Вниз страницы

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава III: Ярмарка тщеславия » Королевская мышеловка


Королевская мышеловка

Сообщений 31 страница 60 из 66

1

Время: 1265 год, 20 октября
Место: Каэдвен, Ард Каррайг.
Описание:  говорят, что когда в одном месте собирается несколько венценосных особ, то рано или поздно быть беде. Чем скорее короли разъедутся подальше друг от друга, тем будет этому миру спокойнее.
События, всколыхнувшие Каэдвен, а вместе с ним и все северные королевства, вынудили жить под одной крышей правителей севера, съехавшихся для переговоров.
Столица, взявшая негласную осаду, дожидается подхода войск из Бен Глеана. Меж тем гнетущее напряжение нарастает, недовольство знати и народа растет, а тракты стали смертельно опасны - мимо коварной эльфской стрелы не проскочит даже мышь. Куда уж королевскому кортежу?
Город, словно сидящий на бочке с зерриканским алхимическим порошком, вот-вот рванет, заливая улицы кровью. Человеческой. Нелюдской. Красной.

Примечание: старт не ранее утра 20 октября. При желании можно стучать в ЛС Геральту с просьбой о персональной вводной.

+1

31

Дворец

Лидия очень сомневалась в том, что рассказывать о том что было ранее вовсе нечего. Скажем так – она знала, что история была насыщена событиями весьма необычными, да еще и в дополнение наполненные магией невероятной силы. Пусть в чем-то её пришлось юлить и даже привирать, но если бы она поклялась Силой и сказала, что делает это переступая через себя – не солгала бы.
Между тем, пока чародейки двигались вперед и прислушивались не только к голосу Мирианны, но и к раздававшемуся по залам эху шагов, вокруг все еще творилось чудное. Это не менее интересовало Лидию ван Бредевоорт, но отдать предпочтение словам чародейки и выделить в них полезное она могла с легкостью. Большая часть была известна из рассказов Вильгефорца, пусть и весьма скудно поданные второпях. Мирианна же будто бы вытягивала Лидию в тот день, когда и случилась та встреча с неизведанным. Женщина даже позволила себе представить эту эльфийскую девицу, как она выглядит и какой силой обладает. Но утонуть где-то в мыслях не смогла, Мирианна очень живо подчеркнула как можно было отмести ненужных и сузить круг поисков до почти совершенного минимума. Умно, хотя и удивляться нечему, Мирианна обладала живым умом, стремилась к знаниям. Лидия это ценила, посему молчала и прислушивалась к каждому слову, считая верным не пропускать ни единого замечания.
Весьма необычный подход… не обделенный хитростями, – тихо подметила Лидия привычным способом обращаясь к Мирианне и Меган.Вам довелось стать свидетелями невероятного…
Последнее она добавила даже с некоторой завистью, но доброй и ничуть не злой.
«Лигейя… что ж, каково её имя мне известно. Обратиться к той же Францеске было бы весьма выгодно, но она никогда не прощается со своими знаниями так просто, какие бы очаровательные улыбки не строила», подумала чародейка. Выглядела она в этот момент задумчивой, правда не считала, что обращение к той самой чародейке еще не использовал Вильгефорц в достижении цели. Важной и крайне особенной, как ей говорили.
«Интересный поворот событий, коли в деяниях матери обвиняют сбежавшего сына».
Это весьма удивительно, сразить веру, выстроить свои пути для достижения цели… неужели цель и вправду стоила таких немыслимых замыслов? Страшно представить, какое количество пострадавших выпало в итоге. Жизнь, наверное, не скоро будет цениться на вес золота.
Лидия тряхнула волосами, немного качнув головой. Пока еще знать больше не требовалось, настырность и навязчивость могли сыграть с ней очень большую шутку, за которую потом еще и отдуваться. Она узнала достаточно в настоящее время, пусть даже каждое произнесенное слово мерцало лишь общими описаниями. Наседать на Мирианну не следовало, ведь Меган так и не проронила и слова о том что было «до».
Но настоящее не могло затмиться разговорами.
Благодарю, Мирианна. Это и вправду весьма интересно, считая количество возникающих после твоего рассказа вопросов. Правда, для них сейчас… немного не то время, она вздохнула. Я бы с большим удовольствием поделилась чем-нибудь и с тобой, но кроме описания новых картин – рассказывать вовсе нечего.
Чародейка улыбнулась глазами Мирианне. Затем же перевела взгляд к Меган и немного склонила голову:
Возвращаясь к политике мне бы хотелось поинтересоваться, Меган, а как Фольтест отнесся ко всему происходящему? Хенсельт... не сложно представить как, характер его известен благодаря рассказам, наверное даже на Юге. Проявились какие-либо действия или пока еще во дворце идет мирное обсуждение?

+4

32

Мастерский

Ард Каррайг, улицы города

Мир изменчив, непостоянен. Всё то, что вчера было истиной, сегодня могло обернуться ложью. Не специально, не назло, а лишь по глупому стечению обстоятельств. Сосед, что улыбался тебе вчера, сегодня мог воткнуть тебе нож в спину. Враг, что готов был убить тебя при первой встрече, первым протягивал руку помощи. И во всем, конечно, была виновата война. Та невидимая, незримая, но вполне ощутимая война, сложенная из политических интриг, заговоров, толчеей и убийств за кулисами двора. Та война, герои которых никогда не будут упомянуты в летописях. Та война, частью которой Каэрин ап Даккэ являлся долгие-долгие годы.
На войне, абсолютно на любой войне нужны союзники. Верные товарищи, что всегда встанут с тобой плечом к плечу за общее дело. Так уж вышло, что товарищи старого дипломата либо были уже мертвы, либо больше ему товарищами не являлись. Так уж вышло, что двадцатого октября одна тысяча двести шестьдесят пятого года он остался лишь с поддержкой наемного ката против целого севера. Что может сделать один жалкий человек, встав против бури?
Каэрин аэп Даккэ пытался сделать невозможное – победить.
После разговора с чародейками и возвращения Януса ни с чем, дипломат поспешно покинул гостиный двор. Покинул настолько поспешно, что хозяин даже подумал, что старик не расплатился, и только красноречивый взгляд наемника да несколько серебряных монет в руке остудили его пыл. Задерживать дипломата Его Императорского Величества сейчас было просто-напросто опасно.
Сорвавшись с места, Каэрин широким шагом устремился в сторону квартала нелюдей – клоаки Ард Каррайга, его темной и опасной части. Сказать, что местные не решались заходить к представителям Старших Рас и что лишь малая часть из осмелившихся проникнуть на его территорию, вышли оттуда живыми – не сказать ничего. Эльфы, краснолюды, низушки и даже две малочисленных, но крепких семьи гномов умели хранить свои тайны и прятать трупы. Поэтому то, что сейчас решился сделать Каэрин аэп Даккэ, больше походило на самоубийство.
Он остановился у высокой каменной арки, украшенной лепниной, фресками, разукрашенными и расписанными древними рунами столбами. Остановился и понял, что Янус не решается следовать за ним.
Дипломат обернулся.
- Ну что же ты? Испугался?
- Ты мне платишь за риск и сохранность твоей башки, - кат хмуро глянул на старика, - но не говорил, что я должен по твоему желанию полезать в петлю.
Дипломат криво усмехнулся, отчего шрамы на его лице сложились в ужасную «гармошку».
- Знаешь, если хочешь закончить свою жизнь самоубийством, то, будь добр, повесься по-тихому на вожжах за конюшней. В одиночестве, лады?
- Именно так я и поступлю. Что же, прощай?
- А пошёл ты!
Каэрин аэп Даккэ еще около минуты смотрел в широкую спину удалявшегося ката. Он не судил этого человека, не мог обвинить его в трусости. Не мог упрекнуть в нечестности.
Но теперь он остался один. Один против всех.

Леса близ Ард Каррайга

Стоит ли злить черта? Потешаться над ним? Глумиться? Добрая Книга учит, что не стоит. Ибо как бы не был отвратен черт, как бы не были черные его злодеяния, то прими ты его добром, не следуя его учению, и он отступит.
Эльф, вышедший к Торувьель и её спутнику, не был чертом. Не было у него обозначенных в доброй книги копыт, рогов, хвоста. Не было у него в наличии сверкающих огнем глаз и свиного рыла. Но было в его глазах нечто холодное. Нечто пустое и злое. И становилось понятно – он намного хуже, чем самый страшный из выдуманных демонов и чудовищ.
- Скольких из них убила ты, сестра? Быть может, от твоей руки пал Фольтест из Темерии? О, нет, я слышал, что он здесь, в Ард Каррайге. Возможно, ты сразила Демавенда? Нет, он тоже здесь, в Ард Каррайге.
Илиррилиан вопросительно поднял левую бровь, а затем, не дожидаясь ответа, продолжил.
- Мой отряд отрезал всех королей севера от их войск, заставил их поджать хвосты и спрятаться в своем вонючем городе. И это всего лишь начало.
В ответ на слова Торувьель, скоя’таэль сухо кивнул.
- Что же, поднимайтесь и следуйте за мной. Выслушаем мы ваши приказы.
В этот самый момент десяток стрел, нацеленных на двух посланцев с Синих гор, опустились наконечниками в землю.
Илиррилиан дождался, пока эльфы поднимутся, пока их костер будет затушен. Ждал, что они не будут делать глупостей и был готов ко всему, хотя вида и не показывал.
- Сейчас нам нужны не вопросы и приказы, - обронил он едва слышно. – Сейчас нам нужна помощь. И каждый боец будет важен для успеха будущего дела.

Свист тетивы, что обрывает чужую жизнь. Этот короткий звук, который отделяет жизнь от смерти, так горячо любимый охотником, так люто ненавистный для жертвы, в девяти случаев из десяти кончается фатально. Либо для охотника. Либо для жертвы.
Томасу повезло – первая стрела прошла мимо цели, и это очень-очень разозлило охотника. Точнее, охотницу.
- A d'yeabl aep arse! *
Молодая эльфка – едва ли не на голову ниже волколака, хрупкая, тоненькая, словно ореховый кустик, поспешно натягивала тетиву для повторного выстрела. Четкие холодные движения, эльфка ловко положила стрелу на тетиву, вскинула лук, прицеливаясь для нового выстрела…
И резкий окрик останавливает её.
- Nagthalinel! N’aen aespar a siad! **
Второй эльф – высокий, темноволосый, с косым шрамом через весь лоб, шагнул из ближайших кустов. Лук в его крепких узловатых руках был намного больше, чем у эльфки, а взгляд – намного жестче. Такой не промахнется.
- Кто вы? – спросил он на всеобщем, глядя больше на Иду, чем на её спутника. – И зачем сюда пришли?

Покои Хенсельта

Король одного из сильнейших и крупнейших северных королевств не был образцом для подражания. Он драл девок направо и налево, не был семи пядей во лбу, прослыл задирой и забиякой, лезущим в драку с соседями по поводу и без, но в одном ему нельзя было отказать. Уже многие годы, несмотря на не самый развитой умишко, Хенсельт из Ард Каррайга, последний из рода Единорогов, сидел на троне, не позволяя перехватить власть ни заносчивым Бруандонам, ни наглому совету министров, ни тем более Сабрине Глевиссиг.
У Хенсельта не было личной неприязни к чародейке. Не было к ней чувства ненависти. Лишь соперничество. Единорог признавал, что эта бабища сильна. И, говоря откровенно, горевал и радовался одновременно, что она так и не раздвинула перед ним свои ноги. Кто их этих чародеек знает.
- Нет, Сабрина, ты видишь жопу.
Король, нахмурившись, подался вперед.
- Жопу, которая сидит в лесу, жрет сворованную у кметов репку и ждет, пока мы перегрыземся внутри города.
Крепкий кулак с чувством грохнулся о столешницу, отчего лежавший на ней артефакт пошел рябью и возмущенно замерцал.
- Мы должны что-то предпринять. Отыскать этих остроухих засранцев, выбить из них всю дурь. Сделать что-то, чтобы это мудло Рихард наконец-то унял свою жажду крови. Сына у него, видите ли, эльфские выродки убили! А виноват кто, а? Я!
Хенсельт неожиданно замолчал, поджал губы и посмотрел на чародейку.
- Сабрина, я разве похож на эльфа?

Примечание:
*ст. речь, «задница дьявола»;
** ст. речь, «Нагталинел! Не стреляй в них!»
- Вернон Роше в данном сюжетном эпизоде отыгрывается мастером до появления игрока на его роль;
- часть мастерского для чародеек, Койона и Бьянки будет позднее;
- писать можно и нужно всем

+8

33

Сабрина во многом знала, что ходит по краю. Хенсельт, если бы очень захотел, мог от нее избавиться. Физически бы не вышло, Капитул бы быстро нашел управу на слишком резвого короля, который вряд ли сможет хорошо замаскировать следы, учитывая, какой он недалекий и неповоротливый. Но вот отстранить ее от должности, изгнать из страны по самой надуманной причине… здесь он в своем праве. И может затребовать кого-нибудь менее упрямого. Но и менее выдающегося.
Поэтому она все еще была здесь. Король понимал, что чародейка необходимое зло, в отличие от остальных волков и гиен, они не собирается усадить свои прекрасные ягодицы на трон и править своей рукой. Даже в качестве регента, поскольку регентствовать теперь не на над кем. Да и большая часть рутинных государственных дел подавляли Сабрину, выводили из себя, это была не ее роль. А пробивная роль, роль скальпеля, роль миротворца и переговорщика — вот это у нее получалось хорошо. В меру, конечно, учитывая ее характер и стремление подмять собеседника под себя.
Поэтому, зная друг друга не один десяток лет, король и его советница постоянно устраивали пикировки, пытаясь перегнать друг друга в остроумии и скабрезности. Большей частью выигрывала Сабрина, но эти победы по меньшей мере в половине случаев ничего не давали, кроме морального удовлетворения.
Пару раз она даже хотела разозлить Хенсельта так, чтобы он взял ее прямо на этом столе, все-таки мужик он был видный, не лучше и не хуже других. Но каждый раз осаживала себя, ибо подобное не принесет ничего полезного, а любовников на стороне у нее достаточно, чтобы в отчаянии не бросаться на короля.
Сузив на мгновение глаза от очередной пахабщины в свой адрес, Глевиссиг не преминула ответить, шипя и цедя каждое слово.
- Я бы напомнила, кто довел всю эту ситуацию. Едва ли не два десятилетия было, чтобы разобраться с проблемой, но нужно было дотянуть именно доя вторжения Нильфгаарда. Не раньше и не позже.
Разумеется, виноват не только король, «белок» подпитывали извне, причем очень хорошо. Такому сложно противостоять. Тем не менее, она не хотела, чтобы Хенсельт забыл, что он глава государства и отвечает за каждую неприятность, что охватила государство.
Почему-то в Ковире эльфы сидят относительно мирно… с чего бы это?
- Рихарда и его сына не раз предупреждали, что эльфы имеют зуб именно на них. Лучше бы он узнал, почему его сын оказался там, а то все., на что он способен, это на голословные обвинения. За которыми, к сожалению, следуют остальные дурачки, неспособные мыслить самостоятельно… но и их можно понять. У них полно поводов не любить вас, мой король.
Еще один укол. Хенсельт умел хорошо ссориться не только с соседями, но и со своими подданными, и если бы не какая-никакая поддержка простого люда, его бы давно уже сожрали и не подавились.
- Учитывая вашу комплекцию, скорее, на краснолюда. Широкий скелет, пудовые кулачищи, грех не спутать. А краснолюды давно замечены в рядах «белок», поэтому глупца Рихарда отчасти можно понять…
Но шутка затянулась, пора было переходить к делу.
- Если Рихард просто хотел унять жажду крови, я бы давно приказала наловить эльфов в окрестностях и передать ему. Вряд ли он бы отличил одного от другого, а каждый из них в лесах вне поселений не иначе как убийца. Но мне кажется, что он искал любой предлог… возможно, даже был способен убить свою плоть и кровь, чтобы найти повод. Даром, что выбрано время, когда в столице собрано столько людей… дискредитировать короля прямо на глазах у Фольтеста и остальных дорогого стоит. Возможно, сам догадался, возможно, ему подсказали. Возможно, он не виноват в смерти собственного сына. Но эту «ложь» можно использовать во благо, и пока они будут опровергать те или иные «доказательства», мы выиграем время. Но если вас интересует мое мнение, то Рихард не успокоится, хоть у него будет сотня эльфийских голов к вечеру на блюде. Он сделал свой выбор, и знает, что если решит повернуть все вспять, то лишится всего. Ибо знает, как вы злопамятны… и как легко его род может лишиться всего.

+6

34

Великие Боги, в королевской жизни, вопреки расхожему мнению, радости мало. Однако короткие мгновения, позволяющие лицезреть недовольство и беспомощность в глазах зарвавшегося аристократишки, стоят того, чтобы жить.
Бруандон, этот хитрый старый лис, продолжал заливаться соловьем, то злясь на встрявшего в чужую беседу солдафона в потертом шапероне, то сетуя на полнейшую бесполезность своего короля. Он пел про опасность, грозившую власть имущим, и бросал обвинения  не замеченным в шагах против короны нелюдям. И всё это выдавало внимательному слушателю, насколько поколебало сложившееся положение старого политикана. И Фольтест это видел, ясно слышал, мотал на сбритый давно уж ус. По спокойному лице темерца скользила легкая, ничего не значащая улыбка, крепкие руки покоились на подлокотниках глубокого кресла и лишь в глазах плескалась привычная насмешка. Шутница судьба, в Каэдвене он был гостем, имевшим власть лишь над горсткой прибывших с ним людей, старый Рихард же наоборот, много лет слыл здесь едва ли не хозяином и что же? Гордый владетель сам пришел к чужаку, признал свое бессилие и, да, заставил себя просить помощи у того, кого отчаянно презирал.
Сын Меделла ясно слышал просьбу Бруандона, лишь подтвердившего, насколько далеко разошлась по северу слава о цепном псе темерца, безжалостно преследовавшем остроухих преступников на их же территории. Он видел, чего стоили эти слова самому Рихарду, и даже на короткий момент проникся к старику неким подобием сочувствия.
Каэдвенец привык, что всё в этом мире было подчинено его воле. Кметы склоняли перед ним головы, нелюди отводили взгляды, и даже сам Хенсельт, суровый единорог, действовал и жил с оглядкой на волю своего родственника, но в один день все превратилось в прах, лишь только эльфья стрела настигла его сына. Нет, всё-таки Фольтесту и впрямь было жаль старика, он знал как больно терять ребенка, но в отличии от Бруандона – знал и как обретать вновь.
Темерец задумчиво хмыкнул, осознавая, что отвлекся, и неторопливо глотнул вина. Он не тянул время специально, скорее тщательно продумывал каждый свой ответ, не желая совершать ошибок, каждая из которых однажды может напомнить о себе далеко не самыми приятными последствиями.
- Не я пришел к тебе на поклон, Рихард Бруандон, а значит, не тебе судить мое окружение, - холодно отрезал мужчина, ясно давая понять, что Роше оскорблять не даст. Однако, он вновь смягчил свой тон, вернув ему былое спокойствие, изрядно сдобренное уверенностью. – Я прекрасно осознаю, чем чревата нам эта осада. Нам всем, вне зависимости от родины, мировоззрения и размера ушей. Но также и вижу те плюсы, которые она в себе несет и на которые уж точно не рассчитывали задумавшие это скоя’таэли. Ты боишься восстания, опасаешься за свою жизнь и безопасность оставшихся детей, я это понимаю, как и понимаю, что в разуме тебе не откажешь, ты первый задумался о привлечении сторонних сил. И, - тут темерец не сдержал довольной усмешки, - первый вспомнил о специалистах в крайне непростом деле, а именно в борьбе с эльфами в знакомых им лесах. Что ж, я тебя услышал, обещаю подключить своих людей к снятию блокады Ард-Каррайга, но и ты, Рихард, мне поможешь.
В тот момент Фольтест чувствовал себя достаточно уверенно, поставив перед собой задачу, разобраться с белками, и приступив к исполнению оной.
- Сколько людей ты имеешь в своем распоряжении? Если уж и надрать зад эльфам, то сообща, пора показать этим выкормышам идиотских идей, вбитых им в головы Эмгыром вар Эмрейсом, что в период опасности, Север может объединиться и дать отпор любому врагу. Не останься в стороне, Рихард, и я обещаю, за своего сына ты отомстишь сполна.

+6

35

Леса близ Ард Каррайга

Долго брести по дороге не пришлось. Томас проявил чудеса звериной наблюдательности и чутья, ловко увернулся от пущенной из-за кустов стрелы и даже не подумал обращаться в злобное чудище. Чудо было и в том, что за неудачным выстрелом не последовала новая попытка умерщвления незваных путников. Послышался громкий мужской оклик, затем, темноволосый эльф покинул укрытие, не опуская своего грозного оружия и колкого взгляда, направленных на ведунью. Его лицо было ей незнакомо, трудно кого-либо забыть с подобной отметиной на лбу. В прочем, раньше ее там могло не быть. Ида сохраняла спокойствие, но предпочла застыть на месте, точно статуя в одном из королевских дворцов. Стрела, пущенная с такого расстояния, пронзит её насквозь, а она не успеет даже подумать о защите.
- Ceádmil. - Ида слегка наклонила голову в приветственном жесте, затем кивнула в сторону волколака. - Это мой помощник. Вам незачем тратить на нас стрелы. Моё имя - Ида Эмеан, вольная Aen Seidhe. - Не удивительно, что многим был незнаком ее облик. Ведунья всегда оставалась в тени прекрасной чародейки, их светлой покровительницы. Но имя говорило о ней куда больше острых ушей и киноварно-рыжих волос. - У меня есть важное послания для эльфа по имени Илиррилиан, которое, по воле Энид ан Глеанна, я должна доставить лично. - Здесь можно не бояться чужих ушей. Все, кто пытался прошмыгнуть мимо эльфской осады, закончили плохо. Хотя Томас до сих пор не был посвящен в детали биографии своей новой знакомой, но и он не смог бы понять что-либо, ибо Эмеан говорила на родном языке. - Не могли бы вы сопроводить нас или же указать нужный путь. - Ида выглядела как наставница, которая не стерпела бы непослушания или отказа. Эльфка протянула руку к своему спутнику, тем самым предлагая ему выбраться из припорошенной снегом травы. Не хватало еще, чтобы парнишка простудился. В прочем, вряд ли для иммунитета зверя сейчас существовало что-то опаснее метко пущенной стрелы.
Знающая привыкла успешно справляться с поручениями негласной предводительницы эльфов. Но захотят ли эльфы на этот раз прислушаться к голосу разума? Они почуяли кровь, они напились ею и опьянели, словно от хорошего вина. Ард Каррайг приютил слишком много царственных голов. Но вопреки желаниям скоя’таэлей, короли - не жертвы, а лишь знатная приманка в мышеловке, которая вот-вот захлопнется.

+7

36

Чтобы понять человека, не обязательно врываться в его голову и читать мысли, -достаточно всего-лишь понаблюдать за изменением выражения его лица.
Узнать, что кто-то сердится, удивлен, испуган, скучает или заинтересован, можно даже по едва уловимому движению глаз.
Взглянув на Меган, легко было догадаться , что ей неприятна тема разговора. Ибо ясного ответа на вопросы, которые интересовали двух её спутниц, у неё, к сожалению, не было. Были лишь догадки и домыслы, которые вполне могли показаться неубедительными и неправдоподобными. У каждой из них имелось своё мнение, и ни одна не собиралась отступать.
- Конечно же, мы приложим все усилия, чтобы не дать случиться ничему плохому.
Было необычно наблюдать за тем, как две чародейки, которым чужда политика, теперь окунулись в неё с головой. Стоило отдать должное Вильгефорцу и Кардуину, с выбором ассистенток они не прогадали.
Быстрым движением руки женщина поправила выбившуюся из прически прядь, пристально посмотрела на собеседницу.
- Имею сомнительную честь быть знакомой с представителями сего семейства. Правда, сыновей Рихарда я никогда не видела, но я уверена, что они своими повадками пошли в своего отца. Как говорят в народе: «яблоко от яблони далеко не падает».
После этих слов, Меган улыбнулась, приложив два пальца к губам. Позади послышался шорох платья Лидии. Женщина, оставшись верной себе, не преминула спросить о событиях двухлетней давности.
- Обязательно как-нибудь расскажу тебе о  жутких призраках, которые  появились благодаря магии той эльфской колдуньи. Как жаль, что её не удалось взять живой.
Меган пропустила коллег вперед. К ее неудовольствию, разговор снова упирался в политику.
- С 15 октября — момента осады города, во дворце стоит тишина. Надеюсь, скоро не разразится буря.

Отредактировано Меган (2017-03-06 22:23:55)

+3

37

Дворец

– Не уверенна, что правила «яблока и яблони» часто срабатывают, хотя в дворянских семьях они имею место быть. Что ж, сыновей мне увидеть воочию не удалось, насладиться общением тоже. Видимо, потеря не велика.
Довольно спокойно пожав плечами, Лидия с единственным возможным для неё способом улыбнулась Меган, после чего вновь перевела взгляд. Она до сих пор не очень понимала смысла, чтобы находиться здесь дальше, но просто так сбегать, прикрываясь «серьезными» делами просто не могла. Врать она умела, строить милое личико тоже, правда вот сердце к этому особо не лежало. К тому же с чародейками ей было вполне уютно, а Меган припомнила тот случай в Аэдирне, после рассказала Мирианны.
– Чудесно! Дополнить рассказ никогда не помешает, даже если он детальный. Благодарю тебя, Меган, – Лидия склонила голову. – Надеюсь, обсудить это мы сможем в будущем. Без бури…
«Потому что только бури тут не хватало, в веселой компании Сабрины и Хенсельта».
Чародейка задумчиво замолчала, наслаждаясь мимолетной тишиной и позволяя мыслям окутать её сознание. Стоило бы, конечно, детально разобрать не только случившиеся так давно события, но и нынешние проблемы. Правда о чем спрашивать она просто не знала, да и как это сделать правильно – тоже. Вопросы Лидия могла построить, но это построение было неправильное, слишком грубое или явно просящееся на ответ, куда её нос с принципе не должен влезать.
Нет, все-таки политика была для умеющих юлить. Причем так, что и засмотреться не грех.
Именно поэтому Лидия была уверенна, им нужно было отвлечься. Главная в этих краях чародейка был определенно занята, коли до сих пор не перехватила троицу, а если занята, то эти дела могли затянуться на долгое время. А время нынче было очень ценным.
– Мирианна, Меган, раз уж Сабрина занята и до сих пор еще не осчастливила нас своим присутствием, я бы предложила немного отвлечься. Прогуливаться по дворцу, вне сомнений, прекрасно, но… слишком напряженно и кажется, что здесь даже стены пристально за нами наблюдают. Конечно, на улицах города это не изменится, но хоть обстановка покажется более раскрепощенной.
«Наверное», пронеслось в голове чародейки, лишь подтверждая сомнения.
– Если Сабрине понадобится помощь, она всегда сможет отыскать нас.

+4

38

Мастеркий

Леса близ Ард Каррайга

Слово при умелом обращении ранит пуще меча, бьет быстрее стрелы и карает жестче всякой известной и позабытой магии. Тот, кто владеет словом – владеет сердцами слушателей. А вместе с ними – целым миром.
Эльф, готовый спустить тетиву, поддался чарам слов. Опустив оружие, он, к удивлению своей юной помощницы, почтительно склонил голову, не смея даже поднять взгляда на знающую. Нагталинел, не верящая в происходящее, злобно зашипела на Старшей Речи.
- Киархан! Разве ты веришь этой змее? Она пришла с человеком в наш лагерь!
- Замолчи, дитя, - голос эльфа был холоден и резок. – Прости её, госпожа. Молодость…
В последнем лове послышалась плохо сокрытая тоска.
Молодость. Слишком давно эльфы позабыли, что значит для них молодость. Слишком малочисленно их юное поколение. И слишком горячо.
- Илиррилиан Карахгхор аэп Шелдвун Наралан ушел к северному лагерю вместе с другими разведчиками, - продолжил Киархан. – Мы – первый дозорный пост. И мы проводим вас к нему.
Эльфка, застыв от удивления с распахнутым в гневном гримасе ротиком, топнула ножкой, но, встретив спокойно-холодный взгляд Киархана, лишь скрипнула зубами и убрала лук за спину.
- Я всё ещё слежу за вами, - процедила она недобро на всеобщем. – И за тобой, человек!

Покои Фольтеста

Политика – удел сильных.
Как показывает время, только сильные духом способны прожить в политических войнах дольше других. И только сильные духом доживали до собственной победы или поражения.
Политика – удел трусов.
Только истинный трус, способный нанести подлый удар в спину, способен дойти до финала. И кто сказал, что трусы – не сильны духом?
Рихард Бруандон не был трусом, но был силен духом. И, трезво оценивая собственные силы, герцог понимал, что ему не достичь победы в той игре, которую он затеял против Хенсельта. Но раздавить парочку скоята’эльских вшей – о, на это он всё еще был способен! Пусть даже и с чужой помощью.
- В столице под моим командованием более сотни воинов. Хенсельт был против крупных сил, чтобы в случае конфликта не остаться в меньшинстве.
Старик-герцог скривился.
- Это отличные воины, Фольтест, но они привыкли биться с противником лицом к лицу, а не рыскать его по лесам да оврагам. Понимаешь, к чему? Им нужен опытный командир.
Короткий кивок в сторону молчавшего все это время Роше был совершенно излишним. Капитан, нахмурился, с тревогой глядя на одного из величайших королей Темерии.
- Ну, что скажешь? Хватит наших сил, чтобы раздавить один жалкий отряд охеревших эльфов?

Покои Хенсельта

Король слушал и внимал каждому слову чародейки.
Они были странными партнерами: недолюбливали друг друга, откровенно ненавидели некоторые качества в друг друге, остро воспринимая некоторые шутки и колкости в свой адрес. Но именно сейчас они были нужны друг другу. По крайней мере, Хенсельт нуждался в своей советнице-чародейке, а Сабрина впервые за долгое время понимала, что король покорен каждому её слову.
- Говоришь, что Рихард не успокоится… это и идиоту ясно, что он не успокоится, пока не будет точно уверен, что за смерть своего драгоценного чада он не отправит на тот свет его настоящих убийц! Но что если убедить его в этом, а? Магией, например! Ты можешь это сделать, чародейка? Обмануть этого старого придурка, прежде чем он стал причиной ещё больших смертей?
Последний из рода Единорогов уперся в чародейку колючим взглядом из-под кустистых бровей. А потом, словно понимая, что именно и кого он простит, перевел тему разговора.
- К слову, о магии. Во дворце с дипломатическими процессиями прибыли чародеи и чародейки. Чем сейчас занимаются твои коллеги, Сабрина? Вы все вместе, взявшись за руки или обнюхавшись ваших магических грибков, не сможете отыскать в лесу кучку эльфского дерьма?

+6

39

Покои Хенсельта

Сабрина всегда была готова к тому, что король может пасть жертвой чужих интриг или же собственной глупости. И она прекрасно знала, что при новом правителе ей места не будет, если только на престол каким-то образом не взойдет какой-нибудь бесхребетный хмырь или же недальновидный пьяница. Но и люди за их спинами определенно не захотят присутствия Глевиссиг. С ней считаются, но однозначно большинство ненавидят. Впрочем, она не собиралась завоевать как их любовь, так и любовь простого народа. Последнее опасно, и легко закончится успешным заговором по ее устранению. Ибо кто управляет массами, управляет государством. И все постепенно решили, что каждый пусть правит с помощью законов, а не доброты, это безопаснее для каждого, и никто не будет никого подозревать в каких-то амбициях.
Но чародейка не собиралась унывать. Пусть путь в Каэдвен в качестве власть держащей будет заказан, ее ждет перспективная карьера в Совете, можно не сомневаться.
Поэтому нельзя было заметить на красивом лице и тени переживания, лишь досаду и раздражение, впрочем, такое выражение сопровождало Сабрину практически постоянно.
- Если бы я могла это сделать, думаешь, я бы этого не сделала?! - забыв про все регалии Хенсельта, чародейка сердито отодвинула стул и быстрым раздраженным шагом подошла к красивому витражу, словно через него можно было что-то разглядеть. - Это было бы проще всего, а все глупые обвинения в колдовстве ничего бы не дали моим ненавистникам. Но мое вмешательство сделает из него, в лучшем случае. пускающим слюни идиотом. У него слишком сильная воля, и он слишком умен для такого, это не кмет, которого можно обмануть парой движений пальцев. К тому же, он не один. Его союзники сразу поймут, в чем дело, его семье поймет, в чем дело. И уж они-то не отступятся.
Раздражение, накопленное за последние дни и усиленное глупым пажем, теперь выплескивалось на короля.
- Хотела бы напомнить его величеству, что чародейки эти не имеют никакого отношения к Каэдвену, и наши интересы их не волнуют. Равно как и это дело не касается Совета или Капитула. И спешу напомнить, что Лидия - это, считай, Вильгефорц. Мирианна представляет Ковир, чьи интересы вообще сложно предсказать... а Меган... - яд и ненависть сквозили при том, как произнесено это имя, - представляет интересы Фольтеста или свои. Доверять ни одной из них нельзя. Более того, это опасно. Чем они занимаются, я тоже не могу узнать. Шпионить друг за другом при помощи магии - большего оскорбления в нашем мире не сыскать. Но то, что они под присмотром, можно не сомневаться. От них не будет помощи.

+6

40

[NIC]Мирианна[/NIC][STA]чародейка[/STA][AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/87-1484565011.jpg[/AVA][SGN]Информация о персонаже[/SGN]
Дворец. Коридоры

Она надеялась. Меган надеялась… Не знала. Ровно как не знала и о планах своего короля, о чем дала понять. Неосведомленность ковирскую чародейку несколько удивляла, по крайней мере от такой особы, как Меган, которая должна быть более искушена в политике и интригах.
«Да, этот разговор не дал нам ничего. Либо она все таки что-то скрывает. В любом случае, продолжать его не имеет смысла».
- Вот оно как значит. Жаль, я думала что уж кто-нибудь сможет дать мне чуть больше понимания происходящего. Надеюсь, что все-таки Сабрина и Хенсельт позаботятся о безопасности своего дворца и не допустят никакой, как ты выразилась, бури. Уж больно много в одном месте влиятельных особ. И на мой взгляд людей на страже, все таки, недостаточно для столь неспокойного времени.
Мирианна обдумала все это, обдумала и предложение Лидии ван Бреденвоорт. Предложение, надо признать, довольно интересное. Но вдруг что-нибудь случится, пока их не будет? Задачей ассистентки Кардуина было приглядывать за вверенными людьми, а слова Меган ковирскую магичку насторожили и обеспокоили. Нет, не могла она думать о веселье и отвлечении на улицах города.
- Полагаю, искать Сабрину Глевиссиг действительно не имеет никакого смысла, тем более у нас троих нет никакого на то желания. Но и покидать дворец не имеет смысла тоже. Так может… просто воспользуемся гостеприимством Каэдвена? Попросим вина, найдем укромное место и расслабимся здесь?
Эта внезапная идея казалась самой благоразумной. За исключением вина, конечно же. Кто знает, а вдруг действительно вдруг приключится чего, где потребуется помощь чародеек. И кто знает, что эти пьяные чародейки тогда наколдуют.
- Кстати, кто-нибудь из вас помнит еще те простенькие чары мгновенного избавления от опьянения, которыми юные адептки пользовались в стенах Аретузы?
Иногда она умела и отдохнуть, развеяться. Кто думал, что об этом заговорит чародейка с «синдромом отличницы»? Безобидный вопрос, дающий отсылку к единственному, кроме магии, что объединяло всех чародеек, и несколько разряжающий атмосферу, где было слишком много политики.

+6

41

Леса близ Ард Каррайга

Эльфы разговаривали между собой, а Томасу оставалось лишь вертеть головой и теряться в догадках, что последует за агрессивной перепалкой. Та, что возмущалась пуще всех, огрызнулась на мальчишку и Томас почуял, как волоски поднимаются у него на затылке. Нет, обращением здесь даже не пахло, но зверь реагировал на настрой эльфки и от того Томаса накрывало желанием броситься прочь от потенциальной опасности. Вполне разумная мысль в сложившейся ситуации, надо признаться. И он бы так и сделал, если бы не Ида.
Его благодетельница подала ему руку, молчаливо, но доступно давая понять, что  всё происходящее находится под контролем, и Томас позволил себе расслабиться. Он выпрямился, отряхнулся неловко и затрусил рядом с чародейкой, стараясь не отставать и не  оглядываться на острый взгляд в спину. Он выполнил своё задание. Не совсем так как предполагал, правда, но он справился. И даже остался в человеческом облике, когда ему грозила смерть. Едва ли стрела бы убила волколака, но он обещал Иде быть человеком. И сдержал слово. Дальнейшее его не должно было волновать. Молодая эльфка, замыкающая процессию могла сколь угодно и шипеть и плеваться ядом, но она слушалась своего старшего спутника. А Томас будет следовать за своей хозяйкой, не влипая в неприятности. Сведущие и серьезные эльфы решат свои дела. А мальчишке остается лишь не высовываться. И помалкивать, чтобы не навлечь неприятностей ни на себя, ни на рыжеволосую чародейку. Томас только натянул на свою лохматую голову капюшон, чтобы его человеческие уши не смущали встречных эльфов и не стимулировали бы их поднимать оружие. Ида расскажет ему всё, что ему следует знать, когда придет время. И будет место. Своей спутнице Томас почему-то верил. Не могут же милосердные красавицы быть коварными?

Отредактировано Томас (2017-03-20 00:15:01)

+5

42

Леса близ Ард Каррайга

Лояльность по отношению к человеческому роду не является проявлением большой любви. Однако наблюдая за тем, как себя ведет её внезапный подопечный, Ида испытала едва уловимое чувство гордости. Живой, никуда не убежал, ни на кого не бросается. В прочем, он был не совсем человеком и относится к нему стоит иначе, о чём их новые спутники совершенно не догадывались - оно и к лучшему. Насколько хватит выдержки у бедного мальчика, еще неизвестно. Не укрылась от внимания ведуньи и попытка волколака зачесать волосы так, чтобы скрыть за космами свои совершенно неэльфские уши. Нужно будет ему намекнуть, что таким образом сбить с толку можно лишь обычного человека. А вот странный дымчатый блеск в глазах настораживал.
Ида не придавала большого значения ворчанию молодой эльфки и решила пока не беспокоиться о потаенных мыслях Томаса. Сейчас её интересовали куда более насущные проблемы.
- Ваша помощь неоценима, Киархан. - Легкая улыбка. - Как долог путь к северному лагерю? В любом случае, медлить нельзя. - Не говоря более ни слова, Эмеан двинулась вперед, вглубь леса, чудесным образом выбрав нужное направление. Время не будет стоять на месте, терпению венценосных особ уже пришел конец. Возможно, стоит начать агитировать эльфов к отступлению уже сейчас, не дожидаясь встречи с Илиррилианом. С одной стороны находился почтительный эльф старой закалки, с другой - взбалмошная молодежь, не знающая, когда стоит прикрыть рот и отойти в сторону. Они не ведают страха, но отличаются друг от друга, как огонь и вода.
- Много ли в округе разведчиков, отрядов, таких, как ваш? - Ида прислушивалась к каждому шороху, которых здесь было немало. Скрип старых деревьев, бледная пожухлая трава под ногами, напряженное и, кажется, взволнованное дыхание Томаса где-то за спиной. Он не может не волноваться, но по какой-то причине доверяет ей свою жизнь уже не в первый раз. - И как быстро вы способны сообщаться друг с другом? - Сомнение одолевало советницу прекрасной Энид, будут ли услышаны её слова здесь и сейчас - это могло бы ускорить процесс сборов. Но вряд ли эльфы покинут своего предводителя без его прямого приказа.
Ничего не бойся - звучало в голове, словно тихая музыка - даже если смерть будет совсем близко. Смерть - это не самое страшно, что может с тобой случиться.

+4

43

Дворец, коридоры

Прислушиваясь к словам Мирианны, Лидия находила их все больше и больше очаровательными. Оказаться в гуще событий, а затем просто сбежать к вину, отдыху, расслаблению? Всегда приятно, когда предложенная идея оживает и приобретает красивые очертания, принимая на себя возможность к реализации. Именно поэтому чародейка заметно расцвела, глядя на Мирианну, а в довесок еще и кивнула.
«Вино, отдых… и все это в пределах политики, дворцовых стен, и конечно же под пристальным вниманием Глевиссиг».
– К вину, конечно же, присоединиться я не смогу, что меня заметно печалит, но в остальном – не могу отметить ни единой причины, что заставит меня противиться. Правда, дворцовые стены могут заметно смущать… но ознакомиться со здешним гостеприимством не будет лишним.
Лидия оглядела коллег и улыбнулась глазами.
Сомневаться в том, что гостей в это время во дворце не жаловали, чародейка просто не могла. Напряженная обстановка, окружающая трех гостей тишина, даже несколько пугающая… всё это очень сильно давило на состояние, заставляло лишний раз оглядываться и задуматься, а правда ли все карты в игре стоят того, чтобы впутываться в чужие беды? Лидия вполне насытилась этим состоянием, но вот свою цель похода аккуратно выведала. Стоило бы убираться отсюда как можно скорее, отказавшись от наблюдения, но это лишь вызвало бы подозрение. Проще улыбаться, разговаривать, стараться выцепить какие-то мелкие темы и немного отдаляться от реальности. Это было не так просто, ведь каждый оберегал свои секреты и знания, даже та же Меган не делилась подробностями о том, что действительно могло быть важным, следовательно, как размышляла Лидия, скрывать все знания – бесценно.
Выведывать же лишнее она не стремилась. Именно поэтому и предложила отдалиться от всего нагнетающего, именно поэтому с таким облегчением встретила одобрение со стороны ковирской чародейки, ожидая точно такое же действие и со стороны Меган. Возможно, она хотела подумать, возможно, боялась отвлечься покуда её король все еще находился в стенах дворца. Что бы ни было, выпытывать это Лидия отказывалась.
Эти чары просто нельзя забыть! она искренне пожалела о том, что не может рассмеяться, ведь воспоминания о такого рода чарах всегда прекрасны.
Глупости чародейки тоже творили, а когда были молоды и только-только покинули Аретузу – тем более. Лидия прекрасно помнила, как с небольшой компанией таких же выпускниц как и она сама, они испытывали чары с одним из уверенных любителей испить крепких напитков. Бедный мужчина не понимал, что ему мешает напиться, а ведь выпил он не мало. Искренне удивление, а еще постоянно хохочущие неподалеку бабы… именно в этот момент он уверовал во все невозможное, а особенно в ведьм.
Я бы не постеснялась отнести к такого рода «запоминающимся» чарам прекрасное заклинание, что заставляет метлы самостоятельно убирать комнаты, а ведра с водой и тряпки гоняться за метлой и наводить куда более опасный кавардак, чем было до применения чар. По-моему, это одна из любимых тем Маргариты…
Лидия спешно покачала головой, прекрасно зная, как будущие чародейки стремятся к знаниям и тренировкам в магии.
Ох, Аретуза, это было самое прекрасное время. Знакомство с чарами, увлекательные лекции, невероятное множество информации которая собиралась по крупинкам и аккуратно передавалась нам для того, чтобы приручить магию. А стремление сбежать и посмотреть на мир? Стены школы, ненавистные в период обучения, сады, что держатся на камнях при помощи магии…
Чародейка словно бы погрязла в воспоминаниях, наслаждаясь мимолетной тишиной.
За этими историями я немного отвлеклась. Так как во дворце Хенсельта мне прежде бывать не удавалось, полностью вверяю вам выбор пути. Не хотелось бы ворваться в какую-то залу, где… творится что-то бессовестно важное.

Отредактировано Лидия ван Бредевоорт (2017-03-24 00:48:03)

+6

44

Вся жизнь Фольтеста, с младых ногтей и до сегодняшнего дня, была одной, не знавшей сладостного мига своего конца, войной. Не без затиший, разумеется, и перемирий, но факта это не меняло. Он дрался едва ли не каждый день, неважно, в тренировочной ли зале, на поле брани, либо же участвуя в переговорах, натянув дежурную улыбку на лицо. И потому, представ пред новым боем, что грозил залить кармином Ард-Каррайг, не стушевался.
- Значит сотня, с небольшим, - протянул задумчиво темерец, отставляя в сторону опустевший кубок и неторопливо поднимаясь на ноги. – Я понимаю, Рихард, что двигало Хенсельтом, когда он несколько, хм, порезал твоё сопровождение. А впрочем, это не имеет особого значения.
Он замолчал, потягиваясь, чувствуя, как бодрость и жажда действия захватывают его тело.  Привычное ощущение весьма поднимало, упавшее было настроение, но так же и заставляло сознание простирать контроль над словами и помыслами Темерского короля. Он неторопливо подошёл к окну, подле которого и замер, заложив руки за спину, да смотря вдаль, где виднелась далекая от стен королевского замка темная кромка леса.
- Я не сомневаюсь, что твои люди Бруандон, осведомлены о том, с какой стороны нужно браться за меч, но даже при наличии хорошего командира, вломись эта сотня в леса, она сотворит там шума больше, чем чародейки на Содденском холме. Вот только эффект будет куда как скромнее. Другими словами, они не то, что не найдут прячущихся от чужого взгляда скоя’таэлей, но и сами станут отличной для них мишенью. Их перестреляют как куропаток, Рихард. А терять вместе с твоими людьми своих полосок я не намерен.
Фольтест развернулся, замерев в пол оборота, позволяя утреннему солнцу очерчивать благородный профиль Северянина и, даже не задумываясь об этом. Такие навыки, как умение себя вести в обществе и поддать в лучшем виде окружающим, подчеркивая достоинства и скрывая недостатки, впитывались любым монархом с молоком матери и затрещинами отца. 
- Нет, простая травля белок на их же территории на сей раз не возымеет должного эффекта. Полоски не смогут за два-три дня зачистить все, окружающие Ард-Каррайг, леса. Но если им помочь, собрав ушастых паршивцев в одном месте, хм…
Темерец глубоко задумался, досадуя, что не может заглянуть в головы проклятых белок и узнать, в чём же конкретно заключается их план. В одном он был уверен, эта акция была далеко не целью простого разбоя и устрашения, каковые проворачивали скоя’таэли регулярно, от Буины, до самой старушки Яруги. Нет, тут было замешано нечто другое. Они взяли столицу единорогов в настоящую осаду, расположившись близ стен и, вероятнее всего, контролируя каждый выезд из города. Ждали кого конкретного? Или же давили на испуганных горожан и власть имущих, желая, чтоб город охватил пожар волнений? Точного ответа не было и это раздражало.
- Быть может, твоим людям и не придется рыскать по лесу, Рихард, может им удастся показать свою доблесть в открытом бою. Но не всем. Распорядись собрать их на плацу, пусть мои ребята посмотрят, кого можно превратить в отдаленное подобие синей полоски.
Теперь уж развернувшись окончательно, составив в уме план действий, мужчина бросил на молчаливого капитана внимательный взгляд.
- Роше, глянь на ребят Бруандона, отсортируй, кого сможешь использовать в лесу, наравне со своими бойцами, а кого оставить для открытого боя. Потренируй отобранных, изучи примерные планы местности, если они всё-таки имеются у Хенсельта и наш старый друг не станет их скрывать.
Отдав распоряжения своему капитану, сын Меделла вновь взглянул на Рихарда, на этот раз оценивающе.
- Ты еще способен держаться в седле? Мечом владеть? В любом случае, мне… нашему делу, - поправил себя северянин, - может понадобиться твоё вмешательство. Но это позже, для начала отряди своих людей Роше, а я попробую уладить кое какие вопросы с нашим гостеприимным хозяином.
Зародившийся в голове темерца план, пока еще не успел обрести чётких форм, слишком много неясностей и скрытых от взгляда подвохов, заставляли действовать не то, что с оглядкой, но с явной даже опаской. Однако сидеть, сложа руки и ждать – это и вовсе не было по нраву Фольтесту. Итак, начало было положено, Вернон просто не мог подвести своего короля, а приятное дополнение в виде солдат Рихарда и, что немаловажно, его желания отомстить за гибель сына, и вовсе внушали некий оптимизм.
- Ладно,  я найду вас позже, когда настанет время обговорить детали, пока же… - мужчина прекратил изображать каменное изваяние, подхватив с небольшого столика корону и, вернув оную на положенное её место, потянулся к перевязи. – Пока же надо переговорить с Хенсельтом и подключить магичек, пусть хоть какую-то пользу приносят, кроме вреда.
Защелкнув пряжку ремня, с выгравированной на ней серебряной лилией, да проверив, легко ли извлекается из ножен меч (безопасность превыше всего, пусть и, будучи в гостях, он сменил стальной доспех на кольчугу), Фольтест направился к двери, уже не оглядываясь, зная, что был услышан и понят. Теперь его интересовал Единорог, его слова могли изрядно прояснить ситуацию.

+5

45

[AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/123-1484318356.jpg[/AVA]Леса близ Ард Каррайга

«Но не убил. Поймал, отрезал, испугал – не спорю. Пока ещё не убил, ведь так ли?»
– Пусть будет началом, – согласилась лучница, одобрительным кивком завершая речь Илиррилиана.
Ответ вполне удовлетворил Торувьель. Эйленану же не понравился.
Светловолосый эльф не пустыми обмолвками заслужил уважение тех, кто следовал за ним. Не пустым баловством он загонял всех сильных мира сего в Ард Каррайг и, возможно, именно благодаря Илиррилиану чаша весов могла склониться на сторону скоя’таэлей. Той, где люди далеко не в главенстве. Но какой ценой?
Два следопыта, шелестя подолами плащей, последовали за отрядом. Тенью Илиррилиана держалась черноволосая эльфка, позади же осторожно шагал Эйленан.
– Сейчас нам нужны не вопросы и приказы. Сейчас нам нужна помощь. И каждый боец будет важен для успеха будущего дела.
– Помощь... – эльфка, вынырнув из-за плеча Илиррилиана, мягко ступала рядом, – Если то, что ты говорил – правда, если есть план и способ, способный отсечь голову всем змеям сразу... Какого рода помощь тебе нужна?
Шедший позади Эйленан слушал внимательно, глядя на обоих эльфов с едва заметной тревогой.
– Вы хотите только усугубить положение, не так ли? У нас и так проблемы из-за того, что ты держишь всех в столице, Илиррилиан. Это же пороховая бочка. Ты не справишься теми силами, что у тебя есть, что бы ты не задумал, – следопыт одёрнул Торувьель за локоть, заставляя обернуться.
– Нет, ты только себя послушай, Эйленан. – В ответ ему оскалилась женщина, – У нас есть преимущество, спустя столько времени, благодаря тому, кто стоит сейчас перед нами, а ты предлагаешь просто спустить его!
– Есть и другие способы.
– Я буду участвовать, – эльфка хмуро оглядела своего спутника, – Если ты и правда хочешь стать Убийцей Королей, Илиррилиан, то я хочу помочь.
– У нас есть иные приказы. И не тебе решать, кому ты будешь помогать, а кому нет. Успокойся уже и послушай голос разума. Илиррилиан! – Эйленан обернулся к командиру, – Не принимай её помощь. Не спеши губить всех, кого ты за собой ведёшь. Ни загнанный в угол Демавенд, ни Фольтест, не поджали хвосты. Ты сильно ошибаешься.
Редкие птицы были свидетелями их разговора. И как славно, что птиц не интересовала политика.

Отредактировано Торувьель (2017-04-14 15:49:02)

+2

46

[NIC]Мирианна[/NIC][STA]чародейка[/STA][AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/87-1484565011.jpg[/AVA][SGN]Информация о персонаже[/SGN]
Дворец. Коридоры

Похоже было на то, что Лидия ван Бреденвоорт воодушевилась идеей. Ее неизменная и кроткая улыбка одними глазами имела свою определенную прелесть. Другое дело – Меган. Странно, но она молчала. Мирианне показалось, что выбранная ей тема разговора универсальна, но как только чародейки сошли с темы обсуждения текущих дел, темерская магичка вдруг замолчала. Может быть, обдумывала что-то. Стало как-то не по себе. Что же до Лидии, то с ней Мирианна ощущала себя очень хорошо. Ах знала бы, насколько она ошибается! Но Мирианна не знала и была далека от любви к интригам. Лидия ей просто нравилась и вполне искренне, потому что с ней было приятно и работать и говорить и находиться, несмотря на ту историю со здоровьем и внешностью и причину почему помощница Вильгефорца отказыватся от распития спиртного. Возможно, у Мирианны появилось несколько чудных мыслей и вопросов, связанных с воспоминанием о том инцеденте, о котором ей поведал Кардуин из Лан Эксетера, но чародейка была невозможно тактична и не стала интересоваться у Лидии тем, что ей может оказаться неприятным из-за воспоминаний. Конечно же для любой женщины это будет неприятным. Чародейка просто не покажет этого.
- Метресса Маргарита нашла чудесные и бытовые аллегории о том, что злоупотреблять чародейством и доводить его до абсурда не нужно. По-моему, бесподобный пример для начинающих адепток, со знакомыми им бытовыми вещами.
Мирианна еще раз улыбнулась. Аретуза действительно была завораживающим местом и заставляла всплывать в памяти теплые воспоминания. Школа магии – это нечто особенное. Свой мир. Органичный, ужасный и прекрасный. Подумать только, ведь в стенах школы было столько магии, свободно использующейся, что чудеса становились обыденностью. Аретуза была словно бы аквариумом с чудесами, мирком особенным и неповторимым, но обособленным от мира. Там можно было наблюдать микромодель мира, где каждый обладал бы Силой и каким бы он мог быть. Попервой, когда она покинула стены школы, Мирианне внешний мир казался каким-то пресным. Возможно, поэтому она и увлеклась тем, чем занималась. Нет, не политикой, к которой ее обязывало положение и Кардуин, а изучением магии и своих возможностей.
- Согласна с тобой полностью о времени и роли Аретузы в жизни. И не могу не согласиться с тем, что тоже не знаю дворца. Я думаю, нам можно попросить кого-то из слуг указать нам искомое, а заодно и об остальном договориться. Осталось лишь этих слуг найти.
Она внесла свое предложение. Навязчивыми неугодными гостями, что ходят по замку, она казаться не хотела. Все хорошо в меру.

+2

47

Мастеркий

Покои Хенсельта

Хенсельт заворчал, заворочался, словно большой кудлатый медведь. Набычившись, король слушал Сабрину, внимая каждому слову и недовольно выпятив нижнюю губу. В этот самый момент сын Бенды из рода Единорога походил на разбойника, как и его отец, и только умные маленькие близко посаженные глазки выдавали в нем человека внимательного, опытного и даже умного. В некоторых вопросах.
Едва голос чародейки затих, Хенсельт скрипнул зубами, подаваясь вперед и опираясь на стол руками.
- Никому, - профырчал он под нос, - никому нельзя верить в этом херовом замке. Ни союзникам, ни их подстилкам. Что же ты посоветуешь мне, чародейка? Как мне выкурить эльфов из леса? Как утихомирить этого мудака Рихарда?
Король вздохнул, несколько раз сжал кулаки, а затем посмотрел Сабрине в глаза - большие, бездонные, невероятно красивые. И лживые. Но сейчас монарх искал в них надежду.
- Он слишком умен и распознает, если я подсуну ему фальшивку. И это лишь разозлит его еще больше. Старый говнюк не любит, когда его дурят. Еще мой отец боялся молодого Бруандона, что же говорить о вышедшем из ума старике?
Король знал: разозленный Рихард будет кусаться и царапаться за свою честь, словно потревоженная зимой росомаха. Будет рвать и трепать всё, до чего дотянутся его старческие клешни. И знал, что в этом случае одному из них придется умереть, чтобы завершить кровопролитие.
Смерть - единственный выход из всего этого кошмара.

Дворец. Коридоры

Смерть кралась по ступеням и коридорам. Гуляла в садах Хенсельта из Ард Каррайга, посматривая на молоденьких служанок и обходя стороной стражу. Смерть искала.
И нашла, но совсем иную цель.
Три чародейки встали на пути костлявой, и она бы прошла мимо, если бы Меган - чародейка из Темерии, не обернулась не вовремя. И всё поняла, увидев выглянувшую из-под плаща рукоять.
Испуганно охнув, советница короля Фольтеста вскинула руки для защитного заклинания.
Но было поздно.
Чародейка ощутила сильный толчок в грудь. Мир неожиданно покачнулся, повалился набок, стало тяжело дышать. А затем пришла боль, расцветающая карминовым цветком на груди Меган Сванн. Захрипев, чародейка испуганно коснулась рукояти метательного ножа, застрявшего в её груди.
Смерть выбрала её первой целью. Целью, которой не было суждено уйти.
Убийца, поняв свой просчет, поспешно выхватил новый нож, но, оценив ситуацию, вильнул за угол, понимая, что не справится с двумя чародейками сразу.*

Леса близ Ард Каррайга

Знающая говорила. Спрашивала мягко и нетребовательно, узнавая интересующие её подробности. Она не давила, не применяла чар, хотя и могла к ним прибегнуть.
Но не каждый мог это понять.
От каждого нового вопроса остроконечные уши Нагталинел краснели все сильнее и сильнее. И наконец она взорвалась.
- Зачем тебе всё это? Для чего ты спрашиваешь? Хочешь рассказать это своим друзьям-dhoine?
Киархан резко прикрикнул на эльфку на Старшей Речи. Сердито поджав губы, он покачал головой.
- Юность лет затмевает разум. Простите её вновь, госпожа. И простите меня, потому что я не смею ответить на ваши вопросы. Если бы мы были одни...
Эльф покосился на молчавшего всё это время спутника знающей, недоверчиво вглядываясь в его черты лица. Продолжив путь, он задал короткий вопрос на Старшей Речи:
- Доверяете ли вы этому существу, госпожа? Я слишком стар, чтобы верить в порядочность людей. А этот, кажется, из их племени.

Леса близ Ард Каррайга

Иллириан шел, ступая по припорошенной снегом прелой листве. Беззвучный и легкий шаг не останавливали вопросы и возбужденная перебранка "найденыйшей". И лишь на последних словах эльф остановился, медленно поворачиваясь к Торувьель.
- Если бы у меня не было плана, если бы я не был уверен в успехе, то стал бы я бездумно подставлять головы доверившихся мне под топор? О, нет, - Иллириан покачал головой, - я слишком долго готовился к этому, строил планы, устраивал ловушки и собирал лучших стрелков из всех знакомых мне бригад, чтобы отправить их на убой.
Эльф улыбнулся.
- Dhoine сами выйдут из города, когда поймут, что он больше непригоден для жилья. И поверьте, ждать осталось совсем немного.

Примечание:
милсдарыни Лидия и Мирианна, вас попытаются убить.
Ваше Величество Фольтест, вы можете попытаться спасти чародеек. Они неподалеку от вас.
А ещё можно сделать все проще - позвать стражу.

+6

48

Дворец. Коридоры.

Сколько бы Лидия не видела смертей за все прошедшее время, она никогда не могла к ним привыкнуть. Каждый раз чародейку начинало мутить, каждый раз её голова разрывалась от боли и каждый раз её руки заметно дрожали, видя, как чужая жизнь уходит в небытие. Ей всегда было страшно и никогда не было весело или интересно. Смерть была смертью, а когда умирал кто-то знакомый – становилось не только больно, но и страшно.
Она думала, что дворец был охраняемым, в особенности после случившегося ранее. Она думала, что никаких опасностей на пути трёх чародеек быть просто не может.
Так ван Бредевоорт еще никогда не ошибалась.
Когда Меган вдруг повалилась на пол, а черной тенью мелькнула незнакомая чародейке фигура, Лидия успела лишь в испуге взмахнуть руками и кое-как подхватить падающую чародейку. Она увидела кровь, увидела глаза коллеги, после чего перевела взгляд на Мирианну и испуганно на неё поглядела, считая, что та поймет какой бардак среди эмоций она испытывала. Тот кто рискнул поднять руку на жизнь гостя во дворце самого Хенсельта был или дураком или идиотом, ну или слишком ненормальным фанатиком. Это пугало.
– Черт бы побрал вашу политику… Меган… – Лидия позволила себе аккуратно опустить Меган, все так же избегая возможности посмотреть на кровавое пятно, что стремительно расцветала груди коллеги.
Она понимала, что применять заклинания в попытке спасти её просто не было.
Чародеи никогда не славились добротой или теплотой наполнявших их чувств, ведь довольно часто вместо них голову заполняла холодная расчетливость и желание не упустить то, что юлило совсем близко. Эта возможность была ценной, невероятно важной и чертовски полезной. Лидия знала и прекрасно понимала, что это знает Мирианна, посему и позвала коллегу, чтобы та не сомневаясь применила любое из доступных заклинаний на чертовом полудурке, размахивающих ножами в королевском дворце.
«Где стража, когда она нужна?» скорее недовольно и зло подумала чародейка, отдавая себе отчет в том, что безопасность двух чародеек сейчас полностью зависела от них самих. Именно поэтому кисти рук Лидии заискрились светлыми цветами, не сколько зачаровывая, сколько пугая столь неприятным зрелищем. Магия трещала, звенела, доказывала, что она опасна.
Магия бы и вправду доказала то, что она весьма опасна. Но Лидия и заметить не успела, как нападавший спешно обзавелся вторым ножом и уже спешно скрылся за углом, то ли сбегая с места преступления, то ли выжидая новой возможности ударить по чародеям. Проверять она не хотела, поэтому довольно быстро переключилась на защитные заклинания как для себя, так и для Мирианны, чтобы беда не повторилась.
«Великая Сила, как всё нелепо… мы обсуждали Аретузу и чары, отвлеклись, когда следовало быть внимательными...».

+3

49

Покои Хенсельта

Сабрина знала, что ее тирады сойдут ей с рук, Хенсельту больше не на кого было опереться столь доверительно, любой может продаться. И он понимал, что чаройдейка настолько обросла здесь связями и включила себя во власть, что сложно назвать ее теперь просто советницей, с которой он лишь изредка консультируется, когда ему захочется или просто становится одиноко. Нет, ей приходилось решать многие проблемы за короля, даже сглаживать острые углы, хотя сглаживательница из ее та еще...
Однако, если бы он попросту бы выставил чародейку, не в силах справиться со своим характером, Глевиссиг бы с радостью ушла, и не стала бы тратить время на упрямца. Может, и успела бы решить за него все проблемы, которые она накопил за время своего правления, равно как и не стремился разрешать противоречия, что понабрали за десятилетия его предки.
Чем дальше Сабрина будет от него в момент кризиса, тем лучше для нее. К сожалению, так поступить нельзя, на съезде королей придется играть свою роль, и любой отход от нее сразу станет подозрением.
Странно, что Рихард вообще не обвинил лично ее во всех смертных грехах, в том числе и в организации покушения...
Король задавал правильные вопросы, но после драки кулаками не машут. Придется работать с тем, что есть, и сырой план давно уже витал в голове Сабрины.
- Раз он не успокоится, придется его успокоить. Только не нашими руками. А чертовых эльфов. Бруандоны постарались пуще других вызвать гнев остроухих, несмотря на мои предупреждения. Если и старший погибнет от их рук, конфликт, может, и не сойдет на нет, но без вожака у нас появится хоть какое-то время, и после мы сможем перейти в наступления. И направить гнев Бруандонов с союзниками на леса, раз уж они начали эту войну, пусть ее заканчивают. А что до других правителей... пусть Фольтест и Визимир заверят нас, что в их королевстве не погиб ни один дворянин от рук белок. Что до остальных, их мнения можно не спрашивать, они либо не наши соседи, либо никак не могут повлиять на ситуацию.
Вот и все решение. Рискованное, но до одури простое. А главное, что руки короля совершенно чисты. Нет лидера восстания, виновны эльфы, все идут бить эльфов.
- Но мало кто согласится из эльфов сделать подобное для нас, а мы не может их переправить сюда и позволить им кого-то здесь убить... или же можем...
Но это слишком рискованный план, а людей, которые способно провернуть такое... еще меньше.

+3

50

Дворец. Коридоры

Фольтест никогда не любил поспешных решений. Сын Меделла осознавал все те опасности и риски,  что несли в себе необдуманные поступки, однако понимал и то, что бывают моменты, когда на долгие размышления времени попросту нет.
Ард Каррайг, по словам Роше, лишь подтвержденным речами Бруандона, был неспокоен словно конюшня, в которой повеяло дымом. Всё произошло слишком неожиданно, и город оказался попросту не готов к осадному положению, в котором оказался. Как не готовы оказались и те, кто должен был обеспечивать мир и порядок на этой встрече противоположных интересов. Быть может, старый Единорог окончательно пропил прежние силу и власть, или всё было куда сложнее?
Темерец был хмур, задумчив, полностью погружен в смутно забрезжившую идею об избавлении от невидимой угрозы. Что не мешало ему на ходу провожать оценивающими взглядами мелькавших тут и там служанок, преимущественно молоденьких и, холера, весьма недурных собой. Пусть грубоватых на вид… скоя’таэли, вот что важнее… но то дочери суровых Каэдвенских лесов… снарядить Роше с полосками… по своему всё ж таки недурные собой… если не справится Вернон
- Ай, чтоб его, - мужчина остановился столь неожиданно, что сопровождавшие его латники чудом успели разойтись со своим королем, не сбив того с ног. – Признаю, - продолжил он, ни к кому конкретно не обращаясь, - у Хенсельта не самый дурной вкус. Но патриот я или как? Правильно, патриот. Ну, чего замерли? – рявкнул он на стражу и вновь устремился к намеченной ранее цели.
Небольшая заминка, вкупе с небольшим отступлением от тяготивших его дум, в итоге позволили Фольтесту лишь утвердиться в мысли о необходимости предпринять куда более активные, нежели просиживание штанов за крепкими стенами дворца, действия. Проблема была лишь в том, что он был лишь гостем, хозяин же гостеприимного Ард-Каррайга либо искренне уверовал в возможность переждать бурю в безопасности, либо предпринимал какие-то свои попытки. Впрочем, судя по всему, далеко не самые удачные. Пять дней прошло с момента его прибытия в столицу Каэдвена, нападения же, судя по всему, начались и того раньше, а с проклятые белки до сих пор ловко избегали шибеницы. Кажется, кое-кто начал терять хватку?

И где он умудрился свернуть не туда? Странно, Фольтест был более чем уверен, что до Хенсельта можно добраться и более короткой дорогой, не тратя времени на переходы и петляющие по чьей-то странной прихоти, подобно пьяным змеям, коридоры, но видимо Боги, на сей раз, рассудили иначе. Нет, он не слышал криков о помощи, истошных визгов либо же звуков кипящей битвы. Он просто вылетел из-за поворота ровно в тот момент, когда руки малознакомой чародейки, замершей над телом его, Фольтеста, советницы, вспыхнули весьма недобрым светом.
Проклятая магия…
Меч, казалось, сам прыгнул в руку. Недоумение сменила холодная сосредоточенность и, чувствуя присутствие за спиной двух напрягшихся стражей, темерец успел сделать ровно два угрожающих шага по направлении к магичкам. И замер.
- Что, до холеры, здесь происходит? – голос звучал подчеркнуто спокойно, словно потеря советницы была для него чем-то рядовым, малозначительным.  Уже не считая высившуюся нам телом Меган Сванн парочку угрозой себе, король поспешил убрать меч в ножны и, опустившись перед трупом советницы на одно колено, осмотреть открывшуюся ему картину.
- Чисто сработано, - присвистнул совсем не по-королевски он, - от Меган, конечно, было мало пользы, но уж защитить себя она бы сумела. Ловко, ловко… - мужчина перевел взгляд на стоявших рядом женщин. – Видели, кто?
И, обернувшись к прикрывавшим его стражникам, коротко бросил.
- Поднимайте тревогу, я хочу, что бы вся Хенсельтова стража, гвардейцы Визимира, латники Мэвы и иже с ними отныне были настороже.

Отредактировано Фольтест (2017-04-30 20:10:05)

+5

51

[NIC]Мирианна[/NIC][STA]чародейка[/STA][AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/87-1484565011.jpg[/AVA][SGN]Информация о персонаже[/SGN]
Дворец. Коридоры

Все было слишком хорошо. Приятный разговор, воспоминания, компания. Все шло в слишком спокойное русло, чтобы на фоне затаившейся, но нарастающей угрозы, дать о себе забыть. Мирианна, обычно спокойная, поначалу вообще не поняла что случилось. Меган… красное пятно… кака-то тень за колоннами… Лидия. Мирианна удивленно смотрела на Лидию ван Бреденвоорт, словно не понимая почему та так себя ведет и почему осела Меган. Все произошло быстро. Впрочем, отходила чародейка непростительно долго, но все-таки понимание ситуации настигло смятенное сознание, просто не могущее поверить в то, что вот так, быстро, молниеносно все заказчивается. Чародейка, советница короля не может погибнуть так просто и так глупо.
- Лидия… Она дышит? – На лице Мирианны были искренние эмоции. Бледное лицо. Холодное спокойствие и даже возвышенность разрушилась, маска треснула под натиском страха, равнодушие едва не сменилось паникой, но чародейка удержала в последний момент свои эмоции. Сжала кулак. Сделала решительное лицо, хотя решения все еще не приняла. Мирианна произнесла эдинственное заклинание, что считала необходимым и которое подсказывал инстинкт самосохранения… вполне человеческий. Магия послушно приняла форму и послушалась повеления ковирской магички. «Больше здесь никто не пострадает!» - Мысли были чисты, а рожденный ими гнев освобождал разум от пут страха. Теперь магия хранила трех женщин от угрозы. Наверное, Мирианна сделала неправильно, опустившись у тела Меган Сванн и тщетно ища у нее признаки жизни, надеясь что чародейка просто потеряла сознание. Наверное, стоило заняться нападавшим.
Где-то, уже не важно где, послышался звук торопливых шагов не одной пары ног. Все казалось не важным, потому что Мирианна была занята другим и надеялась на успех. Однако, тщетно… Меган была мертва.
- Стража!!! – Громко крикнула магичка, лишь в процессе понимая, что рядом с ней уже находятся вооруженные люди, пусть даже не сразу поняла, что это не каэдвенцы.
Гнев и осознание окончательно освободили ее от замешательства. Мирианна обнаружила себя держащей на руках тело мертвой коллеги, которое пачкало ее одежды кровью. Подняла глаза. Нашла Лидию ван Бреденвоорт.
- Кто-то посмел напасть на Братство. На советницу короля. Убить чародейку… - Наверное, в этот момент мысли Лидии и Мирианны были схожи. – Ему не должно сойти это с рук!
Да, с Меган Мирианна не была тесно знакома, но Меган Сванн не была простой деревенской ведьмой и даже рядовой магичкой. И здесь, в стенах дворца произошло покушение именно на нее. Или на всех троих чародеек. Не важно уже было каковы были планы убийцы и его мотивы, но допустить, чтобы люди подумали, что чародеев можно убивать вот так вот… и безнаказанно?!? Нет! Этого нельзя было оставлять. Как бы поверхностно не были знакомы они, но это было обязательным.
«Сабрина. Теперь Сабрина точно не сможет отсиживаться в стороне. Где она, черт побери?!»
Мирианна опустила тело Меган на холодный пол и поднялась, полная сомнений и понимания, что пора действовать, но непонятно по какому плану.
«Либо срочно вернуться к нашей делегации и телепортировать ее отсюда, либо действовать от лица Братства. Однако, если рассудить здраво, то Братство и каэдвенскую власть здесь поддерживает Сабрина Глевиссиг. Ей необходимо взять на себя первую роль в этом деле. А мне было бы разумно позаботиться о тех, за кого я в ответе. Так где же эта Сабрина, когда она нужнее всего?!»
Ковирская чародейка металась между двумя мыслями: пойти разыскать Сабрину и действовать на благо магии, как член Братства, или все-таки бежать к своим людям, о которых непосредственно должна была заботиться и чьим жизням могла угрожать опасность точно так же. А вдруг убийца был не один? Вдруг и вовсе поздно уже куда-либо идти? Это не давало покоя. Мирианна прекрасно осознавала свою зону ответственности и хотела было начать дюействовать, затеяв разговор с Лидией, как вспомнила и о иных присутствующих лицах в этом коридоре. Отступая в сторону неуверенной походкой, Мирианна столкнулась взглядом с мужчинами и королем Фольтестом, уже ничему не удивляясь. Как он здесь оказался? Что этому предшествовало?
- Ваше Величество… - Формально поприветствовала она. – Нет. Не видели. Убийца скрылся в коридоре.
Мирианна перевела дух, пытаясь устаканить в голове возникшие вопросы.
- Я надеюсь, такая ситуация не повсеместно во дворце. – Произнесла Мирианна. – Лидия, я полагаю пора искать Сабрину Глевиссиг, не откладывая. Что по вопросам безопасности дворца, что по ситуации атаки на Братство. Без нее здесь не обойтись. Я же, в этот момент оставляю вас, у меня свои обязанности. Беспорядки добрались до дворца и это – факт , нужно что-то предпринимать. И, скорее всего, организовать переправу важных персон подальше от дворца, или хотя бы достойную защиту их в месте, где ничто не будет угрожать. Покушение может быть не одно. Слишком много власть имущих людей в одном месте.
Словом, с мыслями короля Темерии Мирианна была в общем их направлении согласна. «Однако, мне бы строило связаться с Кардуином и получить более четкие указания. Но сначала - позаботиться о безопасности вверенных непосредственно мне людей».
- Если понадобится моя помощь - меня можно будет найти. – С этим словами чародейка повернулась и исчезла в черноте зияющей пропасти портала, который немедля открыла, покидая коридор и полагаясь на коллегу, на чьи плечи от лица Капитула ложилась забота о властителе Темерии. Мирианна же имела свои обязанности и долг перед Ковиром, Эстерадом Тиссеном и Кардуином из Лан Эксетера, а Темерия и ее корона могли волновать ее лишь во вторую очередь, тем более что чародеек было во дворце еще как минимум две.

+4

52

Мастерский

Гетто нелюдей

Ни один человек, входящий в одиночестве сквозь исписанную древними рунами арку, не остался жив. При свете дня, в ночной тиши, но смерть настигала человека: незримая, невидимая, стремительная. Носила ли она облик стрелы, предательского удара ножа в спину или же яда – не важно. Нелюди Ард Каррайга – загнанные, озлобленные, ущемленные государственными налогами, тщательно оберегали свои маленькие границы, прикрывали своих и умело заметали следы.
Хенсельт не раз грозился сжечь их хибары и перебить все население. Эльфы молчали. Краснолюды лишь хмуро хмыкали и трясли бородами. Но дальше угроз дело не заходило – король понимал, что вместе с гетто вспыхнет вся столица, а он – захлебнется в собственной крови.
Ни один человек, входящий в одиночестве в гетто нелюдей Ард Каррайга, не остался жив. Но был ли Каэрин аэп Даккэ человеком?

Сидящий на треногом табурете краснолюд был лыс и носил рыжую, словно огонь, бороду. Умные глаза под кустистыми бровями смотрели с интересом, разглядывая испещренное шрамами лицо человека. Затем, хмыкнув, бородач потянулся к ясеневой трубке с длинным мундштуком. Затянувшись, краснолюд выпустил сизый дым через ноздри.
- Их сделали скорняцким ножом?
Каэрин моргнул. Затем, потирая большой кровоподтек на левой щеке, украдкой коснулся шрамов.
- Совершенно верно.
Краснолюд довольно хмыкнул, затянулся трубкой вновь.
- Никогда бы не подумал, что на службе у Эмгыра вар Эмрейса есть такие дипломаты, - он кивнул на бочку в углу, - умойся, полегчает.
- Благодарю, мэтр Гроцбайх, но откажусь. Вы же знаете, зачем я здесь. И знаете, что дорог каждый миг.
Краснолюд прищурился. Отложил трубку в сторону.
- Допустим, что знаю. Знаю, что ты пришел просить меня о помощи. Что я должен остановить эльфов, снять с города блокаду, защитить Ард Каррайг от безумия, братской резни. Но почему я должен верить тебе, человек? Почему? Потому что у тебя нильфгаардский выговор, грамота и тебя всего лишь чудом не убили на улицах моего квартала? Потому что ты первый встречный, который знает мое имя?
Бородач, крехтя, поднялся, шагнул к Каэрину, и взгляд его не сулил ничего хорошего.
- Да будет тебе известно, что я пережил три покушения со стороны жителей этого города. Одного из своих убийц я задушил его же ремнем. Я каждый день засыпаю и чувствую, как эта ведьма Глевиссиг придумывает, как бы полегче и поспокойнее меня убрать. И после всего этого я должен доверять человеку, чью морду исписал скорняк? Что же ты молчишь, человек? О чем ты хочешь меня попросить?
- О жизни.
- О какой еще нахер жизни?
- Жизни для всех нас.
- Люди… хах, вы слишком жалкий народец, слишком хлипкий. И очень скоро, поверь, их количество в Ард Каррайге пойдет на убыль.
Каэрин вздохнул.
- Для императора нет границ между людьми, эльфами, краснолюдами, низушками. Все мы – его верные подданные…
- Эту сказочку ты можешь рассказывать на базаре в торговый день!
- … и жизни каждого составляют огромный механизм. Не станет одной – механизм продолжит работу. Но если падут многие... мэтр Гроцбайх, люди выместят зло на вашем квартале. Сожгут его. Из ненависти. Из страха. От отчаяния. Его сожжет Сабрина Глевиссиг, а рыцари короля Хенсельта, восседающие с ним во дворце, пройдутся сталью по оставшимся в живых. И многие из тех, кто должен жить и помогать империи, падут.
«И огромный механизм вместе с ними».
Краснолюд гневно скрипнул зубами.
- Жаль, что тебе порезали морду, а не отрезали язык, старик. Иллириан уже позаботился о тех, кто сидит за крепкими стенами. И, поверь, скоро у людей будут совершенно другие проблемы.

Дворец. Коридоры

Плох тот солдат, что ослушался приказа. Но вопрос, вставший между Роше и Рихардом, решился быстро. Герцог, подобно любому старому говнюку, отнесся к Вернону как к грязи на ботфортах. Поэтому поспешил от него поскорее избавиться. Роше дали указание (а показалось, что даже приказание) явиться на главный двор спустя полчаса.
Прикинув оставшееся время и решив, что Бруандон и его проблемы могут подождать, а то и вовсе пойти куда подальше, Роше отправился к комнатам, которые квартировали его Полоски. Но не успев пройти и десятка трёх шагов, как услышал шум.
Переполох, крики… Роше крепко выругался и припустил к месту происшествия.
Вылетев из-за поворота, Вернон едва ли не нос к носу столкнулся с королем. С правителем, чей приказ он сейчас нарушал.
Всего одного взгляда хватило, чтобы понять – случилось нечто страшное. Непоправимое. И хорошо, что король не пострадал. Пока еще не пострадал.
- Ах, твою же… Ваше Величество! Милсдарыня! – эту даму он не знал, но от неё за лигу несло политикой и магией, - Нам нужно уходить отсюда!
Роше бросил взгляд на тело убитой.
- Ей уже не поможешь.

Дворец

И тревога покатилась по залам и коридорам, нарастая и обрастая подробностями, как снежный ком. Уже спустя несколько минут стража встала на караул у дверей в покои Мэвы, Визимира и Демавенда. Рихард Бруандон и его шут были окружены латниками.
Поэтому вышедшая из портала чародейка была подобна огнедышащему дракону.
На каждого дракона найдется свой рыцарь. Нашелся он и на Мирианну. Наспех созданный портал привел чародейку не совсем в то место, куда она ожидала.
- Милсдарыня! - Экберт Бруандон, потрясенный увиденным, едва не свалился с кровати. – Воистину, Мирианна, умеете вы удивлять и пугать одновременно! Зачем вы здесь?
Наследник герцога, представший перед ковирской чародейкой в одних штанах, поспешно поднялся, накидывая поверх голого тела нижнюю рубаху.
- Прошу простить мой вид и… подождите, что-то случилось? Что-то с моим отцом?

+4

53

Дворец

Место для важных переговоров специально было спроектировано так, чтобы лишние звуки не мешали, поэтому весть о тревоге вошла только с ворвавшимся посреди разговора Хенсельта и Сабрины.
- Проваливай! – вспылила чародейка, не желая никого видеть.
Стражника повезло, что ее легкий пасс рукой не содержал магии.
- Ваше величество! Чародейку темерскую убили!  - только и смог вымолвить запыхавшийся латник.
- Темерскую?..
Глевиссиг отвернулась, понимая, что не в силах сохранить лицо. Меган… твою ж…
Следующие мысли были полны самых бранных слов, что знал Каэдвен. При всей их взаимной ненависти такого она не заслужила. И почему ей приспичило помереть прямо в этом дворце?! Почему не у себя в Темерии, чтобы можно было избежать скандала?!
Фольтест, Хенсельт, другие короли и, наконец, Братство, все смешалось в голове. Нельзя было так просто это переварить, но действовать нужно незамедлительно!
- Сидите здесь, ваше величество, я поставлю барьер… Приведи еще стражников!
Когда охрана короля стала больше, Сабрина вышла и быстро поставила барьер против убийцы, что решит проникнуть сквозь главные двери.
Добраться до места преступления было непросто, повсюду сновали солдаты и перепуганные слуги, и далеко не все были в состоянии понять, что советнице Фольтеста стоит уступать дорогу.
Но это не помешало взбешенной Сабрине с растрепавшейся слегка прической ввалиться туда, где лежало тело Меган. Еще там были как Фольтест, там и Лидия. Что они здесь все забыли?!
- Отойдите от нее… - потребовала Глевиссиг и, яростно сорвав большой каэдвенский баннер с единорогом, не без помощи магии, разумеется, накрыла им тело убитой, разве что до этого мельком взглянула на орудие убийства.
- Убить хотели не ее, - сразу решила Сабрина и посмотрела на Лидию, спросив совершенно бесцеремонно. – Может, объяснишь, что произошло?
Короля Фольтеста она, по сути игнорировала, это было не его дело, это уже дело Братства чародеев, и только их. К несчастью, этот вопрос очень сильно пересекался с государственными. Какой же это позор и скандал…
Стражники и так прочесывали каждый угол, не было смысла им напоминать. Еще одна лазейка оказалась попропущена…
И Меган просто стала на пути убийцы… глупее смерти и не придумаешь.

Отредактировано Сабрина (2017-05-18 18:59:30)

+4

54

Дворец

Когда настоящее закрутилось и завертелось, Лидия несколько растерялась. Появление короля, срочная отлучка Мирианны, прилетевший столь неожиданно Вернон Роше, затем Сабрина – властная и требующая ответа, словно бы прикрывая короля Фольтеста своей властью. Лидия устало вздохнула. Оглядела короля, Меган, на которой задержала свой взгляд и покачала головой, прекрасно понимая насколько это большая проблема и утрата.
Что объяснять, если во дворце творится неразбериха и хаос?довольно спокойно, даже без претензий обратилась Лидия к Сабрине. Если желаешь услышать рассказ вкратце, то мы просто передвигались по коридору. Мирианна, Меган и я. Вдруг… возник человек. Быстрый. Я не обратила внимание на то, как он выглядел. Затем Меган.
Чародейка опустила взгляд, делая небольшую паузу.
Затем здесь появился Его Величество Фольтест, позже – Роше. Крайней на зов явилась ты, Сабрина. Более мне нечего тебе рассказать.
Не солгав (хотя и лгать вовсе было не о чем), Лидия вновь вернулась взглядом к Сабрине, как раз в тот момент, когда она применяла магию и прикрывала тело Меган. Не сказать, что Лидия считала Сабрину виноватой, более чем чародейка была уверенна: у этой придворной бестии хватало своих проблем в распрях с Хенсельтом, ведь характер последнего был известен не только в узких кругах. В целом, они явно нашли друг друга.
Вернон, вы верно совершенно меня не помните… мы встречались в Вызиме. Когда там бушевала болезнь. Позвольте я помогу вам, в случае непредвиденных ситуаций оказать помощь Вашему королю. Ведь вы не будете против, Ваше Величество? В случае, если моя помощь и вовсе не потребуется, я полностью вверю её в руки Сабрины.
Наверное, Лидия скорее приняла это как возможность хоть немного быть полезной. И именно поэтому улыбнулась глазами, что со стороны выглядело весьма грустно. Роль наблюдателя, конечно же, была куда приятнее, но оставлять столь важные головы без помощи магии было бы расточительно. Учитывая, что даже во дворце нет должного ощущения безопасности, покуда здесь бегали убийцы.
Сабрина, здесь творится полный бедлам. Прости за прямоту, но может быть тебе нужна помощь тех, кто в Капитуле играет куда более важную роль? Ты знаешь, чьи глаза здесь находятся. И знаешь, что значит смерть Меган.
Всё обращение к Сабрине Лидия адресовала персонально, не считая правильным распространяться на королей и их подручных. Порой бывали фразы, что королям не предназначались, да и чаще всего эти фразы крутились за их спинами.
Надеюсь, ты не откажешься от помощи, которая в настоящее время ценится на вес золота.

+3

55

Нет, конечно же, они никого не видели, и, разумеется, ничего не слышали. Это же маги, разве можно ожидать от них чего-то иного? В тот момент, выслушав короткий и, надо признать, довольно предсказуемый ответ незнакомой ему чародейки, Фольтест лишь утвердился в прежнем своём о магах мнении. Далеко не самом лестном, разумеется. Но виду не подал, лишь смерил заговорившую с ним женщину задумчивым взглядом, после чего поднялся на ноги и на шаг отошел от своей бывшей, а ныне мертвой, советницы.
Неподалеку послышались торопливые шаги, некто вполне себе целенаправленно трусил по коридору, задавшись, по всей видимости, вполне определенной целью и не желая тратить время на приличествующий стенам королевского замка темп шага. Темерец буквально почувствовал, как напряглись его латники, выхватывая оружие, но предсказуемо не успевая закрыть своими телами монарха, оставляя того на растерзание…
- Вернон, - голос Фольтеста звучал слишком мягко, выбиваясь из контекста и драматичности ситуации, в которую он успел угодить. – Мальчик мой, я, кажется, дал тебе вполне определенные указания и никак не ожидал увидеть здесь. Надеюсь, ты знал, что творишь, а не просто игнорировал мои приказы.
Ох, всё-таки много воли он дал сине-полосатому капитану, не раз и не два закрывая глаза на слишком уж явные, а порой и вовсе демонстративные нарушения субординации, прямых приказов а, порой, даже некоей логики, но Роше неизменно доказывал своему королю свою верность и эффективность принятых им решений. И на этот раз, судя по всему, он также не ошибался, да только слова Вернона прозвучали прописными истинами для оруженосцев и детей младшего возраста.
- Нам нужно уходить отсюда, не спорю, но поближе к нашему гостеприимному хозяину, с которым я теперь вдвойне жажду побеседовать, - хмурясь, заключил король. И развернулся, позабыв про тело своей покойной чародейки, дабы направиться к Каэдвенскому Единорогу, но лицом к лицу встретился с очередной представительницей магического сообщества Севера. Наглой, совершенно бесцеремонной и высокомерной настолько, что могла позволить себе наплевательски относиться даже к самым простейшим требованиям этикета. Сабрина Глевиссиг, вконец зарвавшаяся чародейская дрянь. Тонкие губы темерца растянулись в недоброй усмешке, по кому-то в этом замке горючими слезами плакал двимерит.
- Чародеев держат подле королей для нескольких целей, - не скрывая прежней усмешки, негромко проговорил Фольтест, никому конкретно свои слова не адресуя, - для мудрых советов своим королям, и для помощи им же в изощренных политических игрищах. Особенно когда в последних замешаны прочие маги. И только наш Хенсельт, держит рядом с собой лишь болтливую пичужку, способную исключительно на разбрасывание прописными истинами с видом мудрейшего из ныне живущих чародея.
Быть может, мужчина и дальше  бы продолжил язвить, не думая даже скрывать свою нелюбовь к чародеям, однако заставил себя замолчать и обратиться вслух. Очень уж долго молчала нависшая над телом Меган магичка, однако заговорив, только убедила короля, что не все колдуны безнадежны и даже более того, для общества опасны.
- Против? – признаться, прозвучавшие слова весьма и весьма удивили сына Меделла, озадаченно взглянувшего на прежде безмолвную магичку. Привычную его ненависть к чародеям и магии, конечно, не сняло словно бы по волшебству, будь оно неладно, но общество незнакомки, меж тем, не вызывало у темерца очередных вспышек презрения. – Нет, милсдарыня, я не буду против некоторой подстраховки, пусть даже и магической. Хенсельт изрядно оплошал с охраной, и я не намерен отправиться на тот свет лишь из-за отсутствия чародейки под рукой. Ну да в чем-то Роше был прав, здесь нельзя находиться долго, тем более, что я намерен повидать нашего горе-хозяина и серьезно… крайне серьезно с ним поговорить.

+4

56

От того, чтобы рватьи метать вокруг, Сабрину отделяло лишь количество королей и королев на каждом углу. Не то чтобы о ее вспышках никто не знал, но после такого нельзя было допустить потерю лица, иначе все подумают, что с чародейкой просто истерика, и как советница она не пригодна. Да и было бы из-за кого истерить, Меган не такая большая фигура…
Но все-таки это громкое убийство, и позор как на ней, так и на Хенсельте. Особенно, если убийцу не удастся найти. А если он так хорош, то остолопы стражники его найдут. Еще хуже, если убийца принадлежит какой-нибудь нечисти, вампиру под силу и не такое. Но нанять вампира или заразить его какой-то идеей… если бы это было так просто, Сабрина не отказалась бы от парочки, несмотря на то, что сама для них является пищей.
- Человек был быстрее, чем доступно обычному смертному? – Сабрина понимала, что от Лидии будет мало пользы, да и от Мирианны тоже, но поспешное исчезновение последней показалось подозрительным, если не сказать, трусливым.
Тело было прикрыто, надо будет приказать унести. Возможно, туда, где холоднее, прибудет еще специальная комиссия из Братства, и будет доискиваться до чего-то, чего Глевиссиг якобы  сама могла не узнать или не найти.
- Я знаю, что значит смерть Меган! – резкая мысль резонансом отдалась в голове Лидии. – Но чем нам поможет кто-то из Капитула?!
Во время того диалога на лице Сабрины играли желваки, а губа прикушена изнутри почти до крови. 
- Пока они прибудут, убийцы давно скроются, а ситуация может поменяться бесчисленное количество раз, - уже спокойнее продолжила чародейка. – Это не та ситуация с артефактом и риггером, здесь события меняются еще быстрее…
Она будто напомнила о том, что Лидия когда-то была молодой и совсем неопытной, да и сейчас вроде как ненамного лучше, впрочем, на увечье Сабрина напирать не стала. Ибо, как ни крути, портить с кем-то отношения сейчас невыгодно.
- Сначала нужно понять, что делать со всем этим, а уже потом действовать… С каким лицом убежала Мирианна? Она была напугана или, наоборот, будто ничего не произошло?
И Сабрина не знала, что подозрительнее. Но вот ее отвлек Фольтест.
- Не сомневаюсь, что Меган была далека от вышеперечисленного вами, и несомненно, держать подле себя такую простушку было весело и совсем незатратно, - холодно бросила Сабрина, едва взглянув на короля, оскорбив одновременно как память покойной, так и способности короля использовать способности чародеев по назначению.
Она могла ударить ниже пояса, напомнить Фольтесту о его же грехах. Но сейчас это все было таким незначим и столь мирским, что тратить на бесполезные споры энергию и отстаивать свое достоинство перед темерцами было выше ее сил.

+4

57

Дворец

Смотря на взъерошенную в поведении Сабрину, Лидия совершенно не обращала внимания на все выпады и высокие нотки, которые адресовались именно ей. Чародейка достаточно встречалась именно с этой советницей короля, чтобы знать её поведение, понимать где именно стоит огородиться и не давать волю эмоциям. Тем более, Лидия редко когда принимала всё близко к сердцу, а учитывая события произошедшие, не хотела бы лишний раз поднимать истерику. Её хватало и без того в окружении.
Принимая во внимание ситуацию, Капитул не оставит всё окружающее на волю случая. И я прекрасно понимаю, как настоящее отличается от того прошлого, что относилось к артефакту, она любезно склонила голову на бок, жалея что не может улыбнуться губами очень-очень мягко, словно бы успокаивающе. Моё желание исключительно вьется с целью помощи.
С тоской принимая тот факт, что не все люди способны со временем поменяться, Лидия оглянулась на короля. Что ж, хоть кто-то здесь обладал живым умом и без зазрений совести готов принять руку помощи, принимая всю ситуацию как должное. Тяжелый вздох позволил Лидии вспомнить Мирианну, о которой поинтересовалась Сабрина и сделать вывод, что чародеи не менее придирчивы друг к другу. Что за желание постоянно заподозрить кого-то? Нет, определенно причины были и есть, каждый играл в свою игру, стремился к собственным целям или поддерживал сторону для себя подходящую… Лидия была не лучше, но она искренне сожалела, что не могла обойтись без лжи по отношению к Мирианне, выпытывая её секреты.
Мирианна не убегала, совершенно спокойно ответила ван Бредевоорт. Ты сама знаешь, что каждый чародей на таких мероприятиях не крутится просто так, ради отдыха. Если она тебе будет нужна, я найду её. Но только после того, как король Фольтест будет в полной безопасности.
Считая, что общение при помощи телепатии должно было давно исчерпать себя, она вернулась к королю. Слишком уж подозрительно, покуда обе чародейки отмалчиваются, стоят близ короля и при этом либо живо жестикулируют, либо взглядом показывают недовольство.
Для меня это большая честь, Ваше Величество. Меня зовут Лидия ван Бредевоорт, я являюсь ассистенткой Главы Капитула, и с вашего позволения, буду рядом с вами,как и полагал этикет, Лидия поблагодарила монарха, улыбаясь глазами. Сабрина, думаю королю действительно необходимо встретиться с Хенсельтом.
«Правда сбор двух коронованных особ в одном помещении, судя по ситуации, не слишком хорошая идея… но что ж, стоит быть внимательнее».

+2

58

[NIC]Мирианна[/NIC][STA]чародейка[/STA][AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/87-1484565011.jpg[/AVA][SGN]Информация о персонаже[/SGN]
Дворец. Комната Экберта Бруандона.

Такое, пожалуй, случается не с каждым. В особенности ситуация была вопиющей благодаря тому, что приключилась она с Мирианной, снова столкнув ту с Экбертом Бруандоном. Тем самым Экбертом, что уже встречался ей недавно в королевском саду. Портал выбросил чародейку прямо в спальню, при том спальню чужую. Нет, не на это Мирианна рассчитывала и не сюда стремилась. Однако, прежде чем она успела покинуть комнату, ей послышался голос… и голос этот узнал ее. Мирианна огляделась и увидела перед собой мужскую фигуру. Хозяин комнаты, похоже, спал и едва не свалился с постели от неожиданного визита.
- Святой Лебеда! – Только и могла вымолвить чародейка, теряясь от картины, ей представившейся пред очами, и в глубине своих мыслей, продолжающих ругать себя за рассеянность и глупость в сложной ситуации. « И что теперь сказать? Простите, я ошиблась дверью?»
В это время Бруандон все-таки нашелся куда быстрее и схватил рубаху, спеша сгладить этот неловкий… инцидент. Когда же сын герцога вновь заговорил с ней, извиняясь за свой внешний вид, произошла сцена еще более глупая и неловкая. Впрочем, младший Бруандон сам неожиданно подкинул ей нужную зацепку. Мужчина беспокоился за отца и именно за это ухватилась Мирианна.
- Я не знаю что с вашим отцом, но ваши опасения не напрасны. Во дворце что-то происходит. Только что произошло покушение на советницу короля Фольтеста, так что отдых сейчас не самое удачное времяпровождение. Убийца может быть где-то в замке. Если беспокоитесь за отца, то самое время что-нибудь предпринять. Я же собираюсь отправиться и посмотреть что там происходит с остальными гостями.
К концу своей речи Мирианна окончательно вернула трезвость рассудка, однако все равно чувствовала неловкость из-за случившегося и хотела покинуть комнату. Не задерживаясь взглядом на отпрыске герцога, магичка осмотрела беглым взором комнату. «Не поздновато ли для сна? Хотя, кто знает, как у них там принято, да и кто может ему повешать? Кто, кроме внезапно ошибившейся комнатой магички? Лебеда… Вдруг еще судачить начнут…»
Оставалось надеяться, что сын герцога сочтет ее визит намерением предупредить его и спасти жизни, а не поводом для скандала.
- Прошу всевозможных извинений за свой неожиданный визит. – Разворачиваясь в сторону двери, сказала Мирианна, зашагав в сторону двери. Необходимо было продолжить то, что она начала. Собрать гостей и обеспечить им какую-никакую защиту, пока убийца не будет схвачен.
- Но если вдруг вы мне поможете с защитой гостей в этом бардаке, то я буду признательна.
С этими словами, чародейка покинула комнату младшего Бруандона, оставив ему право выбора дальнейших действий.

Дворец. Коридоры.

«Нет, конечно, он беспокоится за отца. Я бы поспешила к нему. Поэтому ждать не стоит».
Мирианна резко распахнула дверь и оказалась в коридорах. Снова. Кажется, она приблизительно понимала где находится и куда идти. Мысли о неловкой ситуации с Экбертом постепенно отошли на второй план, ровно, как и ее предложение ему. Мирианна не надеялась на помощь и, по правде говоря, изначальной целью ее было убедиться, что с вверенными ей людьми все будет в порядке, а потому не стоило тратить времени. Воспользоваться вновь порталом чародейка не спешила, быстро зашагав по коридору дворца в нужном направлении.

*Мастер, я переписала пост и, если что, присоединюсь к остальным чуть позже.

+1

59

Мастерский

Гетто нелюдей

Привкус крови во рту, такой пугающе знакомый за последние несколько месяцев, не сулил ничего хорошего. Пожалуй, если подобные истории продолжатся, то организм Каэрина аэп Даккэ – дипломата, шпиона и, по совместительству, человека, защитившего правителя великой империи от гибели, откажет.
- Ты не боись, человек! Ты сразу не умрешь!
Даккэ поднял тяжелую голову, с трудом сфокусировал взгляд на краснолюде, который минутой ранее с чувством отходил кулачищами старческие бока. Криво усмехнулся. Надежда умереть от внутреннего кровотечения таяла с каждым ударом сердца.
- Значит, помучаюсь?
Дипломат с трудом пошевелил руками, стянутыми за спиной его же собственным ремнем. Бессмысленно было даже пытаться выбраться из подобных пут без посторонней помощи.
- Стал быть, помучаешься, - усмехнулся краснолюд в ответ. – Ты уж не серчай, если чего, но слишком уж ты, сука, хитрый! Гройцбах таких не любит!
- А ты?
- А что я?
- Ты боишься хитрых людей так же, как и мэтр Гройцбах?
Краснолюд оскаблился, сверкая прорехами в зубах.
- Я вообще никого не боюсь!
И в подтверждении своих слов, отступив на полшага назад, бородач ударил вновь, разбивая губы дипломата в кровь.
От сильного удара Каэрин, зашипев от боли, рухнул на пол, приложившись плечом о стоявшую неподалеку тумбу.
- Ты не боись, человек, - повторил краснолюд, подходя ближе, - уж я тебе это докажу!
Каэрин молчал, уткнувшись лицом в пол.
Конечно, бородач сильнее его, шире в плечах. И, конечно же, он ничего не боится. Вот только смелый краснолюд совсем не заметил, что от сильного рывка пряжка ремня – такого старого и верного, лопнула, высвобождая руки старого дипломата, бывшего вивисектора и просто страшного, по мнению большинства, человека.

Дворец

Как известно, то выход есть даже из тупика – его вход.
Как известно, ищущий обрящет. Вот только цена этого нередко бывает слишком высока.
Меган Сванн – несчастная и ненужная жертва, дала опору королевской стражи. Всего пара заклинаний, несколько увесистых тумаков и порция крепкого каэдвенского мата сделали чудо: дворец был оцеплен так, что без ведома Сабрины Глевиссиг не проскочит даже мышь.
Хенсельт был в бешенстве, слонялся по комнате, словно запертый в клетке медведь, ворчал и нервно поглаживал рукоять кинжала, покоившегося на поясе. Нежданная встреча с правителем Темерии заставила его замереть на мгновение, буравя Фольтеста маленькими глазками. Но уже очень скоро сын Бенды взял себя в руки, коротко кивнув на высокий резной стул.
- Есть разговор, - буркнул Хенсельт. – Все остальные пошли прочь! Не ваших ушей дело!
- Ваше Величество, - начал было Роше, но вовремя замолчал, поймав испепеляющий взгляд короля-Единорога.
- Ты на меня в обиде за свою магичку? – Хенсельт, убедившись, что в комнате не осталось посторонних, наполнил кубок Фольтеста вином. – Обещаю, что найду говнюка, который это сделал, и ты лично выдернешь у него ноги. Если захочешь.

Примечание:
Лидия, Сабрина и Мирианна, кооперируйтесь. Я вас подхвачу.

+3

60

Вся на иголках, Сабрина была уже готова наброситься на всякого, кто скажет лишнее слово наперекор, даже на короля, раз уж на то пошло. Но здесь, когда смерть ходит по пятам, король ты или нет, уже не важно, особенно, если не в своем королевстве.
Но вслух этого чародейка, разумеется, не сказала, поэтому хорошей словесной перепалки не получилось, и с уходом Фольтеста, она сама сошла на нет.
Так или иначе, остались лишь Лидия, Сабрина и тело, окруженное несколькими стражниками.
- Что стоите? На что уставились? Заберите тело…
Куда-нибудь… подальше, с глаз долой. И лучше бы не вспоминать.
Но не получится. Придется потом лично отчитываться если не перед Советом, то перед Капитулом точно. И почему-то чародейке показалось, что за своей безмолвной иллюзией Лидия злорадствовала…
- Пусть не оставляет, - продолжила Глевиссиг тот самый разговор. – Я ничего не могу с этим поделать, как и ты. Но ускорять их приход я не намерена, мне нельзя отлучиться из замка, не в этот момент. Если таково твое желание, можешь отправиться и предупредить их, у меня нет других свободных чародеев под рукой.
А Мирианну Сабрина никуда отпускать не планировала, пока не проведет собственное расследование, и неизвестно, придется ли чародейке Ковира оно по душе. Но выбора не было.
Череда несчастий, свалившаяся на королевства, будет только продолжаться, иначе и не будет. Слишком много важных персон собралось в одном месте, слишком много сплетений паутины затронуто, и ничего не рассосется без неприятных последствий, если сидеть сложа руки.
- А пока нужно найти Мирианну, она не могла далеко сбежать…
Если она сбежала из замка, то самой королеве придется объясниться, никуда от этого не деться. А что если убийца добрался и до ее чародейки? Второй труп покроет Сабрину таким позором, который она нескоро смоет.
Поэтому, оправив платье, Глевиссиг быстрым шагом отправилась вперед по коридорам, откуда уже унесли тело Меган, не рассчитывая большей частью на Лидию.
После блуждания по коридорам, в одном из переходов мелькнуло знакомое платье…

+2


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава III: Ярмарка тщеславия » Королевская мышеловка