Наверх
Вниз

Ведьмак: Тень Предназначения

Объявление



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава III: Ярмарка тщеславия » Всё, что ты пожелаешь


Всё, что ты пожелаешь

Сообщений 61 страница 90 из 171

1

Время: 1265 год, 8 октября
Место: Темерия, земли барона Хаймонта.
Описание:  ребенок в семье - радость в доме. А уж если это законный наследник благородного и справедливого барона Руперта Хаймонта и его молодой супруги - радость для всех его подданных.
Вот только баронесса угасает с каждым днём - неведомая болезнь сразила благоверную.
Гонцы скачут во все концы, клича лекаря.
И, как ни странно, ведьмака.

+3

61

Поместье барона. Двор.
Рина во все глаза смотрела на происходящее и на коня, и на парнишку, что его успокаивал, и на девок странных, и на подошедшего к ним старика, которого до этого не видела, правда потом хозяина дома приметила и стала его разглядывать. Мужик, конечно, видный, но и повиднее, как говорится, видывали, вон ещё и бабку их обидел, точно не в порядке с ним, умом тронулся, так просто отмахиваться. Она может и блаженная, но уважение должно быть к старшим и какое-никакое почтение. К тому же приезжие и правда выглядели подозрительно, чего только стоит эта рыжая с уродливыми шрамами. Охотница нахмурилась, арбалет разрядила аккуратно и за спину повесила, болт в колчан обратно сунула, нечего привлекать лишнее внимание.
- Вирра. – Сестра молча кивнула на бабку с ведьмой, мол присмотри и продолжай окучивать, а сама приняла, может статься, что опрометчивое решение попробовать раздобыть информацию. За спрос денег не берут, к тому же попытаться стоило. – Я пойду перекинусь парой слов. Встретимся позже.
Легкой и быстрой походкой, привычным жестом откинув косу за спину, девушка двинулась в сторону желтоглазого. Они с ведьмаком, конечно, не друзья и даже не совсем товарищи, но охотница самонадеянно метила по крайней мере в союзники. Она ещё тогда в лесу, когда брукса их с Виррой семью вырезала, уяснила, что ведьмаков лучше держать по свою сторону.
- Вечер добрый. – Подойдя поближе к Лето, Рина остановилась и приняла вид самый незаинтересованный, даже скучающий, только вот нетерпение рвалось наружу, заставляя девушку губу нервно покусывать. – Как тебе представление?
Рина взглянула на ведьмака искоса, правда, чтобы это сделать ей голову опять пришлось задрать, поэтому взгляд вышел каким-то ошалелым, а перед глазами поплыло все от резкого движения. Помотав головой и решив не терять даром времени, охотница плюнула на конспирацию и хождения вокруг да около.
- Что по этому поводу думаешь? Что-то творится здесь странное. Не буду выпытывать, о чем вы там с баронессой беседовали, но скажи хоть, опасно ли здесь оставаться? – Это было на самом деле первое, что учитывать стоило и что волновало охотницу. Удача, конечно, часто ходит рука об руку со храбростью, но вот легкомыслие и чрезмерная самонадеянность её, наоборот, отпугивают. Рина подошла ещё ближе и голос понизила до заговорческого полушепота. Ведьмака она не боялась, куда сильнее был страх неизвестности. Предчувствие чего-то нехорошего, девушку также преследовало, поэтому стоило удостовериться.
Денег, что скрывать, тоже хотелось бы, но рисковать ради них жизнью у Рины намеренья не было. Она смотрела на ведьмака очень внимательно, хмурилась, серьезная была как никогда в жизни, по сторонам тоже взгляды кидала, изучала и запоминала, что увидела.  Правда запоминать особо было нечего, народ разбредался по своим делам, готовился к ужину, да на боковую отправиться, двор пустел, даже собаки уже не лаяли.

+6

62

Поместье барона. Двор.
События разворачивались быстро, видимо, им, как и сестрам, тоже надоело топтаться на месте. Лично про себя Вирра всей душою болела за коника, надеясь, что тот кусит одного и скинет другую, на потеху всем собравшимся.  «Жаль», от досады цокнув языком, блондинка с не меньшим интересом принялась рассматривать хозяина здешних земель.  «Эх, а я-то думала, он цепями златыми до пупа будет увешан, такими, чтобы тяжесть оных аж к земле его тянула!».
   От греха подальше спрятав клинок в ножны, Вирра взглянула на сестру, все ещё внимательно рассматривающую собравшихся. Похоже, что Рина, как и сама Вирра не только не одобряла поведение барона, в частности, по отношению к бабке, но и дивилась его решению позволить странным гостьям заночевать под его крышей. «Я бы таких и на порог не пустила». Слишком уж жуткий лик был у одной из наёмниц. «Видимо, частенько совала нос куда не следует», Качмарчик тоже нередко грешила подобным, а вот глядя на рыжую, даже призадумалась, стоит ли так рисковать?
   — Иди. — Напутственно кивнув сестре, и проводив взглядом её удаляющийся силуэт, блондинка повернулась к ещё одной свидетельнице этих странных событий. «И что стоим в носу ковыряем?», судя по узнаванию, что проступило на лице ведьмы, она знала лично по крайне мере одну из этих девиц, а, значит, могла поделиться информацией о сих внезапно явившихся конкурентках. Только вот разговор этот пока пришлось отложить, дабы успокоить бабку, едва слышно бубнящую себе под нос.
   — Бабушка, не расстраивайтесь! — Вновь ловко подхватив старушку под локоть, запричитала Вирра. — Давайте я провожу вас на кухню? Заварю чаю травяного, вкусного и душу успокаивающего, а вы нам про беду эту расскажите, уж мы-то вас выслушаем! — Надеясь, что ведьма поддержит её начинания, Вирра несильно пихнула невольную напарницу локтем, кивая оной на расстроенную донельзя старуху. «В конце концов, нам она ничего плохого не сделала. Привечала, обогрела, даже кашей хваленой накормила!», блондинка и сама не поняла, когда успела проникнуться симпатией к старой хрычовке, но то, что оная имелась сомнений не было.   
   — А заодно, может, и ты поведаешь мне сказ, откуда знаешь этих девиц, и что они из себя представляют. — Она старалась говорить тише, дабы не расстроить бабцю ещё сильнее, а то мало ли, человек она пожилой, сердце, должно быть, слабое, ну как протянет ноги, да ещё и в Вирркиной компании, объясняй потом, что не наживы ради бабку со свету изжила.  — Кстати, меня Вирра кличут. — Таки решила представиться блондинка. «А то вместе уже столько времени ошиваемся, а имен-то и не знаем», разумеется, ей было несложно величать незнакомку просто «ведьмой», но раз уж беседу завела, то и познакомиться нелишним будет.
   — Бабушка, скажите, пожалуйста, — Вирра понимала, что время было весьма неподходящее, но все же решилась задать этот животрепещущий вопрос, — у вас, случайно, не найдется места для ночлега? А то не шибко нам с сестрой хочется кров с теми наёмницами делить. — На то, что дело сдвинется с мертвой точки, по крайне мере сегодня, Качмарчик уже не надеялась. «Хоть бы пристроится куда, а то не дюже хочется под открытым небом почивать. Мало ли ещё какие личности поблизости ошиваются!», в силы свои она, конечно, верила, да и, вообще, девкой была бедовой, но вот рисковать понапрасну не любила.

Отредактировано Вирра Качмарчик (2016-07-22 01:06:37)

+5

63

8 октября 1265. Поместье барона Хаймонта. Двор

- Чёрт-те что творится...
Подошедшая Инга как-то ненавязчиво, в своём репертуаре сдвинула фокус восприятия рыжей и та действительно, пораскинув мозгами, пока спрыгивала с коня - пришла к выводу, что есть в словах нильфгаардки доля тяжёлой и зловещей правды.
Попутно, выяснилось, что все окрестные встречные-поперечные внезапно решили, что на обеих новоприбывших всадницах растут цветы и выгравированы узоры. Ничем иным, по-крайней мере было не объяснить такое внимание к их скромных с Ингой персонам.
И это немного, самую малость, но всё же - напрягало...
Бабка, какие-то девки... И ведьмак...
- О, неужели и ты здесь, лысый?
Но от знакомого ей ведьмака и связанных с ним идей и мыслей проклятую отвлёк вынырнувший откуда-то старичок, весьма неплохо сохранившийся, к слову и нагнавший на Ингу чуть панику одним своим появлением.
И неудивительно, что подошедшая Кристанна удостоила его взглядом отнюдь не добродушным и приветливым.
Этот самый господин Регис и Инга были явно знакомы и судя по реакции последней - знакомство произошло при обстоятельствах довольно далёких от обыденно-мирных. Назревшие в рыжей голове вопросы настроения не поднимали, но всё ещё не выветрившийся фисштех не позволял скатиться в уныние и беспричинную озлобленность, поэтому даже всё то, что услышала сейчас проклятая - не особо отразилось на её внутреннем настрое.
- Рыцари всё больше предпочитают обществу прекрасных дам - общество смазливых оруженосцев, - хмыкнув и одарив цирюльника таким же изучающим взглядом в ответ на его, ответила проклятая, - Поэтому проще договориться с разбойницей и не бояться, что по пятам будут гнаться капелланы Вечного Огня, чтобы сжечь мужеложца пока могут.
Тут бы и откланяться ибо на приличия рыжая не заморачивалась, если это не грозило проблемами, но Инга внезапно перевела стрелки на неё, попросив представиться.
- Кристанна. - коротко представилась проклятая, покосившись на подругу и решив устроить ей допрос с всем пристрастием чуть позже. А также - попытаться разузнать у Лето, кажется, так звали ведьмака, что же всё-таки здесь такого творится?
Как выяснилось парой секунд после - "чуть позже" придётся коротать на заднем дворе в амбаре...

...чуть позднее. Задний двор, амбар

- Хоть не в хлеву с овцами... - забрасывая снятую с лошадей поклажу наверх, поближе к сену, что явно было тепелй и мягче земли, думала Кристанна. Впрочем, сказала она иное, памятуя о словах мэтра Региса и оценив общую картину происходящего в поместье:
- Завтра же рвём когти, Инга - это дело не про нас. У них тут на это ведьмак есть. Хороший ведьмак, кстати, знаю его немного. - забравшись наверх по лестнице и снимая дублет, начала рыжая, - Кстати, раз уж вечер откровений - что тебе тот Регис сделал, что ты на него так реагируешь?

Отредактировано Кристанна (2016-07-22 12:59:42)

+7

64

Поместье барона Хаймонта. Внутренний двор
Задумалась Ивона, не зная, чего и выбрать, к кому с вопросами обратиться, и тогда только от мыслей своих отвлеклась, когда бабка поместная мимо нее прошмыгнула, да на крылечко кинулась. Как раз барон из дверей выплыл. «Не к добру это все», - так ведьма рассудила, - «Ты чуешь чего-то да молчишь, и хозяин, видать, тоже чего приметил. Одна только я тут, как дура набитая да неприкаянная. Ну не одна, а сестрицы, вон, со мною еще. Не одна тугодумка, а целых три. Сразу оно и понятно все, кто ученый какой, тем и почет, а коли кметка, так на тебе ведро репки…» Насупилась знахарка, потупилась, спину старухину провожая взглядом недобрым, пояс плетеный в пальцах сжала, да зареклась в баронские поместья ходить. «Сами пускай с бедами своими управляются, а мне на болотах место, с комарами да лешими». И так девице обидно стало, что в пору разрыдаться было, да сдержалась она, вздохнув опечаленно.
А там и события завертелись, успевай только соображать. К Инге да попутчице ее старичок какой-то, невесть откуда взявшийся, подобрался; чернявая наемница, только что рядом с Ивоной стоящая, к мутанту кошкоглазому поспешила; бабка обиженная назад воротилась, причитать принимаясь, а девица блондинистая саму ведьму локтем пихнула тихонько. Оборотилась знахарка, на знакомку новую глянула, на старуху, да совладав с собой, под другую руку жительницу поместную ухватила. «Не послушал тебя барон, да?» - так подумала, речь господскую вспоминая, - «Не послушал. Меня вот тоже не слушают. Кабы слушали, и напастей бы меньше было». Хмыкнула кметка, посмотрела на поместье в последний раз да и собеседницам своим внимание вернула, рассудив, что ни денег ни славы какой в доме этом не заработает. «Потратила время впустую, ноги сбила, чего уж теперь жалеть». Досада в сердце девичьем поселилась, но вслух Ивона совсем иное сказала, не касаясь того, что душу скребло.
- Да вы бабушка, не печальтесь, - голос ведьмин спокойно зазвучал, ласково, - Коли и есть в гостье рыжей какое зло, его и извести можно и глаз дурной отвести. Со сталью вот только ничего не поделаешь. А что сердце у нее черное, может и так оно, да только чудно как-то. Саму-то девку я в первый раз вижу, а вот ту, чернявую, знаю. Встречались с ней год назад. Она хоть и дочь земель южных по крови своей, а лекарка добрая, из этих, из ученых, у которых все по науке. В деревню мою за травами заезжала. Странствует, лечит, тем и живет. Я про нее так знаю, но не сказать, чтобы мы подругами добрыми были. Но и речь-то не о ней. К тому я веду, что коли рыжая-то с лекаркой этой, может, и не держит зла она на поместье ваше, бабушка? Людей дурных по всему свету много мотается, да не каждый из них лиходеем становится.
Улыбнулась знахарка, пытаясь собеседниц своих успокоить да обнадежить, а сама, тем временем, совсем о другом подумала. «Не просто так ты, старуха, про Беду завела. Ох, не просто. Чуешь что-то, а делиться не хочешь. Вот как барон от тебя отвернулся, так и ты сейчас от помощи отворачиваешься. Впрочем, я-то не ты, не такая гордая, и повторить могу, раз о напасти речь-то зашла».
- Вы вот, бабушка, про беду-то сказали, - напомнила ведьма, на блондинистую «сороку» посматривая, да не давая лишнего слова вставить, - А на вопрос не ответили. Что вы такого почуяли-то, чтоб девицу рыжую бедой кликать? Чутье это, опыт жизненный или еще чего? Вы не подумайте только, что я в тайны ваши влезть норовлю. Я помочь вам хочу, и лихо отвадить, коли рядом оно. Меня, кстати, Ивоной звать, - представилась знахарка, невольной напарнице своей вторя.
«Ну вот и познакомились», - так подумала, - «Теперь вот заодно стали. А что толку-то? Коли не ответит сейчас бабка эта зловредная, так и останемся мы с носом. Ну хоть старухе вон подсобили. За этим, правда, за тридевять земель не ездят».

+7

65

[AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/37-1484325557.jpg[/AVA]День, возле конюшен - > Вечер, задний двор, амбар

Хозяева поместья явно не хотели чтоб прибывшие по объявлению гости здесь задерживались, и Регис уже прекрасно понял почему. Что-то подсказывало ему что барон Хаймонт догадывается о том, что его жене не нужны лекари и чародеи. Догадывается что на самом деле проблема куда серьёзнее. Но конечно же, доверял жене. И правильно делал, возможно. Иногда лучше не знать всей правды и позволять любимой себя обманывать. В конце концов, доверие - основа любого брачного союза.
Посему, когда Руперт Хаймонт самолично вышел для того чтоб сказать что лекари здесь не нужны - Эмиель лишь грустно взглянул на него и ничего не сказал, ограничившись покорным реверансом. Цирюльник чувствовал себя в таком положении, когда на вопрос "Быть или не быть" хочется ответить "Ни то, ни другое". К некоторым важным выборам на жизненном пути лучше вовсе не приходить, и сейчас в жизни барона был один из таких.
Тот самый выбор между большим злом и тем, что поменьше. Регис прекрасно понимал это.
Но понимал ли нанятый ведьмак?
Регис выслушал речь барона и повернулся к Инге.
-У меня есть небольшое предложение. Ждите меня вечером, я вернусь с кое-какими соображениями. Надеюсь, вы сможете выслушать и понять.
Весь день до вечера Регис ухаживал за осликом и разбирал вещи, оставленные на хранение при конюшне. Благо, он захватил с собой немало вещей, которые планировал отвезти домой, в Диллинген. Конечно же, среди них была бутылочка мандрагоры. Даже больше чем одна. Это могло очень пригодиться, кто тому же сам алхимик не до конца распробовал букет. Это могла быть прекрасная возможность извиниться перед коллегой по профессии.
И раз уж так вышло, следовало вообще серьёзно поговорить с этой ветреной девушкой о своей тайне. И том, что могло произойти здесь. Вполне возможно что этому поместью понадобятся защитники. А девушки выглядели... Очень боевито. Регис ничуть не сомневался в том, что жуткая рыжая девушка очень искусно обращается со своим клинком.
Как только солнце начало садить, Эмиель заправил торбу хирургическими инструментами, парой бутылей с лечебными зельями, анестезией и средствами для остановки кровотечения. И конечно, мазью от ожогов.
О трёх бутылях мандрагоровой настойки, конечно же, не стоило и упоминать. Цирюльник оставил маршалу деньги за постой и двинулся в сторону амбара, оставив заведующего конюшнями довольным прибылью.
Регис приблизился к чуть покосившемуся зданию амбара тихо, стараясь не потревожить покой девушек. Он не был искушён в человеческой сексуальности, но между этими двоими явно что-то было. Не хотелось создавать неловкую ситуацию. Именно поэтому острый вампирский слух сначала воспринял идущие изнутри амбара звуки.
Эмиель прекрасно уловил совершенно спокойный голос рыжей девушки по имени Кристанна. Он тихо, с максимальной деликатностью отпер дверь амбара и заглянул внутрь, бросив взгляд на сеновал.
-К вам можно? Кажется, почивать мне придётся с вами. Вы не против? - вампир показал Инге бутылку мандрагоровки и протиснулся внутрь, не до конца открыв дверной проём. За его спиной дверь тихо захлопнулась. -Думаю, у меня сейчас прекрасный повод напомнить глупую историю нашего... импульсивного разговора, знакомства. И... признаюсь, я должен сказать что завтра вы будете здесь нужны. Мне нужна будет помощь в одном деле, в котором вы... обе можете оказаться незаменимыми. - Эмиель бросил взгляд на один из стогов сена. -Кхм. Впрочем, я спал и в худших условиях. Предлагаю выпить за встречу. И, милсдарыня Кристанна, в бутылке чудесная мандрагоровка. Вы не пожалеете, попробовав. Делаю сам, в летнем домике. - вампир бросил девушкам их бутылки в сено. -У меня там ещё четыре. Я вёз с собой домой, для коллекция. Этот корень светло-коричневый, дистил... - он прервался. -Я вижу что вы хотите что-то сказать. Говорите, я увлёкся. Но после - обязательно выслушайте то, что я вам расскажу.

Отредактировано Эмиель Регис (2016-07-22 23:58:10)

+6

66

8 октября 1265. Поместье барона Хаймонта. Двор.

Было откровенно тяжело слышать слова барона, тяжело, потому что обидно. Обидно за потраченные на дорогу средства и силы, обидно за несправедливость мира и изначальную ложь, разошедшуюся тиражом во множество копий листовок с объявлениями. Невольно вспоминалась старая сказка про мальчика, что кричал о волках к месту и не очень. Только вот в той сказке не было голодного разъяренного медведя в кустах, впрочем, как пока-что и здесь...
Но Инга держалась. Барон оказался человеком такта, обошелся без оскорблений и гонений со двора, просто сделала небольшой гостеприимный жест и огласил информацию, наверняка рассчитывая, что умные люди просто поймут. Или же это была часть какого-то скрытого замысла? Наверняка была, тут даже долгих размышлений не требовалось. Именно поэтому Инга погрузилась в себя на какое-то время, тем более что с нее до самого амбара никто ничего не спросил.

Задний двор, амбар

И вот, две девушки оказались наедине, но никакой романтикой на костях в преддверие бури даже не пахло, по крайней мере с точки зрения Инги. Первое что она сделала на своем спальном месте, это распласталась по сену вперемешку с сумками с вещами и уткнулась взглядом в потолок. Вопрос рыжей повис в воздухе еще раньше, что она успела его озвучить, но даже это не могло помочь нильфгаардке дать на него достойный ответ. Не хотелось врать близкому человеку, не хотелось врать в принципе, но как подать правду? Тем более, что врачевательница ничего о вампирах то и не знает, а потому раскрывать тайну подобного существа без его ведома было как минимум безрассудно. Ответит требовал хирургической точности и аккуратности, ох, если бы только в обращение словом могло помочь умение работать скальпелем. Каламбур каламбуром, но черновлосой оставалось лишь тяжко вздохнуть, после чего, как по мановению волшебной палочки, легонько скрипнули дверные петли и раздался голос цирюльника.
И все стало еще сложнее. Потому южанке не оставалось ничего, кроме как вцепиться одной рукой в упавшую рядом бутылку, а второй в пробку, прикрыть глаза и тихо печально усмехнуться.
- Да нет, милсдарь Регис, уже ничего не хотели... Понимаете, сложно говорить о вас, при вас... И, потому, раз уж вы нас прервали, то... Продолжайте. Ибо я понятия не имею, что конкретно может заставить нас тут остаться? Ну, кроме крупномасштабной резни конечно...- с наигранной обыденностью в голосе проговорила медичка, после чего последовал звук откупоривающейся бутылки, но пить она пока не стала, только принюхивалась, так сказать, к "букету".

Отредактировано Инга ван Мейст (2016-07-23 10:01:41)

+6

67

Темерия. 8 октября 1265. Вечер. Поместье барона Хаймонта. Задний двор, амбар

- Судя по вашим недавним словам, господин Регис, - избавившись от дублета и сев скрестив ноги на сено, "поприветствовала" цирюльника рыжая, - К нам нужно.
  - Вам. А вот нужно ли это нам - вопрос на засыпку. - совсем не так весело как это было бы чуть ранее, подумала проклятая, уже порядком "отойдя" от действия "снежка" и испытывая желание выслушать мэтра цирюльника и Ингу, да завалиться спать.
Впрочем, через мгновение-другое выяснилось, что выслушивать Региса и Ингу по отдельности - вряд-ли придётся. Мало того, словно в подтверждение своих благих намерений и помыслов - первый решил задобрить будущих... Сообщниц?
- Ух ты, настойка на мандрагоре... - Это будет что-то.
Посему, брезговать дармовой выпивкой, к тому же - с неизвестной вкусовой гаммой, послевкусьем и последствиями наутро Кристанна сочла невежливым. Хоть на закорках разума и проскочила мысль о попытке отравления...
- Ага, прям вот так при всём народе за забором со стражей...
- В общем-то, под напитки, разговор ладится лучше, но вот со "снежком" это ваше "дело", - прервавшись, чтобы вытащить зубами пробку из бутылки, поинтересовалась больше для профосу рыжая у хозяина выпивки, - Не конфликтует?
Аромат содержимого... Манил. Господин Регис явно знал толк в самогоноварении и не экономил на ингредиентах. Слухи про волшебные свойства мандрагоры только придавали напитку ореол таинственности, хоть рыжая и прекрасно понимала, что эффект от колдовского растения может быть погашен её способностями к блокированию магии.
Как бы то ни было, но Кристанна первой прильнула к горлышку и опрокинула в себя часть содержимого бутылки. Глотать не торопилась - смакуя вкус и ощущения, отчего стала похожа на страшненького, рыжего, хомяка-забулдыгу, где-то пролюбившего запасы одной из щёк.
Вкусовая гамма была необычна, крепкость почти идеально гармонировала с ароматом и вкусом, не то что у обычного сельского "первака" или мутной браги, что одним своим видом могла вызвать дурноту и представителей благородных сословий.
Удерживая откупоренную бутылку на вытянутой руке, Кристанна откинулась назад на сено, проглатывая наконец "мандрагоровку".
- Я хотела, точнее, хочу сказать, что вам следует бросить лечить за спасибо всяких там, - рассматривая содержимое бутылки в свете заглянувшего в полутьму амбара новорождённого месяца, совершенно серьёзно сказала проклятая, - И поставить этот прекрасный напиток в производство на широкую ногу. Однако, раз я уже всё сказала - продолжайте, господин Регис. Мы слушаем.

+6

68

[AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/91-1495727405.jpg[/AVA]Поместье барона Хаймонта, двор.

Ведьмака мало касалось происходившее во дворе. Странности, несомненно. Куча новых гостей, которые наверняка сочтут своим священным долгом совать нос куда не следует и мешать остальным - непременно. Дела ему не было почти никакого.
А барону и вовсе стало не до всех этих людей - прогонять он их не стал, но в его взгляде и голосе ощущалось, что не рады здесь больше новым прибывающим.
А к самому же ведьмаку неожиданно приблизилась одна из этих веселых, преследовавших его сестер со странными идеями и смелостью пытаться конкурировать со всем, что они видят. Конечно, выпытывать будет. Или надеяться, что лысый сам все разболтает.
Может быть, и нет. Может, это искренний и скромный интерес к происходящему и банальная боязнь за свою шкуру.
Змей пожал плечами.
- Представление как представление. - он узнал рыжую девушку, и помнил о ее некоторой... необычности; однако умолчал. - Не каждый день видишь, но могло быть хуже.
Обычно хуже и бывало. А вообще, здесь уже и слепой заметит, что поместье это будто притягивает сегодня неприятности, неудобства, странных людей и тяжелые разговоры. Лето прищурился и посмотрел на девушку, ожидавшую его ответа.
Опасно ли здесь?
А где сейчас вообще себя можно чувствовать в полной безопасности? Ответа на этот вопрос Лето не знал с тех самых пор, как его цех разорили и уничтожили.
- Опасно. Возможно, что даже для меня. Для остальных и подавно. - он хмыкнул. - Я смотрю, успеха на кухне было мало, раз спрашиваешь. Совсем ничего не узнали?
Или скорее та бабка совсем ничего и не знает сама. Если б ей была известна история Микалины, баронесса бы не грозила ведьмаку расправой за разглашение секретов.

Но время клонилось к вечеру, и пора было расходиться и устраиваться на ночлег. Лето разместили в доме, в небольшой, но достаточно уютной по ведьмачьим меркам каморке для гостей. Там была и кровать, и стол, и светильник, и даже окно во двор. Конечно, в ту его часть, откуда ворота видно только краем, в остальном придется созерцать кусты, однако это все еще лучше глухой стены.
Лето сел на кровати и начал перебирать содержимое своей бессменной, истершейся местами дорожной сумки. Эликсиры в порядке, недопитая бутылка водки на месте, кошелек никто не срезал. Бросив ее под кровать, он достал меч из-за спины и начал натирать его пропитанной маслом тряпкой. На всякий случай.
Никогда не знаешь, когда придется идти в бой.

+10

69

[AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/37-1484325557.jpg[/AVA]Вечер. Задний двор, амбар

Человеческая молодёжь ничем не отличается от вампирской. Та же тяга к выпивке, запрещённым удовольствиям и вызывающее поведение. Регис внимательно смотрел на спутницу давней знакомой. Обычно цирюльник редко запоминал лица людей - но внешность Инги и Кристанны было трудно перепутать с чье-то другой. В отличие от запаха.
От женщин несло скверным спиртом, фисштехом, потом и порченой, истёртой тканью, насквозь пропитанной запахами дождя, дороги и... чьей-то крови? Типичный набор вольного наёмника или бандита. Особняком стоял запах металлической стружки от заточки клинков. Если бы Регис встретил этих двоих в абсолютной темноте, то опознание личности по запаху было бы затруднительным.
-Хм. С фисштехом конфликтовать не должно. - Регис сорвал печать со своей бутылки и отпил немного. -Нет. Абсолютно безвредно, чуть отдаёт... цветочным запахом? Замечательно, почему-то в этом розливе я не замечал раньше такой черты. Может, настоялась? - элоквенция должна была напасть на девушек спустя несколько минут после первого большого глотка. Регис подумал что стоит ввести их в курс дела до того как они начнут перебивать.
-Кхм. Дело в том, что семья барона навлекла на себя какой-то сорт странного проклятия, которое должен снять ведьмак. Но он не справится, это не подлежит сомнению. Нужно остаться здесь ещё хотя бы на день чтоб помочь баронству справиться с последствиями попытки снятия рока. И, если у вас возник похожий вопрос, то нет: баронесса не превращается по ночам в кровожадное чудовище, которое питается приезжими врачами. Всё куда прозаичнее: всё дело в так называемом Праве Неожиданности. Вскоре ребёнка баронессы... могут попытаться забрать злые силы. Как по мне, она полная идиотка. Попытка обойти Право грозит неизбежным кровопролитием, которое мы должны попытаться предотвратить. Мне кажется, ваши таланты могут здесь пригодиться. Будут раны, серьёзные раны. Мы с Ингой, как коллеги, должны постараться залечить их. А вы, Кристанна... Я стар, и чую что вы обладаете каким-то особым талантом к решению проблем. И подозреваю, в течение своей короткой жизни хотя бы раз участвовали в спасение кого-то, кто вам дорог. - Регис отпил ещё немного, обпёршись спиной о дверь. -Я, в силу возраста, вижу больше чем остальные. И я бы не просил вас остаться, если бы дело не было действительно серьёзным и не требовало бы вашей помощи. И не смотрите на меня так. Если дело звучит так, словно это эпизод из сказания о Затрете Воруте или Неистовом Деие, то и плата будет, соответственно, легендарной. Трудно представить как будет вам благодарен барон. - Регис сделал ещё глоток. -Простите за тираду. Это всё разговорчивость, скополамин.

Не, ну не смотрите так на этот пост.

Отредактировано Эмиель Регис (2016-07-26 12:17:37)

+6

70

Мастерский

Задний двор

Налетевший с заходом солнца вечер привнес с собою стрекот цикад. Осень, еще не вступившая в свои права окончательно, баловала темерцев последними теплыми деньками и ночами, подбираясь когтистыми лапами холода к чужим порогам лишь под утро.
Кирас, чудом оставшийся в поместье барона, стараясь всячески услужить своим новым знакомым. Оно и не мудрено: будешь хорошо работать - будешь сытно лопать. А уж со знатными господами (и плевать, что госпожами!) водиться всяко полезнее, чем с крестьянской голытьбой. Приметив себе местечко в углу амбара на стоге сена посуше, паренек отправился на кухню, где повстречал невероятно сварливую и зловредную бабку. Бабка ничего о голодных путниках слушать не хотела, смотрела исподлобья и то и дело плевалась, поминая то Мелителе, то черта. А затем, все-таки вняв мольбам мальчишким, раздобрилась, позволив тому взять позавчерашний хлеб, крынку стоявшего молока, пару яблок, три головки луковицы и четыре яйца. Добыча была скудной, но Кирас, поклонился в пол и сердечно старуху поблагодарил. Вот только старой склочнице, кажется, было все равно.
Стараясь не растерять свою добычу, мальчишка завернул яйца, яблоки, лук и хлеб в свою рубаху, смастерив из последней подобие походного мешка, подхватил крынку с молоком и отправился на поиски своих "хозяев".
Женщины обнаружились сразу же, в компании странного худого господина. Кирас, наклонив голову, с полминуты прислушивался к разговору, а затем осторожно приблизился, деловито дождался паузы и нерешительно кашлянул, привлекая к себе внимание.
- Милсдарыни, милсдарь... я еду раздобыл. Поужинать же надо.
С этими словами мальчишка опустился на колени, отставляя крынку в сторону и поспешно развязывая рубаху.
- Чем богаты... не балуют здешние хозяева гостей. Ох, не балуют.

Кухня

Грася была недовольна. Пришлые её нервировали. Поступок Руперта и вовсе обидел. Дурачок, глупенький! Не послушал свою старую няньку, приветил лихих людей, а все ждет добра в доме.
Особенно подозрения старухе внушала та рыжая стерва, под которой заплясала кобыла. Уж знала старая нянька, что просто так добрый зверь под человеком не забалует. А уж если животину охранный символ над воротами с ума свел, так и хозяин такой зверюги - сам тот еще зверь.
Вот только кто же старой поверит?
Возможно, те женщины, что пришли в поместье чуть раньше. Сестры-врачевательницы да знахарка, что с ведьмаком явилась. Да вот только можно ли им было верить?
Грася посмотрела на дверь комнатки, которую отвели сестрицам да ведьмаковской подруге. И как это они друг дружке еще глаза не повыклевали?
Как только парнишка-слуга скрылся за дверью, старуха, крехтя, поднялась со скамьи, прошаркала к комнатке гостей и осторожно поскреблась.
- Ужинать не хотите, девоньки?

Комната Лето

В дверь постучали. Решительно, по-хозяйски. А затем, не дожидаясь ответа ведьмака, в комнату вошел хозяин дома - Рупер Хаймонт.
- Доброго вечера, ведьмак.
Он был без оружия, сменил походный наряд на домашний, но усталость и волнение не покинули его взгляда.
- Надеюсь, не помешал, - продолжил барон, подходя к окну.
Выглянув во двор, словно боясь что-то там увидеть, хозяин повернулся к Лето.
- Скажи мне, ведьмак, что за зло терзает мою жену? Чудовище ли это? Проклятье?
Предугадывая ответ убийцы чудовищ, Руперт торопливо продолжил.
- Это не праздное любопытство. Если это чудовище, то я должен знать, к чему я должен быть готов. Должен предупредить людей, что в любое время в поместье может объявиться монстр. И должен либо снять их со стражи, либо сказать, как с ним бороться, чтобы защитить их жизни.
Барон вздохнул, переводя дух.
- Так с чем нам предстоит столкнуться, ведьмак?

+9

71

[AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/91-1495727405.jpg[/AVA]Поместье. Комната Лето

Ведьмак поднял голову на вошедшего барона, не отрываясь от подготовки оружия. Он думал, что ответить.
Всем в этом мире нужна правда. Люди ищут ее, не зная, что с ней делать дальше. Находя, плюются, матерятся или еще что похуже. Кого-то поглощает отчаяние, кого-то апатия. Бывает, что правда приносит добро, но надеяться на это не приходится.
Правда не всегда решает проблему. Порой она лишь усугубляет ее.
Ложь не помогает тоже. В редких случаях она нужна, но слои лжи, один за другим, лишь делают лед более скользким и твердым. Чем толще ледяной покров лжи, тем больнее на него падать.
Порой спасти положение может лишь недосказанность.
Ведьмак тщательно взвесил слова и заговорил.
- Не помешал. - он смотрел в глаза Руперту. - Это не чудовище, и не проклятие. Не совсем. Это человек. Однажды, когда-то давным-давно, он помог твоей жене, но в оплату потребовал ее дитя. И угрожал ей чем-то ужасным, если она не отдаст плату. Этот человек владеет магией. И может явиться сюда. Твоим людям лучше держаться настороже, но не толпиться во дворе. Нескольких дозорных будет достаточно. Если мои опасения подтвердятся и дойдет до боя, они должны быть готовы начать выводить людей отсюда. Насколько хороши твои бойцы?
Насколько бы хороши они ни были, лезть на чародея им не стоит. Особенно на могущественного. Сам Лето не был до конца уверен, что сумеет выйти победителем из боя. Надеялся на это.
Надеялся он и на то, что Хаймонт сейчас не начнет принимать поспешных решений. Не начнет искать ненужных ответов.
Докапываться до горькой и болезненной правды.
Он к ней еще не готов. Время узнать об этом может наступить вскорости, но еще не сейчас.
Сейчас ему лучше пробыть в неведении касательно истинных корней всей этой истории и сфокусироваться на стоящих пред лицом проблемах.
Как бы только не вышло в действительности, что победа над чародеем рассеет его приворот.
Тогда настанет час расплаты.
Для всех.

+10

72

Темерия. 8 октября 1265. Вечер. Поместье барона Хаймонта. Задний двор, амбар

Жизнь, как глобальное явление этого мира, не терпит стагнации, но при всем этом стремится к стабильности. И отсюда возникают проблемы, ведь ни одна из шестеренок огромного механизма не замолкает ни на мгновение, участвуя тем самым в бесконечном цикле на основе возникновения необходимости все новых и новых противодействующих сил. И, как показалось Инге после пламенной речи цирюльника, в этом конкретном месте данная система набрала просто ошеломительные обороты, дошла до критической точки. И означало это лишь одно, естественный порядок вещей должен был расставить все по своим местам, если конкретнее, ослабить дыхание жизни на землях барона Хаймота. О она не боялась. Нет. Ее это наоборот даже забавляло. Ведь ее о помощи в схватке с самой судьбой просил самый настоящий высший вампир, одно из самых таинственных и опасных существ мира после сопряжения сфер. Но при этом она не могла поделиться всем этим со своим близким человеком, именно поэтому ее улыбка отдавала грустью.
- Господин Регис...- врачевательница сделала аккуратный глоток прямо с горла бутылки и основательно провалилась в сено под напором крепкого алкоголя,- знаете... Я... Я... Я не против остаться, мне ведь практически не страшно, по крайней мере после того, как вы подкрались ко мне во дворе,- в те моменты ее чуть не настиг удар,- Я всегда рада делу, но... Я не одна. А потому у меня два условия. Первое, Кристанна должна дать согласие на ваше предложение. Второе, она должна перед этим кое-что узнать,- а ведь врач умеет сообщать печальные известия, о смерти родственника, о тяжелых последствиях болезни или неудачи во время операции, но как правильно подать, что твой собеседник вовсе не человек? А обманывать рыжую она не хотел, не хотела недоговаривать или умалчивать, ведь это было более чем важно, особенно если станет жарко.
А потом появился Кейрас, что в теории должно было несколько разрядить напряженную обстановку.
- Хозяева вообще редко балуют, иначе бы и не были они хозяевами. А вообще, не страшно, скудный ужин он даже полезнее, на ночь много вредно. Слышно что в доме? А то мало ли мы что упустили...

+5

73

Поместье. Комнатка гостей, позже кухня.
Карга вновь молчала, словно шпион на допросе. «Тьфу, хоть в партизаны эту молчунью сдавай! Ни черта не вытянешь из неё, поди, и пытки не помогут», Вирра была искренне рада, что им с Ивоной, таки удалось отвести расстроенную бабку на кухню, «было бы весело, если бы она заартачилась», усмирять старуху привычным для неё способом наёмница точно не решилась бы. Да и вряд ли смогла бы поднять руку на пожилую пусть и вредную, но все же бабку. 
   К немалому удивлению младшей Качмарчик,  на деле «ведьма» оказалась куда приятней, чем она о ней думала, по крайне мере, к карге девушка относилась с искренней заботой и почтением, всегда без проблем находя нужные слова. «Тьфу, лягушка». Без сестры было скучно, к тому же у Вирры прямо зудело от любопытства, удалось ли Ринке хоть что-нибудь у ведьмака выведать, или нет. «Надеюсь, тебе повезло больше. Зато я, кажется, пристроила нас на ночлег». Несмотря на то, что они с сестрой уже давно вели «кочевой» образ жизни, девушка вовсе не была тем человеком, коего земля питала силой, вот малиновка – да, это другое дело.
   «Если там будут кровати, мы точно проделали этот путь не зря».  Денег у наёмниц не звенело и не брякало, а, значит, если с этим дело не выгорит, им ещё не скоро придется спать на кровати, да ещё и в окружении стен. Разумеется, была в бочке меда и ложка дегтя, делить комнату с ведьмой не шибко-то хотелось, ведь кто знает, чем оная по ночам привыкла заниматься? «Надеюсь, она не храпит». Временно оставшись без напарника, девушка намеревалась выспаться, чего ей ну никак не удавалось в компании краснолюда. Правда, и бабку сбрасывать со счетов было рановато. Хоть каморка и закрывалась дверью, но бабки-то они такие, их и за двумя дверьми слышно будет.
   Нагло заняв кровать ближе к маленькому  и темному окошку, Вирра бесцеремонно сбросила сумку на пол, и с удовольствием потянулась, разминая затекшие мышцы. Рины все ещё не было и девушка уже начала волноваться, надеясь, что старшая не вляпалась ни в какую передрягу. Кстати, об «вляпалась», урчание-ворчание живота Вирры настойчиво призывало нерадивую хозяйку как можно скорее отправиться на поиски сортира, ну или хотя бы какого кустика, желательно пышного и с большими листьями. «Поди ж ты», наёмницу попустило так же быстро, как и скрутило, «судя по довольному лицу ведьмы, у меня личная непереносимость каши», грешить на что-то другое, Вирре и в голову не пришло.
   — Ужинать не хотите, девоньки? — Всего одним простым вопросом, бабка складно загнала младшую Качмарчик в угол. Ведь с одной стороны, её желудок и так выплясывал похлещи, чем кметки на  Беллетэйне, а с другой – она ну никак не могла пропустить очередную бесплатную кормежку. «Соберись Вирра. Ты сильная. Ты сможешь», решив, что лучше жалеть о сделанном чем о несделанном, наёмница встала с кровати и отперла дверь. 
   — Хотим, бабушка. Ещё как хотим! — Медово пропела Вирра, покидая достаточно уютную комнату. Однако в голове у девушки было совсем другое, нежели на языке. «Только не кашу! Умоляю, только не кашу!», мысленно взвыла Вирра, оглядываясь через плечо на копошащуюся в комнатке ведьму. «А ещё желательнее то, что можно будет взять с собой». Заворачивать остатки еды в тряпочку было для сестер Качмарчик делом обыденным, ведь лучше после доесть остатки, чем вовсе голодать, особенно если вокруг нет леса, способного прокормить дочерей охотника в любое, даже самое тяжелое время. «Может, это будут пирожки…», при мысли о сдобе, начиненной вишнями, яблоками, капустой, аль картошкой, у Вирры потекли слюнки, ведь домашней выпечки девушка не ела, казалось бы, уже сотню лет.

Отредактировано Вирра Качмарчик (2016-07-30 15:38:27)

+4

74

Поместье барона. Задний двор. Позже кухня, позже задний двор рядом с кухней.
Ответ ведьмака Рине не понравился. Врал оно или нет, было не понятно, но вид имел серьезный, поэтому верилось ему с большой охотой. Ладно, может до утра им деваться и некуда, но на рассвете лучше деру дать, или отъехать от поместья, или просто спрятаться. Бдительные и осторожные дольше живут, а те у кого шило длинное и острое в штанах запрятано, скорее на это шило напарываются.
- Спасибо. – Коротко ответила охотница, кивнув желтоглазому. – Да не то чтобы.
Девушка пожала плечами на вопрос нелюдя, как ему сказать, что у них бабка полуумная, которая то ли больше иных ведает, то ли головой стукнулась, причем, ещё в молодости.
- Знаем, что беда пришла. – Коротко выдала девушка, снова поджимая губы и глядя куда-то вдаль в сторону ворот, но не видя их, погруженная в мысли свои тревожные. – А какая беда не знаем, вот решила у тебя уточнить, может, тебе виднее.
Вздохнув и снова подняв на собеседника глаза, Рина улыбнулась ему вежливо, а после снова кивнула.
- Ладно, ночи доброй, спасибо ещё раз. – Развернувшись на каблуках, охотница пружинистой размашистой походкой направилась к дому. С сестрой надо переговорить, но сначала разведать пути к отступлению. Оставив ведьмака далеко позади, девушка сбавила шаг и принялась обходить имение, к воротам и стражникам близко не подходила, в одном месте вдоль забора прошла, постучав по тому костяшками и проверив на прочность. Дошла она и до амбара с подозрительными бабами, видела как туда старик прошел, это было подозрительно, но Рина не стала разведывать подробнее, одной, пусть даже и с оружием, против этих странных путников ей оставаться не хотелось, к тому же с её позиции все равно было не слышно, о чем в амбаре разговаривали. Стремительно темнело. Охотница направилась обратно на кухню к сестре с ведьмой и бабкою. По дороге навстречу Рине попался пацан, что с амбарными приехал, его девушка смерила взглядом пристальным, изучающим. На кухне увидела бабку и пошла за ней к комнате, которую на троих выделили. Неужто постель нормальная? Запросто так поесть от пуза и поспасть под защитой стен, а не в лесу среди голодной живности? Да это они удачно заехали…пока.
- Да, хотим. – Согласившись с сестрой, Рина эту самую сестру за локоть подхватила и повела на улицу, на крыльцо перед кухней. – Только сходим в место отхожее.
Кстати во дворе и правда имелась заветная будочка с резным окошечком, охотница её тоже посетила, чтоб потом не отвлекаться.
- Короче, ничего путного не сказал ведьмак. – Начала охотница шепотом рассказывать сестре, о чем с нелюдем беседовала, а после слово в слово передала, что услышала. – Будь начеку. Ночью предлагаю спать по очереди. Не знаю, стоит ли ведьму предупреждать об опасности, может статься, польза от неё будет, а может, наоборот, только вредительство.
Старшая нахмурилась и задумчиво посмотрела на младшую. Ситуация, конечно, интересная, получиться может, что и нет никакой опасности, а они тут переполошились почем зря, а может и нет. Вот так ворвется ночью чудище в поместье и задерет всех, кто ему на пути встретится, или хуже того - в чудища обернутся хозяева, уж они переходы своего дома отчего лучше всех знают, от них под кроватью и в погребе не спрячешься.
- Ладно, есть пошли. На сытый желудок лучше думается. – Рина махнула в сторону дома обратно.

+4

75

Темерия. 8 октября 1265. Вечер. Поместье барона Хаймонта. Задний двор, амбар

Что ж, намерения у господина Региса были воистину благими.
Только вот  благими намерениями, как известно, выложена дорога в Преисподнюю...
Чем больше мужчина говорил, тем больше рыжей не нравилось то, во что он собирался втянуть их с Ингой.
Мало того - он ещё и приплетал туда какой-то там долг...
А уж долг, обязанности и прочая подобная чушь за последние месяцы, в том числе и по собственной тупости, Кристанну достали так, что ни в сказке сказать ни пером описать ни даже матом не выговорить...
- Вы меня, конечно, простите, - сделав чудовищно-огромный глоток из бутылки, начала рыжая, явно имея что возразить на длинную тираду господина лекаря насчёт долга и прочая-прочая, - Но начнём с того, что никто никому ничего не должен. Выражусь даже несколько некультурно и эгоистично - ебала я вороным конём этот долг и всю ту сопливую поебень, что обычно идёт вместе с ним...
Договорив, проклятая сделала ещё один отрывистый глоток "мандрагоровки" и вернув пробку на место - отставила в сторону, чтобы продолжить. По её лицу было видно, что господин Регис очень неудачно начал поднимать сию скользкую тему или, по-крайней мере, его подвело его пресловутое чутьё, что подсказало ему насчёт "способностей" Кристанны.
- Это, прозвучит по-свински, учитывая, что сказано будет после опустошения ваших запасов спиртного, исключительно-неплохого, хочу заметить, - сидя на сене, говорила рыжая с полной едкого скепсиса ухмылкой на лице, да соединив пальцы перед собой в замок, упокоя при этом локти на коленях, - Но честно? - Мне поебать, что тут случится. Инга - врач, а я при ней тупой бык для "крыши". Вот и всё. Мы приехали, чтобы излечить баронову жену. Жена не больна? - Слав те Креве, Мелитэле, Лебеда или кто там сейчас у нас небесными сферами заведует? - Да насрать! - Мы собираемся и уходим ибо по нашему профилю тут работы нет. А коли и есть, то, уж извините ещё раз, но рвать жопу заради призрачного шанса не похериться, да ещё и получить сказочный куш - это по-меньшей мере отдаёт крайней степенью подросткового идеализма. А по-большей - самым настоящим ёбаным кретинизмом, уж простите в третий раз...
Рвать жопй, получать болты в живот и факелы в лицо за гроши Кристанне действительно надоело. Более того, она очень не хотела, чтобы Инга к подобным вещам имела отношение. Поэтому и с самого начала сомневалась в правильности затеянного ими предприятия по спасению якобы занемогшей от неведомой хвори баронессы.
Вдобавок, проклятую изрядно подбешивал факт постоянных фразочек и диалогов Региса и Инги, суть которых сводилась к некоей их общей страшной тайне.
- Альтруист нашёлся...
- Так что, лично мне похер, что там за проблемы у барона и его благоверной и как с ними справится ведьмак. В конце-концов - это его работа и о возможности во время её исполнения отбросить копыта он, я думаю, в курсе, - резко встав, продолжила рыжая, медленно смещаясь к входу в амбар и активно жестикулируя в такт словам, - А вы, я думаю, в курсе, что гвозди не забивают ложкой, а жрать похлёбку из подмёток при наличии колбасы - глупо. Посему, завтра мы с Ингой уходим. А барон, что ж - Imperatorem stantem mori oportet. Dixi.
Настроение у Кристанны испортилось окончательно и его не поднял даже явившийся в амбар с едой Кирас. К слову, он уже тоже был зачислен в число вещей, которые рыжую сегодняшним вечером бесили, но у неё хватило самообладания, чтобы не вываливать на, в общем-то, ни в чём не повинного паренька накопившийся негатив.
- Спасибо, - сказала как отрезала Кристанна, нагло присвоив себе самое большое яблоко и шагнув за ворота.
Впрочем, она через мгновение обернулась, чтобы обратиться к Инге:
- Да, радость моя, если тебя в жопу отъебал будущий алкогольный магнат всея Севера - то это не повод так ломаться и тянуть кота за яйца. Я всё пойму.
Осознав, что только что брякнула что-то очень не в тему и что-то очень обидное, проклятая только утвердилась в своей ранее нечёткой идее сходить до залёгшего недалеко в четырёх каменных стенах Лето, чтобы...
Да просто, чтобы сходить...
Плюнув в сердцах куда-то в сторону, рыжая было развернулась, но кое-что вспомнила и нагло, особенно после того, что здесь только что озвучила - вернулась к сену, взяла початую бутылку с "мандрагоровкой" и издевательски помахав ручкой, да смачно хрустнув яблоком - покинула амбар и в свете почти полной луны отправилась выпытывать у ведьмака подробности, коли оные вообще были, намереваясь заодно и немного поостынуть в процессе и придумать  как будет потом извиняться перед брюнеткой за свои слова.
От стражи таиться она и не собиралась так как во-первых, ничего зазорного не делала, а во-вторых, эта самая стража её недавно обезоружила и опасаться за возможные неприятности у доблестных воинов барона не было.

+5

76

Мастерский

Поместье. Комната Лето

Только тот, кто и правда заботится о своих подопечных, не испугается демонов ночи, злого колдовства и неведомых врагов. Руперт Хаймонт не был трусом. Но он не был и дураком. Прикинув все "за" и "против", барон понял, что снимать всю стражу - глупо. Противник может догадаться, что что-то не так. А значит изменит план еще не начатой атаки.
Но и лезть ведьмаку под ноги, мешаясь и отвлекая, подставляя себя и его под удар - затея плохая. Хмыкнув, Руперт задумчиво потер подбородок большим пальцем.
- Мои люди пойдут за мною и в огонь, и в воду. Вот только рисковать их жизнью зазря - дурная идея. Я ведь плачу тебе, и лезть в твое ремесло - не уважать твой талант. Я же чужую работу ценю и ценю щедро.
Хаймонт неожиданно замолчал, что-то прикидывая и пытаясь вспомнить. По лбу его пролегла тяжелая морщина.
- А то, что жена моя с кем-то там связалась... это, конечно, интересно. Но, я так понимаю, на это у нас сейчас совершенно нет времени, да?

Кухня

Старуха Грася повидала на своем веку сотни добрых душ и тысячи душ злых.
И сестренки-путешественницы, которых она повстречала этим октябрьским днем были для неё в диковинку. Они не желали этому дому зла, не держали камня за пазухой, но то и дело поступали так, словно у них были свои собственные тайны и секреты, своя некая цель, с которой они пришли в поместье Руперта Хаймонта.
И это сильно-сильно печалило старуху.
Но делать было нечего: девоньки выскочили на улицу, оставив бабку и целительницу в недоумении. Грася, опешившая сначала, попыталась изобразить улыбку.
- Ну, голубонька, пойдем! Пирожочки стынут!

Три тарелки пирогов стояли на стареньком столе в центре комнаты. С мясом, с яйцом, с капустой. Лишь только старенький каганец скудно освещал в комнату, бросая рваные тени на лица и руки.
Грася сидела не притронувшись к еде.
- Откуда же ты пришла к нам, красавица? Чем занималась ранее? Есть ли муж у тебя? Родные?
Пока сестры не вернулись, старой няньке хотелось хоть как-то занять этот вечер беседой. Уж не откажет же её лекарка в этой маленькой прихоти?

Двор

То, что произошло возле амбара, возымело на Кираса неизгладимое впечатление. Нет, деревенский паренек привык к грубой речи, привык слышать бранные слова как в свой адрес, так и в чужой. Но то, что выдала рыжая путешественница, заставило его широко распахнуть глаза. От удивления. Никогда прежде он не слыхал подобного от женщины.
Но куда сильнее задело его кое-что другое.
Не успев опомниться, он бросился следом за удалявшейся путницей. По пути, зацепившись мысом за камень, едва не растянулся во весь рост на земле.
- Госпожа! Госпожа! - позвал он рыжую, - подождите!
Он практически настиг её, подскочил с правого, обожженного бока. Поэтому, упершись взглядом в ожоги, отвел очи в сторону и пошел рядом, но все-таки держась поодаль: вдруг вздумается ей сорвать зло?
- Мне тоже этот дядька не нравится, госпожа. Мутный он какой-то... говорит так... словно туманит голову. Отвлекает словами. И смотрит, смотрит на всех, как котяра на мышь. А та и пошевелиться боится! Во как!
Кирас на мгновение замолчал, словно подбирая слова. А затем, собравшись с силами, выдохнул.
- Вы уходить завтра собрались... возьмите меня с собой, госпожа! Я же много чего умею, вы сами видели! И с лошадкой вашей поладил, и еду достал! Еще я латки неплохие ставлю, готовлю похлебку из трех травок и двух букашек такую, что король пальчики оближет! И... вот... любую просьбу! Только возьмите!
Его глаза были полны просьбы.

+8

77

[AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/91-1495727405.jpg[/AVA]Поместье, комната Лето

Барон был одним из того редкого вида людей, что понимает простую, но очень облегчающую жизнь вещь - мешать в работе профессионалу выйдет лишь себе дороже. И работа не сделается, и работник будет раздражен, и заказчику дополнительные расходы. Сплошные минусы, куда ни глянь. Но все же люди обожали совать свой нос, куда не следовало.
Лето уважал барона за проявление такта.
- Я не прошу их помогать мне в бою. Это, как ты заметил, рискованно. И не слишком нужно. - Ведьмак закончил с мечом и вернул его обратно в ножны. - Я спрашивал затем, чтоб понять, что посоветовать, если все пойдет не так. Сомневаюсь, что у вас есть двимерит, так что пусть не геройствуют.
Лето не столько волновали смерти подданных Хаймонта, сколько банальное нежелание превращать работу в резню и кровавую баню. От этого никто не получит пользы, выгоды. В конце концов, ведьмакам присуща некоторая забота о своей потенциальной и не очень клиентуре. Если люди барона или сам барон полягут, а дело выгорит, кто ему заплатит?
Черт лысый.
Мечи готовы, эликсиры в сумке. Подготовиться к чему-то, возможно грядущему, Лето при всем желании бы не смог. Не видя, даже не зная оппонента, не имея понятия, где он находится и что собирается делать. Кто знает, может, этот чародей до самого Йуле тут не объявится? Хорошо, конечно бы, жить на баронском жаловании, почти в ранге "придворного ведьмака", но мутанты не предназначены для такой жизни. У них есть Путь, и они должны ему следовать.
Змей пожал плечами, вставая с кровати и возвращая ножны с мечами на их законное место - на спину.
- Может, есть. Может, нет. Сказать трудно. В этом случае я бы предпочел разобраться с проблемой скорее раньше, чем позже. - он остановился возле окна, глядя на скудно освещающие двор факелы. - А насчет дел твоей жены лучше спроси у нее сам. Я для вас человек чужой, а грязное белье лучше стирать своими руками, при закрытых ставнях.
Сказать, что в воздухе висит напряжение - ничего не сказать. Лето прекрасно осознавал, что своими словами мог вселить подозрение в разум барона. Даже некое далекое понимание, проблески догадок. До тех пор, пока ему будут платить, это не так и важно.
Честно сказать, где-то в глубине души ему даже жаль было Хаймонта. Околдованный деревенской женщиной, сейчас он расплачивается за ее высказанное в неверии желание. И материально, и морально.
Мир жесток. Даже к сильным его.

+7

78

Поместье. Кухня.
Пирожки стояли на столе еще совсем горячие. Приманивали взгляд и чудесно пахли. Ох, как же Вирре хотелось схватить один пирожок, сунуть его в рот и насладиться дивным вкусом из её беззаботного детства, когда ещё живая бабушка пекла подобные пирожочки своим внучкам.  Желудок наёмницы требовательно заурчал, напоминая хозяйке, что его терпение вовсе небезграничное. «Пирожочки…», рука Вирры сама собой потянулась к манящей сдобе, однако, чудный момент единения с пищей её мечты, грубо и бесцеремонно прервали.
   — Но…— Попыталась воспротивиться Вирра, когда внезапно явившаяся Рина ловко обошла бабку и ухватив младшую под локоток, вывела ту на улицу.  — Пирожочки… — Лишенный еды желудок заурчал сильнее, требуя возвращения на кухню. — Остынут, же… «Или того хуже, ведьма всё сожрет! Ведь кто знает, сколько пирожков способно в неё влезть!», о девушках с волчьим аппетитом, Вирра не только слыхала, но и являлась одной из них, посему прекрасно понимала размеры бедствия.
   — Час от часу не легче. — Вздохнула наёмница, выслушав всё, что узнала Рина. Она прекрасно понимала, что расслабляться ещё поздно, и если они о чем-то не знают, это вовсе не значит, что ничего не происходит. — Насчет ведьмы той… — Принять решение было несложно, ведь чернокудрая ведьма не сделала им ничего плохого, а Вирре так и вовсе с бабкой подсобила. — Её Ивоной звать. Расскажем ей, нечего там таить, ведь все равно ночевать нам в одной каморке, глядишь и толк будет. — Разумеется, делить на троих пусть и призрачную, но всё же прибыль, Вирре не улыбалось, но и не взять ведьму в расчет она не могла. — А сейчас пойдем, пока эти две трещотки за очередной басней все пирожки не уплели.
   В полумраке кухни за столом сидели двое, не съевшие практически ничего. По крайне мере, именно так показалось Вирре при первом взгляде на стол, где до сих пор стояли тарелки полные пузатых пирожков.  Сдоба все ещё чудесно пахла, и наёмница не могла отказать себе в удовольствии, наконец-то её отведать. Наспех утерев руки влажным рушником, она спешно  присела на перевернутое ведро, сразу же ухватив один из пирожков.
   — Спасибо вам, бабушка! — Уже с полным ртом пробубнила Вирра. — Я такой вкуснотищи сроду не откушивала! — Первый надкушенный ею пирожок оказался с мясом, и был намного вкуснее тех, что некогда готовила им бабка. Судя по лицу жующей за обе щеки сестры, думала она о том же, что и младшая Качмарчик. «Надо взять с собой, а ещё лучше выспросить у бабки рецепт! Может и сгодиться когда», печь сестрам было негде, ибо не было у них дома с кухней уютной, да печью кирпичной, в коей, при умении должном, вот такие чудеса получаются.
   — Как думаете, что сейчас происходит в поместье? — Доедая уже второй пирожок с капустой, пробубнила Вирра. Невольно кинув взгляд на окно, но не увидев там ничего, кроме своего отражения, она отвернулась, возвращая своё внимание женщинам, сидящим за одним с ней столом. «Надеюсь, что остальных поселили подальше от нас», вновь встречаться со странными наемницами девушке не хотелось, особенно, после слов бабки, коей она почему-то верила. «Кстати о бабке и её словах», уж очень Вирре хотелось узнать поподробней о том зле, о коем старуха обмолвилась ранее.  — Может, все же расскажите нам, что вас так обеспокоило? — Помня состояние карги, после её разговора с бароном, да и вовремя сопровождения оной до кухни, наёмница не сомневалась  – сказанное бабкой будет весьма занятным.

+4

79

Темерия. 8 октября 1265. Вечер. Поместье барона Хаймонта. Задний двор, амбар

Тяжелая доля - чужие тайны хранить. Облегчало долю южанки конечно то, что заложником морали и чести аки рыцарь в седьмом колене она не была и вполне себе могла позволить рассказать что нужно и кому нужно чуть позже, только чуточку позже. А пока... Пока можно было позволить себе еще несколько глотков прекрасного напитка под рокот крепкого словца и негодования подруги, все равно ей перечить сейчас смысла мало было, да и при всех того делать не стоило.
- Ну, милсдарь Регис, сами все видели и слышали. Не могу я за нее решать, а потому...- настойка била в голову, сбивая мысли в неоднородный клубок, что побудило врачевательни приподняться на локтях и грустно улыбнуться вампиру,- видимо будь оно что будет, будет тихо - уйдем, будет громко - не сможем,- она пожала плечами и поспешила загнать пробку в бутылку, увы и ах, но крепкий алкоголь девушка привыкла использовать для наружного применения,- тем более нам здесь не рады,- и то стало для нильфгаардки уже обыденностью, что за столько лет одиночных путешествий, что за месяц совместных конных прогулок по трактам с рыжей.
Ожидала ли Инга такой реакции свой спутницы? После мандрагоровки дать точный ответ было сложно, но на самом деле ей не хотелось ничего решать, ибо не видела среди двух зол меньшее, ну а третья альтернатива с ее ракурса и вовсе не показывалась из-за горизонта. Потому врачевательница перекинула свою рабочую сумку через плечо и поспешила спуститься со стога на твердую землю, благо раздеться для сна она еще не успела, так что и догнать должна упорхавшую на крыльях пылкого характера свою вторую половинку без особых проблем. Свою бутыль, к слову, оставила в компании вампира, подобный объем ввел бы скромную барышную в состояние полной недееспособности далеко не на один вечер, а кто как не врач меру знать должен?

- Милуетесь?- как оказалось, достаточно было лишь приоткрыть дверь амбара и сделать пару шагов вперед дабы подоспеть к окончанию трепетной речи мальчишки. Она не слышала всего, только обрывок фразы, но по его глазам все читалось словно по открытой книге, ну, или с поправкой на фактор профессиональной деформации, как по свежей резаной ране на животе, от того и ограничилась единственным лишь ехидным и колким по виду, но абсолютно безобидным по содержанию комментарием.

+5

80

Темерия. 8 октября 1265. Вечер. Поместье барона Хаймонта. Задний двор у амбара

В свете ночного светила, зажатое в зубах порядком взбесившейся проклятой надкусанное яблоко - навевало аналогию с зажатым в зубах хищного зверя куском только что убитой жертвы.
Прогулки под Луной не были для рыжей обыденным явлением хотя, вообще весь сегодняшний вечер не входил в планы Кристанны в таком виде так что - на то, как прекрасны в лунном свете окрестные достопримечательности в виде старого нужника и прочего, ей было наплевать.
Она просто хотела выйти на воздух и пройтись, чтобы в голове улеглась та буря негодования, что несколькими минутами ранее там угнездилась.
Просто пройтись. Одной.
Поэтому, когда сзади послышался голос Кираса - то оный мог явственно различить в вечерней тишине как жалостно хрустнуло яблоко в челюстях у рыжей. Хлёсткое ругательство застряло в забитой куском несчастного фрукта глотке проклятой из-за чего та была вынуждена выразить своё негодование закатив глаза, да поддержав яблоко рукой - откусить от него чуть не половину того, что к сему моменту от него оставалось.
- Блять, ты ещё тут!? - Ну прекрасно...
Это привело к тому, что Кристанна не смогла чисто физически возразить Кирасу, который тем временем вещал ей о своей категорической солидарности в вопросах видения ситуации и в целом портрета личности господина Региса а также, о своей крайней степени важности для их с Ингой маленького отряда отважных и, судя по всему - крайне слабоумных лекарей-калекарей.
Наконец прожевав и только тогда остановившись, рыжая, вместо того, чтобы обрушить на паренька поток ругани как намеревалась всего мгновение назад, вдруг, решила его спросить о причинах, побудивших его так яростно напрашиваться в их дружный женский коллектив.
- Тебе вообще какой резон к нам напрашиваться, мальчик? - более-менее спокойно спросила Кристанна у парня, в такт словам несколько вяло, но всё же жестикулируя рукой с зажатым в ней надкусанным яблоком, - Мы, случается в такую срань влазим, что "ох!" и "ах!" или ты думаешь, что это вот на лице у меня для красоты? - Тебя же грохнут и не заметят, а нам - отвечай...
Она хотела было добавить, вновь задав вопрос про причины столь сильного желания Кираса попасть к ним в компанию, но тут краем глаза рыжая заметила неторопливо-нагнавшую их Ингу, спустя мгновение, в своей характерной манере задавшей, казалось бы совсем неуместный в этой ситуации вопрос.
- Нет, ебёмся. А что? - пропутешествовав с нильфгаардкой уже немало времени, проклятая волей-неволей приспособилась к её характеру и манере общения, ровно, как и Инге пришлось привыкать к характеру самой Кристанны. Поэтому только что случившийся диалог мог поставить в тупик кого угодно, но только не рыжую и брюнетку, что в нём видели ровно то, что хотели друг-дружке сообщить.
- Или шушукаться о своём, о девичьем, с господином цирюльником уже наскучило?

+4

81

Поместье барона. Внутренний двор –> кухня.
Не ответила старуха зловредная. Впрочем, на сей раз Ивона дивиться тому не стала и к молчанию бабки поместной куда спокойнее отнеслась. «Не верит и верить не хочет», - так рассудила, взгляд с бароновой няньки на наемницу блондинистую переводя, - «Но дело твое. Трижды я тебе помощь свою предлагала, четвертому не бывать». Вздохнула ведьма, подняла голову и в ту комнатушку направилась, которую им с сестрами старуха отвести соизволила.
Добротная комнатушка оказалась. С кроватями удобными. Теплая такая, ветром не продуваемая. В такой-то годами жить можно, не то, что одну ночь скоротать. А что более нескольких часов ей не потребуется, знахарка для себя сразу решила, едва порог переступила. Нечего здесь искать было, не стоило больше и время свое тратить. Ни денег ни почета, так и нечего ждать. Кабы могла то кметка, она бы и сразу ушла, да только ночка темная останавливала, подсказывая, что не время еще поместье покидать. «С рассветом пойду. Как солнце выплывет, так и буду такова», - так рассудила ведьма, и едва мысль свою закончила, бабка в дверь постучала, предлагая отужинать.
Отказываться Ивона не сочла нужным. Много ли вреда с пирожков-то домашних? Набьешь желудок досыта – все польза. Оно так и спится легче и ноги передвигать помогает. К тому же, каша-то давно уже улеглась, не мешало и чего посытнее поесть. Комнатушку покинув, устроилась знахарка за столом, удобно ладони перед собой сложив, посмотрела на пирожки румяные, улыбнулась бабушке и хотела уже руку к первому из них протянуть, как нарисовалась в избе чернявая наемница да, на нужду сославшись, выскользнула обратно, блондинистую девицу за собой утянув. Прищурилась Ивона, глядя на то с подозрением и недоверием, припомнила, что первая-то как раз с мутантом кошкоглазым беседовала, и, рассудив, что наверняка прознала девица чего дельное, еще сильнее насупилась. «Теперь точно одна тугодумка осталась. Слепая, глухая, да глупая». Обидно то было, но делать нечего. Только тем кметка себя успокоила, что до утра ждать недолго осталось, а там можно будет и выбросить из головы девиц заезжих, барона проклятущего, жинку его хитроумную, да бабку зловредную вместе со всеми ее тайнами. К Инге, разве что, подойти не помешало бы. Так, поздороваться, узнать, как дела у нее, поинтересоваться, встретила ли она судьбу свою и не тревожит ли ее боле брат неприкаянный. «Утром все. Загляну да и узнаю». И только ведьма решение приняла, старуха поместная ее окликнула, к разговору привлекая.
- Из деревни я, - спокойно отозвалась Ивона, ровно так, не таясь да не стесняясь, - Кровавая Гать называется. Маленькая она такая, у болот самых стоит. Я про беду вашу случайно узнала, в селе. Мне там для дому нужно было кое-чего, а тут посыльный баронов с кличем своим. Знахарка я, вот и решила с хворью помочь. Да только, смотрю, не больно здесь отвары мои нужны кому.
Вздохнула девица, потупилась на мгновение, но после снова продолжила, интонации не меняя особенно.
- Но то я сама виновата, следовало подумать, что сыскались уже умельцы моего потолковее. Знаете, как говорят, всяк сверчок – знай свой шесток. Мудрость народная. Мне о ней забывать и не следовало, а я всегда так. Все лезу во что-то, - отвернулась знахарка, махнула на себя рукой, губами поводила недовольно немного, пирожок с тарелки одной утянула и, в пальцах его покрутив, заговорила уже отрешенно как-то, - А что до семьи моей, нету у меня никого. Одна я на свете. Кто был – все сгинули. Мать двенадцать лет назад померла, в лесу околела; бабка – семь. Хворь ее сразила, а Смерть к себе прибрала. Брат еще был, ребенком еще помер. А отца да деда я никогда не видала. Мужа тоже отродясь не бывало. Не время еще, видать, а, может, и вовсе по судьбе не стоит.
Пожала ведьма плечами и не желая больше про жизнь собственную рассказывать, разговор на саму старуху перевела, рассудив, что правда за правду вполне справедливый исход будет.
- А вы, бабушка? – поинтересовалась она, - Как ваша жизнь сложилась? Есть ли у вас родня какая? Дети, может, далеко где-нибудь?
Прищурилась Ивона, внимательно так посмотрела, и, прежде, чем собеседница ответила, заметила мысленно. «Нет, никого у тебя нету. Все в земле сырой лежат, как и мои. Давно уже». Так предположила, ощущениям своим поддавшись, а вот правды уже не услышала. Влетел в избу «ураган» из двух наемниц, зашумел, загалдел сразу. Блондинистая девица, едва ворвавшись, сразу за стол плюхнулась, пирог ухватила, болтать принялась. Ивона на нее хмуро так глянула, но промолчала. Ту сдобу надкусила, что в руках держала, и к трапезе общей присоединилась.
- Спасибо вам за стол да за кров, - так проговорила, к старухе обращаясь, а вот тему, Виррой заведенную, вопреки ожиданиям возможным, не поддержала.
Не за чем оно было. Коли захочет бабка, сама поведает, а коли нет, так и толку от вопросов нет никакого.

+7

82

Мастерский

Задний двор у амбара.

Когда ты мал, когда ты слаб, когда каждый недооценивает твои возможности, то мир - большой, страшный и безжалостный, готов в тебя плюнуть и растереть по земле, оставив лишь кровавое месиво. Кирас вжал голову в плечи, не совладав с натиском рыжей.
Она была права. Права во многом, но не знала кметской доли. Седьмой рот в крестьянской семье, работа от зари до зари и многочисленные попытки вырваться из деревни, которая цеплялась за ноги капканом. Что могла об этом знать Кристанна?
Мальчишка испуганно глянул на ожог и опустил взгляд.
- Неужели этого никак не исправить? - прошептал он. - У Змыся, кузнеца нашего, чиряк половину лица сожрал, так ему травница нашептала-нашептала, и зажила его рана. Даже без шрама! Только точечка осталась!
Возможно, он взял бы рыжую за руку - этакая последняя попытка пригодиться, оказаться нужным. Полезным. Но слишком страшно она смотрела на мир, сильно много злобы читалось в её глазах. Злобы, которую смог прочитать даже кмет.
- Если... если вы захотите, то я... я бы с ней поговорил. Сделал бы хоть что-то.
Ему нужно было покинуть деревню.
Просто необходимо.

Комната Лето

Хаймонт не был дураком. Дураки, особенно молодые, недолго задерживаются в качестве правителей. Молодой господин умел найти точки соприкосновения и с чернью, и со знатью, оставляя довольными и тех, и других, но не позволяя никому сесть себе на шею. Никому кроме собственной жены.
Хаймонт прищурился, глядя ведьмаку в глаза. Смело, без трусости, но и без надуманной бравады. Убийца чудовищ просто выполнял свою работу - защищал людей. И не его дело, что у этих людей были свои проблемы. Хаймонт платил не за то, чтобы ведьмак решал его семейные дрязги.
- Хорошо. Я предупрежу своих людей.
Барон коротко кивнул. Уже около двери он обернулся и взглянул на ведьмака еще раз.
- Ведьмак, если будет стоять выбор между моей жизнью и жизнью моей жены, то обещай мне, что спасешь ее. Во что бы это не стало.
Хаймонт смотрел исподлобья, дожидаясь ответа.
А где-то вдалеке, едва различимый для человеческого, но не ведьмачьего уха, раздался протяжный рёв. Ночной, протяжный и тревожный, не походящий на волчий или медвежий рык.*

Кухня

Грася слушала да молчала.
Много говорили её гости. Много ели.
Ладные девчушки, хорошими могут быть женами. Если только пожелают. Если только захотят и сменят одежды дорожные на домашний сарафан, обретут они и дом, и кров, и красавца-мужа. Каждая из них.
Стоит лишь захотеть.
В свое время Грася совершила ошибку и не пожелала остановиться, не захотела остаться. Так и маялась горемычная, служила да прислуживала: нянькой, кухаркой, знахаркой, повитухой.
Многое повидала старая Грася на этом свете, но знала, что всему приходит конец.
И как сказала пришлая знахарка, знала свой шесток.
- Вся родня моя - эти плошки, чашки, миски, котелки. И домочадцы здешние - родичи мои. Я многих с младых пеленок видала, многих уже на тот свет проводила. Кто же они мне, коли не родные?
Старуха беззлобно улыбнулась и взглянула на младшую из сестер, сидевших за столом.
- Старая я, золотце, многое на веку повидала и многое слыхала. Над воротами нашими я еще год назад начертала давнее слово, которое от злого умысла бережет: кто к нам в дом со злом - против того то зло и обернется. И до сегодняшнего дня слово мое висело нетронутое. А как рыжая во двор въехала, так конь её чуть небу душу не отдал, а слово облетело куриным пером да пеплом. Разве уж не зло она, что так случилось?
Старуха поджала губы.
- Вот только Руперт, дурушка, голова бедовая, мне не поверил. Не доверился старой няньке. И теперь бродит зло промежь нас, и только ведьмак станет защитой дому.

* Эмиель, ты тоже мог это услышать.

+8

83

[AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/91-1495727405.jpg[/AVA]Комната Лето, позже двор.

Ведьмак выдержал испытующий взгляд барона, и не проронил больше ни слова. Ни к чему сейчас устраивать вечер откровений. Ни к чему делать что-то лишнее. Дело ведьмака простое - выполнить то, что просят, и получить плату. Все остальное значения имеет мало.
Барон решил добавить драмы в ситуацию. Это было глупо и ненужно. Как будто он собрался этой ночью бросаться на чей-то меч или под чье-то смертельное заклинание. Удивительны причуды богачей, удивительны их капризы. Змею не привыкать встречать странные требования, так что он кивнул.
- Как скажешь.
Покуда барон будет платить, проблем возникнуть не должно. С другой стороны, Микалина может придти в ярость, если чего-то случится с ее привороженным муженьком. В лучшем случае выгонит Лето взашей. В худшем - натравит стражу. И станет больше крови, больше смерти, больше несправедливости.
Ведь люди не умеют успокаиваться, когда ничего уже не поделаешь.
От размышлений Змея оторвал протяжный рев, тихий и в то же время резавший слух. Доносился он издалека. Вряд ли кто-то еще в поместье его слышал. Это не зверь, не человек. Нет, что-то гораздо хуже. Что-то, не увязывающееся с картиной происходящего. Оборотень? Бес? Разъяренный тролль? Гадать по далекому вою можно бесконечно.
А означать вой мог дополнительную работу для ведьмака.
Лето вышел вслед за бароном. Достаточно тихо, чтоб не кричать, но достаточно громко, чтоб Хаймонт услышал, он заметил.
- Что-то воет в ваших лесах. Не зверь. - он затворил за собой дверь. - Ты говорил, что ничего тут у вас не водится.
Могло ли это быть таким счастливым совпадением, что страховидла завелась в округе ровно тогда, когда приехал ведьмак?
Могло. Вот только Змей в это не верил. Он вообще отличался нехилым скептицизмом в подобных делах, и обычно он оправдывался.
Ночью на улице хорошо. Звезды усеивают небо, слышны все шорохи, ветер предоставлен самому себе и гуляет вокруг, не обращая внимания на людей и животных.
Ночью тихо и спокойно.
Вот только ночная тишина - величайшая ложь на всем белом свете.

+9

84

Кухня
Судя по всему, в ближайшем лесу трагично испустило свой дух что-то большое и древнее, ибо как ещё объяснить тот факт,  что молчаливая бабка наконец-то заговорила. Очередной пирожок стал комом в девичьем горле. «Вот так клюква!», что сказать, в воздухе отчетливо запахло жареными, и это были вовсе не пирожки.  Как оказалось, насчет бабки Вирра была права и та действительно оказалась ведьмой. Ну, пусть не ведьмой, но знахаркой, коя древние слова ведает и кашу чудотворную готовит. «Похоже, сегодня моё чутьё меня не подвело», от слов бабки и тона коим эти слова были произнесены, руки Вирры покрылись мурашками, но она почти сразу же взяла себя в руки, вздохнув и потянувшись за следующим пирожком. Уж шибко вкусными они были, просто не оторваться.
   — Значит, в полку наших проблем прибыло? — Всё и так было нелегко, а с прибытием последних гостей стало ещё запутанней. «Выглядит-то рыжая как человек, а там поди разбери», наёмница уже давно не судила книжку по обложке, ведь ей ли не знать, как обманчива порой бывает внешность. «Вацлава…»,  старательно забытый кошмар из детства вновь дал о себе знать, снова заболели старые шрамы, а руки Вирры невольно сжались в кулаки. Картина, что стояла перед её глазами никак не желала исчезать: бледная, босая и грязная Вацлава на пороге их отчего дома. «Она выглядела как человек, вела себя как человек, но была зверем в овечьей шкуре. Зверем, сумевшим всех обмануть», что есть силы тряхнув головой, девушка постараюсь избавиться от этого наваждения и ободряющей улыбнувшись сестре, продолжила трапезу и свой разговор.
   — Что же, значит, я вдвойне рада, что поселили их далече от нас.  С ведьмой мы, вроде, уже поладили, а в тесноте, да не в обиде. Особенно если она не храпит. Ты же не храпишь, а Ивона? — Вирра старательно перевела разговор в шутку, прекрасно понимая, что, вполне возможно, спать им и вовсе не придется. — Кстати, насчет сна… — Внаглую стянув сразу два пирожка, наёмница аккуратно завернула оные в кусочек ткани, намереваясь перекусить ими позже, в своё ночное дежурство. — Мы тут с Риной поразмыслили и решили, что неплохо было бы нам подежурить.  По очереди, разумеется. — Искренне надеясь, что ведьма согласиться с их планом, блондинка потянулась к своей сумке, извлекая из неё пузатый бурдюк с малиновкой.
   — А то, что это мы все наминаем, да наминаем.  Делиться тоже надобно! — Подождав, пока сестра отыщет чарки и водрузит их на стол, Вирра откупорила бурдюк и с удовольствием разлила своё чудо-зелье по кружкам. — Вот, сейчас выпьем по чуть-чуть и сразу легче станет! — Качмарчик не раз видела чудеса, происходящие с людьми после стопки водки, посему в чудодейственных силах своей малиновки даже не сомневалась. «Главное, не перебрать и не надраться до визга поросячьего».
   Взяв в одну руку пирожок, а в другую кружку, блондинка со смаком приложилась к налитому. Малиновка огнем обожгла горло. Глаза защипало, а внутри разлилось приятное тепло. «Хорошо». Откусив едва ли не половину от пирожка с мясом, Вирра поспешила повторить, доливая спиртное тем, кто осилил первую стопку. Несмотря на сложившуюся ситуацию, всё происходящее ей определенно нравилось, как, собственно, и компания в коей она сейчас находилась. Даже старая бабця уже не казалась девушке такой зловредной, приобретя черты их родной бабки. «Да и ведьма нечего оказалась, а коль и работу нашу из-под носа уводить не будет, то и вовсе подружимся».
   — За знакомство. — Тост был  весьма глупый, но ничего умнее в голову Вирры, увы, не пришло. Да и нужны ли были те слова, особенно в столь лихой час, когда ночная тьма уже вовсю властвовала за пределами кухни, где за столом всё ещё сидели люди, и трепетал робкий огонек свечи.

Отредактировано Вирра Качмарчик (2016-08-10 22:40:08)

+6

85

Кухня
Ведьма завела разговоры душевные и заунывные, бабка ей вторила, только сестра Ринкина пироги лопала, так что за ушами трещало. Сама охотница фыркнула в повисшей паузе.
- Эка ловко всех рассадили вы по шесткам, но я не согласная, коли не пытаться, то и не получится. Сетовать на судьбу каждый может, а попробуй ка изменить её. – Рина не была оптимистом, скорее она была реалистом и отчасти понимала все эти утверждения, но помимо всего этого жил в девушке и бунтарский дух, который не желал порой мириться и толкал свою хозяйку на разные рисковые действия. Именно благодаря этому качеству, охотница и отправилась в странствия. Стремление не только заработать, но и помочь, сделать что-то хорошее, как-то изменить мир что ли чуточку в лучшую сторону. Может быть то было наивное детское стремление, но оно веру в Рине поддерживало.
- А насчет рыжей бабы я вам и так скажу – ничего хорошего на уме у неё быть не может. Ей ей в глазах у неё бездна черная. – Охотница поморщилась, вспоминая наемницу. Внешность, конечно, бывает обманчива, и за суровым видом порой таится широкая душа с большим сердцем, но это скорее исключение, подтверждающее правило. – Ничего, если в ней бестия какая засела и наружу свое рыло высунет, ведьмак с ней расправится.
Рина изобразила уверенность в своем утверждении. Нет, она не сомневалась в способностях змееглазого, она не знала о способностях гадины. Может, пока нелюдь с ней в битве сойдется, она успеет убить кого-нибудь, да хоть бы ворваться на эту кухню и всех их по очереди… Охотница на дверь покосилась, сглотнула, перед глазами сразу встала печь, кровью забрызганная, блеск глаз, когти длинные и пение… в ушах будто наяву зазвучало пение. Охотница помотала головой, на сестру посмотрела, та видимо тоже о детстве вспомнила. Надо было как-то гнать тяжелые мысли, а то так уснуть и правда не получится.
Вирра как всегда пришла на помощь, как часто делала в таких ситуациях. Если бы не сестра, Рина давно бы из-за паранойи своей свихнулась. Хлопнув рюмку залпом, так что в горле защипало, а в груди стало жарко от крепости жидкости, охотница шумно выдохнула.
- Хороший тост. – Сипло выдавила  девушка, наливая себе сразу же ещё одну порцию. Настойка была хороша, полезна и сейчас пришлась очень кстати. – А я предлагаю выпить за семью какой бы не была она.
Пирожками старшая тоже угощалась, правда не так рьяно как младшая, но хозяйку не обидела.
- Хороши пирожки и правда, бабушка. – Последовав примеру сестры и закусив как следует, девушка второй раз выпила. Тепло по телу стало расползаться активнее. Страхи и заботы на задний план отступили, Рина наконец-то слегка расслабилась. Утро мудренее вечера, им ночь пережить, а дальше на месте разберутся какая из дорог отсюда им больше нравится. Ох, а жизнь то налаживается.
Икнув и вздохнув девушка улыбнулась присутствующим. Давно у неё не было таких вот посиделок. Последние были только с краснолюдами, что родичи Дюра, у которых тот и остался, когда они в путь двинули. Но с этими нелюдями пить не было такого удовольствия. Шумные они и сквернословят много, а ещё шутки все у них пошлые.
- А вы какие песни знаете? - Все с той же улыбкой спросила охотница.

+6

86

Поместье барона. Кухня
Странно то было, но бабка зловредная, горестями своими делиться не желавшая, заговорила вдруг да такое поведала, что Ивона глаза распахнула невольно, удивление свое выказывая. «Это как же так я заговор-то чужой не почуяла?» - крепко ведьма задумалась, но вспомнив, что не одна ехала, списала неловкость собственную на присутствующих да на растерянность и замешательство. «Вот дуреха-то», - так себя обругала, недовольство выказывая, но после охладела да на старуху глаза подняла, - «А ты, стало быть, тоже из нашего ряду… Или не совсем из нашего, а так, за жизнь всего нахваталась. Но заклятие – это хорошо. О госте лихом хоть предупредило, узнать бы теперь только, какое зло сюда эта девка рыжая привезла. Может статься, что сердце ее черным черно, а может быть и такое, что послали ее в дом добрый враги заклятые барона местного, смертоубийство учинить, резню кровавую. Вот только то, что Инга при ней смущает меня, но тут уж незнанье свою роль играет. Глядишь, и не вместе они, а так, попутчики случайные, мало ли кого судьба-то в дороге пошлет». На том знахарка рассуждения свои прервала. Не потому, впрочем, что к решению пришла конкретному, но оттого, что имя собственное заслышала да слово «ведьма», к нему добавленное. «Вот значит, кем меня почитаете», - глянула на «сорок» хмуро да немного обиженно, вздохнула слабо, губы облизнула да и ответила, за словом в карман не лазя.
- Конечно, храплю. А еще рычу сквозь сон да по комнате на метле летаю, - помолчала девица мгновение, а потом рассмеялась беззлобно, слова свои в шутку обращая, впрочем, тут же и посерьезнела.
Почудился* ей во тьме ночной вой не вой, рык не рык, голос не голос, а что-то зловещее, отчего по спине мурашки побежали, да холодом могильным повеяло. Насторожилась Ивона, за плечи себя руками обхватила, но ощущения исчезли так же быстро, как и нахлынули, лишь осадок противный после себя оставив да тревогу в душе. «Не к добру, ох, не к добру я зов этот странный услышала», - так ведьма рассудила, но виду не подала, к разговору вернулась, благо времени-то всего ничего прошло. А тут на столе как раз и наливочка появилась духмяная, беседа же мирная потекла, о жизни, семье да пирожках.
- За встречу, да – подняла знахарка чарку свою, пригубила немного, напиток на вкус пробуя, а после и выпила все до дна самого, кашлянув да пирогом с яйцом закусив.
Крепкой наливка оказалась, густой такой, приятной на вкус. Тревоги она хорошо отгоняла, разум туманила, вот только кметка деревенская голову терять не желала. Давно она силу свою ведала и хорошо знала, коли чего недоброе учуяла, непременно тому быть. Вот только понять осталось, о чем ее предупредить-то пытаются. Тут уж без ритуала не обойтись было, а какой ритуал, когда вокруг народу полно разного, и все чужие, от колдовства далекие? Можно было, конечно, за дверь выскользнуть, в нужник тот же, но оно как-то неловко было да и не правильно. Не пристало в дому гостеприимном волю свою вершить. Так и осталась Ивона сидеть да трапезничать, беседу поддерживая, по сторонам внимательно поглядывая. А там и о песнях разговор зашел, в чем ведьма деревенская немалой мастерицей была. Много она их знала, да голосом не дурным обладала, ежели картавость легкую в расчет не брать.
- А давайте, покуда вечер добрый, а лихо тихо, я вам песню одну и спою, - так предложила, пирожок разламывая да кусочек от него откусывая, - Старая она, неизвестная. Мне ее бабка пела, когда я еще мала была. Говорила, будто в словах тех сила есть какая-то обережная. Может, оно так, может нет, да только нам с того худо не будет.
На том и замолкла знахарка, ответа собеседниц своих ожидая и, посмотрев на них, о семье своей вдруг вспомнила, о тех днях, когда она еще девчонкой была, жила с бабкой да матерью, а Государыню Смерть не пороге своем не видывала. Много с тех пор воды утекло, много поменялось, а память вот какая была, такой и осталось, да желания еще и любовь к кругу семейному с душевными посиделками.

*я имела в виду исключительно внутренние ощущения, со слухом никак не связанные.

Отредактировано Ивона (2016-08-11 11:59:45)

+7

87

Темерия. 8 октября 1265. Вечер. Поместье барона Хаймонта. Задний двор у амбара

- Не волнуйся, господин цирюльник терпелив и... Мне же важно, дабы бы в разнос посреди чужого двора с подачи настойки не пошла,- и не то что бы она не была уверена в возможностях сопротивления организма Кристанны градусной мере спирта в составе напитка, но сердцу то не прикажешь не волноваться.
В Инге не было столько злости, сколько видел каждый в глазах ее рыжеволосой спутницы. Сама по себе она была безразлична к боли, мукам, страданиям, наблюдая за ними лишь с точки зрения причинно-следственной связи, но именно из-за этого создавался контраст, равно как и выделялся черный цвет на алом фоне. И получалось сейчас с Кирасом на темном дворе почти как на допросе в каком-нибудь королевском каземате, дуэт плохого и хорошего.
- Ох, парень...- врачевательница положила руки каждому из собеседников на плечи, одной дабы охладить пыл, второму что бы успокоить,- если бы все было так просто, то этого бы шрама не было. Ведь, мы пытались его исцелить, помнишь Кристи? Сперва превратили операционную в пыточную напополам с ювелирной мастерской... Брр...- она сама поежилась от воспоминаний, а ведь именно так они совершенно недавно и познакомились,- Удалось лишь сгладить края, выравнять рельеф и убрать около половины лишней рубцовой ткани,- пальцем руки, что расположилась на плече проклятой, врачевательница водила по изувеченной щеке, пристально и с улыбкой наблюдая за движением своего пальца. Вампирская мандрагоровка пускай и давала в голову, но даже не она была причиной подобного поведения. Этот след на лице подруги имел за собой целых две истории, а это со шрамами случалось далеко не часто. Это завораживало разум профессионала.
- Но не это важно на самом деле. Ведь... Как бы тебе это сказать. Ты, может быть, и умеешь всякое, но для нашей работы нужно больше специфических знаний,- она неспешно помотала головой в стороны, переводя взгляд на мальчишку,- тебе придется научиться многому. Но готов ли ты учиться? И прежде чем ты скажешь "да", предупреждаю, учиться сложно.

+7

88

Темерия. 8 октября 1265. Вечер. Поместье барона Хаймонта. Задний двор у амбара

Видимо, Кирасу уж очень хотелось покинуть это местность, разу он решил так внаглую уйти от ответа и перевести разговор на столь скользкую тему.
Частично понять его рыжая могла бы. В конце-концов, не родись она под Чёрным Солнцем - она бы тоже познала все прелести и тяготы сельской жизни, но именно в данный момент, когда в сердце чёрной змеёй закралась злоба, а в крови циркулировало достаточно большое количество алкоголя - она просто совершенно абстрактно подумала о том, что, наверное, парню здесь житья нет, что она так просится с ними.
  Однако, всё это не значило, что из-за его собственных проблем - должны страдать и иметь проблемы другие.
А Инга... Ну что ж, Инга была как всегда само безразличие.
Хотя, нет... В этот раз в голосе всё же слышались нотки беспокойства. И даже выпитая "мандрагоровка" не помешала понять, что беспокоилась нильфгаардка явно не о прибившимся к ним назойливом местном пареньке.
При упоминании господина Региса, рыжая в сердцах плюнула  в сторону, что-то невнятно буркнув себе под нос. Но даже незнакомому с её особенностями выражения эмоций человеку стало бы ясно, что слова Инги возымели действие.
Руку её, которую врачевательница расположила на плече у Кристанны, та, скорее из вредности сперва попыталась сбросить, резко дёрнув плечом, но получилось в итоге как-то вяло и рука брюнетки всё же легла на плечо проклятой.
Её слова... Успокаивали. Странным образом умиротворяли, наравне с прикосновениями к уже не настолько, но всё же попорченной факелом половине лица. Вспоминая всё, про что говорила Инга, рыжая невольно чуть улыбнулась, предварительно многозначительно хмыкнув и покосившись на стоявшего столбом и делавшего жалобную мордашку Кираса.
Отвечать ему всё же не хотелось. Поэтому, проклятая лишь кивнула, когда брюнетка упомянула про "специфические знания" и сочла нужным добавить после немного отсебятины:
- Не только сложно, но местами и опасно. Смертельно опасно. - уже спокойно, не безо всяких шуток, совершенно-серьёзно добавила рыжая, обращаясь к парню, - Так что, во-первых, не еби мне на ночь мозги, а во-вторых, лучше всё очень хорошо и тщательно обдумай, а утром решим, что с тобой делать ибо утро - вечера мудренее, ага?
На самом деле, Кристанна очень надеялась, что парень сам передумает. Очень надеялась. ну, или хотя бы на то, что он проспит и они с чистой совестью с Ингой уедут.
Если их, согласно версии господина Региса, будь он неладен, сегодня ночью и завтра утром не прибьют.
- Так что думай и не проспи завтра. А пока - думаю, стоит навестить зажравшихся горе-конкурентов и урвать ещё чего-нибудь пожрать... - закончила свою мысль рыжая и кивком головы предложила следовать за ней к поместью.

+9

89

[AVA]http://testforum.funbb.ru/img/avatars/000b/1c/c0/37-1484325557.jpg[/AVA]Темерия. 8 октября 1265. Вечер. Поместье барона Хаймонта. Задний двор у амбара

Сегодняшний день можно было считать потерянным - за двадцать четыре человеческих часа цирюльник никого не вылечил и не наставил на путь истинный. Две попытки вмешаться в ход событий, можно сказать, обернулись прахом. Никто не слушает стариков. А от Инги ван Мейст и не следовало ожидать понимания.
-Коллега. Я всегда стремлюсь соблюдать incognito, и ты прекрасно понимаешь что именно понуждает меня к такой скрытности. И ещё: я никогда не нарушаю принципов. Об этом ты тоже знаешь. Со временем милсдарыня Кристанна поймёт всё сама. - Регис прикончил отпил из своей бутылки и вновь удивился необычному вкусу. Раньше такого не выходило.
-Хм. Да, можете прогуляться. Я буду здесь. Первый луч солнца прояснит все вопросы и разрешит недоумения. - алхимик с пониманием принял недопитую бутыль мандрагоровки из рук врача. Ночь обещала быть интересной.
-Что ж, лучше чем ничего. - он взглянул на бутылки в руках и грустно вздохнул. Почему-то в предчувствии кровопролития Регисом овладевала невероятная усталость, несвойственная вампирам. Ему не нравилось смотреть на смерть живых существ. Ему в принципе не нравилась смерть как факт.
К тому же, не хотелось вновь бороться с инстинктом. Если будет много крови - есть риск не справиться с искушением.
Эмиель присел на стог сена и сделал ещё один небольшой глоток. Сквозь световое окошко амбара было хорошо видно восходящую луну. Где-то в лесах раздавались подозрительные и страшные звуки, которые заставляли настороженно приподниматься со стога, чтоб проверить слухом - не движется ли что-нибудь со стороны опушки? Вой был похож на волчий, но волк не может издавать на исходе воя такого странного, громкого рыка. Регис никогда не был специалистом по чудовищам, пусть его и объединяло с ними "происхождение". Он не мог опознать находящихся в лесах чудовищ, но предполагал что это волколак. Одно проклятие всегда притягивает другое.
-Кар! - внезапно раздалось на крыше. - Каррр!
Как нельзя кстати. Вороны всегда чуяли его присутствие.
-Дорогой друг. - Эмиель подошёл к световому окошку, встретившись со взглядом тёмно-фиолетового глаза, в котором читалось пристальное внимание. -У меня есть еда для вас. Ты не мог бы вместе со своей стаей проверить что творится в округе? В лесу кто-то воет - мне важно знать кто. И ещё мне важно о чём говорят здесь люди. Особенно человек с кошачьими глазами, ведьмак. - он достал из кармана кусочек вяленого мяса для закуски. -Вот, держи как задаток. Я принесу вам булку хлеба и ещё такие вкусные кусочки прямо здесь, на крыше. - ворон явно проявлял интерес, но было непонятно хочет ли он выполнять задание. Птица с интересом глядела на протянутый рукой вампира кусочек мяса, но не решалась взять.
-Я знаю что у нас не было времени для знакомства и установления доверительных отношений. Но раз уже так, то меня зовут Эмиель Регис, и я лечу не только людей.
Ворон повернул голову и зажал в клюве съедобную полоску ветчины. Его клюв, казалось, изгибается в вежливой, хитрой улыбке. Птица хлопнула крыльями и улетела, ничего не сказав. Даже не представившись в ответ. Это был очень старый, лаконичный и мудрый ворон, не лишённый некоторого недоверия к чужакам.
-Надеюсь, ты прилетишь с хорошими известиями... Хотя, на что я надеюсь.* - это походило на следующую запись для дневника. Регис думал что запишет туда после визита в баронство. По крайней мере, одно он знал точно: бездействовать он не будет. И именно поэтому следовало сейчас же отправиться за булкой хлеба. Двери амбара со скрипом отворились, чтобы показать цирюльнику сгущающиеся сумерки. Он молча кивнул стоявшим неподалёку Инге и Кристанне, и с любопытством взглянул на мальчишку.
-Не обижайте молодого человека, милсдарыня. Помните что людей судят по их делам.

*Заявка

Вороны известят Региса о творящемся на кухне, словах старухи и том, что творится в лесу.

Отредактировано Эмиель Регис (2016-08-15 18:12:19)

+4

90

Мастерский

Эмиель Регис был прав как никогда. Ворон, повстречавшийся ему, был мудрым и лаконичным существом, ценившим свое и чужое время. Как показывала практика и подсказывало врожденное шестое воронье чувство, время подчас стоит жизни.
Старый ворон встал на крыло, взметнулся к ветлам, унося в клюве драгоценную добычу. Там, среди перешептывающейся листвы, он поделился своими добычами и заботами с братьями-воронами. Уже очень скоро пяток черных, словно ночь, птиц, прорезали крыльями небо.
Один из воронов опустился на крышу старой кухни, не пригодной для благородной крови, но приятной и доброй люду простому. Мудрая птица, наклонив голову, прислушалась, запоминая каждое слово.

Поместье барона. Кухня

Они ели и пили. Пели. Точнее, собирались петь. К чему стремится сердце человеческое, когда Смерть на пороге? У кого как. Кто печется о покаянии, кто стремится избежать страшной участи. А есть те, кто встречает костлявую улыбкой да песней, как старую знакомую, предлагают ей пройти в дом, выпить и отдохнуть после долгого пути. И именно к последним смерть благосклонна: она веселится и пьет с несчастными до утра, а уходя, дарит хозяевам покой. Вечный покой.
Лихо, как верно подметила пришлая травница, было тихо. Тихо до поры, до времени.
- Спой, доченька! - Грася улыбнулась почти беззубым ртом, - с доброй песней и времечко быстрее летит!
Мудрая птица наклонила голову. Это было лаконичное существо, ценившее свое и чужое время. Ворон тяжело слетел с крыши и, громко хлопая крыльями, устремился прочь. Дивному гостю не будет интересен кухонный разговор.

Поместье, улица, неподалеку от комнаты Лето

Крупный ворон покачивался на старой ветке, изредка вздрагивал и прислушивался. Слух его хоть и не был таким острым, как когти и клюв, но мог соперничать с кошачьим. Птица, вслушиваясь в происходящее, словно дремала, не привлекая к себе ни малейшего внимания.

Руперт остановился в замешательстве. Слова ведьмака настигли его каленой стрелой, приковали к месту. Неприятный холодок скользнул по спине барона.
Чудовище в его лесу. Чудовище, которое стремится отобрать его жену.
Нет, не бывать этому!
- Не было. Иначе бы я знал. Ни лешего, ни оборотца, ни кикимор злых в болотах! - Руперт решительно покачал головой. - Кметы мои горя не знают, по лесу ходят без страха и на болотах встречают лишь комаров.
Неожиданно Хаймонт задумался, словно припоминая что-то.
- Хотя... говорил мне кто-то, что давным-давно видел крупные следы, уводившие далеко на север, в глушь. Но туда никто не заглядывал, и коли пряталось там чудище, то какое - мне неведомо. Но явно такое, что не человеком промышляет.

Ворон встрепенулся, почистил крылья и вспорхнул с насиженного места.
Время стоит жизни.

Задний двор у амбара

Ему не отказали, но веско намекнули на отказ.
Добрая и злая, но обе несчастные. Кирас переводил взгляд исподлобья то на одну женщину, то на другую, нерешительно крутя в руках тоненький засохший прутик орешника.
Все слова были лишними: паренек услышал ответ, тяжело вздохнул. Плечи его тяжело поникли.
- Пусть будет так... как скажите, милсдарыня.
Спокойный и ровный голос Региса, как показалось, испугал мальчишку. Кирас, погруженный в собственные мысли и огорченный скрытым отказом, вздрогнул. Прутик, который он вертел в руках сломался с сухим треском.
- Ой! - мальчишка удивленно взглянул на свои руки. - Что же вы так подкрадывайтесь, милсдарь?

Неожиданно, рёв, который ранее услышал Лето и высший вампир, послышался ближе. И был он уже различим для всякого, кто не затыкает уши вишневыми косточками.
Кирас испуганно икнул.
- Что это?

Тяжелое хлопанье крыльев и призывное каркание. Старый знакомый Эмиеля Региса опустился на крышу амбара, каркнул пару раз, а затем, не дожидаясь реакции, опустился на плечо к высшему вампиру.
Время - жизнь, и сейчас старой птице следовало спешить, как никогда.
"Зверь пробудился и идет сюда. Огромный, клыкастый и рогатый. Уходи отсюда! Уходи и уводи всех, кого можешь спасти!"
Угощение подождет. Сейчас все подождет, кроме побега.
"Спасайся!"

Рёв раздался вновь. Встревоженные стражники на стенах изо всех сил вглядывались в ночь. Самый зоркий из них, тот самый, что днем встречал Кристанну и Ингу, первым увидел огромную косматую тень, несущуюся к поместью из леса.
- Берегись!
Было поздно.
Огромный древний бес, изукрашенный белыми отметками по всей туше, с разгону снес ворота рогами. Обломки и щепа брызнули во все стороны, лишь чудом не убив никого.
Чудовище, оказавшись во дворе, издало протяжный рёв, взрыло лапами землю и устремилось к поместью.

+11


Вы здесь » Ведьмак: Тень Предназначения » Глава III: Ярмарка тщеславия » Всё, что ты пожелаешь