сложив знак Квен, Весемир встретился с мебелью. Раздался треск дерева и громкий клацнувший хлопок. Стена напротив не обделенного магическими способностями трактирщика была покорежена телом ведьмака. Удар оказался слишком сильным. Ведьмак едва находился в сознании, пришибленный деревянной стойкой и стеной. Он чувствовал вкус крови во рту. Руки и лицо зудели от множества царапин и крупных заноз. Как так получилось, что быстрый и ловкий ведьмак оказался между молотом и наковальней? Весемир не нашел ответа, отчего и злился.
[indent=1,0]С разрушениями внутри таверны, очевидно, трактирщик сталкивался не раз, отчего легко отнесся к очередной порче имущества. Вытерев руки о засаленный фартук, пухлолицый волшебник хохотнул и пинком отправил поломанную табуретку в Глевиссиг. Не очень точно.
[indent=1,0]– Дура! Да мне насрать на твой Капитул. На твоё задание. На твоего грёбанного мутанта. На пизданутого лесоруба!
[indent=1,0]Его заклинание мучительным грузом легло на Глевиссиг, притягивая к полу, если как вдруг неожиданно на неё присаживалась лошадь.
[indent=1,0]– Нечего тут, сука, разнюхивать. Не твоего ума палата. Поняла, а?
[indent=1,0]Магия давила всё больше, всё страшнее. Трактирный волшебник не ослаблял хватки. Его черные маленькие глаза блестели от наслаждения и предвкушения от убийства какой-то хрупкой и недалекой ведьмы из Капитула. Лицо исказила злоба и неутолимое желание смерти. Ему показалось, что из ушей и носа чародейки брызнула кровь. И он прижал еще сильнее, рассчитывая услышать хруст костей, дикий вопль, а затем предсмертные судороги женского тела. Однако не успел.
[indent=1,0]Внезапно нечто толкнуло, сбило, отвлекло. Нечто магическое, но такое примитивное, что оскорбило раздутое эго трактирщика. Хватка ослабла.
[indent=1,0]Это был ведьмак, что всё еще валялся на полу, ползая и пытаясь подняться.
[indent=1,0]– Ты, чума побери весь твой род, думал, что твоя простецкая магия знаков меня с ног собьёт?! Болван! Этого недостаточно!
[indent=1,0]Однако этого было вполне достаточно.

+1

16

Двемерит выводил чародеев из строя, но только кандалы способны сделать это перманентно. Ударившись о ее плечо, кружка откатилась в сторону, и действие губительного металла исчезло.
Закаляй в Аретузе учителя своих учениц, позволяя привыкнуть к действию этого металла, Сабрина бы уже пришла в себя и ответила смертоносным заклинанием. Но промедление стоило дорого. Тем, что скрытый чародей пнул табуретку, и так угодила в плечо. Закрутившись с опоры на столе, Глевиссиг беспомощно упала на пол, а потом его придавило заклинанием.
О, она слишком хорошо его знала... слишком хорошо. Кровь хлынула из носа на пол, еще и портя новое платье, которое и так было загажено грязью на полу. Но единственное, о чем она могла думать, это о том, как не сбиться с контрзаклятия. Сил было мало, кости хрустели, боль пронизывала все тело, достигая такого предела, что в какой-то степени начинает приносить наслаждение, потому что организм понимает, что скоро умрет, и наступит невообразимое доселе облегчение...
Заклятие сдерживало удар, оттягивая неминуемый конец... но этого было недостаточно, чтобы контратаковать и взять инициативу вверх.
Такой бездарный конец от выкидыша Бан Арда...
Который не смог прикончить чародейку, хотя у него был десяток шансов. Это говорило о том, что он был очень плохим учеником, и слишком многого не понимал. Либо двемерит, который он недавно тер в руках, сказался и нем.
Этого времени хватило ведьмаку, чтобы хоть как-то оклематься. И тогда вся ярость и злость, что перебили страх смерти, выплеснулась наружу, когда хватка ослабла.
С громким воплем, усиленным магией, Сабрина придавила трактирщика к полу уже своим заклинанием. Тем же самым, только в разы сильнее, сотканного правильно, без единого изъяна. Трактирщик не мог даже кричать, пока его вдавливало прямо в доски. Плоть сплющилась о кости так, что он стал напоминать мясной скелет.
И он умирал долго... дольше, чем мог позволить любой, у кого есть немного сердца. Преподаватели Аретузы схватились бы за сердце, увидев свою подопечную, что убивала так с поразительным хладнокровием, да таким, что ей после никогда не будут сниться кошмары.
Да еще с хищной улыбкой на лице, где с уголков губ капала кровь. Только боль собственного тела заставила ее, наконец, отпустить хватку. Магия протекала через болезненные точки, и требовалась недюженная выдержка, чтобы продолжать.
Но к этому времени от уже мертвого трактирщика осталась лишь куча мяса с торчащими костями, его грудная клетка взорвалась, обнажая все раздавленные внутренности. Вонь заполнила зал трактира почти моментального. А на его лицо лучше было не смотреть...
Тяжело дыша, Сабрина откашлялась кровью напоследок.
- Бан Ард мне не ровня, особенно такие бездари...
Сплюнув кровью прямо в раскрытую грудную клетку напоследок, Сабрина обернулась к ведьмаку. Заклинание ее подкосило,  но их предыдущие приключения успели показать, что на самом деле она почти несгибаемая.
- Пошли, найдем, что он так прятал... - спрашивать, в порядке ли ведьмак, она не собиралась.
После чего Сабрина, не задумываясь, пустила молнию в голову оглушенного здоровяка, снеся ему часть черепа. После такого никто не встанет.
- Предыдущее приключение научило меня не оставлять никакого в тылу...
Зато она подарила ему самую легкую смерть, во сне.
Чутье позволило быстро найти люк, но вот лезть Глевиссиг туда не собиралась.
- Зная магов, тут может быть ловушка, снеси его знаком, а я выставлю щит.
Нельзя исключать ответных заклинаний.

+1

17

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Местами облачно

Постепенно молодой ведьмак приходил в себя. Силы возвращались, но голова всё еще гудела, а посторонний шум, слова Глевиссиг разносились тяжелым эхом. Ему всё же удалось помешать прессовке и сжатию чародейки, которая, воспользовавшись моментом, использовала аналогичное заклятие против пухлощекого трактирщика из Бан Арда. В отличие от него, она не стала тянуть и быстро закончила дело. Кости человека захрустели, кровь брызнула от сильнейшего напора, глазные яблоки вылезли из орбит, словом трактирщик превратился в мясную кашу. Лежачего Брюзга чародейка также не пощадила, магией размозжив тому голову.
[indent=1,0]– Ты что, блядь, вытворяешь, а? – Весемир поднялся на ноги, опираясь о стену, и осмотрел заклитый кровью пол.
[indent=1,0]Ушибленная спина ответила тупой болью, отчего ведьмак непроизвольно поморщился, но быстро взял себя в руки и, невзирая на ломоту, выпрямился. Нельзя было показывать слабость перед какой-то напыщенной бабой с сиськами!
[indent=1,0]– Если ты снова начнешь убивать всех подряд, – ведьмак подошел к Глевиссиг, что уже успела отыскать тайный ход и с любопытством осматривала его. – Нет. Не так... Холера! Ты не чародейка, а маньячка. Да иди ты нахер со своими ловушками. Тебе надо – ты и делай. Слишком часто я твою задницу выручал.
[indent=1,0]Ведьмак, довольный собой, развернулся на каблуках и, прихрамывая, покинул корчму. У стены стояла лавка с ножками разной величины. Со вздохом облегчения, Весемир опустился на неё. И тут же утонул в собственных беспокойных мыслях о произошедшем, о вновь ускользнувшем Яковше, о клинках доверенных ведьмачьих, о позоре, в котором придется возвращаться на зимовку. Он обхватил голову руками и закрыл глаза.
[indent=1,0]Неужели единственный выход найти утерянное – это лезть неведомо куда, но ведомо с кем. И таковой спутник не мог радовать от слова совсем. По прошлому печальному опыту было ясно какой человек Сабрина Глевиссиг. Человек ли вообще?! Стрыга большегрудая! Ха!
[indent=1,0]Кривая, но живая усмешка появилась на бледном, израненном лице ведьмака, когда он представил эту картину. Ему казалось подобное потешным, поскольку со стрыгами Весемир встречался только в книгах и рассказах других мутантов. И по описанию справиться с ними было не столь сложно. Бедные проклятые женщины!

[indent=1,0]– Хрен с тобой, Глевиссиг, – Весемир вернулся. Хмурый и сердитый. – Накладывай свой сраный щит.
[indent=1,0]Медальон слабо дергался. Очевидно, чародейка была права: ход действительно защищен охранным наговором и заклятием.
[indent=1,0]Всё казалось подозрительным и загадочным. Зачем так скрывать обыкновенного ростовщика, который ведет нечестную игру и продает краденое? Какова вероятность того, что открыв ход, они войдут в небольшое помещение, скрытую кладовку с фисштехом, где будет скромно сидеть их общий знакомый, курить трубку и точить ворованные клинки?
[indent=1,0]Ведьмак прикинул, что это крайне маловероятно.
[indent=1,0]Пальцы сложили знак Аард. По руке прошлась дрожь от магии.
[indent=1,0]Раздался хруст, мгновенно перешедший в треск. Мелкие голубые молнии в панике забегали по периметру двери, чтобы затем резко выстрелить в стоящих ведьмака и чародейку. Однако магический щит поглотил разряды ловушки. Через несколько мгновений молнии растаяли. В воздухе застыл сильный запах озона, как после продолжительной и сильной грозы.
[indent=1,0]Небольшой коморки с фисштехом, клинками и ростовщиком не обнаружилось. От двери с искалеченной магической ловушкой убегал вниз тоннель. Впереди на серой стене одиноко горел факел.
[indent=1,0]– Вот же сукин сын, – ругнувшись и мысленно проклянув вора несколько раз, Весемир принялся спускаться по узкой лестнице.

+1

18

Сабрина готова была влепить пощечину ведьмаку, потеряв всю маску хладнокровия (снова), а иначе и быть не могло, ведь она побывала на грани гибели.
Это показало бы, чего стоит ее выдержка. Чего стоит вся ее аристократичность и господствующее положение.
Вот только в этот момент чародейке стало наплевать. И ведьмак получил свою оплеуху, стоило ему подойти. Она сдерживалась до последнего, а потом вся выдержка пошла к черту. Получил он пощечину  быструю и хлесткую, возможно, в ней было даже немного магии, что могла неприятно обжечь кожу, но этого Глевиссиг не заметила.
- Блядей вы трахаете, потому что вам больше никто не дает, гребаный мутант! - не осталась в долгу Сабрина. - Мягкотелый! Рохля! Нытик! Вас там учат убивать или чему?! Он хотел убить нас обоих! Они оба хотели нас убить! Хочешь узнать, что я только пережила, я могу тебе это устроить!
Но на это Сабрина уже не хотела тратить свои силы, слишком устала после пережитого, а им предстояло еще немало сложных и опасных дел. Если, разумеется, их альянс тут же не разрушится здесь на месте.
И к этому все и шло, ведьмак высказал все, что думает, и ушел.
А вслед ему донеслась  новая ругань.
- Еще скажи, что их жизни священны! Да кто ты такой, чтобы судить меня! Любой суд, что людской, что магический этим мразям отпишет лишь мучительную казнь!
И ей самой заодно, возможно, за некоторые грехи, но сама Сабрина предпочла это не упоминать.
Стоило ему уйти, как возникло странное облегчение, позволившее успокоиться после пережитого, и теперь ее мысли мгновенно сосредоточились на деле, а этому навыку она долгие годы приучала себя в Аретузе.
Так или иначе, нужно было открыть чертов люк... и при этом не сдохнуть. Сложная задача, такому их не учили. Именно поэтому многие выпускники школ погибали чаще по глупости, чем от рук врагов.
Но неожиданно ведьмак вернулся. Сабрина даже не удостоила его взглядом. Слова ей были не нужны, чтобы высказать ему свое презрение. И она чувствовала ответное. Все это, особенно после страха смерти, переродилась в странную смесь ненависти и эротических желаний, пожалуй, она была готова завалить его прямо здесь, чтобы выплеснуть свою ненависть и при этом почувствовать вкус жизни, который она едва не потеряла.
От этого ее дыхание участились, а щеки приобрели странный румянец, что в полумраке комнаты могли заметить его глаза, что прекрасно видели в темноте. Хорошо еще, что плотная ткань платья в области декольте не позволяла увидеть вещи, которые смутили бы уже самого ведьмака.
Не говоря ни слова, Сабрина дождалась, когда, наконец, все будет готово. А потом выставила щит, намеренно перестаравшись, точно не зная, какой силы заклятие.
Но оно и не должно было быть сильным, никто не ставит такие мощные ловушки на дверь, на которую можно легко напороться  во время готовки завсегдатаям таверны...
Выдохнув, стоило двери рассыпаться в щепки, Сабрина осторожно прошла вперед, убедившись, что больше ловушек нет.
С ведьмаком она так и не разговаривала. В ее руке появился светящийся шар, который показал, что туннель уходит очень глубоко.
Таверну строили над ним нарочно, проведя до этого раскопки.
- Эльфийские руины...
Ее глаза загорелись любопытством. Она еще ни разу в них не была, лишь много читала... как же много там можно выяснить.
Жуткий сквозняк ударил ей в лицо. Черные волосы развевались под сильными порывами. Все подземелье продувало насквозь, это значило, что выход оттуда далеко не один.
Ее туфли осторожно ступали по скользким влажным ступенькам, что давно поросли подземным мхом. Кое-где встречались провалы и ямы, но в целом, по этой лестнице можно даже носить тяжелые грузы.
Спертый запах подземелья сменился странной смесью оттенков. От благовоний и алхимической приблуды до запаха трупов. Они на верном пути...
Первое, что они встретили на своем пути, это железную решетку, что уперлась копьями глубоко в камень. А рычаг с другой стороны...
Или же имелся тайный и замаскированный здесь.

+2

19

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Местами облачно

Эльфские руины. Кладезь древних знаний, историй начала. Колодец тайн, что большинство специалистов в области магии стараются отыскать, обуздать и использовать для личной выгоды. Волшебники и чародейки не упустят своего. Однако эльфские руины не только своеобразная сокровищница, но и сосредоточие опасностей и ловушек.
[indent=1,0]Весемир никогда не бывал в подобных местах. Столь старых и пропитанных магией. Ему хватало городских канализаций и катакомб Каэр Морхен. Отчего ведьмак не мог разделить восторг и заинтересованность Глевиссиг.
[indent=1,0]– Ну, руины, – безразлично прохрипел он, с неприязнью поглядывая на яркий наколдованный шар, что летал рядом и освещал путь. – Всё давно растаскали мародёры. О, зараза.
[indent=1,0]Железная решетка преградила путь.
[indent=1,0]Крепко ухватившись за основание, Весемир попытался поднять её. Боль в спине вернулась. Он чертыхнулся и бросил это занятие.
[indent=1,0]– Как-то выслеживал одинокого, но жирного утопца в городских каналах, – ведьмак отошел от ограждения, вспоминания один из многих неприятных моментов своей профессиональной жизни. – Но этот уродец оказался по ту сторону такой же грёбанной решетки!
[indent=1,0]Положив руки на бока, Весемир осматривался вокруг.
[indent=1,0]– К чему я. Рычаг не может быть один. Холера… Магией не можешь что ли поднять, а, чародеска?
[indent=1,0]Механизм для простой железной решетки не стали бы усложнять и устанавливать вдалеке от самой двери. Система была взаимной: один рычаг накручивал цепь на вал, поднимая решетку, следовательно, второй, когда опускался, раскручивал. Проблема была в том, что мудрёные головы, пользующиеся данным ходом и опасаясь любопытства незваных гостей, замаскировали одну из рукояток.
[indent=1,0]Румпель на той стороне с деревянной ручкой, не затертой, казалось, совсем новой, торчал по правое ведьмачье плечо. Весемир повернулся к нужной стене. Медленно, мягкими прикосновениями пальцев передвигался он по ней, вглядываясь в любую шероховатость или скол.
[indent=1,0]– Убери клубок. Слишком яркий. Слепит.
[indent=1,0]Что-то попалось на глаза: едва заметно выдвинутый камень размером не больше, чем нос Сабрины Глевиссиг, стоящей где-то позади, по обыкновению недовольной и высокомерной. Но чертовски соблазнительной и красивой.
[indent=1,0]Ведьмак вдавил камень.
[indent=1,0]Ничего не произошло.
[indent=1,0]– Холера! – Весемир ругнулся, расстроенный неудачей.
[indent=1,0]Однако несколько мгновений позже в стене напротив послышался глухой гул, скрип цепи, и решетка лениво поползла вверх...
[indent=1,0]– Хм!
[indent=1,0]... открывая дальнейший проход в неизведанность.
[indent=1,0]Поправив ремень, на котором держался меч за спиной, Весемир перешагнул условный порог и осмотрелся по ту сторону решетки. Ничего не произошло. Ни выпущенного арбалетного болта в упор от неудачного шага на особую каменную плиту. Ни булыжника, падающего с потолка по причине всё той же особой плиты. Ни даже злого пса, охраняющего коридор своего хозяина.
[indent=1,0]Однако стоило пройти дальше, как ведьмак почувствовал дрожь медальона. Он вопросительно обернулся к Глевиссиг.
[indent=1,0]– Магия?
[indent=1,0]В ответ далеко впереди раздался одинокий утробный рёв.

+1

20

Сабрина была расцарапать ведьмаку лицо за такое пренебрежение к истории древнего народа, чьи знания до сих пор были основой человеческой цивилизации. Но потом вспомнила, с кем имела дело, и поняла, что ничего, кроме снисходительности к его дремучести он не заслуживает.
Находка настолько оживила Глевиссиг, что она забыла про боль во всем теле после магического пресса, под который ей недавно не повезло попасть.
Глядя на его усилия по поднятию решетки, Сабрина мстительно фыркнула. Все-таки не настолько эти мутанты сильнее людей как рассказывают.
- Вот почему вы совсем неэффективны. Без оружия дальнего боя вам остается только сосать лапу…
И вправду, что еще остается им делать, если враг далеко и до него не добраться? Именно по этой причине большую часть времени у Сабрины будет над ним превосходство.
- Может и могу, - уклончиво ответила чародейка, все еще прицениваясь к решетке.
Это было проще всего, но ловушка на двери хорошо ее предупредила, что здесь не любят непрошенных гостей. А если выкидыш Бан Арда умел настраивать магические паттерны, то любой, кроме него, кто попытается открыть решетку, немедленно получит болезненный удар.
Поэтому она предоставила ведьмака самому себе, пока искала способ. Но проблема решилась быстрее, чем удалось нащупать что-то похожее на решение.
Никак не поблагодарив ведьмака, будто тот сделал то, что должен был, чародейка прошла за решетку, как только тот убедился, что все в порядке.
Но вскоре ведьмак остановился, его медальон раздражал, а рев, от которого и без того холодная кровь Глевиссиг застыла в жилах, заставил подумать дважды о том, чтобы идти дальше.
Вопрос ведьмака Сабрина едва не пропустила мимо ушей, но потом повернула к нему голову, надеясь, что не побледнела, словно пергамент.
Вот уже недели напролет ей снилась эта тварь из подвала старосты. И встречать новую вовсе не хотелось…
- Нет, на магию не похоже.
Впрочем, что-то почувствовать сквозь эльфийские руины достаточно сложно, везде что-то мешало и натыкалось на барьеры. Сами стены были выщеблены с помощью тончайших магических искусств, которые потеряли сами эльфы.
И хуже всего то, что ни следа чертового лесоруба и его женушки. А от них зависела вся ее карьера…
Так и не погасив яркий шар, как раз назло ведьмаку, Сабрина сглотнула и медленно двигалась вперед.
Высокие, но узкие коридоры то и дело петляли, пространства для драки или маневра тут не так много, но Сабрина не сомневалась, что это идеальная позиция для ее магии. Никто не сможет уклониться…
Запах свежей крови смешался с подземной сыростью, и вскоре впереди они увидели лужу крови, вытекающую из-за угла.
Сабрина аккуратно заглянула первой, а потом отошла в сторону, с надменным безразличием глядя на растерзанную жену лесоруба.
- Он знает, что мы идем за ним… выпустил какую-то тварь… а ее… как приманку, чтобы его не сожрала.
Первая же мысль, что пришла ей в голову, пожалуй, только она могла заподозрить людей в наихудших проявлениях их природы.

+1

21

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Эльфские руны
Сыро, плохо пахнет

Труп женщины был изрядно потрёпан. Грудная клетка вмята, несколько ребер жуткими иглами выглядывали из тела. Ноги переломаны. Руки с безумной силой сжались в маленькие кулаки. Голова сплющена, черты лица едва ли различимы. Тёмные волосы, смешанные с кровью и вытекшим мозгом, явно принадлежали женщине. Той самой, что была в лавке. Той самой, что не посчастливилось выйти замуж за последнего негодяя, который зарабатывал воровством и обманом. И явно был замешан во что-то вязкое, глубокое и опасное.
[indent=1,0]Ведьмак называл это просто – дерьмо. Именно в него ему вновь подвезло вляпаться. С чародейкой и без мечей. Ох как бы хотелось поменять их местами! К великому сожалению молодого чудищного убивца подобный фокус был вне его компетенции.
[indent=1,0]Весемир встал с колена, кончив осматривать труп женщины.
[indent=1,0]– Умерла она быстро, – заключил вслух он, не без опасения поглядывая по сторонам. – Нечто огромное… – тролль? – напало на неё. Поиграло. Об пол и потолок. Превратило в кровавое месиво и оставило, как наскучившую игрушку. Может быть да, тролль. Хм.
[indent=1,0]На голых камнях едва различались отпечатки и отметины здоровых лап. Чудище хромало. Одна стопа шире. На другой – острые выступы. Пальцы, когти? Это был не тролль.
[indent=1,0]Меч инстинктивно скользнул в руку. Кожаная перчатка заскрипела, сомкнувшись на рукояти. Желтые глаза блестели, высматривая любую зацепку, приглядываясь к любому еле заметному движению. Неведанная ведьмаку тварь исполинских размеров и недюжинной силы таилась где-то рядом. Ни дыхания, ни шороха. Ничего. Весемир не слышал, но чувствовал.
[indent=1,0]– Не думаю, – в конце концов заговорил ведьмак, не убирая меч. – Эта… тварь просто напала, как охранник, сторож, пёс. Хватанула первое, что подвернулось под руку – невезучую бабу того сукиного сына. Сукин же сын быстро сделал ноги. Сторож, кончив с бабой, метнулся следом за сукиным сыном. Думаю, найдем мы его чуть дальше. Если, конечно, ему не наставила рога госпожа, мать её, удача. 
[indent=1,0]Они продвинулись дальше по короткому тоннелю, который заканчивался тупиком. Вернее, огромной, доходящей до потолка груды мусора.
[indent=1,0]Весемир гадко ругнулся и пнул первый попавшийся камень. Тот долетел до кучи мусора, звонко стукнулся об нее и вновь оказался на полу.
[indent=1,0]– Давай колдуй, – ведьмак нагло повернулся к Глевиссиг, указывая острием клинка в сторону тупика.
[indent=1,0]Медальон задрожал.
[indent=1,0]Задрожала и земля под ногами.
[indent=1,0]И груда мусора.
[indent=1,0]Магический голем, созданный из разнообразных остатков былой эльфской крепости, камней, дерева, железа, земли, глины, людей и много другого поднялся на кривые ноги разных размеров. Поднялся, заревел. Стукнув массивной лапищей о стену так, что с потолка посыпалась каменная крошка, чудище неуклюже заковыляло навстречу незваным гостям.
[indent=1,0]Всех незваных гостей следовало уничтожать.

+1

22

Сабрину мало волновал труп, больше тварь, которая все еще бродила вокруг. Вокруг не было никакого запаха, который обычно должен быть от какой-либо нечисти. Ведьмак так бы точно почувствовал. А иметь дело с чем-то странным и эфемерным чародейке совсем не хотелось.
- Неважно, главное, что эта сволочь услышала как мы идем и выпустила на нас тварь, но та оказалась неподконтрольна... - фыркнула Глевиссиг.- Какая ирония.
Какими же идиотами населен, оказывается, этот мир.
И, казалось, все кончено, все следы потеряны. Но Сабрина не сомневалась, что проделанная работа уже даст хорошее продвижение ее карьере. Забытые эльфские руины, выкидыш Бан-Арда. Странная организация, ликвидация которой в любом случае обеспечит Северу спокойствие, неважно, сколько при этом еще детей продолжит пропадать. Ее успеху ничего не может помешать.
Кроме ведьмака.
Сабрина с прищуром взглянула на него на мгновение. Он не отступится, пока не получит свои мечи. И может полезть еще глубже и раскрыть те секреты, которые не для его глаз. Поэтому нельзя просто так развернуться и уйти. Но и выпроводить его отсюда не получится, кроме как силой. Удастся ли влезть в его голову? Кто знает, какими там мутагенами напичкали ведьмаков. В принципе, некоторые рассчитывали, что они будут убивать мелких магов, которые отбились от остальных... или же это были просто слухи?
Так или иначе, останавливаться нельзя. Придется убить проклятую тварь.
Когда ведьмак двинулся вперед, Сабрина пошла следом, думая, не отключить ли его сознание. Но потом протащить такую тушу до выхода не удастся... хотя потом всего-лишь перебросить через лошадь и отправить ее вдаль по дороге...
О большем ее мысли посетили первыми, однако, она видела как может тот убивать, и справедливо опасалась.
Но дилемму так или иначе развеяла гора мусора перед ними.
- Хочешь, чтобы нас всех завалило? - проворчала чародейка, приглядываясь к стенам. Да, она и вправду могла раскидать весь завал, однако, кто знает, что за ним, и какие подпорки повреждены.
Но что-то нужно было делать. Видимо, убегая от твари, лесоруб использовал заранее заготовленную ловушку... чертовы эльфские руины, всегда непредсказуемы.
И эта непредсказуемость показала себя во всей красе, стоило ведьмаку пнуть один камень, тревожа стража этих коридоров.
Еще до того как мусор сформировал свое тело, Сабрина успела попрощаться с жизнью, найти надежду, а потом поддаться панике, продиктовавшей инстинктом самосохранения одно единственное решение.
- Беги, глупец! - она рванула по коридору обратно, а в голове мелькали страницы толстого тома, где многое написано о големах, но не то, как с ними бороться.
Это ведь удел ведьмаков, но тот был явно не готов к схватке. А сама чародейка знала лишь то, что нужно вырвать его сердце. Но где оно может в этой огромной куче постоянно перемещающихся частей, где каждая и не думает стоять на месте, гуляя по телу?
Даже хромое, это существо двигалось быстро, и Сабрина поняла, что ни решетка снаружи, ни люк эту тварь не удержат. Они просто умрут под открытым небом, вся и разница.
Поэтому с трудом сконцентрировавшись, чародейка остановилась и резко развернулась, шепча мощное заклинание.
Свет пролетел практически вплотную к ведьмаку, что был на линии огня. Но все-таки магический шар влетел прямо в деформированную ногу и срезал ее как ножом.
Вот только еще до того как голем упал, его конечность начала восстанавливаться....

+1

23

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Эльфские руны
Сыро, плохо пахнет

Нечто светлое, похожее на летающую тарелку, пронеслось мимо и, подобно топору с наиострейшим лезвием, срубило искаженную ногу чудовища из мусора. Ни крика боли, ни рыка ярости не последовало, как обычно бывает, когда теряется та или иная важная конечность. Магический голем не обратил внимания, не повернул уродливой головы, не остановился. Потеря ноги никак не сказалось на движениях – медленных, ленивых и неуклюжих, – поскольку конечность почти тут же восстановилась. Он вновь поднялся с земли, тяжело. Огромные страшные руки, словно в предвкушении долгожданной расправе, стукнули друг о друга. Маленькие куски отлетели от удара и посыпались на землю.   
[indent=1,0]Выругнувшись, ведьмак отскочил подальше. Многое слышал он о творениях безумных ученых и магиков, которые собирали себе послушного, безвольного стража-раба-прислугу из разных, едва ли сопоставимых компонентов.  Читал о каменных колоссах, самых стойких и долговечных. О големах, которых старались сделать более похожими на человека, отчего в расход шли как раз именно они, люди, на сотворение себе подобного существа, сильного как бык и послушного как собака. Но голем из мусора – исступление волшебников безгранично. Однако Весемир никогда, никогда в своей жизни не сталкивался с подобными чудищами. Из рассказов и баек бывалых ведьмаков эти созданные магией колоссы считались поистине опасными противниками. Выносливые, стойкие и упрямые. Их порождала магия, следовательно, магия и забирала у них энергию обратно, превращая вновь в бесполезную груду расходного материала. Либо уничтожить внутренний генератор магической энергии, который чародей помещал в голема и активировал на разные временные периоды – в зависимости от того, что требовалось чародею.  Клинки и простые знаки ничего не могли сделать супротив бездумных гигантов, ведомых чужой волей.
[indent=1,0]Ведьмак был почти бесполезен. Даже будь у него эликсиры, улучшающие скорость, рефлексы и силу, шансы сразить толстокожего голема ничтожно малы. Плясать вокруг, уворачиваясь от сокрушительных, смертельных ударов, от которых дрожит земля и осыпается потолок, не принесет пользы, лишь отсрочит неизбежное – смерть.
[indent=1,0]– Колдуй! – закричал он Глевиссиг. – Отними у него магию или чем он там подпитывается!
[indent=1,0]Коридор был беспредельно узок. Вытяни голем свои длинные лапища, заскрежетал бы ими по стенам. Однако монстр так не сделал и, вероятно, не планировал. Чудище медленно шло, приближаясь к незваным гостям всё ближе и ближе.
[indent=1,0]Огромная рука взмыла в воздух, едва не касаясь потолка, и резко помчалась вниз. Весемир, выигрывая в скорости, в реакции, ушел от удара, прыгнул вперед, минуя страшного удара, и прокатился монстру за спину. Мгновенно оказавшись на ногах, ведьмак нанес серию быстрых и опасных атак мечом. Однако разбойничий клинок не причинял голему никакого вреда. Царапал, щекотал, покалывал.
[indent=1,0]Внимание голема теперь висело исключительно на юрком человеке, что так неожиданно исчез из поле зрения и появился за спиной, чтобы неприятно карябать её. Колосс из мусора медлительно повернулся, готовый показать жалкой букашке то же, что он сделал до этого с женщиной. Теперь голем атаковал подходами. Когда левая рука обрушивалась вниз, туда, где секунду назад стоял ведьмак, правая тут же следовала дальше за левой. И так повторялась несколько раз. Голем походил на огромный живой культиватор.
[indent=1,0]Много раз клинок вонзался не в столь плотную поверхность голема, в попытках задеть внутренний генератор, сердце, но всегда тщетно. Много раз ведьмак был на волосок от смерти, но успешно уклонялся и маневрировал.
[indent=1,0]Несмотря на попытки экономить силы, Весемир чувствовал, что постепенно они покидают его.
[indent=1,0]Сейчас голем стоял в углу в поисках своего противника, который снова ловко ушел от удара в последний момент.
[indent=1,0]– Гуль тебя подери, Глевиссиг! – ведьмак, чумазый, пыльный, подлетел к чародейке. – Ты можешь его расчленить? По кусочкам раскидать? Оглушить?
[indent=1,0]Голем, тем временем, догадался, что в углу ведьмака нет и быть не может. Он посмотрел себе под ноги, ожидая увидеть там растоптанное тело, и расстроился. Если, конечно, искусственно созданные чудища имеет способности к сентиментальным чувствам.
[indent=1,0]Развернувшись и несколько раз стукнув громадные кулачищами, колосс издал утробный звук и, так сказать, побежал вперед, на незваных гостей.

+1

24

Никто не мог назвать Сабрину плохой ученицей. Бывали и свои неудачи, но в остальном она старалась держать планку, заданную своим знаменитым предком. Но это не значило, что она знала как бороться с такими тварями. Никто в Аретузе не думал, что свет женского общества вообще будет лазить по руинам. Если этому больше обучали в Бан Арде, то об этом Глевиссиг в то время не знала.
Уже который раз внешний мир показывал, что даже с Силой она совершенно не готова к таким испытаниям. И вновь ведьмак ее спасал, отвлекая на себя внимание. Иначе бы она давно закончила свой путь рядом с трупом жены лесоруба.
Ее позор от собственной беспомощности будет преследовать ее всю жизнь равно как и неприятное ощущение, что она вновь обязана жизни какому-то ведьмаку. Пусть и не последнему в своем роде, и пусть даже достаточно привлекательному.
Но все же Сабрина была из тех, кто умела сочетать порой несочетаемое...
Так или иначе, в будущем она не собиралась помогать Аретузе и ее ученицам, предлагать новые курсы или спасать своих собственных учеников от собственных големов, которых они сами создадут или найдут.
Это был не ее путь, она не собиралась сама взращивать себе будущих конкурентов. Учитывая, сколько потенциальных магиков было в тени, спрятанных от чужих глаз, от притока новой крови отбою не будет.
А, учитывая, что ей пришлось пережить, без этой закалки чародей не был для нее чародеем, а всего лишь сборщиком травок, писцом или еще кем, то есть абсолютно бесполезным как для нее, так и для Магии. Хотя и там встречались гении, но заслуживали они лишь презрение от Сабрины...
Тем временем, пока ведьмак крутился вокруг голема, чародейка лихорадочно перебирала в голове то, что может помочь, в то числе и из запретных многими заклинаний, о которых она лишь только слышала, но даже не знала как создать. Но все это действовало либо на живых, либо убьет всех в этих подземельях.
- Легко сказать! Почему бы тебе самому этого не сделать! - стараясь не впасть в истерику, Глевиссиг концентрировала вокруг себя Силу.
Это единственное, что пришло ей на ум. Она знала, что ведьмак долго не протянет, что рано или поздно ошибется, и тогда одного удара хватит, чтобы с ним покончить. И пусть тот двигался медленно, убежать от него Сабрина все равно не смогла бы, рано или поздно машина смерти бы ее настигла, ведь даже неизвестно, привязан ли он к этому месту...
В далеком будущем она уже знала как вырвать сердце голема и покончить с ним. Но сейчас, когда отчаяние окончательно захватило душу, ничего не оставалось, кроме как нанести последний удар...
Ведьмак просил раскидать, и это получилось. Но не так, как он ожидал.
Чистый удар направленной Силой, без какого-либо заклинания. Могучая волна света заполнила весь коридор, и ведьмака спасло лишь то, что он оказался в этот момент позади голема, которого волна превратила в мелкую крошку, и первому достались лишь остатки, отбросившие его к дальней стене, прямо к раздавленному в месиво трупу лесоруба, на которого и лег голем каменным мусором, перестав чувствовать чужаков.
То, что осталось от его сердца, откатилось в сторону и коснулось сапога ведьмака, все еще тлея странным желтоватом оттенком в кромешной темноте. И неизвестно, мог ли он еще возродиться после такого или же остатки магии вскоре исчезнут...
Но в любом случае, для Глевиссиг не оставалось никаких шансов для повтора столь мощного трюка. Ее сознание померкло еще до того как ее тело после такого выброса упало на каменный пол, практически бездыханным и бледным как смерть, словно Магия забрала остатки жизни, посчитав ее недостойной.

+1

25

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Эльфские руны
Сыро, плохо пахнет

Самый первый вдох дался тяжело, очень тяжело, после того, как магическая волна необычайной мощи расщепила голема на мелкие кусочки. То же самое могло произойти и с ведьмаком – благо тот оказался за спиной огромной мусорной туши, – но его всего на всего оторвало от земли и грубо швырнуло в сторону, в грязное месиво, где некоторое время назад покоился магический страж. 
[indent=1,0]Нечто звонкое коснулось каменных плит и докатилось до Весемира.
[indent=1,0]Ведьмак выругался, скверно, по-простому. Ноющая от боли рука в порванной перчатке нащупалоа что-то скользкое, немного теплое и подняла это на уровень блестящих в темном коридоре желтых глаз. Они моргнули раз, другой, оглядывая находку. Это была обыкновенная человеческая печень, но сильно растянутая, словно её выдавили из тела. Взгляд упал ниже: Весемир сидел в кровавой каше из раздавленнх останков незваного гостя.
[indent=1,0]Ведьмак вновь выругался, отбросил чужую печенку и вытер руку о куртку. Не в первой, конечно, пачкаться во внутренностях и кишках, однако всё же опыт не из приятных.
[indent=1,0]Печень со звонким, своеобразным шлепком  приземлилась возле небольшой сферы с выгравированными на её бронзовой поверхности рунами. Тусклый желтый огонёк мерцал внутри.
[indent=1,0]Вот он! Генератор магической энергии. Сердце голема. Удивительно, как столь незначительный предмет имеет столько сил, чтобы оживлять мертвые куски, соединять их воедино и двигать с огромным количеством рабочих функций. Магические учения не стоят на месте, совершая всё новые открытия и выказывая потрясающие, неожиданные прорывы. Однако в частых случаях всё подобное сказывается не на упрощении жизни простых граждан, а самих чародеев, сконцентрированных исключительно на своём внутреннем раскормленном эго.
[indent=1,0]Останки голема едва заметно дрожали. Разбросанные осколки, казалось, тянутся вновь слиться с теплым, прекрасным желтым огоньком, пляшущим в сферообразном генераторе магической энергии. Словно осы на медовых сотах мусорные куски голема липли на него, ворочились и постепенно затвердевали.
[indent=1,0]Ведьмачий нож вонзился в самое ядро сферы.
[indent=1,0]Искры, тонкие молнии засуетились и побежали по лезвию. Ведьмак едва успел убрать руку, прежде чем его хватил удар свирепого сгустка магической энергии.
[indent=1,0]– Бес! – Весемир встал с ноющих колен. Словом, болело всё тело. – Твою же мать… Проклятье! Сраная магия!
[indent=1,0]Меч, который он раздобыл в лагере разбойничной ганзы, прескверно погнулся и стал совсем непригоден к использованию.
[indent=1,0]Ведьмак плюнул под ноги и с досады пнул клинок подальше от себя. Однако и своих клинков не находил взглядом.
[indent=1,0]Путь через коридор был освобожден, открыт. Только так ли этот путь необходим? Для ведьмака - несомненно. Его целью было заполучить обратно драгоценное оружие своего цеха. Любой ценой. Любыми способами. Что, в конце, концов, могло быть хуже мусорного голема со страшной силой и способностью к регенерации?
[indent=1,0]Весемир не сразу заметил, что волшебница его не слушает и лежит без сознания и сил.
[indent=1,0]– Проклятье, Глевиссиг! Ты едва меня не… ммм… взорвала! Могла бы и поосторожнее колдунствовать. Или хотя бы предупредить.
[indent=1,0]Их отношения были весьма необычными. При ненависти к друг другу каждый в глубине души, ведьмачей или чародейской, испытывал иные чувства: дружеские и обыденное физиологическое влечение. Чародейка отличалась крайней привлекательностью и безумно сложным нравом. Её хотелось одновременно любить и убить, утопить в ласке и задушить объятиями.
[indent=1,0]– Глевиссиг? – Весемир подошел к телу, присел на колено и прижал два пальца к её шее.
[indent=1,0]Жилка слабо пульсировала.
[indent=1,0]Ведьмак и думать не мог, что применение магии пожирает столько сил. Он знал, что можно лишиться сознания на Маятнике и Мучильне, на бесконечных тренировках, но никогда при практике магических знаков. Отчего и пребывал в растерянности, сидя возле ослабленной, но живой Сабрины Глевиссиг.
[indent=1,0]Несмотря на то, что путь был открыт, поход в глубь тёмных тоннелей и неизвестных катакомб эльфской работы не имел смысла.
[indent=1,0]Уложив волшебницу поудобнее, подложив ей под голову свою рубаху, Весемир разжег магический костерок. Натренированное, готовое к трудностям и серьезным физическим испытаниям тело ведьмака не капризничало. Но что взять с прихотливого венца красоты и женских начал, воспитанного в комфорте Аретузы? Необходимо было возвращаться обратно.
[indent=1,0]Весемир еще раз склонился над чародейкой, оглядывая её израненное, но красивое лицо, тонкую лебединую шею, пышные прелести, от которых ткань её платья значительно натянулась. Стало как-то не по себе. Ведьмак проглотил подступивший к горлу комок разврата и похоти и отвернулся к теплому пламени.

+1

26

Многие чародеи умерли, не в силах справиться с Силой, что текла в них, используя ее слишком много за один раз. А те, кто выживали, если еще оставались в своем уме, после молили о смерти. Очень редко такие выбросы обходились без последствий, и для неопытной магички это едва не закончилось смертью.
Биение пульса на шее едва прощупывалось, ее кожа стала бледнее пергамента, будто все тепло ее крови ушло вместе с магией. Но она не умерла сразу, поэтому был какой-никакой шанс выжить.
Очнулась Сабрина лишь через несколько часов. Перед ней сидел потрепанный мужчина. Вооруженный. Вокруг медленно, но верно поднимался трупный смрад, усиливаемый близостью магического пламени.
Глевиссиг медленно поднялась и, широко раскрыв глаза, начала оглядываться. В двух концах коридора едва виднелись чьи-то отвратительные останки.
Ее платье было потрепано, декольте чуть порвалось, едва ли не открывая перед глазами мужчины весьма пикантную картину.
Ее тело дрожало, а с пухлых синих губ все пытались сорваться какие-то слова, но для озадаченного ведьмака, почему-то их не находило. Да и вообще чародейка была готова броситься бежать, но ее будто пугал вид изуродованных тел, мешавших побегу, будто каждый из них способен встать и броситься на беззащитную, обессилевшую Сабрину.
Наконец, пусть и вжавшись в стену, Глевиссиг попыталась успокоиться и обратиться к мужчине, который вовсе не собирался делать ничего плохого.
- Кто ты?
Один вопрос объяснил все, кроме как для нее самой. Она с трудом могла вспомнить свое имя, и даже не была уверена, что это именно оно есть. Остались лишь нечеткие воспоминания из детства и ворох других кадров, не складывающихся в общую картину и не несущих никакого контекста, с таким же успехом можно было показать листы белого и черного цвета и велеть чародейке увидеть в них что-нибудь.
И будто видя его в первый раз, Сабрина невольно начала ощупывать свое тело, подсознательно понимая, что она очень красива, но мало что из этого могло подсказать о ее прошлом.

+1

27

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Эльфские руны
Сыро, плохо пахнет

Сабрина Глевиссиг изучающе осматривала себя как юная дева после природных изменений. И явно была довольна тем, что находили любопытные руки. 
[indent=1,0]– Что значит «кто ты»? – ведьмак ошарашенно смотрел, как пришедшая в себя чародейка расползается по стене от неуверенности и страха перед неизведанным. – Тебе память отшибло что ли…
[indent=1,0]Весемир осекся, когда в его ведьмачей голове неожиданно созрел не самый добрый план. Неужели тот выброс магической энергии, что сумел изничтожить твердокожего голема и едва не разорвал на куски самого ведьмака, повлиял на чародейку столь критически отрицательно раз она забыла обо всем. О причине нахождения в холодных катакомбах, чьи туннели ведут неизвестными путями в тайну. О своих способностях, о прошлом. О своей внешности, о своём имени. О скверных отношениях.
[indent=1,0]Магический огонёк заметно дрожал от сильно сквозняка.
[indent=1,0]Поднявшись, Весемир сложил руки на груди, припустил серьезно-грозного виду и невозмутимо произнес:
[indent=1,0]– Я твой хозяин, женщина. И ты меня любишь.
[indent=1,0]Шаг вперед, навстречу красивой и запутавшейся чародейке. В душе ведьмак ликовал, радуясь долгожданной мести за всё то, что чертова Глевиссиг успела для него сделать. Сколько раз он спасал её неблагодарную крупную задницу. Сколько раз подставлял шею, рискую жизнью. И не получал ничего в ответ. Ни доброго слова, ни… Хотя обещанные тем злополучным вечером в Гелиболе деньги он всё же принял. Но это не возместило ему ужасную потерю драгоценных клинков цеха волка. До сих пор не возместило. Более того именно из-за Глевиссиг ведьмак упустил их и во второй раз, когда мечи уже были почти в руках, оставалось лишь выбить их из цепких лап ничтожного спекулянта-ростовщика. Но нет, магичке приспичило колдунствовать!
[indent=1,0]– Успокойся. Подойди. Подойди, говорю!
[indent=1,0]Ведьмак жестко схватил её за плечи и грубо притянул к себе. Он, не отпуская, смотрел на неё сверху вниз, чувствуя своё превосходство. Смотрел в её темные глаза, на её тонкую шею и ниже, на упирающийся в его грудь пышный, почти открытый взору бюст. Ухмыльнувшись, молодой ведьмин сказал: 
[indent=1,0]– Ты затащила меня сюда. Мне здесь не понравилось. Мы возвращаемся обратно и я тебя накажу. Поняла? Либо ты примешь своё наказание здесь. Выбирай.
[indent=1,0]Что-то глубоко в душе противилось такому подлому поступку. Однако Весемир решил проучить чародейку по-своему.

+3

28

Смятение стало еще сильнее с противоречивым поведением мужчины перед ней. Он был силен и опасен, она это чувствовала, видела в каждом движении. Весь мир вокруг казался одной большой загадкой, чародейка не могла даже сказать, что хорошо, а что плохо.
Ей оставалось лишь верить на слово, только и всего. Каждому его слову. Больше не оставалось ни одной ниточки, что связывала ее с окружающим. Без него оставалась только тьму, где предстоит двигаться на ощупь, и где каждый шаг грозит падением в пропасть.
Его грозный вид заставил Сабрину задрожать и еще сильнее  вжаться в стену.
- Да... - она не стала спорить. - Но кто  я... почему я ничего не помню?..
Глевиссиг не надеялась получить ответы на свои вопросы, по крайней мере, не сейчас. Ее робкие попытки хоть что-то сделать или даже подумать о том, чтобы сделать, быстро разбились о напор мужчины, который велел подойти, а потом сам притянул к себе, стоило подняться на дрожавшие ноги.
Его сильные мускулы, запах... крепкие объятия. Все это обезоруживало и пробуждало инстинкты, столь древние, как само время, и уже сама Сабрина невольно, прильнула к единственной опоре в этом мире, робко и неуверенно положив руки на мужскую талию, пока ее мягкие полушария упирались в крепкие мышцы его груди, сминаясь в столь цепкой, но приятной хватке.
Глевиссиг смотрела в его глаза и все же поняла, что вреда он ей не причинит... большого.
- Зачем мне... - ее незаурядный ум все еще пытался найти ответы на вопросы, но ответов не было, а находиться здесь было выше ее сил. - Пожалуйста, будь милосерден... я ничего не понимаю... пойдем отсюда...
Совершенно растерянная и сбитая с толка, чародейка понаитию направилась к выходу, прижавшись к противоположной стене, обходя труп жены лесоруба.
Она не помнила, как очутилась наверху, но коротко вскрикнула, увидев еще два тела, одно такое же мясо, а второе без половины черепа.
Ком встал в горле, но она не ела очень давно, чтобы тошнота взяла свое. Закрыв глаза, Сабрина понадеялась на мужчину и решила сосредоточиться на наказании, раз уж это была ее обязанность. Казалось, все ее существо противилось такому обращению, но в тоже время она чувствовала, что должна быть покорна... ведь где наказание, там должна быть и награда.
И она должна любить его... обязана. И Сабрина была готова поверить, что любит этого сильного, привлекательного мужчину со столь необычными глазами и сильным телом. 
Из-за чего она сама повлекла его на второй этаж, желая раствориться и забыться в его объятиях, глупо веря, что подобное вернет ей память.

+1

29

[AVA]http://i.imgur.com/0i7kweZ.png[/AVA]

День, 29 X 1184
Второй этаж трактира, кровать

Возбуждение. Похоть. Страсть. Грубость. Восторг.
[indent=1,0]Это было великолепно.
[indent=1,0]Ведьмак подложил руку за голову, так как подушек на жесткой, но широкой кровати не было. Несколько мгновений назад эта жесткая кровать громко скрипела, готовая предательски развалиться. Но и тогда странная пара не остановилась бы, продолжая безумное приключение плотской любви.
[indent=1,0]Одежда была хаотично разбросана по небольшой комнатке, в которой, по всей видимости, жил хозяин трактира. Развешанное по стенам разнообразие картин говорило о нем, как о человеке искусства, ценителе и коллекционере. В основном это были пейзажи и голые непропорциональные женщины. Последние напомнили ведьмаку о более юных годах, когда выслеживая весьма крупного утопца, он наткнулся на плещущихся в воде крестьянских девок. Завороженный их, как ему до сего момента казалось, прекрасными телами, ведьмак не сразу сообразил, что разыскиваемый им монстр подобрался слишком близко к нагим девушкам. Спасти удалось всего одну. И та щедро отблагодарила его на сеновале.
[indent=1,0]Весемир поморщился, вспомнив, как нещадно кололась солома, отвлекая от процесса благодарения.
[indent=1,0]Действительно, думал ведьмак, возвращая те самые образы, насколько чародесская красота отличается от кметской. То же, если сравнить знаменитое вино Туссента Эст-Эст с местной бражкой сомнительного вида и вкуса. Однако же красота чародеек часто неестественна, сотканная из магии, что превращает изъяны и недостатки в достоинства и преимущества. Это и играло значительную роль в жизни волшебниц, которые подчиняли мужчин уже самыми коварными из чар, известными, как женские чары.
[indent=1,0]Не зная всех нюансов о том, почему все чародейки ослепительно красивы, Весемир наслаждался жизнью, глядя в деревянный потолок.
[indent=1,0]– Знаешь, Глевиссиг, – он повернулся к ней, раздумывая над дальнейшими предпочтениями, которые могла устроить запутавшаяся чародейка, а ныне его любовница и слуга. Однако в голову не шли никакие пакости, ни подлые мысли, ни гнусные идеи, поэтому ведьмак просто сказал: – Да.

+1

30

С потерей памяти это могло считаться первым разом, по крайней мере, Сабрина переживала все, будто родившись заново. Оттого не сдерживалась ни в стонах, ни в криках, захлебываясь восторгом, поражаясь их обоюдной выносливости и ненасытности. Ее кожа покраснела в местах, что чаще всего грубовато, но властно сжимали руки ведьмака, а губы заарделись и чуть припухли от беспрестанных страстных поцелуев. Взамен нижняя губа ведьмака была откровенно прикусана несколько раз, а спина вся располосована длинными, ухоженными ногтями.
После такого не хотелось вставать. Не хотелось ничего делать, просто хотелось лежать и прижаться крепче к мужчине, который доставил столь ослепительное наслаждение, а значит, никогда не причинит вреда. И весь остальной мир был даже не нужен...
Как в следующий момент он произнес имя, которое звоном отдалось в голове. После столь бурной страсти оставался лишь последний толчок, что пробудил все заснувшие воспоминания в ее голове. Они вернулись разом, нахлынули резко и беспощадно, это было пробуждение ото сна.
Но не было никакого крика или истерики, не было и и магии, что обрушилась на ведьмака, который решил так с ней поступить, воспользовавшись ее беспомощностью И не потому что он подарил ей столь чудесные воспоминания, которые в третий раз уже не удастся повторить столь ярко.
Просто чародейка была вне себя от ярости настолько, что перестала рассуждать здраво и поддалась первым же странным желаниям.
- Что да? - спросила она с легкой, даже приятной улыбкой, в которой не было и намека на прежнюю хищную Глевиссиг.
И играть эту роль было ой как непросто...
Медленно заставив мужчину упасть обратно спиной на кровать, чародейка села на его живот, крепко сжав торс между своих длинных ног.
Руки медленно прошлись по плечам, широкой груди, усыпляя внимание, прошлись по шее, по лицу, потом опять вернулись на шею...
И в следующий момент неожиданно сильные по женским меркам пальцы вцепились в горло ведьмака, до крови царапая кожу, но еще хуже, перекрывая для его столь ценную возможность дышать.
Она не знала, чего хотела добиться этой попыткой, у нее не было шансов его задушить. Но видит Сопряжение, Сабрина не могла себе отказать в этой попытке, желая выместить всю злобу, которая ничуть при этом не отражалась на ее бесстрастном лице, лишь в глазах плясало ярость магического пламени, вроде того, что разнесло на куски голема в катакомбах.

Отредактировано Сабрина (2017-11-13 15:22:31)

+2


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Пролог » Мы должны прекратить так встречаться